Детальное разъяснение некомпетентности и лжи авторов из Института Гайдара:
http://aillarionov.livejournal.com/470768.html
http://aillarionov.livejournal.com/470916.html
http://aillarionov.livejournal.com/471264.html
http://aillarionov.livejournal.com/491942.html
Гайдар не предсказывал кризис.
Ни в 2007 г., ни в любом другом:
http://aillarionov.livejournal.com/484610.html
http://aillarionov.livejournal.com/484933.html
Мое утверждение о том, что МБХ до своего заключения не помогал КПРФ, было сделано на основе слов самого МБХ, сказанных им автору в сентябре 2003 г.
Для меня было шоком услышать в упомянутом вами интервью МБХ Снобу, что он все-таки помогал КПРФ.
“...заместитель министра экономического развития РФ А. Ю. Левицкая подписала письмо № 14228-АЛ/Д08 от 2 октября 2008 года, которым, по сути, предписывает Росимуществу в кратчайший срок решить вопрос о размещении гайдаровского фонда “на условиях договора безвозмездного пользования с правом передачи третьим лицам”. Срок исполнения — до 13 октября 2008 года”:
http://stringer.ru/publication.mhtml?Part=48&PubID=10381.
В октябре 2010 года В. Путин также освободил от налогообложения гранты, предоставляемые Фондом наследия Егора Гайдара . В правительственный перечень организаций, освобожденных от уплаты налогов по предоставляемым грантам, государственная корпорация “Роснано”, возглавляемая А. Чубайсом, к этому времени уже была включена .
http://magazines.russ.ru/continent/2010/146/il7.html
В. Путин: “Кончина Егора Тимуровича Гайдара — тяжелая утрата для России, для всех нас. Не стало настоящего гражданина и патриота, сильного духом человека, талантливого ученого, писателя и практика. Не каждому государственному деятелю выпадает возможность служить Отечеству на самых переломных этапах его истории, принимать ключевые решения, которые определят будущее страны. Егор Тимурович Гайдар достойно выполнил эту сложнейшую задачу, проявив лучшие профессиональные и личные качества. Он не стал уклоняться от ответственности и в самых непростых ситуациях с честью и мужеством держал удар”: http://government.ru/smi/messages/8597/.
Указ об увековечении памяти Егора Гайдара
17 мая 2010 года, 11:20
Ключевые слова: общество
Президент подписал Указ «Об увековечении памяти Е.Т.Гайдара».
http://www.kremlin.ru/acts/7772
Гайдар:
Это не то, что я там категорический противник того, что Чечне должен быть какой-то элементарный порядок, такой или сякой, я просто пытался объяснить ему, что то, что ему сейчас предлагают, прошу прощения, клинические идиоты…
Еще раз подчеркну, дело было не в том - «Надо наводить порядок в Чечне или нет?» Надо было думать: «Когда, какими методами и как к этому готовится, если ты хочешь это сделать». Эдуард Аркадьевич Воробьев - прекрасный военный, генерал-полковник, тогда первый заместитель командующего сухопутными войсками, очень квалифицированный, один из лучших российских генералов, много раз доказывающий это в действии - когда его послали руководить чеченской операцией, прибыв в войска, разобравшись в том, как обстоят дела с боевым слаживанием, разведкой, сказал начальству, что нужно, по меньшей мер, два месяца на подготовку операции, налаживании нормальной информации, наиболее слаживании войск, склоченных по взводу неизвестно откуда.
http://www.intelros.ru/2007/04/27/egor_gajjdar_ob_jepokhe_elcina_the_new_times_24_aprelja_2007_g.html
Вы ничего не поняли.
Вам напомнили о том, что Гайдар был плагиатором.
Причем плагиатором худшего типа - он не просто воровал куски текстов у других авторов, он воровал куски текстов у своих подчиненных.
http://aillarionov.livejournal.com/491467.html
Гайдар - банальный воришка, а вы - про юпитеров, прометеев фантазируете.
Ознакомьтесь с матчастью.
Читайте Гайдара, в подлиннике:
ЧАСТНАЯ СОБСТВЕННОСТЬ – НОВЫЙ СТЕРЕОТИП
Набравший силу процесс демонтажа идеологических стереотипов грозит обернуться формированием новых, противоположных по знаку. И вот уже многим кажется, что достаточно произнести магические слова «частная собственность», «свобода предпринимательства» – и проблемы решатся как по мановению волшебной палочки. Конечно, мир не перевернется, если даже личную собственность на средства производства переименовать в частную.
Программа реформы, не предусматривающая упрочения таких ценностей, как равенство условий жизненного старта вне зависимости от имущественного положения, общественное регулирование, дифференциации доходов, активное участие трудящихся в управлении производством, просто нежизнеспособна. Курс на обновление социализма, включающий и демократизацию общественной жизни, и создание гибкой, динамичной, многосекторной экономики, и развитие системы социальных гарантий, не дань верности идеологическим ориентирам прошлого, а просто результат здравого анализа реальной расстановки общественных сил.
Егор Гайдар,
кандидат экономических наук.
«Московские Новости» № 41, 8 октября 1989 г.
http://aillarionov.livejournal.com/276579.html
Мародерством который год занимаются Чубайс и Ясин, пытаясь "приватизировать" в свою пользу финансовую стабилизацию, сделанную Борисом Федоровым (см. ссылки в тексте поста).
Бориса Федорова уже несколько лет нет с нами. Он сейчас не может ответить.
Пока буду жив, за Бориса буду отвечать я.
Все попытки мародеров мародерничать будут пресекаться.
В отличие от других членов секты ранее Вы не были замечены в личных оскорблениях. Теперь и Вы - туда же.
С какой стати Вы пытаетесь установить запрет на обсуждение действий и их последствий лиц, оказавшихся на государственных постах? Тогда Вам вначале надо было запретить проф. Ясину высказываться в день смерти. Но Ваших запретов в комментах к его посту не видно.
Запретите также высказываться о Сталине 19 декабря, о Ленине 22 апреля, о Гитлере 20 апреля.
Нет?
А почему тогда Вы делаете для Гайдара такое исключение? Откуда у Вас, прошедшего ужасы тоталитарного режима, такой пиетет перед культом?
Никакого сведения счетов, никакого поливания могилы здесь нет. Сообщите, что именно в моем тексте не соответствует действительности? Вы и Ваши коллеги год за годом только изливаете желчь и оскорбления, распускаете слухи. Но ни Вы, ни кто-либо другой ни разу - НИ РАЗУ - не смогли опровергнуть ни одного факта, ни одной цифры, ни одного документа, из тех, что я привел.
Вы не хотите седьмой год - т.е. 1998-й год, год кризиса, организованного Гайдаром и Чубайсом в результате проведения политики валютного коридора? Он совершенно заслуженно завершает период наибольшего гайдаровского воздействия на экономическую политику страны. Хотите пятый, шестой годы - пожалуйста. А вот 12-й год не годится. Во-1-х, проф. Ясин не велел - читайте его текст. А-во-2-х, потому что это действительно была уже другая политика, проводимая другими людьми. Что касается данных по инфляции на 1999 и 2000 годв, то результаты были бы еще хуже, потому что добавилась бы инфляция еще и за последние годы.
Действительно, заниматься плагиатом работ своей прямой подчиненной Е.Серовой и вставлять куски из ее книг в Гибель империи - для этого поистине нужна недюжинная СМЕЛОСТЬ!
Рекомендую поближе познакомиться с эрудитом - плагиататором, фальсификатором, лжецом:
http://esli-mysli.livejournal.com/83447.html?thread=1626871#t1626871
Вообще рекомендую почитать разбор работ "эрудита" в указанном блоге:
http://esli-mysli.livejournal.com/
Вы совершенно не в курсе того, о чем взялись писать.
Импорт 32 млн т зерна в 1992 г. достался жуликам и мошенникам, которых из российского бюджета субсидировал Гайдар.
Когда Федоров отменил субсидии в конце 1993 г., импорт сократился почти на 30 млн тонн.
При том, что урожай 1994 г. был меньше урожая 1992 г. на 25 млн тонн, и никаких очередей за хлебом не было (в отличие от 1992 г.) Россия начала экспортировать зерно.
Вот эта разница в зерновом балансе - более 55 млн тонн зерна в 1992 г. - была расхищена жуликами благодаря гайдаровской политике субсидирования импортного зерна.
Вы пишите неправду.
В Ленинграде было относительно сносное снабжение мясными продуктами (по сравнению со многими другими городами страны) примерно до 1987-88 гг. Вот тогда действительно начались серьезные перебои.
Да, очень мало.
Только национализировал производство шпал.
Только подарил Фиделю 200 млн.дол.
Только отдал 1 млрд дол. кредита МВФ на спасение ГБ-шного "Евробанка".
Мало, очень мало.
Сколько еще можно было сделать!
1. Утром 1 января вы ничего купить не могли. Потому что цены были освобождены не 1-го, а 2-го января.
2. Сырокопченная колбаса появилась не сразу. В Москве - примерно через 3 недели.
3. Либерализацию цен 2 января 1992 г. провели Ельцин и Бурбулис. Их и благодарите. Причем тут Гайдар?
1. Падение ВВП было меньшим, чем в России, в пяти постсоветских республиках - Эстонии, Беларуси, Казахстане, Туркменистане, Узбекистане.
Если учесть, что в пяти республиках шли разрушительные войны (Армения, Азербайджан, Грузия, Молдова, Таджикистан), а против балтийских республик Россией была начата экономическая война, то хуже, чем в России, ситуация была только в 2 республиках (Украина и Киргизстан).
2. Сравнение 1994 г. с 1991 г. предложено вами.
3. Проблема в том, что именно Россия (Гайдар) показала пример ошибочной экономической политики, которую затем дублировали во всех остальных постсоветских республиках (за исключением Балтии). Поэтому роль Гайдара - не только в организации российской экономической катастрофы, но и в демонстрационном эффекте на другие республики.
Омерзение вызывает удивитеьная некомпетентность и грубые передергивания.
По мнению Ясина, политика изменилась через 11 лет ("половину 22-летнего срока"). Поэтому предложенные вами 17 лет не годятся.
Если вам не нравится 7-летний период, назовите любой другой период. Сравним для любого другого периода, предложенного вами.
Сравнение с Тэтчер производится, потому что кандидатура Тэтчер была предложена проф. Ясиным.
Предложите другие кандидатуры - сравним с ними.
Ликвидация дефицита, пустых прилавков, длинных очередей - это результат либерализации цен на большинство товаров, которую провели Б.Ельцин и Г.Бурбулис.
Гайдар не допустил либерализации цен на зерно и хлеб, запретил их освобождение на региональном уровне, затягивал оплату фрахта, запретил разбронирование государственного резерва и т.д. (см. текст по ссылке).
Какие "непопулярные" реформы провел именно Гайдар?
Увольнение Нечаева из правительства.
«Вопрос: Что было причиной вашего ухода из правительства?
Нечаев: Это было 25 марта 1993 года. Это было время перед референдумом. Начиналась бурная раздача слонов, которая противоречила законом, и я получил указания раздать довольно много квот на экспорт нефти, которая при той разнице внутренних и внешних цен делала людей очень богатыми. Один случай, который характеризует обстановку. Идет совещание. По громкой связи мне орет вице-президент Александр Владимирович Руцкой: «Я тебе даю поручение выдать квоту на экспорт нефти строящемуся Ставропольскому сахароперерабатывающему заводу». Я отвечаю: «Согласно указанию президента квоты предоставляются только нефтедобывающим регионам». В ответ мат-перемат. Руцкой: «Я тебя лично расстреляю». Я тоже его нехорошими словами послал. Пять дней ко мне никто не подходил, потому что в иерархии советских чиновников председатель госплана не мог послать второго секретаря ЦК».
Рассказанная история не имеет отношения к действительности. Вице-президент А.Руцкой не имел никакого отношения к кадровым решениям в правительстве.
Так получилось, что мне пришлось стать невольным свидетелем того, как и почему был уволен А.Нечаев.
Один из вечеров марта 1993 г. я провел в кабинете В.Черномырдина, который совмещал разговор со мной с прослушиванием радиопередачи, кажется, на «Эхе Москвы». Если не ошибаюсь, между 8 и 9 часами вечера в прямом радиоэфире выступал Нечаев. На вопрос одного из радиослушателей, что он будет делать после завершения передачи, Нечаев в эфире ответил, что отправляется назад в министерство «продолжать работать». Через полчаса после завершения передачи в моем присутствии Черномырдин позвонил в приемную министерства экономики, чтобы поинтересоваться, приехал ли министр. С трудом найденный дежурный ответил, что министр из министерства уехал несколько часов назад и больше сегодня не вернется. Через час Черномырдин позвонил снова и услышал тот же ответ. Сказать, что Черномырдин был взбешен, это ничего не сказать.
