'Вопросы к интервью
29 июля 2010
Z Zoom Все выпуски

Как провинцию сделать модной для проживания


Время выхода в эфир: 29 июля 2010, 00:07

Т. РОДНЯНСКАЯ: 00-09 в Москве. Добрый вечер всем. Меня зовут Таня Роднянская. Со мной моя коллега Ира Баблоян.

И. БАБЛОЯН: Добрый вечер.



Т. РОДНЯНСКАЯ: В эфире радиостанции «Эхо Москвы» программа «Zoom». Сегодня мы говорим о том, как провинцию сделать модной для проживания. С удовольствием представляю наших сегодняшних гостей, которые мило улыбаются, что вы можете видеть на веб-трансляции. Итак, Дмитрий Зеленин – губернатор Тверской области. Добрый вечер.

Д. ЗЕЛЕНИН: Добрый вечер.

Т. РОДНЯНСКАЯ: Спасибо, что пришли. И Илиас Меркури – писатель.

И. МЕРКУРИ: Добрый вечер.

Т. РОДНЯНСКАЯ: Спасибо, что пришли, что выделили время в своем столь тяжелом графике. Я вновь напоминаю, что у нас идет веб-трансляция на сайте «Эхо Москвы» и на сайте RuTube, вы можете не только слушать, но и смотреть, что я вам очень настоятельно советую. Как всегда, работает телефон для ваших сообщений +7-985-970-4545.




И. БАБЛОЯН: Дмитрий Владимирович, Илиас, сейчас в Москве жуткая погода. Стоит отвратительный дым, невозможно дышать, очень жарко. Люди пытаются хотя бы дня на два сбежать куда-то за город. Но мысль о том, чтобы переехать туда насовсем, пугает лично меня. Наверное, пугает жутко Таню. Илиас, не знаю, пугает вас или нет.

И. МЕРКУРИ: Меня не пугает, я уже фактически переехал.

И. БАБЛОЯН: А меня лично очень пугает. Господин Зеленин, почему так происходит? Почему люди очень боятся переезда из столицы в провинцию?

Д. ЗЕЛЕНИН: Люди боятся неизвестности. Когда не понимаешь, куда ехать, кто тебя встретит, кто тебя проводит, какую информацию ты получишь, как тебе пройти в магазин или позвонить по телефону. Всё происходит только из страха.

И. БАБЛОЯН: Но люди не боятся переехать в Париж. Нет, они, конечно, боятся, но они делают это с бОльшим удовольствием.

Д. ЗЕЛЕНИН: Поэтому у Парижа свой имидж, свой образ. Да и соседи недавно переехали в Париж, или, по крайней мере, там были.

Т. РОДНЯНСКАЯ: Т.е. вы предлагаете всем нам пройти экскурсию по городам России, чтобы понять, что там и как. Возможно, нам там понравится.

Д. ЗЕЛЕНИН: Больше об этом говорить, смотреть Интернет, посещать ряд мероприятий. И вообще, Россия – это же наша матушка. Надо хотя бы разок побывать в каждой известной точке.

Т. РОДНЯНСКАЯ: Чем мы сегодня и займемся – будем говорить о городах Российской Федерации. Тогда самый конкретный вопрос. Вы живете в Твери или вы наездами?

Д. ЗЕЛЕНИН: Я живу в Твери, не в самом городе, я живу около Твери.

Т. РОДНЯНСКАЯ: В Тверской области.

И. БАБЛОЯН: Около Тверской области – это Рублевка.

Д. ЗЕЛЕНИН: В Твери нет практически.

Т. РОДНЯНСКАЯ: Как там это называется?

Д. ЗЕЛЕНИН: Я даже там ни разу не был за все шесть лет, как я губернатор.

И. БАБЛОЯН: Лукавите наверняка.

Д. ЗЕЛЕНИН: Не был. Потому что все места в Твери красивые, можно жить в любом месте. Единственное, что природа, она дикая. Я не говорю, что ходят медведи, но лисы, зайцы везде.

Т. РОДНЯНСКАЯ: Хорошо. Тогда такой вопрос. У вас есть дети. Ваши дети учатся или, может быть, ходят в детский сад в Твери, или вы возите их в Москву?

Д. ЗЕЛЕНИН: Это другой вопрос. У меня дети от 6 до 13. Я считаю, что они не могут ходить в тверскую школу, чтобы им рассказывали о губернаторе. Причем рассказывать могут и положительные, и отрицательные вещи, и вообще небылицы. Поэтому лучше они будут жить спокойно, в отдалении от всех этих неприятностей, с которыми сопряжена жизнь политика.

Т. РОДНЯНСКАЯ: И учиться где?

Д. ЗЕЛЕНИН: Живут они в Подмосковье, как раз посередине между Тверью и Москвой, для того чтобы там спокойно отучиться.

И. БАБЛОЯН: В Зеленограде?

Д. ЗЕЛЕНИН: Практически.

Т. РОДНЯНСКАЯ: На западе Москвы.

Д. ЗЕЛЕНИН: Так как Тверь на Западе Москвы и вообще по направлению в Санкт-Петербург, то это самое лучшее направление.

И. БАБЛОЯН: Ладно, мы не спросим у вас точный адрес.

Д. ЗЕЛЕНИН: Он известен.

Т. РОДНЯНСКАЯ: А когда они вырастут? Может быть, вы уже планировали их будущее? Куда они будут поступать в вуз? Это будет Тверь, это будет Москва, или, может быть, даже Лондон?

Д. ЗЕЛЕНИН: Рано выбирать, потому что они найдут свою дорогу. Моя задача, задача родителей дать им возможность выбора. Если они выберут Тверь, они будут учиться в Твери. Если они выберут Москву – в Москве. Но только никуда из России они не поедут.

Т. РОДНЯНСКАЯ: Илиас, следующий вопрос к вам. Вы живете в Твери, в Москве, в каком-то другом городе, в провинции?

И. БАБЛОЯН: Или на границе?

Т. РОДНЯНСКАЯ: Может быть, есть в планах передвинутся в провинцию?

И. МЕРКУРИ: Подождите. У меня есть планы переехать. Но переехать в Тверскую область. Не надо мне про остальную провинцию. Я сегодня буду говорить исключительно о Тверской области.

Т. РОДНЯНСКАЯ: А другой провинции у нас не бывает?

И. МЕРКУРИ: Бывают разные. Не забывайте, что я грек. Мне как раз только в Тверской области и надо находиться, потому что – Дмитрий Владимирович подтвердит – в Тверской области самый правильный русский язык. Мне, как иностранцу, самое оно.

