'Вопросы к интервью

А. Ермолин Добрый день всем, кто нас слушает, в эфире программа «Военный совет», ведущий в студии Анатолий Ермолин, сегодня мы говорим про военную медицину, в части касающейся нас. Гость сегодня Александр Владимирович Есипов, начальник 3-го Центрального военного клинического госпиталя им. А.А.Вишневского, генерал-майор медицинской службы. Александр Владимирович, добрый день.

А. Есипов Добрый день, здравствуйте.

А. Ермолин Александр Владимирович, расскажите про историю вашего госпиталя, потому что она точно не короткая.

А. Есипов Вы знаете, наш госпиталь наверное самый молодой из всех военных госпиталей, нам всего 48, 20 июня день формирования госпиталя был. И собственно говоря история опять же по сравнению… Опять же всё в сравнении, по сравнению с госпиталем Бурденко, которому за 300 лет, академии нашей военно-медицинской, самое старейшее наверное лечебное и учебное учреждение. Госпиталь Мандрыко постарше, мы самые молодые в этой ситуации. Изначально мы формировались как филиал госпиталя Мандрыко, а потом уже через некоторое время госпиталь сделался самостоятельным, и сейчас вот 48 лет.

А. Ермолин Ну все равно это не такая уж короткая… Не значительная я бы сказал дата, да?

А. Есипов Я вам даже больше (неразборчиво), это период развития…

А. Ермолин Полвека.

А. Есипов 48 лет – это самый такой творческий возраст.

А. Ермолин Да, да, если говорить про человеческий возраст, да. А какая у вас специализация? Вот если вы от госпиталя Мандрыки как-то отпочковались, значит вы как-то сначала были рассчитаны на какое-то обслуживание, да? Такое специфическое.

А. Есипов Да, исторически мы были филиалом госпиталя Мандрыко по территориальному принципу. То есть, определенный регион Московской области был у нас на медицинском обеспечении. А потом, поскольку вооруженные силы тоже так сказать крепли, увеличились, и потребность в оказании медицинской помощи становилась все больше и больше, мы сделались уже самостоятельным подразделением, и сейчас это уже многопрофильный такой стационар достаточно большой. 3120 коек – это наверное самое большое в России медицинское объединение госпитальное, имеющее 5 филиалов. Каждый из филиалов – это 4 госпиталя полнокровных, (неразборчиво) коечных. И один клинико-диагностический центр, находящийся в Москве. Предклиническое такое объединение тоже достаточно большое, включающее еще 3 поликлиники. То есть, вот это госпитальное объединение, сейчас оно наверное самое такое емкое, самое полное, и в своем составе содержит все клинические подразделения, которые только существуют в медицине, с законченным циклом лечения. То есть, у нас есть поликлиника, стационар, и реабилитационный госпиталь. Бывший 6-й госпиталь, сейчас 2-й филиал… Нет только военного санатория, но это немножко другая кафедра, поэтому…

А. Ермолин То есть, вы универсалы получаетесь, да? То есть…

А. Есипов Мы в чем-то универсалы, да. У нас каждый госпиталь в военной медицине, он не повторяет друг друга. То есть, каждый занимается своим делом. И из этих вот филиалов, которые я перечислил, это все госпитали, занимающиеся чем-то таким особенным своим. То есть, это рядовая медицина прежде всего. Бывший центральный госпиталь пятый военно-воздушных сил, это филиал номер один у меня. Одинцовский госпиталь, бывший 25-й госпиталь, тоже у него своя специфика, и рядовая в том числе. Это Краснознаменский госпиталь. Вот этот Химки Левобережное, реабилитационный госпиталь. Каждый занимается… Он уникальный сам по себе, вместе мы не дублируем друг друга, делаем одно общее дело.

А. Ермолин А вот когда такое объединение произошло? Это вот когда был период укрупнения, или вообще, как вы считаете, это правильно создавать такие мега-комплексы, да?

А. Есипов Это был период, да, когда было укрупнение, объединение многих медицинских учреждений. Правильно это, не правильно – не мне судить, жизнь покажет. Но во всяком случае мы адаптировались к этой системе, она у нас достаточно высокий коэффициент полезного действия выдает теперь.

А. Ермолин А почему Вишневский? Когда было присвоено имя госпиталя?

А. Есипов Вот у нас недавно отмечалось как раз 110-летие со дня рождения этого замечательного хирурга. Это целая плеяда на самом деле хирургов, то есть это отец и сын. Вот у нас Александр Александрович – это имени… Мы госпиталь Вишневского, имени Александра Александровича Вишневского. А есть институт Вишневского нас часто путают. Это Александр Васильевич Вишневский, это немножко… Это его отец, который собственно говоря вырастил такого замечательного лидера нашей хирургии. Ну и с чем связано то, что именно Вишневский? Ну во-первых он у нас формировал госпиталь когда-то на заре нашего становления, и первая операция в госпитале (неразборчиво) – это была выполнена как раз Александром Александровичем. Потом ряд других операций, которые он показательно делал как теперь говорят, принято сейчас говорить – устраивал мастер-класс в нашем госпитале. То есть, давнейшая дружба такая была, и как вот выдающийся деятель нашей хирургии, нам позволено было носить его имя.

А. Ермолин А мазь-то чья? Сына или отца?

А. Есипов Мазь – да, мать в свое время… Да она и сейчас собственно говоря, откровенно говоря, уникальна сама по себе. Ведь вот эти (неразборчиво)-бальзамические повязки, к сожалению сейчас стали забывать эти вещи. Множество различных современных мазей всевозможных, эмульсий, кремов есть, но вот это вот органично сочетающееся составляющее этой мази Вишневского, да? Они конечно сыграли в свое время во время войны громадную роль при лечении гнойных осложнений. А потом уже и в мирное время были использованы во многих специальностей, в хирургии прежде всего. Ну и потом ее очень любят дерматологи, которые так сказать… Это же березовый деготь, то есть органика по сути дела. И очень… То есть бальзам, который входит в него и придуманный, и разработан Вишневским. Не только мазь, множество чего он интересного сделал. (Неразборчиво) анестезии, которая была на протяжении более чем 20 лет наверное спасительным таким кругом, особенно в военных действиях. То есть, на фронте не всегда можно было дать наркоз, к тому же условия не позволяли. А вот его анестезия не фильтрационная по Вишневскому, она конечно спасла наверное сотни тысяч раненых.

