17 мая 2014
Z Военный совет Все выпуски

Задачи материально-технического обеспечения и перспективы переоснащения подразделений МТО новыми видами специальной техники


Время выхода в эфир: 17 мая 2014, 12:04

А. ДУРНОВО: «Военный совет» в эфире, всем добрый день, доброе утро, добрый вечер может быть. Анатолий Ермолин, Алексей Дурново вас приветствуют в студии. У нас сегодня в гостях Нариман Тимергазин, заместитель командующего Воздушно-десантных войск по материально-техническому обеспечению, полковник. Нариман Камильевич, добрый день.

Н. ТИМЕРГАЗИН: Добрый день Алексей, добрый день Анатолий.

А. ДУРНОВО: И говорим мы о задачах материально-технического обеспечения и перспективах переоснащения подразделения ТО новыми видами специальной техники.

А. ЕРМОЛИН: Ну, я думаю, сначала надо спросить нашего гостя, что такое сфера материально-технического обеспечения. Вот что входит в круг ваших задач, как заместителя командующего?

Н. ТИМЕРГАЗИН: Добрый день, уважаемые слушатели «Эха Москвы», уважаемые телезрители. Ну, год назад командованием Воздушно-десантных войск был образован отдел материально-технического обеспечения, целью которого ставилось придание войскам нового облика, и придание нового облика материально-техническому обеспечению ВДВ. Задачами данного нашего отдела являются – это совершенствование организатно-штатной структуры материально-технического обеспечения, оснащение войск новыми перспективными образцами вооружения военной техники, развитие системы и средства автоматизированной системы управления, а так же совершенствование форм и способов применения воинских частей материально-технического обеспечения.

А. ЕРМОЛИН: Как вы считаете… Вот программе почти 5 лет, она начиналась с того, что мы начинали говорить про новый облик вооруженных сил, про новый облик ВДВ в том числе. Вот за этим что-то стоит? Вот сущностное, за новым обликом. Вот что поменялось за эти 5 лет?

Н. ТИМЕРГАЗИН: Конечно. Я скажу Анатолий, что за 5 лет очень многое поменялось, начиная наверное от самой системы обеспечения материально-технической, полностью. Практически вся система поменялась, заканчивая тем, что набором по контракту даже, и переходом на контрактную основу. Вы сами видите, и уже… Мы перешли полностью на систему аутсорсингового обеспечения. Аутсорсинг в армии – новое слово было сейчас. Вот многие говорили, что эта система не оправдала себя. Я скажу, что она себя оправдывает… Оправдала, и оправдывает, но изначально конечно были приняты решения может быть не полностью которые удовлетворяли нашим требованиям. Например полностью убрали систему материального обеспечения из этой системы поваров например, ремонтные органы. И когда на учениях на этих (неразборчиво) у нас получилось, что не хватает. Когда мы находимся на стационарных условиях, занимаемся повседневной жизнедеятельностью, система аутсорсинга себя полностью оправдывает, а вот когда выходим на полевые выхода, и ведем… Непосредственно уже занимаемся боевой подготовкой, то система аутсорсинга, она себя не оправдывает. Потому, что гражданский персонал все-таки в лесу, в палатке жить и так далее, это другое. Вот после этих пробных… Методом проб и ошибок, так скажем, мы пришли к тому, что буквально год назад, мы обратно вернули и воссоздали в структурах воинских частей, ВДВ мы вернули ремонтные подразделения, и подразделения материального обеспечения, роты материального обеспечения. В том числе ввели мы должности поваров, должности ремонтников, и так далее. Но новый облик, он конечно, еще раз говорю, что полностью армия переформировалась практически на 80%.

А. ДУРНОВО: Вот снова знакомое, но тем не менее… Что такое аутсорсинг, и что такое аутсорсинг, применительно к вооруженным силам?

Н. ТИМЕРГАЗИН: Ну, я вот скажу… Мы с (неразборчиво) сейчас разговаривали, что когда вот он в армии служил, для него было понятие… Помните, как вы ходили в наряд по столовой? И когда приходишь в столовую, и тебе выкладывают 300-400 килограмм картошки, и всю ночь чистит солдат, а потом с утра идет на уборку территории, какая тут боевая подготовка, скажем так. На данный момент в повседневной жизнедеятельности я скажу, что в системе аутсорсинга полностью исключены эти виды работ, эти виды нарядов и так далее. То есть, личному составу предоставлено больше времени для занятий боевой подготовкой. У нас например в столовых, полностью… Вот (неразборчиво) более 30 столовых в ВДВ, все перешли на систему аутсорсингового питания. Внедрили мы систему шведского стола. Для уважаемых слушателей, наверное даже может быть даже дико, что шведский стол. Но я хочу объявление даже сделать. 17 числа у нас в рамках Минобороны и ВДВ проводится акция: «Служба по контракту – твой выбор». Во всех городах, где стоят ВДВ, это и во Пскове, в Ульяновске, в Иваново, в Туле, в Рязани, будут проходить дни открытых дверей. И можно будет каждому желающему придти прямо в воинскую часть, и посмотреть как это выглядит. Уж в столовой личный состав сейчас питается методом… Организованным питанием методом шведского стола. Наряда никакого нету, ни один солдат не заступает. То есть, сторонняя организация полностью… Это его функция, которая лучше делает. Аутсорсинг – это понятие как… То, что делает тот, кто лучше. Лучше делает конечно сторонняя организация, которая всю жизнь этим занимается. Так же аутсорсинг у нас вошел на уборку территорий, строительные работы. Если раньше что-то мы делали своими силами, сейчас этого нет вообще. Полностью это делают сторонние организации. Дворники у нас всё убирают. Соответственно в помещениях технических убирают помещения. То есть, солдаты занимаются боевой подготовкой.

