На этот час хвастаться руководству РАН особо нечем.
С одной стороны, конечно vae victis. Тем не менее, в свете объявленного Вашего выступления на радио «Эхо Москвы» мои коллеги и я хотели бы, в первую очередь, получить ответы на следующие вопросы.
1. После начала войны против РАН, можно было избрать несколько способов действий:
А) никаких переговоров с противником, война на уничтожение до победного (чьего-нибудь) конца;
Б) проведение переговоров при одновременной максимальной активизации протестных действий «снизу»;
В) мы будем вести переговоры, а вы там, шумите, шумите, но как-нибудь не очень громко, чтобы не разозлить начальство, и Бога ради, никакой политики.
Для успеха варианта А у нас, очевидно, не было никакого эффективного «оружия», способного оказать сколько-нибудь серьезное влияние на современное российское общество и обеспечить победу кампании. Для себя вы выбрали вариант В, хотя по сравнению с вариантом Б, он заведомо ослабляет позицию на переговорах. Грубо говоря, Вы начали вести переговоры о капитуляции, не дав генерального сражения. Чем Вы руководствовались, выбирая заведомо проигрышную стратегию?
2. Мнение подавляющего большинства ученых при принятии закона о реформе РАН было проигнорировано руководством страны. Это несомненное поражение всего научного сообщества. Ощущаете ли Вы, как руководитель фундаментальной науки в России свою личную ответственность за сложившуюся ситуацию? В частности, готовы ли Вы подать в отставку в том случае, если Вас не утвердят на посту руководителя ФАНО?
3. Когда идет война, нельзя не назвать противника по имени. Бороться без этого совершенно невозможно. Вы же не сделали этого ни разу. Неужели Вы на самом деле не знаете тех, против кого ведется сражение?
4. Не пора ли публично назвать вещи своими именами? В частности уничтожение науки – уничтожением.
Здравствуйте, Алексей Ремович!
Рассмотрим сотрудников института РАН, работающих по закрытым темам (например по контрактам с Министерством обороны). Как Вы представляете себе аудит их научной деятельности, особенно в свете часто встречающегося тезиса о том, что российских ученых должны оценивать исключительно иностранцы?
Вопрос к Алексею Навальному в свете затеянной правительством реформы РАН, грозящей разрушить фундаментальную науку в России и таким образом привести к поражению нашей страны в глобальной конкуренции. Видите ли Вы в протестующих ученых (на прошлой неделе на протестную конференцию в Москва собралось 2000 человек) своих политических союзников?
Здравствуйте, Дмитрий Викторович!
Происходящее вокруг РАН вызывает несколько вопросов.
1. Перспектива уменьшения заработной платы научных сотрудников. Уменьшения заработной платы следует ожидать из-за:
а) отмены доплат за степень;
б) прекращения программ фундаментальных исследований РАН (программы Президиума и отделений; в существовавшей до сих пор системе это источник выплат сотрудникам стимулирующего характера);
в) того, что в подведомственной Вам системе зарплата существенно меньше, чем в РАН (например профессор МФТИ это 16 т.р. в месяц).
2. Вы неоднократно говорили о том, что следует стимулировать эффективно работающие научные коллективы. Что мешало Вам до сих пор это сделать? Списки прилично публикующихся и активных людей давно известны (см., например, статистику ведущуюся на сайте scientific.ru), и, казалось-бы, все готово для адресного финансирования.
3. Как Вы представляете себе механизм финансирования активных научных групп? До сих пор по заявкам на гранты (лоты) Минобрнауки действовало правило- одна заявка от института на грант (лот), а в Институтах РАН есть, как правило больше одной научной группы.
4. Вопрос примыкающий к вопросу №3. Целевое финансирование через Минобрнауки осуществляется в форме Государственных контрактов (с выигравшим конкурс на грант заключается Государственный контракт). Чтобы удовлетворить существующим формальным требованиям, объем отчета о одному из этапов выполнения Государственного контракта оказывается не меньше 300 (трехсот) страниц машинописного текста. Как правило, на календарный год приходятся два этапа, то есть научна группа должна представить порядка 600 страниц отчетной документации в год. Время, потраченное на создание отчета, очевидно, отнимается от написания статей в высокорейтинговые журналы. Как Минобрнауки планирует решать проблему с фантастическим уровнем бюрократизации отчетов? Для сравнения- отчет по программам фундаментальных исследований РАН- это примерно 2 (две) машинописные страницы в год и список опубликованных статей.
03 октября 2013 | 16:52
(в вопросах к: [Эфир] Ищем выход... 03.10.2013 21:08)На этот час хвастаться руководству РАН особо нечем.
