'Вопросы к интервью
Е.АФАНАСЬЕВА: Добрый вечер. В эфире – «Телехранитель», программа о сути телевидения, о тех, кто определяет и хранит эту суть. В студии – Елена Афанасьева. Как всегда по воскресеньям говорим мы с вами о персонах, программах, событиях и антисобытиях, которые влияют на то, каким наше телевидение будет сегодня и завтра. И сегодня мы будем говорить о событии, действительно, мирового уровня. В новейшей истории России таких событий не было, когда одновременно 3 миллиарда человек смотрело трансляцию из Сочи, церемонию открытия. И мы поговорим сегодня об этой церемонии с теми, кто ее делал. У нас на связи по телефону из Сочи генеральный продюсер церемонии Олимпийских игр Константин Эрнст. Добрый вечер, Константин.

К.ЭРНСТ: Добрый вечер.

Е.АФАНАСЬЕВА: Вы нас слышите?

К.ЭРНСТ: Да, я слышу вас хорошо.

Е.АФАНАСЬЕВА: Расскажите, пожалуйста. Очень много вопросов, много поздравлений и на сайт «Эха Москвы» пришло, и идет сейчас. Я напомню слушателям SMS-номер +7 985 970-45-45 – вы можете задавать вопросы Константину Эрнсту. Константин Львович, расскажите, пожалуйста, вообще насколько невероятна была задача, которую нужно было сделать команде, которая работала под вашим руководством?

К.ЭРНСТ: Ну, во-первых, собственно, церемония открытия Олимпийских игр – это самое главное зрелище на телевидении, то есть зрелище, которое собирает максимальную аудиторию. С большим отрывом от него, на втором месте Чемпионат мира по футболу, совокупно кумулятивно по зрителям. И на третьем – единовременный эфир трех частей Евровидения каждый год.

Ну, такой аудитории как у Олимпийских игр нету ни у одного телевизионного события. Поэтому задача была амбициозная. А с другой стороны, чрезвычайно тяжело представлять, что ты должен сделать нечто, что будет интересно такому количеству людей во всем мире и еще достойно представить свою страну.

Е.АФАНАСЬЕВА: Есть ли какие-то ограничения, которые накладывает сама типология этой церемонии, какие-то ограничения, которые Международный Олимпийский Комитет предъявляет, нормы, которые должны соблюдать организаторы?

К.ЭРНСТ: Ну, у Международного Олимпийского Комитета вообще армейские правила. Есть свод законов, символов и хронометражей, которые необходимо очень жестко соблюдать. Поэтому если думать, что это возможность такого абсолютно свободного творчества, то в значительной части церемонии это невозможно просто. Более того, нам удалось революционизировать некоторые части с точки зрения представления флага или парада атлетов, что является одной из самых главных частей церемонии открытия.

Е.АФАНАСЬЕВА: Вы имеете в виду замечательную идею с тем, что появляется карта страны на поле стадиона, и будто бы  из недр страны?..

К.ЭРНСТ: И люди появляются, как бы, из сердца своей страны, да.

Е.АФАНАСЬЕВА: Это проекция была или каким-то техническим образом решалась эта задача?

К.ЭРНСТ: Ну, это проекция и специальное освещение. И специально мы выставили рампу, которая за 17 секунд открывалась и люди… Специально были созданы такие комнаты, где команды ожидали выхода. Я думаю, что это, в общем, сильная инновация для церемонии открытия.

Е.АФАНАСЬЕВА: Как долго вообще эта вся работа? Вот, когда началась работа по подготовке этой церемонии? Сколько времени занимают такие?..

К.ЭРНСТ: Ну, работа по подготовке церемонии началась 2,5 года назад, когда, собственно, был объявлен правительственный тендер на лучшую концепцию. Мы приняли в нем участие, и правительственная комиссия решила, что наше предложение является наиболее интересным.

Е.АФАНАСЬЕВА: А, собственно, работа уже над церемонией в стадии репетиции?

