А. ЕРМОЛИН: Добрый день, в эфире очередной выпуск программы «Военный совет», сегодня у нас в гостях Вадим Аркадьевич Малюков, начальник главного управления связи Вооруженных сил РФ, генерал-майор. Здравствуйте, Вадим Аркадьевич.

В. МАЛЮКОВ: Добрый день.

А. ЕРМОЛИН: В студии сегодня Анатолий Ермолин, будем говорить сегодня о военной связи. Знаете, такая пословица в войсках существует. Что если связистов не наказа… Самое главное поощрение для связистов – это не наказали. Такие традиции до сих пор существуют, или что-то меняется в другую сторону?

В. МАЛЮКОВ: Они актуальны до сих пор.

А. ЕРМОЛИН: Вадим Аркадьевич, а что представляют из себя вообще, войска связи? Как вот эта система организована в вооруженных силах?

В. МАЛЮКОВ: Войска связи, на сегодняшний день, составляют из себя структуру, в которую входят в центральном аппарате, то есть, на уровне генерального штаба. Мы все части, раньше их было порядка 18-ти частей связи различных, Мы их объединили под единым командованием, и по единому замыслу, создан так называемый, главный центр связи генерального штаба. Это 18 частей и соединений. То есть, он имеет и полевую компоненту, и стационарную компоненту, в своём составе. И предназначен для обеспечения связи министру обороны, начальнику генерального штаба, в том числе при работе в войсках, и так далее. То есть, они полностью обеспечивают центральный аппарат, и генеральный штаб. И управление всеми округами, и видами, родами войск центрального аппарата. В каждом округе, имеется так же у нас два соединения связи, это бригада управления.

А. ЕРМОЛИН: Сейчас 4 округа, да?

В. МАЛЮКОВ: Да, 4 округа создано. Я в том году на встрече говорил об этом, в этих округах существуют 4 бригады управления. То есть, там раньше прежние бригады связи, преобразованы в бригады управления. Туда вошли сразу и (неразборчиво) подразделения, подразделения охраны, и подразделения собственно, командных пунктов. То есть, полностью обеспечивают. Ну, что такое пункт управления? Это стол, стул, должностное лицо, и средства связи. Вот если вот так в лёгком варианте сказать, вот это пункт управления.

А. ЕРМОЛИН: То есть, вы уже похожи на пункт управления.

В. МАЛЮКОВ: Да, вот у нас реальный пункт управления. Ещё если со средствами информационной поддержки, то вообще, 5 баллов. Значит, вот эти 4 бригады управления. Далее, есть территориальные бригады связи которые на территории каждого округа объединяют в себя все буквально узлы связи стационарные, от окружного, до бригады полка радиотехнического. То есть, полностью обеспечивают стационарную составляющую, которая затем, при наращивании сетью, из единой сети электросвязи, они как бы, увеличивают пропускную способность, и мощность этих каналов. Далее, в каждой армии, и в оперативном командовании, имеется бригада своя управления того. У нас, я так сразу скажу, тут военной тайны нет никакой, 14 бригад управления. И узлы связи во флотах, узлы связи в соединениях и объединениях военно-воздушных сил, и противовоздушной обороны, в ракетных войсках стратегического назначения. Вот всё это вместе, составляет войска связи, которые обеспечивают управление вооруженными силами, в мирное и военное время. Основной задачей является естественно – это доведение сигналов централизованного боевого управления, далее управление в период с мирного на военное время, и собственно, обеспечение цикла боевого управления, в ходе ведения действий. Задачи, они как всегда были, такие и остаются в военной связи. Вот в этом отличие от гражданской связи.

А. ЕРМОЛИН: А вот до какого уровня простирается связь? Вот, условно говоря, кому может позвонить главнокомандующий, если захочет? Может он до рядового бойца дойти, если такая задача будет поставлена, и насколько быстро?

В. МАЛЮКОВ: Значит, такая задача, она, вы совершенно верно сказали, по уровням управления на сегодняшний день, до бойца, естественно, от министра обороны, это не возможно. Но в процессе развития системной связи, которую мы задали окры и миры, они в дальнейшем, позволят это делать. А сегодня, можно практически уже, если в таком выражении, как просто телефонный разговор составить, да? То без подготовки это до командира части. Министра обороны, по прямой связи, может переговорить в закрытом, защищенном режиме. Причем, без ручных коммутаторов, (неразборчиво). Это уже сделано. И ниже я остановлюсь, что сделано. А в дальнейшем, с применением всех средств, о которых я тоже ниже остановлюсь, конечно, такая задача будет поставлена, во всяком случае, до батальона включительно. И до солдата, утрированно, вообще, задача стоит такая, суть всех преобразований, в сфере военной связи, заключается в следующем: связь всех со всеми, и каждого с каждым. Вот общий лозунг они несут такой. Всех со всеми, каждого с каждым.

А. ЕРМОЛИН: Это будет особая связь, да? Закрытая связь.

