07 января 2017
Z Военный совет Все выпуски

Реализация военнослужащими конституционного права на свободу вероисповедания с учётом особенностей военной службы


Время выхода в эфир: 07 января 2017, 12:05

А. Ермолин Добрый день всем, кто нас слушает, в эфире программа «Военный совет», ведущий в студии Анатолий Ермолин, можно даже сказать, что у нас рождественский «Военный совет». И наш гость сегодня особенный, Александр Иванович Суровцев, начальник управления по работе с верующими военнослужащими Главного управления по работе с личным составом ВС РФ. Ну, и говорим мы сегодня про реализацию военнослужащими конституционного права на свободу вероисповедания, с учетом особенностей военной службы. Здравствуйте, Александр Иванович.

А. Суровцев Здравствуйте Анатолий, здравствуйте дорогие радиослушатели.

А. Ермолин Александр Иванович, ну в общем-то в постсоветский период наверное тема относительно новая, да? Это священнослужащие, и вообще конфессиональная работа в рядах вооруженных сил. А какие исторические истоки все-таки можно вспомнить о сотрудничестве армии, и церкви в РФ?

А. Суровцев Ну конечно мы имеем богатую предысторию взаимодействия армии и церкви. Если говорить об истоках вот исторических, то наверное самым важным является то, что православие было идейной и духовной основой становления российской государственности. Армия любого государства является военно-политической основой государства, поэтому не будет преувеличением сказать, что армия и церковь – это два столпа, два фундамента, на которых основывалась российская государственность. И армия, церковь и государство это прекрасно понимали, поэтому всегда действовали вместе, и имеют огромную историческую такую традицию тесного взаимодействия и поддержки друг друга.

А. Ермолин А когда вот священники встали в боевой строй, но не в качестве воинов, да? А в качестве именно священников. Вот в какой исторический период они появились в рядах вооруженных сил, уже на штатных должностях?

А. Суровцев Действительно военные священники всегда во всех походах сопровождали русские дружины. Можно сказать, что военному духовенству столько же лет, сколько государству российскому. Но вместе с тем организационно штатное духовенство имеет свою дату рождения. И надо сказать, что она была как раз вот в прошлом году 2016, когда 300 лет назад Петр I издал воинские уставы. Это знаменитое было издание 1816 года, в котором впервые была включена глава обер-полевого священники. Фактически это прообраз штатного военного священника. Поэтому можно сказать, что штатному военному духовенству 300 лет.

А. Ермолин 300 лет?

А. Суровцев Да.

А. Ермолин Обер-полевой священник. Интересная должность, да? Ну, Петр наверное посмотрел… (Неразборчиво) тоже наверное тогда еще не было. Да? Поскольку он по военной… По европейской кальке строил вооруженные силы, да?

А. Суровцев Только терминология, потому, что нашего опыта было предостаточно. Взаимодействия армии и церкви. Без западного.

А. Ермолин Ну, а вот если тот период вспоминать все-таки, как военные священники себя зарекомендовали? Ну, в общем-то в то время была и ситуация особенная в стране, то есть и в общем-то к вере по-другому относились. Вот какие такие самые известные сражения, где можно назвать священников как действительно людей, которые помогали выстоять. И стойко нести тяжести воинской службы?

А. Суровцев Ну, следует особо сказать наверное о военно-морском духовенстве. Потому, что первоначально военные священники как раз набирались из монашествующих, и направлялись на корабли. Первые завоевания Петра, они были все весьма тяжелыми и кровопролитными, напряденная борьба на море конечно велась, и вот эти победы имеют особую ценность. И надо сказать, что моряки, имея традиционно покровителей святого Николая чудотворца, Андрея первозванного, ну а ныне и святого праведного Федора Ушакова, который причислен к лику святых, то конечно священники выполняли роль духовных наставников и тех людей, которые могли вдохновить моряков на… Можно сказать, без преувеличения, на подвиг самопожертвования. Потому, что выходя в море, вообще конечно это дело опасное, а военно-морской бой, он всегда сопряжен с серьезными потерями, и так к сожалению и было. Поэтому вот военно-морские священники. Но полевые священники так же отличались героизмом, и надо сказать, война была немножко другая, когда надо было найти в себе мужество встать и идти в полный рост в атаку, и вот здесь священники иногда проявляли не просто пример такого пасторского что ли вдохновляющего слова, но и личный пример, когда они возглавляли атаку. Но шли они не с оружием, они шли с крестом, зачастую погибали. И не случайно были введены специальные награды для военного духовенства – наперсные кресты на георгиевской ленте, как знак особой доблести, проявленной в годы вот такие вот лихолетия, в годы войны. И многие, многие священники были награждены этими наградами. Надо сказать, что эта традиция сохранилась и в первую мировую войну, пожалуй что там были яркие примеры так же как на западном фронте, так и в годы русско-японской войны, когда проявляли такой героизм священники. Поэтому…

А. Ермолин Тут же Севастополь нельзя забыть. Да? Оборону Севастополя.