На следующий день Нечаев был уволен.
http://aillarionov.livejournal.com/353139.html
В ней есть немало авторских утверждений о важности сохранения режимом, в том числе авторитарным, власти; о монополии власти на насилие; о необходимости применения режимом силы против собственного народа; об опасности неприменения режимом силы против собственного народа; о поддержании порядка, под которым понимается способность режима, в том числе авторитарного, применять насилие; о деинституциализации, под которой понимается неспособность власти применять насилие:
С. 9: Важнейший атрибут государства — монополия на применение насилия.
С. 15: В ХХ веке Россия совершила немало ошибок. Две из них были связаны с радикальной деинституциализацией в 1917—1921 годах и на рубеже конца 1980-х — начала 1990-х годов. Цена их была очень высокой. Не повторить их — наша задача.
С. 20: В сельскохозяйственных районах невелико число людей, способных подавить крестьянские беспорядки... Когда риск применения государством силы снижается, вместе с ним уменьшаются и доходы бюджета.
С. 21: ...если не платить налоги, то рано или поздно власть пришлет войска.
С. 21: Кризис государственных финансов, вызванная им ненадежность войска, конфликты с соседями могут подорвать способность государства применять силу при отказе крестьян платить налоги. Расчет на то, что крестьяне всегда будут послушными, войска надежными — ошибка, дорого стоившая правителям многих аграрных государств.
С. 31: Предпосылка устойчивости государства — монополия на применение насилия, способность подавить беспорядки. Она зависит от того, что происходит на улице, готовы ли солдаты выполнить приказы, отдаваемые властями. Когда в 1789 году стало ясно, что солдаты приказы не исполняют, режим рухнул, как карточный домик. Выяснилось, что в армии нет полка, готового выступить по приказу короля[20]. Отказ солдат стрелять придал смелость тем, кто выступал против существующего порядка. Успех служил оправданием бунту. Государство оказалось не просто слабым, а бессильным. Институты старого режима разрушились в течение нескольких дней[21].
С. 34: В готовности стрелять по участникам крестьянских беспорядков национальная гвардия проявляла больше решимости, чем войска старого режима.
С. 39-40: Ключевой институт — монополия органов государства на применение насилия. До тех пор, пока она сохраняется, пока армия готова выполнять приказы, режим остается стабильным, крушение ему не грозит. В России это показали события 1905—1907 годов, когда гвардейские части подавили попытку вооруженного восстания в Москве, а вернувшаяся с Дальнего Востока армия усмирила вышедшую из-под контроля деревню.
С. 40: Но верность армии существующей власти, ее готовность выполнить приказ применить оружие против народа — не гарантирована. Когда в казармах говорят о том, что в случае народных волнений войска могут отказаться стрелять, число военных, готовых открыть огонь, сокращается. Солдаты и офицеры понимают: если режим падет, то толпа растерзает тех, кто открыл огонь.
С. 40: Первые признаки проявления нелояльности армии означают, что режим столкнулся со смертельной угрозой... Полагать, что после отказа применять оружие против народа воинские части спокойно вернутся в казармы, — иллюзия.
С. 41: Эффективно функционирующая система правоохранительных органов — сложная структура, опирающаяся на развитую систему связей, накопленную информацию, агентурную сеть.
С. 48: §1. Крах Российской империи — солдаты отказываются стрелять в толпу.
С. 49: Взвод драгун спешился и открыл огонь по толпе, причем убито трое и ранено десять человек. Толпа мгновенно рассеялась.
С. 49: Генералом Хабаловым было объявлено о воспрещении скопления народа на улицах и подтверждено, что всякое проявление беспорядка будет подавляться силой оружья.
С. 50: Те, кто защищал власть, в меньшей степени интересовались историей французских революций, но помнили опыт 1905—1907 годов. Из него они извлекли: если власть готова применить силу, антиправительственные выступления можно потопить в крови. И для тех и для других итог событий 26 февраля был ясен: режим отдал приказ стрелять, армия его выполняет, беспорядки будут подавлены[8].
С. 50: План действий на случай массовых беспорядков в Петрограде у власти был. Но предпосылкой его реализации была лояльность войск. Это власти не подвергали сомнению. Шаги, которые необходимо предпринять, если солдаты откажутся выполнять приказы, в планах предусмотрены не были. Те, кто отвечал за обеспечение порядка, понимали, что стрельба по безоружным соотечественникам — для солдат тяжелая психологическая травма[9]. Но до вечера 26 февраля отказ стрелять по демонстрантам был редкостью, такие случаи пресекались начальством[10].
С. 50-51: В ночь с 26 на 27 настроение солдат стало меняться. «Применение ружейного огня против толпы всегда производит сильное впечатление на солдат и на офицеров. Когда же стрелять приходится против невооруженной толпы, среди которой большинство просто зеваки, впечатление оказывается почти потрясающим. Вид безоружного противника, вид убитых и раненых из его рядов смущает солдата. Да правильно ли поступает начальство, приказывая стрелять? Да хорошо ли, что мы стреляем? Эти вопросы невольно приходят в голову солдата»[11].
С. 51: Из телеграммы военного министра генерала Беляева генералу Алексееву 27 февраля 1917 года: "Начавшиеся с утра в некоторых войсковых частях волнения твердо и энергично подавляются оставшимися верными своему долгу ротами и батальонами.
С. 51: При крахе военной организации решающее значение имеет то, остались ли в распоряжении властей пусть небольшие, но надежные части. Полковник Кутепов просил для выполнения приказа одну надежную бригаду. Ее не нашлось.
С. 51-52: Кутепов: «В роте уже имелось распоряжение, что 12 пулеметов поступают ко мне. Когда я обратился к командиру полуроты штабс-капитану... и спросил, могут ли они открыть огонь по первому приказанию, то он очень смущенно мне заявил, что у них нет совсем масла и воды в кожухах... Я приказал ему послать за всем необходимым и на первой же остановке немедленно изготовить пулеметы к бою... Вслед за этим подойдя к пулемету, стоящему у Артиллерийского переулка и направленному на Баскову улицу, я был удивлен, найдя его не заряженным. Когда я приказал его зарядить, то командир полуроты, стоявший здесь, сказал, что у них в кожухах нет воды и глицерина, а также нет смазки, и что пулемет не может быть изготовлен к бою... Большая часть моего отряда смешалась с толпой, и я понял, что мой отряд больше сопротивляться не может»[13].
С. 52: За 24 часа, прошедших между вечером 26 и вечером 27 февраля 1917 года, императорская власть, имеющая за собой многовековую традицию, перестала существовать.
С. 52: Когда происходит подобная катастрофа, роль писаных законов, правовых процедур — невелика. Монополия государства на применение силы рушится. Ключевой вопрос — есть ли боеспособные части и чьим приказам они подчиняются. Россия — империя, втянутая в Первую мировую войну, к вечеру 27 февраля, стала государством, в котором нет ни надежной армии, ни признанной власти.
С. 53-54: А.Деникин летом 1917 года говорил: «Армия развалилась. Необходимы героические меры, чтобы вывести её на истинный путь... Если вы спросите меня, дадут ли все эти меры благотворные результаты, я отвечу откровенно: да, но далеко не скоро. Разрушить армию легко, для возрождения нужно время. Но по крайней мере они дадут основание, опору для создания сильной и могучей армии»[16].
С. 55: ...начальник контрразведки Петроградского округа Б.Никитин: «Таким образом, выступить Половцову в буквальном смысле не с кем... Требую не бригаду, не полк, а хоть один батальон»[21].
С. 56: В распоряжении Временного правительства надежных войск нет.
С. 57: История русской революции начала ХХ в. показывает, какую роль в периоды хаоса и анархии играют пусть немногочисленные, но боеспособные, готовые исполнять приказы части[26].
С. 76: Заставить деревню сдавать зерно в необходимых объемах царское правительство не могло. К жестоким репрессиям против крестьян оно было не готово.
С. 76: Пойти на это, когда организованной вооруженной силы у власти нет, а развитие событий определяется поддержкой столичной уличной толпы, рискованно.
С. 76-77: Чтобы реализовать эту стратегию, необходим государственный аппарат, способный распределять обязательства между губерниями, уездами и волостями, контролировать исполнение заданий, транспортировку грузов, их распределение. Аппарат, готовый применить силу к тем, кто задания не выполняет[79]. Это возможно, если у власти есть вооруженные силы, готовые выполнить её распоряжения.
С. 117: У кого 22 августа 1991 года в руках оказалась власть?... У союзных властей, которые дискредитировали себя провалившимся путчем? Их приказу применить силу не подчинился бы ни один полк.
С. 118: 22 августа на Лубянской площади царило иное настроение, с другими настроениями. Люди пришли не умирать за свободу, а праздновать свержение ненавистного режима... при отсутствии дееспособных силовых структур такая толпа опасна.
С. 123: В те дни офицеры и генералы в интервью журналистам заявляли, что не готовы выполнять приказы, с содержанием которых не согласны. Общую атмосферу в армии того времени иллюстрируют два тезиса из выступлений участников армейского собрания в январе 1992 года: «армию не удастся втянуть в политические игры» и «терпение людей в погонах имеет предел». Прочитав их, нетрудно понять, что армии у государства нет.
С. 124: ...если нет боеспособной армии, действующих правоохранительных служб, пограничного контроля, центр перестает контролировать ситуацию на местах.
С. 173: Силовых структур, готовых реализовать указ Президента РФ о роспуске Съезда, тоже не было.
С. 178: К этому времени вопрос о неизбежности силового противостояния между Правительством и Верховным Советом стал ясен всем, кто был близок к процессу принятия решений... Ядерная держава не могла жить в условиях безвластия... Ключевыми стали вопросы: как восстановить эффективную систему власти в России? Когда? Кто победит в противостоянии?
С. 179: Вступив на путь прямой, открытой конфронтации, надо быть готовым применить силу. Поведение силовых структур предсказать тогда было невозможно.
С. 180-181: На протяжении последних лет мы много раз повторяли, что армия вне политики, её нельзя привлекать для решения внутриполитических конфликтов... Однако развитие событий 3 октября показало, что деморализованная милиция и внутренние войска не способны отстоять порядок в Москве... Необходимость срочно поднять армейские части стала очевидной. Но будут ли приказы выполнены, не получится ли, как в августе 1991 года, что армейская машина просто откажется сдвинуться с места, будут лишь рапорты и показная активность? Уверенно ответить на такой вопрос не мог тогда никто, думаю, включая министра обороны и президента.
http://www.iet.ru/files/publications/gaidar-2009.pdf
Кроме цитат из книги «Смуты и институты», приведу еще цитаты из интервью Е.Гайдара журналисту "Новой Газеты" А.Полухину 20 ноября 2009 г. «Егор Гайдар: Режим может рухнуть неожиданно, за два дня»:
«Моя книга в первую очередь — предостережение. России, которая пережила две катастрофы, не нужна третья. Хочу, чтобы это понимала и руководящая страной элита, и те, кто с ней не согласен»;
«Раньше или позже выясняется, что у него нет ни одного надежного полка. В 1917 году, когда развивались ключевые события, связанные сначала с борьбой за власть, а затем с борьбой за власть между большевиками и Временным правительством, ни одна из сторон не могла выставить хотя бы надежную бригаду. Кутепов, преданный царю офицер, безусловно, готовый стрелять по толпе из пулеметов, получил приказ прекратить беспорядки. Он просил бригаду. Бригады не нашлось, дали сводный отряд. Тут же выяснилось, что в сводном отряде пулеметы без глицерина, стрелять из них нельзя»:
http://www.novgaz.ru/data/2009/129/09.html,
а также цитату из лекции Е.Гайдара «Смуты и институты» 19 ноября 2009 г. в Полит.ру:
«... в какой-то момент у авторитарного, не очень популярного режима вдруг не оказывается ни одного надежного полка. После этого он рушится, причем рушится стремительно. Вот у ГКЧП не нашлось ни одного надежного полка... Совершенно ясно, что ни одного полка, который готов выполнить приказ Горбачева, в его распоряжении нет... Устойчивость власти зависит от того, кого поддержит улица. Причем речь идет не о поддержке миллионов людей, а о поддержке двух — пяти тысяч людей, но организованных. Этого вполне достаточно, чтобы свергнуть власть... всегда вопрос заключался в том, кого поддержат две-три тысячи организованных людей. И это вопрос, ответ на который определял будущее очень большой страны»:
http://www.polit.ru/lectures/2009/12/10/gaidar.html
Приведенные цитаты представляют достаточно определенно, чему на самом деле посвящена последняя книга Е.Гайдара и, похоже, не нуждаются в детальных комментариях. Имеет смысл обратить внимание читателей лишь на некоторые характерные особенности как приведенных отрывков, так и всей книги.
