'Вопросы к интервью
Е.АФАНАСЬЕВА: Добрый вечер. В эфире «Телехранитель» — программа о сути телевидения, о тех, кто определяет и хранит эту суть. В студии Елена Афанасьева. Как всегда по воскресеньям, говорим мы с вами о персонах, программах, событиях и антисобытиях, которые влияют на то, каким наше телевидение будет сегодня и завтра. Наверное, нет ничего сложнее для человека, который привык брать интервью, это иметь на другой стороне этого интервью человека, который привык брать интервью. По крайней мере, в моей практике такие собеседники всегда бывали самыми сложными. А уж у моих сегодняшних гостей опыт интервьюирования огромен. Это Борис Берман, Ильдар Жандарев, который в последнее время ведут программу «На ночь глядя» на Первом канале, а также вели программы на ТВ-6, ТВС, долго перечислять. Я думаю, все каналы не перечислю.

Б.БЕРМАН: Добрый вечер, здравствуйте.

И.ЖАНДАРЕВ: Добрый вечер. Не хотелось бы никого обижать – у нас нет привычки отвечать вопросом на вопрос. Мы обещаем честно отвечать на ваши вопросы.

Е.АФАНАСЬЕВА: Хорошо. Насчет «не хочу никого обижать» — уже слушатель тут написал. Это потом он к вам прицепиться, Ильдар. Потому что люди, которые привыкли это делать, они во-первых всегда видят швы в чужой работе сразу, они думают «Эх, меня надо было вот так спросить, а они не туда повернули!», и всегда хочется, если сам оказываешься на другой стороне интервью, тут-то выступить в роди ведущего, а надо быть ведомым. Всегда очень сложно. Как вам бывать в роли интервьюируемых?

И.ЖАНДАРЕВ: Разумеется, всякий раз, когда… Вообще это бывает не очень часто, поскольку мы не принадлежим к телезвездам, которых интервьюируют глянцевые журналы, но тем не менее когда приходит человек на интервью, сразу видишь ошибки. Потому что самое главное в интервью – это проникнуться интересом к тому, кто к тебе пришел. И зачастую это простое правило люди игнорируют. А в общем, больше правил-то и нету. Только если тебе человек интересен, может получиться какой-то интересный продукт.

Б.БЕРМАН: И этот интерес ты можешь передать и слушателям, и зрителям. Собственно говоря, таким образом ты задаешь вопросы не только свои, а те вопросы, которые хотели бы задать и слушатели, но у них просто нет этой возможности.

И.ЖАНДАРЕВ: Мне кажется, что не стоит…

Е.АФАНАСЬЕВА: У наших слушателей возможность есть. Так что я сейчас скажу смс-номер, а во второй части программы они смогут, как и всегда, и по телефону с вами поговорить. Итак, пока ваши вопросы Борису Берману и Ильдару Жандареву, а также ваши высказывания, реплики, пожелания, может быть, им – по телефону +7 985 970 4545. Это наш смс-номер. Пожалуйста – вот уже сразу начали сыпаться вопросы. Руслана из Уфы радует ваше возвращение: «Смотрел, смотрю и буду смотреть. Надолго ли вы вернулись?»

И.ЖАНДАРЕВ: Ну, надолго ли мы вернулись, я не знаю.

Е.АФАНАСЬЕВА: Еще не вернулись – вот-вот.

И.ЖАНДАРЕВ: Я бы так сказал – мы, в общем-то, никуда и не уходили. Мы все время работаем, мы каждый день приходим на работу, мы все время что-то придумываем, пишем какие-то заявки, мы все время в процессе, на самом деле.

Б.БЕРМАН: У нас просто, как вы, наверное, заметили, Руслан из города Уфы, если вы смотрели нашу передачу, у нас с Ильдаром разные взгляды на жизнь. Поэтому я не могу так оптимистично по-пионерски говорить «Мы работали, работаем и будем работать!» Мы действительно – чего греха таить? – выходим в эфир спорадически, такое простое русское слово – время от времени, но…

Е.АФАНАСЬЕВА: У вас, наверное, как у «Что? Где? Когда?», есть зимний блок игр, летний блок игр.

Б.БЕРМАН: Видимо, да. Сейчас вот начинается летний блок, и завтра в эфире Первого канала мы стартуем с летним блоком. Надеюсь, что он будет продолжительный, потому что в нашем портфеле много передач и несколько очень интересных собеседников, которые, как мне кажется, смогут заинтересовать нашу публику. Вот, собственно…

И.ЖАНДАРЕВ: В общем, первую часть летнего блока мы уже сняли. Уже готовы 16 передач к выходу в эфир.

Е.АФАНАСЬЕВА: Сейчас, давайте потянем немножечко интригу. Людям захочется узнать, кто же те 16, с кем они смогут вашими устами разговаривать…

И.ЖАНДАРЕВ: Ну они же понимают, что это именно те люди, с которыми они хотели бы поговорить.

Е.АФАНАСЬЕВА: Да, поэтому давайте чуть-чуть в конце раскроем тайну, если люди не видели те анонсы, которые уже крутятся в эфире Первого канала. Там есть небольшая нарезочка – я, по крайней мере, вчера увидела и засекла, кто же у вас там будет.

И.ЖАНДАРЕВ: Ну вам они интересны?

Е.АФАНАСЬЕВА: Ну не все. Как раз я сейчас буду спрашивать, интересны ли они вам, и все ли они вам интересны. Я немножко все-таки вернусь к интервью. Если бы вам пришлось брать интервью… вот такая совершенно абстрактная ситуация: вы приходите на интервью к человеку, который есть вы, вы какой бы самый первый вопрос себе самому задали? Вот персонаж Борис Берман, медийный персонаж – а вам надо взять у него интервью. Каким бы был первый вопрос, Борис?

Б.БЕРМАН: Самому себе?

Е.АФАНАСЬЕВА: Ну я не беру в данном случае, что это внутреннее самокопание. Если б вам надо было сделать интервью с таким человеком, как Борис Берман.

Б.БЕРМАН: Не хотелось бы никого обижать. Как я понял, это не приход к психоаналитику…

Е.АФАНАСЬЕВА: Хорошо. Ильдар, если б вы брали интервью у Жандарева, вы бы о чем спросили Ильдара Жандарева?