А. Суровцев Конечно, там город действительно воинской я бы сказал и духовной славы нашего народа, нашей армии, и нашего духовенства.

А. Ермолин Александр Иванович, вот я на вас смотрю, вы в форме полковника воздушно-космических сил в РФ, да?

А. Суровцев Военно-воздушных.

А. Ермолин Военно-воздушных, да?

А. Суровцев Ну, я сейчас по крайней мере служил.

А. Ермолин Сейчас смотрю – вы кадет, да? Суворовец, да? Академия. Вот как так сложилось, что вы вот курируете эту тему? Что вас связывает с религией?

А. Суровцев Ну, если немножко о личной истории, то я сын военнослужащего, отец у меня был командиром корабля «ТУ-95», это стратегический ракетоносец дальней авиации, в общем-то детство мое прошло в авиационных гарнизонах, наверное не случайно я поступил в суворовское училище, потом курганское высшее военно-политическое авиационное училище, и служил в частях от Прибалтики до Дальнего Востока, а потом уже поступил в академию. Если говорить вот о сфере духовной, то наверное вот первое соприкосновение, оно произошло именно в академические годы. Я учился на педагогическом факультете, на философском отделении, и нам преподавали в том числе русскую философию. Причем преподавали ее факультативно. Вот можете себе представить, что это был советский период, в программе этого не было. Поэтому под видом факультативных занятий, преподаватели нам давали знания о русской, а она вся почти была религиозной. О русской религиозной философии.

А. Ермолин Это кто? Соловьев, Бердяев…

А. Суровцев Да, и Соловьев, и Бердяев, и Булгаков, и Франки, Эрн, и Ильин. Много имен, в общем-то наша философская культура и гордость можно сказать. И вот к сожалению, это было за рамками программы, и были преподаватели такие подвижники, которые для желающих проводили такие занятия. Это было первое соприкосновение вот с этой сферой, где и история, где и русская духовная мысль очень близкая к богословию, прямо скажем. Потому, что известно, что многие русские философы, они же были и священниками, там тот же Булгаков, Флоренский. И в то время, а я кстати крещен не был. Я вот не случайно сказал, что (неразборчиво) стратегической авиации летал. Контроль серьезный, в общем-то годы такие. Так получилось, что я не был крещен, и к этой мысли я пришел к 33 годам. Как бы не подгадывая, как бы такая дата в общем-то, ну так получилось. И вот в 33 года принял крещение осмысленно, и вот для меня эта сфера стала такой, важной. А в это время как раз проходили интересные события в вооруженных силах. В 1994 году министр обороны подписал совместное заявление со святейшим патриархом московским всея Руси Алексеем II, это было 2 марта 1994 года. Это эпохальное вообще говоря событие, потому, что это первый официальный документ, который устанавливал взаимодействие армии и церкви в новых современных условиях.

А. Ермолин (Неразборчиво) патриархом тогда был Алексий? 94-й год?

А. Суровцев Да, да, Алексей II патриархом. И вот были введены должности, они назывались офицер по связям с религиозными организациями, от объединений и выше. И вот мне предложили такую должность в главном штабе военно-воздушных сил. Почему мне? Я даже тоже задавал вопрос кадровым органам, они говорят мы знаем, что вы написали несколько учебных пособий по русской религиозной философии, значит что-то об этом знаете. Потому, что дело было абсолютно новое, и на вопрос а чем заниматься, он говорит: ну вот напишите обязанности, и сами поймете, чем надо заниматься. Ну, с чего-то надо было начинать, и вот с 94 года практически я занимаюсь этой работой профессионально. Но параллельно шло конечно… Параллельно шел и внутренний такой вот духовный рост. То есть, узнавание (неразборчиво) сфере, знакомство с духовенством, с такой практической их работой. Знакомство с потребностями военнослужащих. Я вот приведу такой пример: в главном штабе ВВС, в один из дней ко мне подошла сотрудница узла связи. После дежурства она сменилась, телефонистка пришла и спрашивает. А меня с легкой руки, там руководство, называли отец Александр. Я был тогда подполковник…

А. Ермолин (Неразборчиво).