А. Ермолин а в чем суть?

А. Есипов А суть в том, что это очень простой метод обезболивания, который так сказать приводит к тому, что хирурги оперативно, быстро выполняют свои операции с минимальной кровопотерей. Регулируемая анестезия, то есть больной в сознании находится, его не надо вводить в наркоз. Без последствий проходит, то есть отсутствие всякой интоксикации. Ну и потом опять если брать боевые действия какие-то, то это по сути дела шприц, ампула и все.

А. Ермолин Вот вы сейчас упомянули боевые действия, и… Ну, в общем не секрет, что у военных всегда была своя специализация. Вот как в системе госпиталей, которые входят в ваш комплекс, как это учитывается? И вот вы сказали, еще есть как бы такая видовая специализация. Вот в чем это заключается, и как вы учитываете специфику того или иного вида там, рода войск, и вообще сам характер боевых действий? То есть, вот…

А. Есипов Ну, здесь два момента: видовая специализация – это прежде всего допустим авиационная медицина, да? То есть, у нас вот есть бывший Центральный госпиталь ВВС, это бывший 114-й окружной военный госпиталь, который находится тоже в Красногорске, только на Волоколамском шоссе. Поскольку существует такое понятие как физиология военного труда, и каждая специальность у военнослужащих, она сопряжена с определенными особенностями. И эти особенности влияют на физиологию этого военного труда, на профзаболеваемость какую-то, которая имеет свойство быть. Ну например летчики, да? Там они сопряжены с перегрузками с определенными, да? Прыжки с парашютом, тоже определенные есть особенности, потом так сказать опорно-двигательной системы, там (неразборчиво). Все это учитывается, более того на протяжении многих лет у нас сформировался уже такой творческий коллектив, который не просто механически выполняет там освидетельствование летчика, то есть констатирует факт того, что он здоров или не здоров, или требует лечения. А производится профилактика различных заболеваний, то есть мы пишем календарный план и портрет здоровья летчика, таким образом увеличивая летное долголетие. Если касаемо допустим это летного состава, подъемно-летного состава. Если говорить о других военных специальностях, то там существует тоже определенные особенности, углубленные какие-то пункты дежурств. Там наши офицеры дежурят по неделям иногда, тоже особенность. Замкнутое пространство, определенная степень вредных факторов воздействия тоже учитывается, и тоже расписывается точно такой же портрет здоровья, и вектор движения куда-то к тому, чтобы все-таки минимизировать возможный фактор риска, и опять же вернуть человека в строй, и сделать его трудоспособным. А по боевой части, ну от времен Афганистана вот если брать, да? Воины, которые были, практически все военнослужащие, все офицеры, особенно хирурги-анестезиологи, они все практически прошли школу того или иного конфликта, или войны.

А. Ермолин У вас какая-то конкуренция с тем же Бурденко есть?

А. Есипов Нет, вот я хочу отметить, что у нас никакой конкуренции с главным госпиталем нет, и ни с кем в нас нет. У нас каждый занимается своим делом. Каждый занял свою нишу, и мы все работаем вот в едином таком… Единый оркестр, и у нас есть главный дирижер, это главное медицинское управление, который ставит задачи, мы их выполняем, и не дублируем друг друга. Такой конкуренции у нас нет.

А. Ермолин Ну вот не секрет, что какое-то время назад было очень много таких критических замечаний, нам вот очень многие в эфире гости… Даже не гости, а слушатели задавали вопросы, в том числе пенсионеры военные, что вот… Ну что скажем такое сокровище как военная медицина, что якобы она начала разваливаться как система, да? Вот вообще был какой-то сложный период в известное время, когда не финансов, не внимания со стороны государства не хватало. И… То есть, первая часть вопроса – был ли такой период? Чувствуете ли какие-то последствия, и что сейчас происходит вообще со всей системой? Почувствовали вы на примере… Я понимаю, что вы не отвечаете за всю военную медицину, ну на примере той системой, которой вы командуете.

А. Есипов Ну, я со второй части вопроса начну. Вот за последние 2 года, которых мне удостоилось командовать этим замечательным лечебным учреждением, я ощущаю только поддержку со стороны Минобороны, руководства Главного медицинского управления, и собственно результаты на лицо. Вот буквально недавно в прошлую субботу в канун дня медицинского работника мы открыли многопрофильный хирургический корпус, открыли центр восточной медицины, открыли памятник фронтовой медицинской сестре. За неделю до этот открыли памятник замечательному нашему хирургу и современнику Валентину Феликсовичу (неразборчиво)-Синевскому на территории нашего госпиталя. Поэтому я вот просто по последним событиям, как говорят по делам вы их узнаете, да? По делам вот как раз и получается, что за последние 2 года сделано больше, чем за предыдущие годы. То есть такой, плодотворный очень период. А сложности конечно были, они всегда были. Не было такого периода, когда не было сложностей. Но поскольку армия, она всегда преодолевала мужественно все тяготы и лишения, преодолели и это.

А. Ермолин У нас очень большая аудитория, и нас сейчас слушает и не только военные, не только пенсионеры, и многие наверное задают вопрос: а можно ли вообще к вам попасть каким-то образом? Человек, который не имеет отношения к вооруженным силам. Есть какие-то квоты?

