'Вопросы к интервью
13 мая 2010
Z Zoom Все выпуски

Дети успешных родителей: прожигатели жизни или достойные наследники


Время выхода в эфир: 13 мая 2010, 00:07

Т. РОДНЯНСКАЯ: Добрый вечер. В эфире радиостанция «Эхо Москвы», программа «Zoom». Меня зовут Таня Роднянская, и со мной моя коллега Ира Баблоян.

И. БАБЛОЯН: Доброй ночи.

Материалы по теме

Кто виноват в предвзятом отношении к «золотой молодежи»?

их родители
57%
сами дети
39%
затрудняюсь ответить
3%


Т. РОДНЯНСКАЯ: Сегодня мы говорим о детях успешных родителей. Прожигатели жизни или достойные наследники? Сегодня мы будем это выяснять. А выяснять мы будем с нашими гостями. Я представляю — это Петр Аксенов, художник…

П. АКСЕНОВ: Добрый вечер.

Т. РОДНЯНСКАЯ: Добрый вечер. Инга Лепс, аукционист, выпускница Института искусств Sotheby`s…

И. ЛЕПС: Здравствуйте.

Т. РОДНЯНСКАЯ: А также необходимо сказать, дочь Григория Лепса. И Степан Добровольский, бизнесмен и, что тоже необходимо сказать, сын Евгении Добровольской, актрисы. Добрый вечер.

С. ДОБРОВОЛЬСКИЙ: Привет.

Т. РОДНЯНСКАЯ: Вот такая замечательная компания у нас сегодня собралась. Я вновь напоминаю, что у нас идет не только радиотрансляция, но и ВЭФ-трансляция. Вы можете нас слушать и смотреть. Смотреть вы можете нас на сайте echo.msk.ru и на сайте rutube. Также телефон для ваших сообщений +7-985-9704545. Пожалуйста, присылайте свои сообщения, вопросы и все что угодно нашим гостям.

И. БАБЛОЯН: Петь, а у меня к тебе первый вопрос. Вот как ты считаешь, по твоему мнению, отличаются ли обычные дети обычных родителей от детей знаменитостей и просто обеспеченных?

П. АКСЕНОВ: Да, отличаются очень сильно. Потому что на самом деле те примеры, которые я видел, когда работал на съемке, это поразительно, насколько человек, который… в его послушании находится не только как бы… то есть он общается не только с ровесниками, но он общается еще и с большим количеством окружающих – и прислуги, учителя. И все они относятся с неким раболепством. Поэтому, естественно, сознание ребенка… с одной стороны, он более смышленый, даже как-то к тебе идет на контакт, он более развитый. Он тебе сразу говорит: «О, привет. А чего, ты художник, фотограф? Все понятно…»

Т.РОДНЯНСКАЯ: Сразу на «ты», вульгарно.

П. АКСЕНОВ: Ну да, да, как бы очень так… Но он не стесняется, он никуда не уходит, не прячется. Он такой реальный прямо вот…

И. БАБЛОЯН: То есть он уже привык к тому, что его фотографируют…

П. АКСЕНОВ: Да. Я не буду рассказывать имени и фамилии одного ребенка, которого мы снимали, но за ним по дому бегали четыре гувернантки в своих черных бархатных костюмах Джуси Кутюр спортивных и белых передниках. Это, в общем-то, все женщины такие довольно взрослые были, ну, во всяком случае, это не молодые девицы по 20 лет, и они все бегали и кричали: «Колечка, Коля! Ну куда, ну что? Хочешь сюда, хочешь сюда…»

Т. РОДНЯНСКАЯ: Слюнки подтирали.

П. АКСЕНОВ: Не то что подтирали слюнки. Он там, в принципе, орудовал кувалдами, на ходу что-то сбрасывал, сбивал. Но он сказал: «Так, сейчас все поем: у меня фотосессия». Они спросили: «Что мы делаем?». Он говорит: «Поем: фотосессия у меня, фотосессия». И они все хором, в этих передниках: «Фотосессия, а у Коли фотосессия…»

Т. РОДНЯНСКАЯ: Неужели это правда?

П. АКСЕНОВ: Вот на полном серьезе. Это ну просто потрясающе!

И. БАБЛОЯН: Дети, присутствующие в студии сейчас, мне кажется, слегка шокированы. Господи…

Т. РОДНЯНСКАЯ: Кто же вырастет из такого ребенка? Скажите, пожалуйста. У меня тогда встречный вопрос к нашим детям, если можно, конечно, вас так называть, дети дорогие. Вас в детстве родители баловали?

И. ЛЕПС: Вот со мной такого никогда не было. Нет, мне никто не пел песен. Я просто не просила, язык не поворачивался.

Т. РОДНЯНСКАЯ: Может быть, папа пел все-таки?

И. ЛЕПС: Папа пел. Его никто не просил, он все равно пел. Гувернантки не было у меня, мне некого было заставлять.

Т. РОДНЯНСКАЯ: Степ, у тебя была гувернантка?

С. ДОБРОВОЛЬСКИЙ: Нет, конечно. Я, во-первых, жил в коммуналке…

Т. РОДНЯНСКАЯ: Вот такой вот у нас мажор сегодня.

И. ЛЕПС: Детство было разное у всех…

С. ДОБРОВОЛЬСКИЙ: Потом, когда мне стукнуло три года, мы все-таки переехали. Ну, мама пела много, но больше по своей работе…

И. БАБЛОЯН: Стояла у плиты и пела.

Т. РОДНЯНСКАЯ: Да, конечно: «Варю тебе супчик…» Нет, а не что касается пения, просто баловали вас?

С. ДОБРОВОЛЬСКИЙ: Ну, так, чтобы за мной кто-то бегал – нет, такого не было.

И. ЛЕПС: За мной никто не бегал, но мне особо не отказывали.

Т. РОДНЯНСКАЯ: То есть все, что ты просила, тебе доставалось?

И. ЛЕПС: Вот у меня была свой какая-то линия, которую я не переступала. Я знала, что можно попросить, чего нельзя попросить. И если я просила, я просила по делу, и мне не отказывали.

Т. РОДНЯНСКАЯ: Я предлагаю послушать нам первый комментарий, это будет Ксения Чилингарова, публицист, и дочь Артура Чилингарова, известного ученого, государственного и публичного деятеля. Она расскажет нам, баловали ли ее в детстве.

К. ЧИЛИНГАРОВА: Меня баловали родители. Я все-таки второй ребенок, девочка. В основном меня баловала мама. Папа редко бывал дома, у него были экспедиции. Достаточно строгий у меня отец, я не могу сказать, что он позволял мне все, что я захочу. Меня очень долго не отпускали на дискотеки, вплоть до 11-го класса мне запрещено ходить в увеселительные заведения. Поэтому, конечно, из каждой поездки папа привозил мне что-то, баловал меня какими-то другими вещами. Это не было строго совсем, чтобы меня ремнем и в угол, но и никогда так особо не баловали, чтобы так дарить что-то – квартиры, машины. Нет. На самом деле, во-первых, был старший брат, с которым родители мучились чуть больше, чем со мной. И учился он плохо. Это сейчас он исправился, а в институт он ходил из-под палки. Поэтому со мной было изначально принято решение дать мне свободу выбора. И мама придерживалась и до сих пор придерживается такого плана воспитания, что я свободная личность, и если я хочу быть дворником, то я могу им быть. Стоит ли просто быть дворником, если есть возможность стать кем-то еще? Меня никогда не заставляли заниматься, никто не стоял над душой и не говорил: ты должна стать экономистом, юристом или еще какой-то другой профессии. Нет. Ну я сказала, что я хочу быть писателем, мне сказали: «Ну если ты хочешь, это же не профессия, ты же понимаешь. А что у тебя будет в дипломе? А как ты потом… А вдруг жизнь сложится… Может, ты попробуешь что-то приблизительно похожее?». Ну я подумала и действительно приняла решение, что попробовать на факультет журналистики, и если у меня там получится, то, может быть, когда-нибудь я и напишу книгу.