Д. ЗЕЛЕНИН: Это, кстати, я могу подтвердить. Без наречия, без выговора, поэтому практически все call-центры Российской Федерации располагаются в Твери. Например, школы русского языка для многих посольств расположены в Твери. Нет никакого акцента. Важно, чтобы человека понимали, особенно если он контактирует по телефону. У нас страна большая, но мы друг друга понимаем. Например, в Китае северная провинция не понимает южную. Но, тем не менее, это очень значимо. Поэтому для нас, для жителей Твери русский язык очень важен.

Т. РОДНЯНСКАЯ: В таком случае предлагаю перейти к интерактивному голосованию для наших радиослушателей. Вопрос для голосования будет предельно прост. Могли бы вы уехать из Москвы в провинцию? Если да, ваш номер 660-0664. Если нет, вы не хотите уезжать из Москвы в провинцию, ваш номер 660-0665.

И. МЕРКУРИ: Вопрос – для чего и когда уезжать? Можно уехать на всю жизнь, можно уехать на уикенд, можно уехать на неделю, можно уехать на месяц, можно уехать на несколько лет. Очень важный вопрос. Потому что если ты едешь работать, то тебе нужна вся инфраструктура. Это больницы, школы, театр, филармония, стадион, это всё, что связано с жизнью, поэтому это должно быть. И для этого есть небольшие города, в которых вся эта инфраструктура есть. А есть другой выбор – можно уехать в село, можно уехать в деревню, можно поселиться и никого не видеть и, наоборот, наезжать, может быть, раз в месяц в Москву или даже в Тверь. Здесь душа человека как раз должна раскрыться.

И. МЕРКУРИ: У вас есть вопрос, я вижу.

И. БАБЛОЯН: Я вас слушаю, всё звучит замечательно, привлекательно. Но меня вы совсем не убедили. У меня нет страха неизвестности. Я просто не хочу ехать туда, хотя бы потому, что мне будет очень долго добираться до моих друзей, до моих родных, пробки и всё такое прочее.

И. МЕРКУРИ: Неправда. Если говорить опять же о Твери, расстояние уже максимально…

Т. РОДНЯНСКАЯ: Сколько километров?

И. МЕРКУРИ: Давайте не по километражу. Бывает, что в Москве от Маяковки до Тверской три часа, а бывает, что на «Сапсане» ты через час с небольшим уже в Твери.

И. БАБЛОЯН: Не у всех есть деньги на «Сапсан».

И. МЕРКУРИ: Хорошо. Но если вы планируете переехать в Тверь, это будет примерно час сорок до границы с прекрасной областью и два часа до города.

Т. РОДНЯНСКАЯ: У меня еще вопрос. Давно вы ездили в тверской электричке?

И. МЕРКУРИ: Теперь вопрос электричек. С позволения Дмитрия Владимировича я должен сказать, что РЖД неправильно поступило по отношению к местным жителям. Запустили «Сапсан» – отключили электрички. А теперь идет борьба. Правильно, Дмитрий Владимирович?

Д. ЗЕЛЕНИН: Практически всё восстановили, хотя кое-что не восстановили. Меня больше заботит другое. Меня заботит, например, поезд «Юность», который стоил 450-500 рублей для студентов. Это более важно.

Т. РОДНЯНСКАЯ: Для студентов такая цена?

Д. ЗЕЛЕНИН: Раньше была. А сейчас таких дешевых билетов нет. Но опять-таки уже вагоны прицепляются к поездам дальнего следования, и можно проехать ориентировочно за эту цену, плюс-минус. Опять-таки я говорю со скидками, есть же студенческие скидки.

Т. РОДНЯНСКАЯ: Какие-то льготы.

Д. ЗЕЛЕНИН: Да, какие-то льготы, поэтому я ориентировочно. Но, конечно, очень важно, чтобы вообще в России – это важно для провинции, важно для любого региона – была бы другая мобильность населения, причем не только того населения, которое платит серьезные деньги, а вообще для всех нас, для пенсионеров, для студентов, для школьников.

Т. РОДНЯНСКАЯ: Мы останавливаем наше голосование. Результаты, честно признаюсь, меня удивили. Не хотят, не готовы ехать в провинцию всего лишь 55,6% наших слушателей, 44% слушателей готовы. Я ожидала другого исхода. Видимо, уже настолько надоела Москва.

И. МЕРКУРИ: Я вам открою большую тайну. Сейчас среди моих знакомых предпринимателей фактически все в поисках заработка в регионах. Потому что в Москве переизбыток. Конкуренция достигла таких высот, особенно в период кризиса, что выживать тяжело. Поэтому регионы, если честно, это возможность спасти бизнес, заработать себе на хлеб. В моем случае я сейчас поправляю свой акцент, временами мне говорят, что он жуткий, при помощи Твери, я думаю, что через пару лет я буду говорить абсолютно без акцента.

Теперь по поводу медведей я вам расскажу историю. Вы не знаете, даже многие в Твери не знают. В городе Нелидово есть заповедник «Биосфера», самый ближайший к Москве, это 325 километров. В чем уникальность? Кроме деревьев и того, что кто— то там живет вокруг, это единственное место в мире, где берут медвежат, которых благополучно бросили охотники, которых я не очень люблю… Простите, Дмитрий Владимирович.

Т. РОДНЯНСКАЯ: Дмитрий Владимирович, видимо, любит охоту?

И. МЕРКУРИ: Нет, не любит.

Д. ЗЕЛЕНИН: Во-первых, я не охочусь, как губернатор. Но когда-то я хотел попробовать…

Т. РОДНЯНСКАЯ: Мы видели ваше удивленное лицо на веб-трансляции.

Д. ЗЕЛЕНИН: Действительно, плохо делают те, кто совершенно непорядочно относится к нашим младшим братьям. Действительно, в «биосферном» заповеднике есть такая медвежачья ферма, в которой доращивают медведей. Ведь что самое главное? Самое главное не приручить его. Потому что если его будешь кормить с руки, то запах еды будет для него очень близок к запаху человека. И когда его выпустят в лес, он через годик пойдет за хлебушком в деревню – и случится непоправимое. Поэтому очень важно, чтобы его кормили в перчатках, держали в достаточно жестких условиях, если малыша кормят. А когда его выпускают в лес, он может гулять как угодно.

И. БАБЛОЯН: Животные – это прекрасно. Но давайте мы сейчас поговорим о людях немножко.