А. Есипов Конечно можно. Не то, что квоты. Дело в том, что 3 года назад госпиталь сделался бюджетным учреждением, и сейчас мы плотно очень работаем в системе обязательного медицинского страхования, добровольного медицинского страхования, в системе оказания высокотехнологической медицинской помощи – это федеральная программа. Добровольного страхования, уже и платные пациенты. То есть, у нас в принципе двери открыты для всех. Последние 2 месяца работаем в системе (неразборчиво) травмы, оказание помощи на дорожном полотне, путем вертолетной эвакуации раненых прямо с полотна, пострадавших с полотна. Поэтому у нас двери открыты, пожалуйста. Существует колл-центр у нас, который работает круглосуточно, куда идут звонки от пациентов, и после проведения некоторых консультаций наших специалистов, делается заключение о необходимости, целесообразности и сроках госпитализации.

А. Ермолин А для того, чтобы получить такую возможность, надо какую-то страховку покупать, или… Ну, вот… Ну я знаю там например… Скажем лечебное учреждение администрации президента, да? Там любой человек может придти, купить себе полис на год, да? И соответственно и поликлинику посещать, и может быть госпитализация, и так. У вас такой же вариант, или нет?

А. Есипов Такая услуга у нас тоже есть. У нас существуют договора с многими компаниями добровольного медицинского страхования.

А. Ермолин А, корпоративный у вас заказчик?

А. Есипов Корпоративный, да. И плюс еще естественно сама система госгарантии у нас тоже работает.

А. Ермолин А не влияет это на основную производственную деятельность?

А. Есипов Никоем образом. 85% у нас – это военнослужащие и члены их семей. Как я сказал, предназначение у нас не поменялось, у нас расширился диапазон услуг. Это тоже очень важно, потому, что мы стали участвовать в тех же самых программах, которые по травматизму, по (неразборчиво), это дает возможность врачам ту самую боевую готовность поддерживать, о корой мы говорили. То есть, они способны оказывать помощь сразу. Не надо период адаптации, то есть от операционного стола в любую точку, и он способен оперировать. Потому, что он работает с повреждениями, близкими по своему механизму, похожими с боевой травмой. ДТП например, падение с высоты и так далее.

А. Ермолин Да.

А. Есипов Поэтому тут как говорится и то, и то хорошо.

А. Ермолин А как вы выстраиваете взаимодействие с теми же дорожными службами, с МЧС? Вот кто вас вызывает? Там же есть единая служба.

А. Есипов Единая служба да, есть у нас. Есть соглашение с московской областью об оказании помощи на дорогах. Ну мы взяли северо-запад потому, что правило золотого часа, оно собственно имеет смысл как раз, когда тот регион… Ну это допустим Рижское шоссе, Ленинградское, Волоколамское, Минское, что мы можем до границы области брать. И я хочу сказать, вот первые пациенты, которые… А их уже больше 20 поступило, все живы. Это результаты точно достаточно не плохие. Потому, что все оперативно, быстро, с учетом опять же авиационной эвакуации. У нас достаточно хорошо все это налажено.

А. Ермолин А оно вот так вот само собой получилось, или все-таки это действительно такой вот ну, скажем ноу-хау, да? То есть, поддерживать… Ну, как в войсках говорят, боеготовность, тренируясь там на таких поле-травмах, о которых вы рассказываете.

А. Есипов Не то, что тренируемся, ведь мы доброе дело делаем, мы жизни спасаем.

А. Ермолин Ну я понимаю, да.

А. Есипов И потом люди, которые прошли воины, у них, им уже тренироваться не надо, им нужно как раз поддерживать форму. Вот форму они так поддерживают. Да нет, собственно во многих странах, во многих лечебных учреждениях наших отечественных в Здравоохранении. И вертолетная эвакуация, она… Это уже в порядке вещей, просто у нас есть возможность такая, а вертолет посадить в Бурденко сложно, потому, что это город. Мандрыко тоже Сокольники, а у нас, мы находимся как раз на очень хорошем таком и географическом расположении. То есть, это транспортная развязка Рижское шоссе, за городом. Железнодорожный узел, и вот сейчас авиационная развязка тоже достаточно не плохо, мы построили вертолетную площадку опять же, при поддержке министра обороны, и принимаем. «МИ-8» даже (неразборчиво).

А. Ермолин Вертолетчики у вас в штате?

А. Есипов Нет, это ВКС.

А. Ермолин Это ВСК, да?

А. Есипов Совместно с ВКС мы проводим тренировки постоянные, то есть у нас загрузки, выгрузки пациентов, оказание помощи в воздухе, то есть все как планомерно идет, тренировки идут регулярно.

А. Ермолин (Неразборчиво) как скорая помощь, должна быть дежурная служба, дежурный борт, дежурные врачи.

А. Есипов Ну это все завязано на МЧС, на диспетчерские пункты, и по мере поступления команды… В том числе и авиация МЧС.

А. Ермолин А, ну то есть вы принимаете, да?

А. Есипов Мы принимаем, мы не летаем, да.

А. Ермолин Вы принимаете, у вас есть вертолетная площадка для того, чтобы принимать борты, не важно МЧСовские, или там какие-то еще.

А. Есипов Не важно, да.

А. Ермолин Вы тут столько интересных терминов произносите, там вот физиология военного труда, и… Мне кажется, что за этим стоит такая серьезная научная школа, но в то же время какая-то такая вот советская научная школа. Вот в этой связи… Ничего плохого в общем-то в этом нет, вот удается ли сохранять скажем вот те же самые… Вот мы про мазь Вишневского говорили, да? Вот рецепты, скажем так процедуры, технологии лечения. То, что вот к нам часто приходят гости там, ну которые вооружениями занимаются там. Меня поразило, что там на одном автомате Калашникова потратили там чего-то около 150 каких-то рецептов, смолов, смазок там, и так далее, да? Вот у вас есть некая система сохранения вот этого опыта медицинского?