А. Суровцев О самой сфере, ну естественно. Она пришла и говорит, а где здесь отец Александр? Ну, дежурный с серьезной миной говорит: вон его кабинет. Она пришла, говорит: вот вы отец Александр? Я говорю, я подполковник Суровцев, но говорит мне надо исповедаться. То есть, она на полном серьезе, что в штабе есть священник, пришла исповедоваться. Я объяснил ей, что я организую взаимодействие. Но для меня стало ясно, что если есть вот рядом священник, то всегда есть потребность, и найдутся люди, которые нуждаются в этом. И кстати вот мы были с визитом недавно в Греции, с официальным визитом по приглашению военного духовенства Греческой республики, и вот один из принципов работы у них там – всегда быть на виду у военнослужащих. То есть, военный священник находится всегда с личным составом, и вот нужно солдату, офицеру пообщаться со священником, он может в течение буквально нескольких минут с ним встретиться. Ну понятно, что там государственная религия, говорят как-то больше внимания этому уделяется, но люди одинаковые в общем-то, и ты потребность их тоже. Поэтому вот этот принцип, я замечаю, что его берут на вооружение и наши священники тоже. То есть, находиться рядом с личным составом, это главная их задача. Ну, вот затем… Ну, у меня была кандидатская диссертация по истории философии, годы службы в штабе ВВС, штабе дальней авиации, докторантура военной академии генерального штаба. В 2007 году я защитил докторскую диссертацию в академии генерального штаба на тему «Развитие духовных основ военной безопасности РФ». Ну, не хочу сказать, что такая быстрая реализация была предложений, что в 2009 году президент принял решение о введении института военного духовенства. Просто был уже настолько большой опыт накоплен, что вот он был обобщен, и среди рекомендаций было конечно воссоздание института военного духовенства.

А. Ермолин Вот сложный вопрос наверное сейчас задам. А вот роль веры скажем так в жизни… Давайте даже про офицерский корпус поговорим, а не про контрактников. Потому, что вот когда читаешь… Вот вы перечисляли имена там известных философов, тот же там… Если вспомнить того же Алексей Хомякова, да? То…

А. Суровцев Офицер, философ, мыслитель.

А. Ермолин Да, то есть человек, он так и не пришел на облегченные (неразборчиво), да? То есть, он так носил всегда боевые настоящие, да? И понятно, что это его питало… Вера питала именно как офицера, как военнослужащего. Вот какое сегодня стояние дел? Вот насколько воцерковлены может быть там современные офицеры? Или они ну, так как раньше говорили маловеры, да? (Неразборчиво) верят, но вот так вот, вот в силу культурно-исторической традиции. Я понимаю, что сложный вопрос. Но раз уж вы так откровенно начали сегодняшний разговор, давайте об этом тоже поговорим. Я кстати в 27 пошел в церковь, там я в спецназе служил. Абсолютно сознательно пошел, вот я вас очень хорошо понимаю.

А. Суровцев Я могу даже еще вспомнить более личный момент этого крещения, я действительно подошел уже к мысли о крещении, но дочка пришла как-то из детского садика, ей было 5 лет, и она говорит: папа, не пора ли нам креститься? Я говорю пора, и мы пошли, и крестились. Но это уже было подготовленное так сказать у меня внутреннее состояние, а у нее очень хорошая воспитательница попалась, которая подвела ее к этой мысли.

А. Ермолин Как раз хотел спросить, в окопах то как мы знаем, альтруистов не бывает.

А. Суровцев Что же касается вопроса. Да, он просто разносторонний. Я бы не сказал, что он сложный, потому, что большинство военнослужащих офицеров считают себя верующими. И конечно де никто не может отнять у них право, называть себя… Ну, вот в ходе например социологических исследований, опросов, называть себя верующими людьми. Другое дело, что степень религиозности, или вот воцерковленности, как говорят в русской православной церкви, она очень и очень различна. Такой высокой степенью воцерковленности, в православии например считается такое отношение к вере, когда человек регулярно исповедуется, причащается, ходит в храм, ну и конечно же соблюдает заповеди, соблюдает определенные правила. Причем не только в церковной жизни, но и в повседневной жизни так же. И вот здесь конечно разрыв очень-очень большой. Причины я думаю, они объяснимы. Несмотря на серьезные гонения, и преследования даже тех людей, которые ходят в храмы, крестят детей… Все-таки вот традиция крестить детей, она сохранялась в советское время. И многие офицеры были крещены. А вот конечно опыта такой церковной жизни, или даже знаний элементарных, их не было. Для многих и нет, потому, что… Ну вот нету доступных общепринятых источников. Ну, кто-то может мне возразить, что ну как вот, приди в храм, изучай, или купи книгу. Но для этого надо сделать какие-то шаги, кто-то должен ну, помочь что ли сделать эти первые шаги. Потом уже человек соприкоснувшись, уже как имеет и опыт, и имеет уже и друзей что ли своих, соратников, которые ему помогут. И вот поэтому действительно я согласен полностью с вами, здесь проблема в просвещении. Или как иногда говорят, во втором крещении, подразумевая под этим обогащение знаний. То есть человек чтобы был не просто по форме крещенным, что он носит например крест, считает себя крещенным. Там один раз, или два раза в год ходит например в храм: на пасху, и предположим там в крещение окунуться в проруби. Ну реже, может на рождество. А когда для него это становится… Ну, частью его жизни обыденной. Поэтому вот военное духовенство, оно в этом плане делает очень и очень много. И одна из главных задач военного священника, это как раз духовное просвещение военнослужащего, духовное просвещение. Не миссионерская работа, не (неразборчиво) как иногда говорят. Вот у меня этот термин подразумевает некое чуть ли не насильственное приведение к вере. Ну какое насильственное, если человек сознательно носит крест, и везде пишет, что он верующий, и что он православный, и так далее. Но просто не имеет элементарных знаний, а когда он узнает, соприкасается, он очень рад, кстати говоря. То есть, это такая радость у людей появляется, когда они обретают хотя бы начатки вот этой вот живой веры, о которой мы сейчас с вами говорим. И вот тогда, вот эта вера не по названию, а по самому содержанию внутреннему, она и начинает свое действие. Вдруг человек видит, что он может отказаться от бранных слов. Вот вроде ну, не самое главное, но с точки зрения признака это очень важно. То есть, когда человек ощущает, что он это может сделать.