В. МАЛЮКОВ: Да, конечно. Это будет защищенная как она сегодня… Защищенная, и она будет эшелонированная. Будет у нас космический эшелон развернут, затем воздушный эшелон, наземный, и морской. И с помощью всех средств, которые будут в этих эшелонах участвовать, будет составляться единая единое информационное пространство, цель создания. То есть, мы от принципа построения связи сверху вниз, и справа налево, отказались, когда сосед справа отвечал за связь соседа слева. То есть, вернее не отказались, я не правильно выразился. Мы переходим к децентрализованному способу управления. То есть, создаётся единое информационное управляющее пространство, по средствам которого можно управлять и разговаривать, и передавать команды, в общем-то, между всеми участниками, кто включен в эту единую управляющую систему. Могу привести цифры. На сегодняшний день, режимная сеть, то есть, закрытая сеть вооруженных сил, составляет уже где-то порядка 56-60тысяч абонентов. Цифры настолько динамично быстро меняются, что даже вот назовём, 56 тысяч таких абонентов, и нагрузка на ручные коммутаторы, когда соединяли, поднималась трубка, «Я такого-то, там-то, ждите, ваше время 25 минут», пока дождались, уже собственно, и надобность в разговоре отпала. Сейчас просто по номеру АТС набирается, и выходишь на непосредственно абонента. Значит, создав эту систему, вот я в том году у вас когда на передаче был, я… В общем-то, мы говорили о том, что мы таких создали 72 объекта. На сегодняшний день, это уже +187, и военкоматы. То есть, уже мы до уровня бригады, практически, боевой бригады, уже такую связь имеем. То есть, узел связи стационарный состоит из аналоговых практически средств связи, мы их убираем, производим замену в соответствии. Есть поручение президента, по этому поводу, что мы в 12-м году должны произвести замену аналоговых средств связи, на цифровые. Что это подразумевает? Берётся каждый узел связи, на узел связи ставится станция спутниковой связи, раз. Подаётся IPN канал по волоконно-оптическому кабелю два, ставится радиорелейная линия для того, чтобы они резервировала и то, и другое, и третье, это привязка. Далее, делится открытый сегмент, закрытый сегмент. В открытом сегменте, ставится станция АТС, режимная. В закрытом вернее сегменте, и в открытом сегменте АТС. То есть, эти станции все соединяются в единую сеть. И закрытый сегмент, передачи данных, по которым можно передавать данные. Получается идеальная такая модель, для управления. Когда у офицера любого органа, и звена управления, появляется возможность довести команду как по телефону, и тут же, подтвердить документально, с компьютера довести до рабочего места, передать какой-то приказ. Не задействуя при этом, труд узлов связи, ручной. То есть, доля ручного труда на узлах связи, она буквально в разы, снизилась. И мы буквально в разы, стационарный угол связи, они подсокращены. Потому, что нагрузка, я уже говорил. Нагрузка – это что значит? Это количество переговоров. Она снизилась… Ну, я такой пример приведу, в генеральном штабе на коммутаторе, который обеспечивает высшее руководство, ну, там 74переговора за полгода, а раньше было в сутки до 200-т, до 300-т, до 400-т. Ну, 500 переговоров в сутки. И вот, разница от внедрения. Естественно, появляется…

А. ЕРМОЛИН: Может, они разговаривать перестали с подчинёнными?

В. МАЛЮКОВ: Нет, мы же считаем, билинг у нас идёт. То есть, мы переговоры считаем. А переговоры сутки по вот этой сети, составляют до 70-ти, 80-ти тысяч переговоров. То есть, несопоставимые вещи, совершенно. Это снижает вообще, долю ручного труда. То есть, задача военных связистов, сводится к эксплуатации телекоммуникационный систем, следить за их исправностью, за линией манипуляции, и так далее. То есть, своевременно обслуживать, но уже в речную, не соединять. Телеграммы у нас ещё идут вручную, и то, уже не только на бумажных носителях, но и с дисков. Но внедрив, вот сейчас закрытый сегмент, уже пошла информация, в том числе и по нему, чем то же самое. Мы сейчас снизим… Министр обороны поставил задачу в этом году на бумажных носителях оставить только сигналы централизованного боевого управления. То есть, эту задачу в принципе, мы в стационарном сегменте решим в следующем году. И решение президента, и его поручение, будет выполнено. Вот с (неразборчиво) компонентом, там сложнее. Там у нас сроки 15-й, 20-й год, на два этапа. Но первая часть стационарная, которая объединяет все, прежде всего, соединения части, стоящие на боевом дежурстве, не все же в поле выведут, она будет решена вот сейчас у нас, я назвал цифру 72 в том году, в этом году мы 187, и начали ещё 195 объектов. А всего мы должны там, 985 объектов. То есть, это все буквально части, которые входят в состав вооруженных сил.

А. ЕРМОЛИН: Вот всем известно, что телекоммуникации сейчас развиваются таким, взрывным способом.

В. МАЛЮКОВ: Революционным.

А. ЕРМОЛИН: Да, каким-то гиперреволюционным. Вот как вы, глядя на то, что есть сейчас в открытой продаже? То есть, сейчас же там айпеды, айфоны. То есть, человек может говорить, и тут же видеть, и пересылать огромное количество информации. Вот та система, про которую вы сейчас рассказываете, она сильно отстаёт? И надо ли ей стремиться передавать в таком же объёме, такого же качества информацию. И визуальную, и аудио, какую угодно.

