'Вопросы к интервью
Е.АФАНАСЬЕВА: Добрый вечер, в эфире «Телехранитель», программа о сути телевидения, о тех, кто определяет и хранит эту суть. В студии Елена Афанасьева. Как всегда по воскресеньям, говорим мы с вами о программах, событиях и антисобытиях, которые влияют на то, каким наше телевидение будет сегодня и завтра. Сегодня мы будем говорить о том, как выглядит сегодня в телевидении и в кино Владимир Высоцкий, потому что, как вы знаете, на этой неделе вышел фильм «Высоцкий. Спасибо, что живой», и также очень много документальных проектов и программ вышло в последнее время, таких, как «Достояние республики», и фильмов по телевизору. Поэтому, как глазами телевидения и кино выглядит сегодня Высоцкий, мы, естественно, будем говорить с теми, кто делал фильм. Никита Высоцкий, сценарист фильма и продюсер. Здравствуйте, Никита Владимирович.

Н.ВЫСОЦКИЙ: Добрый вечер.

Е.АФАНАСЬЕВА: Анатолий Максимов, продюсер фильма.

А.МАКСИМОВ: Добрый вечер.

Е.АФАНАСЬЕВА: Вы пять лет жизни отдали этому фильму. Пожалуйста, ваши вопросы. Вы, наверно, знаете, что у нас большие проблемы с сайтом, он просто лежит, поэтому все ваши вопросы, я вчера вечером видела, что их было очень уже больше 70, что показывает достаточно большой интерес наших слушателей и пользователей сайта, к сожалению, мы их не можем открыть. Уважаемые слушатели и пользователи, которые эти вопросы задавали, +7-985-970-45-45 наш смс-номер, повторяйте их, пожалуйста. Также наш vyzvon в Твиттере, также можете задавать на мой аккаунт в Твиттере elenaafanasyeva в одно слово через y. Вот этими средствами связи мы будем пользоваться. Во второй части программы вы сможете поговорить с моими гостями по телефону. Надеюсь, кто-то по ссылкам, которые в Твиттере выкладывали мои коллеги, может видеть Сетевизор сейчас, потому что есть возможности по ссылке зайти и посмотреть. В крайнем случае, радио работает ведь, это основное, чем «Эхо Москвы». Слушайте радио, остальное – видимость. Уважаемые гости, какое ощущение после трех первых дней проката? Никита, я вижу, лица на вас нет, тяжело вам?

Н.ВЫСОЦКИЙ: Я довольно много поездил, полетал в предпремьерную неделю, поэтому, может быть, действительно у меня вид усталый. Но я очень доволен картиной, как она получилась, мне нравится, что она вызывает интерес, внимание, иногда очень полярные суждения. Но оценить можно будет только, конечно, по прошествии времени, и поговорить, и послушать, и почитать реакцию. Вы начали с того, что было очень много передач об отце. Я считаю, что про это точно можно сказать, что это удача, это хорошо, потому что вообще вот это ощущение, что рукописи не горят, золото не ржавеет, что все хорошее останется само собой, и не надо упираться, не надо Высоцкого так вот в телевизор… знаете, мы проводили один опрос, и 9 процентов людей на выходе из кинотеатров, когда им показывали фотографию Высоцкого с гитарой, 6 сказали, что это Чак Норрис, три – что это Джеки Чан. Время уходит, поколение, которое выросло на Высоцком, оно есть, но пропорции смещаются, и это очень хорошо, что Высоцкий последние недели был в информационном поле. Это хорошо само по себе, даже без картины. А уж картина, я повторяю, мне кажется, интересная, и если этот поток информации об отце заведет людей в кинотеатр, я думаю, это будет тоже правильно, хорошо.

Е.АФАНАСЬЕВА: Это Никита Высоцкий, продюсер и автор сценария фильма «Высоцкий. Спасибо, что живой». Анатолий Максимов, продюсер фильма.

А.МАКСИМОВ: То, что сейчас происходит, для нас результат множественных усилий и колоссального времени ожидания, потому что когда-то мы сидели за столом и мечтали – люди посмотрят, увидят. Вот сейчас это и происходит. Это уникальный момент в жизни фильма, безумно короткий, потому что фильм – это такое хрупкое существо, которое живет, бабочка какая-нибудь, живет она очень недолго, в темноте. Из залов скоро, к сожалению, фильм выгонят, гораздо раньше, чем нам бы этого хотелось, потому что следующие бабочки должны туда заходить. Тем не менее, сейчас вот эти удивительные моменты, когда и случается жизнь фильма. Почему не на телевидении живет кино, почему даже не на (неразб.), тем более, не на Интернет-просмотрах? Там слишком много задействовано рецепторов человеческих, в которые мы одновременно сразу пытаемся попасть. Это множественный язык, на котором мы пытаемся общаться с аудиторией. Это не только цвет, потому что цвет корректируется фильмом, не только звук, потому что там 5:1 канал в кинотеатре. Это ощущение зала, потому что фильм каждый раз другой. Если мы смотрим фильм в одиночку, это безвыходное с энергетической точки зрения удовольствие, потому что только когда мы находимся рядом с другими людьми, поэтому один показ фильма не похож на другой, и каждый раз в зале это новое кино. Потом, обмениваясь энергиями с тем, кто находится рядом с нами в зале, одновременно что-то переживая или не переживая, мы формируем у себя ощущение фильма. Начали мы хорошо, у нас старт, если сравнивать с западными аналогами, (неразб.) для современного отечественного кино, мы стартовали лучше, чем «Кот в сапогах». Это неожиданно.