1. Стилистическая окраска сторон в описываемых Гайдаром примерах гражданского противостояния и гражданских войн дает ясное представление, на чьей стороне авторские симпатии. На одной стороне – четко прописанные должности и фамилии представителей «элиты», «властей», «режима», к тому же еще и окрашенные позитивными характеристиками: генерал Беляев, генерал Алексеев, генерал Хабалов, начальник контрразведки Петроградского округа Б.Никитин, полковник Кутепов, к тому же «преданный царю офицер», «безусловно, готовый стрелять по толпе из пулеметов». На другой – безличные «крестьяне», «деревня», «демонстранты», «толпа», «народ», «оппозиция», «боевики», заслуживающие лишь того, чтобы быть разогнанными и расстрелянными:
«Взвод драгун спешился и открыл огонь по толпе, причем убито трое и ранено десять человек. Толпа мгновенно рассеялась».
2. Характерен выбор Гайдаром глаголов, которыми он считает возможным характеризовать действия режимов по отношению к собственному народу: «применить силу», «подавить», «усмирить», «потопить в крови».
3. Главное для автора – не демократия, не народ, не люди, главное для него – власть. Вопрос, которым он задается, звучит не: «Как восстановить демократию?», а: «Держава не могла жить в условиях безвластия... Как восстановить эффективную систему власти в России?»
4. Гайдар не только не допускает возможности сопротивления гражданами против незаконной, нелегитимной, криминальной власти (и тем самым отказывает в «праве на восстание» в англо-саксонской и в целом в современной европейской правовой традиции). Наоборот, он требует безусловного «потопления в крови» инициаторов такого применения:
«Предпосылка устойчивости государства — монополия на применение насилия, способность подавить беспорядки... Отказ солдат стрелять придал смелость тем, кто выступал против существующего порядка».
5. Для Гайдара неприемлем один из базовых принципов современного цивилизованного общества – нейтральность вооруженных сил; его страшит возможность отказа армейских частей от участия в гражданской войне:
«...офицеры и генералы... заявляли, что не готовы выполнять приказы, с содержанием которых не согласны. Общую атмосферу в армии того времени иллюстрируют два тезиса из выступлений участников армейского собрания в январе 1992 года: «армию не удастся втянуть в политические игры»... Прочитав их, нетрудно понять, что армии у государства нет»;
«Первые признаки проявления нелояльности армии означают, что режим столкнулся со смертельной угрозой...»;
«Необходимость срочно поднять армейские части стала очевидной».
6. Особо трепетное отношение автора к правоохранительным органам, спецслужбам, к их роли для сохранения режима («центра») проявляется в таких его сентенциях, как:
«Эффективно функционирующая система правоохранительных органов — сложная структура, опирающаяся на развитую систему связей, накопленную информацию, агентурную сеть»;
«...если нет... действующих правоохранительных служб,... центр перестает контролировать ситуацию...»;
а также в, похоже, единственном во всей книге детальном и полном наименовании должности руководителя спецслужбы и единственном указании при фамилии царского военачальника его инициала: «начальник контрразведки Петроградского округа Б.Никитин».
7. Наконец, особенно взволнованно-обеспокоенным Гайдар становится тогда, когда описывает ликующий народ России 22 августа 1991 года, готовый, по его мнению, вслед за ликвидацией власти КПСС ликвидировать и власть КГБ:
«22 августа на Лубянской площади царило иное настроение, с другими настроениями. Люди пришли... праздновать свержение ненавистного режима... при отсутствии дееспособных силовых структур такая толпа опасна... Когда десятки, возможно, сотни тысяч людей собрались на площади, в зданиях КГБ раздавали гранаты, готовили к бою счетверенные пулеметы».
Вот, оказывается, кто представлял главную «опасность», – это была «толпа» граждан; вот, откуда, по мнению Гайдара, исходила «угроза миру» – не от «дееспособных силовых структур», не от сотрудников спецслужб, «раздававших гранаты» и «готовивших к бою счетверенные пулеметы», а от «толпы» ликовавших граждан, пришедших праздновать свое освобождение. Именно граждане оказались, по мнению Гайдара, врагом столь оберегаемого им «порядка», именно от них надо было защищать ударный отряд прежнего режима – политическую полицию, защищать в том числе и с помощью «гранат» и «счетверенных пулеметов».
Книга «Смуты и институты» – это действительно политическое завещание Гайдара, причем завещание, адресованное прежде всего нынешней «элите» (российским властям), а также и тем, кто с этой «элитой» (с российским режимом) не согласен. Это завещание четко сформулировано в виде развернутого, подробно аргументированного наказа:
Главное для нынешнего российского режима – не допустить повторения дважды совершенной в России в ХХ веке, по мнению Гайдара, ошибки – того, что он называет деинституализацией, т.е. утраты режимом способности применять насилие против собственного народа. Ключ к сохранению режимом (причем автор неоднократно подчеркивает: авторитарным режимом) политической власти – это наличие у него надежных войск; это способность властей отдать приказ применить оружие; это способность войск, получивших такой приказ, действительно открыть огонь по собственному народу.
http://aillarionov.livejournal.com/306639.html
"Демократические" взгляды Гайдара.
В книге «Смуты и институты» есть немало авторских утверждений о важности сохранения режимом, в том числе авторитарным, власти; о монополии власти на насилие; о необходимости применения режимом силы против собственного народа; об опасности неприменения режимом силы против собственного народа; о поддержании порядка, под которым понимается способность режима, в том числе авторитарного, применять насилие; о деинституциализации, под которой понимается неспособность власти применять насилие:
С. 9: Важнейший атрибут государства — монополия на применение насилия.
С. 15: В ХХ веке Россия совершила немало ошибок. Две из них были связаны с радикальной деинституциализацией в 1917—1921 годах и на рубеже конца 1980-х — начала 1990-х годов. Цена их была очень высокой. Не повторить их — наша задача.
С. 20: В сельскохозяйственных районах невелико число людей, способных подавить крестьянские беспорядки... Когда риск применения государством силы снижается, вместе с ним уменьшаются и доходы бюджета.
С. 21: ...если не платить налоги, то рано или поздно власть пришлет войска.
С. 21: Кризис государственных финансов, вызванная им ненадежность войска, конфликты с соседями могут подорвать способность государства применять силу при отказе крестьян платить налоги. Расчет на то, что крестьяне всегда будут послушными, войска надежными — ошибка, дорого стоившая правителям многих аграрных государств.
С. 31: Предпосылка устойчивости государства — монополия на применение насилия, способность подавить беспорядки. Она зависит от того, что происходит на улице, готовы ли солдаты выполнить приказы, отдаваемые властями. Когда в 1789 году стало ясно, что солдаты приказы не исполняют, режим рухнул, как карточный домик. Выяснилось, что в армии нет полка, готового выступить по приказу короля[20]. Отказ солдат стрелять придал смелость тем, кто выступал против существующего порядка. Успех служил оправданием бунту. Государство оказалось не просто слабым, а бессильным. Институты старого режима разрушились в течение нескольких дней[21].
С. 34: В готовности стрелять по участникам крестьянских беспорядков национальная гвардия проявляла больше решимости, чем войска старого режима.
С. 39-40: Ключевой институт — монополия органов государства на применение насилия. До тех пор, пока она сохраняется, пока армия готова выполнять приказы, режим остается стабильным, крушение ему не грозит. В России это показали события 1905—1907 годов, когда гвардейские части подавили попытку вооруженного восстания в Москве, а вернувшаяся с Дальнего Востока армия усмирила вышедшую из-под контроля деревню.
С. 40: Но верность армии существующей власти, ее готовность выполнить приказ применить оружие против народа — не гарантирована. Когда в казармах говорят о том, что в случае народных волнений войска могут отказаться стрелять, число военных, готовых открыть огонь, сокращается. Солдаты и офицеры понимают: если режим падет, то толпа растерзает тех, кто открыл огонь.
С. 40: Первые признаки проявления нелояльности армии означают, что режим столкнулся со смертельной угрозой... Полагать, что после отказа применять оружие против народа воинские части спокойно вернутся в казармы, — иллюзия.
С. 41: Эффективно функционирующая система правоохранительных органов — сложная структура, опирающаяся на развитую систему связей, накопленную информацию, агентурную сеть.
С. 48: §1. Крах Российской империи — солдаты отказываются стрелять в толпу.
С. 49: Взвод драгун спешился и открыл огонь по толпе, причем убито трое и ранено десять человек. Толпа мгновенно рассеялась.
С. 49: Генералом Хабаловым было объявлено о воспрещении скопления народа на улицах и подтверждено, что всякое проявление беспорядка будет подавляться силой оружья.
С. 50: Те, кто защищал власть, в меньшей степени интересовались историей французских революций, но помнили опыт 1905—1907 годов. Из него они извлекли: если власть готова применить силу, антиправительственные выступления можно потопить в крови. И для тех и для других итог событий 26 февраля был ясен: режим отдал приказ стрелять, армия его выполняет, беспорядки будут подавлены[8].
С. 50: План действий на случай массовых беспорядков в Петрограде у власти был. Но предпосылкой его реализации была лояльность войск. Это власти не подвергали сомнению. Шаги, которые необходимо предпринять, если солдаты откажутся выполнять приказы, в планах предусмотрены не были. Те, кто отвечал за обеспечение порядка, понимали, что стрельба по безоружным соотечественникам — для солдат тяжелая психологическая травма[9]. Но до вечера 26 февраля отказ стрелять по демонстрантам был редкостью, такие случаи пресекались начальством[10].
С. 50-51: В ночь с 26 на 27 настроение солдат стало меняться. «Применение ружейного огня против толпы всегда производит сильное впечатление на солдат и на офицеров. Когда же стрелять приходится против невооруженной толпы, среди которой большинство просто зеваки, впечатление оказывается почти потрясающим. Вид безоружного противника, вид убитых и раненых из его рядов смущает солдата. Да правильно ли поступает начальство, приказывая стрелять? Да хорошо ли, что мы стреляем? Эти вопросы невольно приходят в голову солдата»[11].
С. 51: Из телеграммы военного министра генерала Беляева генералу Алексееву 27 февраля 1917 года: "Начавшиеся с утра в некоторых войсковых частях волнения твердо и энергично подавляются оставшимися верными своему долгу ротами и батальонами.
С. 51: При крахе военной организации решающее значение имеет то, остались ли в распоряжении властей пусть небольшие, но надежные части. Полковник Кутепов просил для выполнения приказа одну надежную бригаду. Ее не нашлось.
С. 51-52: Кутепов: «В роте уже имелось распоряжение, что 12 пулеметов поступают ко мне. Когда я обратился к командиру полуроты штабс-капитану... и спросил, могут ли они открыть огонь по первому приказанию, то он очень смущенно мне заявил, что у них нет совсем масла и воды в кожухах... Я приказал ему послать за всем необходимым и на первой же остановке немедленно изготовить пулеметы к бою... Вслед за этим подойдя к пулемету, стоящему у Артиллерийского переулка и направленному на Баскову улицу, я был удивлен, найдя его не заряженным. Когда я приказал его зарядить, то командир полуроты, стоявший здесь, сказал, что у них в кожухах нет воды и глицерина, а также нет смазки, и что пулемет не может быть изготовлен к бою... Большая часть моего отряда смешалась с толпой, и я понял, что мой отряд больше сопротивляться не может»[13].
С. 52: За 24 часа, прошедших между вечером 26 и вечером 27 февраля 1917 года, императорская власть, имеющая за собой многовековую традицию, перестала существовать.
С. 52: Когда происходит подобная катастрофа, роль писаных законов, правовых процедур — невелика. Монополия государства на применение силы рушится. Ключевой вопрос — есть ли боеспособные части и чьим приказам они подчиняются. Россия — империя, втянутая в Первую мировую войну, к вечеру 27 февраля, стала государством, в котором нет ни надежной армии, ни признанной власти.
С. 53-54: А.Деникин летом 1917 года говорил: «Армия развалилась. Необходимы героические меры, чтобы вывести её на истинный путь... Если вы спросите меня, дадут ли все эти меры благотворные результаты, я отвечу откровенно: да, но далеко не скоро. Разрушить армию легко, для возрождения нужно время. Но по крайней мере они дадут основание, опору для создания сильной и могучей армии»[16].