В. МАЛЮКОВ: Здесь идёт отставание в количественном плане конечно. Ну, сколько у нас айфонов, айпедов, и сотовых телефонов в мире, в стране, и в вооруженных силах? Конечно, гораздо больше. Но вот в средствах радиосвязи, тактического звена управления, на офицерских радиостанциях, у нас в общем-то, не плохо завершается ОКР азарт радиостанции шестого поколения, сквозного диапазона там от полутора, 2,5 гигагерц, от полутора мегагерц, и до 2,5 гигагерц. Значит, мы уже до 500 мегагерц получили такую станцию портативную. Вот на офицерской станции, там будет всё. И городской телефон, и навигация, и передача данных. Это они сопоставимы с 6-м поколением хариеса, и италиеса. То есть, Франция и США, это лидеры в этих средствах. Вот эти портативные радиостанции, они сопоставимы. То есть, офицер будет эту информацию, иметь у себя на портативной станции. Причём, сразу решается вопрос совместимости средств тактического звена управления, межотраслевыми. То есть, в МВД у нас свои частоты, в вооруженных силах свои, в ФСБ, свои. А эта станция унифицированная, она позволяет все эти виды и модуляции… Ну, модуляция там понятно, какая. Значит, все частоты и назначения, все работать будут опять же, все со всеми, каждый с каждым. Мы эти все диапазоны, не будем иметь станции взаимные, чтобы друг с другом работать, а они будут все в одном сквозном диапазоне работать. В том числе и авиация, и флот. Далее, мы унифицируем, на основе этого завершения, опытной конструкторской работы. Ну, там у него кроме портативного, ещё есть ввозимые станции, более мощные. Затем, ставятся станции, которые будут ещё уровень по мощности больше, которые создают такую некую сеть, в тактическом звене управления. Мы их унифицируем таким образом, чтобы от солдата, и до воздушного судна, до корабля, до всех участников радиосвязи вооруженных сил, как это сделано в США, будет единая сквозная линейка средств связи. ОКР такую унификацию, он тоже задал, и уже первый этап его эскизного проекта, мы уже приняли. В общем-то, с неплохими результатами. И надеюсь, что мы его успешно завершим. Далее, мы спланировали строительство, по принципу сотовой связи, строительство дикометровых, передающих радиоцентра, которые будут объединены между собой волоконно-оптическими линиями связи. В эту сеть радиосвязи, будет доступ с этих станций, и не надо будет раскачивать огромные мощности, на огромные километры. Можно будет работать методом односкачковых радиолиний. То есть, не обязательно работать там 5 киловатт, и себя определять за многие тысячи километров, это и разведзащищенность, в том числе. Затем, в этих станциях применяется очень… Ну, я скажу так, в сегодняшнем, при современном видении боевых действий, работа на фиксированных частотах, это практически обречена сразу на поражение. Если не помехов свет, если не заградительная помеха, да? То во всяком случае, помехов свет, это всё давится, прекращается, и ещё и поражение…

А. ЕРМОЛИН: А что такое, помехов свет?

В. МАЛЮКОВ: Помехов свет – это когда фиксируется частота, и она давится. А заградительная помеха, когда рассчитывается мощность примерно всех радиосредств, и заградительная помеха, буквально… Но, это очень дорогое и энергоёмкое предприятие, и действие. А помехов свет, фиксируется частота, и начинает давиться. Для этого, существует режим ППРЧ, так называемый. Псевдослучайные перестройки радиочастот. И вот когда доселяется, что в секунду частота меняется до 20000 раз, то практически, помехой свет тут не сработаешь. А заградительная помеха, она очень энергозатратная, и очень сложно её применять в диапазоне. Потому, что…

А. ЕРМОЛИН: А какие средства, кстати, вот для подавления, и для создания такого типа помех используется? Вообще, какие есть способы у того, кого вы считаете своим противником? Вот какие технические средства, могут разрушать связь?

В. МАЛЮКОВ: Разрушается, как правило, вот когда речь идёт уже о таких станциях 6-го поколения, разрушается, естественно, прыгает 20000 в секунду за каждой частотой, ну, это не реально. Это надо структуру сигнала знать, структуру этих переходов. На первой стадии, эти станции подавляются, определяются место координат…

А. ЕРМОЛИН: Излучение откуда идёт.

В. МАЛЮКОВ: Да. Место координат. И подавляется, просто, собственно говоря, навигация. Ведь не только для того, чтобы станции синхронно изменяли свою частоту, вот мы с вами разговариваем, да? Наши станции должны быть, чётко понимаем, какие координаты. И при вычислении координат, местоположения, и сигнала, который идёт с GPS, и Гланаса, которое определяет положение вашей станции, подавляется, как правило, вот эта частота, и собственно, нарушается сигнал. То есть, передача информации или затруднена, или прекращается полностью. Но вот в новых станциях мы в этом ОКРе, предусмотрели ряд, я надеюсь, очень удачных структур, структуры передаваемые сигналы, ширина полосы, и без передачи, я скажу одним словом, преамбулы.

А. ЕРМОЛИН: Коротко, и понятно.

В. МАЛЮКОВ: Без передачи преамбулы, и всё. То есть, не поймал преамбулу, ничего не подарил. То есть, очень сложно. Ну, а как это будет делаться, естественно, это закрытая тема. Но результаты такие мы уже имеем, да и американцы его имеют то же самое. То есть, конечно, пока будут существовать средства передачи информации, всегда будут развиваться средства борьбы с этими радиосредствами. Со всеми излучающими средствами, которые (неразборчиво) в эфир. И на сопоставление этих средств связи, и средств РЭП, будет осуществляться развитие и связи, и средств РЭП, вот так сказать.