А. Ермолин В бою вспомнит.

А. Суровцев Потом может придти, с радостью сказать. Вот мне многие говорили офицеры: ты знаешь, я бросил курить. И тогда именно, когда стал в храм ходить. Говорит я конечно с трудом улавливаю связь, он сам про себя говорит, но я чувствую, что оно как-то связано, столько раз там пробовал. То есть, вот даже уходят такие вредные привычки, под воздействием духовного маленького роста. Если мы говорим уже о таком серьезном, солидном духовном росте, тогда… Ну, человек иногда просто даже преобращается, и вот продолжая этот путь, и увольняясь из вооруженных сил, часть из этих офицеров становятся священниками.

А. Ермолин Ну, вот кстати только хотел сказать, что…

А. Суровцев Полковники, капитаны первого ранга, и старшие офицеры подчеркиваю, многие становятся священниками. Ну и не говоря уже о том, что ну, кто там пораньше заканчивает службу…

А. Ермолин Участники боевых действий.

А. Суровцев Участники боевых действий. Ну, как бы закономерности нет, но просто я к тому говорю, что люди вполне состоявшиеся, там командиры частей, командиры подводных лодок, они становятся священниками. Причем хорошими, и глубокими священниками. Это тоже совершенно отдельная тема, духовенство — это призвание, я глубоко убежден, что научиться этому нельзя. Вот как например научиться стать хорошим там специалистом военным предположим, там летчиком или танкистом. Правда там тоже есть такое понятие, как летчик от Бога, оно было всегда. То есть, вроде как научиться абсолютному мастерству, тоже здесь надо что-то такое привнесенное.

А. Ермолин А вот после 94 года, да? Вот как зарождалась, развивалась уже военно-профессиональные отношения после этого периода?

А. Суровцев Вы знаете, вот после подписания совместного заявления в 94-м году, эти отношения стали развиваться настолько стремительно, что сразу ощущалось, что они были прерваны искусственно. Вот и навыков вроде, и знаний не хватало, но вот эта тяга друг к другу, она была настолько сильной, что наверное и вы, и радиослушатели вот старший поколений вспомнят, что армию стали даже обвинять в определенной моде. Вот храмы начали строить, в храмы ходить, батюшек везде приглашать. То есть, даже внешне это выглядело как какое-то модное поветрие: давайте-ка мы вот и нам батюшку пригласим. Нет, это было действительно искреннее стремление друг к другу. Я бы сказал, армия и церковь соскучились друг по другу, потому, что уж очень много общего и дополняющего. Начиная со структуры, порядков, понимания, чести, нравственности. То, что всегда отличало русскую армию, офицерство, церковь. И заканчивая вот глубочайшим чувством патриотизма. То есть, это два социальных института, которые… Ну, я думаю, дают пример истинного отношения к отечеству, народу своему.

А. Ермолин А каике-то вот ну, формы такой… Ну, что ли государства, (неразборчиво) поддержки вот после 94 года еще были применены, там кроме вот этого соглашения?

А. Суровцев Ну, можно сказать что да, но вот я сказал о том, что были введены должности офицеров по связям с религиозными организациями, как бы прообраз.

А. Ермолин Сейчас ведь чуть ли не до уровня бригады полка, то есть уже есть помощники (неразборчиво).

А. Суровцев Ну, так это уже как бы следующий этап. Я сейчас может быть скажу чуть-чуть еще о промежуточном этапе. Был создан координационный комитет по взаимодействию между вооруженными силами, и русской православной церковью. Примерно по 15 человек от церкви и вооруженных сил, я в частности военно-воздушные силы представлял в этом координационном комитете, еще возглавлял информационно-аналитический сектор. И вот этот координационный комитет как раз наработал те первые документы, которые легли в основу уже будущих решений об установлении таких более тесных, официальных контактов.