А. ЕРМОЛИН: Это здорово, но вот честно говоря, я не до конца уверен, что здесь одни плюсы. Кстати говоря, вот когда только начинался аутсорсинг, мы несмотря на то, что мы радио преимущественно, мы выезжали войска, и как раз офицеры по тем временам жаловались. Говорят, вот все хорошо, но вот втулка потекла во время выходи или выполнения боевого задания какого-то, и вставали проблемы, а кто заменит эту втулку, вот когда ты уже… Ну, вы собственно об этом и говорите, что сейчас…

Н. ТИМЕРГАЗИН: Ну, вот в начале этого года… В конце прошлого, начале этого года мы вернули в ВДВ ремонтные подразделения именно которые занимаются текущим ремонтом. Вот правильно вы говорите, когда элементарный вопрос, что втулка выскочила, которую поменять 5 минут, но у нас не было ремонтных подразделений ответственных. Или (неразборчиво) механика-водителя, там или водителя надо было менять, на данный момент мы эти структуры вернули. И текущий ремонт, а так же сезонное обслуживание техники вернули в войска. И этим заниматься… Мы вернули в войска заместителя по вооружению, то есть специалисты появились. Появились обратно техники, вернули (неразборчиво). То есть, этот процесс, вот то, что вы говорите. Поменять втулку, поменять там какую-то прокладку, это мы вернули в войска. А вот средний ремонт, и капитальный ремонт, что уже то, что требует более объемных работ, больше 30 дней и так далее, и капитальный ремонт – это замена узлов и агрегатов, должен делать специалист, я считаю. Потому, что тот специалист, который в войсках, он должен текущим ремонтом заниматься. У него времени нет отрываться на 30, 40 дней. Средний и капитальный ремонт мы оставили за аутсорсингом, и спецремонт, соответственно соответствующие организации этим занимаются. Приезжают, забирают эту машину к себе, в стационарных условиях делают, и возвращают машину согласно тех требование контракта, скажем так.

А. ЕРМОЛИН: С точки зрения дисциплины вам не сложнее стало? Ну, все-таки это был такой серьезный инструмент. Наряд по кухне, два наряда вне очереди, три наряда вне очереди. Иногда не забалуешь. Это был такой серьезный, сдерживающий фактор.

Н. ТИМЕРГАЗИН: Я вам скажу, что во-первых сейчас на данный момент, даже вот мы… Не знаю, может сейчас идет на призыв… Военкоматы нам говорят, что в ВДВ просятся… Ну, отбоя нету. То есть те, кто идет даже на год службы, призывники, у нас есть право выбора. И набираем уже сейчас контингент, который по крайней мере воспитан. Уголовников уже не берем, или там условников, как раньше было, мы к себе не забираем. Второй момент…

А. ЕРМОЛИН: А было время, когда даже вы брали условников?

Н. ТИМЕРГАЗИН: Ну, было наверное время (неразборчиво).

А. ДУРНОВО: И уголовников?

А. ЕРМОЛИН: Не уголовников, условников.

Н. ТИМЕРГАЗИН: Не уголовников, условников, да. Не уголовников, условников. Вот, а сейчас у нас есть выбор, выборе именно призывников. Но сейчас мы стремимся, и у нас задача согласно концепции развития вооруженных сил, мы стремимся к тому, что на 70% выйти к 17-му году, чтобы у нас контрактники (неразборчиво). А сержанты… сержантский состав в этом году полностью мы должны выйти к концу года на 100% набора по контракту. То есть, уже с контрактником, это совсем другой контингент, который у них есть какая-то мотивация соответственно, и там уже нет такого, что наряд, (неразборчиво). У них есть семьи у большинства, у них есть мотивация, что зарплата. Получение какого-то выговора элементарно – это снижает ихнюю зарплату. Снижается какой-то процент надбавки и так далее. Поэтому вопрос сейчас с дисциплиной тоже таких серьезных нет. Я вам скажу, намного проще стало.

А. ДУРНОВО: Раз уж мы заговорили о контрактниках, какие требования предъявляются к желающим служить в ВДВ?

Н. ТИМЕРГАЗИН: Я хочу опять вернуться к тому, что 17 числа в рамках акции по набору контракту будут проводиться именно и тематические вечера, и конференции, где будет объясняться набор по контракту. Какие условия призыва, какие требования выставляют. Но основное требование – это конечно здоровье. В первую очередь солдат, который в ВДВ – стопроцентное здоровье. Мы не можем взять себе даже ограниченно годных. Второе условие, конечно это образование. Должно быть хотя бы 11 классов образование. Приветствуем конечно у кого техникум, и так далее. Сразу мы у кого есть техникум, мы проводим обучение в Рязанском институте, дополнительные курсы, и можем уже присваивать звание прапорщика. Ну, остальное в принципе желание, самое главное желание и физическая подготовка. Сдают он обязательно физическую подготовку, для нас это тоже очень важно. Это один из основных… Из трех здоровье, образование, и физическая подготовка.

А. ДУРНОВО: Но необходимо предварительно все-таки пройти службу по призыву, или…

Н. ТИМЕРГАЗИН: Необходимо, да. Это по закону получается (неразборчиво), и они должны пройти службу по контракту. Но срочную службу мы заключаем у еж контракты… Пилотный проект у нас запущен после 10 месяцев службы по призыву, мы уже заключаем контракты с солдатами-срочниками. То есть, То есть, до окончания контракта 2 месяца мы берем для того, чтобы подготавливать документы, и в принципе в срок окончания службы, он заключает практически контракт.

А. ДУРНОВО: Если приблизительно в среднем, вот возраст приходящего к вам новобранца?

Н. ТИМЕРГАЗИН: Ну, среднее 23-25… Ну и есть более… Где-то процентов наверное 25-30 – это 28-30 лет, уже те, кто по второму, по третьему контракту у нас заключили и остались в армии, уже выбрали свою профессию, службу по контракту.

А. ЕРМОЛИН: Я сейчас сижу, улыбаюсь, что до чего же техника довела. Мы тут сидим, пишем эфир на субботу. Мы никогда не скрываем, где у нас запись, а где у нас прямой эфир. А тут приходят СМСки от сетевизора: «А как организуется питание в походных условиях», — спрашивает Галя. То есть, интернет все равно нас видит и реагирует. А на картошку продолжают посылать солдат?