Д. ЗЕЛЕНИН: Илиас начал очень важную мысль – бизнес идет в регионы. Почему? Представьте, что какой-либо предприниматель знает мобильный телефон Лужкова. Это нереально. А в Твери больше половины руководителей предприятий знают телефон губернатора. Если я встречаюсь с предпринимателями, я им обязательно даю свой телефон. Добраться до власти в провинции гораздо проще. Получить решение вопроса или, по крайней мере, реакцию на беду или на бюрократию, конечно же, в провинции легче.

И. БАБЛОЯН: В связи с этим у меня как раз вопрос. Вы говорите про предпринимателей, что они ищут способы заработать. А я говорю вам про обычных людей. Я не знаю, какую зарплату нужно предложить специалисту, чтобы он с семьей переехал, например, в Тверь.

Д. ЗЕЛЕНИН: Во-первых, есть малый бизнес, который хочет ехать, хочет зарабатывать.

Т. РОДНЯНСКАЯ: А если это педагог, врач – бюджетники?

Д. ЗЕЛЕНИН: Естественно, что в провинции, если мы говорим о Твери, не может региональный бюджет доплачивать учителям большую заработную плату. Средняя заработная плата учителей мала. Можно оценить ее в 11,5 тысячи рублей, если мы говорим о мае месяце. Но в некоторых муниципалитетах это 18 тысяч. Это средняя. Но благодаря нынешним новым формам оплаты, стимулирующим надбавкам, вообще говоря, до 25-ти можно добраться, если, естественно, ты педагог хорошего класса.

Если мы говорим о работе на предприятиях… Вот совсем недавно открылось предприятие «Парето-Принт», это предприятие полиграфии. Непростой труд. Сколько получают там работники? Получают от 25 до 30 тысяч, это средняя заработная плата. Соответственно, топовая заработная плата – и 50, и 60 тысяч рублей. Если сравнивать с московскими, может быть, это недостаточно. Но давайте учтем, что уровень жизни в 2,5 раза ниже, чем в столице.

Т. РОДНЯНСКАЯ: Давайте конкретно. Вы чувствуете приток жителей в Тверскую область сейчас?

Д. ЗЕЛЕНИН: Есть большая миграция. В Твери всегда положительная годовая миграция последние шесть лет. Вначале было полторы тысячи человек, сейчас по 2,5, по 3 тысячи человек в год положительная миграция. Естественно, она разная. Есть зарубежная, есть российская. Внутрироссийская миграция отрицательная. Т.е. больше из Твери россиян уезжает, чем приезжает. Куда уезжают? Уезжают в Москву, в Санкт-Петербург. Если мы расскажем, когда это всё началось, то началось это в 1861 году, когда после отмены крепостного права все поехали в наши столицы. А сколько жило в Санкт-Петербурге жителей Твери, например, в 12-м году прошлого века? Каждый шестой.

Т. РОДНЯНСКАЯ: Мы можем еще вспомнить те времена, когда Тверь была столицей Руси,



Д. ЗЕЛЕНИН: Было.Это был тысяча триста…



Т. РОДНЯНСКАЯ: Седьмой год.



Д. ЗЕЛЕНИН: И тринадцатый.



Т. РОДНЯНСКАЯ: Вот, вы даже помните. Раз уж мы затронули Москву и Питер, я предлагаю дать слово Михаилу Боярскому, который расскажет нам о Москве и Петербурге свое мнение.



МИХАИЛ БОЯРСКИЙ: Теперь стало возможным обучение в любой стране. Причем уже не хотят ехать в другую страну, хотят у нас учиться. Можно уехать в Москву. Даже в Москву не едут, остаются в Петербурге, потому что знают, что развивается вся страна, а не ее конкретный участок, не Садовое кольцо, здесь как раз всё загнивает постепенно. Я обколесил всю страну. Чем дальше от центра, тем более здоровое, верующее и не теряющее надежду общество.



Т. РОДНЯНСКАЯ: Михаил сказал сейчас, что чем дальше от центры, тем более здоровое общество. Естественно, вы с этим согласны. Илиас, согласны?

И. МЕРКУРИ: Я – нет. Я имел честь побывать еще во Владивостоке. Не могу сказать, что мне очень понравилось. Во-первых, меня пугали, что Владивосток чуть ли не захватили китайцы. Я туда приехал, эти несчастные китайцы большими группами – чем больше, тем лучше, – потому что если их количество уменьшалось, с ними что-то происходило. Но в связи с тем, что их много, их вывозили каким-то образом, они потом появлялись еще в десять раз больше. Мне не понравилось отсутствие каких-либо федеральных властей. За неделю я встретил всего лишь одного гаишника, который имел несчастье нас остановить.

Т. РОДНЯНСКАЯ: Что вы с ним сделали?

И. МЕРКУРИ: С ним ничего не сделали. Перепуганный, он куда-то убежал. Это было несколько лет назад. После чего я решил, что мне туда не надо. Еще я испугался этого несчастного аэропорта Владивостока. В их понимании аэропорт – это бетонные плиты. Очень-очень страшно. Поэтому после того, как я впервые оказался в Твери шесть лет назад, я понял, что, во-первых, по дороге в Петербург можно легко остановиться. Я дальше не поехал. Меня это вполне устраивает в плане языка, тусовки, если хотите. Тверь сейчас становится городом модным. Июль полностью принадлежал Твери в информационном плане.

Т. РОДНЯНСКАЯ: Что же там такого происходит, расскажите нам. Почему он такой модный стал?

И. МЕРКУРИ: Патриарх был два дня, это очень круто, если учесть его график. «Нашествие».

И. БАБЛОЯН: «Нашествие» – круто. Согласна.

И. МЕРКУРИ: Понимаю. Был там.

Т. РОДНЯНСКАЯ: И «Нашествие» не первый год там, да?

И. МЕРКУРИ: Не первый год. Это нечто. Селигер.

Т. РОДНЯНСКАЯ: Сейчас активно…

И. МЕРКУРИ: То, что сейчас обсуждают, это не совсем интересно, даже банально. То, что происходит 30 дней… Я был два раза. То, что сейчас небольшой скандальчик, это бывает. С кем не бывает? И форум, кстати. Форум в Твери меня вообще удивил. Я просто думал, что там ничего особого не произойдет. И когда мне начали звонить знакомые и говорить: «Ты там тусуешься через день, ты объясни нам, как туда попасть, нам очень надо на этот форум». В связи с тем, что то, что говорит Дмитрий Владимирович, это правда, можно в «Твиттере» найти половину чиновников Твери, кстати.

Т. РОДНЯНСКАЯ: Все тверские чиновники активны в Интернете?