А. ЕРМОЛИН: А то, что вы в одной аппаратуре, совмещаете и открытые, и закрытые каналы связи, это не создаёт никаких угроз?

В. МАЛЮКОВ: Мы не создаём в одной аппаратуре закрытые и открытые каналы связи. Мы используем общий трафик прохождения. А затем, ставятся межсетевые экраны, которые делят открытый сегмент, на открытый, закрытый есть закрытый… Стоит… Используются общие у нас операторы связи, это «Ростелеком», который предоставляет либо прямой канал, 2 мегабита там, ну, два… 155 мегабит, 600 мегабит. Ну, в зависимости от скорости, которая требуется. А уже мы этот трафик закрываем. Либо в сети (неразборчиво) входим. То есть, виртуальное облако, и отточки входа…Тут нет особых таких сложностей, с разведзащищенностью.

А. ЕРМОЛИН: Мы об этом поговорим, после рекламы.

НОВОСТИ.

А. ЕРМОЛИН: Мы продолжаем программу «Военный совет», и я хочу напомнить тем, кто нас слушает, что в гостях у нас сегодня начальник главного управления связи Вооруженных сил РФ, генерал-майор Вадим Аркадьевич Малюков. И мы сегодня говорим о средствах связи, о том, насколько они совершенны, насколько конкурентоспособны, и Вадим Аркадьевич, вот, можно сказать, основатель «Вымпелкома» Дмитрий Зимин, в свое время поделился таким, очень интересным наблюдением. Вот он рассказывал, что когда был маленьким мальчиком, во время войны вот здесь вот как раз, где мы сейчас находимся, на Арбате, да? Здесь были дровяные склады, оказывается. Он говорит, я сюда ходил за дровами, керосин покупал. Потом, ему повезло, он попал в такие, высокотехнологичные сферы, очень много работал с космосом. В какой-то момент, несколько лет назад, он прекратил свою активную профессиональную деятельность, и вот он что рассказывал? Рассказывал, что вот буквально пол года он этим не занимался, говорит, прихожу на выставку современных телекоммуникационных средств, и уже многого не понимаю. То есть, за полгода настолько изменился рынок, и настолько изменился рынок, и настолько изменились технологии, что вот в этой сфере, очень трудно за ними следить. Как вы это делаете? Вот как вы следите за тем, что происходит в мире, на рынке телекоммуникаций?

В. МАЛЮКОВ: Значит, полностью согласен и с его словами, и с вашими. Буквально революционное развитие технологий современных информационных в мире, оно быстро происходит настолько, что ну, допустим, мы все средства делим на современные, перспективные, и с сегодняшнего дня. То есть, аналоговые убираем, о них вообще не говорим, это…

А. ЕРМОЛИН: И пещерные.

В. МАЛЮКОВ: Да. Хотя, я должен тут… День всё-таки войск связи, или сейчас он называется, день военного связиста. Я хотел бы отметить, что надежность, заложенная в средствах связи, которыми мы сегодня пользуемся, в том числе, системой АСУ. Аналоговые даже средства связи, и станции спутниковой связи, которые цифровыми были, разработчиками Советского периода, сверхнадежность всей этой техники, позволяет нам сегодня обеспечивать связь, и обеспечивать на её основе управление вооруженными силами. То есть, они, в общем-то, средства эти, без боев работают. Революционное движение в этих технологиях конечно, отслеживать-то мы их отслеживаем, но грань очень быстро стирается, между современными перспективами. Вот я приведу вам пример. Допустим, мы закупали радиорелейные станции со скоростью ну, я так образно скажу, 2 мегабита. Учение проводим, нам не то, что два, нам уже восемь мало. Мы вчера министру обороны, докладывали, у нас очень, я скажу, в настоящее время, большое… Ну, если взять за всю мою службу, вот такого масштабного оснащения средствами связи, которые происходит последние 2 года. Ну, я могу (неразборчиво) только с 79-80 годом, это так. И по каждому вопросу, министр лично принимает решение. Принимать, закупать эти средства, лично нудно ему доложить, лично он принимает решение, и тогда мы эти средства закупает. А для того, чтобы лично доложить, вот тут и идёт и оценка рынка, и оценка современных технологий, где какая… Потом, с промышленностью. Есть научно-технический совет при УПК, в котором тоже отслеживаются эти вопросы. И всё это в совокупности, даёт общее представление тех технологий, которые быстро и бурно развиваются. В целом, вот в подходах, тут никакой разницы нет. Вот я просто скажу. Для того, чтобы создать глобальное информационное пространство, на котором США работают достаточно успешно в этой области, мы двигаемся, что США, что КНР, что РФ, по одним и тем же направлениям. Развиваем первое, соционарную сеть, высокоскоростные волоконные оптические линии связи, строительство стационарных узлов. Далее, сразу. Ну, я перехожу, космос, космическая группировка. Создаются спутники, у нас ОКР такой открыт. Ну, и даже за последнее могу сказать, что вывели 2 спутника, сейчас ещё один выводим, за год 3 спутника – это уже много связи. Раньше мы вообще на трёх спутниках там висели несколько лет, в том числе и для обеспечения нужд государства. За год мы вот сейчас третий спутник запускаем. То есть, создание космической группировки, создание под надёжные группировки средств земных станций, чтобы обеспечить спутниковую надёжную связь. Далее, о чём я говорил, средства 6-го поколения радиосвязи. То есть, унифицировать всю линейку как вы говорите, от министра, до солдата, создать два. И создание АСУ, которая на эту систему всё бы легла, и автоматизировала все алгоритмы, процессы управления. Вот в целом, я так кратко рассказал всю концепцию развития. И это же делают в США, это же делается в Китае, и делается у нас. Технологии может быть разные, и возможности промышленности, тоже разные. Где-то в стационарной части, мы используем средства двойного назначения, не обязательно военного. Ну, вот таким путем. Тут для каждого пример. Ну, во-первых, ОКР когда открываешь, ОКР любой, даже по ГОСТу записано, прежде чем… Вот разработчик ОКРа, он должен оценить весь рынок существующий, и определить направление, в котором нужно развивать эту тему. Мы задаём такие, такие параметры. Совместными усилиями, в том числе и… У нас же хоть и группировки сейчас стали под руководством округов, но за видами вооруженных сил, военно-морской флот, своя специфика, военно-воздушные силы – своя специфика, сухопутные войска, своя специфика, Так вот, развитие этих видов вооруженных сил всё равно, по единому замыслу начальника генерального штаба, который отвечает за систему управление, но участие их обязательно. То есть, в том числе, с участием всех видов и родов войск, для создания единой структуры. Вот так, а насколько успешно или не успешно, насколько эффективно скажем, ну, это время покажет. Сейчас на этапе, когда быстро меняется понятие между современным, и… Она может послезавтра уже бесперспективной стать, ну, к примеру. Нанотехнологии развиваются опять же, да?