К.ЭРНСТ: Ну, саму церемонию мы придумали с Георгием Цыпиным и Андреем Болтенко 2 года назад. А потом мы занимались, собственно, созданием агентства по проведению церемонии, которое является стопроцентной дочкой Оргкомитета сочинской Олимпиады. И занимались работой, собственно. Мы разрабатывали проекты декорации, концепции, дописывали музыку, приглашали людей, лучших специалистов по свету, звуку, аниматроникам. Ну, к сожалению, мы очень поздно приступили к репетициям по объективным и необъективным причинам. Реально, в общем, мы могли начать в самом конце декабря, что для такой по технологии сложной церемонии, ну, практически, невозможно. И более того, представители МОК полагали, что мы не успеем. Ну, то есть мы успеем, мы сделаем какую-то церемонию, но это будет официальная часть и какие-нибудь музыкальные или танцевальные номера. Но что мы успеем технологию в значительном объеме (не в полном, конечно – не все реализовали свои планы, но процентов 70-75 мы реализовали). То есть все ключевые элементы были реализованы. В то, что они были реализованы в такие сроки, я сам до сих пор не верю.

Е.АФАНАСЬЕВА: Обычно больше 5-6 месяцев идут репетиции на стадионе.

К.ЭРНСТ: Да. Репетиции идут сначала в разных компаундах тренировочных, а потом на стадионе, но начинается за  6 месяцев. Мы это сделали, в общем, за месяц с небольшим. До сих пор не верю, что это всё произошло, и то, что практически 99% сработало. Предвкушаю вопросы от ваших радиослушателей, что «А вот одно из колец не открылось». Сразу хочу сказать, что это самое простое, что у нас было по технологии. И то, что оно не раскрылось, ну, это просто, знаете, выяснилось, что при приближении один из металлических кусков перерубил триггер, который включает электричество. Ну, так бывает в жизни, знаете? И я на пресс-конференции ночью после открытия… Естественно, журналисты начали задавать первыми этот вопрос. Сказал, что, во-первых, никакой конспирологии и это кольцо не обозначает никакой отдельный континент. А во-вторых, знаете, есть такой дзен-буддистский принцип: если вы хотите продемонстрировать, что шар идеально отполирован, оставьте одну зазубрину.

Е.АФАНАСЬЕВА: Очень много было вопросов сейчас на сайте «Эха». Люди, наверное, не совсем понимают технологию вещания, как вы могли в прямой эфир давать запись. Вот те, кто смотрел по телевидению, не видели, что кольцо не раскрылось, потому что идет включение с записанной заранее генеральной репетиции, да?

К.ЭРНСТ: Это была прямая трансляция. В этом сегменте был использован элемент репетиции, проходившей 4 февраля, где как и все предыдущие репетиции все 5 колец открывались.

Е.АФАНАСЬЕВА: Как я понимаю, это правило Олимпийского Комитета, это не то, что вы решили…

К.ЭРНСТ: Нет, правила Олимпийского Комитета для международной версии. В национальной версии можно это использовать. Мы не хотели расстраивать российских телезрителей, имели на это право. А OBS, которая занимается международными правами, они показали нераскрывшееся пятое кольцо.

Е.АФАНАСЬЕВА: Понятно.

К.ЭРНСТ: И мы не скрывали никогда, что оно не открылось, но, знаете, вот история про то, что… «А зачем нам показывали тогда открывшийся?» Ну, для того, чтобы было приятно.

Е.АФАНАСЬЕВА: Вы знаете, уже в интернете появились майки с вот такими кольцами, и люди пишут, что это замечательная уже креативная идея.

К.ЭРНСТ: Это говорит об огромном влиянии олимпийских церемоний на международное сознание. А остальные шутят, что это спонсорство двух компаний – Бритиш Петролеум, у которых, собственно, снежинка, звездочка-снежинка и компании Ауди, у которой 4 кольца. Это гораздо более, мне кажется, смешная конспирологическая версия.

Е.АФАНАСЬЕВА: Да.

К.ЭРНСТ: Знаете, мне, честно говоря, скучно об этом говорить. Я раньше говорил об этом на пресс-конференции. Но люди продолжали задавать вопросы именно про…

Е.АФАНАСЬЕВА: Но вы сами затронули тему снежинки.