Е.АФАНАСЬЕВА: Я вчера хотела родителям билеты купить, вот здесь рядом, в «Художественном», висела такая табличка, я вам даже сейчас фотографию показала, распечатана на принтере: «На фильм «Высоцкий» на такие-то сеансы проданы», они же от руки, видно, уже отчаявшиеся продавцы билетов, написали, на сегодня и завтра продано все.

А.МАКСИМОВ: В разных регионах по-разному. В Москве, действительно, где мы есть, мы видим – хорошо, мы видим аншлаги, что редкость вообще для кино, а для нашего кино диковинно, это правда. Этому можно радоваться. Главное ощущение, которое сейчас у нас складывается от этого встречного контакта – как будто в одном народе существует два или больше народов, и мы можем это увидеть. Вот у меня есть такое разгружающее, мы же устали очень, когда все это делали, и вот единственное удовольствие – это такое энергетическое плавание. Если бы мы в кино его снимали, его можно было бы снять при помощи компьютерной графики. Я стою в дверях, мешаю до известной степени проходу, и вижу лица людей, которые выходят на свет, у них гаснут вот эти искорки, которые на них лежат, тех энергий, с которыми они общались, они уже звонят в мобильные телефоны, начинают что-то делать, но здесь я вижу эту реакцию свою. Еще прочел в Интернете такого же рода комментарий – а что случилось, почему заплаканные? А это из кино люди выходят. И то, как они реагируют на фильм и то эмоциональное воздействие, которое на них оказывают, естественно, на всех, кому-то эти близко, кому-то это не нужно, но вдруг обнаруживается, что мы живем… несколько дней подряд мне лучше жить, вот так могу сказать. То, что я вижу большое количество людей, которые переживают то же, что переживали мы, которые с нами базово согласны. Это удивительное ощущение, которое, наверно, другим способом нельзя получить. Просто проплыть в потоке своей энергии, которую тебе возвращают люди.

Е.АФАНАСЬЕВА: Это Анатолий Максимов, продюсер фильма «Высоцкий. Спасибо, что живой». В студии «Эха Москвы» также Никита Высоцкий, автор сценария и продюсер фильма. Пожалуйста, ваши вопросы +7-985-970-45-45 наш смс-номер, потому что сайт по-прежнему лежит, мы не можем прочесть те вопросы, которые вы прислали заранее, повторяйте их, пожалуйста. Естественно, вопрос, на который вы отвечали чаще всего в последнее время, но так как на «Эхе» мы с вами об этом еще не говорили – почему скрыли исполнителя роли Высоцкого? Я понимаю, вам, наверно, надоело отвечать на этот вопрос, но придется. Кто начнет? Анатолий, Никита? Я знаю, что вы даже начинали пробоваться на эту роль.

Н.ВЫСОЦКИЙ: Мы пошли по пути максимального внешнего подобия нашего кинообраза человека, которого нет уже больше 30 лет с нами, понятно, и внешнему, и внутреннему. Если коротко отвечать на ваш вопрос, если вы зайдете в зал, зная в лицо человека, которого мы изменили до состояния неузнаваемости, а узнаваемости Высоцкого в нем, вы будете оценивать работу гримеров, операторов, звукорежиссера, монтаж, и так далее. Вы не будете смотреть картину. Мы просто ставили эксперимент, мы показывали картину, пока не было титров, говоря фамилию, и люди не помнили примерно треть картины потом, когда мы с ними на фокус-группах разговаривали. Это нужно для того, чтобы вот эта короткая жизнь в кинотеатре у картины как можно больше состоялась, чтобы ничто не мешало людям смотреть кино. Я вот так думаю. И потом, представьте себе, мы же проводили когда пробы, перепробовали многих актеров, которые по возрасту и по фактуре нам были интересны, нам казалось, они могут сыграть Высоцкого. Мы смотрели, и это невозможно, Высоцкий без голоса – невозможно. Но, как только Высоцкий с голосом Высоцкого, но с лицом не Высоцкого – это такой эффект комического несоответствия. Поэтому мы пошли по такому, очень, кстати, рисковому, никто до нас в таком объеме не занимался, это не только пластический грим, это огромная работа. Но, в первую очередь, это актерская работа, актер сделал огромную работу. Я бы так сказал – я хочу, чтобы рано или поздно люди узнали его фамилию, чтобы он получил благодарность людей за то, что он сделал.