А. ЕРМОЛИН: Да.

В. МАЛЮКОВ: И будет изобретён новый вид энергии, и всё это окажется вообще, так же, вчерашним днём. Сейчас сложно об этом сказать. Но, не сделав этого, вообще, результата какого-то вообще, получить невозможно. Остаться на старых средствах связи, это заранее обречь. Потому, что всегда определяла способы и формы ведения боевых действий, всегда определяющим фактором был огневое поражение ударных средств. На сегодняшний день информационные технологии предопределили формы и способы ведения боевых действий, под названием, сетецентричные воины. В общем-то, сетецентричност означает, это способ управления. То есть, вот на сколько выросла…

А. ЕРМОЛИН: Сеть.

В. МАЛЮКОВ: Да.

А. ЕРМОЛИН: То есть, где-то, децентрализовано…

В. МАЛЮКОВ: Конечно, да. Децентрализовано, то есть, сеть управления. То есть, цель создания, вернее, создание нормальных систем управления единого информационного пространства, это достижение энергетического эффекта, когда 2+2=5. То есть, не чисто сложили, вот взяли, посчитали, сколько огневая мощь там артиллерийского дивизиона такого-то, огневая мощь авиационной эскадрильи, или авиабазы такой-то. Её возможности поражения, и так далее. Но если не будет нормальной системы управления, которая во-первых, своевременно доведёт данные по целям, своевременно вскроют датчики разведки, критически важные объекты свои, и противника. И своевременность доставки этой информации до средств поражения, это и есть, цикл боевого управления. Вот у кого он короче, тот и победил. Потому, что рота пли, чичас… Вот если по этому принципу, то можно и не воевать.

А. ЕРМОЛИН: Вадим Аркадьевич, вот вы уже несколько раз, употребили такой термин, как аппаратура 6-го поколения. А какие вообще у вас… такое, не научное слово есть, цинометры. Чем вы измеряете, вот какого поколения та или иная техника, и вообще, как вы оцениваете, какие есть критерии оценки качества аппаратуры?

В. МАЛЮКОВ: Критерии оценки, тут… Качество конечно, это одна из оценок, а характеристики самой аппаратуры, и определяется по их возможностям, что она может. По шестому поколению, я говорю, это радиостанции разрабатываемые в ОКРе азарт, широкодиапазонное, шестого поколения. Потому, что мы не стали создавать станции видов и родов войск, а сразу объединили, и за основу, в общем-то, были взяты разработки хариес, италиес. То есть, я давал там… То есть, мы сразу перешли к их созданию. И поэтому, если у нас там допустим второго, третьего, четвёртого и перейти сразу к созданию шестого поколения, по сравнимым характеристикам, и возможностям. А для этого вида связи, важно что? Качество связи, надежность связи, устойчивость, скрытность, развед, и помехозащищенность. Вот если эти соответствуют, мы говорим о шестом поколении. От того же ППРЧ режима зависит. То есть, вот это шестое поколение. Если этого нет, там четвертое, третье. Ну, до сих пор, те средства, которые у нас существовали, радиостанция разрабатывая другими, они как бы, не дотягивали до этих параметров. Сейчас я надеюсь, что у нас… Мы пока говоримо том, что мы заказали 2,5 тысячи радиостанций, портативных, и мы их получим. В 12-м году, уже реально, мы… Мы показали президенту (неразборчиво) на учении в 2011, «Центр 2011», тогда на линейку разложили все радиостанции, МВД, МЧС, ФСБ, наши, авиационные, морские, и со всеми лично президент в общем-то, в информационные технологии человек посвященный. То есть, для него это не пустые слова, он очень не плохо, и очень хорошо разбирается в этих системах. Ну, и показали вся линейка. То есть, все эти станции, весь зоопарк можно раз, в мешок убрал, заменил одной станцией. Унификация, это серьёзная… То есть, получив, когда мы говорим, средства 6-го поколения, мы говорим о том, что это создаётся единая линейка для всех видов работ.