К.ЭРНСТ: А я сознательно это сделал. Просто я хотел закрыть эту тему очень просто. Потому что если церемония шла там больше 2,5 часов, а время раскрытия одного кольца занимало несколько секунд, то неужели вам больше не о чем разговаривать кроме как об этом кольце?

Е.АФАНАСЬЕВА: Давайте расскажем еще об одной вещи, потому что вы готовили фрагмент, связанный с Великой Отечественной войной гораздо более сильный эмоциональный и длительный. Наверное, надо объяснить, почему его не было. Потому что задают вопросы, как наша история без Великой Отечественной войны, только намеком была?

К.ЭРНСТ: Нет, ну, слушайте, это не намек. Вообще стадионное художественное действо – это вообще метафоры. Поэтому, безусловно, метафора Великой Отечественной войны – она была в эфире. То, что она была, собственно, запуском, триггером к другой части, которая, на мой взгляд, хотя по времени она была незначительна, но эмоционально, может быть, самый сильный момент во всей церемонии. Но, к сожалению, МОК попросил настоятельно нас этого не делать. Мы долго упирались и, в общем, были почти на грани конфликта. Но вследствие того, что это территория МОКа и церемония, и вообще правила Международного Олимпийского Комитета – прерогатива международной организации… Знаете, если вы играете в футбол, но вам очень хочется забить рукой, то надо переходить в гандбол.

Е.АФАНАСЬЕВА: Вероятно, у МОК такие правила, чтобы не оскорблять чувства других стран. Или чем они аргументируют?

К.ЭРНСТ: Знаете, МОК аргументирует это довольно точно. И когда слышишь их аргументы, их понимаешь. Они говорят о том, что Международный Олимпийский Комитет старается держаться как Фома Аквинский, избавиться от политических воззрений. И этот момент слишком чувствителен и имеет политическую окраску. И, безусловно, это послужит прецедентом для других церемоний. И я ссылался на то, что в Лондоне было упоминание так называемого Memorial Day, когда в Англии носят все (НЕРАЗБОРЧИВО). Но они мне объяснили, что был большой конфликт после церемонии в Лондоне, когда, собственно, устроители церемонии не проинформировали МОК о том, что они будут это включать, и сделали это контрабандой.

Знаете, я предпочитаю, все-таки, играть по правилам. И если это площадка, которая представляет Международный Олимпийский Комитет, я должен уважать эти правила. Мне чрезвычайно обидно и даже больно, что готовая к реализации очень эмоциональная и, на мой взгляд, точная акция памяти погибших во время Второй мировой войны, во время Великой Отечественной войны, не была реализована. Но я понимаю мотивы, по которым МОК попросил нас этого не делать. У меня к МОКу претензий нет.

Е.АФАНАСЬЕВА: Очень много приходит сейчас уже SMS. Я еще раз напомню, +7 985 970-45-45. Если у вас есть вопросы к главному продюсеру всех олимпийских церемоний Константину Эрнсту, вы можете успеть их задать. Ольга пишет «Замечательный проект, много фантазии, не шаблонно, достойно». Человек с ником Франкофил пишет «В какой момент открытия вы почувствовали, что состоялся подлинный шедевр мирового уровня? Кто придумал авангардную «Время вперед» часть церемонии и кто автор идеи использовать музыку Шнитке?»

К.ЭРНСТ: Ну, я сказал, что мы церемонию придумали втроем с Георгием Цыпиным и Андреем Болтенко. И придумали, в общем, все сегменты церемонии, всю музыку, художественное решение, режиссерские ходы. Поэтому мы такой коллективный автор, мы все втроем написали этот сценарий. То есть я изложил Георгию Цыпину, художнику-постановщику свое видение и разбил всё на главы, и сказал о том, что я хочу реализовать решение верхней механики, чего не делали ни на одном значительном объеме. В верхней механике ни одно шоу не только олимпийское, но и в мире не проходило. Что я имею в виду? Что декорации не стоят на земле и не двигаются по земле, а перемещаются в воздухе. То есть в значительной степени все шоу проходят так или иначе на так называемом Field of play, на Поле игры. Но мне кажется, что в значительной степени эта площадка уже переиспользована всеми шоу, и в том числе олимпийскими, и, на мой взгляд, надо было попробовать охватывать вертикаль, потому что, думая о двух церемониях открытия, которые на меня произвели впечатление. То, что делал Чжан Имоу в Китае, в Пекине на открытии – это было выдающееся взаимодействие большого количества людей, и переплюнуть это невозможно хотя бы потому, что межличностные взаимодействия китайцев находятся в другом стиле нежели взаимоотношения межличностные и контактные россиян. И добиться такого синхрона и такого единовременного общего действия, ну, думаю, что нам просто невозможно. Поэтому соревноваться с китайцами на этом поле было наивно, поэтому я решил, что массовой хореографией я заниматься не буду.