Н. ТИМЕРГАЗИН: Нет. На картошку уже давно не посылаем. В принципе я еще раз говорю, сейчас аутсорсинг. Он закупает в своих интересах, сколько ему надо, когда надо. Нет таковых понятий общих хранилищ. Вот закваска капусты, раньше капуста эта была. Ну, кто прошел… Это для более взрослой аудитории, в которой служил я, конечно нет такого понятия. У нас ассортимент, очень большой ассортимент. Ну, если… Еще раз говорю, шведский стол. Шведский стол, там солдат может набрать сколько он хочет. Огурцы, помидоры, зеленый горошек, рыба, сало, все выдается. В ассортименте блюд основные – это крупы: рис, гречка, макароны, пельмени соответственно даются, и все виды супов. Из рациона полностью выведены практически такие крупы, как ячневая крупа, пшеничная крупа. Только на супы, и так далее. А так, чтобы каши из них делать – только по желанию.

А. ЕРМОЛИН: Хорошие каши, вкусные. И ячневая вкусная.

Н. ТИМЕРГАЗИН: Ну, считалось, что эти низкокалорийные, и так далее. А насчет организаций полевых условий – да, в полевых условиях сейчас организация питания полностью проводится уже силами личного состава. Обратно введены, я уже повторяю, должности поваров. Есть у нас технические средства для приготовления пищи. Выезжают, разворачиваются, но организация доставки продуктов и закупка продуктов полностью пока на обеспечения аутсорсинга. Есть два виду услуг, которые они оказывают согласно контракта. Один вид полностью, с приготовлением пищи, второй вид только обеспечением продуктами, а приготовление идет за счет личного состава, который у нас в штатах есть повара, и повара-инструктора.

А. ЕРМОЛИН: Какие пайки сейчас у вас (неразборчиво).

Н. ТИМЕРГАЗИН: Пайки тоже очень сейчас… На данный момент мы сделали несколько видов пайков, очень калорийные я скажу… Ну, состав если так в двух словах, там начиная от шоколада, заканчивая всякими видами супов, паштетов и так далее. Каши несколько видов тоже. Пайки очень калорийные, хорошие, и скажу так. Опять же, 17 числа это всё будет выставлено на экспозициях, и желающие смогут и попробовать эти сухпайки, ощутить, сами погреть, посмотреть, открыть. Так же будет организовано приготовление пищи из полевых кухонь, тоже желающих прошу в центральные города, где будет эта акция, приходить, попробовать, самому ощутить, что это такое.

А. ЕРМОЛИН: А как вы решили проблемы с выбором? Вот я 10 лет служил в спецназе, и хорошо знаю, что такое паек, и… Ну, у нас всегда было 2 категории офицеров. Были офицеры, которые там… Ну, включая боевые задания, набирали как можно больше консервов, такие банки там каши с мясом. А есть, которые каждую калорию считали, и максимально облегчали рюкзаки. Вот а как можно угодить и тем и другим, и что из себя с точки зрения калорий современный паек представляет? Вот даже взять, вот если опять отталкиваться от моего опыта, вот самый лучший паек считался, это где был полный набор… Ну, я про (неразборчиво) пайки сейчас говорю, да? Такие маленькие баночки, был паштет, да? Но ни один паштет… Сами знаете, при нагрузках на третий день ты уже и есть его не можешь. Такое ощущение, что люди, которые его изобретали, делали таким образом, чтобы съесть ровно столько, сколько калорий тебе требуется для поддержания боевой формы. И мы очень любили там, где есть тушенка настоящая. Вот не паштет, а тушенка. Вот что… Сгущенка естественно, шоколад. А что сейчас? Вот в чем разница между пайками?

Н. ТИМЕРГАЗИН: Пайками… В принципе калорийность, вот 7 видов у нас… Вообще 7 видов в коробке… Вообще в пайке идет коробка, в коробке 7 пайков, и каждая разница… 7 видов. 7 пайков, 7 штук там.

А. ЕРМОЛИН: Неделька.

Н. ТИМЕРГАЗИН: Да, оно не приедалось, даже. Даже это учли. Минобороны даже это учло. Калорийность там полностью соответствует суточной потребности. То есть, калорийность там соблюдена даже с плюсом. Потому, что учитывая интенсивность в полевых условиях, все-таки занимаются вообще, сухпайки мы рассчитываем не более 3-х дней. Сейчас правда рассчитываем на 7 дней, но правильно вы говорите все-таки, что такое вообще для русского солдата, для советского, для российского солдата все-таки горячая пища – это первое съесть – это милое дело. Паек – это только паек, хотя и погреть можно, там всё необходимое. Но калорийность там соблюдена полностью, то есть мы закрываем полностью потребность. И чтобы вот не приедалось, там разные варианты комплектования. Тушенка, я еще раз скажу. Я понимаю, о чем мы говорим. Потому, что я сам тоже… Что была раньше тушенка в железной банке, даже когда открываешь… Съел кусок мяса как бы, и доволен. Тушенка сейчас вот именно такая, другого нет. Не желе там какое-то, ничего такого нет.

А. ДУРНОВО: Все-таки есть тушенка. Потому, что я помню, когда начиналась реформа – говорили, что тушенки не будет. Есть она, да?

Н. ТИМЕРГАЗИН: Да, консервы мясные так называемые.

А. ДУРНОВО: А рыбные?

Н. ТИМЕРГАЗИН: Рыбные тоже есть. Сыр… Надо было… Я говорю, вот 17 числа можно… Я просто не взял список есть.

А. ЕРМОЛИН: Мы бы сейчас попробовали бы. А не боитесь, что избалуете личный состав? Я помню, была такая шутка, кто такой… Про американцев тогда шутили – зеленый берет, да? Это такой парень крутой, который может рвать подковы, там выживать с любых условиях, три дня продержаться без туалетной бумаги.

Н. ТИМЕРГАЗИН: Анатолий, я скажу так: когда-то это начиналось, мы станем даже нас, офицеров. Конечно такая как бы у нас тоже была. Ну, какие-то вот заминки, скажем так. Тоже боялись, может быть вот этого аспекта, что можем избаловать (неразборчиво) осталось маму рядом положить, или там бабушку, или так далее солдату. Но я скажу, что во дворе, во-первых, уже XXI век, надо не думать мерками тех времен. И мы идем вперед, я скажу, что нет, все-таки всё, что вот делается, я скажу, мы отошли от этого сейчас. Эта боязнь которая была, что мы избаловали личный состав, нет этого. Вот показали… И учения показывают, и некоторые действия боевые… Мы по крайней мере в ВДВ людей с вопросом (неразборчиво). Все как надо, так и работает.