Т. РОДНЯНСКАЯ: Ксения сейчас рассказала, что ее не баловали особенно, но и уважали ее мнение. Опять же вопрос к детям, так называемым. Все-таки у вас обоих известные родители. Их слава помогала вам в жизни? Или, может быть, наоборот, бывало такое, что вы страдали от публичности своих родителей? Инга?

И. ЛЕПС: Дурно кичиться чужой славой, как бы начнем с этого. Я никогда это никаким образом не использовала.

Т. РОДНЯНСКАЯ: Фамилия все-таки у тебя редкая. Сразу, наверное, все думали: «Ага, она его дочь». Вот страдала ли ты от этого?

И. ЛЕПС: Не страдала, нет, никогда.

Т. РОДНЯНСКАЯ: А помогало, наоборот?

И. ЛЕПС: И не помогало никогда.

Т. РОДНЯНСКАЯ: То есть как будто ты и не носишь эту фамилию?

И. ЛЕПС: Оно, как вам сказать… мой отец немножечко другого уровня известная персона. Он не появляется в «желтой» прессе, он не «звездит», он не известен глупостями какими-то. Поэтому люди ко мне всегда относятся, как просто к дочери талантливого человека, который делает то, что он делает. Никакого особого интереса никто ко мне не проявлял никогда. И оно никогда мне не мешало ни в чем.

Т. РОДНЯНСКАЯ: В школе, в институте?

И. ЛЕПС: Абсолютно нет. Я училась за границей, там никто не знает. Или те, кто знает, с большим уважением всегда относились именно к творчеству моего отца, ничего больше.

И. БАБЛОЯН: А тебе, Степа, помогало?

С. ДОБРОВОЛЬСКИЙ: Я учился в России. И как я ни пытался открещиваться от того, что у меня мама Добровольская…

Т. РОДНЯНСКАЯ: На которую ты, кстати, очень похож.

С. ДОБРОВОЛЬСКИЙ: Спасибо. Ну, в общем, если говорить про школу, то, например, если весь класс получал двойки, это нормально, если двойку получал Добровольский, это просто…

И. БАБЛОЯН: Ужасно, катастрофа.

С. ДОБРОВОЛЬСКИЙ: Да. Это из-за того, что у меня пагубное влияние, что я слишком много о себе думаю…

Т. РОДНЯНСКАЯ: Театральная семья…

И. БАБЛОЯН: Что ты слишком крутой, чтобы заниматься, да?

С. ДОБРОВОЛЬСКИЙ: Да, да, да.

П. АКСЕНОВ: Это со стороны учителей был такой наезд или со стороны мамы?

С. ДОБРОВОЛЬСКИЙ: Учителей, конечно же.

Т. РОДНЯНСКАЯ: С тебя, наоборот, драли две шкуры?

С. ДОБРОВОЛЬСКИЙ: Да. Никаких плюсов моя фамилия пока…

И. БАБЛОЯН: А нам, кстати, тут уже написали, Инга: «Как это не использовала? А где училась? Кто в Sotheby`s устроил? Папа помог?». Рассказывай…

И. ЛЕПС: Окей. Совершенно никаким образом мой отец не имеет никакого отношения к выбору моей профессии.

Т. РОДНЯНСКАЯ: И он не способствовал поступлению?

И. ЛЕПС: И он совершенно никаким образом не способствовал тому, что я поступила в Sotheby`s и работала там, и так далее. Абсолютно. Я добровольно сама пришла, прошла все интервью. Ну как бы не скрою: да, это было через знакомство, но через мое знакомство личное.

Т. РОДНЯНСКАЯ: А в школе в Москве училась?

И. ЛЕПС: В школе я училась в Сочи.

И. БАБЛОЯН: Степ, а ты здесь, в Москве, учился?

С. ДОБРОВОЛЬСКИЙ: Да, в Москве.

Т. РОДНЯНСКАЯ: А что ты закончил, если не секрет?

С. ДОБРОВОЛЬСКИЙ: Плехановскую академию.

Т. РОДНЯНСКАЯ: Я предлагаю, раз уж мы заговорили об учебе, о вузах, давайте послушаем такую небольшую юмористическую справку о самом мажористом вузе всех времен и народов – МГИМО. Это будет Ольга Бычкова.

О. БЫЧКОВА: Самым популярным среди мажоров учебным заведением по-прежнему является МГИМО – Московский государственный институт международных отношений. Министерство иностранных дел, разумеется, уже не дает никаких гарантий, что, окончив один из его факультетов, выпускник станет дипломатом. Но этого и не требуется. Как утверждают сами студенты МГИМО, учащихся в одном из самых престижных учебных заведений страны можно условно разделить на несколько категорий. Дети дипломатов, которым родители помогут сделать карьеру. Учатся такие юноши и девушки по-разному, в основном неплохо, так как знают, что неучам на дипломатической службе делать нечего. Дети и родственники бизнес-элиты, которым уже уготованы хорошие должности в крупных преуспевающих компаниях. Они учатся, как правило, на факультетах международной экономики или международного права. Дети без родословной, но зато с головой. Дети руководителей стран СНГ, видных политиков. Коридорами МГИМО ходят дочь бывшего российского премьера Михаила Касьянова, дочь Бориса Немцова, старшая внучка Михаила Горбачева, дети Хакамады и Михалкова и прочие дети и внуки известных персон. Уже на автостоянке перед институтом становится понятно, что учатся здесь непростые дети. Это даже не парковка, а выставка достижений международного автопрома. Все эти машины принадлежат не профессорам института, а их студентам. Прийти на зачет с личной охраной для VIP-детей – обычное дело. Магазин канцелярских принадлежностей оборудован отдельным стендом паркеров. Самая дешевая шариковая ручка этой фирмы стоит около 300 рублей. Студенческих столовых несколько. Обычная – с сосисками по 18. Но есть и кофейня с чашкой кофе в 60 рублей, пиццерия и суши-бар, обед в котором обойдется рублей в 300.

И. БАБЛОЯН: А теперь я как раз хочу все-таки у Степы спросить. Степа, ну какая у тебя профессия?

С. ДОБРОВОЛЬСКИЙ: Ну, закончил я факультет финансов и занимаюсь сейчас инвестициями.

Т. РОДНЯНСКАЯ: В крупной компании, насколько я знаю. Но не будем озвучивать…

И. БАБЛОЯН: Хорошо. А ты сам решил, чем ты будешь заниматься? Тебя никак родители не направляли?

С. ДОБРОВОЛЬСКИЙ: Я когда выбирал, мне было лет 16, и я абсолютно не знал, чем мне заниматься. И я точно понял, что не хочу иметь дело ни с какой творческой профессией…

И. БАБЛОЯН: Глядя на маму…

Т. РОДНЯНСКАЯ: В отличие от своей творческой семьи.

С. ДОБРОВОЛЬСКИЙ: Да, глядя на маму и все окружение. И я подумал, что так как я не могу выявить у себя никакого таланта в 16 лет, я пойду в экономику, бизнес.

И. БАБЛОЯН: Инга, а ты поешь?

И. ЛЕПС: Конечно, пою день и ночь.

Т. РОДНЯНСКАЯ: Папа дирижирует, и вы всей семьей поете.

И. ЛЕПС: Вот не было такого, неправда. Нет, пою, конечно, господи. Как же нет?

Т. РОДНЯНСКАЯ: Ну вот готовясь к эфиру, один человек, который хотел остаться неназванным, сказал мне, что вообще-то богатые родите, так скажем, успешные родители не хотят, чтобы их дети учились в Москве всего лишь потому, что гораздо проще их отправить за границу, потому что там их никто не знает. Там не будет к ним предвзятого отношения, там не будет этой огромной зависти, которая есть здесь.

