'Вопросы к интервью

Время выхода в эфир: 18 декабря 2010, 12:10

С. БУНТМАН — Добрый день, наша программа выходит в эфир радиостанции «Эхо Москвы» в 12 часов с небольшим минут каждую субботу, и потом вы можете на следующий день видеть на телеканале «Звезда» телевизионный вариант нашего «Военного совета». Ведут Анатолий Ермолин, добрый день.

А. ЕРМОЛИН — Добрый.



С. БУНТМАН — И Сергей Бунтман. А сегодня у нас в гостях Сергей Викторович Каракаев, командующий Ракетными войсками стратегического назначения. Сергей Викторович, добрый день и с праздником вас.

С. КАРАКАЕВ — Добрый день. Спасибо.

С. БУНТМАН — С праздником. Вчера был праздник, 17 числа был праздник. Отмечали, давайте мы напомним, 51 год, насколько я понимаю, да?

С. КАРАКАЕВ — 51-ая годовщина со дня образования Ракетных войск стратегического назначения.

С. БУНТМАН — Если посчитать, это 59-й год, и самое что ни на есть противостояние между Соединёнными Штатами и Советским Союзом, вот, все в Штатах строят бомбоубежище, думают – вот, советская угроза. Мы знаем, что тут через 3 года будет Карибский кризис. Чем было вызвано создание именно как рода войск Ракетных войск стратегического назначения?

С. КАРАКАЕВ — Да, вы абсолютно правы. В 1959 году было принято решение о создании Ракетных войск стратегического назначения. Обусловлено это было той сложной международной обстановкой, которая произошла после Великой отечественной войны и тем, что Соединённые Штаты Америки начали интенсивно развивать новые виды вооружений. Естественно, Советскому Союзу в то время необходимо было чем-то отвечать. В результате этого было создано правительством Советского Союза и принято решение о создании такого мощного вида вооружённых сил, как Ракетные войска стратегического назначения.

С. БУНТМАН — Как вида?

С. КАРАКАЕВ — Да, именно как вида. И именно после этого буквально через 2 с небольшим года в результате Карибского кризиса уже ракетные войска продемонстрировали свою мощь, вмешавшись в вопрос предотвращения захвата Кубы. И вот эта знаменитая операция «Анадырь», которая была проведена в 62-ом году Ракетными войсками, когда единственный раз за всю историю Ракетных войск ракеты стратегические покинули границы на тот момент Советского Союза. Тем самым был предотвращён военный конфликт, а Ракетные войска свою задачу тогда выполнили.

А. ЕРМОЛИН — Можем мы говорить, что это был как раз асимметричный ответ на американскую угрозу, потому что основными носителями в Соединённых Штатах были бомбардировщики, и, собственно, понимая, что, наверное, трудно было угнаться в этом направлении…

С. БУНТМАН — Ядерного оружия.

А. ЕРМОЛИН — Ядерного оружия, да, то есть мы сделали ставку именно на Ракетные войска.

С. КАРАКАЕВ — Ну, тогда исторически было заложено то, что осталось и сегодня. Эта триада наша, которая сегодня существует, стратегических ядерных сил – в ней основу составляет наземная составляющая, исходя, наверное, из наших обширных просторов как Советского Союза, так и сейчас в Российской Федерации, и именно необходимость размещения наземных стартов и было превалирующим решением, но, как вы сказали, асимметричный ответ – он, конечно, был, потому что всё зависит от носителей и от тех зарядов, которые на них есть, которые могут выполнить те же задачи, которые выполняли на тот момент стратегические бомбардировщики Соединённых Штатов Америки.

А. ЕРМОЛИН — Ну, ракету сложнее поразить, чем более медленную цель, бомбардировщик.

С. КАРАКАЕВ — Естественно. Наверное, тогда и принималось такое решение, исходя из тех условий, которые были на тот момент.

А. ЕРМОЛИН — Наверное, у человека, который придумал название «Анадырь», было хорошее чувство юмора, хотя, впрочем, говорят, что бойцы, которые сопровождали груз, они действительно были одеты в валенки, в полушубки, то есть настолько было продумано обмундирование.

С. КАРАКАЕВ — Ну, насчёт полушубков, валенок не знаю.

А. ЕРМОЛИН — Сняли, понятно, когда к экватору подходить стали.

С. БУНТМАН — Не жариться же.