А. ЕРМОЛИН: Я смотрю, вот мы не можем показать нашим слушателям, но вот передо мной лежат фотографии, это в общем-то, не большого размера портативные станции. То есть, они намного легче предыдущей.

В. МАЛЮКОВ: Ну, в разы легче, в разы. Там один недостаток, в них мало драгметаллов. В наших старых радиостанциях, в советском периоде, все контакты были из серебра, золота. Радиостанцию просто так берёшь, ну, одна треть – это серебро и золото. На всех контактах. На транзисторах, даже на лампах, то здесь, в общем-то, выращенный кристалл, одна микросхема, вот собственно, вся радиостанция, плюс усилители.

А. ЕРМОЛИН: А это хорошо, что сейчас нет драгметаллов? Или это плохо?

В. МАЛЮКОВ: Ну, мне сложно сказать, хорошо это, или плохо. Это гораздо дешевле, чем если бы туда использовать… Да они не используются, это в старых только средствах.

А. ЕРМОЛИН: А я вот смотрю, экран маловат. Вот уже ты смотришь, вспоминаешь свои там смартфоны. Ведь очень же важно ещё…

В. МАЛЮКОВ: Ну, вот я покажу свой, но экран там, вот, больше этого досюда где-то, и вот так.

А. ЕРМОЛИН: А у меня смартфон, у меня во всю (неразборчиво). То есть, на нём карту открываешь, и реально видишь, где ты находишься, тебе всё это показывают. Вот такие коммуникаторы предполагается вводить, и это будет отдельная система связи, или всё-таки, вы будете комбинировать так же…

В. МАЛЮКОВ: Комбинировать. Сейчас уже комплекс созданный, имеются уже на вооружении, сейчас он… Комплекс управления разведки связи, там всё. От лазерного дальномера, до всех навигационных систем, и средств связи. Он так и называется, комплекс разведки управления связи в тактическом звене. Пожалуйста.

А. ЕРМОЛИН: Вот расскажите подробнее, что представляет из себя как раз, автоматизированную систему управления связи, именно в тактическом звене? Вот именно, какие основные элементы, и как вы участвуете в этой работе?

В. МАЛЮКОВ: Вот для нас, на сегодняшний день, такой, очень сложный вопрос, и я скажу, что в этом статическом звене управления, о котором вот вы задали вопрос, у нас основные проблемы в том, что мы уже несколько лет ведём ОКР по созданию ЕСУДЗ, единой системы управления в тактическом звене. И тех результатов эффективность этих результатов, и автоматизацию, которую мы хотим, мы почему-то, не можем никак вот получить, которые бы нас устроили. А те, которые мы задаём требования дополнительно, у нас с промышленностью, вот такой спор возникает. Они хотят, чтобы требования оставались на уровне допустим… Ну мы же записали уровень там предложения, не предложения, а ТТЗ в 2003 году, так извините, вы сами говорите о революционном развитии. Она же всё время двигается, и всё время, это получается как бы так, новое требование. То есть, не недостатки, которые надо устранять…

А. ЕРМОЛИН: Но вы правда, с двух сторон, да?

В. МАЛЮКОВ: Да, и правда. И они правы, и мы правы.

А. ЕРМОЛИН: Хозяин, тебе сказали такой колор, мы тебе сделали.

В. МАЛЮКОВ: Вот мы с этими ИСУТЗ, попали в такой капкан, мы не можем из него никак… по сути дела, и средство связи там уже не современное. Мы когда получим вот эти средства, о которых я вам говорю, мы конечно средства радиосвязи, там заменим. И буквально в следующем году, мы надеемся, произойдёт. Но для того, чтобы автоматизировать какую-то систему управления, нужно очень четко и ясно понимать, а какие алгоритмы мы хотим автоматизировать. То есть, какие алгоритмы. То есть, принятие решения, доведение данных о цели, там во всех подсистемах должны быть очень внятные, и очень такие короткие, как бы алгоритмы. Не расширенные… У нас сейчас очень серьёзно работает в этом направлении военно-научный комитет, начальник Генштаба подключил… Я думаю, в этом году, уже окончательно поймём, сейчас у нас идёт… Скоро начнутся опытные учения с этой бригадой, которая уже… Каждый год, осенью идут опытные учения, и мы каждый раз нарабатываем. То есть, мы это средство ЕСУТЗ, каждую осень оставляем водить на учения. Начальник генерального штаба, то есть, ну, хватит уже отдельно каждую радиостанцию обсуждать. Он говорит, систему… Подход у него очень такой мощный, системный, у Макарова, начальника. Николая (неразборчиво), генерала. А в системе есть подсистемы. И вот, начинается. Если подсистема внутри работает, то нет взаимосвязи. То есть, у нас вторая… То есть, радиостанцию мы берём. Теперь программное обеспечение тоже надо менять. А под программное обеспечение, нужно четко прописать алгоритм. Вот мы всё вот это вместе совместим, и в тактическом звене тогда, я надеюсь, у нас вот что-то может получиться. Сейчас, пока похвалиться в этом направлении ну я прямо скажу, эффективность достигнутая на сегодняшний день, она не удовлетворяет не нас… Ну, собственно, и (неразборчиво) не удовлетворяет. То есть, пока вот так.