А. Есипов Ну конечно он сохраняется и приумножается. Это не то, что опыт советской медицины, это опыт отечественной медицины. А учитель у нас один, это военно-медицинская академия.

А. Ермолин Ну я в каком ключе спрашиваю, что вот у нас часто такая мода приходит, да? Когда вот новая волна каких-то там инноваций, или якобы инноваций, в том числе из-за рубежа приходят, да? И заставляет отказываться от каких-то более традиционных вещей. А потом приходит еще 5-10 лет, оказывается, что в этих инновациях больше вреда было, чем пользы, да? А то, что у нас было, уже школы… Ну, если не уничтожены, то по крайней мере как-то расшатались, учеников нет. Ведь в вашей же профессии очень важно, чтобы была система школ.

А. Есипов Ну я понял, нет. У нас как говорил… Кто-то сказал, что все новое – это позабытое старое с другой стороны. Поэтому все что старое у нас сохраняется, школа у нас естественно есть, потому, что военная медицина, она вообще сама себе определяет некую такую видовую специфичность. То есть, она… Система, которая не то, что закрытая, а наоборот сейчас она как раз не закрытая, и есть возможность и участвовать и в международных форумах, и выезжать, и к нам приезжает очень много специалистов. Но определенный почерк, он сохраняется конечно. Именно в военной медицине, и науке в том числе. По поводу инноваций, ну вот я могу привести, у нас центр традиционной медицины есть, единственный в вооруженных силах, который работает с 93-го года на основной базе госпиталя.

А. Ермолин Традиционный.

А. Есипов Традиционный.

А. Ермолин Потому, что вы говорили про восточную медицину, да? То есть…

А. Есипов Ну это и есть… Это такая игра слов… Традиционный, не традиционный, они считают что мы не такие, мы считаем, что это… Ну народная медицина, традиционная медицина, можно так его назвать. Это и восточная медицина. Можно ее назвать интегративной медициной, поскольку туда как раз все вот эти новационные новые методы… Позабытые старые. Они заходят, то есть это конечно классическая китайская медицина, в виде рефлексотерапии, это остеопатия, это гирудотерапия, гомеопатия, это РДТ-терапия, вот эта разгрузочная терапия, а ей уже больше двух тысяч лет. То есть, у нас наши доктора, руководители центра, они ее приумножают в каком (неразборчиво)? Делают ее более простой, более доступной. По сути дела это лечение с помощью рационального питания, и все обменные процессы, которые собственно были сбиты, метаболический синдром так называемый, нарушение обмена веществ. Они купируются элементарно простыми методами, без всяких препаратов. И я могу сказать, что результат просто потрясающий.

А. Ермолин Вот интересно, а как вы отбираете преподавателей, как вы их… Извините, я на себя уже (неразборчиво), да? Как вы находите врачей, специалистов в области именно не традиционной медицины? Кстати (неразборчиво) традиционная медицина, я почему-то сразу же провел аналогию, что это классическая медицина, то есть традиционная классическая. А вот у вас как-то оно по-другому терминологически, я не понял с самого начала. Вот где кадры берете для такой специализации? Или это ваши же врачи, которые имеют классическую подготовку, но которые там… Для которых это особый интерес?

А. Есипов Ну конечно, я то принял госпиталь, там уже сформировался коллектив, причем достаточно творческий, и он там многолетний был. И понятно, что каждый из них прошел школу отечественной медицины, причем и географически от Туркестана до Москвы, к примеру говоря, пройдя все военные конфликты. И в то же время вот эту школу… Ну назовем ее чтобы понятнее было, народной медицины. Которая… Ну, скажем любой человек который идет, он что-то собирает. Он как-то себя пытается наполнить, особенно если это доктор, он берет все интересное, что прогрессивное. И потихонечку каждый из них что-то приносил, и создался такой центр со всеми методами. Как мы их находим? НУ мы их не находим, они нас сами находят.

А. Ермолин Ну да, есть такой метод, да.

А. Есипов Потому, что у нас есть перспектива развития, у нас есть условия для того, чтобы они работали. Мы выбираем кого взять, кого не взять. То есть, здесь вот тот вариант, когда мы можем конкурс определенный устраивать на специалистов.

А. Ермолин А вот в свое время, вот в расчет опять же в Советском Союзе, поиском таких нетрадиционных лечебных форм и методов, и в том числе людей, которые обладают какими-то экстраординарными способностями профессионально занимались, и учились, и люди отправляли на Тибет, и в этом направлении какая-то работа есть, вы интересуетесь этой тематикой? Или вы ограничиваетесь такой, классической народной медициной?

А. Есипов Нет, мы говорили, что как раз это интегративная медицина. То есть, это медицина, которая интегрирует в себя все знания народной медицины. Не обязательно это Тибет, это может быть Бурятия. Кстати говоря, часть Тибетской медицины в свое время, был такой замечательный Петр Багмаев, все знают эту историю, да, эта история начала века. Вот он в свое время перевел (неразборчиво) терапию – это тибетская книга, на бурятский язык, а потом на русский язык, и долгое время жил и работал в Петербурге. Организовал свой ботанический сад, выращивал многие лекарственные растения, создал клинику тибетской медицины в Петербурге. Петр Багмаев, да. Кроме того, сейчас у нас есть та же самая классическая бурятская медицина, да? Китайская медицина, куда мы выезжаем и общаемся с нашими коллегами.

А. Ермолин Александр Владимирович, я здесь вас вынужден прервать потому, что подошло время для небольшого перерыва, мы продолжим через несколько минут.

НОВОСТИ.