А. ЕРМОЛИН: Пока не ушли от пайков, а есть ли какие-то специальные питательные смеси? Ну, помните в свое время там особенно вот разведчики – это там грецкие орехи, мед, все это…

Н. ТИМЕРГАЗИН: Ну, это всякие протеины, нет. В ВДВ, в связи с тем, что вот такой интенсивность как бы то, что есть в пайке, нам достаточно. Специально для этих целей у нас нет. Может в спецназе где-то, это там я как бы, не готов сказать. Но именно в ДВ для этих целей мы не используем (неразборчиво).

А. ДУРНОВО: Только натуральное.

Н. ТИМЕРГАЗИН: Только натуральное. Вот эти пайки, которые по норме нам идут, мы ими пользуемся, и достаточно. В принципе я еще раз говорю, что мы все-таки и в полях сейчас много, и практически с полей не выходим, и личный состав ни разу еще не жаловался, и не жалуется. И вот (неразборчиво) те пайки, которые у нас есть, они на нас удовлетворяют в полном объеме.

А. ДУРНОВО: Если говорить о медицинской, санитарной части. Вот как это теперь организовано? Что-то изменилось за последние годы?

Н. ТИМЕРГАЗИН: По медицинскому, в принципе туда пока аутсорсинг не пришел, сильного изменения там нет. Но это больше не в моей компетенции, поэтому я бы хотел так… Там осталось так же, и у нас, скажу так, военная медицина – это наверное самое лучшее. Это вопросов не должно быть пока. По крайней мере, на данный момент.

А. ЕРМОЛИН: Вот вы говорили про то, что у вас есть специальное оборудование для приготовления пищи. Ну, вот у пехоты, скажем там, все представляют эти прицепные кухни походные, а вот вы, с чем десантируется подразделение, с точки зрения приготовления пищи?

Н. ТИМЕРГАЗИН: У нас есть малолитражные кухни, на группы по 5 человек. «МК5», «МК10», «МК20», есть «КП30». Небольшие кухни такие…

А. ЕРМОЛИН: А что из себя она представляет? Сколько весит?

Н. ТИМЕРГАЗИН: «МК10» и «МК5», они где-то ну, килограмм 5-7 неверное. Небольшие, в виде ящика с ручкой.

А. ЕРМОЛИН: Типа примусов что-то такое?

Н. ТИМЕРГАЗИН: Там примус, да. Там примус, и для отделения полностью приготавливаем пищу. А «КП30», «КП20» — это еще побольше, уже она очажная. То есть, можно топить дровами, можно топить с форсункой, с соляркой. И там уже котлы стоят, небольшие котлы тоже на взвод, на 30 человек вполне приготовить пищу. Первое, второе, третье. Три котла, всё. Так же у нас конечно и автомобильные кухни «КП ПАК 200», «М» новые модернизированные сейчас пошли на базе «Камазов», на базе «Уралов». Так же и 130-тки тоже прицепные, тоже мы используем в полном объеме. В принципе тоже они модернизированные, уже нового образца. Ну, идем дальше. Как бы если считать раньше, я сам тогда начинал. (Неразборчиво) это было одно, сейчас уже совсем по-другому. И вот полностью используем. Они очень хорошие кстати, и оправдывают себя везде. Вопросов тоже помимо…

А. ДУРНОВО: Я так понимаю, что это отечественное производство всё, да?

Н. ТИМЕРГАЗИН: Всё отечественное. У нас как бы чужого нет, все отечественное. Вот мы в один момент, даже вот мы десантировались на Новосибирские острова например. Мы с собой брали вот эти кухни, там «МК10» вот маленькие, и там как бы апробировали их еще раз, в условиях сильных морозов. Всё работает, никаких вопросов не было. Чисто проверили, как там действует. Все нормально, вопросов нет.

А. ЕРМОЛИН: (Неразборчиво) на вооружении не стоит?

Н. ТИМЕРГАЗИН: Нет.

А. ДУРНОВО: Напомню я, что в гостях у нас Нариман Тимергазин, заместитель командующего Воздушно-десантных войск по материально-техническому обеспечению, полковник.

НОВОСТИ.

А. ДУРНОВО: Продолжаем мы «Военный совет», Нариман Тимергазин, заместитель командующего Воздушно-десантных войск по материально-техническому обеспечению, полковник. Еде раз добрый день, ну и еще раз Алексей Дурново с Анатолием Ермолиным по-прежнему в студии.

А. ЕРМОЛИН: Я хотел от питания перейти к другой теме, которая не менее актуальна, и постоянно она пользуется популярностью, постоянно её обсуждают, это что происходит с обмундированием. Если можно поподробнее рассказать про ратник, пришел ли он к вам, и вообще что это за концепция, что это за комплект?

Н. ТИМЕРГАЗИН: Обмундирование тоже постоянно у нас идет обновление, соответственно идут и исследовательские работы, и (неразборчиво) у нас идут. На данный момент, на сегодняшний день, в войсках приняты на вооружение уже и снабжается… Вот у меня в ВДВ войсках сейчас полностью восточного округа меня обеспечен, центральный округ, сейчас западный округ до 1 сентября, так называемого комплектного ВКБО, всесезонный комплект базового обмундирования. Это совершенно новый, как бы скажем так вид обмундирования для вооруженных сил России, скажем. Если мы раньше подходили поштучно, комплект был летний, зимний, отдельно шло белье, отдельно шло обувь и так далее. Сейчас в этом комплекте всё в комплексе, начиная от носков, заканчивая головными уборами. И он всесезонный. То есть, там… Во-первых там около… 8 видов обмундирования получается. Первое – это получается белье нательное, термобелье. То есть, все сделано на… Ну, как уже… Как гражданское белье. Не отличает. Не как, а так и есть. Как вот мы принято одевать, покупать кто ездит на (неразборчиво).

А. ЕРМОЛИН: Белье, или термобелье?

Н. ТИМЕРГАЗИН: Термобелье.

А. ЕРМОЛИН: Оно же не только термобелье, оно же наверное и обычное белье?