С одной стороны, конечно vae victis. Тем не менее, в свете объявленного Вашего выступления на радио «Эхо Москвы» мои коллеги и я хотели бы, в первую очередь, получить ответы на следующие вопросы.
1. После начала войны против РАН, можно было избрать несколько способов действий:
А) никаких переговоров с противником, война на уничтожение до победного (чьего-нибудь) конца;
Б) проведение переговоров при одновременной максимальной активизации протестных действий «снизу»;
В) мы будем вести переговоры, а вы там, шумите, шумите, но как-нибудь не очень громко, чтобы не разозлить начальство, и Бога ради, никакой политики.
Для успеха варианта А у нас, очевидно, не было никакого эффективного «оружия», способного оказать сколько-нибудь серьезное влияние на современное российское общество и обеспечить победу кампании. Для себя вы выбрали вариант В, хотя по сравнению с вариантом Б, он заведомо ослабляет позицию на переговорах. Грубо говоря, Вы начали вести переговоры о капитуляции, не дав генерального сражения. Чем Вы руководствовались, выбирая заведомо проигрышную стратегию?
2. Мнение подавляющего большинства ученых при принятии закона о реформе РАН было проигнорировано руководством страны. Это несомненное поражение всего научного сообщества. Ощущаете ли Вы, как руководитель фундаментальной науки в России свою личную ответственность за сложившуюся ситуацию? В частности, готовы ли Вы подать в отставку в том случае, если Вас не утвердят на посту руководителя ФАНО?
3. Когда идет война, нельзя не назвать противника по имени. Бороться без этого совершенно невозможно. Вы же не сделали этого ни разу. Неужели Вы на самом деле не знаете тех, против кого ведется сражение?
4. Не пора ли публично назвать вещи своими именами? В частности уничтожение науки – уничтожением.
01 октября 2013 | 10:56
(в вопросах к: [Эфир] В круге СВЕТА 01.10.2013 20:08)Здравствуйте, Алексей Ремович!
Рассмотрим сотрудников института РАН, работающих по закрытым темам (например по контрактам с Министерством обороны). Как Вы представляете себе аудит их научной деятельности, особенно в свете часто встречающегося тезиса о том, что российских ученых должны оценивать исключительно иностранцы?
03 сентября 2013 | 10:11
(в вопросах к: [Эфир] Перехват 03.09.2013 20:09)Вопрос к Алексею Навальному в свете затеянной правительством реформы РАН, грозящей разрушить фундаментальную науку в России и таким образом привести к поражению нашей страны в глобальной конкуренции. Видите ли Вы в протестующих ученых (на прошлой неделе на протестную конференцию в Москва собралось 2000 человек) своих политических союзников?
11 июля 2013 | 11:54
(в вопросах к: [Эфир] Интервью 11.07.2013 20:05)Здравствуйте, Дмитрий Викторович!
Происходящее вокруг РАН вызывает несколько вопросов.
1. Перспектива уменьшения заработной платы научных сотрудников. Уменьшения заработной платы следует ожидать из-за:
а) отмены доплат за степень;
б) прекращения программ фундаментальных исследований РАН (программы Президиума и отделений; в существовавшей до сих пор системе это источник выплат сотрудникам стимулирующего характера);
в) того, что в подведомственной Вам системе зарплата существенно меньше, чем в РАН (например профессор МФТИ это 16 т.р. в месяц).
2. Вы неоднократно говорили о том, что следует стимулировать эффективно работающие научные коллективы. Что мешало Вам до сих пор это сделать? Списки прилично публикующихся и активных людей давно известны (см., например, статистику ведущуюся на сайте scientific.ru), и, казалось-бы, все готово для адресного финансирования.
3. Как Вы представляете себе механизм финансирования активных научных групп? До сих пор по заявкам на гранты (лоты) Минобрнауки действовало правило- одна заявка от института на грант (лот), а в Институтах РАН есть, как правило больше одной научной группы.
4. Вопрос примыкающий к вопросу №3. Целевое финансирование через Минобрнауки осуществляется в форме Государственных контрактов (с выигравшим конкурс на грант заключается Государственный контракт). Чтобы удовлетворить существующим формальным требованиям, объем отчета о одному из этапов выполнения Государственного контракта оказывается не меньше 300 (трехсот) страниц машинописного текста. Как правило, на календарный год приходятся два этапа, то есть научна группа должна представить порядка 600 страниц отчетной документации в год. Время, потраченное на создание отчета, очевидно, отнимается от написания статей в высокорейтинговые журналы. Как Минобрнауки планирует решать проблему с фантастическим уровнем бюрократизации отчетов? Для сравнения- отчет по программам фундаментальных исследований РАН- это примерно 2 (две) машинописные страницы в год и список опубликованных статей.