С. КАРАКАЕВ — Я когда проходил обучение в Ростовском военном училище имени первого главкома Митрофана Ивановича Неделина, у меня был начальник факультета полковник Баранов Анатолий Николаевич. Если он слышит эту программу, ему совсем недавно исполнилось 70 лет, я его поздравлял с этим праздником, причём, поздравлял ещё и потому, что в этот день во время стратегической тренировки под руководством Министерством обороны Ракетные войска выполняли учебно-боевой пуск с первого космодрома Плисецк, в котором он служил начальником учебного центра. Так вот, он был тогда старшим лейтенантом и был участником этой операции «Анадырь» и он рассказывал доподлинно нам, тогда курсантам, в какой одежде, как их инструктировали, как солдаты обращались к офицерам по имени-отчеству, нельзя было называть воинские звания.

С. БУНТМАН — Звания.

С. КАРАКАЕВ — А он как настоящий офицер, в то время молодой, который не привык панибратствовать, не понимая, почему это должно быть, только вверху на палубе можно было это делать, а внизу, когда никто не видит, я для вас старший лейтенант.

А. ЕРМОЛИН — А какие этапы, вот, за период своего развития, наверное, прежде всего технологические, прошли ваши войска? Что вы считаете такими качественными скачками?

С. КАРАКАЕВ — Ну, на сегодняшний день официально мы считаем 5 этапов развития Ракетных войск стратегического назначения – от создания первых наземных стартов, на которых ракета имела тогда, конечно, большое время готовности, то есть её выводили из ангара, ставили на пусковой стол, она подвергалась заправке, потом прицеливание, количественное время подготовки к пуску тогда исчислялось часами. Затем были созданы другие комплексы, уже которые имели зарядные устройства, способные выполнять задачу уже непосредственно в несение боевого дежурства. Затем развивалась подвижная группировка, в том числе и были у нас комплексы средней дальности. Кстати, хотел бы сказать, что это очень и очень хороший был комплекс под названием «Пионер», который был и парировал все угрозы, которые были от «Першингов»…

С. БУНТМАН — То есть был как ответ «Першингам»?

С. КАРАКАЕВ — Да, и когда было принято решение о сокращении РСД, мы вынуждены были уничтожить все наши комплексы «Пионер», которые сегодня можно только увидеть в музее, хотя те, кто служил на этих ракетных комплексах, отмечают его очень хорошее качество – как мобильность, так и держание в боевой готовности, эксплуатационные характеристики, в том числе и выполнение задач по пуску. Очень многие ракетные комплексы «Пионер» были уничтожены методом пуска, и ни один пуск, который проводился, не был неудачным. Все ракеты при ликвидации… были те, которые пуском уничтожались…

С. БУНТМАН — Стало понятно, что это абсолютно бесперебойное и надёжное средство.

С. КАРАКАЕВ — Да. Затем новые комплексы, которые были шахтного базирования созданы, в том числе были созданы среднего класса, которые сегодня стоят на боевом дежурстве, собственно ракета «Воевода», как её американцы называют «Сатана». Создан ракетный комплекс «Тополь», который пришёл на смену «Пионеру». Это уже межконтинентальная баллистическая ракета. Ну и новое поколение, которое сегодня уже пятое, как мы говорим. Это комплексы «Тополь-М» шахтного неподвижного варианта базирования. Ну и совершенно новый комплекс «Ярс» так называемый, который в начале этого года первый комплекс подвижного грунтового базирования стал на боевое дежурство в Ивановской области.

А. ЕРМОЛИН — Что его качественно отличает от предыдущих аналогов?

С. БУНТМАН — Да, и какова необходимость сейчас замены? Действительно новое качественное поколение и насколько нам нужно интенсивно, России нужно заменять свой парк ракет?

С. КАРАКАЕВ — Ну, я скажу так, что любая техника требует качественных изменений и улучшения характеристик. Так ракетный комплекс «Тополь» — он стоит сегодня на боевом дежурстве 24 года. Его характеристики, которые были заложены конструкторами, эксплуатационный срок – 11-15 лет. Сегодня он стоит уже 24 года, то есть те параметры, которые были заложены при их создании – они имеют возможность, для того чтобы при подтверждении своих характеристик их продлила… ну, конечно, мы понимаем, что продлевать бесконечно невозможно, поэтому существует и система обновления более новых ракетных комплексов для постановки их на боевое дежурство. Это одна составляющая. Вторая составляющая, что в процессе эксплуатации мы поняли о том, что ракетный комплекс «Тополь» имеет уязвимость как с точки зрения его перемещения и возможности уничтожения его обычным оружием, обычными средствами поражения – как авиационными, так и наземными. Поэтому когда создавался «Тополь-М», в нём были предусмотрены технические характеристики, в том числе увеличение бронезащиты, и маскировочное покрытие как самой пусковой установки, так и разрабатываемый комплект, который его маскирует в лесных массивах, в том числе и самое главное – это, конечно, боевое оснащение. При развитии системы противоракетной обороны боевое оснащение, которое существует на «Тополе» и на «Тополе-М» — оно отличается в разы. В его боевом оснащении имеются те боевые средства, которые позволяют ему беспрепятственно преодолевать сегодняшнюю созданную и в перспективе, который будет создаваться, то, что сегодня рекламируется Соединённым Штатам Америки, «Тополь-М», и особенно «Ярс» — он её преодолевает.