Н. ТИМЕРГАЗИН: Обычное тоже. Но там нет комплекты, есть… Начиная от майки, есть термобелье, дальше идет летний камуфляж формы, потом идет влагонепроницаемое, отдельный комплект. И зимнее соответственно то же самое. Общий вес, если… Когда мы брали наше обмундирование, все складывали в мешок например и взвешивали, где-то около… Летнее, зимнее я имею в виду все если брать, около 12-15 килограмм оно весило. А вот это около 9 килограмм всего весит. То есть, намного ниже. Сейчас мы проводили еще раз говорю, учение на новосибирских островах, опробовали это обмундирование, полностью там опробовали. Ну, ни одного, просто скажу, за 2 недели работы, там более 300 человек у нас было, и морозы были от наверное до 35 до 40 градусов, ни одного больного. Ни одного больного у нас не было, даже насморка не было.

А. ЕРМОЛИН: А новосибирские острова – это где?

Н. ТИМЕРГАЗИН: Это (неразборчиво), север получается у нас.

А. ЕРМОЛИН: Ну, то есть это не Новосибирск? Это…

Н. ТИМЕРГАЗИН: Нет, это не Новосибирск.

А. ЕРМОЛИН: Я специально задаю этот вопрос, потому, что…

Н. ТИМЕРГАЗИН: Сейчас десантировались наши разведчики на Борнео, ближе к Северному полису уже. То же самое вот это обмундирование там применяли частично. То же самое, очень довольны, и оно прошло пробирование.

А. ДУРНОВО: То есть, это не… Извините мой может быть дилетантский вопрос. То есть, это не несколько комплектов форы, как например в полиции, это вот одна такая универсальная…

Н. ТИМЕРГАЗИН: Это одна универсальная форма. Комплект – он входит… Он в одном рюкзаке умещается, в одном рюкзаке. Получает военнослужащий полностью (неразборчиво) инвентарного имущества, у него оно лежит, лежит то есть… И одевается по сезону: холодно – оделся, вот этот комплект одел. Тепло – одел вот этот комплект, ну и так далее. То есть, это базовое обмундирование.

А. ДУРНОВО: И он его хранит, я прошу прощения, он за него отвечает.

Н. ТИМЕРГАЗИН: Да, за него отвечает. Но он контрактник, он может хранить его дома у себя соответственно, а срочник хранит в кладовой.

А. ДУРНОВО: А стирает он сам еще, или…

Н. ТИМЕРГАЗИН: У нас как? Вот опять же, есть опять же аутсорсинг по стирке у нас полностью. Можно сдать белье на этот… Но обычно контрактники, они сами стирают. Хотя еще вернусь к тому, что в казармах у нас сейчас на данный момент, в общежитиях солдатских, везде установлены стиральные машины, везде тоже. И пожалуйста, стирайте. Выдается порошок для этого, приходит вечером, может стирать сам именно в расположении, а можно сдавать и на стирку по аутсорсингу.

А. ЕРМОЛИН: Офицерский комплект как-то отличается от контрактника?

Н. ТИМЕРГАЗИН: Нет.

А. ЕРМОЛИН: То есть, это один универсальный комплект что для солдат, что для (неразборчиво).

Н. ТИМЕРГАЗИН: (Неразборчиво) никаких отличий.

А. ЕРМОЛИН: Вот мы, откровенно говоря, постоянно спорим, что все-таки лучше вот современная технология, да? Когда ты потеешь, влагу выпускает… Ну понятно, что это современная технология, очень интересная, очень правильная, очень комфортная, или все-таки идти традиционным путем, то есть хорошие ХБ, хорошие полушерстяные материалы. А то ведь и то и другое надо правильно носить. Вот вы кстати учите ребят, как пользоваться этим обмундированием? Н. ТИМЕРГАЗИН: Конечно. Вплоть до того, что у нас на каждой воинской части, где уже получили… Прибывают туда представители фирмы, которая шьет. Это наша же фирма, питерская фирма. Они прибывают, и проводят специальные занятия по ношению формы одежды. Как она, что. Потому, что да, это все-таки новая форма, и они проводят с нами занятия. Вот даже сейчас у нас будет проводиться во Пскове сборы с 19-го, по 23-е число. Даже для офицеров мы будем проводить это занятие, и будет представитель фирмы, который изготавливает. Он будет для наших офицеров, командиров частей и соединений проводить занятия по ношению формы одежды.

А. ЕРМОЛИН: Потому, что это же тепловой режим, одно дело (неразборчиво) вот так по жизни…

Н. ТИМЕРГАЗИН: Да, своя специфика. Начиная от того, когда, при каком температурном режиме носить вот этот вид формы, при каком температурном режиме такой вид формы, и так далее. И заканчивая тем, что какие знаки как наносятся. Там получается у нас, если повседневная жизнедеятельность, когда мы пользуемся этой формой, у нас должно быть бирки желтого цвета. Если в полевых условиях, уже когда мы выходим или на боевые действия, соответственно там сазу другие бирки, они зеленого цвета соответственно под камуфляж сделанные, ну и та далее. То есть, занятия обязательные. Мы обязательно проводим потому, что да, там базовый комплект (неразборчиво).

А. ДУРНОВО: А что с обувью?

Н. ТИМЕРГАЗИН: Обувь тоже нашего производства. Фирма «Фрадэ» идет, и так же фирма, которая делает у нас вот эту (неразборчиво). Обувь хорошего качества, три вида обуви там: летний, зимний, и демисезонный.

А. ДУРНОВО: Это ботинки?

Н. ТИМЕРГАЗИН: Ботинки.

А. ЕРМОЛИН: Берцы.

Н. ТИМЕРГАЗИН: Берцы, да.

А. ДУРНОВО: А что это, скажите пожалуйста.

А. ЕРМОЛИН: Берцы – это… Скажите.

Н. ТИМЕРГАЗИН: С высоким голенищем, скажем так. Высоким голенищем на шнурках получается. И вот три вида тоже. Раньше если у нас один вид был, такой, ну хорошего качества (неразборчиво), но в ней тяжеловато было. А сейчас оно на все сезоны.

А. ЕРМОЛИН: Собственно берцы из ВДВ то и пришли. Потому, что голеностоп держит при приземлении… То есть…

Н. ТИМЕРГАЗИН: Да, мы открыли. Раньше у нас были специальные прыжковые ботинки такие, как берцы. И после этого они как раз и пошли, и подошвой такой широкой.