А. Ермолин Мы продолжаем заседание «Военного совета», наш гость, наш эксперт сегодня Александр Владимирович Есипов, начальник 3-го Центрального военного клинического госпиталя им. А.А.Вишневского, генерал-майор медицинской службы. Говорим мы про организацию работы многопрофильного лечебного учреждения. И вот в первой части нашего разговора мы так, как-то естественно очень ушли в нетрадиционную медицину, в сторону Бурятии, в сторону Тибета, и говорили про Бадмаева, насколько я понимаю.

А. Есипов Да.

А. Ермолин А вот этот центр, вот как он работает? Вот все-таки здесь есть, как мне кажется, серьезные процедурные несовпадения в диагностики, в методах лечения. Нет какого-то такого противоречия? И очень часто классическая медицина как-то слишком конфронтационно относится к нетрадиционной медицине.

А. Есипов Никакой конфронтации, никакого противоречия нет. Медицина – она единая. Она единая, организм человека он тоже целостная система. Его нельзя разделять на голову, грудь, живот… Ну, в части касающейся ранения – да, это когда военно-полевая хирургия. А в части подхода… А мы же лечим больного, а не болезнь, это основной принцип любой медицины: и традиционной, и не традиционной. Ну, к примеру говоря все болеют гриппом, но один человек ходит на работу, а другой попадает в реанимационное отделение. То есть, болезнь одна, а подход разный. Поэтому конечно, нет противоречий никаких.

А. Ермолин Александр Владимирович, а сами вы практикуете как врач?

А. Есипов Конечно.

А. Ермолин А что делаете, какая у вас специализация?

А. Есипов Ну видите, я всю жизнь работал в урологии, да в хирургии, поэтому я не могу себе отказать в том удовольствии, когда меня приглашают в операционную, и предлагают соперировать или проконсультировать какого-то больного. Ну это часть жизни (неразборчиво).

А. Ермолин Вот какую часть времени вы этому можете реально посвятить?

А. Есипов Ну сейчас к сожалению не много я себе могу это позволить потому, что очень много организационных моментов, которые надо решать, административных моментов. А когда возникает? Ну, есть определенный день у меня, когда мои коллеги любезно меня приглашают помочь им в какой-то операции. Я никогда им в этом не отказываю, и себе тоже.

А. Ермолин Александр Владимирович, вот военная медицина все-таки очень специфическая отрасль. Расскажите в двух словах нашим слушателям, вот если вдруг не дай бог что-то происходит, то чем занимается военный госпиталь, как он работает в полевых условиях? Какая система менеджмента, говоря гражданским языком, применяется?

А. Есипов Ну, собственно говоря, мы лечебное учреждение двойного назначения получается. То есть, сейчас мы работаем в мирное время, лечим заболевания в основном те, которые имеют место в миру, а те, которые возникают во время военных действий повреждения, мы их пытаемся сейчас, я уже говорил, как-то моделировать за счет вот этих ДТП, и травм всевозможных, техногенных факторов, которые к нам привозят. То есть, мы окончательно-то не становимся мирным учреждением. То есть, у нас есть… Все-таки патология военного времени присутствует и в мирное время. Но на время допустим какого-то особого периода, каждый госпиталь, он имеет тоже свои цели и задачи, и мы эти все факторы отрабатываем ежемесячно, есть занятия, тактико-специальные занятия, занятия по специальной подготовки. То есть, мы находимся в состоянии… В том самом боевом состоянии, когда мы готовы оказать помощь. Для доктора, для вообще военного врача боеготовность – это способность оказать помощь. Он в принципе должен уметь стрелять, бегать там, как-то кроссы сдавать. Но самое главное, что он должен сделать – он должен оказать помощь. И вот это должно поддержано у себя постоянно, то есть постоянная боевая готовность… Наши патроны – это наши пациенты по сути дела. И вот исходя из этого принципа, конечно мы находимся в постоянной готовности.

А. Ермолин А как вы поддерживаете взаимоотношения с медицинскими частями, с медицинскими подразделениями, которые внутри воинских частей существуют. Есть ли у вас командировки, в том числе в горячие точки, или вы аккумулируете у себя пациентов…

А. Есипов Ну, связь с войсками…

А. Ермолин Или часто выезжаете в войска (неразборчиво).

А. Есипов … она неразрывна. Нет, она обязательна. Каждый доктор должен понимать, откуда появляется патология, особенно если он выпускник академии сразу же. То есть, он должен понимать весь механизм, и откуда приходит эта патология. Более того, у нас в госпитале организовано дежурство войсковых врачей, которые тоже должны поддерживать свое состояние, именно вот это боевое, способность оказывать помощь. Чтобы диапазон их врачебных манипуляций, он расширялся. Ну понятно, что у нас получаются некие противоречия, что мы хотим от военных докторов, которые в войсках работают, чтобы они умели все, а призываем туда здоровых людей. По определению они не могут делать все. Проходит время, они теряют некий интерес. Вот для этого (неразборчиво) организовано на базе госпиталя дежурство этих войсковых врачей, ну нашего региона естественно, да? Так же и в других госпиталях то же самое, то есть они кто по терапии, кто по хирургии. Они не отрываются от своих воинских частей, в то же время проводят некоторую такую… Повышение квалификации, под присмотром и под руководством учителей, более опытных людей. Командировки у нас регулярные в войсках, то есть особенно это касается когда идут вспышки всевозможных вот этих респираторных инфекций. Наши инфекционисты, они посещают все вот эти вот наиболее неблагоприятные климатические условия, где расположены наши воинские части. Я хочу сказать, что за последний год у нас не было ни одного летального исхода во всей военной медицине по пневмонии. То есть, вот плоды тоже опять же на лицо.

А. Ермолин А вот вы же ведете какую-то статистику? Вот ваши военные пациенты в основном чем страдают? И какие заболевания наибольшую угрозу из себя представляют?