И. БАБЛОЯН: Они будут наравне со всеми.

Т. РОДНЯНСКАЯ: Да. И там не портят и не балуют их. А скажите, чувствовали ли вы когда-нибудь зависть? Может быть, в детстве? Ведь дети часто бывают жестоки. В школе, в детском саду, если вы туда ходили, завидовали вам? Инга, Степа?

С. ДОБРОВОЛЬСКИЙ: Ну мне рассказывали, что там со мной общались только из-за того, что у меня такие родители, из-за того, что у меня такой велосипед новый…

Т. РОДНЯНСКАЯ: У Степы появился новый велосипед, пойдем с ним дружить.А в начале 90-х: посмотрите, какой у него ластик!

Т. БАБЛОЯН: О боже, он ходит в джинсах!

С. ДОБРОВОЛЬСКИЙ: У него новые ролики…

Т. РОДНЯНСКАЯ: Когда у советских детей еще ничего не было толком….

И. БАБЛОЯН: Да, может быть, они ему перестанут нравиться, и он отдаст их мне… Да?

Т. РОДНЯНСКАЯ: К нам пришел вопрос: «По какой причине в армии не служили?». Вот уже почему-то уверены, что не служили в армии. Может быть, все-таки ты служил?

С. ДОБРОВОЛЬСКИЙ: Нет, не служил.

Т. РОДНЯНСКАЯ: Ну вот, не служил.

С. ДОБРОВОЛЬСКИЙ: Ну, по здоровью.

Т. РОДНЯНСКАЯ: Как и многие остальные.

И. ЛЕПС: Никто из моих знакомых никогда не служил в армии.

И. БАБЛОЯН: Почему?

И. ЛЕПС: Никогда. Не знаю ни одного мужчины, который бы служил в армии.

И. БАБЛОЯН: И не хотели?

И. ЛЕПС: И не хотели.

Т. РОДНЯНСКАЯ: Хочу напомнить для наших радиослушателей, что мы сейчас говорим о наследниках, о детях успешных родителей. +7-985-9704545 – телефон для ваших сообщений. И хочу сказать, что мы хотим для вас разыграть постер из коллекции «Инфанты» работы «Мой сладкий день рождения». Как раз то, что делал Петр Аксенов и что вы могли наблюдать на сайте «Эха Москвы». И вопрос для того, чтобы вы могли выиграть этот постер, будет такой: имя автора романа о «золотой» молодежи, действие которого проходит в Лондоне в 30-х годах. Первые… сколько – два, три или один человек выиграет? Сколько?

П. АКСЕНОВ: Давайте три.

Т. РОДНЯНСКАЯ: Первые трое человек, выигравших, правильно ответивших на этот вопрос, получат постер «Мой сладкий день рождения». Вы могли его видеть на сайте «Эха Москвы» — это тот толстый мальчик, кудрявый, который уплетает пирожные. Очень многим он понравился. Кстати, каково было работать с такими детьми, Петь? Капризные? Избалованные?

П. АКСЕНОВ: И капризные, и избалованные. На самом деле дети, которые, в принципе, не привыкли делать то, что их заставляют… то есть некоторым приходилось что-то привозить на съемку, как-то родители обещали: «Мы потом пойдем туда, мы сделаем это, я куплю тебе вот это». То есть, в принципе, это все было очень продумано, и специальная схема была, как сделать так, чтобы дети все сделали правильно, не закапризничали. Потому что были, конечно, капризные дети. Я не хочу ничего сказать, были и смышленые, кто быстро понимал, что от них требуется, все быстро выполнял. Это, в общем-то, самые успешные работы. Но, в принципе, все равно эти дети — для меня они абсолютно другие, потому что у них есть в жизни все, они ни к чему не хотят стремиться. И, может быть, это как раз и плюс, потому что они с детства все получили, все, что хотели – ну, материальные блага. И, может быть, со мной кто-то не согласится, но мой вывод из выставки такой: положительное в этом деле может быть такое, что они не хотят завоевать себе место под солнцем, не хотят купить себе автомобиль, поехать отдыхать куда-то за границу, то есть у них это все перманентно, и они могут в какой-то момент жизни все-таки задуматься, что самое главное – это, наверное, духовные ценности. Потому что у меня были случаи в жизни, когда человек имел все, и именно он очень быстро понимал, что все это временно, все это пусто. Конечно, это необходимо любому человеку, но все-таки есть какие-то в жизни другие вещи, которые более актуальны. Потому что вот человек, который среднего достатка (ну это такая одна из теорий моих, о которых я подумал), он, например, может всю свою жизнь положить на то, чтобы вот новую стенку, новую машину, новую дачу, и вот это вот с утра до вечера…

Т. РОДНЯНСКАЯ: Поехать в Турцию…

П. АКСЕНОВ: Поехать в Турцию, там, не знаю… Ну то есть посвятить себя этому. Это не в плохом смысле…

Т. РОДНЯНСКАЯ: Есть то, к чему стремиться.

П. АКСЕНОВ: Ну да, есть то, к чему стремиться. Ну все-таки есть же какие-то вещи в жизни, которые, например, намного более, мне кажется, с духовной точки зрения правильные – воспитание детей, а не погоня… Многие сейчас говорят: «А чего я буду рожать ребенка? Я себе не могу позволить третью пару сапог купить».

И. БАБЛОЯН: А мне вот кажется, наоборот, что у них намного сложнее задачи. Им нужно добиться самим намного большего, чтобы они не остались просто детьми успешных людей.

Т. РОДНЯНСКАЯ: Конечно, сложнее задачи.

И. БАБЛОЯН: Чтобы они сделали что-то намного круче, для них это…

П. АКСЕНОВ: И потом, на самом деле мой совет всем родителям, которые отправляют детей за границу. Я не знаю, Инга, не обижайся, но я очень осторожно отношусь к Лондону и к образованию там. Просто на моих примерах дети, которые учились в Лондоне, они, не могу сказать… Да, есть процент успешных детей. Инга – большое исключение, честно могу сказать. Но в основном эти дети все тусуются, пьют, наркоманят и прожигают жизнь.

Т. РОДНЯНСКАЯ: Ну это не только в Лондоне.

П. АКСЕНОВ: В Женеве такого нет, там негде пить просто.

Т. РОДНЯНСКАЯ: Ну то есть всем ехать только в Женеву. Но и в Москве то же самое.

П. АКСЕНОВ: Дело в том, что все-таки такой красивой доступности в Москве нет. В Москве есть глаза, люди, здесь немножко другое отношение. А там абсолютно делай все, что ты хочешь.

И. ЛЕПС: В Москве есть контроль, да. В Лондоне этого не будет.

П. АКСЕНОВ: В Лондоне этого нет.

Т. РОДНЯНСКАЯ: А мне говорили… вот у меня один знакомый мальчик, ему 17 лет, он учится в Лондоне. Мне говорили, что там очень жесткий контроль, что они живут у себя в общежитиях, вечером их оттуда не выпускают. Это неправда, Инга?

И. ЛЕПС: Ну послушайте, когда человек хочет найти неприятности, то он их найдет, и никакой контроль ему не поможет ни в Москве, ни в Лондоне, ни в Женеве. Поэтому как бы это зависит от воспитания.

Т. РОДНЯНСКАЯ: И контроль там не такой жесткий, как это в Женеве, например? У тебя кто-нибудь есть из знакомых, кто учится в Женеве?

И. ЛЕПС: Да, у меня много людей, которые учатся в Женеве. Но смысл в том, что в Швейцарии просто меньше соблазнов. Там нет такого изобилия, на что глазу упасть, чем занять себя, помимо учебы, и так далее. Там вот есть учеба.