С. 55: ...начальник контрразведки Петроградского округа Б.Никитин: «Таким образом, выступить Половцову в буквальном смысле не с кем... Требую не бригаду, не полк, а хоть один батальон»[21].
С. 56: В распоряжении Временного правительства надежных войск нет.
С. 57: История русской революции начала ХХ в. показывает, какую роль в периоды хаоса и анархии играют пусть немногочисленные, но боеспособные, готовые исполнять приказы части[26].
С. 76: Заставить деревню сдавать зерно в необходимых объемах царское правительство не могло. К жестоким репрессиям против крестьян оно было не готово.
С. 76: Пойти на это, когда организованной вооруженной силы у власти нет, а развитие событий определяется поддержкой столичной уличной толпы, рискованно.
С. 76-77: Чтобы реализовать эту стратегию, необходим государственный аппарат, способный распределять обязательства между губерниями, уездами и волостями, контролировать исполнение заданий, транспортировку грузов, их распределение. Аппарат, готовый применить силу к тем, кто задания не выполняет[79]. Это возможно, если у власти есть вооруженные силы, готовые выполнить её распоряжения.
С. 117: У кого 22 августа 1991 года в руках оказалась власть?... У союзных властей, которые дискредитировали себя провалившимся путчем? Их приказу применить силу не подчинился бы ни один полк.
С. 118: 22 августа на Лубянской площади царило иное настроение, с другими настроениями. Люди пришли не умирать за свободу, а праздновать свержение ненавистного режима... при отсутствии дееспособных силовых структур такая толпа опасна.
С. 123: В те дни офицеры и генералы в интервью журналистам заявляли, что не готовы выполнять приказы, с содержанием которых не согласны. Общую атмосферу в армии того времени иллюстрируют два тезиса из выступлений участников армейского собрания в январе 1992 года: «армию не удастся втянуть в политические игры» и «терпение людей в погонах имеет предел». Прочитав их, нетрудно понять, что армии у государства нет.
С. 124: ...если нет боеспособной армии, действующих правоохранительных служб, пограничного контроля, центр перестает контролировать ситуацию на местах.
С. 173: Силовых структур, готовых реализовать указ Президента РФ о роспуске Съезда, тоже не было.
С. 178: К этому времени вопрос о неизбежности силового противостояния между Правительством и Верховным Советом стал ясен всем, кто был близок к процессу принятия решений... Ядерная держава не могла жить в условиях безвластия... Ключевыми стали вопросы: как восстановить эффективную систему власти в России? Когда? Кто победит в противостоянии?
С. 179: Вступив на путь прямой, открытой конфронтации, надо быть готовым применить силу. Поведение силовых структур предсказать тогда было невозможно.
С. 180-181: На протяжении последних лет мы много раз повторяли, что армия вне политики, её нельзя привлекать для решения внутриполитических конфликтов... Однако развитие событий 3 октября показало, что деморализованная милиция и внутренние войска не способны отстоять порядок в Москве... Необходимость срочно поднять армейские части стала очевидной. Но будут ли приказы выполнены, не получится ли, как в августе 1991 года, что армейская машина просто откажется сдвинуться с места, будут лишь рапорты и показная активность? Уверенно ответить на такой вопрос не мог тогда никто, думаю, включая министра обороны и президента.
http://www.iet.ru/files/publications/gaidar-2009.pdf
Кроме цитат из книги «Смуты и институты», приведу еще цитаты из интервью Е.Гайдара журналисту "Новой Газеты" А.Полухину 20 ноября 2009 г. «Егор Гайдар: Режим может рухнуть неожиданно, за два дня»:
«Моя книга в первую очередь — предостережение. России, которая пережила две катастрофы, не нужна третья. Хочу, чтобы это понимала и руководящая страной элита, и те, кто с ней не согласен»;
«Раньше или позже выясняется, что у него нет ни одного надежного полка. В 1917 году, когда развивались ключевые события, связанные сначала с борьбой за власть, а затем с борьбой за власть между большевиками и Временным правительством, ни одна из сторон не могла выставить хотя бы надежную бригаду. Кутепов, преданный царю офицер, безусловно, готовый стрелять по толпе из пулеметов, получил приказ прекратить беспорядки. Он просил бригаду. Бригады не нашлось, дали сводный отряд. Тут же выяснилось, что в сводном отряде пулеметы без глицерина, стрелять из них нельзя»:
http://www.novgaz.ru/data/2009/129/09.html,
а также цитату из лекции Е.Гайдара «Смуты и институты» 19 ноября 2009 г. в Полит.ру:
«... в какой-то момент у авторитарного, не очень популярного режима вдруг не оказывается ни одного надежного полка. После этого он рушится, причем рушится стремительно. Вот у ГКЧП не нашлось ни одного надежного полка... Совершенно ясно, что ни одного полка, который готов выполнить приказ Горбачева, в его распоряжении нет... Устойчивость власти зависит от того, кого поддержит улица. Причем речь идет не о поддержке миллионов людей, а о поддержке двух — пяти тысяч людей, но организованных. Этого вполне достаточно, чтобы свергнуть власть... всегда вопрос заключался в том, кого поддержат две-три тысячи организованных людей. И это вопрос, ответ на который определял будущее очень большой страны»:
http://www.polit.ru/lectures/2009/12/10/gaidar.html
Приведенные цитаты представляют достаточно определенно, чему на самом деле посвящена последняя книга Е.Гайдара и, похоже, не нуждаются в детальных комментариях. Имеет смысл обратить внимание читателей лишь на некоторые характерные особенности как приведенных отрывков, так и всей книги.
1. Стилистическая окраска сторон в описываемых Гайдаром примерах гражданского противостояния и гражданских войн дает ясное представление, на чьей стороне авторские симпатии. На одной стороне – четко прописанные должности и фамилии представителей «элиты», «властей», «режима», к тому же еще и окрашенные позитивными характеристиками: генерал Беляев, генерал Алексеев, генерал Хабалов, начальник контрразведки Петроградского округа Б.Никитин, полковник Кутепов, к тому же «преданный царю офицер», «безусловно, готовый стрелять по толпе из пулеметов». На другой – безличные «крестьяне», «деревня», «демонстранты», «толпа», «народ», «оппозиция», «боевики», заслуживающие лишь того, чтобы быть разогнанными и расстрелянными:
«Взвод драгун спешился и открыл огонь по толпе, причем убито трое и ранено десять человек. Толпа мгновенно рассеялась».
2. Характерен выбор Гайдаром глаголов, которыми он считает возможным характеризовать действия режимов по отношению к собственному народу: «применить силу», «подавить», «усмирить», «потопить в крови».
3. Главное для автора – не демократия, не народ, не люди, главное для него – власть. Вопрос, которым он задается, звучит не: «Как восстановить демократию?», а: «Держава не могла жить в условиях безвластия... Как восстановить эффективную систему власти в России?»
4. Гайдар не только не допускает возможности сопротивления гражданами против незаконной, нелегитимной, криминальной власти (и тем самым отказывает в «праве на восстание» в англо-саксонской и в целом в современной европейской правовой традиции). Наоборот, он требует безусловного «потопления в крови» инициаторов такого применения:
«Предпосылка устойчивости государства — монополия на применение насилия, способность подавить беспорядки... Отказ солдат стрелять придал смелость тем, кто выступал против существующего порядка».
5. Для Гайдара неприемлем один из базовых принципов современного цивилизованного общества – нейтральность вооруженных сил; его страшит возможность отказа армейских частей от участия в гражданской войне:
«...офицеры и генералы... заявляли, что не готовы выполнять приказы, с содержанием которых не согласны. Общую атмосферу в армии того времени иллюстрируют два тезиса из выступлений участников армейского собрания в январе 1992 года: «армию не удастся втянуть в политические игры»... Прочитав их, нетрудно понять, что армии у государства нет»;
«Первые признаки проявления нелояльности армии означают, что режим столкнулся со смертельной угрозой...»;
«Необходимость срочно поднять армейские части стала очевидной».
6. Особо трепетное отношение автора к правоохранительным органам, спецслужбам, к их роли для сохранения режима («центра») проявляется в таких его сентенциях, как:
«Эффективно функционирующая система правоохранительных органов — сложная структура, опирающаяся на развитую систему связей, накопленную информацию, агентурную сеть»;
«...если нет... действующих правоохранительных служб,... центр перестает контролировать ситуацию...»;
а также в, похоже, единственном во всей книге детальном и полном наименовании должности руководителя спецслужбы и единственном указании при фамилии царского военачальника его инициала: «начальник контрразведки Петроградского округа Б.Никитин».
7. Наконец, особенно взволнованно-обеспокоенным Гайдар становится тогда, когда описывает ликующий народ России 22 августа 1991 года, готовый, по его мнению, вслед за ликвидацией власти КПСС ликвидировать и власть КГБ:
«22 августа на Лубянской площади царило иное настроение, с другими настроениями. Люди пришли... праздновать свержение ненавистного режима... при отсутствии дееспособных силовых структур такая толпа опасна... Когда десятки, возможно, сотни тысяч людей собрались на площади, в зданиях КГБ раздавали гранаты, готовили к бою счетверенные пулеметы».
Вот, оказывается, кто представлял главную «опасность», – это была «толпа» граждан; вот, откуда, по мнению Гайдара, исходила «угроза миру» – не от «дееспособных силовых структур», не от сотрудников спецслужб, «раздававших гранаты» и «готовивших к бою счетверенные пулеметы», а от «толпы» ликовавших граждан, пришедших праздновать свое освобождение. Именно граждане оказались, по мнению Гайдара, врагом столь оберегаемого им «порядка», именно от них надо было защищать ударный отряд прежнего режима – политическую полицию, защищать в том числе и с помощью «гранат» и «счетверенных пулеметов».
Книга «Смуты и институты» – это действительно политическое завещание Гайдара, причем завещание, адресованное прежде всего нынешней «элите» (российским властям), а также и тем, кто с этой «элитой» (с российским режимом) не согласен. Это завещание четко сформулировано в виде развернутого, подробно аргументированного наказа:
Главное для нынешнего российского режима – не допустить повторения дважды совершенной в России в ХХ веке, по мнению Гайдара, ошибки – того, что он называет деинституализацией, т.е. утраты режимом способности применять насилие против собственного народа. Ключ к сохранению режимом (причем автор неоднократно подчеркивает: авторитарным режимом) политической власти – это наличие у него надежных войск; это способность властей отдать приказ применить оружие; это способность войск, получивших такой приказ, действительно открыть огонь по собственному народу.
http://aillarionov.livejournal.com/306639.html
19 января 2014 | 07:22 (в комментариях к: [Блог] aillar 18.01.2014 22:41)
Детальное разъяснение некомпетентности и лжи авторов из Института Гайдара:
http://aillarionov.livejournal.com/470768.html
http://aillarionov.livejournal.com/470916.html
http://aillarionov.livejournal.com/471264.html
http://aillarionov.livejournal.com/491942.html
19 января 2014 | 07:19 (в комментариях к: [Блог] aillar 18.01.2014 22:41)
Гайдар никогда не предсказывал мировой экономический кризис 2008 г., результаты расследования:
http://aillarionov.livejournal.com/471368.html
19 января 2014 | 07:14 (в комментариях к: [Блог] aillar 18.01.2014 22:41)
Прогнозы Гайдара:
http://aillarionov.livejournal.com/482309.html
19 января 2014 | 07:12 (в комментариях к: [Блог] aillar 18.01.2014 22:41)
Гайдар не предсказывал кризис.
Ни в 2007 г., ни в любом другом:
http://aillarionov.livejournal.com/484610.html
http://aillarionov.livejournal.com/484933.html
24 декабря 2013 | 13:21 (в комментариях к: [Блог] aillar 23.12.2013 18:47)
Мое утверждение о том, что МБХ до своего заключения не помогал КПРФ, было сделано на основе слов самого МБХ, сказанных им автору в сентябре 2003 г.
Для меня было шоком услышать в упомянутом вами интервью МБХ Снобу, что он все-таки помогал КПРФ.
17 декабря 2013 | 06:59 (в комментариях к: [Блог] aillar 16.12.2013 14:29)
“...заместитель министра экономического развития РФ А. Ю. Левицкая подписала письмо № 14228-АЛ/Д08 от 2 октября 2008 года, которым, по сути, предписывает Росимуществу в кратчайший срок решить вопрос о размещении гайдаровского фонда “на условиях договора безвозмездного пользования с правом передачи третьим лицам”. Срок исполнения — до 13 октября 2008 года”:
http://stringer.ru/publication.mhtml?Part=48&PubID=10381.