А. Есипов Ну это зависит от опять же, возрастных категорий, кто именно. То есть, если солдаты, рядовой состав, контрактники, конечно они по призыву… То есть, те же самые болезни, что и собственно на гражданке, разницы особо большой никакой нет, тоже респираторные заболевания, пневмонии, болезни органов дыхания. Ну мало структур отличается. Единственная особенность в том, что конечно это закрытый коллектив, где все вот это распространяется достаточно быстро. Поэтому у нас существует методики, и эпидемиологи разработали целую систему для того, чтобы это предотвратить. Там разграничение этих потоков, там гигиенические некоторые моменты связаны с подразделениями. И когда вот это все соблюдается, естественно заболеваемость снижается.

А. Ермолин То, что на гражданке называется диспансеризация, да? А в войсках это сохранено? Ну об офицеров это (неразборчиво) там и так далее.

А. Есипов Ну я не знаю как на гражданке, честно говоря не работал. Но могу сказать, что у нас это все неуклонно… Мы все это сохранили, более того у нас есть углубленные медицинские обследования, которые досконально изучает здоровье. Вся эта система, она делает не просто выводы о пригодности, не пригодности, или степени годности, а вычерчивает вектор движения для того, чтобы сохранить это здоровье. Я уже рассказывал про летное долголетие, да? Вот для того, чтобы офицер не просто так сказать… Диагноз, ведь от него никому легче не бывает. Ну поставили диагноз, дальше что? А дальше вот возникает уже система, когда мы назначаем целый ряд мероприятий, а потом опять его повторно освидетельствуем и уже понимаем, что вот какие-то плоды труда, они у этого человека на лице, или на лицо.

А. Ермолин А как обстоят дела с оказанием медицинской помощи пенсионерам? Ну бывало частенько люди жаловались, и в том числе и нам в эфир, что вот про нас забыли… Вот много у вас обслуживается лиц данной категории?

А. Есипов Много лиц данной категории.

А. Ермолин И какие права в принципе есть сейчас у военного пенсионера?

А. Есипов Те же самые, что и были. То есть, они имеют полное право на оказание помощи, лечения в лечебных учреждения Минобороны. У нас есть поликлинический центр лечебно-диагностический центр, который в Москве расположен. И вот все, что связано с Москвой, все ветераны, все пенсионеры, они приписаны к этому центру. Там проходят предварительное обследование, определяется ведущая патология, назначается день госпитализации, они прибывают, мы их лечим. После этого мы их выписываем, либо отправляем на реабилитационное лечение вот в наш один из филиалов. Либо санаторно-курортное лечение, то есть вся система, она в рабочем состоянии, там проблем нет никаких у нас.

А. Ермолин Часто, когда речь заходит о медицине, о медицинских учреждениях, скажем их руководители или сотрудники (неразборчиво) лучший опыт, лучшие практики. В вашем случае это наверное какие-то операции. Вот есть ли какие-нибудь из них, которые там ну, скажем составляют вашу особую гордость?

А. Есипов Ну, у нас множество всевозможных. Во-первых, мы давно уже работаем… Так называемая вот федеральная программа, по оказанию высокотехнологической медицинской помощи давно. Это отдельная программа, которая вот эти самые инновационные технологии внедряет уже непосредственно в практическую медицину.

А. Ермолин Это вот типа лапароскопия, вот этот…

А. Есипов Да, мы давно уже отошли от открытых операций. То есть, практически, ну процентов 90, может быть даже 95% у нас, они все эндоскопические и лапароскопические. Из этих лапароскопических, эндоскопических то, что допустим уникальное у нас, ну вот за последние 2 года мы приобрели (неразборчиво) лазер для удаления лазерной энуклеации аденомы предстательной железы больших размеров. То есть, практически делается это очень быстро, бескровно, и с хорошими функциональными результатами. Это вот что было (неразборчиво) спасению. А так конечно у нас кардиохирургия, там нейро (неразборчиво) хирургия с хорошими результатами, и все это делается с учетом достижений мировой науки.

А. Ермолин Откуда кадры берете? Особенно вот для таких сложных операций. Как готовить, и как…

А. Есипов Основная масса – это выпускники военно-медицинской академии. В прошлом конечно, в прошлом. Но они прошли школу, всю школу и войсковой медицины, отечественной медицины, и отучились некоторые из них и за границей. Вот у нас начальник центра замечательный легендарный Александр Николаевич Лещук, он учился… Стажировался вернее, не учился, а стажировался в Америке. Потому, что обучение – процесс обоюдный собственно говоря. И что-то он брал, что-то от него брали, и вот синтезировав таким образом опыт и нашей отечественной медицины, и в то же время вот американской медицины, он превознес, и результат очень хорош.

А. Ермолин А как взаимодействие кстати с мировым профессиональным сообществом у вас осуществляется? Это какие-то разовые такие события, когда люди там имеют возможность поехать поучиться, себя показать в других странах. Или у вас есть какие-то постоянные контакты, может с какими-то госпиталями?

А. Есипов Ну, даже вот за последний год у нас 3 международных конференции на базе госпиталя проведено было. Приезжали из Бельгии, Швейцарии, их Германии. Этот мир медицинский тоже достаточно тесный. Кроме того, наши выезжают на все эти симпозиумы. Большая часть докторов, они у нас владеют иностранными языками, и являются членами каких-то ассоциаций. Допустим вот ассоциация… Европейская ассоциация урологов да? Вот буквально недавно в Париже проходило это заседание такое, большой конгресс был, наши представители были. Представители военно-медицинской академии были госпиталя Бурденко приезжали туда. И был мастер-класс, который показали там. Естественно наши специалисты все это дело поизучают, и наверняка эти операции будут на потоке у нас в госпиталях.

А. Ермолин Научные школы в структуре вашего комплекса есть? И есть ли ну то, что НИИ раньше называлось, или может быть сейчас называется. Научно-исследовательские институты профильные.