И.ЖАНДАРЕВ: Вот вопросик-то… Не знаю, что бы я спросил в этом случае.

Б.БЕРМАН: А сколько у меня вопросов, сколько я могу задать?

Е.АФАНАСЬЕВА: У вас 52 минуты эфира…

И.ЖАНДАРЕВ: То есть вначале я его должен расположить к себе, потом расслабить, а потом внезапно задать самые главные вопросы…

Е.АФАНАСЬЕВА: Значит, это есть ваша формула интервью?

И.ЖАНДАРЕВ: Ну вот с таким человеком, как Жандарев, нужно разговаривать именно так.

Б.БЕРМАН: Нет, я думаю, что я бы спросил прежде всего, что новенького. Вот, наверное, так. Потому что первый вопрос не предлагает такого зубодробительного натиска. Я согласен с Ильдаром.

Е.АФАНАСЬЕВА: Так что новенького у Бориса Бермана, кроме снятых 16 программ летнего пакета?

Б.БЕРМАН: Вы знаете, как ни странно, новенького, поскольку жизнь в значительной степени ограничена работой, я бы сказал, что вот это новенькое. И я бы рассказал, наверное, если б это было кому-то интересно. Но я понимаю, Лен, что вы спрашиваете о том, что новенького в целом в жизни, да? очень долго отвечать. Я полагаю, что…

Е.АФАНАСЬЕВА: А самое интересное из новенького?

Б.БЕРМАН: Ну не знаю, Лен. Вот вы меня поставили в тупик, честно говоря.

Е.АФАНАСЬЕВА: Хорошо. Тогда вы подумайте, а я спрошу у Ильдара. Если б надо было расположить к себе Ильдара Жандарева, какими бы вопросами его можно было расположить и расслабить?

И.ЖАНДАРЕВ: Ильдар Жандарев, на самом деле, такой жесткий человек, циничный – его очень трудно расположить к себе.

Е.АФАНАСЬЕВА: Как-то не похоже на вас в эфире, Ильдар.

И.ЖАНДАРЕВ: Потому что в эфире это не просто Ильдар Жандарев, в эфире – это Ильдар Жандарев в роли Ильдара Жандарева, который говорит «Не хотелось бы никого обижать». Но…

Е.АФАНАСЬЕВА: Придется мне все-таки вопрос безработного Сергея с Сахалина прочесть: «Спасибо за передачу. «Не хочется никого обижать» — но в чем смысле повторения этой фразы, которую господин Жандарев произносит когда ни попадя?»

И.ЖАНДАРЕВ: Ну, во-первых, это речевая характеристика персонажа, который приходит в дом каждого телезрителя вместе с программой «На ночь глядя».

Б.БЕРМАН: Ну, я бы еще сказал: это, конечно, некая режиссерская задумка. Я уж не помню, у кого родилась эта фраза.

И.ЖАНДАРЕВ: Не хотелось бы никого обижать – я сказал то же самое, но другими словами.

Б.БЕРМАН: Я просто объясню безработному Сергею – у него есть много времени для того, чтобы подумать, он не ходит на работу…

И.ЖАНДАРЕВ: И, может, принять это на вооружение.

Б.БЕРМАН: Да. Это все-таки некая подстраховка для того, чтобы запомнилось. Сейчас – у меня есть глубочайшее убеждение – можно обходиться без этого. Глядя на некоторых наших коллег, которые работают в эфире в аналогичном жанре, я замечаю, что у них есть эти приспособления, которые им позволяют, и это совершенно естественно быть органичными в эфире. Будь я режиссером, работающим с этими людьми – я не хочу сейчас называть фамилии, но в сущности, это эффект, на который давным-давно обратили внимание люди, работающие в кино. Я помню картину, которую я видел, документальную, где человек снимал просто разных очень известных режиссеров. И они должны были молчать в кадре. А наряду с режиссерами были простые люди и дети. Так вот режиссеры – для того, чтобы молчать в кадре органично, кто-то непременно курил, кто-то прислонялся к дереву, кто-то вертел чашку, кто-то пепельницу оглаживал…

И.ЖАНДАРЕВ: Кто-то менял очки…

Б.БЕРМАН: Да. Но там был ребенок – девочка, как сейчас помню, — которой ничего не нужно было делать. Она просто смотрела в камеру и жила своей жизнью. Чем человек взрослее, тем сложнее ему адаптироваться к окружающей действительности. Так что будем считать…

И.ЖАНДАРЕВ: Теперь вы понимаете, как несложно адаптироваться к окружающей действительности.

Е.АФАНАСЬЕВА: Хорошо. Тогда такой вопрос – а если б вам надо был брать интервью друг у друга. Первый вопрос, который Берман задал бы Жандареву, а Жандарев Берману.

Б.БЕРМАН: Ой, нет…

И.ЖАНДАРЕВ: Это происходит просто каждый день, на самом деле…

Е.АФАНАСЬЕВА: Вот видите – какие разные мнения. Борис говорит – это невозможно. А Ильдар говорит – это каждый день.

И.ЖАНДАРЕВ: Ну каждый наш рабочий день – это интервью.

Е.АФАНАСЬЕВА: А жизнь вообще – интервью. «Ты меня любишь?» — спрашивает она, а он говорит – «Нет» и уходит.

И.ЖАНДАРЕВ: А иногда бывает наоборот – она ничего не говорит, а просто поворачивается и уходит. И так бывает.

Б.БЕРМАН: Если говорить серьезно (я на серьезный лад настроен), самое сложное – это брать интервью у человека, которого хорошо знаешь. Это самое сложное.

Е.АФАНАСЬЕВА: А что сложно? Сложно задать те вопросы, которые выходят за круг обыденных? «Привет» — «Привет» — «Как дела?» — «Пока» — разбежались?

И.ЖАНДАРЕВ: А знаете, как у Ежи Лец – стыдно подозревать, когда ты на 100% уверен. Поэтому глупо намекать, когда ты все знаешь.

Е.АФАНАСЬЕВА: А вдруг он вам откроется с совершенно неожиданной стороны?

Б.БЕРМАН: Нет, а он уже открылся.

Е.АФАНАСЬЕВА: То есть Ильдар с другой стороны вам уже не откроется?