И. МЕРКУРИ: Не все. Кто-то сопротивляется еще.

Д. ЗЕЛЕНИН: Те, кто достойные чиновники, те в «Твиттере». И все стараются быть достойными.

Т. РОДНЯНСКАЯ: Вы приучили тверских чиновников к Интернету?

И. БАБЛОЯН: Ну всё, завтра вы будете у меня в «друзьях».

Т. РОДНЯНСКАЯ: У нас есть вопрос от нашего слушателя. «Что за сумасшедшее ГАИ в Твери, что даже приходится бросать машину и не ехать в Питер через Тверь?» Какие-то зверские гаишники, которые сидят в кустах с камерами.

И. БАБЛОЯН: Запретили ведь сидеть в кустах.

И. МЕРКУРИ: Неправда.

Т. РОДНЯНСКАЯ: Что, добрые гаишники?

И. МЕРКУРИ: Я через день катаюсь по М-10. Более того, я знаком с М-9.

И. БАБЛОЯН: Они знают, чей вы друг.

И. МЕРКУРИ: Нет, никто ничего не знает.

Т. РОДНЯНСКАЯ: Какие номера? ААА? МММ? ЕРЕ?

И. МЕРКУРИ: У меня самые обычные номера, у меня самая обычная машина. Я вам обрисую ситуацию. Сотрудники ГИБДД Тверской области самые вежливые. Более того, после сотрудников ГИБДД Москвы и Московской области все остальные сотрудники – ангелы. Во-вторых, никто нигде не скрывается и не прячется.

И. БАБЛОЯН: Я уже поняла, что они хорошо русский язык знают.

И. МЕРКУРИ: Это другая проблема. Проблема М-10 заключается в том, что населенные пункты, а по населенным пунктам строгое ограничение. Если кто-то хочет проехать и сбить какую-то бабульку несчастную со скоростью 170 километров, его должны остановить. Меня два раза за последнюю неделю останавливали за нарушения, за превышение и отпустили.

Т. РОДНЯНСКАЯ: Значит, вы считаете, что тверские гаишники божьи одуванчики.

И. МЕРКУРИ: Вы можете себе представить, гаишник останавливает движение по улице Советская и пропускает бабулю? Я такого не встречал здесь.

Т. РОДНЯНСКАЯ: Раз уж мы заговорили о дорогах и о движении, естественно, все первым делом говорят, что в Москве невозможно передвигаться, в Москве ужасный трафик. Как-то губернатор Громов сказал: «Что вы все так переживаете по поводу ужасного трафика? Что вы все переживаете по поводу пробок на дорогах? Давно пора летать на вертолетах между областями». Говорят, что вы, Дмитрий Владимирович, предпочитаете передвигаться на дорогих яхтах, что якобы ваши многомиллионные яхты припаркованы на островах природоохранной зоны в Тверской области. Это так?

Д. ЗЕЛЕНИН: Нет, конечно.

Т. РОДНЯНСКАЯ: Всё злые языки?

Д. ЗЕЛЕНИН: Конечно же, очень много водных пространств. Очень много. Но, к сожалению – для меня к сожалению, – пока они заполняются не очень быстро. Все-таки инфраструктуры, для того чтобы ходить на яхтах или на парусниках, пока недостаточно, пока это всё туристические маршруты. Т.е. если взять Тверь, то следующую остановку надо делать в Завидово, это 40-50 километров, а следующая – это уже в Дмитрове, это еще 60 километров и так далее. Поэтому, конечно, в задачах губернатора, в моих задачах – чтобы было полное раскрытие инфраструктуры, для того чтобы можно было ездить на яхтах, а не только в Пирогово, которое представляет сейчас собой…

Т. РОДНЯНСКАЯ: Оазис.

Д. ЗЕЛЕНИН: Не понятно, как там можно передвигаться на чем-то, не столкнувшись.

Т. РОДНЯНСКАЯ: К сожалению, были такие случаи, когда сталкивались, и погибали люди.

Д. ЗЕЛЕНИН: Это просто хамство. Не знаю, под каким наркотиком люди могли быть, чтобы на таких громадных судах проезжать мимо берега. Не знаю, кто берет ответственность на себя, но однозначно, что люди не только сумасшедшие, а находились в непонятном состоянии.

Т. РОДНЯНСКАЯ: А все-таки?

Д. ЗЕЛЕНИН: На самом деле нужна дисциплина. Мы сейчас только что обсуждали ГИБДД. Везде нужна дисциплина, нужно правильно исполнять закон, тогда будет попроще. Поэтому задача в том, чтобы была инфраструктура. Если мы говорим о малой авиации… Борис Всеволодович, во-первых, другое говорил, я не буду его защищать, но нужно по-другому воспринимать его слова. Хотя, конечно же, пробки надо решать не методом авиации, а строительством дорог. Но если мы говорим о просторах провинции, об их огромнейших расстояниях, мы говорим о санитарной авиации, мы говорим о той авиации, когда летали кукурузники в 50-60-е годы, летали они между сельскими населенными пунктами. Вот это надо вернуть, иначе мы не разовьем всю нашу провинцию никогда, если мы не возродим то, что было хотя бы в 60-е годы.

Т. РОДНЯНСКАЯ: Озера в Тверской области есть, и немало. Что у вас на этих озерах творится? Как вы поднимаете инфраструктуру на водном пространстве?

Д. ЗЕЛЕНИН: Всячески поощряем малый бизнес, который приходит и хочет развить инфраструктуру.

Т. РОДНЯНСКАЯ: Яхты присутствуют?

Д. ЗЕЛЕНИН: Конечно, присутствуют. Но не в том количестве, чтобы можно было говорить, чтобы это было отраслью экономики. На самом деле сейчас туристический бизнес, если мы говорим о Твери, он растет сильно, приблизительно по 15-20% каждый год. Мы уже опередили Владимир, мы опередим Московскую область, это будет в следующем году.

Т. РОДНЯНСКАЯ: Кстати, о туристическом бизнесе. Когда-то и из пустыни сделали Лас-Вегас. Как по-вашему, нужно город каким-то образом рекламировать, чтобы туда приходили туристы, может быть, даже жители, которые хотели бы остаться там жить? Каким-то образом вы рекламируете Тверь, если так можно выразиться по отношению к городу?

Д. ЗЕЛЕНИН: Я стараюсь рекламировать. Но рекламировать такой большой регион, как Тверская область, специально не надо. Нужно рекламировать события в Тверской области. Рекламой мест должны заниматься муниципалитеты, а регион должен им помогать. Что такое Тверь? По своим просторам это как Австрия. В Австрии рекламирует государство себя. Но если мы едем, допустим, в такую же большую территорию – в Турцию, например, которая аналогична по размерам, – то мы едем в определенную точку. Например, Завидово – это бренд?