А. Ермолин Александр Иванович, мы здесь прервемся, потому что подошло время информационного перерыва. Я напомню нашим гостям, что сегодня у нас такая своеобразная рождественская передача, наш гость сегодня Александр Иванович Суровцев, начальник управления по работе с верующими военнослужащими Главного управления по работе с личным составом ВС РФ. И мы уходим на небольшой перерыв.

НОВОСТИ.

А. Ермолин Мы продолжаем заседание «Военного совета», наш гость сегодня Александр Иванович Суровцев, начальник управления по работе с верующими военнослужащими Главного управления по работе с личным составом ВС РФ, ведущий в студии Анатолий Ермолин, мы говорим про реализацию военнослужащими конституционного права на свободу вероисповедания, с учетом особенностей военной службы. И мы как раз перед нашим перерывом небольшим вспомнили про координационный совет или комитет, да? Вот расскажите подробнее, как вот это все сотрудничество армии и церкви развивалось?

А. Суровцев Так вот, если говорить об этом периоде, первом модно сказать периоде в современной истории взаимодействия армии и церкви, главная его особенность была в том, что нарабатывался опыт взаимодействия армии и церкви, на основе деятельности внештатного духовенства, внештатного. То есть, у нас не было штатных священников. Количество офицеров, которые непосредственно занимались этой работой, было так де не велико, где-то порядка 150 должностей было примерно введено в то время как я уже сказал, офицеров по связям с религиозными объединениями, которые потихонечку потом были… Ну, что ли растворены в органах воспитательной работы, но параллельно шла работа церкви по созданию структур, которые официально взаимодействуют с вооруженными силами. Это тоже был прообраз штатных военных духовенств. Следует особо сказать, что в 1995 году, решением священного синода был образован отдел по взаимодействию с вооруженными силами, правоохранительными органами. В котором были созданы секторы видов, родов войск. Он как бы чуть-чуть повторял по структуре вооруженные силы, и направленцы работали каждый со своими ми войск. И более того, это были не только вооруженные силы, а все силовые структуры. И вот совместно с синодальным отделом, проводили если говорить о таких знаковых мероприятиях, это ежегодные рождественские чтения. Они собственно проходят и сейчас ежегодно, ежегодно проводили военную секцию рождественских чтений, и преимущественно в академии генерального штаба. Надо сказать, что идеи, которые исходили из стен академии генерального штаба, пусть это даже была секция рождественских чтений, ни были заметны. Мы издавали материалы этих чтений, и в докладах и выступлениях уже тогда красной нитью проходила мысль, что видимо мы подошли уже к тому, что пора вводить институт военного духовенства. Оно уже есть, его надо просто признать действующим, и принять какие-то минимальные организационные меры. Я думаю, что вот анализируя всю эту работу, это самоотверженная была работа. Надо ведь сказать, что священники выполняли свои функции, в самой церкви было не просто. Это восстановление храмов, это восстановление приходов. У народа тоже ведь немножко вот пропал вот этот церковный опыт, и наполнение храмов людьми требовало огромного внимания, и ежедневной работы священников. Но они находили время работать и в воинских частях, восстанавливать взаимоотношения не только стоять на трибуне во время там парадов и праздников, как любили показывать. Но это была кропотливая и индивидуальная работа, работа в подразделениях, которая завоевала авторитет у людей. Люди потянулись к священникам, и стало понятно, что их деятельность, она как-то положительно влияет. Мы наверное еще скажем об этом, как. Но что это имеет и смысл, и значение, и вот так потихонечку вот эта мысль, она видимо овладевала не только теми, кто непосредственно работал со священниками, но и теми, кто принимает решение.

А. Ермолин То есть, был же наверное и скепсис, я вот тоже когда учился в академии генштаба, помню к нам тоже приезжали выступать, и часть офицеров, генералов… Ну, выраженным скажем обладали. Да и сейчас наверное многие обладают таким, атеистическим воспитанием. В общем, далеко не все были за, то есть наверное не так складно, гладко все проходило. Вот как в этой ситуации себя как раз военные священники ведут?

А. Суровцев Да, наверное и сейчас. Кто-то относится к этому достаточно скептически, но надо сказать, что вот явных противников, их ну, почти не осталось. Может быть встречаются, но единицы. На том этапе действительно, многие это воспринимали как некий отказ от своих предположим там коммунистических взглядов, или каких-то там личных принципов. Но надо сказать, что люди мыслящие скажем так вот широко, там в академии генерального штаба например, или если говорить о генералитете, то там людей случайных в общем-то не бывает. Это люди с огромным опытом практическом, с глубокой теоретической подготовкой. Они понимали что ли объективность этих процессов, и вот наверное ярким примером является мой научный консультант по докторской диссертации, генерал-майор Есюков Михаил Игнатьевич, который говорил так: Александр Иванович, я твоих взглядов не разделяю, но в целом тебя поддерживаю. И вот он очень многое мне дал, с точки зрения вот понимания теми людьми, для которых эта тема еще не близка, но что они ценят.