Б.БЕРМАН: Нет, я про Ильдара не говорю – я говорю, когда мы выбираем людей и так складывается, что мы в этом деле уже несколько десятков лет. Есть люди, которых хорошо знаешь. И вот когда их приглашаешь на передачу, во-первых, нужно соблюсти эту простую манеру – «ты-вы», потому что…

Е.АФАНАСЬЕВА: Да, если знаешь человека хорошо, можно сбиться.

Б.БЕРМАН: Можно сбиться. Но есть еще и другая вещь – мы знаем или я знаю этого человека достаточно хорошо…

Е.АФАНАСЬЕВА: И знаете, о чем его не надо спрашивать.

Б.БЕРМАН: Совершенно верно.

Е.АФАНАСЬЕВА: Потому что это некорректно. А если бы вы его не знали, вы бы его конечно спросили, потому что этого хочет публика. Что делать?

И.ЖАНДАРЕВ: А поэтому мы вдвоем работаем. Не все люди, которые знакомые для Бори, такие же знакомые для меня. И наоборот.

Е.АФАНАСЬЕВА: Ну а все-таки – если приходит человек, который ваш общий знакомый. И вы знаете, что есть нечто, что горячо было бы интересно публике…

Б.БЕРМАН: Не пойдем на поводу у публики.

Е.АФАНАСЬЕВА: То есть если это человеку сделает больно, вы не будете спрашивать?

И.ЖАНДАРЕВ: Да, есть оскорбительные вещи, есть вещи недопустимые. Просто о чем нельзя разговаривать. Но они безумно интересны публике. Но интерес этот праздный, пустой.

Е.АФАНАСЬЕВА: Но вы же задавали вопрос, по-моему, Татьяне Догилевой про пластическую операцию? Я еще обратила внимание на то, что вроде бы не ваш жанр задавать актрисе такой вопрос.

И.ЖАНДАРЕВ: Ну, во-первых, потому что она на этот вопрос уже неоднократно отвечала, на самом деле. Поэтому мы понимаем, что человек на эти вопросы отвечает. И интерес этот, на мой взгляд, не праздный. Это многое говорит о человеке, о его понимании мира. Ведь много говорит о женщине – делает она пластическую операцию или не делает…

Е.АФАНАСЬЕВА: Признается или не признается – говорит еще больше.

Б.БЕРМАН: Понимаете, я бы мог ответить словами Оскара Уйальда, который говорил, что нет нескромных вопросов, а есть нескромные ответы. Но Ильдар прав – что касается пластики, да, лет 5-7 назад для меня эта тема была бы абсолютно табуирована, но сейчас – не потому что пластика стала доступной и мы рассуждаем об этом так свободно, это философская проблема, если по большому счету. Человек, идущий на эти ухищрения по части своей внешности, он что-то перестраивает в себе ментально. Мы знаем массу людей – мы сейчас говорим о публичных людях, актрис, которые не идут на это. Кто-то из них сказал – я забыл, кто, сейчас не готов эту цитату точно привести, — что каждая моя морщина – это отражение моей души. А есть люди, которые хотят это отражение души изменить. Это философская проблема. Применительно к Татьяне Догилевой – просто. Во-первых, Ильдар прав – Татьяна говорила об этом в разных интервью, и мы, готовясь к этой встрече, прочитали эти интервью и понимали, что для нее эта тема не табуирована. Во-вторых, как мне казалось, это интервью после первых 5-7 минут проходило в такой атмосфере доверительности, что каждый из нас почувствовал — я не помню, кто этот вопрос задал, — что это можно сделать, мы не обидим человека.

Е.АФАНАСЬЕВА: А вы часто злитесь друг на друга в момент интервью? Вот идет интервью, я чувствую, о чем надо спросить дальше, причем я могу эту мысль потерять, разговор может уйти, а вдруг мой напарник вдруг – раз! – и уводит разговор не туда, куда надо.

Б.БЕРМАН: Поскольку Жандарев обещал отвечать честно на вопросы, я скажу про себя – я злюсь очень часто…

И.ЖАНДАРЕВ: Причем не только в момент интервью.

Б.БЕРМАН: Во время интервью – да. Просто такова система моей психофизики…

Е.АФАНАСЬЕВА: Но при этом вы работаете вместе. Никогда не было желания разделиться и задавать те вопросы, которые каждый из вас хочет?

Б.БЕРМАН: А, в смысле в этом формате?

И.ЖАНДАРЕВ: Разделить бренд, да.

Б.БЕРМАН: Нет, ну если бы да кабы. А если б он нес патроны… Ну чего про это говорить?

И.ЖАНДАРЕВ: А если бы макароны, как сказано в одном фильме.

Е.АФАНАСЬЕВА: Хорошо. То, что программа записная, это уже понятно. 16 записано и так далее. Вы пишете в режиме реально времени лайф-ту-тейп или вы все-таки из большого разговора делаете более емкий?

Б.БЕРМАН: Нет, это невозможно. По двум причинам. Причина первая – таковы условия продюсерские, потому что монтаж стоит…

Е.АФАНАСЬЕВА: А, то есть это просто дешевле.

Б.БЕРМАН: Да, безусловно. И вторая вещь – она заключается в том, что это страшно расхолаживает, чудовищно. Если я говорю и понимаю, что потому мы это вырежем, а здесь мы это склеим, а это пойдет туда и сюда, все! Это совершенно другая история.

Е.АФАНАСЬЕВА: Так как мы тоже ничего не клеим, мы сейчас сделаем вот так ножницами в нашей разговоре, потому что будут новости. А через несколько минут вернемся в программу «Телехранитель» и продолжим разговор с Борисом Берманом и Ильдаром Жандаревым.

НОВОСТИ

Е.АФАНАСЬЕВА: Итак, мы продолжаем программу «Телехранитель». В студии Елена Афанасьева, в гостях у меня сегодня Борис Берман и Ильдар Жандарев, у которых, как мы уже выразились, летний цикл программ, «летние игры» начинаются на Первом канале завтра поздним вечером.

Б.БЕРМАН: Написано в программе – в 23.50, но идет анонс, согласно которому они все-таки начинаются в ноль.

Е.АФАНАСЬЕВА: Но так как сейчас футбол…

Б.БЕРМАН: Там сейчас сдвижка какая-то произошла.