Т. РОДНЯНСКАЯ: Степ, а тебя не хотели отправить учиться куда-нибудь в западные вузы или в американские?

С. ДОБРОВОЛЬСКИЙ: Ну я должен был на 4-м курсе поехать тоже в Лондон на год.

Т. РОДНЯНСКАЯ: Типа стажировки?

С. ДОБРОВОЛЬСКИЙ: Ну по стажировке, да, от института. Но я решил остаться в Москве.

Т. РОДНЯНСКАЯ: Ну, все-таки… Инга, а когда ты сказала родителям «я хочу учиться в Лондоне», что тебе ответили родители?

И. ЛЕПС: Наоборот было.

Т. РОДНЯНСКАЯ: А, родители послали тебя?

И. ЛЕПС: Пришли родители и сказали: «Инга, ты едешь в Лондон. У тебя есть неделя, собирай вещи. Это очень модно».

Т. РОДНЯНСКАЯ: А ты что сказала?

И. ЛЕПС: Как Гамлет: «В Англию, так в Англию».

Т. РОДНЯНСКАЯ: А, то есть родители руководствовались тем, что это модно?

И. ЛЕПС: Была большая волна, все ехали…

Т. РОДНЯНСКАЯ: Сейчас она продолжается.

И. ЛЕПС: Сейчас она еще больше…

П. АКСЕНОВ: То есть она уже естественна, а тогда было модно это.

Т. РОДНЯНСКАЯ: А тебе самой хотелось?

И. ЛЕПС: Я честно скажу, я до этого момента ни разу не была за границей, и мне было очень интересно, как это. Мне очень хотелось поехать и посмотреть, смогу ли я. Это было для меня какое-то… как же так?

Т. РОДНЯНСКАЯ: Смогла. Закончила.

И. ЛЕПС: Смогла, закончила, осталась.

Т. РОДНЯНСКАЯ: И ты сейчас продолжаешь жить в Лондоне? Просто приехала в гости к нам.

И. ЛЕПС: Да, у меня родился братик, и я приехала на братика посмотреть.

Т. РОДНЯНСКАЯ: Отлично. Степа, скажи, у тебя родители, мама в первую очередь, настаивали на том, кем ты должен стать? Или ты просто сам кем захотел стать, тем ты и стал?

С. ДОБРОВОЛЬСКИЙ: Нет, никогда не настаивали и даже ничего не подсказывали.

Т. РОДНЯНСКАЯ: Они уважали твое мнение?

С. ДОБРОВОЛЬСКИЙ: Они его ждали, наверное, что я все-таки к чему-то приду сам. И надеюсь, что они не разочаруются во мне.

Т. РОДНЯНСКАЯ: А у нас, я хочу сказать, уже большое количество правильных ответов. У нас уже есть несколько выигравших. И вот эти выигравшие получат как раз работу Петра Аксенова. Как называется эта коллекция и как называется эта работа, напомни, пожалуйста, еще раз.

П. АКСЕНОВ: «Мой сладкий день рождения» — работа одна из самых действительно, на мой взгляд, самых удачных, успешных, популярных, потому что ее запросили и в Венеции у меня, и запросили в Лондон, в галерею. То есть она действительно производит на людей хорошее, яркое впечатление. На работе изображен мальчик, которого окружают метрдотели с тарелками десертов, стол, полный изысканными всякими яствами. И он ничего уже не хочет, настолько перепробовал все, что он уже сам…

Т. РОДНЯНСКАЯ: Скривил такую мину…

П. АКСЕНОВ: Да. Ну на сайте можно увидеть. И кто придет на выставку, приходите, все эти работы можно увидеть.

Т. РОДНЯНСКАЯ: И естественно, верный ответ – это роман «Мерзкая плоть» британского классика Ивлина Во. Конечно же, все ответили правильно. Это, к сожалению, не Фицджеральд, как многие говорили. Нет, это Ивлин Во. Смотрели вы Ивлина Во о себе? Это же фильм о вас. Не смотрели?

И. ЛЕПС: Стивена Фрая вы имеете в виду?

Т. РОДНЯНСКАЯ: Да, постановку его романа.

И. ЛЕПС: Конечно, неоднократно. Я люблю эту книгу и на самом деле очень люблю этот фильм.

Т. РОДНЯНСКАЯ: Ну, книга и фильм – в общем-то, там одно и то же. Там, конечно, есть расхождения, но все-таки, на мой взгляд, очень удачно подобраны актеры. Ну что вы скажете? Как там олицетворена «золотая молодежь»? Похоже?

И. ЛЕПС: Да, видимо, из года в год ничего не меняется. Так же люди и прожигают свою жизнь. Но молодость, наверное, на то она и молодость, чтобы все попробовать, пережить, оставить позади.

И. БАБЛОЯН: А вот ты сейчас сказала «золотая молодежь», Таня. А я вот хотела у вас спросить. А вы вообще считаете себя «золотой молодежью»?

И. ЛЕПС: Ой, каждый день себе это напоминаю.

С. ДОБРОВОЛЬСКИЙ: Нет, я не считаю.

И. БАБЛОЯН: Стоя у зеркала, чтобы не забыть…

Т. РОДНЯНСКАЯ: А мажоры? Вот такое есть олицетворение – «мажор». «Вот ты – мажор». Вам это сейчас обидно, или вы уже привыкли к этому?

С. ДОБРОВОЛЬСКИЙ: Ну, не знаю, мне кажется все познается в сравнении.

Т. РОДНЯНСКАЯ: Ну называли ведь наверняка мажором?

С. ДОБРОВОЛЬСКИЙ: Ну было дело.

И. ЛЕПС: Меня ни разу. Мне даже обидно сейчас, я даже не знаю…

Т. РОДНЯНСКАЯ: Ну было это обидно – мажор? «Вот ты, Добровольский, мажор!»..

С. ДОБРОВОЛЬСКИЙ: Да нет.

Т. РОДНЯНСКАЯ: Нет?

И. БАБЛОЯН: Глупый человек. Чего обижаться?

С. ДОБРОВОЛЬСКИЙ: Было бы обидно, если бы не было велосипеда.

Т. РОДНЯНСКАЯ: Действительно, это гораздо важнее.

И. БАБЛОЯН: А вы на чем ездите? Метро? Машина?

Т. РОДНЯНСКАЯ: На метро вообще ездили?

С. ДОБРОВОЛЬСКИЙ: Ну, перед Новым годом пару раз спускался в метро.

Т. РОДНЯНСКАЯ: А ты, Инга, была в метро?

И. ЛЕПС: В новогоднюю ночь я была в метро в Лондоне, например.

Т. РОДНЯНСКАЯ: То есть это для тебя как удовольствие, да? А московское метро посещала?

И. ЛЕПС: Последний раз – лет 10 назад, да.

И. БАБЛОЯН: Ага, понятно. То есть это как музей.

И. ЛЕПС: У меня клаустрофобия, я боюсь. Правда, клянусь, честное слово.

Т. РОДНЯНСКАЯ: Ну ничего интересного там нет. Я предлагаю послушать нам комментарий следующий, и это будет Константин Вадимович Ремчуков, главный редактор «Независимой газеты», а также отец трех детей. И он нам расскажет о том, как, по его мнению, нужно воспитывать детей, чтобы, цитирую, «они не выросли в чванливых мажоров».