С. БУНТМАН — Вот, скажите, ещё говорят, что так называемый «Сатана» может служить года до 30-го, так что нужно ли заменять?

С. КАРАКАЕВ — Вы абсолютно…

С. БУНТМАН — Там большой запас.

С. КАРАКАЕВ — Вы абсолютно правы. Ракета «Воевода», как её вы обозвали «Сатана»…

А. ЕРМОЛИН — Это не мы, это американцы обозвали.

С. КАРАКАЕВ — Кстати, ракетчикам тоже нравится это слово, хотя мы всё-таки привыкли к своему названию. Она сегодня стоит на боевом дежурстве 23 года, хотя тоже у неё эксплуатационный срок, заложенный конструктором, 15 лет. Сегодня разработана программа поддержания этих ракетных комплексов на вооружении с продлением её до 33 лет. Таким образом, если вся программа, которая должна быть выполнена, будет осуществлена, то эти комплексы будут сегодня стоять на боевом дежурстве до 2026 года.

А. ЕРМОЛИН — Говорят, что благодаря такому основательному подходу, к счастью, да, как ни странно, мы до сих пор имеем современные прочные надёжные железные дороги. Вы можете это как-то прокомментировать?

С. КАРАКАЕВ — Ну, я понимаю ваш вопрос. Вы говорите об уникальном комплексе боевом железнодорожном ракетном комплексе, который существовал в Ракетных войсках стратегического назначения. Таких было у нас 3 дивизии. Одна дивизия стояла в Красноярске-66, городок недалеко от Красноярска. Второй стоял комплексе в Бершети, это под Пермью. И третий комплекс стоял в Костроме. Когда готовились к эксплуатации этого комплекса и по причине того, что комплекс по сравнению с железнодорожным составом имел массу намного больше, естественно, пришлось все маршруты боевого патрулирования, по которым двигался этот железнодорожный комплекс, реконструировать. Поэтому в то время был выполнен очень большой объём работы по замене рельс, по замене полотна. И я считаю, что на сегодняшний день ОАО «РЖД», которое эксплуатирует железные дороги, имеет на сегодняшний день то, что сделали и какой вклад вложили в это дело Ракетные войска стратегического назначения. Я в преддверии своего праздника от ОАО «РЖД» получил поздравительную телеграмму от его руководителя с праздником Ракетных войск стратегического назначения. Я рад, что они помнят, что Ракетные войска внесли вклад в сегодняшнюю нашу железную дорогу.

А. ЕРМОЛИН — У нас ставят вопрос о долевом участии.

С. КАРАКАЕВ – Ну, мы так вопрос не ставим. Если нас будут помнить на железной дороге даже с точки зрения сервиса, мы будем им благодарны.

А. ЕРМОЛИН — Что для вас, вот, новый облик вооружённых сил? Или вы сами были образцом вот этого самого нового облика?

С. БУНТМАН — С самого начала были сделаны как элитные войска. На них очень большая ставка делается с самого 59-го года, что даже вызывало ревность у других видов вооружённых сил при тогдашних реформах. Вот, флот разрезали на патефонные иголки, и одни ракеты будут… сразу как элитные войска были сделаны.

С. КАРАКАЕВ — Ну, я бы не говорил сегодня об элитности рода войск, которым являются Ракетные войска стратегического назначения. Но хотел бы сказать, что в ходе военной реформы в благодарность министерству обороны мы не претерпели особых изменений. Трёхуровневая система управления, которая включает в себя непосредственно командование Ракетных войск стратегического назначения, ракетные армии и ракетные дивизии, она как была, так в Ракетных войсках и осталась. И на среднесрочную перспективу то, что мы сегодня разрабатываем до 2020 года, она таковой и остаётся.

С. БУНТМАН — То есть признана рациональной?

С. КАРАКАЕВ — Да.

С. БУНТМАН — И вполне современной.