Е.АФАНАСЬЕВА: …то все может двигаться куда угодно. Потому что в футболе бывает дополнительное время…

Б.БЕРМАН: Они в нули, то есть мы прямо как Золушка.

Е.АФАНАСЬЕВА: Ну, то есть ждите – вот-вот.

Б.БЕРМАН: Я настаиваю на этой формулировке. Почему-то она вдруг мне показалась точной.

Е.АФАНАСЬЕВА: Хорошо. Борис Берман настаивает, что в нули, как Золушка. В нули уже осталась тыква вместо кареты, а вы настаиваете.

И.ЖАНДАРЕВ: А у нас наоборот, да.

Е.АФАНАСЬЕВА: Ну хорошо. Итак, пожалуйста — +7 985 970 4545 – смс-номер. Мы так заговорились среди интервьюеров в одной студии, что, видите, и про слушателей забываем. Но мы обещаем, что будем читать ваши вопросы. А также звоните по телефону – тут уже мы их не сможем не увидеть, не услышать. 363 36 59 – московский номер, код Москвы – 495. Постараемся чередовать – мои вопросы и вопросы слушателей. Вот кто-то уже первый дозвонился, поэтому давайте возьмите наушники. Выпустим самого первого слушателя в эфир, чтобы нас не упрекали. Алло.

СЛУШАТЕЛЬ: Добрый день. Виктор, Москва. Я смску послал, ну а теперь вслух скажу. Скажите, полностью вы не готовите интервью с гостями, но какие-то все-таки вопросы один-два согласовываете, направление общее?

Е.АФАНАСЬЕВА: Вы имеете в виду с гостями? То есть – можно ли вас, уважаемый Иван Иванович, спросить о том-то и том-то?

СЛУШАТЕЛЬ: Нет.

И.ЖАНДАРЕВ: Нет, мы никогда так не делаем.

Б.БЕРМАН: Нет. Виктор, гости, которые приходят к нам на эфир, все-таки имеют представление о передаче, и если их что-то не устраивает в передаче, то они туда не приходят. А те, кто приходит, они понимают, что их здесь не обидят. Это самое главное.

Е.АФАНАСЬЕВА: Когда мы говорили в первой части программы до новостей о том, как происходит это – лайф-ту-тейп, то есть в режиме реального времени. Но все-таки какое же искушение должно быть потом, когда вы понимаете, что что-то не удалось или не так пошло, подрезать, подчистить, подправить! Не в смысле цензуры, а в смысле – а вот еще лучше хочется…

И.ЖАНДАРЕВ: А есть же хронометраж, который мы должны соблюдать.

Е.АФАНАСЬЕВА: То есть не вышло – будем ждать следующего пула, позовем в следующий раз этого же гостя.

Б.БЕРМАН: Вы задали вопрос относительно ссор – они-то тут как раз и проистекают. Потому что это не значит, что каждый из нас обвиняет другого, но разбор полетов очень жесткий, естественно.

И.ЖАНДАРЕВ: Но бывает именно так.

Е.АФАНАСЬЕВА: Вопрос в том, что обычно люди в кадре, но у нас бывает, что люди в кадре – это далеко не авторы, а только исполнители, а вы, что называется и авторы и исполнители в данном случае, но кроме вас, наверное, эту программу делает еще кто-то? Я так мягко сказала «наверное», потому что понимаю, что телевизионная программа – это огромный организм. Тем более видя каждый раз, как вы приходите очень подготовленные и вы практически одни из немногих лиц на нашем телевидении, у которых закадровая работа хорошо видна в кадре (как вы готовитесь). Кто работает с вами? Большая ли команда делает эту программу? И в чем их роль?

Б.БЕРМАН: Во-первых, это надо показать, поэтому колоссальная роль картинки…

Е.АФАНАСЬЕВА: Нет, давайте оставим картинку за кадром…

Б.БЕРМАН: Но это очень важно.

Е.АФАНАСЬЕВА: Но у вас, наверное, не свои операторы, а какие-то общие?

Б.БЕРМАН: Мы – сотрудники Первого канала. И это снимает продюсерская компания. Нельзя не сказать… операторы – замечательные люди, но существует оператор-постановщик, существует режиссер-постановщик, существуют все те люди, которые отвечают за картинку, существует художник, между прочим, Дмитрий Ликин – главный художник Первого канала, который придумал эту студию.

Е.АФАНАСЬЕВА: А вам в ней удобно?

Б.БЕРМАН: Очень. Просто когда приходят люди некоторые впервые к нам и заходят вот в эту декорацию, они обалдевают, я другого слова не могу сказать, потому что они начинают щупать стены, из чего это сделано…

Е.АФАНАСЬЕВА: Придется просто прийти к вам и посмотреть.

И.ЖАНДАРЕВ: И самое приятное – многие зрители не понимают, что это студия. Всем кажется, что это реальное помещение. Это, конечно, большая удача художника.

Е.АФАНАСЬЕВА: Я когда первый раз увидела вашу программу, мне показалось, что этот огромный стол слишком огромен. У вас не бывает такого ощущения, что это слишком дизайнерское решение?

Б.БЕРМАН: Нет, это была наша установка.

Е.АФАНАСЬЕВА: Зачем? Гость должен быть далеко от вас?

Б.БЕРМАН: Гость не должен быть очень близко.

Е.АФАНАСЬЕВА: Дистанция?

Б.БЕРМАН: Дистанция должна быть, ибо энергетический обмен должен происходить подконтрольно. Это опыт. Вот вы сказали – мы работали на каналах…

Е.АФАНАСЬЕВА: Ну здесь-то мы с вами разделены пультом таким большим, поэтому я не могу проверить.

Б.БЕРМАН: Это правильно, это абсолютно верно.

И.ЖАНДАРЕВ: И поэтому мы общаемся не шепотом, не так вот совсем, как мы могли бы разговаривать в быту, а с посылом – мы делимся энергией. В эфире должен происходить обмен энергией.

Е.АФАНАСЬЕВА: Вот вы вывели меня на интересную тему.

И.ЖАНДАРЕВ: И именно расстояние заставляет человека преодолевать.

Б.БЕРМАН: Просто опыт предшествующий опыт канала ТВС и ТВ-6, была программа «Без протокола» — там тоже был стол, но он был чуть меньше, чем этот стол.