Что касается лондонской Олимпиады, которую делал замечательный режиссер Дэнни Бойл, то мне по большому счету понравились там 2 момента – это кольца и трубы. И все они находились в вертикальном пространстве. Это, правда, 2 известных элемента, которые находились в вертикали. И я подумал, что вертикаль не охвачена. И если от России ждут чего-то в стиле матрешка, балалайка, водка и икра, то, безусловно, никто не ждет от России высокотехнологического шоу. И просто, знаете, огромное количество информации, которая забила голову и главные эмоции человечества, заставляют для того, чтобы ты рассказал что-то о простом, ну, например, о своей стране, которую ты любишь, тебе надо использовать ранее не использованный прием. Это активирует восприятие, потому что классические способы восприятия уже забиты и неэффективны. И поэтому, активировав вдруг неожиданным ходом восприятие, ты можешь рассказать ту историю, которую ты хочешь рассказать.

Е.АФАНАСЬЕВА: То есть те зрители, которые писали в отдельных комментариях, что много было, якобы, повторений лондонской Олимпиады, они, наверное, не в курсе, что обычно утверждается сценарий Олимпийским Комитетом за несколько лет. Как я понимаю, вы свои идеи представляли…

К.ЭРНСТ: Выиграю нокаутом у любого, кто это сказал, потому что мы представили свою заявку до лондонской Олимпиады. Это документально подтверждено. И более того, что эти люди – ну, просто, знаете, такие люди, которые всегда говорят, что кто-то у кого-то украл. Эти люди сами обычно ничего не создают. А когда предлагаешь сравнить и реально показать, что использовано из Лондона, да ничего. Мы полностью раскадровали всю церемонию открытия за 3 месяца до лондонской Олимпиады. Поэтому это наивные, так сказать, блогерские укусы. Ну… У людей много желчи.

Е.АФАНАСЬЕВА: Из тех вопросов, которые сейчас приходят по SMS-номеру, Евгений спрашивает «Как выбирали девочку Любу?» Есть вопросы «Почему Люба?» Ну, тут, по-моему, понятно, что Любовь.

К.ЭРНСТ: Девочку выбирали на основе кастинга. В кастинге было около 8 тысяч детей. Выбирали по трем принципам. Девочка должна была быть определенного возраста, от 10 до 12 лет. Она должна быть спортивной, желательно гимнасткой. И третье, она должна быть симпатичной.

Е.АФАНАСЬЕВА: И, по-моему, их было 2, вчера показывали в новостях.

К.ЭРНСТ: Ну да, была одна основная, одна дублерша. В результате дублерша снималась в одном сегменте, в остальных сегментах снималась основная девочка, настоящее имя которой Лиза. Но ее имя в проекте – Любовь. Ну, почему, понятно.

Е.АФАНАСЬЕВА: Константин, если у вас есть возможность, мы просим вернуться к этому разговору через 5 минут – у нас сейчас перерыв на выпуск новостей на «Эхо Москвы».

К.ЭРНСТ: Хорошо.

НОВОСТИ

Е.АФАНАСЬЕВА: Мы продолжаем программу «Телехранитель», в студии – Елена Афанасьева, говорим мы сегодня о, действительно, самом главном телевизионном событии, которое смотрело более 3 миллиардов человек, о церемонии открытия Олимпийских игр, которую делала наша российская команда вместе с международной командой. И руководит этой командой Константин Эрнст, он у нас на связи по телефону. Добрый вечер еще раз, Константин.