Т. РОДНЯНСКАЯ: Еще какой, и уже много лет.

Д. ЗЕЛЕНИН: Значит, нужно рекламировать этот бренд, нужно его всячески улучшать. Селигер – да, это бренд. Селигер был для старшего поколения, начиная от 40-45-ти, и мы все знали, мы все знали Селигер, туда стремились, там отдыхали. Произошел разрыв. И вот теперь молодежь. Если мы говорим, что шестой год подряд Селигер как молодежный форум, то, значит, шесть лет подряд ребята из различных городов РФ едут на Селигер, и они помнят и знают, что они могут туда приехать. Им нравится эта природа и вообще времяпровождение. Вот это реклама событий, реклама места – вот что самое главное. Мы знаем Валдай, мы знаем Селигер, мы знаем Весьегонск, там отличная рыбалка.

Т. РОДНЯНСКАЯ: Селигер и всё, что там происходит, спонсируете вы сами лично?

Д. ЗЕЛЕНИН: Тот молодежный форум на Селигере, который вы имеете в виду, это, конечно же, федеральное правительство, агентство по делам молодежи. Если же мы говорим сейчас о «Распахнутых ветрах» Юрия Визбора, то это муниципалитет вместе с региональной властью. Если мы говорим о «Музыкальных вечерах» на Селигере, то, конечно же, опять муниципалитет вместе с региональной властью. Это разные вещи. Если мы говорим о Троицких гуляниях в Василево, под Торжком, куда приезжают по 15 тысяч человек на уикенд, то, конечно же, мы говорим о региональной власти.

Т. РОДНЯНСКАЯ: Действительно, такое бывает, когда в Тверскую область, почти за 200 километров, приезжают по 15 тысяч человек на уикенд, чтобы отдохнуть?

Д. ЗЕЛЕНИН: Это чуть-чуть ближе к Москве, но реально приезжают из всех регионов. Это такой купеческий караван – что-то купить, кого-то повидать, отдохнуть. Опять-таки если мы говорим о нашей провинции, то мы должны знать не просто слово «провинция», мы должны знать не просто слова Тверь, Калуга, Владимир, мы должны знать конкретное место, которое нам нравится. Если мы говорим о городе Мышкин, Ярославль, то мы знаем, что там прекрасные музеи. И в Твери потихонечку возрождаем. Музей рака где? В Весьегонске. Музей пчелы где? В Сандово. Где лучшие конкурсы лесорубов? В Западной Двине. И так далее. Только что говорили про «биосферный» заповедник, это Нелидово. Каждое из мест провинции должно обладать своим брендом. Потому что у нас большая страна, ехать можно куда угодно. Самое главное – понимать, что там нас встретят.

Т. РОДНЯНСКАЯ: И все-таки промоушн, я смотрю, активен.

И. БАБЛОЯН: Вы говорите про то, чтобы приехать на уикенд. Люди на уикенд и на Казантип ездят, что намного дальше получается. Но почему, допустим, люди в той же самой Франции не пугаются, когда им предлагают работу в провинции? Они понимают, что они туда поедут и будут так же спокойно жить, как жили в столице до этого? А у нас сейчас людей это пугает.

И. МЕРКУРИ: Подождите. По поводу Франции. Во-первых, в Тверской области гораздо меньше марокканцев, чем во Франции. Там, по-моему, последний год не поджигали… Это насчет Франции. Поэтому Францию вы убирайте, давайте другую страну.

И. БАБЛОЯН: Не убираю Францию.

Т. РОДНЯНСКАЯ: Ира только вчера прилетела оттуда.

И. МЕРКУРИ: Понятно, у вас впечатления. А я позавчера приехал из Твери, поэтому я вам расскажу свои впечатления.

И. БАБЛОЯН: Давайте поговорим про Италию, ради бога, я была в провинции Италии неделю назад.

И. МЕРКУРИ: Вы просто общаетесь с гражданином Евросоюза, я худо-бедно как-то с отличием окончил… Я проблемы всех стран могу разложить сейчас на молекулы. Надо любить свою страну, в первую очередь. Я вам говорю, почему я выбрал Тверь. Она ближе. Я готов был полюбить другой город.

И. БАБЛОЯН: Я живу в Зеленограде. Я очень люблю эту страну. Но добираться до работы… Я просто готова сойти с ума.

И. МЕРКУРИ: Поэтому вам необходимо переехать в Тверь. Не надо лезть в Москву. Вы не в ту сторону. Вы поверните в обратную сторону, в сторону Петербурга. Ира, у вас еще есть шанс. У вас в студии губернатор сидит, у вас есть шанс.

И. БАБЛОЯН: Это я после эфира, можно?

И. МЕРКУРИ: Это судьба.

Т. РОДНЯНСКАЯ: Я напомню на всякий случай, мы говорим с Дмитрием Зелениным, губернатором Тверской области, и Илиасом Меркури, писателем, о том, как возможно сделать модной провинцию для проживания. А сейчас предлагаю послушать следующий комментарий. И это будет Герман Львович Стерлигов, который расскажет, почему он решил уехать из провинции. Все прекрасно знают, что это было его решение, уже довольно давнее.



ГЕРМАН СТЕРЛИГОВ: Уезжать из Москвы целесообразно и необходимо по двум основным причинам. Первая причина – это дети, избавить их от того дурного примера, от которого оградить их в Москве невозможно, это разврат, наркотики, пьянство, курение, оголенные тела бесстыжих людей кругом и так далее. А вторая причина – для того чтобы иметь здоровую пищу, хоть какую-нибудь. Потому что в магазинах купить здоровую пищу нельзя, и это понимают уже большинство населения. Здоровой пищи в магазинах нет. Я бы даже сказал, что настоящей пищи в магазинах нет.

Есть два варианта. Либо быть очень богатым человеком и заводить себе какое-то хозяйство, туда нанимать людей, чтобы это всё производили. Но трудно проверить, насколько качественная продукция производится, когда живешь далеко. Второй вариант – самому этим заниматься. Это доступно любому человеку, с любым уровнем благосостояния, это дешево, надежно и практично – иметь своих коз, своих овец, свою птицу, питаться самому и самое главное – кормить своих детишек здоровой, хорошей пищей.