С. КАРАКАЕВ — На наш взгляд, и то, что было доложено Министру обороны, он с этим согласился, что пока менять в этой структуре с точки зрения вот этого управления нет необходимости. С точки зрения оптимизации, конечно, есть необходимые мероприятия, которые нужно сделать и в этом году, и в последующих годах. Может быть, с точки зрения укрупнения некоторых малых частей подразделений, объединения их. Это было в самом начале заложено ракетных дивизий, когда они только создавались. То есть ракетные дивизии стоят в одном городке, где находятся все штабы, все казармы, и только появление стартовой позиции, где выполняются непосредственно задачи боевого дежурства, они находятся на отдалении, где, кому положено, они выполняют боевую задачу каждый день. Я должен здесь сказать, что на сегодняшний день ежечасно ежесекундно на боевом дежурстве находится около 6000 человек. У нас имеется 160 пунктов управления, на которых круглосуточно несётся боевое дежурство. Боевое дежурство несётся руководящим составом от центрального командного пункта Ракетных войск до пусковой установки включительно. Цикл несения боевого дежурства также установлен в Ракетных войсках – 3-4 суток. Если со вторника по пятницу, то следующая смена – с пятницы по вторник. И по такому циклу офицеры и остальной личный состав выполняет боевую задачу несения боевого дежурства. Как в нашем боевом уставе написано, это высшая форма поддержания боевой готовности и основной вид деятельности Ракетных войск стратегического назначения. Поэтому те задачи, которые поставлены на этот год по оптимизации, они выполнены. Те, которые будут в следующем году – они нами запланированы. Но в целом та структура, которая стояла, она остаётся, есть и будет, в принципе, до 2020 года.

С. БУНТМАН — У нас ещё есть много вопросов. И о том, как готовятся те, кто служат в Ракетных войсках стратегического назначения, кто их готовит, какие изменения происходят, как там служится, кто служит, и вы тоже не забывайте задавать свои вопросы. Здесь несколько у нас есть уже очень интересных вопросов, присланных в виде СМС +79859704545. Я напоминаю, что у нас в гостях Сергей Викторович Каракаев, командующий Ракетными войсками стратегического назначения. Мы сейчас прервёмся на 5 минут и потом продолжим разговор.



НОВОСТИ



С. БУНТМАН — Мы продолжаем наше заседание. Анатолий Ермолин, Сергей Бунтман ведут его. И у нас в гостях Сергей Викторович Каракаев, командующий Ракетными войсками стратегического назначения. Идёт видеотрансляция на нашем сайте, помимо того, что вы можете увидеть и телевизионный вариант в воскресенье на канале «Звезда». И присылайте нам свои вопросы +79859704545. Борис спрашивает: «Как вы оцениваете качество новых ракет, поступающих на вооружение РВСН (серьёзные проблемы а-ля «Булава» — это частое явление или редкое?)».

С. КАРАКАЕВ — Ну если говорить о «Булаве», это не ракета Ракетных войск стратегического назначения.

С. БУНТМАН — Нет, ну он говорит «а-ля», вот такие вот…

С. КАРАКАЕВ — … военно-морского флота. То, что я говорил до этого о ракетных комплексах, как 4-го поколения, которые сегодня стоят на боевом дежурстве и 5-го поколения, которые уже стоят и которые мы ставим на боевое дежурство, сегодня коэффициент технической готовности ракетных войск – 0,98. Таким образом все ракеты, которые находятся на боевом дежурстве, поставлены на боевое дежурство, они находятся всегда в готовности к выполнению задач. Существуют системы технического обслуживания, которые позволяют на время проведения технического обслуживания понижать соответствующую степень боевой готовности, но она имеет график восстановления, и в определенное время будет восстановлена и выполнит задачу, которая стоит. Качество на сегодняшний день ракетных комплексов нас полностью удовлетворяет, в том числе и тех, которые поступают к нам на вооружение, новых. Естественно, в ходе ввода в эксплуатацию новых комплексов не хватает тех запасных элементов, которые необходимы в каждом ракетном комплексе для устранения возникающих неисправностей. Вот это сегодня проблема, которая, я надеюсь, будет решена при подготовке новой государственной программы вооружения, которая разрабатывается до 2020 года, и нами поданы предложения в Гособоронзаказ трёхлетний 2011-13 годов, и мы находим взаимопонимание с промышленностью в разрешении данной проблемы. А в целом, я хочу сказать, что комплексы надёжные и претензий со стороны Ракетных войск к представителям кооперации промышленности есть только на этапе, когда мы готовим комплексы к их эксплуатации. После этого мы в совместной эксплуатации, поскольку кооперация промышленности неразрывно связана с Ракетными войсками, и при каждой ракетной дивизии на сегодняшний день существует штат представителей промышленности, которые совместно с эксплуатирующей организации органа военного управления занимается вопросами при возникновении как просто неисправностей, которые расписаны в технической документации, так и нештатных ситуаций, если таковые есть, и в установленное время они восстанавливаются.