Е.АФАНАСЬЕВА: Я хочу сказать от себя, что, по моему ощущению, это настоящий подвиг актерского самоотречения – раствориться в своем персонаже. Сейчас, наверно, этому человеку очень обидно, потому что критикует, кто-то считает, что знает, все люди знают, кто это играет. С другой стороны, есть даже такая группа, я читаю всякие социальные сети, которые очень жалеют человека, которого они считают исполнителем роли, как же вы его спрятали за железной маской. С другой стороны, я представляю, что бы было, если бы была объявлена фамилия сразу, какой бы поток, мягко говоря, критики в адрес этого человека повалился еще до того, как человек пришел в кинотеатр. То есть, растоптали бы – как ты посмел играть Высоцкого, наше все, да?

Н.ВЫСОЦКИЙ: Его решение, вот этого актера, это очень «высоцкое» решение. Я думаю, что мой отец, если стоял бы вот так вопрос, вот для дела нужно, он бы, не задумываясь, тоже согласился бы, чтобы убрать фамилию свою. И больше того, бывали случаи, когда он так делал, по другим мотивам, по другим причинам. Это, я повторяю, очень мужское, очень «высоцкое» решение. Я рад, что мы об этом говорим, но я думаю, что, конечно, рано или поздно это надо будет объявить. Не для того, чтобы потешить его самолюбие, а просто это будет по-человечески правильно для него.

Е.АФАНАСЬЕВА: Наташа задает вопрос по смс: «Скажите, пожалуйста, а кто озвучивал Высоцкого? Сам Никита?» Голос кто дал? Все остается загадкой на долгое время

А.МАКСИМОВ: Посмотрим, чтобы ответить на эти вопросы как-то обобщающим способом. Мы же это делаем не для себя. Многие говорят, что это маркетинговый ход. Наверно, он вырос в маркетинговый ход тоже сам по себе. Мы не (неразб.) никаких дискуссий в Интернете, они все сами, накручивали люди сами себя.

Е.АФАНАСЬЕВА: До того, как фильм уже вышел, мне казалось, две-три фамилии люди называют. Я, когда посчитала количество версий, я насчитала 18, я даже не знаю некоторых актеров.

А.МАКСИМОВ: Мы скажем так – это, скорее, художественная неизбежность, чем маркетинговая необходимость. Неизбежность в чем? У Жванецкого есть гениальный афоризм о том, почему нам надо слушать человека, давайте лучше разглядывать, вот он, кривая же рожа, что он умного может сказать? Вот ощущение, что отношение к актеру, каким бы он ни был, даже если он дебютант, все равно, ну как можно было такую роль доверить такому человеку? (неразб.) Никита Владимирович, а потом сказал огромный просто пласт фильма, потому что вот это первое шоковое ощущение… один актер, с которым мы говорили об этой роли, сказал – это был гигант, а я карлик. А это известный, большой актер. Ну как карлик может сыграть гиганта? Не знает он психофизики, как он движется, что с ним внутри происходит. Поэтому сейчас вот эта идея удержания и закрытия, она связана прежде всего с фильмом, а не с тем, чтобы привлечь какой-то дополнительный к фильму интерес. Это побочный продукт нашей установки. Главная установка была: Высоцкий — не значит, что он таким был на самом деле. Это тот Высоцкий, которого мы видим, с которым мы проживаем три дня его жизни, и все. Это не ЖЗЛ, не прижизненный или посмертный памятник, это наше видение героя. И для того, чтобы в столь короткое время на экране, которое у нас есть, не отвлекать ничем другим, просто смотреть на Высоцкого. По-моему, намерение наше не предосудительно.

Е.АФАНАСЬЕВА: Как я понимаю, кино смотрят те, я смотрела по своему сыну, которому 14 лет, он со мной смотрел фильм, для него Высоцкий, конечно, не то, что был для нашего поколения. Ну, он слышал какие-то песни, сейчас, может быть, больше будет, но это не тот кумир поколений, не икона. При этом он смотрел фильм, как фильм. Наверно, достаточно большой комплимент для создателей – молодое поколение, не знающее Высоцкого, воспринимает фильм, героя как героя фильма. Есть антигерои, антиподы, и что с ними происходит, для них интересно.

А.МАКСИМОВ: Одну ошибку мы сделали только, мы стали рассказывать о технологиях, сами не понимая, почему, какое-то недержание информации у нас произошло.

Е.АФАНАСЬЕВА: То есть, сейчас вы жалеете, что рассказывали про грим?

А.МАКСИМОВ: Да, я сейчас понимаю – зачем мы рассказывали про грим? Но вот так, сделано, и сделано, кому-то надо будет повторить, мы расскажем. Это действительно большая ошибка, и расписывать это, наверно, не имеет смысла лишний раз. Просто многие очень говорят о том, что видно же, что маска, мертвое лицо. Это не так просто в довольно высокой степени, потому что…

Е.АФАНАСЬЕВА: Вероятно, когда вы раскроете тайну, вы где-то уж покажете, как это все делалось, этот сложный грим, и насколько он живой или неживой.