В октябре 2010 года В. Путин также освободил от налогообложения гранты, предоставляемые Фондом наследия Егора Гайдара . В правительственный перечень организаций, освобожденных от уплаты налогов по предоставляемым грантам, государственная корпорация “Роснано”, возглавляемая А. Чубайсом, к этому времени уже была включена .
http://magazines.russ.ru/continent/2010/146/il7.html
В. Путин: “Кончина Егора Тимуровича Гайдара — тяжелая утрата для России, для всех нас. Не стало настоящего гражданина и патриота, сильного духом человека, талантливого ученого, писателя и практика. Не каждому государственному деятелю выпадает возможность служить Отечеству на самых переломных этапах его истории, принимать ключевые решения, которые определят будущее страны. Егор Тимурович Гайдар достойно выполнил эту сложнейшую задачу, проявив лучшие профессиональные и личные качества. Он не стал уклоняться от ответственности и в самых непростых ситуациях с честью и мужеством держал удар”: http://government.ru/smi/messages/8597/.
Указ об увековечении памяти Егора Гайдара
17 мая 2010 года, 11:20
Ключевые слова: общество
Президент подписал Указ «Об увековечении памяти Е.Т.Гайдара».
http://www.kremlin.ru/acts/7772
17 декабря 2013 | 06:51 (в комментариях к: [Блог] aillar 16.12.2013 14:29)
Гайдар:
Это не то, что я там категорический противник того, что Чечне должен быть какой-то элементарный порядок, такой или сякой, я просто пытался объяснить ему, что то, что ему сейчас предлагают, прошу прощения, клинические идиоты…
Еще раз подчеркну, дело было не в том - «Надо наводить порядок в Чечне или нет?» Надо было думать: «Когда, какими методами и как к этому готовится, если ты хочешь это сделать». Эдуард Аркадьевич Воробьев - прекрасный военный, генерал-полковник, тогда первый заместитель командующего сухопутными войсками, очень квалифицированный, один из лучших российских генералов, много раз доказывающий это в действии - когда его послали руководить чеченской операцией, прибыв в войска, разобравшись в том, как обстоят дела с боевым слаживанием, разведкой, сказал начальству, что нужно, по меньшей мер, два месяца на подготовку операции, налаживании нормальной информации, наиболее слаживании войск, склоченных по взводу неизвестно откуда.
http://www.intelros.ru/2007/04/27/egor_gajjdar_ob_jepokhe_elcina_the_new_times_24_aprelja_2007_g.html
17 декабря 2013 | 06:24 (в комментариях к: [Блог] aillar 16.12.2013 14:29)
Вы ничего не поняли.
Вам напомнили о том, что Гайдар был плагиатором.
Причем плагиатором худшего типа - он не просто воровал куски текстов у других авторов, он воровал куски текстов у своих подчиненных.
http://aillarionov.livejournal.com/491467.html
Гайдар - банальный воришка, а вы - про юпитеров, прометеев фантазируете.
Ознакомьтесь с матчастью.
16 декабря 2013 | 18:18 (в комментариях к: [Блог] aillar 16.12.2013 14:29)
Жестко вы так о Гайдаре.
Но, наверное, справедливо.
Читайте, как Гайдар передергивал и факты и статистику:
http://esli-mysli.livejournal.com/
16 декабря 2013 | 18:16 (в комментариях к: [Блог] aillar 16.12.2013 14:29)
Читайте Гайдара, в подлиннике:
ЧАСТНАЯ СОБСТВЕННОСТЬ – НОВЫЙ СТЕРЕОТИП
Набравший силу процесс демонтажа идеологических стереотипов грозит обернуться формированием новых, противоположных по знаку. И вот уже многим кажется, что достаточно произнести магические слова «частная собственность», «свобода предпринимательства» – и проблемы решатся как по мановению волшебной палочки. Конечно, мир не перевернется, если даже личную собственность на средства производства переименовать в частную.
Программа реформы, не предусматривающая упрочения таких ценностей, как равенство условий жизненного старта вне зависимости от имущественного положения, общественное регулирование, дифференциации доходов, активное участие трудящихся в управлении производством, просто нежизнеспособна. Курс на обновление социализма, включающий и демократизацию общественной жизни, и создание гибкой, динамичной, многосекторной экономики, и развитие системы социальных гарантий, не дань верности идеологическим ориентирам прошлого, а просто результат здравого анализа реальной расстановки общественных сил.
Егор Гайдар,
кандидат экономических наук.
«Московские Новости» № 41, 8 октября 1989 г.
http://aillarionov.livejournal.com/276579.html
16 декабря 2013 | 18:00 (в комментариях к: [Блог] aillar 16.12.2013 14:29)
Мародерством который год занимаются Чубайс и Ясин, пытаясь "приватизировать" в свою пользу финансовую стабилизацию, сделанную Борисом Федоровым (см. ссылки в тексте поста).
Бориса Федорова уже несколько лет нет с нами. Он сейчас не может ответить.
Пока буду жив, за Бориса буду отвечать я.
Все попытки мародеров мародерничать будут пресекаться.
16 декабря 2013 | 17:53 (в комментариях к: [Блог] aillar 16.12.2013 14:29)
В отличие от других членов секты ранее Вы не были замечены в личных оскорблениях. Теперь и Вы - туда же.
С какой стати Вы пытаетесь установить запрет на обсуждение действий и их последствий лиц, оказавшихся на государственных постах? Тогда Вам вначале надо было запретить проф. Ясину высказываться в день смерти. Но Ваших запретов в комментах к его посту не видно.
Запретите также высказываться о Сталине 19 декабря, о Ленине 22 апреля, о Гитлере 20 апреля.
Нет?
А почему тогда Вы делаете для Гайдара такое исключение? Откуда у Вас, прошедшего ужасы тоталитарного режима, такой пиетет перед культом?
Никакого сведения счетов, никакого поливания могилы здесь нет. Сообщите, что именно в моем тексте не соответствует действительности? Вы и Ваши коллеги год за годом только изливаете желчь и оскорбления, распускаете слухи. Но ни Вы, ни кто-либо другой ни разу - НИ РАЗУ - не смогли опровергнуть ни одного факта, ни одной цифры, ни одного документа, из тех, что я привел.
Вы не хотите седьмой год - т.е. 1998-й год, год кризиса, организованного Гайдаром и Чубайсом в результате проведения политики валютного коридора? Он совершенно заслуженно завершает период наибольшего гайдаровского воздействия на экономическую политику страны. Хотите пятый, шестой годы - пожалуйста. А вот 12-й год не годится. Во-1-х, проф. Ясин не велел - читайте его текст. А-во-2-х, потому что это действительно была уже другая политика, проводимая другими людьми. Что касается данных по инфляции на 1999 и 2000 годв, то результаты были бы еще хуже, потому что добавилась бы инфляция еще и за последние годы.
16 декабря 2013 | 17:37 (в комментариях к: [Блог] aillar 16.12.2013 14:29)
Действительно, заниматься плагиатом работ своей прямой подчиненной Е.Серовой и вставлять куски из ее книг в Гибель империи - для этого поистине нужна недюжинная СМЕЛОСТЬ!
16 декабря 2013 | 17:35 (в комментариях к: [Блог] aillar 16.12.2013 14:29)
Рекомендую поближе познакомиться с эрудитом - плагиататором, фальсификатором, лжецом:
http://esli-mysli.livejournal.com/83447.html?thread=1626871#t1626871
Вообще рекомендую почитать разбор работ "эрудита" в указанном блоге:
http://esli-mysli.livejournal.com/
16 декабря 2013 | 17:32 (в комментариях к: [Блог] aillar 16.12.2013 14:29)
Вы совершенно не в курсе того, о чем взялись писать.
Импорт 32 млн т зерна в 1992 г. достался жуликам и мошенникам, которых из российского бюджета субсидировал Гайдар.
Когда Федоров отменил субсидии в конце 1993 г., импорт сократился почти на 30 млн тонн.
При том, что урожай 1994 г. был меньше урожая 1992 г. на 25 млн тонн, и никаких очередей за хлебом не было (в отличие от 1992 г.) Россия начала экспортировать зерно.
Вот эта разница в зерновом балансе - более 55 млн тонн зерна в 1992 г. - была расхищена жуликами благодаря гайдаровской политике субсидирования импортного зерна.
16 декабря 2013 | 17:25 (в комментариях к: [Блог] aillar 16.12.2013 14:29)
Вы пишите неправду.
В Ленинграде было относительно сносное снабжение мясными продуктами (по сравнению со многими другими городами страны) примерно до 1987-88 гг. Вот тогда действительно начались серьезные перебои.
16 декабря 2013 | 17:23 (в комментариях к: [Блог] aillar 16.12.2013 14:29)
Да, очень мало.
Только национализировал производство шпал.
Только подарил Фиделю 200 млн.дол.
Только отдал 1 млрд дол. кредита МВФ на спасение ГБ-шного "Евробанка".
Мало, очень мало.
Сколько еще можно было сделать!
16 декабря 2013 | 17:20 (в комментариях к: [Блог] aillar 16.12.2013 14:29)
То есть вы хотите людям запретить говорить о том, что сделал Сталин - 19 декабря, Ленин - 22 апреля, Гитлер - 20 апреля?
16 декабря 2013 | 17:16 (в комментариях к: [Блог] aillar 16.12.2013 14:29)
1. Утром 1 января вы ничего купить не могли. Потому что цены были освобождены не 1-го, а 2-го января.
2. Сырокопченная колбаса появилась не сразу. В Москве - примерно через 3 недели.
3. Либерализацию цен 2 января 1992 г. провели Ельцин и Бурбулис. Их и благодарите. Причем тут Гайдар?
16 декабря 2013 | 17:06 (в комментариях к: [Блог] aillar 16.12.2013 14:29)
1. Падение ВВП было меньшим, чем в России, в пяти постсоветских республиках - Эстонии, Беларуси, Казахстане, Туркменистане, Узбекистане.
Если учесть, что в пяти республиках шли разрушительные войны (Армения, Азербайджан, Грузия, Молдова, Таджикистан), а против балтийских республик Россией была начата экономическая война, то хуже, чем в России, ситуация была только в 2 республиках (Украина и Киргизстан).
2. Сравнение 1994 г. с 1991 г. предложено вами.
3. Проблема в том, что именно Россия (Гайдар) показала пример ошибочной экономической политики, которую затем дублировали во всех остальных постсоветских республиках (за исключением Балтии). Поэтому роль Гайдара - не только в организации российской экономической катастрофы, но и в демонстрационном эффекте на другие республики.
16 декабря 2013 | 16:55 (в комментариях к: [Блог] aillar 16.12.2013 14:29)
Омерзение вызывает удивитеьная некомпетентность и грубые передергивания.
По мнению Ясина, политика изменилась через 11 лет ("половину 22-летнего срока"). Поэтому предложенные вами 17 лет не годятся.
Если вам не нравится 7-летний период, назовите любой другой период. Сравним для любого другого периода, предложенного вами.
Сравнение с Тэтчер производится, потому что кандидатура Тэтчер была предложена проф. Ясиным.
Предложите другие кандидатуры - сравним с ними.
16 декабря 2013 | 16:44 (в комментариях к: [Блог] aillar 16.12.2013 14:29)
Тогда назовите вы, что полезного сделано было именно Гайдаром.
16 декабря 2013 | 15:20 (в комментариях к: [Блог] aillar 16.12.2013 14:29)
С кем предложил сравнить проф. Ясин, с тем и сравниваем.
Предложит с Лениным - сравним и с Лениным.
16 декабря 2013 | 15:16 (в комментариях к: [Блог] aillar 16.12.2013 14:29)
Ликвидация дефицита, пустых прилавков, длинных очередей - это результат либерализации цен на большинство товаров, которую провели Б.Ельцин и Г.Бурбулис.
Гайдар не допустил либерализации цен на зерно и хлеб, запретил их освобождение на региональном уровне, затягивал оплату фрахта, запретил разбронирование государственного резерва и т.д. (см. текст по ссылке).
Какие "непопулярные" реформы провел именно Гайдар?
16 декабря 2013 | 15:10 (в комментариях к: [Блог] aillar 16.12.2013 14:29)
Как Россия "вышла" из катастрофы:
к концу 1994 г. российский ВВП по сравнению с 1991 г. упал на 32%.
16 декабря 2013 | 15:05 (в комментариях к: [Блог] aillar 16.12.2013 14:29)
Вам не удалось прочитать даже такой короткий текст.
Федоров Борис Григорьевич, настоящий герой российских экономических реформ.
29 ноября 2013 | 05:39 (в комментариях к: [Блог] aillar 26.11.2013 22:20)
Е.Гайдар. Дни поражений и побед. Гл. 11. Схватка.
Читайте.