Не везде легко заниматься сельским хозяйством, кое-где ставятся препоны. Вот по поводу Тверской области могу сказать, что это редчайший пример того, как можно оформлять сельскохозяйственную землю в Тверской области. Единственное место, где я до конца оформил землю, это в Тверской области. Не было поставлено никаких препон, у меня не вымогали взяток, всё было сделано по-людски и довольно быстро, относительно быстро, но сделано, в течение года я оформил землю себе, там у нас сейчас страусиная ферма.

А вот, скажем, в Можайском районе – для сравнения – я оформляюсь семь лет и не оформил, до сих пор живу и хозяйствую там незаконно. Так что где какая администрация, там настолько легко и просто и работается людям, от этого очень многое зависит. Конечно, еще многое зависит от законодательства. Если бы отменить дурацкую процедуру оформления земли, людям легче было бы перебираться на волю. Но даже при той процедуре, которая есть, многое зависит от руководителя района или области, очень многое.

Несчастные люди остаются в Москве, просто несчастные люди. Их миллионы, несчастных людей, и они разного уровня благосостояния. И богатые люди – это несчастные люди, которые дышат этим смрадом, пьют воду из канализации под видом минеральных вод, губят своих детишек. Это несчастные люди, которые не могут вырваться из страшного лагеря, который называется мегаполис.



Т. РОДНЯНСКАЯ: Вот сейчас Герман Львович сказал, что мы несчастные люди. Мы несчастные люди, потому что мы до сих пор остаемся в Москве.

Д. ЗЕЛЕНИН: Не совсем так. Я думаю, после нашей передачи несчастных людей станет намного меньше.

И. БАБЛОЯН: Вы Таню Роднянскую уже практически уговорили завести коз, поехать в Тверскую область. Я думаю, она этим займется.

Д. ЗЕЛЕНИН: Для детей лучшее – козье молоко. Если ребенку дать попробовать козье молоко, не один раз, а раза 3-4, то он никогда уже не будет пить коровье молоко.

И. БАБЛОЯН: А у вас есть хозяйство?

Д. ЗЕЛЕНИН: Конечно.

Т. РОДНЯНСКАЯ: Илиас, пробовали козье молоко?

И. МЕРКУРИ: Я же грек.

Т. РОДНЯНСКАЯ: Не угостили в Тверской области козьим молоком?

И. МЕРКУРИ: Как не угостили? Это первое, что дают, – козье молоко.

Т. РОДНЯНСКАЯ: Процедура посвящения в любителей Тверской области.

И. МЕРКУРИ: Там всё хорошо, не надо паниковать. Надо рассказывать, как есть. Сейчас неизбежно города вокруг Москвы будут развиваться, целиком области будут развиваться.

Т. РОДНЯНСКАЯ: Вы так говорите – неизбежно, как будто это плохо. Это же, наоборот, хорошо.

И. МЕРКУРИ: Москва лопнет. Здесь нет места. Нельзя превратить Москву в Шанхай.

Т. РОДНЯНСКАЯ: Абсолютно согласна.

И. БАБЛОЯН: Давайте по делу немножко. О наболевшем, о дорогах, я всё время говорю о дорогах. Москва – Питер, дорога проходит через вас. А почему бы ее прекрасно не обустроить? Мне кажется, можно столько денег получить с нее.

Д. ЗЕЛЕНИН: На самом деле дорога в плохом состоянии. Если мы говорим о том, что это трасса, основная трасса России – Москва-Санкт-Петербург, то она, конечно, не может быть двухполосной, она должна быть четырехполосной.

И. БАБЛОЯН: И в таком состоянии.

Д. ЗЕЛЕНИН: И в таком состоянии. Ради правды нужно отметить, что, конечно, больше денег уделяется на дорогу, чем это было пять лет тому назад. После создания дорожного фонда, о котором сейчас все говорят, надеюсь, что дорога будет лучше. Хотя еще раз говорю, что действительно тяжело – и опасно, и травматично для всех.

И. БАБЛОЯН: Но можно ее обустроить, построить гостиницы, кафе и так далее. Превратить это в нормальное шоссе.

Д. ЗЕЛЕНИН: Надо отметить, что, конечно, процесс идет. Но если мы говорим о туризме, то туризм в том числе. Где выигрывает Тверская область? Не только Селигером, не только Завидово и Иваньковским водохранилищем.

И. БАБЛОЯН: А Тверская область на каком месте?

Д. ЗЕЛЕНИН: По бюджетной обеспеченности?

И. БАБЛОЯН: Да.

Д. ЗЕЛЕНИН: На 45-м. Это регион в середине РФ. Конечно же, непросто. Если мы говорим о региональных дорогах, точно можно заметить, что содержать их тоже очень тяжело. 16 тысяч километров дорог, это только региональных, и 8 тысяч муниципальных. Это на каждого жителя области в 10 раз больше, чем в Московской области. Поэтому создание сейчас дорожного фонда, оно, конечно, не решит всех проблем прямо завтра, но, как минимум, это импульс, который позволит нам дороги содержать лучше. Надо выделять на трассу Санкт-Петербург не как сейчас по 6 млрд. рублей ежегодно, а миллиардов по 10, и тогда можно ее сделать.

И. БАБЛОЯН: Вы думаете, что это поможет? Вот выделяют деньги сейчас на Ленинградку в районе Химок. И что? Сделают такое, что через год придется делать заново.

Д. ЗЕЛЕНИН: Нужно проверять. И слава богу, что мы сейчас об этом говорим, о ремонтах дорог. Потому что без воспоминаний о том, кто ремонтировал, как ремонтировал, в дождь, в снег, год тому назад или два, без этого не обойтись. Но надо отметить, что все-таки сейчас все процедуры, они лучше. Только результата надо ждать будет долго.

И. БАБЛОЯН: Я просто уверена, что если решить проблему с трафиком, то многие люди потянулись бы жить в области. Воздух лучше, природа лучше.

Д. ЗЕЛЕНИН: И так все живут в области, и так все живут в Подмосковье, потому что всё забито.

И. БАБЛОЯН: Далеко.

Д. ЗЕЛЕНИН: А вот для меня, например, это просто здорово.

И. БАБЛОЯН: У вас там работа.

Д. ЗЕЛЕНИН: Отлично. Я могу ехать против потока, что я иногда и делаю. Все стоят в пробке – а я еду замечательно.

Т. РОДНЯНСКАЯ: Вы в любом случае не стоите в пробке, не будем лукавить.

Д. ЗЕЛЕНИН: Как можно не стоять в пробке, если пробка заполняет всю дорогу.

Т. РОДНЯНСКАЯ: Неужели вы не пользуетесь мигалочками, синими такими?