А.МАКСИМОВ: Просто стали смотреть на маску. Теперь не смотрят актера, ну как же, ну лицо-то неживое. Лицо абсолютно живое, он играет лицом, там нет ничего из компьютерной графики, мы отказались от идеи 3D-головы, которую можно было сделать на очень раннем этапе, просто потому что она мертвая будет. Это его глаза, это его кожа, под слоем чего-то, но она абсолютно движется, она живая.

Е.АФАГАСЬЕВА: Мы сегодня говорим о фильме «Высоцкий. Спасибо, что живой», о том, каким Высоцкий предстает сейчас в кино и на телевидении. Говорим мы с Никитой Владимировичем Высоцким, продюсером и автором сценария фильма, с Анатолием Максимовым, продюсером фильма. После новостей мы вернемся в студию, в программу «Телехранитель».

НОВОСТИ

Е.АФАНАСЬЕВА: Мы продолжаем программу «Телехранитель». В студии Елена Афанасьева. Говорим мы сегодня о Высоцком, каким он предстает сегодня, в 2011 году, по телевидению и в кино. Поводом стал фильм «Высоцкий. Спасибо, что живой», который стартовал 1 декабря, показ его. В гостях Никита Высоцкий, автор сценария и продюсер фильма, продюсер фильма Анатолий Максимов. Пожалуйста, +7-985-970-45-45, уважаемые слушатели, смс сейчас практически единственная форма нашего с вами общения, потому что сайт лежит. Из тех вопросов, которые я вчера успела вечером прочитать на сайте, было сразу несколько, Никита, наверно, к вам, потому что в тех фильмах документальных, которые были показаны за эту неделю, наши слушатели заметили фразу, сказанную Юрием Любимовым, который вдруг сказал, как он пытался вашего отца лечить, обращался к вашему дедушке, к отцу Владимира Семеновича, и тот сказал – я с этим антисоветчиком не хочу иметь никакого дела. Слушатели хотели у вас спросить, насколько это правда, такие отношения отца и сына.

Н.ВЫСОЦКИЙ: Я вообще боюсь документальных фильмов, потому что их много, они часто воспроизводят одни и те же слова, иногда не очень справедливые. Нет, у моего отца со своим отцом были человеческие отношения, он занимался его здоровьем, он волновался, он хотел, чтобы его старость, его седины, чтобы ему было хорошо. И мой дед также любил своего сына. Отношения были сложные, это действительно так. Я не хочу сказать, что они везде и всегда были только хорошими. Они были разными. То, что говорит сейчас Юрий Петрович, вот он сказал вот так. У меня голова иногда разрывается от дикого количества информации, кто кому чего сказал в жизни моего отца. Я знаком со всеми практически его близкими и дальними друзьями, родственниками, исследователями. И далеко не все, может быть, имеет смысл воспроизводить. С другой стороны, это дело Юрия Петровича, что он вот так вот захотел.

Е.АФАНАСЬЕВА: Было также много вопросов, как восприняли фильм те, кто близко, хорошо знал Высоцкого, его друзья, и был вопрос, видела ли Марина Влади фильм, какое ее отношение к нему?

Е.ВЫСОЦКИЙ: Нет, Марина….я, во всяком случае, не знаю, видела ли она этот фильм, мне не говорили. Но был, приехал в Москву буквально накануне премьеры, за несколько дней, Пьер (неразб.), это средний сын Марины. Мы показали ему картину, Анатолий Вадимович видел, он был взволнован. Маринины дети, они чуть постарше, чем мы с Аркадием, и у них были такие товарищеские отношения с моим отцом, они называли его Владимиром, Вольдемаром, более какие-то они были взрослые, чем, скажем, у меня. Он был взволнован, очень благодарен. Что он сказал после этого Марине и сказал ли что-то, я не знаю, но я обязательно у Марины, если она захочет посмотреть фильм, (неразб.) А близкие люди…

Е.АФАНАСЬЕВА: Я читала в Твиттере, в ЖЖ Смехова Вениамина, который достаточно высоко оценил…

Н.ВЫСОЦКИЙ: Были очень… просто неудобно передавать какие-то слова от многих медийных отцовских друзей, была и острая реакция, не скажу «негативная», но именно такая острая. Объясняется это очень просто, Высоцкий, люди, которые все-таки его знали, мы им обожжены, для нас никогда это не будет только фильмом. Впрочем, и для меня тоже, но я очень хочу и вас поблагодарить, и тех, кто нас оценивает высоко именно как кино. Это очень хорошо сделанное кино. Хотя, я повторяюсь, для меня оно никогда только фильмом не будет.

Е.АФАНАСЬЕВА: Почитаем смс быстренько, несколько мы успеем прочесть. Напоминаю, +7-985-970-45-45. Сергей, 22 года, Волгоград: «Спасибо». Без подписи: «Слезы текли сами, вновь острое чувство утраты. Фильм очень нужный». «Ответ об интриге с засекречиванием фамилии ведущего актера абсолютно неубедителен, великие актеры, играя великих, не скрывали своих фамилий», Юлиана.