А. ЕРМОЛИН — Вы делаете ставку на твердотопливные ракеты или у вас ещё остаются на жидком топливе?

С. КАРАКАЕВ — Ракетные войска имеют двухкомпонентный состав. Это наземно-шахтный вариант, это практически основная составляющая этих ракет – это жидкостные ракеты за исключением только одной ракетной дивизии, где мы ставим «Тополь-М» шахтного базирования, это твердотопливная ракета. И второй компонент – это подвижный грунтово-ракетный комплекс, так называемый «с самоходными пусковыми установками». Здесь только твёрдотопливные ракеты. И в будущей перспективе также двухкомпонентный состав останется, и мы планируем, что у нас так и будут в перспективе и жидкостные, и твердотопливные ракеты.

А. ЕРМОЛИН — Говорят, что жидкостные ракеты очень сложные в обслуживании. И, вот, последний запуск, потеря наших трёх спутников… у вас возможна такая ситуация?

С. КАРАКАЕВ — Я, вот, как раз представитель того компонента, который служил всё время на ракетных комплексах жидкостных ракет.

С. БУНТМАН — Угу.

С. КАРАКАЕВ — Я командовал ракетной дивизией в городе Козельске, который небезызвестен в том числе и радиослушателям, поскольку совсем недавно наш президент объявил этот город городом воинской славы, и в своём послании прошлогоднем он сказал о том, что ракетная дивизия в Козельске остаётся, и она будет продолжать жить в новом статусе. Поэтому я скажу, что, вот, как раз та дивизия, в которой я служил, вооружена ракетными комплексами, которые стоят на боевом дежурстве 33 года. Это ракеты ампулизированы, они заправлены и стоят на боевом дежурстве. На мой взгляд, в обслуживании это очень простой комплекс, несмотря на то, что он имеет такой заряд, имеет компоненты жидкостные ракетного топлива, но он абсолютно об этом не говорит, что он сложен в эксплуатации. Как раз таки наоборот, тех, которые шахтные комплексы, даже в денежном выражении намного дешевле в эксплуатации, в обслуживании, чем твердотопливные ракеты.

А. ЕРМОЛИН — То есть это уже не те технологии, о которых вы с самого начала говорили, да? Что надо заливать, контролировать…

С. БУНТМАН — Сергей Викторович, а вот объясните слушателям нашим, пожалуйста: что даёт вот этот двухчастный состав ракетных войск, когда есть и жидкостные, и твердотопливные ракеты, какое пространство для манёвра войск даёт?

С. КАРАКАЕВ — Ну, вот, что касается шахтного варианта базирования, в основе своей ракеты, которые стоят на боевом дежурстве, обладают повышенной боевой готовностью с точки зрения наименьшего времени выполнения задач. У нас сегодня ракетные комплексы стоят на боевом дежурстве с 30-секундной готовностью. И это можно сделать только на шахтном варианте. Вторая компонента подвижно-грунтового комплекса – она рассчитана на повышение живучести, и, как правило, она выполняет задачу в ответно-встречном ударе, а при необходимости и в ответном ударе, поскольку подвижный грунтовый ракетный комплекс выходит из пункта постоянной дислокации, рассредотачивается на большой территории для выполнения задачи с определенным графиком смены полевых позиций, дабы уйти от возможного поражения, как, ну, в первую очередь, войне обычным оружием, ну, в том числе и при воздействии по нам ядерным оружием. Поэтому вот этот симбиоз, который позволяет и выполнить задачу в наименьшее время выполнения и повышение живучести, он как раз и необходим и в дальнейшем для Ракетных войск стратегического назначения.