А. Есипов Дело в том, что без науки, без изучения чего-то, медицина, она бы никуда не двигалась. Конечно, это присутствует. Другое дело, что госпиталь впрямую наукой не занимается, в том варианте, что у нас какое-то НИИ, лаборатория. Мы работаем в тесном сотрудничестве с медицинской академии конечно, где все это присутствует, в полном объеме представлено.

А. Ермолин То есть, научная школа больше там представлена?

А. Есипов Конечно, конечно.

А. Ермолин А как академия участвует вот в вашей практической, ежедневной деятельности?

А. Есипов Ну, при теперешней телемедицине, это вообще вопросов никаких нет, у нас вообще телемосты проводятся, когда нам нужны какие-то консультации. С помощью технических средств мы собираем любые консилиумы, общаемся. Регулярно проводятся конференции и годовые, и ежеквартальные. Встречаемся в (неразборчиво) управлении ежемесячно, то есть у нас обсуждения постоянно. То есть, мы работаем в тесной взаимосвязи с академией. Там наши учителя, там наши истоки, поэтому…

А. Ермолин Вы как-то себя сравниваете с гражданской медициной по каким-нибудь параметрам? Вот я вас слушаю, во-первых очень интересно спасибо, во-вторых так профессионально, но уж как-то очень хорошо получается все.

А. Есипов Конечно хорошо получается, потому, что если работать, всегда хорошо получается. Если медицина – это образ жизни, то разница между работой и собственно обычной жизнедеятельности и ее отсутствия, это как раз формула успеха на самом деле. Поэтому военная медицина, она не может быть отдельно, а жизнь – отдельно. Большую часть жизни люди проводят на работе, так или иначе. Они приходят рано утром, уходят они поздно вечером. Домой приходят… Ну, наверное там больше переночевать, и обратно туда. Поэтому если так вот в процентном соотношении… Это особенно хирурги, поэтому это как раз и ключ к профессионализму собственно говоря, когда работа делается образом жизни наверное.

А. Ермолин Ну вот в общем-то в гражданской медицине то же самое, но коллеги очень жалуются на уровень заработной платы. Как с этим обстоят дела в военном…

А. Есипов Вы знаете, люди никогда не будут довольны заработной платой, это тоже так сказать определенный стимул к движению вперед.

А. Ермолин Ну…

А. Есипов То есть, пусть все будет… Помните, как Аркадий Исаакович Райкин как говорил? «Пусть все будет, но пусть чего-нибудь не хватает».

А. Ермолин Тем не менее, вот как раз серьезные государственные инвестиции, вот вооруженные силы, что все-таки офицеры стали очень достойно получать. Тоже наверное не хватает, но тем не менее, вот по сравнению с тем, что было там 8-10 лет назад, серьезные изменения. И престиж сразу же значительно вырос. Кстати, у вас вот из всех врачей, которые у вас служат, работают. Много аттестованных офицеров, военнослужащих, контрактников, и какая часть гражданского персонала?

А. Есипов У нас остаточное количество, да, у нас аттестованных должностей военных. Вот кстати возвращаясь к финансовым делам, могу сказать, что у нас идут источники-то и ОМС, и ДМС, и отплатных больных. То есть, у нас материально доктора не страдают, и медицинские сестры. У офицеров за последние… Во всяком случае 2 года зарплата достаточно достойная такая для того, чтобы жить. И аттестованных должностей, их ровно столько, сколько необходимо. То есть, здесь ровно столько, чтобы мы были военным госпиталем. При опять же… А в особый период одевают погоны все, понятно. А для того, чтобы госпиталь поддерживать боеготовым, должен быть определенный процент, который у нас скажем поддерживается.

А. Ермолин Ну так, уклончивый ответ, но засчитывается, да. А скажите, вот ну в общем-то не секрет, что в том числе до последнего времени, до последних событий в общем-то у нас была серьезная возможность закупать очень хорошую технику за рубежом. Сейчас ставится задача импортозамещения. Вот с точки зрения медицинской техники, все ли вам хватает? Довольны ли вы той аппаратурой… Вообще, стоит перед вами проблема импортозамещения, или как-то она на вас особо не отразилась?

А. Есипов Ну ее тоже… А импортозамещение – это не импортозапрещение. То есть понятно, что наши аппараты не все конечно могут удовлетворить требованиям теперешней современной науки. Но развивать собственную промышленность обязательно надо. У нас например 90% рентгенологического парка – это отечественные аппараты. Они абсолютно ничуть не хуже, чем западные. Другое дело, что допустим без (неразборчиво) МРТ, многие (неразборчиво) томографов, компьютерных томографов мы пока может быть не можем обойтись, но они у нас есть, то есть мы не страдаем от этого. И собственно говоря здесь надо понимать, что конечно (неразборчиво) советский период, я просто помню себя, когда мы делали (неразборчиво) на оптике… «Красногвардеец», это был такой замечательный завод, он был в Петербурге. А потом нам вдруг принесли «Цейс», разница была большая. Но сейчас наши научились делать ничуть не хуже, по разрешающей способности аппаратуры. Дай бог, чтобы это продлилось как можно дольше, чтобы мы уже вышли на собственную отечественную промышленность медицинскую, и я только приветствую на самом деле это.

А. Ермолин Ну вот кого вы можете в пример представить, вот именно из производителей такой суперсовременной высокотехнологичной медицинской техники.

А. Есипов Ну тот же самый «Ломо», бывший завод который оптико-механический завод Петербурга. Великолепную оптику делают для нейрохирургии, для урологии, для эндоскопии. То есть, они давно уже работают на мировом уровне. Другое дело, что их поддерживать надо, раскручивать, как сейчас принято говорить. Адаптироваться к этому. Потом ведь многие аппараты, которые были импортные, они теперь с нашими комплектующими вполне сочетаются. У нас вот в Красногорске есть завод «Зенит», который выпускал… Его все знают как завод, который выпускает фотоаппараты оптико-механические. У нас с ним очень тесное сотрудничество, они нам всегда помогали. Если у нас что-то летело из запчастей каких-то, они приезжали, нам делали. То есть, ну таланты.