Н.ВЫСОЦКИЙ: Можно Юлиане? Дело в том, что в ситуации общего невроза вокруг отечественного кино, когда великих имен великих актеров, если вы посмотрите, по крайней мере, оценки, которые сейчас существуют, сложно будет назвать какие-то имена из живущих, великими, как правило, бывают те люди, которых уже с нами нет. Поэтому сейчас…

Е.АФАНАСЬЕВА: Владимира Семеновича великим тоже стали называть уже…

Н.ВЫСОЦКИЙ: Чуть позже.

Е.АФАНАСЬЕВА: Вряд ли он при жизни много слышал о своем величии.

Н.ВЫСОЦКИЙ: Поэтому, когда мы говорим о великих актерах, не скрывавших своих великих имен… ну, давайте посмотрим, что сейчас происходит в кино вокруг нас.

Е.АФАНАСЬЕВА: «Высоцкий был слишком сопричастен ушедшей эпохе. Ушла эпоха, ушел и интерес, а когда уйдут обитатели, населявшие ее…» Исав, не знаю, что это за подпись. Но вот, я сказала, мой сын, которому 14 лет, для которого Высоцкий эпохой не был, воспринял это, как кино, заинтересовался и стал смотреть, что, наверно, уже тоже интересно. «Спасибо, — пишет Настя, — фильм как выстрел, пуля летит, и ты знаешь, что скоро конец, это прекрасно, ветер эпохи. Все-таки вы песня, сценарий сильный, сделано супер». Такой явно молодежный сленг.

А.МАКСИМОВ: Ответ Исаву можно, потому что я созрел немножечко? Дело в том, что если бы мы просто делали биографический фильм или драму, базирующуюся на реальных событиях, была бы одна ставка, и мы точно понимали, что фильм может быть действительно интересен только той аудитории, которая помнит время и нашего героя. Но с самого начала наша задача, мое восхищение творчеством Никиты Владимировича, поскольку он все это прописал, каждое слово, каждый жест и каждый вздох практически его в этом фильме, даже если не знать, кто такой Высоцкий, а мы столкнулись с этим, фильм выходил в германский прокат, и нам нужно было написать рецензию на фильм, кто это…

Е.АФАНАСЬЕВА: Релиз, да?

А.МАКСИМОВ: Да. И мы действительно подходили к тому, что…

Е.АФАНАСЬЕВА: Немцы не знают, кто это?

А.МАКСИМОВ: Восточные знают, западные – нет, это нормально. И сейчас ту задачу, которую мы перед собой ставили, мне кажется, мы понимаем, выполним мы ее или нет, потому что для той молодежной аудитории, для которой Высоцкий не то, что не ценность, а, может быть, даже наоборот, потому что это ценность того поколения, которое уходит, для них это тот герой, которого мы сделали, они его считают своим, он их волнует или не волнует. Как его фамилия, если говорить в масштабе фильма, такого определяющего значения не имеет, скорее, работает в минус для молодежной аудитории, чем в плюс, это реально. Поэтому, если это волнует, мы видели это на фокус-группах и сейчас начинаем уже понимать это в залах с широкой аудиторией, для молодежи этот фильм интересен как какое-то настоящее переживание, он про героя, который сделал что-то такое, чего не смогли многие другие.

Е.АФАНАСЬЕВА: Сергей из Екатеринбурга пишет: «Скажите, пожалуйста, почему у вас вокруг Высоцкого в основном подлые люди, а вот кгбисты милые и добрые? Не потому ли, что фильм понравился Путину?»

Н.ВЫСОЦКИЙ: Во-первых, я думаю, что вокруг Высоцкого люди… да, мы бываем все разными, и каждому есть, в чем себя упрекнуть, в том числе много в чем могут себя упрекнуть люди, которые были близки с отцом моим. И в этом нет ничего страшного, они живые, они люди. Я не считаю, что они подлецы и негодяи. По-моему, там вся история о том, как люди, не только один Высоцкий проходит через какие-то испытания, меняются. Хорошие чекисты… у вас, у радиостанции, определенное отношение…

Е.АФАНАСЬЕВА: Определенные слушатели.

Н.ВЫСОЦКИЙ: Опять же, это художественный фильм, это история о людях. Они есть милые, а есть совсем персонажи, наоборот, нейтральные, серые, они разные. Я повторяю – это фильм про людей. Высокая оценка Путина… это не будет восприниматься, как предвыборная агитация в «день тишины»?

Е.АФАНАСЬЕВА: Не знаю.

Н.ВЫСОЦКИЙ: Она была хорошей, взволнованной и тоже настоящей. Вообще одну вещь, и я замолчу.

Е.АФАНАСЬЕВА: Нет, молчать не надо.

Н.ВЫСОЦКИЙ: Просто на меня старший товарищ так поглядывает, что я много очень разговариваю. Девочка 19 лет на фокус-группе, там вопрос такой – понравилось кино? «Понравилось», «не понравилось», «не могу определиться». И она была страшно взволнована и не могла определиться. И она сказала потрясающую вещь, я все время стараюсь ближе к тому, что она сказала, ее процитировать. Она сказала – я привыкла, что в кино кровь не настоящая, смерть не настоящая, герой может быть очень красивый, обаятельный, но не настоящий, а здесь я пришла, здесь переживания настоящие, смерть настоящая. Она говорит – я не знаю, что мне с этим делать.