К.ЭРНСТ: Добрый вечер, Лена.

Е.АФАНАСЬЕВА: Очень много реплик приходит сюда. «Константин, респект за открытие Олимпиады, особенно за сценарий. Грамотно, толково», — пишет ваш тезка Константин Еремин.

К.ЭРНСТ: Спасибо огромное.

Е.АФАНАСЬЕВА: «Константин, я не поклонник вашего таланта, — пишет Бас55, — но открытие Олимпиады получилось великолепным. Вы видите, сколько нервных вопросов от оголтелых противников. Значит, всё получилось. Молодцы». «Видел, как вы радовались…»

К.ЭРНСТ: Я, на самом деле, хотел сделать это для всех, для всех россиян, в том числе в независимости от их политических воззрений. Мне кажется, это не про это было.

Е.АФАНАСЬЕВА: Ну, наверное, это и поняли, потому что пишут здесь и про то, что плакали, и про то, что гордились страной люди. В общем, все эти отклики есть не только сейчас на сайте «Эха Москвы», но и в интернете, активно обсуждается и на международных ресурсах. Но давайте вернемся к вопросам, которых достаточно много.

К.ЭРНСТ: Елен, я воспользуюсь случаем и хочу сказать, что сегодня в 8 часов, если будет желание и время, у нас будет документальный фильм (наши ребята-документалисты сделали, я его, собственно, не видел, правда, потому что они снимали в Сочи, но делали в Москве), собственно, рассказ о том, как делалась церемония открытия.

Е.АФАНАСЬЕВА: Да. Ее даже, насколько я знаю, не заверстывали в эфир, боялись сглазить. Только когда всё получилось, поставили.

К.ЭРНСТ: Да. Называется он «Между небом и землей».

Е.АФАНАСЬЕВА: И в ответ на вопросы некоторых наших слушателей, почему нет на сайте церемонии, почему нет в интернете. Потому что прав МОК не дает.

К.ЭРНСТ: А после программы «Время» мы…

Е.АФАНАСЬЕВА: Да, повтор.

К.ЭРНСТ: Как говорят в кино и телевидении, крайний раз повторим церемонию открытия.

Е.АФАНАСЬЕВА: То есть для тех, кто не успел посмотреть в прямом эфире, может посмотреть сегодня после воскресного «Времени».

К.ЭРНСТ: Да.

Е.АФАНАСЬЕВА: «В Ванкувере на открытие отвели большую роль коренным индейцам. Почему ни слова не было о коренных жителях разных регионов России?» Без подписи из Москвы…

К.ЭРНСТ: У нас первая глава… Я просто экономлю радиовремя и отвечаю сразу на вопросы. У нас первая глава, собственно, увертюра всего проекта и пролог, которая называлась «Голоса России», она была, собственно, про 180 национальностей, которые живут у нас в стране. А рассказывать об одной какой-то народности у нас нет возможности. У нас счастливая страна, у нас живет 180 национальностей.

Е.АФАНАСЬЕВА: Человек с ником Банами45 пишет: «Очень зрелищно. Свет, картинка превосходные. Мне понравилась слаженная работа всей команды. Жутко любопытно, сколько было камер, чьи операторы работали?»

К.ЭРНСТ: Знаете, камер на стадионе было почти 100, но они принадлежали трем структурам. Большее количество камер было у компании OBS – это Olympic Broadcasting Services. То есть это телекомпания Олимпийского Комитета. И были камеры совокупного российского сигнала, объединенные камеры Первого канала и канала «Россия 1», которые формировали национальный сигнал на Россию. И были камеры американской телекомпании NBC, крупнейшего спонсора Международного Олимпийского Комитета. Поэтому камер было под 100.

Е.АФАНАСЬЕВА: Вы уже упомянули двух своих основных коллег – Андрея Болтенко и Цыпина. Может быть, вы еще расскажете чуть подробнее о команде, которая с вами работала? Потому что насколько я знаю, что Джаник Файзиев снимал тот фрагмент, который представлял историю России. Мы вот собираемся чуть позже поговорить и с Антоном Ненашевым, который делал Азбуку.