А. ДУРНОВО: Сейчас еще один задам дилетантский вопрос. А портянки есть?

Н. ТИМЕРГАЗИН: Нет.

А. ДУРНОВО: Всё, от этого тоже ушли?

Н. ТИМЕРГАЗИН: Ну, от этого мы ушли. Носки у личного состава, выдаем носки, то есть по норме они прошли у нас. Поэтому вот еще раз говорю, что (неразборчиво) у нас стирает, можем стирать. И сами они, специально для этого мы поставили в казармах стиральные машины. То есть, всё. От портянок мы отказались. По крайней мере в ВДВ портянок уже нет.

А. ДУРНОВО: Ну НЗ только есть…

А. ЕРМОЛИН: Негде уже наверное нет. Хотя, вещь в общем-то такая грамотная, и…

Н. ТИМЕРГАЗИН: Никто не говорит. Здесь есть моменты какие… Здесь… Я как бы двояко, иногда вот полевых выходах оно конечно… Ну, портянка как бы быстрее просушить было, и это… Ну… Здесь тоже двояко можно говорить, но все-таки на дворе уже XXI век, ну как? Проще носки наверное почаще менять, и всё. Какие проблемы? Ну, портянка – это уже со времен Петра I (неразборчиво) еще наверное.

А. ЕРМОЛИН: Да. Так, мы значит поняли, как у вас личный состав живет, как он питается, как он обут. А что нового с вооружениями происходит? Вот есть ли какой-то прорыв в личных вооружениях, и в вооружениях скажем так взвода, роты, батальона. Вот что новенького такого…

Н. ТИМЕРГАЗИН: Конечно, в этом направлении тоже идет большая работа. Есть концепция развития перевооружения, по ней мы работаем. Если взять по стрелковому оружию, которое лично. Это идет у нас в структуре вооруженных сил в общей системе вместе с сухопутными войсками. То есть, мы видим такой же вид оружия, как и в сухопутных войсках, Так же, как и этот. А своя специфика ВДВ – это техника, вооружение и техника, которая… Ну, для нас это авиатранспортабельность и авиадесантированность. На данный момент, на базе вот у нас института на Кубинке, проходит испытания «БМД 4М», и «БТР МДМ». Нового вида техники для нас соответственно. Первый этап уже испытаний прошел, конец испытания к первому… Планируем закончить испытания к 1 декабрю. Пока идет все по плану, серьезных проблемных вопросов нет, и данная техника вот и «БТР», и «БМД 4М», показывает себя в принципе с лучшей стороны, и те тактико-технические задания, которые мы давали промышленности, чтобы она была авиатранспортабельна, и увеличить боевую мощь, и увеличить соответственно все качества, которые мы задавали, они в принципе соблюли, и все включили в эту машину. И нам она… На данный момент она подходит. Вот в этом направлении мы сейчас развиваемся, и работаем. Так же в войска поступило уже 8 единиц «БТР МДМ», этих же машин, и «БМД 4М», это во Пскове, в Туле и в Рязани у нас будут проходить уже войсковые испытания, и сейчас с 1 июня мы приступаем уже к войсковым испытаниям данных видов машин. Опытно-войсковой.

А. ЕРМОЛИН: А в чем принципиальная разница от «БМД 2» например.

Н. ТИМЕРГАЗИН: Во многом. В несколько раз увеличивается боевая мощь, потому что там соответственно уже 2 пушки у нас. Кроме того трансмиссия, ходовая часть полностью изменена. Броня мощная. За счет того, что используем компоновочные материалы, а массу мы оставляем так же потому, что у нас десантирование должно быть. И основное требование – так, чтобы не менее двух десантировать самолетов в военно-транспортной авиации. Если мы (неразборчиво), то нам это уже не выгодно. Поэтому мощь возрастает. Очень много роты, взвода, боевая мощь возрастает, потенциал взвода очень сильно увеличивается. С введением данных машин, с принятием их на вооружение, мы намного потенциал повышаем.

А. ЕРМОЛИН: Вот не секрет, что ВДВ называют войсками дяди Васи, в честь Маркелова.

Н. ТИМЕРГАЗИН: Да.

А. ЕРМОЛИН: И в свое время по сути дела им была проведена настоящая революция, когда появились специальные самолеты, появилось специальная десантируемая техника. Ну и собственно вот с опорой на эти вооружения, новые способы действий по сути дела были связаны с появлением этой техники, этих вооружений. И были самые известные события в Афганистане. Вот нет у вас такого ощущения, что с 80-х годов вот сейчас никакого прорыва в принципе пока не происходит. Ну, то есть те самолеты, те же «БМД»… Вооружение чуть-чуть… Ну, не чуть-чуть, может быть принципиально улучшаются, но в целом вы чувствуете потребность в каких-то принципиально новых вооружений?

Н. ТИМЕРГАЗИН: Позвольте во-первых с вами не согласиться. Потому, что прорыв… Конечно прорыв он такой грандиозный может я не скажу, но работа сейчас очень серьезно ведется. И по авиации у нас (неразборчиво) видам самолетов «ИЛ 90» так называемый, который принципиально новый вид самолета должен появиться, и эти работы ведутся, и соответственно я скажу, что нельзя сказать, что ничего в этом направлении тоже не ведется. Так же мы работаем и над очень много… Например работаем над колесной техникой. Если вот мы говорили про… Сейчас например мы занимаемся «Тиграми» с военно-промышленным комплексом (неразборчиво). Например «Тигры», которые они сделали для сухопутных войск. Сейчас мы прорабатываем вопрос, чтобы их использовать и для ВДВ. И в том числе сейчас уже мы на стадии того, что начнем наверное (неразборчиво) испытания десантирования этих «Тигров», чтобы они подошли под ВДВ. Соответственно где-то что-то мы уменьшим. Потому, что масса все-таки не позволяет для сухопутных это один вариант, для нас – совсем другой. Так же… А по вооружению, по стрелковому вооружению вообще там мы наравне с сухопутными войсками идем, там в принципе проблем нет. Мы работаем, и уже в войска принимаем новые виды вооружения. Конечно сказать, что вот прорыв такой, что были… Бегали там с саблями, а теперь сразу с этими, такого оно может не видно глазу, но мы не останавливаемся. И перспектива есть, и есть прогресс, и мы не говорим, что мы такие вот беспомощные.