А. Ермолин Ну вот у вас такое огромное хозяйство. Что самое сложное в управлении этим всем?

А. Есипов Ну самое сложное, самое дорогое, это конечно удержать коллектив, развивать этот коллектив. Самое ценное в любом госпитале – это кадры. Госпиталь можно построить, здание можно построить, а вот людей собрать, подобрать и управлять ими – это самое сложное конечно всегда. Каждый из них – это отдельная история, каждый из них индивидуальность. Причем люди-то все талантливые, и надо учитывать каждого. И не давить, а наоборот как-то пытаться развивать. То есть, вот так вот.

А. Ермолин А вот молодые врачи, которые к вам приходят. Они как-то отличаются от тех, кто приходил лет там 15 назад?

А. Есипов Конечно отличаются, безусловно они отличаются и по возрасту прежде всего.

А. Ермолин А по мотивации?

А. Есипов И по мотивации отличается. Но у них великое счастье, что они если попадают к нам, то у них есть учителя, которые помогают им с этой дорожки не соскочить куда-то в сторону. И идти ровно тем курсом, который им укажут. И как правило, то всегда… Ну естественно отбор никто не отменял, понятно, что кого не устраивают такие условия, то конечно они уходят от нас. А основная масса – здоровый коллектив нормальный.

А. Ермолин А какая вот медицинская карьера в госпитале может быть вот у молодого специалиста, который к вам приходит? Вот какие ступеньки? В войска все понятно, там система должностей, званий, и вот там каждый солдат мечтает стать генералом, да? А вот каждый военврач молодой, кем он мечтает стать?

А. Есипов Ну в зависимости от того, куда он хочет больше, чему себя хочет посвятить. Если клиническая составляющая, то конечно здесь у нас опять же два момента: он может избрать и научные поприща определенные. Тут рост идет пожалуйста, кандидатская диссертация. У нас все начальники отделений, все остепененные. И докторская диссертация, и у нас работает более 60-ти профессоров в нашем объединении госпитальном. Это и лауреаты государственной премии, там ну в общем множество. Именно если брать сторону науки медицины, если это брать сторону практической медицины, то это ординатор, старший ординатор, начальник отделения, начальник центра, ну и диапазон именно вот самих манипуляций, которые делают допустим хирурги, он расширяется. Так (неразборчиво) реестр хирургов возникает, то есть кто может что делать. Вроде бы они одинаковые, но этот может делать все, а этот только одно. И у него есть вектор движения для того, чтобы научиться делать как можно больше и качественнее.

А. Ермолин И у вас вот эта вся система построена, да?

А. Есипов Конечно, построена.

А. Ермолин Как это отбирать, как это делать.

А. Есипов Есть целевые показатели, по которым идут. Как раньше называются соцсоревнования, да? Вот это ну, старыми терминами. То есть, он берет, что он будет вот в этом году он освоит вот это, вот это, вот это, и он отчитывается. Он сделал столько операций вот эндоскопических, столько он сделал открытых… Ну, если это молодой доктор, да? Поэтому движение есть, вектор определен.

А. Ермолин А это как-то влияет вот на зарплату там врача. Вот то, какую нагрузку он… Его квалификация скажем так, да?

А. Есипов Влияет кончено, он заинтересован расширять свою… Улучшать все свои показатели, потому что (неразборчиво) понятие премии заканчивается оказание медицинской помощи. В денежном эквиваленте процент определенный от высокотехнологической помощи на зарплату, на развитие. То есть, стимулирующие выплаты от ОМС, от ДМС, от платных пациентов, поэтому чем он больше работает, тем он больше получает.

А. Ермолин Вот на западе считается, что госпиталями должны руководить… Ну больницы, как-то госпиталь все-таки это военное такое понятие больше. Должны руководить не профессиональные врачи. И собственно вот у них даже вот топ-менеджеры скажем так, они совсем не обязательно должны быть профессиональными медиками. Вот как вы к этому относитесь?

А. Есипов У нас существует своя традиция российская, отечественная школа медицинская. Я считаю, что от нее наверное не стоит отходить, и если позволите, словами классика Михаила Афанасьевича Булгакова, который сказал, что «Двум богам не служат, уважаемый доктор». Доктор должен руководить… Непременно должен руководить именно лечебным учреждением, причем практикующий доктор. Потому, что если он отходит… Как у нас есть летающие летчики, почему у нас должен быть доктор, который не имеет понятия (неразборчиво). Ну и будет так же руководить, как не имеющий понятия об этом. Это беда, когда не состоявшийся доктор становится руководителем.

А. Ермолин А вот качество услуг не медицинских. Вот вы придаете этому значение, да? Ну вот там в Японии модная тема там больница без запахов, или больница, не похожая на больницу. Вот такие вот интересные есть находки. Вы как-то там заглядываете туда с точки зрения сервиса вне медицины?

А. Есипов Конечно.

А. Ермолин Очень только коротко, потому что уже у нас…

А. Есипов Нет, ну мы стараемся постоянно улучшать условия пребывания. Вообще у нас… Я вот опрашивал своих пациентов… Нет впечатления больницы, нет ощущения болезни. У нас очень все достаточно оптимистично.

А. Ермолин Спасибо.

А. Есипов Пожалуйста.

А. Ермолин Наш гость сегодня был Александр Владимирович Есипов, начальник 3-го Центрального военного клинического госпиталя им. А.А.Вишневского, генерал-майор медицинской службы. Говорили мы про организацию работы многопрофильного лечебного учреждения. Спасибо Александр Владимирович, приходите к нам еще.

А. Есипов Спасибо, спасибо уважаемые коллеги, спасибо.



Загрузка комментариев...

Самое обсуждаемое

Популярное за неделю

Сегодня в эфире