Е.АФАНАСЬЕВА: Он, по-моему, был круглый.

Б.БЕРМАН: Круглый, да. Я могу, что мы буквально с художниками, с которыми работали, отмеряли. Это все не просто так. И нам должно быть удобно, и гостю должно быть удобно. Он не должен чувствовать наш напор. Потому что во время эфира, естественно, какая-то энергия выходит.

И.ЖАНДАРЕВ: То есть когда формулировалось техническое задание вот к этой декорации, мы действительно об этом говорили очень подробно и для нас были очень важны вот именно эти расстояния и углы, под которыми мы находимся по отношению к гостю.

Б.БЕРМАН: Я хочу договорить – вы спросили про команду. Естественно, редакторы…

И.ЖАНДАРЕВ: Без них никак, конечно.

Б.БЕРМАН: …с которыми мы обсуждаем концепцию передачи и сюжет той или иной встречи.

Е.АФАНАСЬЕВА: То есть если вы зовете гостя, гость уже приходит в такой прокрустово ложе, где вы уже ведете его по заданному руслу, которое вы с редактором наметили?

Б.БЕРМАН: Бывает, что так штормит, что все то, что мы готовили, все идет на дно.

Е.АФАНАСЬЕВА: А кого невозможно по своему руслу вести? Вот кто из ваших собеседников оказался самым непредсказуемым и самый большой шторм…

Б.БЕРМАН: Эдвард Станиславович Радзинский.

Е.АФАНАСЬЕВА: Это, говорят, перебить трудно.

И.ЖАНДАРЕВ: Безусловно. Я назову именно это имя.

Б.БЕРМАН: Он был у нас дважды. Вот в первый раз вы спросили, часто ли мы злимся друг на друга – был план, который потом в монтаже с другой камеры убирали. Я практически сломал авторучку. А Ильдар хладнокровней и он смог влезть.

Е.АФАНАСЬЕВА: Задать вопрос.

Б.БЕРМАН: Да, конечно. А когда Эдвард Станиславович пришел во второй раз, ему уже были понятны условия игры. И это было сказочно. Он очень артистичный человек.

Е.АФАНАСЬЕВА: Давайте звонок примем. А то нам так интересно разговаривать, что мы забываем про слушателей. 363 36 59. Добрый вечер.

СЛУШАТЕЛЬ: Добрый вечер, очень рада слышать вас. Меня зовут Яна. Естественно, я из Москвы. Недалеко от вас нахожусь.

И.ЖАНДАРЕВ: Очень приятно, Яна.

СЛУШАТЕЛЬ: Мне тоже очень приятно. Вы знаете, Борис, позвольте обратиться персонально к вам. Я звоню затем, чтобы выразить вам благодарность.

Б.БЕРМАН: За что же?

СЛУШАТЕЛЬ: И вы удивитесь, за что. Это было давным-давно в передаче «Абзац». Вы нашли девочку – божественное создание, которая отыскала выброшенные кем-то письма…

Б.БЕРМАН: Помню.

И.ЖАНДАРЕВ: Юля Саяпина.

СЛУШАТЕЛЬ: Это было для меня потрясением и в большей степени даже… Конечно, она совершила поступок, но то, что вы нашли и показали, вот это для меня, сам факт этого показа – лучшая вам рекомендация…

Б.БЕРМАН: Спасибо, Яна.

СЛУШАТЕЛЬ: И я вас люблю.

Б.БЕРМАН: Спасибо. Видите, Ильдар вспомнил Юлию Саяпину.

И.ЖАНДАРЕВ: Это имя девушки, которая нашла случайно или неслучайно выброшенные кем-то письма на помойку и сама разносила их по адресам.

Б.БЕРМАН: Это что-то было невероятное, конечно. Спасибо, Яна, что вы помните это.

И.ЖАНДАРЕВ: Мы тоже это помним.

Е.АФАНАСЬЕВА: Несколько реплик, пришедших на смс. Потому что забыли бедных людей, которые смски посылали и не могли дозвониться. «Предложение – пригласите Людмилу Савельеву. Скажите, кто вы по образованию. Серж, студент из Саратова» — волнуется на тему вашего образования.

Б.БЕРМАН: А что, есть какие-то опасения? Я закончил Московский государственный университет, факультет журналистики.

И.ЖАНДАРЕВ: А я – Московский инженерно-строительный институт.

Е.АФАНАСЬЕВА: Ирина все-таки настаивает: «Кто будет в гостях на новой неделе?» Мы тянули-тянули, но давайте уже расскажем.

Б.БЕРМАН: Значит, я объявляю весь список.

Е.АФАНАСЬЕВА: Огласите весь список, да.

И.ЖАНДАРЕВ: Оглашаю весь список. Завтра вы увидите нашу встречу с Галиной Павловной Вишневской. В среду будет Александр Анатольевич Ширвиндт. Далее в этом списке – не могу сказать, в какой последовательности, но такие люди: Марк Анатольевич Захаров, Владимир Валентинович Меньшов, Лариса Долина, Тамара Гвердцители, Виктория Токарева – наш замечательный прозаик, писатель, прима-балерина Большого театра Мария Александрова – удивительная девушка! – мы в нее влюбились.

И.ЖАНДАРЕВ: Замечательный собеседник, доставит большое удовольствие эта беседа нашим зрителям.

Б.БЕРМАН: Актриса театра Ленком, актриса кино, обладатель «Золотой маски» Мария Миронова. Я прямо как в цирке. Светлана Светличная – образец стиля, актриса легендарная. Йозас Будрайтис. И олимпийский чемпион…

Е.АФАНАСЬЕВА: Алексей Ягудин, это я видела в нарезке.

Б.БЕРМАН: Совершенно верно.

Е.АФАНАСЬЕВА: Иначе не догадалась бы, что вы приглашаете Ягудина к себе. Хотя иногда вы открываете персонажей, которые, казалось бы, затертые и медийные, с новой стороны. Я помню, мы с вами встретились в коридоре «Останкино» зимой и вместе обсуждали, как Лиза Боярская у вас открылась по-новому, когда всем казалось, что это такая девочка с обложки гламурного журнала, а оказался удивительный и тонкий человек.

И.ЖАНДАРЕВ: Очень глубокий человек.