Е.АФАНАСЬЕВА: То есть, люди сейчас не привыкли к таким сильным переживаниям, да?

Н.ВЫСОЦКИЙ: В конце вопрос – пойдете сами еще раз посмотреть, будете ли рекомендовать товарищам, чтобы они посмотрели? Она на оба вопроса ответила «да». На самом деле, потребность в этом есть, и мне кажется, что это серьезное, большое кино. Плохо, что я хвастаюсь, плохо, что я говорю только хорошее, но я действительно люблю это кино, это наш ребенок, и мы его хвалим. У всех есть возможность пойти и наши слова проверить.

Е.АФАНАСЬЕВА: Я просто думаю, что, наверно, та критика, что такие у вас хорошие работники спецслужб… мне почему-то кажется, что без таких людей, как герой, которого сыграл Смоляков, не развалилась бы та страна, не случилось бы то, что через 10-11 лет случилось. Если бы там люди не такие, то могло все в стране тоже по-другому повернуться. «Посмотрел «Высоцкий», такая яркая, страстная, огромная по размаху работа. Спасибо за риск с настоящим Высоцким в кадре, не слушайте тех, кто будет осуждать, вы первопроходец. Вопрос один: не боитесь ли вы, что этот опыт с технологией абсолютного сходства – это ящик Пандоры, можно сделать любое лицо, в кино это здорово, а в политике?», — интересуется Иван. Можно ли сделать такое же в политике?

А.МАКСИМОВ: Попробуйте, потому что, по крайней мере, сейчас, для нас этот ящик Пандоры открывался с огромным скрипом, мы пережили много отчаянных моментов для того, чтобы это сделать. Это сочетание очень сложное высокотехнологичного грима и крайне сложной компьютерной графики, которая работает с живыми текстурами, не вырисовывает их. Я не думаю, что сейчас хлынет поток таких вещей, потому что чрезвычайно дорогостояще…

Н.ВЫСОЦКИЙ: Не все, кому дадут карандаш, хорошо нарисуют нам ваш портрет. Знаний технологии недостаточно. Это очень серьезная, большая работа, и Горшенина Петра, это лучший человек, который у нас сейчас занимается такими вещами в кино, в первую очередь, он художник, а технологии все-таки вторичны.

Е.АФАНАСЬЕВА: Ира пишет: «Вы ужасно правы насчет лица и голоса, вот в фильме «Труффальдино» Райкин поет голосом Боярского, я, как зритель, чувствую легкую шизофрению». «Высоцкий нужен сегодня», — пишет Алекс из Перми. Слава спрашивает: «Кому сказать «спасибо, что живой»? Кому сказать «спасибо»? Наверно, в том числе создателям фильма.

Н.ВЫСОЦКИЙ: Я хочу сказать, что, конечно, к Владимиру Семеновичу надо тоже это обращать, потому что над картиной работало больше 850 человек, договоров, которые мы заключили за эти пять лет, 850 с лишним. Высоцкий не в том смысле, что он как-то мистически присутствовал на площадке, но он присутствовал, потому что он у каждого, кто работал над этой картиной, он здесь. И эта картина случилась, на мой взгляд, я все время бегу впереди паровоза, на мой взгляд, она случилась за счет вот этого Владимира Семеновича, который у каждого здесь есть. Это ему надо говорить. И один из наших месседжей, объяснение того названия, которое мы взяли, это мы ему, вот эти 850 человек, и, я думаю, тысячи людей из зала, мы ему говорим «спасибо, что живой», хотя его нету больше 30 лет.

А.МАКСИМОВ: Одна из причин, по которой закрепилось название, у нас было название «Мой черный человек» первоначально, это такое ежедневное благодарение. Мы же называем свой фильм «Спасибо, что живой», мы ему говорили каждый раз «спасибо, что живой». Это он. Вот знаете, люди, которые смогли что-то сделать вместе, это же уникальная вещь, потому что, как правило, люди же совсем разные, и удержать их в каком-то общем потоке, я опять употребляю слово «энергетически», наверно, это прежде всего так, потому что каждый отдал, художник, который рисовал в какой-то момент или работал с лицом, гример, который придумывал это на протяжении двух лет и 9 раз переделывал этот грим, потому что он практически делал движущуюся скульптуру, что очень сложно, актер, который просто реально рисковал собой, потому что технологически это не опробованная сфера человеческой деятельности, и у него были огромные проблемы в результате с кожей, мы вынуждены были останавливаться.

Е.АФАНАСЬЕВА: То есть, тот грим, который вы применяли, он дорого стоил актеру? Я имею в виду не стоимость (неразб.), а для здоровья.

А.МАКСИМОВ: Мы останавливались на несколько месяцев в середине производства, потому что у него были операции после этого.

Е.АФАНАСЬЕВА: Даже операции?

А.МАКСИМОВ: Да, это очень технологически не опробованная вещь была. Ну, как Гагарину…

Е.АФАНАСЬЕВА: И после этого человек, которому делали операции, пришел и опять этот грим на кожу накладывал, продолжил играть?