А. ДУРНОВО: Ну, вот это мы про технику, а стрелковое вооружение, что-то поменялось?

Н. ТИМЕРГАЗИН: Ну, по стрелковому вооружению, я еще раз говорю, мы в формате вооруженных сил работаем, оно у нас одинаково. Единственное, что у нас при десантировании как бы на десантировании приклады (неразборчиво) оправдали. Тоже поменялось, мы новые вида автоматов (неразборчиво) например. Пистолеты Ярыгина приняли на вооружение вместо «ПМ», и так далее. Так же новые виды минометов артиллеристского вооружения тоже работаем. Так же мы работаем над артиллеристским видом вооружения – это «СПРУТ МДМ» тоже. То есть, десантируемый вариант – это мощное 120-миллиметровое орудие будет у них. То есть, сейчас на выходе уже к концу года я надеюсь, что мы выйдем уже на (неразборчиво).

А. ЕРМОЛИН: Ну, вот ваши войска были первыми, где серьезно внедряются автоматизированные системы управления боем в тактическом звене. Что сейчас с этим?

Н. ТИМЕРГАЗИН: Да, мы работаем над этим тоже. У нас внутри полностью… Вот мы переходим на систему управления «АСУ Андромеда». Очень она хорошо себя показала, сейчас мы модернизируем нашей боевой машиной пехоты… Машины десанта «БМД 2», и устанавливаем туда вот эти системы, и на поле боя получается полностью автоматизированное до командира полка, и соответственно до управления, до командования ВДВ в единой системе… Работает уже эта система.

А. ЕРМОЛИН: А на нижнем уровне, кто имеет доступ в ту систему?

Н. ТИМЕРГАЗИН: В систему командир отделения.

А. ЕРМОЛИН: Командир отделения?

Н. ТИМЕРГАЗИН: Да. То есть, в каждой машине мы… Модернизация пока не во всех пока, мы потихоньку идем. У нас выделены средства согласно плану перевооружения, мы…

А. ЕРМОЛИН: Это бортовой компьютер, или вот все-таки (неразборчиво) идет дело.

Н. ТИМЕРГАЗИН: Бортовой. Это бортовой, а в штабах он разворачивается, в состав входит (неразборчиво) каркасные палатки, там мониторы, и так далее. А внизу на поле боя – это в машине бортовой компьютер. У командира отделения, и соответственно…

А. ЕРМОЛИН: Ну, вот одна из задач при разработке такой системы заключалась в том, чтобы резко сократить время, необходимое на… Ну не просто принятие решения, а на оформление, на передачу. Вот реально это работает? И есть сокращение?

Н. ТИМЕРГАЗИН: Это работает. Есть, конечно сокращения есть. Но единственное, что необходимо с офицерами и с личным составом… Перед тем, как они поступают на вооружение, скажем так, надо проводить занятия. Не большие там, но подготовительные мероприятия провести все-таки. Это компьютер не каждый еще у нас приходящий контрактник может пользоваться даже элементарными там (неразборчиво) вот надо проводить занятия. А когда уже проведены занятия, там на много уменьшается время подачи информации, самое главное. Для нас это самое главное. Там время подачи намного сокращается, и второе что, это самое главное – сопряжение с другими системами управления. А вот в этом «Андромеде» как раз вот это включено, что они сопрягаются самое главное, с другими и родами видов войск, где у нас работает… Вот эти системы, там у нас «Андромеда», они с сопряжением идут. Это у нас тоже вот учли, и конструктора когда делали, все у нас (неразборчиво).

А. ЕРМОЛИН: Как вы считаете, это до сих пор эксперимент, или это уже достаточно широко внедряется…

Н. ТИМЕРГАЗИН: Нет, это уже не эксперимент, это… К сожалению это необходимость, и она внедряется широко, и мы (неразборчиво) национальный центр обороны, наверное там… Это всё мы учитываем. Поэтому это уже необходимость, это однозначно.

А. ДУРНОВО: Хотелось спросить вас еще отдельно про инфраструктуру. Что-то строится для нужд ВДВ новое?

Н. ТИМЕРГАЗИН: Я даже скажу так, что в ВДВ сейчас ведутся огромные объемы работ по улучшению инфраструктуры наших военных городков. Согласно планов развития базовых военных городков конца 12, начала 13 года принятых, мы провели во-первых оптимизацию военных городков. В конце 12-го года в ВДВ у нас где-то на балансе стояло более 80 городков. Когда мы провели оптимизацию… То есть, избавились от тех не профильных городков, которые в принципе нам не нужны были, мы их только охраняли. Сейчас на данный момент, у нас где-то в районе 40-45 городков осталось. И во всех, практически во всех городках в этих ВДВ идут строительные работы. Они включены… У нас в план строительства были включены, в план развития, и во всех идут работы. Многомиллиардные контракты заключены, и я скажу, что вот опять же можно будет 17 числа, когда день открытых дверей во всех частях будет проходить, пройти, посмотреть как это всё выглядит. Мы полностью… Начинаем конечно реконструкции всегда с объектов первой необходимости – это оказание жилищных фондов, это казармы ремонтируем, общежития ремонтируем, столовые, или реконструируем их, или полностью строим новые. Если мы видим, что они уже не подвластны ремонту, лучше построить новые. Или строим новые. То есть, а здесь обращаем внимание конечно мы, что кубриковая система. Практически во всех казармах и общежитиях мы вводим кубриковую систему. Обращаем внимание так же, что душевые обязательно, это обязательный атрибут.

А. ЕРМОЛИН: (Неразборчиво) в кубрике человек живет, не все знают.