Е.АФАНАСЬЕВА: Я вот о чем хотела спросить. Вот эта тонкая грань между теми людьми, которые интересны, которых называют сейчас медийными персонажами, они интересны большой аудитории, а каналы, как Первый, ведущие каналы – их персонажи большой аудитории неинтересны, не удовлетворяют, скажем честно. Тогда можно уйти на сетевой канал, на дециметровый или хотя бы на «Культуру» и разговаривать с приятными для вас людьми. Вот недавно совсем я слышала своих коллег – Иру Петровскую и Ксению Ларину – по-моему, это было у них в программе, если я ничего не перепутала. Они говорили про Дуню Смирнову и Татьяну Толстую – о том, что если зрители не знают внешне, они могут быть очень увлечены идеями этого человека, они могут читать его книжки или в Интернете про него что-то, но когда щелкаешь по каналам и не узнаешь лицо…

И.ЖАНДАРЕВ: Да, ты уходишь от этого.

Е.АФАНАСЬЕВА: Да, особенно титр-то не висит все время, что это такой-то, и ты уходишь. Умные вещи, излагаемые незнакомым тебе человеком, тебя не цепляют. Вот как вы для себя эту грань определяете людей, которые интересны вам, и медийность этого персонажа?

Б.БЕРМАН: Драматическая грань. Вы затронули очень серьезную тему. Очень больная тема, потому что это замкнутый круг.

Е.АФАНАСЬЕВА: Медийными лицами нельзя стать, если вас не показывают и с вами не разговаривают…

Б.БЕРМАН: Совершенно верно. А немедийных людей ввести в этот медийный круг бывает достаточно сложно.

Е.АФАНАСЬЕВА: А у вас есть открытия – которых вы разговорили? Может быть, не сейчас, не в этой программе, а в каких-то ранних ваших проявлениях, и они стали медийными.

Б.БЕРМАН: Чтобы они поэтому стали медийными? Ну нет, такого не может быть.

И.ЖАНДАРЕВ: Наша передача не называется «Мы ищем таланты». Ну и потом – я не совсем согласен. Потому что есть пример программы «Школа злословия» Татьяны Толстой и Дуни Смирновой. Есть уже лояльная этой программе аудитория, люди, привыкшие смотреть эту программу, знают, что там идет разговор определенного уровня и будут приглашены люди, которые интересны.

Е.АФАНАСЬЕВА: А вам что важнее – глубоко в ночи сток лояльной аудитории или все-таки чтобы аудитория была побольше, но персонажи не только те, которых вы хотели позвать, но и которые интересны…

И.ЖАНДАРЕВ: Ну есть все-таки спортивный азарт – хочется к лояльной аудитории прибавить еще кого-то, а получить цифру побольше.

Е.АФАНАСЬЕВА: Хочется, да?

И.ЖАНДАРЕВ: Конечно, хочется.

Е.АФАНАСЬЕВА: И чтобы больше людей посмотрело.

Б.БЕРМАН: Я скажу крамольную вещь. То есть она не крамольная, она объективная. Но крамольная в условиях принципиального канала. Для того, чтобы можно было эту драматическую черту перейти, такая программа, как наша, должна жить долго. Она должна жить долго и постоянно. И тогда лояльная аудитория образовывается. И тогда люди будут приходить на эту передачу, зная, что у этих двух пацанов может быть что-то интересное. Я очень хорошо помню огорчение нашей близкой подруги Светланы Иннокентьевны Сорокиной, которая вела на канале НТВ программу «Герой дня», когда она вышла очень расстроенная, узнав рейтинг программы с мультипликатором Петровым, который в тот момент получил «Оскара». Это фантастическая вещь! А рейтинг был маленький.

Е.АФАНАСЬЕВА: Конечно. Петрова никто не знает.

Б.БЕРМАН: Потому что люди не знают своего героя. А программа была действительно хорошая – Свете было очень интересно с ним разговаривать. Он очень интересный человек. Вот это – трагическое несоответствие.

Е.АФАНАСЬЕВА: Что происходит в тот момент, когда вы понимаете, что персонаж медийный, он сейчас на слуху и вам надо звать его в программу? Может, редактор советует, может, руководство канала. Ну все бывает, не будем скрывать. Он такой попсовый персонаж. Может быть, вам лично, Борису Берману и Ильдару Жандареву глубоко неинтересный. Что вы делаете?

Б.БЕРМАН: Не бывает такого в нашей профессии. Нет человека, который был бы нам глубоко неинтересен.

И.ЖАНДАРЕВ: Ну и на самом деле те люди, которые стали медийными, какими бы ни казались внешне, они чего-то стоят – люди на самом деле непростые. Всегда в них есть какое-то второе дно, которое очень интересно открыть. Другое дело – что ты на этом втором дне найдешь. Вот, например, одна из любимых мною собеседниц – это Анастасия Волочкова.

Е.АФАНАСЬЕВА: Так, с этого момента поподробнее.

И.ЖАНДАРЕВ: Потому что замечательный, потрясающий человек.

Е.АФАНАСЬЕВА: И что же вы нашли на втором дне Волочковой?

И.ЖАНДАРЕВ: То же самое, что и зрители, которые видели это все. Но просто она прекрасна тем, что ей не нужно задавать провокационные вопросы. Она на самый простой вопрос отвечает так, как на самый провокационный, и сама разоблачается невероятно…

Е.АФАНАСЬЕВА: Я жалею, что у нас радио, а не телевидение – взгляд Бориса, которым он смотрел сейчас на Ильдара, того стоил.

Б.БЕРМАН: А что в моем взгляде было?

Е.АФАНАСЬЕВА: Нет, он был замечательный.

И.ЖАНДАРЕВ: Видимо, я выдал какой-то важный секрет. Как самурай, пойду сделаю харакири.

Б.БЕРМАН: Нет, я вам могу объяснить, поскольку вы задаете действительно концептуальные вопросы…

Е.АФАНАСЬЕВА: Я тоже ведь люблю жанр интервью.

Б.БЕРМАН: Дело не в том, что человек неинтересен – людей неинтересных в мире нет, как сказал поэт. Это известно. Самое главное – убедить себя, что этот человек тебе приятен, на эти 39 минут.

Е.АФАНАСЬЕВА: Вот это вы интересно сказали.