С. БУНТМАН — Я бы хотел спросить всё-таки, как готовят… вот, кто служит, во-первых, какой у вас процент военнослужащих по призыву, какой процент профессионалов и кто готовит офицеров для Ракетных войск стратегического назначения? И какие в этом изменения сейчас происходят, если происходят. — С. КАРАКАЕВ — Ну на сегодняшний день численность личного состава Ракетных войск примерно около 65000 человек. Если в процентном отношении взять, то больше половины этого количества личного состава составляет офицеры и военнослужащие, проходящие службу по контракту, которые выполняют в своей основе те наиболее сложные технологические операции, для которых необходим определённый уровень знаний. Военнослужащие, проходящие службу по призыву, в основе своей выполняют задачи обслуживания, охраны, выполнение других, не таких значимых для Ракетных войск задач. Подготовкой офицерского состава занимается на сегодняшний день один ВУЗ, это Военная академия Ракетных войск стратегического назначения имени Петра Великого, которая расположена в городе Москве, которому 7 декабря исполнилось 190 лет, это старейший вуз, который сегодня один из старейших вузов Российской Федерации. В составе этой академии имеется 2 филиала. Один – это Ростовский военный институт, филиал в городе Ростове. И Серпуховский военный институт, филиал города Серпухова, которые до этого времени были самостоятельные вузами, которые готовили офицерский состав по различным специальностям. Для Ростова это шахтный вариант. Серпухов готовит в основе своей специалистов для подвижного грунтового ракетного комплекса. Поэтому на сегодняшний день и база этих вузов, и профессорско-преподавательский состав позволяют готовить офицеров с соответствующим уровнем образованием.

С. БУНТМАН — Что им даёт, что они стали филиалами, что это единая система? Что это даёт?

С. КАРАКАЕВ — Ну, в первую очередь, наверное, с точки зрения централизации управления и обеспечения той методологической базы, которая у них… то каждый сам себе в общем каком-то определённом формате готовил соответствующие документы, имеется в виду программа обучения, то, что связано с ним для проведения как практических, так и лекционных мероприятий, а на сегодняшний день это под единым руководством, под единым научным советом оно проводится. Я скажу, вот, только по Академии ракетных войск имеем 150 докторов наук, чуть больше 800 кандидатов наук, больше 300 профессоров, доцентов, которые позволяют поддерживать на уровне необходимое образование в этом вузе, хотя, конечно, сегодня министром обороны поставлена задача разобраться с качеством обучения того, что дают сегодняшним выпускникам. И мы над этим сегодня работаем. На командование Ракетных войск определённые обязанности возложены в разработке квалификационных требований для тех офицеров, которые необходимы, с учётом изменения в том числе и поступающих новых комплексов. Мы участвуем и очень внимательно смотрим проведение экзаменационных сессий. Вот сейчас задача стоит при проведении экзаменационных сессий из командования Ракетных войск сформированы группы, которые будут контролировать то качество не на выпускных экзаменах, а то, что происходит в обычной жизни при прохождении того или иного курса обучения. Поэтому я считаю, что этого на сегодняшний день пока достаточно, а дальше мы, как и все, стремимся к совершенству.

А. ЕРМОЛИН — Вот редкая отрасль мировая, где мы до сих пор, как ни удивительно, лидируем, это производство ракетных двигателей. А какие другие направления опыта конструкторских работ самыми перспективными вы видите? Являетесь ли вы вообще заказчиками для науки и для ОКРов?

С. КАРАКАЕВ — До последнего времени как раз Ракетные войска стратегического назначения являлись заказчиками, и они определяли свои предложения и разработку тактико-технических требований в том числе при производстве различного рода научно-исследовательских и конструкторских работ. В конце этого года изменилась немножко система в составе Министерства обороны. Под руководством первого зам.министра обороны Поповкина Владимира Александровича создан Департамент обеспечения организации заказов, который является заказующей организацией в принципе для всех вооружённых сил, имеющих там определённые управления, в том числе управления, которые связаны с ракетно-космической отраслью решение задач. Но на сегодняшний день мы продолжение проведение научно-исследовательских и опытно-конструкторских, в том числе и научно-исследовательских работ на этапе выдвижения предложений, разработки эскизных проектов решения данной программы. Сейчас мы продолжаем работу по модернизации развития технологий новых для системы боевого управления, поскольку сама ракета без системы управления, без той «умной» части, которая приведёт головную часть к той точке, которую ей необходимо поразить. Поэтому на сегодняшний день в основе своей как разработка двигателей, как разработка новых компонентов твёрдого топлива, так и в основе своей львиную долю занимает разработка систем боевого управления.

А. ЕРМОЛИН — А, вот, существует ли угроза, что можно повлиять на систему боевого управления, условно говоря, перепрограммировать её, навести на другой курс, на другую цель?

С. КАРАКАЕВ — Я скажу так, что вся система боевого управления, которая находится на ракете, вторая часть её находится на земле. И связана она единой такой информационной сетью с нашими центральными пунктами управления. Поэтому вмешаться в данную структуру на сегодняшний взгляд, во всяком случае со стороны ракетных войск, поскольку мы были законодательно в разработке системы боевого управления, и она у нас на сегодняшний день неизменно и остаётся, и Министерство обороны признало то, что пока мы развиваемся по своему направлению с точки зрения обеспечения надёжности. В нашу систему вмешаться невозможно на сегодняшний день.