29 ноября 2013 | 05:30 (в комментариях к: [Блог] aillar 26.11.2013 22:20)
Увольнение Нечаева из правительства.
«Вопрос: Что было причиной вашего ухода из правительства?
Нечаев: Это было 25 марта 1993 года. Это было время перед референдумом. Начиналась бурная раздача слонов, которая противоречила законом, и я получил указания раздать довольно много квот на экспорт нефти, которая при той разнице внутренних и внешних цен делала людей очень богатыми. Один случай, который характеризует обстановку. Идет совещание. По громкой связи мне орет вице-президент Александр Владимирович Руцкой: «Я тебе даю поручение выдать квоту на экспорт нефти строящемуся Ставропольскому сахароперерабатывающему заводу». Я отвечаю: «Согласно указанию президента квоты предоставляются только нефтедобывающим регионам». В ответ мат-перемат. Руцкой: «Я тебя лично расстреляю». Я тоже его нехорошими словами послал. Пять дней ко мне никто не подходил, потому что в иерархии советских чиновников председатель госплана не мог послать второго секретаря ЦК».
Рассказанная история не имеет отношения к действительности. Вице-президент А.Руцкой не имел никакого отношения к кадровым решениям в правительстве.
Так получилось, что мне пришлось стать невольным свидетелем того, как и почему был уволен А.Нечаев.
Один из вечеров марта 1993 г. я провел в кабинете В.Черномырдина, который совмещал разговор со мной с прослушиванием радиопередачи, кажется, на «Эхе Москвы». Если не ошибаюсь, между 8 и 9 часами вечера в прямом радиоэфире выступал Нечаев. На вопрос одного из радиослушателей, что он будет делать после завершения передачи, Нечаев в эфире ответил, что отправляется назад в министерство «продолжать работать». Через полчаса после завершения передачи в моем присутствии Черномырдин позвонил в приемную министерства экономики, чтобы поинтересоваться, приехал ли министр. С трудом найденный дежурный ответил, что министр из министерства уехал несколько часов назад и больше сегодня не вернется. Через час Черномырдин позвонил снова и услышал тот же ответ. Сказать, что Черномырдин был взбешен, это ничего не сказать.
На следующий день Нечаев был уволен.
http://aillarionov.livejournal.com/353139.html
29 ноября 2013 | 05:26 (в комментариях к: [Блог] aillar 26.11.2013 22:20)
Книга «Смуты и институты».
В ней есть немало авторских утверждений о важности сохранения режимом, в том числе авторитарным, власти; о монополии власти на насилие; о необходимости применения режимом силы против собственного народа; об опасности неприменения режимом силы против собственного народа; о поддержании порядка, под которым понимается способность режима, в том числе авторитарного, применять насилие; о деинституциализации, под которой понимается неспособность власти применять насилие:
С. 9: Важнейший атрибут государства — монополия на применение насилия.
С. 15: В ХХ веке Россия совершила немало ошибок. Две из них были связаны с радикальной деинституциализацией в 1917—1921 годах и на рубеже конца 1980-х — начала 1990-х годов. Цена их была очень высокой. Не повторить их — наша задача.
С. 20: В сельскохозяйственных районах невелико число людей, способных подавить крестьянские беспорядки... Когда риск применения государством силы снижается, вместе с ним уменьшаются и доходы бюджета.
С. 21: ...если не платить налоги, то рано или поздно власть пришлет войска.
С. 21: Кризис государственных финансов, вызванная им ненадежность войска, конфликты с соседями могут подорвать способность государства применять силу при отказе крестьян платить налоги. Расчет на то, что крестьяне всегда будут послушными, войска надежными — ошибка, дорого стоившая правителям многих аграрных государств.
С. 31: Предпосылка устойчивости государства — монополия на применение насилия, способность подавить беспорядки. Она зависит от того, что происходит на улице, готовы ли солдаты выполнить приказы, отдаваемые властями. Когда в 1789 году стало ясно, что солдаты приказы не исполняют, режим рухнул, как карточный домик. Выяснилось, что в армии нет полка, готового выступить по приказу короля[20]. Отказ солдат стрелять придал смелость тем, кто выступал против существующего порядка. Успех служил оправданием бунту. Государство оказалось не просто слабым, а бессильным. Институты старого режима разрушились в течение нескольких дней[21].
С. 34: В готовности стрелять по участникам крестьянских беспорядков национальная гвардия проявляла больше решимости, чем войска старого режима.
С. 39-40: Ключевой институт — монополия органов государства на применение насилия. До тех пор, пока она сохраняется, пока армия готова выполнять приказы, режим остается стабильным, крушение ему не грозит. В России это показали события 1905—1907 годов, когда гвардейские части подавили попытку вооруженного восстания в Москве, а вернувшаяся с Дальнего Востока армия усмирила вышедшую из-под контроля деревню.
С. 40: Но верность армии существующей власти, ее готовность выполнить приказ применить оружие против народа — не гарантирована. Когда в казармах говорят о том, что в случае народных волнений войска могут отказаться стрелять, число военных, готовых открыть огонь, сокращается. Солдаты и офицеры понимают: если режим падет, то толпа растерзает тех, кто открыл огонь.
С. 40: Первые признаки проявления нелояльности армии означают, что режим столкнулся со смертельной угрозой... Полагать, что после отказа применять оружие против народа воинские части спокойно вернутся в казармы, — иллюзия.
С. 41: Эффективно функционирующая система правоохранительных органов — сложная структура, опирающаяся на развитую систему связей, накопленную информацию, агентурную сеть.
С. 48: §1. Крах Российской империи — солдаты отказываются стрелять в толпу.
С. 49: Взвод драгун спешился и открыл огонь по толпе, причем убито трое и ранено десять человек. Толпа мгновенно рассеялась.
С. 49: Генералом Хабаловым было объявлено о воспрещении скопления народа на улицах и подтверждено, что всякое проявление беспорядка будет подавляться силой оружья.
С. 50: Те, кто защищал власть, в меньшей степени интересовались историей французских революций, но помнили опыт 1905—1907 годов. Из него они извлекли: если власть готова применить силу, антиправительственные выступления можно потопить в крови. И для тех и для других итог событий 26 февраля был ясен: режим отдал приказ стрелять, армия его выполняет, беспорядки будут подавлены[8].
С. 50: План действий на случай массовых беспорядков в Петрограде у власти был. Но предпосылкой его реализации была лояльность войск. Это власти не подвергали сомнению. Шаги, которые необходимо предпринять, если солдаты откажутся выполнять приказы, в планах предусмотрены не были. Те, кто отвечал за обеспечение порядка, понимали, что стрельба по безоружным соотечественникам — для солдат тяжелая психологическая травма[9]. Но до вечера 26 февраля отказ стрелять по демонстрантам был редкостью, такие случаи пресекались начальством[10].
С. 50-51: В ночь с 26 на 27 настроение солдат стало меняться. «Применение ружейного огня против толпы всегда производит сильное впечатление на солдат и на офицеров. Когда же стрелять приходится против невооруженной толпы, среди которой большинство просто зеваки, впечатление оказывается почти потрясающим. Вид безоружного противника, вид убитых и раненых из его рядов смущает солдата. Да правильно ли поступает начальство, приказывая стрелять? Да хорошо ли, что мы стреляем? Эти вопросы невольно приходят в голову солдата»[11].
С. 51: Из телеграммы военного министра генерала Беляева генералу Алексееву 27 февраля 1917 года: "Начавшиеся с утра в некоторых войсковых частях волнения твердо и энергично подавляются оставшимися верными своему долгу ротами и батальонами.
С. 51: При крахе военной организации решающее значение имеет то, остались ли в распоряжении властей пусть небольшие, но надежные части. Полковник Кутепов просил для выполнения приказа одну надежную бригаду. Ее не нашлось.
С. 51-52: Кутепов: «В роте уже имелось распоряжение, что 12 пулеметов поступают ко мне. Когда я обратился к командиру полуроты штабс-капитану... и спросил, могут ли они открыть огонь по первому приказанию, то он очень смущенно мне заявил, что у них нет совсем масла и воды в кожухах... Я приказал ему послать за всем необходимым и на первой же остановке немедленно изготовить пулеметы к бою... Вслед за этим подойдя к пулемету, стоящему у Артиллерийского переулка и направленному на Баскову улицу, я был удивлен, найдя его не заряженным. Когда я приказал его зарядить, то командир полуроты, стоявший здесь, сказал, что у них в кожухах нет воды и глицерина, а также нет смазки, и что пулемет не может быть изготовлен к бою... Большая часть моего отряда смешалась с толпой, и я понял, что мой отряд больше сопротивляться не может»[13].
С. 52: За 24 часа, прошедших между вечером 26 и вечером 27 февраля 1917 года, императорская власть, имеющая за собой многовековую традицию, перестала существовать.
С. 52: Когда происходит подобная катастрофа, роль писаных законов, правовых процедур — невелика. Монополия государства на применение силы рушится. Ключевой вопрос — есть ли боеспособные части и чьим приказам они подчиняются. Россия — империя, втянутая в Первую мировую войну, к вечеру 27 февраля, стала государством, в котором нет ни надежной армии, ни признанной власти.
С. 53-54: А.Деникин летом 1917 года говорил: «Армия развалилась. Необходимы героические меры, чтобы вывести её на истинный путь... Если вы спросите меня, дадут ли все эти меры благотворные результаты, я отвечу откровенно: да, но далеко не скоро. Разрушить армию легко, для возрождения нужно время. Но по крайней мере они дадут основание, опору для создания сильной и могучей армии»[16].
С. 55: ...начальник контрразведки Петроградского округа Б.Никитин: «Таким образом, выступить Половцову в буквальном смысле не с кем... Требую не бригаду, не полк, а хоть один батальон»[21].
С. 56: В распоряжении Временного правительства надежных войск нет.
С. 57: История русской революции начала ХХ в. показывает, какую роль в периоды хаоса и анархии играют пусть немногочисленные, но боеспособные, готовые исполнять приказы части[26].
С. 76: Заставить деревню сдавать зерно в необходимых объемах царское правительство не могло. К жестоким репрессиям против крестьян оно было не готово.
С. 76: Пойти на это, когда организованной вооруженной силы у власти нет, а развитие событий определяется поддержкой столичной уличной толпы, рискованно.
С. 76-77: Чтобы реализовать эту стратегию, необходим государственный аппарат, способный распределять обязательства между губерниями, уездами и волостями, контролировать исполнение заданий, транспортировку грузов, их распределение. Аппарат, готовый применить силу к тем, кто задания не выполняет[79]. Это возможно, если у власти есть вооруженные силы, готовые выполнить её распоряжения.
С. 117: У кого 22 августа 1991 года в руках оказалась власть?... У союзных властей, которые дискредитировали себя провалившимся путчем? Их приказу применить силу не подчинился бы ни один полк.
С. 118: 22 августа на Лубянской площади царило иное настроение, с другими настроениями. Люди пришли не умирать за свободу, а праздновать свержение ненавистного режима... при отсутствии дееспособных силовых структур такая толпа опасна.
С. 123: В те дни офицеры и генералы в интервью журналистам заявляли, что не готовы выполнять приказы, с содержанием которых не согласны. Общую атмосферу в армии того времени иллюстрируют два тезиса из выступлений участников армейского собрания в январе 1992 года: «армию не удастся втянуть в политические игры» и «терпение людей в погонах имеет предел». Прочитав их, нетрудно понять, что армии у государства нет.
С. 124: ...если нет боеспособной армии, действующих правоохранительных служб, пограничного контроля, центр перестает контролировать ситуацию на местах.
С. 173: Силовых структур, готовых реализовать указ Президента РФ о роспуске Съезда, тоже не было.
С. 178: К этому времени вопрос о неизбежности силового противостояния между Правительством и Верховным Советом стал ясен всем, кто был близок к процессу принятия решений... Ядерная держава не могла жить в условиях безвластия... Ключевыми стали вопросы: как восстановить эффективную систему власти в России? Когда? Кто победит в противостоянии?
С. 179: Вступив на путь прямой, открытой конфронтации, надо быть готовым применить силу. Поведение силовых структур предсказать тогда было невозможно.