А. ЕРМОЛИН: Ну, мы сейчас говорим несколько абстрактно, вот сейчас кстати в интернете появилось несколько роликов, производители как раз разместили, вот там название, «Цифровая бригада». И вот, и я посмотрел, в общем-то, ну, первое, что бросается в глаза, да? Ну, конечно хорошо, когда бронетранспортеры сидят там, офицеры, у них на коленях ноутбуки, да? Но плохо то, что я же понимаю, да? что такое человек, который не очень хорошо скажем, владеет с компьютером, наносить на электронную карту какие-то знаки. Может быть, уже сразу же надо рассматривать переход на скринтач, чтобы там на экранах можно было уже всё это было видно…

В. МАЛЮКОВ: Совершенно… Вот вы прямо говорите, как будто услышали выступление начальника генерального штаба. Он говорит: «Когда мне в бою, сижу я в танке, когда мне на клавиатуре работать? Некогда».

А. ЕРМОЛИН: Тем более, что сейчас технологии позволяют.

В. МАЛЮКОВ: Да, а ещё на всякий случай, в это время всё стреляет, взрывается, и этот танк тоже стреляет, в котором командир сидит, и ему там в клавиатуру попасть ещё в это… То есть, вы вот прямо задали вопрос, который начальник Генштаба буквально в щепки разнёс эту проблему, что надо от этого дела уходить.

А. ЕРМОЛИН: Вы закладываете туда вот только вот, как бы вот, ускорения скорости работы командира того или иного уровня, или туда же можно заранее заложить ну, некие алгоритмы, шаблоны. Там ведь в общем не секрет, что даже если…

В. МАЛЮКОВ: Расчётные задачи.

А. ЕРМОЛИН: Да, что там… Вот, разворачивается на такой то там высоте, да? И машина тут же тебе выкидывает, как он должен…

В. МАЛЮКОВ: Вот даже план…

А. ЕРМОЛИН: Привязки к конкретной местности.

В. МАЛЮКОВ: Вот даже план связи составления, вот я возьму, по системе связи. Сейчас планирование вначале происходит, значит, там есть этапность определенная, для того, чтобы спланировать операцию, нужно составить план связи. И рассчитать там радиолинии, радиорелейные, как расставить аппаратные, где, чего. Уходит очень много времени, и так далее. Сегодня там заложена эта программа, я должен ввести координаты пунктов управления. Средства, которые там заложены, все туда, и в общем-то, весть расчет радиорелейной линии, автоматом. Кто где должен встать, она уже должна выбирать. А самый простой пример приведения алгоритма боевого управления, это управление авиации. У нас всегда проблемы были, и в советское время постоянно. Я имел честь служить и в военно-воздушных силах, и в сухопутных войсках, и всегда взаимодействие армейской авиации, и штурмовой, с сухопутными войсками, находится авианаводчик на передней линии, так? Вот у него есть лазерный дальномер. Он цель склюнул, и ещё по радиостанции там до вертолёта, «МИ-28», сейчас самый хороший вертолет ударный армейской авиации, он эту цель в ручном режиме передаёт. А нас-то интересует, чтобы эта система работала, есть пункт управления авианаводчиками, он обобщал бы не от одного авианаводчика, а от 5, 6, а то и 10. Обобщал, и для всей группировки, в автоматизированном режиме, раздавал, перераспределял цели между всей группой поддержки авиации. Чтобы каждый вертолет уже взлетев, четко понимал, какие цели его, а какие соседа, а какие следующего летчика. То есть, вот это. И вот тут начинает путаница. А если ещё опуститься дальше, ещё стоит группа боевого управления в полосе каждой бригады, которая должна обобщать, ну, и вот здесь вот начинаются такие вещи, что (неразборчиво). Ну, чтобы поставили, поставили. Есть укомплектованность? Есть. Только оно не взаимодействует. Давайте мы вот этого добьёмся…

А. ЕРМОЛИН: (Неразборчиво), что только разработчики умели воевать на такой технике. Её же потом надо…

В. МАЛЮКОВ: Ну да, ещё её надо… Она же должна быть удобна в обращении, и, в общем-то, не создавать сложностей, как автоматизации в своё время мне принесли, первый коммутатор… Ну, значит, ручной коммутатор, что представляет? Один шнур, второй. Один в одном ряду, второй второе, ключи в среднее положение, всё. Я как телефонист, задачу выполнил. Мне приносят задание на коммутатор автоматизированный, где телефонист, телефонистка должны нажать 28 клавиш, чтобы произошло соединение. Хорошая автоматизация, правда вот? Проще два шнура, если уж на то пошло… Да, и таких предложений существует много, и вот здесь вот большая задача, это именно на научно-технических советах, ясно понимать технические решения какие приемлемы, какие не приемлемы. И это должны понимать как мы, военные, так понимать и промышленность, и военно-научный комитет. Но у нас, я в том году говорил, специально введена сейчас должность заместителя министра в ранге, никогда такого не было, в ранге замминистра обороны, Ушкин Дмитрий Анатольевич является, который занимается только внедрением информационных систем, в деятельность вооруженных сил развитием, и у него создан под ним департамент развития, с которым мы очень тесно… Реснов там Виктор Викторович, начальник. Но по замыслу, начальник генерального штаба. То есть, начальник генерального штаба будет определять, какая должна быть система управления, так? А Дмитрий Анатольевич Ушкин, с помощью и главного управления связи, и в первую очередь, департамента развития они уже определяют, какие средства под это должны работать. И они заказывают, мы у них принимаем, и внедряем. То есть, вот такой процесс, он более стал результативным, когда раньше всё было в одних…Говорили, вот, в одних руках, централизованно… Ну, опыт показал, что вот такой эффект от такого применения, от такого не разделения труда, но во всяком случае, человек, который только этим занимается профессионально, это гораздо эффективнее. Я надеюсь, что эффект будет, и мы его получим.