Н. ТИМЕРГАЗИН: От 3 до 8 человек. То есть, отделение может жить 8 человек, или полгруппы 3-4 человека. От 3 до 8 человек. Во всех солдатских общежитиях, во всех казармах сейчас обязательное является требование – устанавливаем душевые кабины. Обязательно горячее водоснабжение. Если раньше это вот только было единичное, сейчас это уже всё. В ВДВ к концу года если будем говорить, что не будет наверное казарм или общежитий, где не будет горячего водоснабжения, и где не будет душевых кабинок. Так же в казармах устанавливаем сейчас вот стиральные машины, я возвращаюсь, что на один взвод – одна стиральная машина. Для взвода выданы сейчас согласно норме, введены моющиеся пылесосы, так же оборудуются чайные комнаты. Раньше если вот… Ну, опять же Анатолий (неразборчиво) солдат скрывал, что там пил чай где-то в каптерке. Сейчас это узаконено вполне, есть специальные комнаты. Для этих целей выделяется по норме и чайники, и соответственно необходимый сахар, чай и так далее. Чайная комната. Кроме того, мы строим объекты социально-бытового. Это в каждом городке практически, который находится в центральных городах, и где более 300 человек личного состава, мы строим обязательно – это бассейн, это спортзал типа Атланта или Старта. Строим ледовый каток, и культурно-досуговый центр, клуб так называемый. Культурно-досуговый центр – более расширенное понятие.

А. ДУРНОВО: Кинотеатр…

Н. ТИМЕРГАЗИН: Кинотеатр, библиотека… Места для проведения занятий на кружках, то есть… И обязательный атрибут который мы требуем, и (неразборчиво), что они располагаются на границе территории воинской части, и с другой стороны, чтобы выход был на территорию (неразборчиво). Чтобы могли туда приходить, во-первых, и семьи военнослужащих, во-вторых, конечно… Ну, и городское население. В принципе это возможно, и мы рассматриваем эти вопросы.

А. ЕРМОЛИН: Интересное решение, я первый раз об этом слышу. Такой вариант гарнизонного дома офицеров. ГДО, как это называлось.

Н. ТИМЕРГАЗИН: Я не только…

А. ЕРМОЛИН: Ну я понимаю, да.

Н. ТИМЕРГАЗИН: Это и бассейн, и спортзал можно посещать. То есть, во время занятий личного состава – да. А в вечернее время можно с детьми придти, позаниматься офицерам там же. Вот это мы… Обязательно требуют (неразборчиво).

А. ЕРМОЛИН: А какие у вас есть в вашей сфере прорывные разработки? Вот я не случайно спрашиваю, тут Галя интересуется: «А какие-то разработки могут послужить развитию гражданской экономики»? То есть, есть ли что-то такое, что может от вас перейти вот в пользование обычных людей. Из той же формы, из того же питания. Есть такие примеры?

Н. ТИМЕРГАЗИН: Примеров наверное много конечно. В принципе, как бы не моя прерогатива, над этим как бы наверное работаем. Но даже тот же (неразборчиво), почему бы его не использовать те же даже нефтяники где-то, где мы выезжаем. Ну, в чем проблема? Форма. Это же великое дело, только расцветку измени для тех же опять же (неразборчиво) крайнего севера и так далее. Это можно использовать конечно, но это прерогатива больше наверное промышленности.

А. ЕРМОЛИН: Кстати нет у вас претензий к качеству материалов? Потому, что одно время для нас откровением было в эфире, когда кто-то из ваших коллег, из армейских сказал, что форма-то по новым лекалам сшита, но материалы самые дешевые. И того вот эффекта не получалось.

Н. ТИМЕРГАЗИН: К сожалению, искажения везде есть, наверное бывают искажения. И тогда по этому форме… И когда принималось… Ну, это я понимаю, о чем мы говорим, там искажения небольшие были. А вот данная форма, которая принята сейчас на вооружение, она прошла всесторонние (неразборчиво) испытания. Она проходила в том числе и наш 45-й полк её носил. Опробовал, апробирование проходило в течение года, и они как бы испытания. Только после этого были приняты. Если оно сшито по тем (неразборчиво) которые им заданы (неразборчиво), то вопросов у меня нет. Мы проблем пока не видим. По крайней мере мы первый год конечно эксплуатируем, посмотрим конечно. Мы еще отзывы пишем, но пока на данном этапе, пока у нас проблем, вопросов не было. В восточном округе у нас 2 бригады, там уссурийские Улан-Удэ уже полгода где-то носят, претензий пока нет.

А. ЕРМОЛИН: А вы экспертизу можете делать? Вот допустим сейчас… Знаете, как в жизни тоже бывает. Покупаешь хороший кофе, через год покупаешь то же самое, но полная ерунда. Вот как его проверить? Потому, что ведь на глазок не проверишь, насколько соблюдают технологии.

Н. ТИМЕРГАЗИН: Соответствующие структуры у Минобороны есть, конечно. В воздушно-десантных войсках их нету, но Минобороны конечно над этим стоит. И контрольные органы, и… Всё проверяется, и всё контролируется. Человеческий фактор если не сыграет, все остальное, здесь вопросов не должно быть.

А. ДУРНОВО: А ваше мнение при этом учитывается? Вот ваш отзыв?

Н. ТИМЕРГАЗИН: Конечно, конечно, это обязательно. Я же говорю, они проходили (неразборчиво) например в 45-м полку. Мы полностью отзывы им давали, характеристику, какие вопросы, какие… И при проведении испытаний обязательно присутствовал представитель фирмы, который рекламировал, которое это изделие изготавливает. И здесь все недостатки изначально. Они вот даже мы когда прибыли в Варнао, они сразу записывали, и устраняли по ходу испытания.

А. ДУРНОВО: Ну что же, большое спасибо. Будем заканчивать потому, что время наше подошло к концу. Нариман Тимергазин, заместитель командующего Воздушно-десантных войск по материально-техническому обеспечению, полковник. О задачах материально-технического обеспечения, и перспективах переоснащения подразделения ТО новыми видами специальной техники мы говорили. Спасибо вам большое, Анатолий Ермолин, Алексей Дурново, мы прощаемся до следующего раза.

Н. ТИМЕРГАЗИН: Спасибо большое, еще раз 17 всех приглашаю в части ВДВ. Спасибо большое, до свидания.

Комментарии

1

Пожалуйста, авторизуйтесь или зарегистрируйтесь, чтобы оставить комментарий.

17 мая 2014 | 13:06

По поводу полевых кухонь: МК10,20, КП130, ПАК200- это всё техника семидесятых, так что ничего нового.

Самое обсуждаемое

Популярное за неделю

Сегодня в эфире