Б.БЕРМАН: Это самое главное, потому что есть люди…

Е.АФАНАСЬЕВА: То есть до и после он вам может быть неприятен…

Б.БЕРМАН: Абсолютно.

Е.АФАНАСЬЕВА: А до того, как вы войдете в студию, вы с человеком разговариваете?

Б.БЕРМАН: Мы чай пьем.

Е.АФАНАСЬЕВА: То есть нет опасности либо сейчас перегореть, переговорить…

Б.БЕРМАН: Ужасно – есть такая опасность.

Е.АФАНАСЬЕВА: Потому что я даже перед эфиром начинаю с человеком разговаривать, а потом думаю – нет, надо не говорить, потому что иначе я не смогу потом в эфире эти вопросы задать, будет фальшь.

Б.БЕРМАН: Иногда, когда человек начинает заводиться до эфира, что-то рассказывать, мы говорим – нет, стоп, мы не будем говорить, потому что это вы артист (говорим мы ему абсолютно искренне), потому что ваш эмоциональный настрой натренирован, а мы не можем дать эмоцию. Поэтому об этой теме не будем говорить вовсе.

Е.АФАНАСЬЕВА: Давайте еще блиц с пейджера… ой, извините, какой пейджер, его уже давно нет – смс. Напомню номер — + 7 985 970 4545. А также дозвониться по телефону 363 36 59. Код Москвы – 495. Медея пишет: «Хочется сказать вам самые лучшие слова, но коротко — дай бог долголетия вам и вашей программе!» Николай с Аэропорта настаивает: «Пригласите Александра Гордона. Пожалуйста!» А вот вопрос, который я хотела вам задать – почему-то не подписался человек: «Скажите, увидим ли мы Собчак, Урганта и Робски?» Вот я бы вопрос на две части разделила. Я как раз хотела спросить – ваша необходимость работать с медийными лицами доведет вас до интервью с Ксений Собчак?

Б.БЕРМАН: Что значит – доведет? Это моя мечта. И я даже могу объяснить, почему. Во-первых, несколько лет назад Ксения Анатольевна была у нас на передаче, это была на другом канале – с Людмилой Борисовной. Шли годы, я наблюдаю а Ксенией Анатольевной и считаю, что она – одно из самых больших приобретений российского шоу-бизнеса. Более того – Ксения Анатольевна человек, который сам себя сделал. Ксения Анатольевна – человек очень отважный. И, не побоюсь этого слова – очень интеллигентный человек.

Е.АФАНАСЬЕВА: Так почему же вы до сих пор ее не пригласили?

Б.БЕРМАН: Ну как так, с удовольствием.

Е.АФАНАСЬЕВА: Если она вас слышит…

Б.БЕРМАН: Нет, она очень занятой человек. Во-первых, я как подорванный, когда есть возможность, слушаю ее эфира на другом радио.

Е.АФАНАСЬЕВА: Давайте звонок примем. 363 36 59. Добрый вечер. Сорвался звонок. Видно, не дождался наш слушатель. 363 36 59. Добрый вечер.

СЛУШАТЕЛЬ: Добрый вечер. Александр, город Саратов. У меня вопрос – когда мы в вашей передаче сможем увидеть писателя Эдуарда Лимонова и чемпиона мира по шахматам Гарри Кимовича Каспарова?

Б.БЕРМАН: Ох, какой в Саратове вопрос! Вы знаете, всему свое время.

И.ЖАНДАРЕВ: Вообще-то они уже были в наших передачах, но…

Е.АФАНАСЬЕВА: Но на другом телеканале. 363 36 59. Добрый вечер. Говорите.

СЛУШАТЕЛЬ: Владимир, город Дмитров. Господину Берману можно вопрос?

Б.БЕРМАН: Да я вас слушаю уже. Время-то не тратье – задавайте свой вопрос.

СЛУШАТЕЛЬ: А вот путешественник Александр Берман – это не ваш родственник?

Б.БЕРМАН: Нет.

Е.АФАНАСЬЕВА: Давайте еще звонок. 363 36 59. Приемник выключите, пожалуйста. Звук чуть-чуть запаздывает в эфире.

СЛУШАТЕЛЬ: Алло. Здравствуйте. Людмила Николаевна, Санкт-Петербург. Большое спасибо за передачу. Прекрасно, что она снова будет в эфире. Жаль, что она идет летом. Да, просто меньше народу будет ее смотреть. Но это так, рассуждения… А вопрос вот какой. Скажите, пожалуйста, а будет ли у вас еще в эфире Алла Демидова?

Б.БЕРМАН: Вообще, честно сказать, Алла Сергеевна Демидова – из тех персонажей, с которыми не хочется расставаться. Но Алла Сергеевна была у нас уже дважды, а если считать наши эфиры на «Эхе Москвы» и на других каналах, то она просто… Алла Сергеевна, кстати, считает, что она – наш талисман, потому что когда мы ей позвонили зимой и сказали «Алла Сергеевна, приходите», она пришла и сказала «Вы знаете, как только у вас начинается новый цикл, я прихожу – и у вас должно все получиться»…

И.ЖАНДАРЕВ: И большое ей за это спасибо. Она действительно наш талисман, и у нас действительно все получается хорошо. И самое главное – разговор наш с ней еще не закончен. Мы все равно не задали все те вопросы, которые хотели бы ей задать.

Б.БЕРМАН: Вы знаете, Алла Сергеевна – я не знаю, слушает она нас, не слушает – есть среди наших гостей такие персонажи, которых я могу назвать неисчерпаемыми, а есть, конечно, исчерпанные.

Е.АФАНАСЬЕВА: Мы говорили с вами об энергетике – определяли, сколько сантиметров должно быть расстояние от человека, чтобы работать было комфортно. Люди, которые приходят к вам, вы сами сказали, что раз они чего-то достигли, значит, там очень сильная энергетика. Чаще всего слабые люди не достигают ничего в жизни, да? эта энергетика чаще всего вам встречается у людей со знаком «плюс» и они вас заряжают или со знаком «минус»? бывают те, после интервью с которыми вы выходите и все?

И.ЖАНДАРЕВ: То есть встречались мы ли с энергетическими вампирами?

Е.АФАНАСЬЕВА: Можно, конечно, назвать и методами «Дневного дозора», но и можно сказать так – есть ли те, с которыми вам энергетически трудно дались разговоры?