Н.ВЫСОЦКИЙ: И отработал. Вообще, эта картина делалась на пределе возможного и с технической точки зрения, но в первую очередь с человеческой и с творческой точек зрения. Картина о Высоцком делалась в этом смысле «по-высоцки», на пределе, на краю. Дальше пусть оценивают нашу работу, но мы были честны, все, от Эрнста до самых незначительных ролей, эпизодов, актеров массовых сцен тратили по-настоящему себя.

Е.АФАНАСЬЕВА: Я могу свое ощущение сказать. Для меня, как для зрителя, крайне важной была ключевая сцена фильма, когда образ клинической смерти, выталкивание в его памяти машины из грязи, и то, что два ребенка, один из которых – это вы в детстве, Никита, я не знаю, лично это из вашей памяти, помните ли вы эту сцену, или вам ее тоже рассказывали, но глаза этого мальчика, они для меня были, как для человека, настолько важны, как для зрителя, потому что вроде вы бы запомнили отца таким, а через столько лет вы отдали его людям. Вот этот непрерывающийся энергетический поток, который прошел через этого мальчика и вернулся сейчас через ваши взрослые глаза, ум и сценарий к нам, для меня были очень важны, как будто отец вам позволил рассказать о себе такое. Вы помните действительно эту сцену, или нет?

Н.ВЫСОЦКИЙ: Я согласен, что это важная очень сцена в картине. Я ее помню, не знаю, промокшими ногами…

Е.АФАНАСЬЕВА: То есть, это не художественный образ?

Н.ВЫСОЦКИЙ: Нет, эта история была, но, тем не менее, это художественный фильм. Но он реально всех вытащил, действительно так.

Е.АФАНАСЬЕВА: «Высоцкий стал великим при жизни, спасибо за фильм», — Александр из Абакана. «Никита, что вами двигало показать отца больным?», — Николай из Петербурга.

Н.ВЫСОЦКИЙ: Нет героя без трагедии, нет победы, когда не с чем бороться. Высоцкий герой, действительно, и при жизни, и в нашей картине. Мне кажется, что мы достаточно были тактичны по отношению к нему, к его жизни, так скажем, частной жизни, и по отношению к людям, которые его любят. Но это история о победе, о большой, серьезной, одной из последних побед, которую он одержал, в том числе над собой. Может быть, в первую очередь над собой. После этого, благодаря этой победе, появились стихи замечательные, люди в Польше помнят последние гастроли, когда он там был за несколько недель до того, как умер, люди помнят до сих пор. Он для этого не ушел тогда.

Е.АФАНАСЬЕВА: Анатолий Максимов.

А.МАКСИМОВ: Мы говорим сейчас не о болезни, а о том, что человек должен преодолеть, и почему с этим героем остаемся. Если он смог, значит, вы тоже сможете. У вас могут быть совсем другого порядка проблемы, но в кино мы все, я точно, приходим за тем жизненным опытом, который в жизни получить мы не успеваем, она слишком узкая, наша жизнь. И мы становимся больше и богаче. Это фильм о человеке, который сказал «можно», когда все говорили «нельзя». Он сказал «можно». Вопрос – что вы готовы за это отдать? Он готов был отдать все для того, чтобы у него получилось, для того, чтобы он смог. Это о человеке, который предельно рискует и побеждает, потому что это возможно, потому что в жизни сначала человек сам на себе ставит крест, а потом его обводит жизнь.

Е.АФАНАСЬЕВА: Алексей Калаверин спрашивает: «Отличный цвет, как в 70-х, классно. Спорим, на пленку снимали, или на цифру, рассудите».

А.МАКСИМОВ: Мы снимали на очень сложную по нынешним временам оптику, взятую из музея. «Элит», было такое производственное объединение, на (неразб.) фабрике ленинградской, которая была ответом американскому «Панавижну». Американский «Панавижн» — это система развернутого изображения в полный кадр, оно более интенсивное, очень по-другому отличается от классического, обычного квадратика, на который снимают кино, потому что на него меньше изображения попадает, меньше света, меньше всего. И вот это сочетание нашего винтажного оптического ряда и очень современных экранов и очень современных быстрых камер, дает нашему фильму, здорово, что вы это заметили, это одна из причин, почему надо в кино смотреть, на DVD вы этого не увидите.

Е.АФАНАСЬЕВА: А уж в пиратской копии в сети…

Н.ВЫСОЦКИЙ: Все-таки вы скажите, что на пленку, спрашивали.

А.МАКСИМОВ: Конечно, снято на пленку.

Е.АФАНАСЬЕВА: Есть вопрос Юлианы: «А все-таки компьютерная графика была?»

А.МАКСИМОВ: А как без нее? Представьте себе, там, допустим, есть Москва…

Е.АФАНАСЬЕВА: Москва, где нет реклам, пробок и всего прочего.

А.МАКСИМОВ: Конечно, обработка изображения была очень серьезная.