К. РЕМЧУКОВ: Я детей очень люблю. Любую свободную минуту я скорее проведу с детьми, чем с друзьями. Я не помню, чтобы мы ездили с женой отдыхать без детей. Для меня праздник и отдых – это отдых только с детьми. На лодке или в горах, в Куршевеле или на Сардинии, в Испании или в Нью-Йорке – это всегда вместе с детьми, потому что это большое счастье. Эта грань находится в сфере потребления. Два открытия, которые я сделал, воспитывая своих троих детей. Я очень рано стал отцом – в 21 с половиной год. Поэтому большую часть жизни я отец. И я размышлял: вот если Максим, старший сын, позволил мне сделать такое открытие и получился нормальный, неизбалованный ребенок в семье, нужно уважать личность этого ребенка. Не пичкать его, не принимать за него решения, любя его всем сердцем, а уважать личность. Потом уже, когда Коля и Варя воспитывались, я развил эту формулу до второго обобщения – уважение личности ребенка вплоть до уважения его права на ошибку. Вот уважение права на ошибку является абсолютной гарантией того, что между тобой и ребенком будет диалог, он будет восприимчив к твоим ценностям. Никогда не будет просить чего-то, он не будет чванливым мажором, потому что это все взаимосвязанные вещи. Если ребенок ценит, что ты уважаешь его личность и ты уважаешь его право на ошибку, это твой ребенок, и он умный (ну, соответственно), то когда ошибка вскрывается ему самому, он приходит к тебе и говорит: «Папа, ты был прав. Ну да, извини, я упорствовал зря в этой ереси. Ты был прав». Ну да, хорошо. Эмоции его переполняют, и ты говоришь: «Ну ладно, забудь об этом. Когда в следующий раз ты будешь упорствовать в чем-то, а я тебе буду говорить, давай я тебе просто напомню: а помнишь это?». Дети тоже не дураки, они же не дебилы. Да? Поэтому он начинает верить тому, что то, что ты говоришь – правильно. Он начинает смотреть на какую-то ситуацию… Тут нельзя злоупотреблять, безусловно, но я вижу, что эти отношения очень сложные с детьми. Можешь баловать материально, не испортишь никогда, потому что личность есть, и эта личность сама фиксирует.

Т. РОДНЯНСКАЯ: Константин Вадимович Ремчуков нам сейчас сказал, что самое главное – это уважение к личности. Ваши родители уважают вашу личность, уважают ваше мнение?

С. ДОБРОВОЛЬСКИЙ: Надеюсь, да.

Т. РОДНЯНСКАЯ: А младших? Вот у вас наверняка есть младшие.

И. ЛЕПС: Конечно.

Т. РОДНЯНСКАЯ: Вы видите разницу в том, как родители относятся к вам и к вашим младшим братьям, сестрам?

И. ЛЕПС: Ну я не живу, к сожалению, с ними, поэтому даже не знаю. Но наверняка…

Т. РОДНЯНСКАЯ: Но когда редко встречаетесь, видишь эту разницу, как к младшим относятся?

И. ЛЕПС: Наверняка, конечно. Годы идут, как бы я росла…

Т. РОДНЯНСКАЯ: А ты старшая, самая старшая?

И. ЛЕПС: Я самая старшая. И конечно, когда я росла, мой отец не был таким популярным, как сейчас. Соответственно, мы жили немножечко в других условиях. Мои сестры и брат, теперь они будут жить в совершенно других условиях.

Т. РОДНЯНСКАЯ: И с ними не сюсюкаются?

И. ЛЕПС: Сюсюкаются. Как со всеми детьми, я думаю. И в этом что-то есть.

И. БАБЛОЯН: Скоро будут няньки бегать вокруг, по четыре…

И. ЛЕПС: Бегают уже. И няньки, и все на свете, и бегают, и песни поют. Конечно, немножечко по-другому.

Т. РОДНЯНСКАЯ: Степ, а у тебя младшие… Вот как относятся родители к тебе и к младшим?

С. ДОБРОВОЛЬСКИЙ: Ну такая же ситуация на самом деле. Я рос, когда родители работали. А сейчас как-то уже поспокойнее, им уделяется больше внимания, естественно, с ними больше проводится времени.

Т. РОДНЯНСКАЯ: И младшие – тепличные, да?

С. ДОБРОВОЛЬСКИЙ: Ну да, да.

Т. РОДНЯНСКАЯ: Петь, как считаешь… Вот сейчас Константин Вадимович сказал, как, по его мнению, нужно воспитывать детей, чтобы они, опять же повторюсь, не выросли в чванливых мажоров. На твой взгляд, какие есть рецепты против вседозволенности у детей?

П. АКСЕНОВ: Я думаю, что самое главное… Я вам могу рассказать о принципе, по которому меня в детстве воспитывали. Я тоже, в общем-то, рос в семье, где всегда старались уделить мне массу внимания.

Т. РОДНЯНСКАЯ: А ты один был в семье?

П. АКСЕНОВ: Да, я был один в семье. У меня сложная семья. У папы пять жен, а у мамы я один. Но, тем не менее, там почет и забота по полной программе мне были в детстве, музыкальная и художественная школы, спорт. Я вам могу сказать одно – что если ребенок будет постоянно работать над собой и у него не будет свободного времени, если он будет постоянно заниматься каким-то делом (спортом, уроками, музыкой, рисованием, плаванием, чем угодно), или просто у него будут обязанности по дому, которые он будет выполнять (читать, учить, пересказывать, все, что угодно), этот человек получится, по-любому, очень стойким, сильным, поскольку он будет постоянно над собой работать. Потому что самое главное, мне кажется, для ребенка – это научить его работать над собой. Человек, который умеет работать, он не будет хамом, он будет ценить время других, понимая, как это сложно. То есть вот, на мой взгляд, заставить ребенка учиться, работать и любить это — это важно.

И. ЛЕПС: А также общаться в социуме.

П. АКСЕНОВ: Да.

Т. РОДНЯНСКАЯ: В Америке, мы можем наблюдать это из фильмов, мы можем слышать это в рассказах тех, кто туда ездил, ездил или даже живет там, бывает такое часто, что родители своих детей посылают работать почтальонами, разносчиками молока, пиццы, всего остального. Они даже могут быть из хорошей семьи. Но они занимаются такие должности, ну пока они школьники, студенты.

П. АКСЕНОВ: На мой взгляд, знаете, я с этим не соглашусь, потому что я во многих ситуациях знаю такие семьи. И это больше игра, нежели правда, потому что очень многие богатые родители хотят, чтобы их ребенок казался вот таким как бы…

Т. РОДНЯНСКАЯ: Свой парень.

П. АКСЕНОВ: Ну, нет. Царские дети тоже, говорят, умели и дрова рубить, и чистить картошку. В семье Николая II все они были такими очень, ну, готовыми к холоду и так далее. Но все-таки это идет все равно от родителей, в первую очередь. Потому что я знаю историю про Дашу Жукову, не знаю, насколько она правдивая. Но когда я прочитал это в журнале «Вог», честно говоря, кроме смеха, это ничего не вызывает – что она ходила, когда жила в Америке, где-то и пекла какие-то булочки, и что вот она привыкла работать. Ну если бы она привыкла работать, не открыла бы она гараж, она бы просто где-то работала. То есть все равно человек, который… любой стационарный труд требует очень большого времени и сил, и это для кого-то смысл жизни. А пойти попробовать поработать – ну это другое дело. Это как послужить два года в армии и забыть, как страшный сон. Для кого-то это страшный сон. А для кого-то на всю жизнь остаться в армии, служить и работать – это абсолютно разные вещи.

Т. РОДНЯНСКАЯ: А для кого-то после этого остаться инвалидом. Бывает и такое.

И. БАБЛОЯН: А я как раз хотела сказать… вот ты говорила про Америку и про то, что они отправляют своих детей работать. Я хотела сказать как раз таки… вот мы заговорили сейчас по поводу наследства, что многие даже не хотят оставлять своим детям наследства никакого. То есть они считают, что они должны зарабатывать сами и так далее. Как раз об этом сейчас можно послушать пленку Александра Добровинского, адвоката, который нам расскажет пару интересных историй.