А. Ермолин (Неразборчиво), вот это очень интересно.

А. Суровцев Да, да, это очень важно. И кстати говоря, я это прекрасно ощутил даже вот в ходе самой защиты диссертации, когда голоса все-таки разделились, и мнения разделились. Что именно ценят? Не смотря на то, что это не совсем привычный подход к объяснениям мира например, да? То есть, мировоззренческая позиция, ту, которую называли например идеализм, а не материализм. Ну, вот это наиболее неприемлемые для них стороны. То, что называли в хорошем смысле слова русские философы мистикой. То есть, вот скажем мистическая сторона вот религии, ее природы – это да, это не принимается. Но ведь если говорить о мировоззрении священников, это носители такого русского духа, такой русской культуры, глубочайшего патриотизма, умение все эти идеи донести до людей, убедить их, провести за собой, и отрицать этого такой вот искренний здравомыслящий человек не может.

А. Ермолин А что вот кстати представляет из себя штатное военное духовенство сегодня, и вот в частности такой военный священник? Ну, чего греха таить, в общем-то и в обычной жизни все мы ищем таких людей, которые являются искренними патриотами, и профессионалами, а тут еще такая специфика. Вот какая по-военному говоря профессиограмма, да? Такое формальное слово, и где берете таких людей?

А. Суровцев Да, но если вот говорить в целом о структуре, она довольно молодая Я уже сказал о том, что в Июле 2009 года президент РФ принял решение о создании института военного духовенства. После проведения совещания с руководителями всех традиционных религий России, к коим относят православие, ислам, буддизм, иудаизм, все руководители согласились, что пришло время ведения института духовенства, президент такое решение принял, и мы его в вооруженных силах реализовываем. И на сегодня это трехуровневая структура, которая имеет управление, наше управление по работе с верующими военнослужащими, в составе Главного Управления по работе с личным составом вооруженных сил. Второй уровень – это отделение по работе с верующими военнослужащими, управление по работе с личным составом военных округов. Вот в отделениях наряду с начальником, это гражданские служащие, не имеющие сана. Там у нас есть священники, то есть они служат в штабах округов, в должностях помощников начальников отделений. Это и православные священники, это и мусульманские имамы… Кстати, я это хочу особо подчеркнут потому, что у многих почему-то бытует мнение, что у нас только православные священники. Да, их большинство, это объективный процесс, даже не оспаривается. Но у нас есть и имамы, у нас есть и ламы штатные, поэтому как бы этот процесс…

А. Ермолин Один лама?

А. Суровцев Пока да, не штатно тоже есть ламы, которые…

А. Ермолин Так, (неразборчиво) нам помогает.

А. Суровцев Равин, он не штатный у нас. Ну так же исходя из численности последователей той или иной религии, это принцип комплектования военного духовенства, пропорциональные соотношения, но мы очень тесно сотрудничаем в федерации еврейских общин создан департамент по взаимодействию с вооруженными силами и другими силовыми структурами. Арон Юрьевич Гуревич собственно говоря, вот возглавляет департамент, и в штат не входит, но общие вопросы мы решаем вместе сообща. И вот… Ну, скажем основной уровень – это помощники командиров по работе с верующими военнослужащими, соединений, воинских частей, и организаций Минобороны. Ну, это как правило дивизии, бригады, ВУЗы, учебные центры…

А. Ермолин Это полка да, даже бывает.

А. Суровцев Да. НУ, в основном это соединения. И вот такая структура, она позволяет в общем-то сегодня выполнять те задачи, которые перед нами стоят. А задач здесь основных несколько? Во-первых, это организация, вот как у нас и тема звучит, это реализация конституционного права на свободу вероисповедания. В конечном итоге священник нужен для того, чтобы вот эти права реализовывались, и никто кроме него это сделать не может. То есть, вот почему нужен священник? Потому, что нужно и воспитателя, и командира подготовить, но отслужить молебен, он не отслужит. Литургию он служить права не имеет, принять исповедь — нет, причастить тоже. То есть это дело духовенства. И если государство имеет возможность оказать содействие в реализации этого права, оно это делает. Сразу отвечу может на незаданный вопрос, наверняка у радиослушателей у многих он возникает, а как же вот там отделенность церкви от государства? Ну, на самом деле в нашей конституции написано об отделении религиозных организаций от государства. То принцип права на свободу вероисповедания, это тоже конституционный принцип, его тоже надо исполнять. Поэтому этот вопрос вот таким образом решается. То есть, священники выполняют функцию священника. Ему делегируются полномочия командира, или заместителя по работе с личным составом. Он помощник по работе с верующими военнослужащими, и работает в рамках своих функций. А именно, организация проведения богослужений, организация проведения духовно-просветительской работы, а так же как помощник командира, он участвует. Не организует, а участвует в мероприятиях воспитательного характера, а так же помогает командованию в укреплении воинской дисциплины, профилактики правонарушений, преступлений, опять же не возглавляя эту работу, а просто участвуя в мероприятии. В мероприятиях, причем используя те методы и формы работы, которые присущи именно священнику.