Н.ВЫСОЦКИЙ: И лица тоже, раз мы про это рассказываем, мы объясним, что…

(говорят одновременно)

Е.АФАНАСЬЕВА: Я заметила на онлайн-конференции на сайте Первого канала, вы сказали, что (неразб.) кадров больше, чем в «Дневном дозоре».

А.МАКСИМОВ: И в «Ночном», в вместе взятых. Там лавина компьютерной графики, но если вы ее не замечаете, это очень хорошо, значит, все получилось.

Е.АФАНАСЬЕВА: Давайте еще быстренько почитаем смски, потому что их очень много. «Фильм великолепен, спасибо», Роза, «Высоцкий вовремя ушел, тяжело было бы его видеть выступающим за какую-то политическую…» чего? «смуту». Исав опять пишет. Вряд ли Владимир Семенович стал бы за какую-то смуту выступать. «Ревела, (дальше идет фамилия предполагаемого актера) хорошо сыграл. Чувствую себя сейчас Высоцким», Настя, 18 лет. 18 лет это, по-моему, достойный отклик, я думаю, для вас это высочайшая оценка. Мне предлагают: «Елена, одной программой про Высоцкого тема не исчерпана, пригласите потом режиссера поговорить об итогах проката», Василий. Я думаю, что, если произойдет чудо, и вы назовете фамилию актера, я и его приглашу сюда. «Почему много вымышленных персонажей, окружавших Высоцкого?», — спрашивает Олег.

Н.ВЫСОЦКИЙ: Потому что это художественный фильм. Я наткнулся на расшифровку одного из отцовских концертов, его спрашивают, как раз, когда писал, его спрашивают – как вы пишете про войну, когда вы не воевали, и про тюрьму, когда вы не сидели? И он дал формулу, по-моему, очень правильную, и, наверно, я этой формулой пользовался, и мы все, он сказал, что художественное произведение – это 10 процентов реальности, 10 процентов того, что человек сам пережил, его опыта, знаний, так называемой правды жизни, и 90 процентов фантазии. И без этого нет художественного произведения. Это не значит, что вранья, какого-то запутывания и так далее. Это образы, и я считаю, что в нашей картине исторический персонаж один, зовут его Высоцкий Владимир Семенович, а все, что вокруг – это реальность, но это художественная реальность, которая и должна быть в художественном произведении.

Е.АФАНАСЬЕВА: Вера пишет: «А мне жаль, что именно этот, живи он сейчас, артист стал бы первым клоуном». Владимир пишет: «Никита, я переживал уход Высоцкого, как родного, вы оживили его хотя бы на час, спасибо». Много вопросов, будет ли телевизионная версия. Анатолий Максимов.

А.МАКСИМОВ: Первоначально планировалось, мы знаем, что у нас будет телевизионная версия, она будет расширенным фильмом, там будет больше объема истории…

Е.АФАНАСЬЕВА: То есть, это будет мини-сериал, несколько серий, да?

А.МАКСИМОВ: Это будет совсем другое кино. Поэтому, если мы говорим о фильме, фильм, правда, другой, потому что не просто размер имеет значение, а там и сюжет немножечко другой.

Н.ВЫСОЦКИЙ: Фактически было два сценария, один – художественного фильма, один – телевизионного.

Е.АФАНАСЬЕВА: А название тоже будет другое?

Н.ВЫСОЦКИЙ: Ну, это мы еще доживем.

Е.АФАНАСЬЕВА: Понятно. Мы сегодня говорили, уже заканчиваем, потому что последняя минута, говорили о фильме «Высоцкий. Спасибо, что живой», о том, что Высоцкий вернулся в эту неделю на экраны телевидения, много документальных проектов, сейчас, насколько я знаю, идет «Место встречи изменить нельзя», все серии на Первом канале. И в кинотеатрах фильм «Высоцкий. Спасибо, что живой», сейчас можете посмотреть. Никита Высоцкий, Анатолий Максимов, продюсеры фильма, Никита автор сценария. Спасибо, что вы пришли. У нас есть меньше минуты, можно еще слово сказать зрителям потенциальным или уже совершившимся.

Н.ВЫСОЦКИЙ: Я бы хотел пригласить в кинотеатр, на наш взгляд, фильм того стоит, Высоцкий того стоит, пойдите и посмотрите. Это правильно.

А.МАКСИМОВ: Как смотреть еще, если возможно дать какую-то рекомендацию. Это фильм без жанровых пристроек, это не детектив, не мелодрама, не фэнтези. Это такое живое кино, как мы его для себя называем. Представьте, что мы с вами сели за один стол и разговариваем, глядя друг другу в глаза. Если там какая-то неправда, мы ее сейчас не чувствуем, вы, наверно, скажете нам и почувствуете ее. Если там правда, то вы наш эмоциональный посыл сможете увидеть, для нас это будет очень большим счастьем.

Е.АФАНАСЬЕВА: Анатолий Максимов, Никита Высоцкий в программе «Телехранитель». Спасибо, прощаюсь с вами до следующего воскресенья. Елена Афанасьева, до свидания.



Загрузка комментариев...

Самое обсуждаемое

Популярное за неделю

Сегодня в эфире