А. ДОБРОВИНСКИЙ: Самый интересный случай лишения наследства, на мой взгляд, принес знаменитый актер, мне кажется, 20-го века, один из самых знаменитых, красавец, в которого были влюблены все женщины, впрочем, и обожали как актера мужчины – это Марчелло Мастрояни. Любимец Федерико Феллини и всего Советского Союза в определенную эпоху. Он сказал, умирая, своим детям: «Я вам всем оставляю по лицу. Остальное вы должны заработать или с помощью этого лица, или с помощью других частей тела – я имею в виду мозг и ваши руки». Все деньги, которые у него были, он отдал на благотворительность. И сдержал свое слово. Интересна реакция нашего населения на более или менее аналогичное заявление Потанина, насколько я знаю, который сказал, что он оставит своим детям, по-моему, по 10 миллионов долларов, остальные деньги будут розданы людям и пойдут на благотворительность. Реакция вот нашего населения, насколько я слышал от людей, близко к нему расположенных, и от его коллег, была следующая. На сайт Потанина посыпалась масса всяких месседжей, фраз. Ну самая распространенная была следующая: «Не жди, пока ты умрешь, отдай сегодня, сволочь». Ну это вот реакция российского человека. Но известны также случаи, в начале 50-х годов, когда (тогда было где-то 600 миллионов долларов – колоссальные деньги для конца 50-х годов), все завещала своей собаке, и ничего своему сыну и своей дочери, потому что они к ней не так относились, как она хотела. А главная претензия к сыну была, что он одевался не так, как желала мама. И деньги были завещаны собаке. А после того, как скончалась собачка, они уже перешли в фонд помощи редким птицам или что-то в этом духе. Так что таких лишений наследства очень много. Но я знаю и другие случаи, когда наследники пересматривали завещание. Это тоже случается.

Т. РОДНЯНСКАЯ: Ну сейчас Александр рассказал нам, конечно, пару действительно юмористических историй. Кто-то не отдает совсем, кто-то хочет раздать своим детям. Щепетильный вопрос наследство. Но вот я знаю, что и Билл Гейтс, тоже самый богатый человек на планете на сегодняшний день, собирается оставить своим детям тоже не более 1 процента. А детей у него трое, напомню. То есть он поделит все…

И. БАБЛОЯН: Я думаю, что 1 процента им вполне хватит, чтобы прокормить еще и всю свою семью.

Т. РОДНЯНСКАЯ: Было бы больше, было бы лучше.

С. ДОБРОВОЛЬСКИЙ: 500 миллионов на троих…

И. ЛЕПС: Вообще нормальненько, я думаю. Я бы не жаловалась, да.

Т. РОДНЯНСКАЯ: Конечно щепетильный очень вопрос такой – наследство. А если не секрет, говорили ли вы об этом со своими родителями?

И. ЛЕПС: Даже не думала об этом еще.

Т. РОДНЯНСКАЯ: Родители не поднимали такой вопрос?

И. ЛЕПС: Абсолютно. Ну о чем вы? Это не вопрос абсолютно.

Т. РОДНЯНСКАЯ: А бывало ли такое, что когда-нибудь родители говорили: «А вот ты сделай это, а я тебе за это машину подарю», — ну или там что-то поменьше, «телефон куплю»? Не бывало такого, чтобы подкупали?

И. ЛЕПС: За хорошие отметки в школе, вот, да.

Т. РОДНЯНСКАЯ: А что было за хорошие отметки в школе? Чупа-чупс?

И. БАБЛОЯН: Шоколадка.

Т. РОДНЯНСКАЯ: Или ящик чупа-чупсов?

И. ЛЕПС: Я просила серьезные всегда вещи.

Т. РОДНЯНСКАЯ: Например, если не секрет?

И. ЛЕПС: Я всегда хотела учиться в Париже, учить французский. Поэтому когда я закончила хорошо университет, мне вот предоставили такую возможность.

И. БАБЛОЯН: Хорошо, а было такое, что, мол, «не дадим денег, иди работай сама»?

И. ЛЕПС: Нет, терпимо все относятся?

И. БАБЛОЯН: Степа?

С. ДОБРОВОЛЬСКИЙ: Мне говорили: «Иди в Макдональдс работай».

И. БАБЛОЯН: А пошел?

Т. РОДНЯНСКАЯ: А вообще был когда-нибудь опыт работы на такой вот обычной работе, где работают все студенты? Официанты…

И. ЛЕПС: Абсолютно.

Т. РОДНЯНСКАЯ: А где, если не секрет? Где это было? Где вы работали?

И. ЛЕПС: В 11 лет я работала на почте, разносила письма.

Т. РОДНЯНСКАЯ: Серьезно?

И. ЛЕПС: На заработанные деньги я купила себе первую свою книгу…

Т. РОДНЯНСКАЯ: Вот здесь, в Москве?

И. ЛЕПС: Нет, в Сочи. Да. Я купила себе книжку Брэма Стокера, между прочим. Потом, в 14, я работала в ресторане.

Т. РОДНЯНСКАЯ: Разумно потратила деньги.

И. ЛЕПС: Я очень разумная была в детстве. А в 14 я работала в ресторане.

Т. РОДНЯНСКАЯ: Официанткой?

И. ЛЕПС: Да-да. Все лето. Совершенно спокойно.

Т. РОДНЯНСКАЯ: Степа, а ты?

С. ДОБРОВОЛЬСКИЙ: Нет, не довелось. Хотя идея с Макдональдсом мамина была очень хорошей, хотелось попробовать туда.

И. БАБЛОЯН: Ну а почему же не пошел?

Т. РОДНЯНСКАЯ: Ты вот по фейс-контролю не прошел. В Макдональдсе все работают, они какие-то очень, мягко говоря, некрасивые. Все прыщавые.

И. БАБЛОЯН: Мне, кстати, говорили такую вещь, что туда особо и не берут красивых людей, чтобы они не отвлекали покупателей, посетителей…

Т. РОДНЯНСКАЯ: От еды? От гамбургеров. Потрясающе. Петь, может быть, ты работал в молодости каким-нибудь почтальоном, как Инга?

П. АКСЕНОВ: Нет, я почтальоном не работал. Единственный такой труд я помню: я, наверное, работал на школьной практике, у нас был еще в те времена, потому что я здесь, наверное, самый взрослый, в студии…

И. ЛЕПС: Ой, я застала.

П. АКСЕНОВ: Тяпкой мы пололи свеклу. Ну то есть как бы 30 дней, представляете, каждое утрою. Надо было в 9 уехать и в 4 вернуться. Но вообще нет, первые свои деньги я заработал сам, конечно…

Т. РОДНЯНСКАЯ: Чем? Картины?

П. АКСЕНОВ: Нет. Могу сознаться, это был Храм Христа Спасителя.

Т. РОДНЯНСКАЯ: Ты стоял у Храма Христа Спасителя?

П. АКСЕНОВ: Нет-нет.

Т. РОДНЯНСКАЯ: А что ты делал?

П. АКСЕНОВ: Меня попросили заняться правильным подбором перевода из библиотеки. Я просто организовал процесс – нашел людей в МГУ, пошел на кафедру, кто знал хорошо латынь, потому что там все были настолько заняты стройкой, и специалистов, которые занимались текстами, которые там писали, не хватало. Я просто организовал в МГУ целый отдел людей, просто умел общаться. Пришел, мне сказали: «Вот мы тебе заплатим деньги, отправляйся, ищи людей. Нам нужны правильные переводы». Я все сделал и получил свои первые 200 долларов. Но по тем временам это были огромные деньги, большие очень.

Т. РОДНЯНСКАЯ: Это не хило. А скажите, пожалуйста, вопрос ко всем. Бывали ли такие случаи, когда родители вам советовали, с кем дружить, а может быть, даже и кого-то сватали? Потому что вот в состоятельных семьях такое наблюдается.