А. Ермолин А есть у нас межконфессиональные воинские коллективы, ну где в значительной ну, скажем пропорции, там ну не фифти-фифти, ну все-таки значительно, где есть православные там, мусульмане. Вот ест ли такие коллективы, где одинаково сильно представлена скажем там и мусульманская религия, и православная?

А. Суровцев Ну, вот я уже сказал о том, что у нас есть и имамы, и ламы, они как раз таки… Илам, ну вот в частности он например в той бригаде, где у нас преобладают буряты, буддистского вероисповедания.

А. Ермолин (Неразборчиво) наверное стоит, где-то там.

А. Суровцев Неважно где она есть, важно, что она есть, и в общем-то естественно, что там есть например и православные военнослужащие. Так вот, в обязанности помощника командира по работе с верующими военнослужащими, входит и оказание содействия в удовлетворении религиозных потребностей, представителей других религий. И он устанавливает контакты с руководителями местных религиозных организаций, приглашает их в воинскую часть, им дано такое право кончено по согласованию с командованием, либо в свободное время, когда есть возможность, выводит например православных ребят там в храм соседний, там богослужение. Это входит в обязанность предположим того же лама, или имама. Так же наоборот, православный священник, он проявляет заботу о мусульманах, которые служат, организует при необходимости, если такие обращения есть, встречи с духовными лидерами в своей религии, на праздники вывозит например там в мечеть, если есть такая возможность. То есть, вот этот фактор, он учитывается, и максимально как бы реализуется по возможности. Вот не случайно опять же в теме заявлено: «С условием военной службы». Надо сказать, что большинство… Вернее все традиционные религии России. Они предполагают определенные послабления выполнения канонических правил для военнослужащих. Что касается там поста, что касается других вопросов. Все это регулируется, то есть не на усмотрение там конкретного человека, хотя это дело личное, как говорится. И человека выполнение определенных норм, но с точки зрения церкви есть правила определенного послабления, и это объясняется людям. Ведь вот это вот иногда стремление подчеркнуть свою религиозность, она не от глубочайших убеждений происходит, а просто попытки показаться, что вот я такой, я вот глубокий, я верующий, вот мне надо и то, и се. А он сам даже еще вот не знает например тех же самых канонов, а как в бою например, как там в походе воины? Что они там с утра до вечера молятся, или что они там, постятся непрерывно, а как же они в бой идут? То есть, вот эти послабления, они обусловлены самим характером служебной деятельности, и в общем-то по большому счету вреда такого духовного они не приносят. Потому, что человек сосредоточен на других подвигах. Не на подвиге например там того, что он чего-то не есть, а на подвиге том, что он преодолевая там огромные трудности, выполняют задачу, защищают отечество, и так далее.

А. Ермолин Вот ну в общем не секрет, это уже все специалисты, эксперты это констатируют, что во всех странах мира без исключения, наблюдается повышенный спрос молодежи, ну скажем так, на такие философско-религиозные знания, которые помогают им найти свою социо-культурную идентичность. И помимо плюсов, есть и большие минусы потому, что если вспомнить того же Хатингтона, да? Там столкновение цивилизаций. В общем-то и к сожалению, как показывает в общем-то то, что мы видим по телевизору, во многом оказался прав, то есть такое столкновение идет на социо-культурных разногласиях, там на межконфессиональных, межрелигиозных, межнациональных. Вот вы как-то это чувствуете, и входит ли в задачи тех же самых штатных священников каким-то образом ну, вот влиять, не допускать таких конфликтов? И что вообще с этим можно сделать? Оно же к сожалению, вот мы видим, что при этом повышенном интересе, да? Очень часто молодежь идет там мусульманская не в мечети, а идет там к ваххабитам. Там наши ребята идут не в православную церковь, да? А начинают увлекаться каким-то вещами, якобы старославянскими, и так далее. Вот вы чувствуете это влияние?