К.ЭРНСТ: Да, Антон Ненашев делал азбуку. Джаник Файзиев делал, вы знаете, не историю России – это, скажем так, путешествие из Греции в Россию через историю. С нами работали специалисты 17-ти национальностей, были ребята из Австралии. Канады, США, Англии, Германии, Франции. Знаете, мы постарались пригласить лучших специалистов в разных профессиональных областях для того, чтобы попытаться рассказать о своей стране на самом высоком уровне. Например, у нас директор света, как мы называли его, сам, может быть, самый лучший световик Европы Эл Гордон, англичанин.

Е.АФАНАСЬЕВА: Он уже работал с вами на церемонии Евровидения.

К.ЭРНСТ: На Евровидении. Нет, мы вообще с многими из этих людей работали на многих наших важных проектах. Например, если вы видели, что были съемки Стедикамом, которые сняты не с рук, а на двухколесной такой системе Сигвей. Вот, был такой шведский оператор Карстен, лучший в мире человек, который снимает с рук на Сигвее. Ну, мы просто знаем этот рынок, мы знаем лучших специалистов, мы собрали дрим-тим такой по телевидению и шоу.

Мы работали с компанией Stageone, одной из двух лучших в мире компаний по подвесным механизмам.

Е.АФАНАСЬЕВА: А в чем?.. Вот, мы сейчас вспомнили эту команду, которая с вами же работала на Евровидении. Там было грандиозное шоу, тоже смотрело более миллиарда человек, шел прямой эфир нескольких полуфиналов и финала. Здесь у вас церемония открытия, еще впереди у вас церемония закрытия Олимпийских игр. В чем разница подготовки церемонии Евровидения, например?

К.ЭРНСТ: Сразу хочу сказать, что у нас после церемония открытия сто раз говорили «А что же вы сделаете на церемонии закрытия?»

Е.АФАНАСЬЕВА: Здесь много вопросов. Намекните.

К.ЭРНСТ: Я хотел заранее сказать о том, что, конечно, церемония закрытия не является столь бюджетной и пафосной как церемония открытия, и она, в общем, в значительной степени с точки зрения Международного Олимпийского Комитета гораздо более простое мероприятие, и бюджет на него гораздо меньше. Но я надеюсь, он будет интересным, и, опережая вопросы, хочу сказать… Простите, мы здесь все простужены, потому что провели последний месяц, в общем, во влажном и холодном сочинском воздухе на стадионе, который продувался отовсюду.

И поэтому я сразу хочу сказать, что воспоминание об олимпийском Мишке 1980 года будет.

Е.АФАНАСЬЕВА: Это главный вопрос, который тут уже многократно задавали, вернется ли Мишка, кто улетит.

К.ЭРНСТ: Лена, я же знаю, какие вопросы задают зрители.

Е.АФАНАСЬЕВА: Ну, тогда вы, наверное, знаете, что, несмотря на то, что мы говорим с вами об огромном…

К.ЭРНСТ: Мишка не вернется, но будет любопытно.

Е.АФАНАСЬЕВА: Заинтриговали. Будем ждать. Но не меньшее количество вопросов…

К.ЭРНСТ: Кстати, хочу сказать, что эту церемонию закрытия делает швейцарский театральный цирковой режиссер Даниэль Финци Паска, который знаком многим москвичам, в частности, по спектаклям, которые привозят в рамках Чеховского фестиваля.

Е.АФАНАСЬЕВА: Не могу не задать, потому что вопросов огромное количество о вашем отношении к претензиям Земфиры, которая заявила, что будет подавать в суд за использование ее мелодии.

К.ЭРНСТ: Вы знаете, я знаю Земфиру с самого начала, когда еще никто не знал. Я звонил Земфире несколько раз подряд, она не брала телефон. Я могу сказать, что Земфира нарушила контракт с компанией, которой в то время я руководил, REAL Records и я не стал подавать на нее в суд. Это было там 5 или 7 лет назад. Я думаю, что ее желание привлечь внимание на фоне, так сказать, интереса к Олимпийским играм… Ну, она может подать в суд, но тогда, боюсь, я буду вынужден вернуться к истории нарушения ею контракта с компанией REAL Records. Я тогда простил ей это нарушение, и не стал подавать в суд. Хотя, мог. Если она на такое мое отношение ответит судебным иском, ну, в таком случае, знаете, существует такой принцип «уровня предложенные действия». Я думаю, что я для Земфиры, для ее карьеры сделал очень много. И такая мелочность, мне кажется, такую выдающуюся певицу просто позорит.