И. ЛЕПС: Бывало.

Т. РОДНЯНСКАЯ: Бывало? Сватали кого-то?

И. ЛЕПС: Сватали.

Т. РОДНЯНСКАЯ: А ты как себя вела? Отказывала? Топотала ногами?

И. ЛЕПС: Я сложная, я топотала ногами, да.

Т. РОДНЯНСКАЯ: Степ, а тебе сватали?

С. ДОБРОВОЛЬСКИЙ: Да нет, в мою личную жизнь как-то не лезут.

И. БАБЛОЯН: Слушайте, а у нас здесь спрашивают, такой немного злой вопрос, но я его прочитаю: «Спросите у гостей, принимали ли они когда-либо наркотики? А то говорят, что «золотая молодежь» и наркотики идут рука об руку». Я не буду у вас спрашивать, принимали ли вы наркотики. Как вы вообще считаете, это действительно так?

И. ЛЕПС: Что бы мы ни ответили, никто не поверит.

Т. РОДНЯНСКАЯ: Ну согласны ли вы с этим стереотипом?

И. ЛЕПС: Да, это так, абсолютно.

Т. РОДНЯНСКАЯ: Что и описано как раз в романе Ивлина Во во всех красках.

И. ЛЕПС: Ну а что это отрицать, когда это всем совершенно известно. Причем здесь «золотая молодежь»? Все принимали наркотики когда-либо.

Т.: РОДНЯНСКАЯ Нет, не все.

И. ЛЕПС: Нет, не все, я вот тоже ни разу. Но тем не менее. Для всего есть свое время, и «золотая молодежь» этим славится.

Т. РОДНЯНСКАЯ: Я предлагаю нашим слушателям и нам устроить голосование. Вопрос для голосования будет такой. Кто, по-вашему, виноват в предвзятом отношении к «золотой молодежи» — сами дети или их родители? Если вы считаете, что сами дети виноваты в предвзятом отношении к себе, ваш номер 6600664, если родители виноваты в предвзятом отношении, ваш номер 6600665.

НАЧАЛСЯ ПОДСЧЕТ ВАШИХ ГОЛОСОВ

Т. РОДНЯНСКАЯ: Я повторю вам еще раз наш вопрос для голосования. Кто виноват в предвзятом отношении к «золотой молодежи» — сами дети или их родители? Если вы считаете, что дети, то набирайте номер 6600664. Если родители, то набирайте номер 6600665.

Т. РОДНЯНСКАЯ: А как считаете вы? Кто же виноват в этом предвзятом отношении? А это предвзятое отношение, естественно, зачастую негативно. Степ, как считаешь?

С. ДОБРОВОЛЬСКИЙ: Даже не знаю. Наверное, все-таки…

Т. РОДНЯНСКАЯ: В первую очередь, скажем так, кто виноват?

С. ДОБРОВОЛЬСКИЙ: Ну, виноваты СМИ, которые освещают…

Т. РОДНЯНСКАЯ: Мы не виноваты, мы не виноваты…

И. БАБЛОЯН: Может быть, это зависит действительно от репутации родителей и от того, как преподносят в СМИ?

С. ДОБРОВОЛЬСКИЙ: Я думаю, что просто у нас люди очень любят покопошиться в белье более известных и богатых людей. И это очень часто сопряжено с завистью. Поэтому хлебом не корми, дай к кому-нибудь предвзято относиться.

И. ЛЕПС: Ну и плюс стереотипы, конечно. То есть один большой стереотип, что дети богатых людей ничем хорошим не отличаются, и в этом виноваты их родители.

Т. РОДНЯНСКАЯ: А это не так?

И. ЛЕПС: А это зависит от многих факторов. В основном от родителей, от воспитания, от окружения этих детей. Если у человека есть стремления в любом возрасте, в детстве или уже в сознательном возрасте каком-то…

Т. РОДНЯНСКАЯ: Петь, а ты как считаешь?Ну всех под одну гребенку мы не равняем ни в коем случае.

П. АКСЕНОВ: Могу сказать, что предвзятость я на себе испытываю не в этом плане, то есть я, в общем-то, не был никогда в очень богатой семье, потому что мои родители всегда работали и зарабатывали кусок хлеба сами. Мама приехала в Москву и подметала Калининский проспект, получила три образования, купила сама квартиру, дачу, машину. И, в общем, образование, которое у меня есть, весь багаж я получил от нее. Я ею горжусь и ценю такой труд человека, который просто работал.

Т. РОДНЯНСКАЯ: Спасибо маме.

П. АКСЕНОВ: Да. А что касается вообще предвзятого отношения, в России действительно это более развито, более принято. Потому что если у тебя есть как бы корова – это хорошо, а если у тебя есть две коровы – это плохо, и сразу ты плохой, и все вокруг тебя плохое. Вот я на себе постоянно испытываю проблему, что вот художник не может ходить с «Ролекс». То есть это все…

Т. РОДНЯНСКАЯ: Покажи еще раз «Ролекс». Ты в переходе купил.

П. АКСЕНОВ: Художник должен ходить в джинсах с оттянутыми коленками, каком-нибудь свитере, берете. Я вот бороду отрастил, не помогает, все равно вот «Ролекс» мешает…

Т. РОДНЯНСКАЯ: Так, может, снять «Ролекс»?

П. АКСЕНОВ: Может, начать курить и пить, снять «Ролекс», тогда все скажут: «Вот он, настоящий художник!»

Т. РОДНЯНСКАЯ: Или уехать в Париж.

И. БАБЛОЯН: Да, конечно, жить где-нибудь на чердаке…

Т. РОДНЯНСКАЯ: Нет, сесть с табуреточкой на Старом Арбате, как многие сидят. К сожалению, есть предвзятое отношение к «золотой молодежи». Результаты нашего голосования практически таковы…

И. БАБЛОЯН: Практически пополам.

Т. РОДНЯНСКАЯ: Ну да, пополам. Считают, что виноваты дети, 56 процентов. Считают, что виноваты родители, 44 процента.

И. БАБЛОЯН: А наши гости считают, что виноваты СМИ.

П. АКСЕНОВ: Нет-нет, на самом деле я думаю, что действительно виноваты родители, потому что нужно исчислять все-таки любовь к детям образованием, занятием и уделенным временем, а не подарками и вседозволенностью. Потому что часто родители, чтобы отдалиться, вот по моему опыту работы… целый год проработал с богатыми детьми, с богатыми родителями…

Т. РОДНЯНСКАЯ: Этот проект так долго длился?

П. АКСЕНОВ: Да, я его начал давно. Просто более активно съемки последние три месяца шли. А так мы первую съемку снимали где-то 9 месяцев назад. Но могу сказать, что вот мое наблюдение, вот конкретно – это наблюдение того, что многие родители откупаются. Откупаются подарками, откупаются тем, что «поедешь в Лондон, поедешь в Париж, поедешь сюда, мы тебе сделаем»…

Т. РОДНЯНСКАЯ: Потому что их часто не бывает дома?

П. АКСЕНОВ: Да. Они заняты своими делами, своей личной жизнью. И для них как бы ребенок – это, в общем-то… А причем, знаете, когда ребенок маленький, они понимают: да, мы должны. Вот мама забеременела, она не курит, не пьет. А ребенок родился, она там ходит на вечеринку раз в неделю. Подрос – на ходит уже два раза в неделю. Ну то есть я это прямо своими глазами видел.

И. БАБЛОЯН: Ужасно.

Т. РОДНЯНСКАЯ: Тогда у меня такой вопрос к нашим гостям. Вот еще, конечно, молоды. Но все-таки когда-нибудь это произойдет, у вас тоже будут свои дети. Как вы планируете их воспитывать? Вы будете их баловать, или вы будете все-таки их в строгости держать, в ежовых рукавицах?