А. ЕРМОЛИН — Ну, вы вообще очень самостоятельный род войск. То есть по сути дела вы никого не обеспечиваете. Знаете, как в каком-то кино говорил, я пью два раза: один раз по голове, другой раз – по крышке гроба. Вы бьёте сразу же по крышке гроба, то есть оружие возмездия в основном. Или всё-таки вы взаимодействуете с вышеполитическим руководством, а есть ли какие-то другие виды рода войск, которые вас обслуживают, например, космические войска, может быть?

С. КАРАКАЕВ — Ну, во-первых, выполняем мы задачу только по приказу Верховного главнокомандующего, Президента, под руководством Министра обороны и Начальника Генерального штаба. Те, которые нам ставят задачу, при выполнении задачи по проведению пуска ракет. Естественно, чтобы мы получили эту задачу, рассчитали то, что необходимо с точки зрения, может быть, даже траекторий или каких-то новых полётных заданий, мы естественно связаны напрямую с космическими войсками. Система предупреждения о ракетном нападении в составе Космических войск – она работает напрямую с Ракетными войсками стратегического назначения. Не секрет, что в определённые времена, в частности – с 1996 года, Ракетные войска и Военно-космические силы были объединены в один вид Ракетные войска стратегического назначения. В 2001 году произошло разъединение на 2 рода – Ракетные войска и Космические войска, но связь, которая у нас существовала в то время, она с Космическими войсками остаётся. На новых ракетных комплексах у нас имеется космическая связь, которая в перспективе будет завязана на нашу систему ГЛОНАСС, и уже на новых комплексах это предусмотрено. С точки зрения других видов и родов в большей степени мы связаны с Сухопутными войсками, потому что система охраны с точки зрения территориальной обороны и выделения нам сил и средств для обеспечения охраны наших ракетных комплексов при ведении войны на полевых позициях со сменой полевых районов с большим количеством и протяжённостью маршрутов мы без сухопутных войск здесь не обходимся. Но а всё остальное, то, что касается технических, тыловых видов обеспечения, поскольку мы не являемся довольствующими органами, всё это завязана на сегодняшний день только на округа, вот, на вновь сегодня созданные оперативно-стратегические командования и 4 округа, которые созданы, мы здесь с ними абсолютно связаны и все планы, которые мы разрабатываем, мы согласовываем с военными округами.

А. ЕРМОЛИН — Вот ещё, наверное, лет 7 назад тот же старший расчёт «Тополей-М», майор, например, получал значительно меньше, чем водитель троллейбуса в Москве у Лужкова. Что сейчас с этим происходит? То есть тогда ещё, ещё в те времена, находясь в рыночных условиях, правительство Москвы понимало, что если не платить 30 000 рублей водителю троллейбуса, то никто водить не будет, да? И это, я считаю, абсолютно было несправедливым. Что сейчас происходит?

С. КАРАКАЕВ — Ну, во-первых, здесь надо понимать то, что Ракетные войска, ракетные дивизии в Москве не стоят. У нас 12 ракетных дивизий. Как правило, это отдалённые гарнизоны. Как правило, в основе своей это гарнизоны, которые стоят в глухих лесах, потому что им для скрытности необходим лесной массив, для того чтобы можно было от воздействия противника уходить. Поэтому естественно там, где находятся наши гарнизоны, там и зарплата та, о которой вы говорите, она, естественно, ниже, чем в Москве. На сегодняшний день, конечно, денежное довольствие военнослужащих, начиная от офицеров, оно низкое. И это основная проблема того, что престиж в том числе и в Ракетных войсках – он падает. Введённый приказ Министром обороны так называемый 400-ый, о котором все знают…

С. БУНТМАН — Да.

С. КАРАКАЕВ — Позволил компенсировать те проблемы, которые были. На сегодняшний день вот этот год, 2010-ый, в Ракетных войсках 67 определено по итогам года лучших частей. Порядка 6000 офицеров получают денежное довольствие по этому 400-му приказу как лучшие. Половина из них – это те, кто несут боевое дежурство. Таким образом, у нас порядка где-то тысячи тех, кто так называемые приравнены к должности командира к дивизиона, они получают дополнительное денежное вознаграждение 40000. Порядка 2000 приравнены к должности командира роты. Это уже 60000. 135, насколько мне память не изменяет, к командиру ракетного дивизиона. Это 80000. Порядка чуть больше 30 командиров полков, это 100000. Четыре командира дивизии. 120 000. Таким образом, если ты хочешь стремиться к повышению своего профессионального мастерства, все условия для этого есть. И есть уже положительные результаты. Вот, обеспечение этого. Но мы всё же надеемся на то, о чём говорит Министр обороны и Верховный главнокомандующий, о том, что с 2012 года будет введена новая система денежного обеспечения военнослужащих. И там как раз вот эти параметры, которые заложены в 400-ом приказе, они будут введены для всех.