С. 180-181: На протяжении последних лет мы много раз повторяли, что армия вне политики, её нельзя привлекать для решения внутриполитических конфликтов... Однако развитие событий 3 октября показало, что деморализованная милиция и внутренние войска не способны отстоять порядок в Москве... Необходимость срочно поднять армейские части стала очевидной. Но будут ли приказы выполнены, не получится ли, как в августе 1991 года, что армейская машина просто откажется сдвинуться с места, будут лишь рапорты и показная активность? Уверенно ответить на такой вопрос не мог тогда никто, думаю, включая министра обороны и президента.
http://www.iet.ru/files/publications/gaidar-2009.pdf
Кроме цитат из книги «Смуты и институты», приведу еще цитаты из интервью Е.Гайдара журналисту "Новой Газеты" А.Полухину 20 ноября 2009 г. «Егор Гайдар: Режим может рухнуть неожиданно, за два дня»:
«Моя книга в первую очередь — предостережение. России, которая пережила две катастрофы, не нужна третья. Хочу, чтобы это понимала и руководящая страной элита, и те, кто с ней не согласен»;
«Раньше или позже выясняется, что у него нет ни одного надежного полка. В 1917 году, когда развивались ключевые события, связанные сначала с борьбой за власть, а затем с борьбой за власть между большевиками и Временным правительством, ни одна из сторон не могла выставить хотя бы надежную бригаду. Кутепов, преданный царю офицер, безусловно, готовый стрелять по толпе из пулеметов, получил приказ прекратить беспорядки. Он просил бригаду. Бригады не нашлось, дали сводный отряд. Тут же выяснилось, что в сводном отряде пулеметы без глицерина, стрелять из них нельзя»:
http://www.novgaz.ru/data/2009/129/09.html,
а также цитату из лекции Е.Гайдара «Смуты и институты» 19 ноября 2009 г. в Полит.ру:
«... в какой-то момент у авторитарного, не очень популярного режима вдруг не оказывается ни одного надежного полка. После этого он рушится, причем рушится стремительно. Вот у ГКЧП не нашлось ни одного надежного полка... Совершенно ясно, что ни одного полка, который готов выполнить приказ Горбачева, в его распоряжении нет... Устойчивость власти зависит от того, кого поддержит улица. Причем речь идет не о поддержке миллионов людей, а о поддержке двух — пяти тысяч людей, но организованных. Этого вполне достаточно, чтобы свергнуть власть... всегда вопрос заключался в том, кого поддержат две-три тысячи организованных людей. И это вопрос, ответ на который определял будущее очень большой страны»:
http://www.polit.ru/lectures/2009/12/10/gaidar.html
Приведенные цитаты представляют достаточно определенно, чему на самом деле посвящена последняя книга Е.Гайдара и, похоже, не нуждаются в детальных комментариях. Имеет смысл обратить внимание читателей лишь на некоторые характерные особенности как приведенных отрывков, так и всей книги.
1. Стилистическая окраска сторон в описываемых Гайдаром примерах гражданского противостояния и гражданских войн дает ясное представление, на чьей стороне авторские симпатии. На одной стороне – четко прописанные должности и фамилии представителей «элиты», «властей», «режима», к тому же еще и окрашенные позитивными характеристиками: генерал Беляев, генерал Алексеев, генерал Хабалов, начальник контрразведки Петроградского округа Б.Никитин, полковник Кутепов, к тому же «преданный царю офицер», «безусловно, готовый стрелять по толпе из пулеметов». На другой – безличные «крестьяне», «деревня», «демонстранты», «толпа», «народ», «оппозиция», «боевики», заслуживающие лишь того, чтобы быть разогнанными и расстрелянными:
«Взвод драгун спешился и открыл огонь по толпе, причем убито трое и ранено десять человек. Толпа мгновенно рассеялась».
2. Характерен выбор Гайдаром глаголов, которыми он считает возможным характеризовать действия режимов по отношению к собственному народу: «применить силу», «подавить», «усмирить», «потопить в крови».
3. Главное для автора – не демократия, не народ, не люди, главное для него – власть. Вопрос, которым он задается, звучит не: «Как восстановить демократию?», а: «Держава не могла жить в условиях безвластия... Как восстановить эффективную систему власти в России?»
4. Гайдар не только не допускает возможности сопротивления гражданами против незаконной, нелегитимной, криминальной власти (и тем самым отказывает в «праве на восстание» в англо-саксонской и в целом в современной европейской правовой традиции). Наоборот, он требует безусловного «потопления в крови» инициаторов такого применения:
«Предпосылка устойчивости государства — монополия на применение насилия, способность подавить беспорядки... Отказ солдат стрелять придал смелость тем, кто выступал против существующего порядка».
5. Для Гайдара неприемлем один из базовых принципов современного цивилизованного общества – нейтральность вооруженных сил; его страшит возможность отказа армейских частей от участия в гражданской войне:
«...офицеры и генералы... заявляли, что не готовы выполнять приказы, с содержанием которых не согласны. Общую атмосферу в армии того времени иллюстрируют два тезиса из выступлений участников армейского собрания в январе 1992 года: «армию не удастся втянуть в политические игры»... Прочитав их, нетрудно понять, что армии у государства нет»;
«Первые признаки проявления нелояльности армии означают, что режим столкнулся со смертельной угрозой...»;
«Необходимость срочно поднять армейские части стала очевидной».
6. Особо трепетное отношение автора к правоохранительным органам, спецслужбам, к их роли для сохранения режима («центра») проявляется в таких его сентенциях, как:
«Эффективно функционирующая система правоохранительных органов — сложная структура, опирающаяся на развитую систему связей, накопленную информацию, агентурную сеть»;
«...если нет... действующих правоохранительных служб,... центр перестает контролировать ситуацию...»;
а также в, похоже, единственном во всей книге детальном и полном наименовании должности руководителя спецслужбы и единственном указании при фамилии царского военачальника его инициала: «начальник контрразведки Петроградского округа Б.Никитин».
7. Наконец, особенно взволнованно-обеспокоенным Гайдар становится тогда, когда описывает ликующий народ России 22 августа 1991 года, готовый, по его мнению, вслед за ликвидацией власти КПСС ликвидировать и власть КГБ:
«22 августа на Лубянской площади царило иное настроение, с другими настроениями. Люди пришли... праздновать свержение ненавистного режима... при отсутствии дееспособных силовых структур такая толпа опасна... Когда десятки, возможно, сотни тысяч людей собрались на площади, в зданиях КГБ раздавали гранаты, готовили к бою счетверенные пулеметы».
Вот, оказывается, кто представлял главную «опасность», – это была «толпа» граждан; вот, откуда, по мнению Гайдара, исходила «угроза миру» – не от «дееспособных силовых структур», не от сотрудников спецслужб, «раздававших гранаты» и «готовивших к бою счетверенные пулеметы», а от «толпы» ликовавших граждан, пришедших праздновать свое освобождение. Именно граждане оказались, по мнению Гайдара, врагом столь оберегаемого им «порядка», именно от них надо было защищать ударный отряд прежнего режима – политическую полицию, защищать в том числе и с помощью «гранат» и «счетверенных пулеметов».
Книга «Смуты и институты» – это действительно политическое завещание Гайдара, причем завещание, адресованное прежде всего нынешней «элите» (российским властям), а также и тем, кто с этой «элитой» (с российским режимом) не согласен. Это завещание четко сформулировано в виде развернутого, подробно аргументированного наказа:
Главное для нынешнего российского режима – не допустить повторения дважды совершенной в России в ХХ веке, по мнению Гайдара, ошибки – того, что он называет деинституализацией, т.е. утраты режимом способности применять насилие против собственного народа. Ключ к сохранению режимом (причем автор неоднократно подчеркивает: авторитарным режимом) политической власти – это наличие у него надежных войск; это способность властей отдать приказ применить оружие; это способность войск, получивших такой приказ, действительно открыть огонь по собственному народу.
http://aillarionov.livejournal.com/306639.html
29 ноября 2013 | 05:21 (в комментариях к: [Блог] aillar 26.11.2013 22:20)
"Демократические" взгляды Гайдара.
В книге «Смуты и институты» есть немало авторских утверждений о важности сохранения режимом, в том числе авторитарным, власти; о монополии власти на насилие; о необходимости применения режимом силы против собственного народа; об опасности неприменения режимом силы против собственного народа; о поддержании порядка, под которым понимается способность режима, в том числе авторитарного, применять насилие; о деинституциализации, под которой понимается неспособность власти применять насилие:
С. 9: Важнейший атрибут государства — монополия на применение насилия.
С. 15: В ХХ веке Россия совершила немало ошибок. Две из них были связаны с радикальной деинституциализацией в 1917—1921 годах и на рубеже конца 1980-х — начала 1990-х годов. Цена их была очень высокой. Не повторить их — наша задача.
С. 20: В сельскохозяйственных районах невелико число людей, способных подавить крестьянские беспорядки... Когда риск применения государством силы снижается, вместе с ним уменьшаются и доходы бюджета.
С. 21: ...если не платить налоги, то рано или поздно власть пришлет войска.
С. 21: Кризис государственных финансов, вызванная им ненадежность войска, конфликты с соседями могут подорвать способность государства применять силу при отказе крестьян платить налоги. Расчет на то, что крестьяне всегда будут послушными, войска надежными — ошибка, дорого стоившая правителям многих аграрных государств.
С. 31: Предпосылка устойчивости государства — монополия на применение насилия, способность подавить беспорядки. Она зависит от того, что происходит на улице, готовы ли солдаты выполнить приказы, отдаваемые властями. Когда в 1789 году стало ясно, что солдаты приказы не исполняют, режим рухнул, как карточный домик. Выяснилось, что в армии нет полка, готового выступить по приказу короля[20]. Отказ солдат стрелять придал смелость тем, кто выступал против существующего порядка. Успех служил оправданием бунту. Государство оказалось не просто слабым, а бессильным. Институты старого режима разрушились в течение нескольких дней[21].
С. 34: В готовности стрелять по участникам крестьянских беспорядков национальная гвардия проявляла больше решимости, чем войска старого режима.
С. 39-40: Ключевой институт — монополия органов государства на применение насилия. До тех пор, пока она сохраняется, пока армия готова выполнять приказы, режим остается стабильным, крушение ему не грозит. В России это показали события 1905—1907 годов, когда гвардейские части подавили попытку вооруженного восстания в Москве, а вернувшаяся с Дальнего Востока армия усмирила вышедшую из-под контроля деревню.
С. 40: Но верность армии существующей власти, ее готовность выполнить приказ применить оружие против народа — не гарантирована. Когда в казармах говорят о том, что в случае народных волнений войска могут отказаться стрелять, число военных, готовых открыть огонь, сокращается. Солдаты и офицеры понимают: если режим падет, то толпа растерзает тех, кто открыл огонь.
С. 40: Первые признаки проявления нелояльности армии означают, что режим столкнулся со смертельной угрозой... Полагать, что после отказа применять оружие против народа воинские части спокойно вернутся в казармы, — иллюзия.
С. 41: Эффективно функционирующая система правоохранительных органов — сложная структура, опирающаяся на развитую систему связей, накопленную информацию, агентурную сеть.
С. 48: §1. Крах Российской империи — солдаты отказываются стрелять в толпу.
С. 49: Взвод драгун спешился и открыл огонь по толпе, причем убито трое и ранено десять человек. Толпа мгновенно рассеялась.
С. 49: Генералом Хабаловым было объявлено о воспрещении скопления народа на улицах и подтверждено, что всякое проявление беспорядка будет подавляться силой оружья.
С. 50: Те, кто защищал власть, в меньшей степени интересовались историей французских революций, но помнили опыт 1905—1907 годов. Из него они извлекли: если власть готова применить силу, антиправительственные выступления можно потопить в крови. И для тех и для других итог событий 26 февраля был ясен: режим отдал приказ стрелять, армия его выполняет, беспорядки будут подавлены[8].
С. 50: План действий на случай массовых беспорядков в Петрограде у власти был. Но предпосылкой его реализации была лояльность войск. Это власти не подвергали сомнению. Шаги, которые необходимо предпринять, если солдаты откажутся выполнять приказы, в планах предусмотрены не были. Те, кто отвечал за обеспечение порядка, понимали, что стрельба по безоружным соотечественникам — для солдат тяжелая психологическая травма[9]. Но до вечера 26 февраля отказ стрелять по демонстрантам был редкостью, такие случаи пресекались начальством[10].
С. 50-51: В ночь с 26 на 27 настроение солдат стало меняться. «Применение ружейного огня против толпы всегда производит сильное впечатление на солдат и на офицеров. Когда же стрелять приходится против невооруженной толпы, среди которой большинство просто зеваки, впечатление оказывается почти потрясающим. Вид безоружного противника, вид убитых и раненых из его рядов смущает солдата. Да правильно ли поступает начальство, приказывая стрелять? Да хорошо ли, что мы стреляем? Эти вопросы невольно приходят в голову солдата»[11].
С. 51: Из телеграммы военного министра генерала Беляева генералу Алексееву 27 февраля 1917 года: "Начавшиеся с утра в некоторых войсковых частях волнения твердо и энергично подавляются оставшимися верными своему долгу ротами и батальонами.