С. ДОБРОВОЛЬСКИЙ: Через медные трубы…

Т. РОДНЯНСКАЯ: На своем опыте, как, вы считаете, нужно воспитывать детей? Пока еще сами не являетесь родителями.

И. ЛЕПС: Это сложный очень вопрос. Маленький ребенок – это уже личность. И к каждому ребенку должен быть свой какой-то подход. Если, дай бог, у меня будут сознательные и умные дети, им надо будет просто все объяснить в этой жизни и дать все, что возможно. Конечно, образование – это самое главное, что можно дать ребенку.

Т. РОДНЯНСКАЯ: То есть я заработала – это мое, а ты иди, добивайся сама. Я тебе, конечно, помогу…

И. ЛЕПС: По большому счету, оно так и должно быть, мне кажется. Человек должен достигать каких-то вершин сам.

Т. РОДНЯНСКАЯ: Надо ребенку просто показать, что все это не вечно…

И. ЛЕПС: Мне кажется, надо ребенку просто показать, что всего можно добиться самому, и ничто не должно останавливать…

Т. РОДНЯНСКАЯ: В том-то и дело, что здесь есть такая тонкая грань – вроде хочется дать ребенку все самое лучшее, но, с другой стороны, не избаловать его.

И. ЛЕПС: Абсолютно. Поэтому надо проводить с ребенком много времени и разговаривать, и объяснять такие вещи.

И. БАБЛОЯН: А еще бывает так, что они… даже не то что пытаются избаловать его, может быть, сами жили в каких-то не очень хороших условиях, и теперь появляется такая возможность, хочется, чтобы дети имели вообще все…

И. ЛЕПС: Компенсировать как бы, да, да… Есть такое.

Т. РОДНЯНСКАЯ: А еще такой щепетильный вопрос к вам, детишки. Бывали ли такие случаи… Сейчас все хорошо, все замечательно. А бывали ли такие случаи, что было все плохо, была нищета? Бывало?

И. ЛЕПС: Бывало, конечно. Все начиналось очень просто, через тернии, собственно…

Т. РОДНЯНСКАЯ: Поэтому вы как раз выросли совсем не избалованной.

И. ЛЕПС: Дай бог, что так оно и есть.

И. БАБЛОЯН: Да, перед нами сидят очень милые дети.

И. ЛЕПС: Спасибо большое.

Т. РОДНЯНСКАЯ: Я надеюсь, что мы успели развенчать как раз все стереотипы и мифы о — повторюсь еще раз, не очень приятное слово, на мой взгляд, почему-то оно таково – мажорах. Но все-таки… Итак, дорогие слушатели, хочу вас пригласить на выставку Петра Аксенова, которая будет проходить… где, Петя?

П. АКСЕНОВ: Галерея «RuArts», 1-й Зачатьевский переулок, дом 10. С 14 мая по 29 мая.

Т. РОДНЯНСКАЯ: Приходите, пожалуйста, смотрите, любуйтесь. Все, что я вывесила на сайте, это далеко не предел. Там еще есть очень много интересных работ. Помните… в завершение мне почему-то вспомнился в советском фильме «Карнавал», образ мажора, Александр Абдулов исполнял. Помните, какого он мажора играл? Вот как вам такой образ мажора? Классический, стереотипный?Похоже на то, что сейчас? Как, на ваш взгляд?

И. ЛЕПС: Чтобы все были похожи на Александра Абдулова. Все, что я могу сказать. Я была бы очень рада.

Т. РОДНЯНСКАЯ: Помнишь этот фильм «Карнавал»?

П. АКСЕНОВ: Да, конечно, помню. Но для меня все-таки там это не совсем даже мажор. Он такой все-таки эстетствующий. Ну какой-то он очень приятный мажор. Ну для меня лично. Не могу сказать, что это отталкивающий образ.

И. ЛЕПС: Культурный повеса.

П. АКСЕНОВ: Да, культурный повеса такой. А образ мажора – это вообще обычный ребенок, который ни о чем не задумывается, он нацепил майку с надписью «Дольче Габбана», кроссовки золотые…

Т. РОДНЯНСКАЯ: А разве нужны мажору логотипы, лейблы? Разве нужны? У него и так все есть. Зачем еще лишний раз подтверждать свой статус?

П. АКСЕНОВ: Типичный образ мажора – это модно одетый молодой человек либо барышня, лейблами наружу, который так неохотно со всеми разговаривает, слегка свысока, у него все есть. И основное его как бы вот жизненное кредо – что вот так он от всего устал, что у него все есть… «Ну чего будем делать?» — «Да не зна-а-ю…»

Т. РОДНЯНСКАЯ: Современный нигилист такой.

П. АКСЕНОВ: Современный нигилист. Но нигилист не от того, что у него, не знаю, клокочут знания в голове или открытия, или он против Дарвина, или он за Маркса, наоборот. Нет, он такой вот, собственно говоря… от всего устал, от всего ему плохо, то есть он знает, как себя занять. Вот это образ такого современного мажора.

И. БАБЛОЯН: Теперь вы знаете, как в толпе выявить мажора.

Т. РОДНЯНСКАЯ: Нет, ну на самом деле… Вот хочу у вас спросить, Инга, Степа. Ваши сверстники, ровесники, с кем вы, может быть, учились или общаетесь, может быть, я не права, но, по-моему, у этих детей, наоборот, все есть и не нужно лишний раз подтверждать все брендами. Не нужно?

И. ЛЕПС: Нет, это самоутверждение, через которое, мне кажется, все проходят. Вот такое материальное, когда хочется доказать, хочется быть частью чего-то. Это самоутверждение в обществе больше, чем…

Т. РОДНЯНСКАЯ: Степ, а ты как считаешь?

С. ДОБРОВОЛЬСКИЙ: Ну это все проходит, да. На определенном этапе это было, и у знакомых, да…

Т. РОДНЯНСКАЯ: Но все-таки было?

С. ДОБРОВОЛЬСКИЙ: Да.

Т. РОДНЯНСКАЯ: А почему проходит?

И. ЛЕПС: Растешь.

С. ДОБРОВОЛЬСКИЙ: Ну как-то уже начинаешь ценить чего-то другое, да.

И. БАБЛОЯН: Хорошо, человеческие качества победили.

Т. РОДНЯНСКАЯ: Мне всегда казалось, что как раз самоутвердиться с помощью брендов, лейблов и всего остального, и с помощью дорогих телефонов, я не знаю, арендой машин хотят, наоборот, те люди, у которых этого нет, которым этого недостает.

И. ЛЕПС: Две разные вещи…

Т. РОДНЯНСКАЯ: Но, оказывается, у «золотой молодежи» тоже бывали такие моменты. Спасибо большое. Мы говорили сегодня о «золотой молодежи». С нами были в гостях Петр Аксенов, художник… Спасибо, Петя.

П. АКСЕНОВ: Спасибо вам.

Т. РОДНЯНСКАЯ: С нами были Инга Лепс, аукционист, выпускница института искусств Sotheby`s и дочь Григория Лепса.

И. ЛЕПС: Спасибо.

Т. РОДНЯНСКАЯ: И с нами был Степа Добровольский, бизнесмен, и сын Евгении Добровольской, актрисы. Спасибо, что пришли. Очень интересно было с вами побеседовать. Дорогие слушатели, мы обязательно отправим вам, тем, кто выиграли, подарок от Пети Аксенова. С вами свяжутся наши референты и расскажут, как его забрать. Спасибо. Это была программа «Zoom». Меня зовут Таня Роднянская, и со мной была Ира Баблоян.

И. БАБЛОЯН: До свидания.


Загрузка комментариев...

Самое обсуждаемое

Популярное за неделю

Сегодня в эфире