А. Суровцев Армия – часть общества, конечно чувствуем. И я скажу, что здесь рецепт, он на редкость прост, вот с точки зрения именно работы с верующими военнослужащими, с точки зрения деятельности военного духовенства. Он опять заключается в элементарном просвещении. Вот анализ деятельности вот таких вот организаций, и вот механизмы прихода молодежи скажем в радикальные структуры, он таков, что идет спекуляция на отсутствие у молодежи элементарных знаний о каких-то традиционных ценностях. Просто элементарных.

А. Ермолин Ну и героизация.

А. Суровцев Героизация – да, но это уже в общем-то как бы искусственное значит здесь развитие этой темы, но в сущности вот радикализация, ведь она не от концентрированности вероучения, а наоборот от его отсутствия. И вот например лидеры Ислама, и здесь я думаю, что это понятно всем абсолютно, что вот ваххабизм, или радикальное течение – это ни что иное, как спекуляция на незнании основ Ислама. Потому, что нет мировых религий, которые ну, имеют какие-то человеконенавистнические цели, которые призывают убивать других, причем через убийство самого себя подчас. То есть, такой фундаментализм, иногда вот слово используют, не совсем оно мне нравится. Потому, что фундаментализм может быть и такой, я считаю например вот святые люди. Они тоже в своем образе фундаменталисты. То есть, они не отступают от своих идей не на шаг.

А. Ермолин От основ. Что такое (неразборчиво), это основы.

А. Суровцев Конечно, но они… В том то и дело, что для них это фундамент, и они являют высочайший пример святости духовного, зачастую чисто жизненного героизма.

А. Ермолин Ну, это вопрос наверное в том числе и к психологам, потому что здесь вопрос не знания веры, да? А вопрос личной идентификации, а этим как раз очень успешно многие манипулируют. Но я предлагаю вернуться собственно к специфике службы священников. А вот когда начинаются учения там, полевые занятия, морские походы, вот что делают священники в это время?

А. Суровцев Священники надо сказать не просто могут участвовать в этих мероприятиях, они обязаны это делать. Это их прямая обязанность, участвовать и в походах, и в полевых занятиях, и в учениях. И надо сказать, что вот за годы работы военного духовенства, у нас накоплен богатый опыт участия военных священнослужителей в различного рода учениях, и значительное количество положительных оценок командования о том, что в этих условиях деятельность военных священников наиболее востребована. И это понятно это… Пусть это даже учебно-боевая обстановка, она отличается от боевой, там может быть напряженностью, уровнем опасности, но все равно она отличается от там сугубо мирной какой-то жизни на зимних квартирах, что называется. Это когда люди в поле, на учениях, когда стрельбы, когда недосыпание определенное, усталость, то в такие минуты людей как-то больше тянет к общению, к какой-то духовной поддержке со стороны кого? Вот здесь священник зачастую играет такую, вот незаменимую роль. Особенно для людей, которые подвержены там стрессам определенным. Конечно, психологи свою роль играют здесь, и помогают людям. Но священник, он духовно укрепляет. Он не только нейтрализует, снимает какие-то негативные последствия, он в состоянии духовно укрепить человека.

А. Ермолин Времени мало совсем остается, буквально какие-то полторы минутки. А вот какую-то специальную подготовку священники проходят для того, чтобы обеспечить как войсках говорят совместимость, да?

А. Суровцев Да, конечно (неразборчиво). Ну, собственно духовную подготовку они проходят в духовных академиях и семинариях, но мы организовали военную специальную подготовку. В военном университете созданы курсы повышения квалификации, где получают священники кстати говоря, заканчивая эти курсы, удостоверение государственного образца о том, что они прошли повышение квалификации, именно как военный священнослужитель.

А. Ермолин Сколько часов?

А. Суровцев Необходимое количество для того, чтобы овладеть военной специальностью. Просто у нас меняются эти формы подготовки. Важно то, что они изучают и принципы военного строительства, задачи вооруженных сил, структуру…

А. Ермолин Ну, то есть их не воевать учат, а учат о том, что такое вооруженные силы.

А. Суровцев Организацию повседневной деятельности. Ну, конечно их не учат вот так вот ходить с автоматом, но зато у них очень хорошее представление, каким образом это организовано, и где их место в этом процессе, это очень важно.

А. Ермолин Александр Иванович, к сожалению время нашего эфира подошло к концу, я хочу напомнить нашим слушателям, что в эфире «Военного совета» сегодня принимал участие Александр Иванович Суровцев, начальник управления по работе с верующими военнослужащими Главного управления по работе с личным составом ВС РФ. Говорили мы про реализацию военнослужащими своего конституционного права на свободу вероисповедания, с учетом особенностей военной службы. Спасибо вам большое, приходите к нам еще.

А. Суровцев И вам спасибо! С Рождеством Христовым, с праздником!

А. Ермолин Взаимно.



Загрузка комментариев...

Самое обсуждаемое

Популярное за неделю

Сегодня в эфире