С. 51: При крахе военной организации решающее значение имеет то, остались ли в распоряжении властей пусть небольшие, но надежные части. Полковник Кутепов просил для выполнения приказа одну надежную бригаду. Ее не нашлось.
С. 51-52: Кутепов: «В роте уже имелось распоряжение, что 12 пулеметов поступают ко мне. Когда я обратился к командиру полуроты штабс-капитану... и спросил, могут ли они открыть огонь по первому приказанию, то он очень смущенно мне заявил, что у них нет совсем масла и воды в кожухах... Я приказал ему послать за всем необходимым и на первой же остановке немедленно изготовить пулеметы к бою... Вслед за этим подойдя к пулемету, стоящему у Артиллерийского переулка и направленному на Баскову улицу, я был удивлен, найдя его не заряженным. Когда я приказал его зарядить, то командир полуроты, стоявший здесь, сказал, что у них в кожухах нет воды и глицерина, а также нет смазки, и что пулемет не может быть изготовлен к бою... Большая часть моего отряда смешалась с толпой, и я понял, что мой отряд больше сопротивляться не может»[13].
С. 52: За 24 часа, прошедших между вечером 26 и вечером 27 февраля 1917 года, императорская власть, имеющая за собой многовековую традицию, перестала существовать.
С. 52: Когда происходит подобная катастрофа, роль писаных законов, правовых процедур — невелика. Монополия государства на применение силы рушится. Ключевой вопрос — есть ли боеспособные части и чьим приказам они подчиняются. Россия — империя, втянутая в Первую мировую войну, к вечеру 27 февраля, стала государством, в котором нет ни надежной армии, ни признанной власти.
С. 53-54: А.Деникин летом 1917 года говорил: «Армия развалилась. Необходимы героические меры, чтобы вывести её на истинный путь... Если вы спросите меня, дадут ли все эти меры благотворные результаты, я отвечу откровенно: да, но далеко не скоро. Разрушить армию легко, для возрождения нужно время. Но по крайней мере они дадут основание, опору для создания сильной и могучей армии»[16].
С. 55: ...начальник контрразведки Петроградского округа Б.Никитин: «Таким образом, выступить Половцову в буквальном смысле не с кем... Требую не бригаду, не полк, а хоть один батальон»[21].
С. 56: В распоряжении Временного правительства надежных войск нет.
С. 57: История русской революции начала ХХ в. показывает, какую роль в периоды хаоса и анархии играют пусть немногочисленные, но боеспособные, готовые исполнять приказы части[26].
С. 76: Заставить деревню сдавать зерно в необходимых объемах царское правительство не могло. К жестоким репрессиям против крестьян оно было не готово.
С. 76: Пойти на это, когда организованной вооруженной силы у власти нет, а развитие событий определяется поддержкой столичной уличной толпы, рискованно.
С. 76-77: Чтобы реализовать эту стратегию, необходим государственный аппарат, способный распределять обязательства между губерниями, уездами и волостями, контролировать исполнение заданий, транспортировку грузов, их распределение. Аппарат, готовый применить силу к тем, кто задания не выполняет[79]. Это возможно, если у власти есть вооруженные силы, готовые выполнить её распоряжения.
С. 117: У кого 22 августа 1991 года в руках оказалась власть?... У союзных властей, которые дискредитировали себя провалившимся путчем? Их приказу применить силу не подчинился бы ни один полк.
С. 118: 22 августа на Лубянской площади царило иное настроение, с другими настроениями. Люди пришли не умирать за свободу, а праздновать свержение ненавистного режима... при отсутствии дееспособных силовых структур такая толпа опасна.
С. 123: В те дни офицеры и генералы в интервью журналистам заявляли, что не готовы выполнять приказы, с содержанием которых не согласны. Общую атмосферу в армии того времени иллюстрируют два тезиса из выступлений участников армейского собрания в январе 1992 года: «армию не удастся втянуть в политические игры» и «терпение людей в погонах имеет предел». Прочитав их, нетрудно понять, что армии у государства нет.
С. 124: ...если нет боеспособной армии, действующих правоохранительных служб, пограничного контроля, центр перестает контролировать ситуацию на местах.
С. 173: Силовых структур, готовых реализовать указ Президента РФ о роспуске Съезда, тоже не было.
С. 178: К этому времени вопрос о неизбежности силового противостояния между Правительством и Верховным Советом стал ясен всем, кто был близок к процессу принятия решений... Ядерная держава не могла жить в условиях безвластия... Ключевыми стали вопросы: как восстановить эффективную систему власти в России? Когда? Кто победит в противостоянии?
С. 179: Вступив на путь прямой, открытой конфронтации, надо быть готовым применить силу. Поведение силовых структур предсказать тогда было невозможно.
С. 180-181: На протяжении последних лет мы много раз повторяли, что армия вне политики, её нельзя привлекать для решения внутриполитических конфликтов... Однако развитие событий 3 октября показало, что деморализованная милиция и внутренние войска не способны отстоять порядок в Москве... Необходимость срочно поднять армейские части стала очевидной. Но будут ли приказы выполнены, не получится ли, как в августе 1991 года, что армейская машина просто откажется сдвинуться с места, будут лишь рапорты и показная активность? Уверенно ответить на такой вопрос не мог тогда никто, думаю, включая министра обороны и президента.
http://www.iet.ru/files/publications/gaidar-2009.pdf
Кроме цитат из книги «Смуты и институты», приведу еще цитаты из интервью Е.Гайдара журналисту "Новой Газеты" А.Полухину 20 ноября 2009 г. «Егор Гайдар: Режим может рухнуть неожиданно, за два дня»:
«Моя книга в первую очередь — предостережение. России, которая пережила две катастрофы, не нужна третья. Хочу, чтобы это понимала и руководящая страной элита, и те, кто с ней не согласен»;
«Раньше или позже выясняется, что у него нет ни одного надежного полка. В 1917 году, когда развивались ключевые события, связанные сначала с борьбой за власть, а затем с борьбой за власть между большевиками и Временным правительством, ни одна из сторон не могла выставить хотя бы надежную бригаду. Кутепов, преданный царю офицер, безусловно, готовый стрелять по толпе из пулеметов, получил приказ прекратить беспорядки. Он просил бригаду. Бригады не нашлось, дали сводный отряд. Тут же выяснилось, что в сводном отряде пулеметы без глицерина, стрелять из них нельзя»:
http://www.novgaz.ru/data/2009/129/09.html,
а также цитату из лекции Е.Гайдара «Смуты и институты» 19 ноября 2009 г. в Полит.ру:
«... в какой-то момент у авторитарного, не очень популярного режима вдруг не оказывается ни одного надежного полка. После этого он рушится, причем рушится стремительно. Вот у ГКЧП не нашлось ни одного надежного полка... Совершенно ясно, что ни одного полка, который готов выполнить приказ Горбачева, в его распоряжении нет... Устойчивость власти зависит от того, кого поддержит улица. Причем речь идет не о поддержке миллионов людей, а о поддержке двух — пяти тысяч людей, но организованных. Этого вполне достаточно, чтобы свергнуть власть... всегда вопрос заключался в том, кого поддержат две-три тысячи организованных людей. И это вопрос, ответ на который определял будущее очень большой страны»:
http://www.polit.ru/lectures/2009/12/10/gaidar.html
Приведенные цитаты представляют достаточно определенно, чему на самом деле посвящена последняя книга Е.Гайдара и, похоже, не нуждаются в детальных комментариях. Имеет смысл обратить внимание читателей лишь на некоторые характерные особенности как приведенных отрывков, так и всей книги.
1. Стилистическая окраска сторон в описываемых Гайдаром примерах гражданского противостояния и гражданских войн дает ясное представление, на чьей стороне авторские симпатии. На одной стороне – четко прописанные должности и фамилии представителей «элиты», «властей», «режима», к тому же еще и окрашенные позитивными характеристиками: генерал Беляев, генерал Алексеев, генерал Хабалов, начальник контрразведки Петроградского округа Б.Никитин, полковник Кутепов, к тому же «преданный царю офицер», «безусловно, готовый стрелять по толпе из пулеметов». На другой – безличные «крестьяне», «деревня», «демонстранты», «толпа», «народ», «оппозиция», «боевики», заслуживающие лишь того, чтобы быть разогнанными и расстрелянными:
«Взвод драгун спешился и открыл огонь по толпе, причем убито трое и ранено десять человек. Толпа мгновенно рассеялась».
2. Характерен выбор Гайдаром глаголов, которыми он считает возможным характеризовать действия режимов по отношению к собственному народу: «применить силу», «подавить», «усмирить», «потопить в крови».
3. Главное для автора – не демократия, не народ, не люди, главное для него – власть. Вопрос, которым он задается, звучит не: «Как восстановить демократию?», а: «Держава не могла жить в условиях безвластия... Как восстановить эффективную систему власти в России?»
4. Гайдар не только не допускает возможности сопротивления гражданами против незаконной, нелегитимной, криминальной власти (и тем самым отказывает в «праве на восстание» в англо-саксонской и в целом в современной европейской правовой традиции). Наоборот, он требует безусловного «потопления в крови» инициаторов такого применения:
«Предпосылка устойчивости государства — монополия на применение насилия, способность подавить беспорядки... Отказ солдат стрелять придал смелость тем, кто выступал против существующего порядка».
5. Для Гайдара неприемлем один из базовых принципов современного цивилизованного общества – нейтральность вооруженных сил; его страшит возможность отказа армейских частей от участия в гражданской войне:
«...офицеры и генералы... заявляли, что не готовы выполнять приказы, с содержанием которых не согласны. Общую атмосферу в армии того времени иллюстрируют два тезиса из выступлений участников армейского собрания в январе 1992 года: «армию не удастся втянуть в политические игры»... Прочитав их, нетрудно понять, что армии у государства нет»;
«Первые признаки проявления нелояльности армии означают, что режим столкнулся со смертельной угрозой...»;
«Необходимость срочно поднять армейские части стала очевидной».
6. Особо трепетное отношение автора к правоохранительным органам, спецслужбам, к их роли для сохранения режима («центра») проявляется в таких его сентенциях, как:
«Эффективно функционирующая система правоохранительных органов — сложная структура, опирающаяся на развитую систему связей, накопленную информацию, агентурную сеть»;
«...если нет... действующих правоохранительных служб,... центр перестает контролировать ситуацию...»;
а также в, похоже, единственном во всей книге детальном и полном наименовании должности руководителя спецслужбы и единственном указании при фамилии царского военачальника его инициала: «начальник контрразведки Петроградского округа Б.Никитин».
7. Наконец, особенно взволнованно-обеспокоенным Гайдар становится тогда, когда описывает ликующий народ России 22 августа 1991 года, готовый, по его мнению, вслед за ликвидацией власти КПСС ликвидировать и власть КГБ:
«22 августа на Лубянской площади царило иное настроение, с другими настроениями. Люди пришли... праздновать свержение ненавистного режима... при отсутствии дееспособных силовых структур такая толпа опасна... Когда десятки, возможно, сотни тысяч людей собрались на площади, в зданиях КГБ раздавали гранаты, готовили к бою счетверенные пулеметы».
Вот, оказывается, кто представлял главную «опасность», – это была «толпа» граждан; вот, откуда, по мнению Гайдара, исходила «угроза миру» – не от «дееспособных силовых структур», не от сотрудников спецслужб, «раздававших гранаты» и «готовивших к бою счетверенные пулеметы», а от «толпы» ликовавших граждан, пришедших праздновать свое освобождение. Именно граждане оказались, по мнению Гайдара, врагом столь оберегаемого им «порядка», именно от них надо было защищать ударный отряд прежнего режима – политическую полицию, защищать в том числе и с помощью «гранат» и «счетверенных пулеметов».
Книга «Смуты и институты» – это действительно политическое завещание Гайдара, причем завещание, адресованное прежде всего нынешней «элите» (российским властям), а также и тем, кто с этой «элитой» (с российским режимом) не согласен. Это завещание четко сформулировано в виде развернутого, подробно аргументированного наказа:
Главное для нынешнего российского режима – не допустить повторения дважды совершенной в России в ХХ веке, по мнению Гайдара, ошибки – того, что он называет деинституализацией, т.е. утраты режимом способности применять насилие против собственного народа. Ключ к сохранению режимом (причем автор неоднократно подчеркивает: авторитарным режимом) политической власти – это наличие у него надежных войск; это способность властей отдать приказ применить оружие; это способность войск, получивших такой приказ, действительно открыть огонь по собственному народу.
http://aillarionov.livejournal.com/306639.html