А. ЕРМОЛИН — По должности и по званиям можно будет такие цифры выводить.

С. КАРАКАЕВ — Естественно, да. Поэтому отсюда и будет…

С. БУНТМАН — Но тем не менее система поощрений не будет отменяться, потому что… или будет?

С. КАРАКАЕВ — На сегодняшний день два варианта происходит. То есть говорят – вот, будет повышение, и всё. Министр обороны говорит о том, что надо думать, и в том числе и оставить, но всё это будет зависеть от того, что у нас есть в государстве и есть ли возможность обеспечить. Плюс то денежное довольствие довольно повышено в разы больше, чем сегодня. И ещё дополнительно материальное стимулирование.

С. БУНТМАН — Ну, в принципе это было бы правильно – стимулировать и материально настоящих хороших…

С. КАРАКАЕВ — Я считаю, что, конечно, может быть, объём не такой будет, как сейчас.

С. БУНТМАН — Ну да, изменится баланс…

С. КАРАКАЕВ — Только по количеству. А в целом поощрение-то всегда оно должно быть в любом случае. И доброе слово – оно и кошке приятно, а если это ещё выражено в каком-то денежном выражении…

С. БУНТМАН — Потом, это стимул очень хороший, для того чтобы всё лучше и лучше делать свою работу.

А. ЕРМОЛИН — Ну уже есть какая-то система нормативов, как можно оценить, да, там… мастерство, классность, как это, вот…

С. КАРАКАЕВ — Курсы и программа…. Как раз это и подразумевает и в основе своей действия боевых расчётов пуска – она только на нормативах и построена. То есть работа боевого расчёта пуска до автоматизме в ходе подготовки заступления на боевое дежурство, а в Ракетных войсках экзамен происходит каждый раз. То есть при заступлении на боевое дежурство номер боевого расчёта сдаёт так называемую комплексную задачу, за которую ему выставляется оценка. И если он получит оценку «неудовлетворительно», то он не будет допущен к заступлению на боевое дежурство, он будет отстранён, и там соответствующие после этого будут мероприятия проводиться, почему. Я когда начинал в 80-х годах, если ты получаешь тройку на специальной комплексной задаче, то тебя тоже отстраняли от несения боевого дежурства. Тогда были ещё партийные организации, ты был привлечён на партбюро до полка включительно, и тебе было не совсем уютно, поэтому тройки-то старались не получать. Единственное, допускалось получение оценки «удовлетворительно», когда тебя проверяла инструкторская группа дивизии. В каждой дивизии по сегодняшний день существует такая организация самых лучших специалистов, которых примечают, потом выращивают, и вот, так сказать, зубры, которые приходят допускать, им тяжело было сдать специальную комплексную задачу, и вот если они тройку ставили, тогда прощалось, можно было заступать…

А. ЕРМОЛИН — Вот бы в государственном управлении такую систему выращивания кадров.

С. БУНТМАН — Да, систему выращивания и проверки.

А. ЕРМОЛИН — Зубров.

С. БУНТМАН — Да. Это здорово было бы. Но такую тройку – это другое качество тройки. Ну что же, я бы очень хотел вас ещё раз поздравить с праздником и всех ваших сослуживцев. И поздравить, наверное, надо и тех, кто… и ветеранов, и всех, кто служил, да? И всех, кто будет служить, я так думаю, у вас.

С. КАРАКАЕВ — Большое спасибо. Вчера мы встречались с ветеранами Ракетных войск, это традиция Ракетных войск, в день 17 декабря проводить приём Командующим военным советом ракетных войск ветеранов, в том числе у нас есть ветераны Великой отечественной войны, которым уже за 90 лет. И они нам спуску не дают, они нам всегда высказывают критические моменты и требуют от нас, чтобы мы держали Ракетные войска в том состоянии, которые они нам когда-то их передали. Спасибо.

С. БУНТМАН — Ну что ж, спасибо большое. Я напоминаю, что у нас в гостях был Сергей Викторович Каракаев, командующий Ракетными войсками стратегического назначения.



Загрузка комментариев...

Самое обсуждаемое

Популярное за неделю

Сегодня в эфире