Д. ЗЕЛЕНИН: Мигалочка у губернатора, конечно, есть. Слава богу, что на каждый регион только две мигалки, а не как в Москве, по 150, а может быть, по 1500 мигалок на один регион. Я не пользуюсь мигалкой как мигалкой, потому что езжу без сопровождения, мне не перекрывают никакие улицы. И слава тебе господи. Вот сейчас прошел форум в Твери, приехал президент РФ. Как вы думаете, что мне в «Твиттере», в LiveJournal переписали всё?

Т. РОДНЯНСКАЯ: И что же?

Д. ЗЕЛЕНИН: «Да ну бог с ней, со столицей. Вы хотели перенести столицу в Тверь? Никогда. Нам такие пробки не нужны».

И. БАБЛОЯН: А вы хотите, чтобы Тверь стала столицей?

Д. ЗЕЛЕНИН: Нет. Была целая дискуссия, переносить столицу в Тверь или нет.

Т. РОДНЯНСКАЯ: Была уже Тверь столицей Руси. Достаточно.

Д. ЗЕЛЕНИН: Была.

Т. РОДНЯНСКАЯ: Мы получили сообщение: «О чем вы говорите? Какая провинция? Когда там будет Интернет, тогда и перееду». Нет Интернета в Тверской области?

Д. ЗЕЛЕНИН: Интернет есть в Тверской области, он в достаточном количестве. Там много что предстоит сделать. К примеру, так называемые базовые школы. Мы так обозначили те школы, в которых учатся 77% обучающихся, в них широкополосный Интернет, практически во всех 10 мегабит, но минимальный уровень 2 мегабита. Это уже серьезный поток. Если мы говорим о населенных пунктах, в которых расположены муниципальные города, столицы муниципальных районов, в каждом таком по 10 гигабит, т.е. далее идет последняя миля. Но мы страдаем оттого что у нас не дотянуть. Только что информационный форум, о котором Илиас говорил. Обязался «ЦентрТелеком» в каждый многоэтажный дом в течение двух лет провести 100-мегабитный поток. Это значит, что телевизор уже не нужен, уже можно смотреть по Интернету все каналы.

Т. РОДНЯНСКАЯ: Отлично. Надеюсь, действительно, так будет. Не очень приятное сообщение: «Я пенсионерка, 61 год, коренная тверичанка. Показуха для богатых, самый низкий ЕДВ – для ветеранов. Нет бесплатного соцобслуживания. Путьмина Лариса Яковлевна».

Д. ЗЕЛЕНИН: Конечно же, должны улучшать и всю социальную защиту, работать над тем, чтобы четче относиться к нашим ветеранам и пенсионерам. Поэтому по каждому такому случаю нужно разбираться. Но ЕДВ, она правильно говорит, самый дешевый. Т.е. те, кто пользуются единым проездным билетом, который положен по социальной защите, он стоит 64 рубля в Тверской области. 64 рубля на месяц можно купить и ездить. Поэтому, конечно, у нас еще много бед в РФ, и в провинции еще больше, к сожалению, чем в крупных городах.

Т. РОДНЯНСКАЯ: Дмитрий Вадимович, вы услышали Ларису Яковлевну.

Д. ЗЕЛЕНИН: Ларису Яковлевну мы точно услышали. Я потом посмотрю вашу страничку, потому что не понятно, в чем конкретно необходима помощь.

Т. РОДНЯНСКАЯ: Давайте послушаем наш последний комментарий. Это будет Софико Шеварднадзе. И на сей раз это будет мнение против того, чтобы переезжать в провинцию. Она за то, чтобы остаться жить в Москве.



СОФИКО ШЕВАРДНАДЗЕ: На самом деле принято считать, что переезжать в любой другой город, нежели Москва и Питер, это сумасшествие. Потому что уровень жизни, конечно, не тот, к которому мы привыкли. Но в самой идее переезжать и жить вдали от столицы нет ничего плохого. Понятно, что разговора о создании информационного общества недостаточно для того, чтобы я сейчас взяла и переехала туда. Вот когда будет Интернет в 170 школах этого региона, то тогда я подумаю рожать детей и переезжать туда. А пока я остаюсь в Москве.



Т. РОДНЯНСКАЯ: Софико сейчас тоже сказала про Интернет. Вы меня только что уверяли в том, что Интернет повсюду, нет никаких проблем с этим. Может быть, это нужно как-то афишировать. Может быть, надо как-то показать людям, что все-таки это не такая глушь, как кажется.

Д. ЗЕЛЕНИН: Интернет не повсюду, но в городах он есть. Нам Интернет развивать и развивать, как и электронные услуги, и другие вопросы решать. Но опять-таки вопрос в том, что нужно знать, куда едешь и что там тебя ждет. Если ты едешь и ты знаешь, согласно туристической карте, что есть там интернет-точка и бесплатный Интернет в этом кафе, значит, ты едешь в это кафе.

И. МЕРКУРИ: Правильно. Меня в Твери ждет бесплатный Wi-Fi.

И. БАБЛОЯН: Это у вас привилегии такие, Илиас.

И. МЕРКУРИ: Это общегородские привилегии, в нескольких кафе и ресторанах в Твери бесплатный Wi-Fi. Кстати, Москва может позавидовать, там скорость реальная.

Т. РОДНЯНСКАЯ: Действительно, создается такое впечатление, что у Илиаса какие-то суперпривилегии.

И. МЕРКУРИ: Я не буду называть сейчас ресторан, а то вы скажите, что я рекламирую. Обычная кофейня. Причем я вам сейчас скажу следующее. Цены раза в четыре ниже, чем в Москве. Обслуживание один к одному. Люди более приятные, официанты более приятные, чем москвичи. И бесплатный Wi-Fi.

И. БАБЛОЯН: Когда мы с Таней соберемся в путешествие в Тверь.

Т. РОДНЯНСКАЯ: Действительно, сейчас такое впечатление создалось, что у Илиаса какие-то суперпривилегии, когда он приезжает в Тверскую область, а у жителей, у тверичан, вернее у тверитян (такое смешное название, похожее на «твиттеряне»)…

И. МЕРКУРИ: Это знак.

Т. РОДНЯНСКАЯ: Может быть. Так вот коренные жители Твери, они чем-то недовольны.

И. МЕРКУРИ: Хотите, я вам расскажу? Я обнаружил позавчера изумительный источник информации, называется таксисты. Они во всем мире такие болтуны, т.е. они мгновенно всё разносят. Я спрашиваю: «Что тебе не нравится?» Он говорит: «Дороги».