А. ЕРМОЛИН: Ну, вот у нас уже остаётся совсем мало времени, к сожалению. Вот один вопрос всё-таки, хочу задать. Вот мы все видели практически в режиме онлайн, ну, может быть там с небольшим отложением по времени, вот как американский спецназ уничтожал Бен Ладена. То есть, вот у них стояли регистраторы, и всё это можно было видеть. Вот в этом направлении… Это эксклюзив, для каких-то там суперэлитных подразделений, или всё-таки это должно стать нормой через 10 лет для любого подразделения?

В. МАЛЮКОВ: Вы совершенно правы, что это эксклюзив, для элитный подразделений, спецназа. И у нас (неразборчиво) работник уже есть, и в спецназе (неразборчиво). Они просто… Это закрытые программы. Это показывает потом её эффективность. То есть, вот так. Это сегодняшнее современные технологии, позволяют сделать всё. Это все теперь понимают, что…

А. ЕРМОЛИН: Здесь же и войсковая разведка, тоже есть.

В. МАЛЮКОВ: Да. Войсковая разведка есть, а есть Спецназ ГРУ, который у которых свои…

А. ЕРМОЛИН: Я ползу за линией фронта, а мой командир уже видит всё, что вижу я.

В. МАЛЮКОВ: Да, это есть.

А. ЕРМОЛИН: Ну, вот у нас остаётся буквально 30 секунд до конца эфира. Вадим Аркадьевич, у вас есть возможность, обратиться к вашим подчинённым, ветеранам.

В. МАЛЮКОВ: Да, спасибо. Значит, уважаемые товарищи, я обращаюсь в первую очередь, к ветеранам вооруженных сил, к ветеранам войск связи, к разработчикам техники советского периода, с огромной благодарностью за вашу службу. И за созданные вами средства, которые позволяют нам сегодня, я надеюсь, ещё этот запас прочности будет существовать хотя бы года 2-3, чтобы мы успели выполнить все те задачи, о которой я сегодня говорил.

А. ЕРМОЛИН: Спасибо. Мы присоединяемся, спасибо, что были с нами.

Комментарии

3

Пожалуйста, авторизуйтесь или зарегистрируйтесь, чтобы оставить комментарий.

pegetava 15 октября 2011 | 14:22

"По поручению президента до 2012 года необходимо заменить устаревшее аналоговое оборудование цифровым и построить современную информационно-телекоммуникационную инфраструктуру. К настоящему моменту комплексное оснащение проведено на 259 объектах Вооруженных сил, а к концу 2011 года их станет более 500. Таким образом, поручение будет выполнено своевременно и в полном объеме,"- заявил МО РФ Сердюков 18 марта 2011 года на расширенной коллегии МО РФ.

По словам начальника связи ВС в прошлом и в этом году на цифру перешли 259 стационарных узлов связи из 985 имеющихся. Это только четвертая часть. О переходе на цифру полевых средств связи идут только разговоры. Вот это и есть результат выполнения задачи, поставленной Президентом, на сегодня.


15 октября 2011 | 16:57

Спасибо Гостю !
Виден - Инженер! Интересная передача получилась. Профессионально, грамотно, понятно...

Кратко о Госте: http://www.army.informost.ru/2011/arxiv/1-1.pdf


http://www.army.informost.ru/2011/arxiv/1-1.pdf


belov2018 31 октября 2011 | 00:53

Ну удивительно вкусная "лапша" развешивается на ушах генералом. Но не верится!

Вопрос: Вот, условно говоря, кому может позвонить главнокомандующий, если захочет? Может он до рядового бойца дойти, если такая задача будет поставлена, и насколько быстро?

Ответ: …до бойца, естественно, от министра обороны, это не возможно.... То без подготовки это до командира части. Министра обороны, по прямой связи, может переговорить в закрытом, защищенном режиме.

Могу предположить, что командир части должен быть на рабочем месте, за своим стационарным столом. А не в передовых порядках дивизии. Так сразу и видится в Осетии 2008 комдив со своим гражданским сотовым телефоном на броне, получающий указания главнокомандующего.

Вопрос: Вот расскажите подробнее, что представляет из себя как раз, автоматизированную систему управления связи, именно в тактическом звене?

Ответ: ??? Сплошные плачи о полном бардаке в создании ЕСУ ТЗ.

Нет главного ответа: кто виноват за этот провал? С 2003 г. потрачена уйма средств с положительным результатом только в части стационарных штабов? Если завтра война, то опять наши войска попадут в западню, а самолеты-разведчики будут снова сбиты своим огнем?

Самое обсуждаемое

Популярное за неделю

Сегодня в эфире