И.ЖАНДАРЕВ: Были такие. Это было давно. Это были в основном политики.

Б.БЕРМАН: Да, точно. Я вот сейчас стал вспоминать…

И.ЖАНДАРЕВ: Помнишь, который даже, по-моему, применил прием некоей магии, потому что перед эфиром он подарил нам по некоему предмету, которые реально сковали нас. Вот есть такие вещи, которые, оказывается, работают. А черт его знает…

Б.БЕРМАН: Да-да. А другой политик сделал так – это был прямой эфир: он сел и сказал «Вы знаете, по-моему, у меня гипертонический криз. Вот если я сложу руки вот так, надо вызывать скорую». Уже объявлена команда – двухминутная готовность…

Е.АФАНАСЬЕВА: И вам было жалко его клевать.

Б.БЕРМАН: Ничего подобного.

И.ЖАНДАРЕВ: Это была его ошибка.

Б.БЕРМАН: Не на тех напал.

Е.АФАНАСЬЕВА: Это хорошо.

И.ЖАНДАРЕВ: Видимо, я потомок янычар, а янычары не имеют жалости к женщинам, детям и подпольным советским миллионерам в особенности.

Е.АФАНАСЬЕВА: Давайте последний звонок, наверное, на сегодня. 363 36 59. Добрый вечер.

СЛУШАТЕЛЬ: Добрый вечер, меня зовут Москва…

И.ЖАНДАРЕВ: Хорошее имя.

Е.АФАНАСЬЕВА: Москва, а зовут-то как?

Б.БЕРМАН: А имя какое у вас?

И.ЖАНДАРЕВ: Ну Москва, ты же слышал.

СЛУШАТЕЛЬ: Марат. Мне очень интересно было весь этот разговор слушать…

Е.АФАНАСЬЕВА: Вы знаете, только придется очень быстро задать вопрос – у нас последняя минута эфира.

СЛУШАТЕЛЬ: А почему такой постоянный конформизм в выборе героев программ?

Е.АФАНАСЬЕВА: А кто был бы для вас героем программы, Марат, чтобы вы не называли Бермана и Жандарева конформистами? Кого вам не хватает?

СЛУШАТЕЛЬ: Хорошо, давайте назовем. Вот хотя бы Юрия Юлиановича Шевчука почему никогда не пригласить?

И.ЖАНДАРЕВ: Вы знаете, мы его приглашали на самом деле несколько раз, но просто не совпадали по датам. Это правда. С большим удовольствием совпали бы – поговорили.

СЛУШАТЕЛЬ: Хорошо, а почему, извините, покойных репортеров, которые, извините, убиенные уже, не буду их перечислять – их достаточно количество…

Б.БЕРМАН: Ну они ж покойные…

И.ЖАНДАРЕВ: Ну это какой-то странный вопрос…

Е.АФАНАСЬЕВА: Марат, эфир заканчивается, поэтому давайте, господа конформисты, ответим вкратце в 20 секунд.

Б.БЕРМАН: Я понимаю, к чему клонит Марат. Во всем нас можно обвинить. Здесь нас обвинили в конформизме – может, мы и конформисты. Может быть…

И.ЖАНДАРЕВ: А жизнь вообще — поиск компромиссов, на самом деле.

Е.АФАНАСЬЕВА: Ладно, придется искать компромисс и заканчивать этот эфир, хотя не хотелось бы. За этот пул – 16 программ – записанный что стало для вас самым большим открытием? Лично для вас? По 30 секунд на ответ. Борис Берман.

Б.БЕРМАН: Вы знаете, я не скажу вам этого, потому что все наши герои открылись для нас, они сделали подарок, говоря с нами откровенно.

Е.АФАНАСЬЕВА: Ну одну цитату или фразу…

И.ЖАНДАРЕВ: Нет, как человек для меня, безусловно, открытие – это Мария Александрова, потрясающая балерина и очень интересный человек.

Б.БЕРМАН: А у меня открытие – это Галина Павловна Вишневская. Это человек высочайшего уровня этического и эстетического.

Е.АФАНАСЬЕВА: Это Борис Берман и Ильдар Жандарев. С завтрашнего дня вы снова можете видеть их в ночном эфире Первого канала – «На ночь глядя». Елена Афанасьева. Я прощаюсь с вами до следующего воскресенья. Всего доброго, до свидания.

Комментарии

3

Пожалуйста, авторизуйтесь или зарегистрируйтесь, чтобы оставить комментарий.

19 июня 2008 | 20:54

зацепило
Неужели уважаемый Борис Берман серьезно рассуждает об интеллегентности Ксении Собчак? Или я что-то не так поняла, не уловив тонкой иронии этого мною весьма уважаемого журналиста и талантливого человека? Интересно с каких пор признаками интеллегентности стали вульгарный эпатаж, пьяные выходки, мат в прямом эфире, понты и сверхраздутое самомнение? Если Берман серьезно так думает, значит что-то совсем уж для меня непонятное происходит в нашем сознании. Я считаю и всегда буду представлять себе мерилом интеллегентности не бестолковых выскочек, а тех кто в это сумасшедшее время живет рядом с нами - Алексей Баталов,Даниил Гранин, Валентин Распутин, Бела Ахмадулина, Алла Демидова и еще очень многие замечательные люди. Вы считаете,что в этом ряду есть место Собчак?


22 июня 2008 | 18:59

дом 2
дом2 это реальные отношения людей, а не художественное произведение. Возникают разные ситуации, Например ссора, где мужчина публично поливает грязню и матом женщину и в последствии не становится изгоем на проекте, общается и ведет нормальные отношения. на проекте Часто аморальные вещи могут восприниматься как норма общественных отношений.


04 июля 2008 | 22:09

борис берман,на ночь глядя
сегодня посмотрел на ночь глядя с Т.Гварцетели.Было много вопросов н а грузинскую,русскую.франц.тему.Только небыло ни разу упомянута еврейская половинка Тамары и я вспомнил,что это небыло упомянуто ни с Ширвиндом ни с Долиной и я понял. что еврейская тема-табу для человека с именем Борис Берман. После этого он вдруг стал мне не интересен и не симпатичен

Самое обсуждаемое

Популярное за неделю

Сегодня в эфире