Т. РОДНЯНСКАЯ: Где не нравятся дороги, в Твери?

И. МЕРКУРИ: Да. Мы ездили, немножко пошатнуло. Мне показалось, обычная дорога. Из чего я сделал вывод, что этот человек не был в Москве. Потому что я в Москве подарил свою подвеску уже несколько раз, и по амортизатору в полугодие. Я вам серьезно говорю, те дороги, которые были полгода назад в Твери, не имеют никакого отношения к тем дорогам, которые сейчас. Поэтому они могут тысячу раз жаловаться.

И. БАБЛОЯН: Давайте еще сравним дороги в Москве и в Европе и состояние трехлетней машины в Москве и в Европе.

И. МЕРКУРИ: Что касается дорог в Европе, это совершенно другая история. Потому что как только изменится законодательство, здесь точно такие же дороги будут. Потому что если ты плохо построил, ты не можешь этим бизнесом никогда заниматься, плюс еще за свой счет это переделаешь. И если совсем плохо сделаешь, сядешь в тюрьму. Вот когда это будет так и в России, будут и хорошие дороги. То, что касается Тверской области, не забывайте, там еще две трассы – М-9 и М-10, обе федеральные.

И. БАБЛОЯН: Дмитрий Вадимович, какой у вас защитник.

И. МЕРКУРИ: Да не защитник, я правду говорю.

Т. РОДНЯНСКАЯ: Приедем в Тверь и проверим качество дорог. Поступил провокационный вопрос: «Господин Зеленин, почему вы отдыхаете в Куршавеле, а не в провинции? Когда подобные вам будут отдыхать в деревне Гадюкино или у нас, в Кондопоге, – пишет слушатель из Кондопоги, – тогда я поверю, что в провинции не только модно, но и можно жить, а не существовать».

Д. ЗЕЛЕНИН: Я живу в Твери, отпуска у меня практически нет, выезжаю только с детьми. Куршавель…

И. БАБЛОЯН: Кстати, тоже провинция.

Д. ЗЕЛЕНИН: Конечно же, провинция, поэтому и тянет в провинцию. Но вопрос в другом. Вопрос в том, что в Куршавеле уже не был пару лет, а всё продолжают говорить, что отдыхаю в Куршавеле.

Т. РОДНЯНСКАЯ: Засветились, люди запомнили.

Д. ЗЕЛЕНИН: Просто некоторые СМИ – например, «Рен-ТВ» – показывают кадры прошлогодних лет постоянно, каждый год их тиражируют. Как так можно со средствами массовой информации? Просто стыдно мне. Но, с другой стороны, у нас есть лучшие места. Если мы говорим о том, что нужно ездить на горных лыжах… Я объездил все курорты России, я был во всех, в том числе республиках, потому что занимаюсь горными лыжами с 1974 года. Если я могу своих детей куда-то вывезти, так как я в 90-е годы заработал денег, то, конечно, я их повезу в Австрию, потому что там лучшее место. Если я говорю о том, что нужно ехать на рыбалку, то я поеду во Весьегонск.

Т. РОДНЯНСКАЯ: Как насчет развития туризма в провинции, в частности в вашей Тверской области? Что вы развиваете? Едут ли отдыхать туда люди? Есть ли отели приличного качества? Может быть, это пансионаты, дома отдыха.

Д. ЗЕЛЕНИН: Конечно.

И. БАБЛОЯН: Как господин Хлопонин, вкладываться в туризм сейчас.

Д. ЗЕЛЕНИН: Вкладываемся в туризм очень серьезно. Я уже говорил о том, что Тверская область опередит Московскую область в следующем году, это будет где-нибудь между маем и июнем, по количеству туристов, приехавших в регион. Общее количество туристов большое. Тверская область не гонится за зарубежными туристами, просто это очень большие расходы. Но, тем не менее, количество небольших пансионатов, количество турбаз постоянно увеличивается. Например, «Барская усадьба», очень пафосное название. Бассейн, теннисные корты. Сколько стоит день? Полторы тысячи.

И. БАБЛОЯН: Звучит как притон.

Т. РОДНЯНСКАЯ: Заманчиво – полторы тысячи.

И. МЕРКУРИ: Я же вам говорил. Вы невнимательно слушаете. В Твери и в Тверской области можно получить то же самое, только в четыре раза дешевле. Я же вам намекаю, намекаю, а вы – выглядит так, звучит так… Я вам говорю – всё дешевле.

И. БАБЛОЯН: Далеко.

И. МЕРКУРИ: Как далеко?

И. БАБЛОЯН: Вот так, далеко туда ехать.

И. МЕРКУРИ: Хорошо. Я завтра еду в Тверь, я вас заберу. Вы в Зеленограде, мы вместе поедем, вы потом расскажите, далеко это или нет.

Д. ЗЕЛЕНИН: Я сегодня буду в Твери, потрачу на это не так много времени. После эфира час двадцать.

И. БАБЛОЯН: Конечно, уже пробок-то нет.

Д. ЗЕЛЕНИН: Естественно. Поэтому лучше жить и работать в провинции.

И. БАБЛОЯН: Ездить в пять утра на работу и в час ночи обратно.

Д. ЗЕЛЕНИН: Я полжизни сознательной прожил в Москве. Господи, слава богу, уехал.

Т. РОДНЯНСКАЯ: Последнее сообщение, которое мы зачитываем. «Мне 42. Сорок лет жил в Твери. 10 лет назад уехал сначала на новую работу, затем сменил и прописку. Таких, как я, десятки тысяч. Очень скучаю по родине, но врачу в Твери жить и работать нереально».

И. БАБЛОЯН: У вас 15 секунд.

Д. ЗЕЛЕНИН: Конечно, есть места для работы в Твери даже для врачей. Вот сейчас открываем перинатальный центр, отличная новая технология, новые подходы, всё с иголочки. Можно ехать и работать. Но если мы говорим в целом, то, конечно же, неравенство регионов огромное. Нам это неравенство еще решать и решать. Если мы говорим о том, что все давайте в Москву, то как же мы тогда решим все вопросы нашей страны?

Т. РОДНЯНСКАЯ: Мы сегодня говорили с Дмитрием Зелениным, губернатором Тверской области, и Илиасом Меркури, писателем, о том, как провинцию сделать модной, может быть, пригодной для проживания. Это была программа «Zoom». С вами была Таня Роднянская и Ира Баблоян.

И. БАБЛОЯН: Доброй ночи.

Т. РОДНЯНСКАЯ: До встречи.


Загрузка комментариев...

Самое обсуждаемое

Популярное за неделю

Сегодня в эфире