Е.АФАНАСЬЕВА: «Открытие мне очень понравилось, — пишет человек с ником Новакс. – Вспоминая закрытие Олимпиады-80, многие плакали. Будут плакать при закрытии, наверное, и сейчас. Спасибо за позитив. В наши смутные времена всё было на высшем уровне».

К.ЭРНСТ: Не считаю наши времена смутными. А уровень мы старались давать максимальный, что мы успели бы за это время.

Е.АФАНАСЬЕВА: Не меньшее количество вопросов. Почему-то люди спрашивают, почему вальс Доги звучал во время бала Наташи Ростовой. Почему-то считают, что обязательно должен был быть Прокофьев.

К.ЭРНСТ: Ну, сделайте церемонию сами.

Е.АФАНАСЬЕВА: Тут, к сожалению, без подписи. Из Москвы.

К.ЭРНСТ: Скажем так, ни Прокофьев, ни Дога во времена…

Е.АФАНАСЬЕВА: Толстого не жили.

К.ЭРНСТ: ...Толстого… Да и, собственно, Толстой жил в несколько более позднее время, чем был бал Наташи Ростовой.

Е.АФАНАСЬЕВА: Откуда взялся диджей? Леонид Руденко, по-моему, его зовут, да?

К.ЭРНСТ: Да.

Е.АФАНАСЬЕВА: Почему было решено сделать вот такой сет диджейский?

К.ЭРНСТ: Мы пригласили его для того, чтобы ритмизировать и убыстрить прохождение атлетов. И чтобы им было весело, и чтобы у них было настроение.

Е.АФАНАСЬЕВА: Очень много было слухов по поводу того, кто будет выступать, ждали Лепса и Тату, которые должны были, якобы, петь там и других звезд. Но все они были, как я знаю, в части, которая была до официального открытия, на разогреве, да?

К.ЭРНСТ: Тату выступали в прешоу.

Е.АФАНАСЬЕВА: Почему было решено отказаться от этих артистов?

К.ЭРНСТ: Что значит «отказаться»?

Е.АФАНАСЬЕВА: Ну, вероятно, это было огромное количество слухов, которые гуляли вокруг церемонии.

К.ЭРНСТ: Слушайте, я не комментирую слухи. Но я могу сказать, я разговаривал с несколькими исполнителями, в том числе та же Земфира хотела спеть что-нибудь на открытии. Всем артистам, в том числе и глубоко уважаемому мною Григорию Лепсу, я сказал «Ребята, сделаете песню, достойную открытия Олимпийских игр, безусловно, вы будете ее петь». Но надо сказать, что Гриша Лепс пробовал и было 3 варианта песни. Он – достойнейший человек и он сказал, что той песни, про которую он сам скажет, что она достойна открытия, у него нет. А Земфиру незадолго до этого я спросил «Ну что ж? Где ж твоя песня?» Она говорит «Ну, у меня те, которые в альбоме, есть. Те есть». Ну… Не поют песни из альбома на открытии Олимпийских игр – она пела на закрытии Спартакиады песню из своего альбома, это замечательно. Альбом неплохой. Но для Олимпийских игр пишут специально.

Е.АФАНАСЬЕВА: То есть в этом году ни у кого не получилось такого хита как в 1980-м стала прощальная песня, под которую Мишка улетал, да?

К.ЭРНСТ: Ну, знаете, на самом деле, мне кажется, вообще это никому не удавалось, по большому счету. Да, наверное, в 1980 году «До свидания, мой ласковый Миша» была удачная вещь, но это церемония закрытия. А на церемонии открытия… Знаете, все уверены, что, например, «Барселона», которую исполнял Фредди Меркьюри и Монсеррат Кабалье, написана для открытия Олимпиады в Барселоне. Но только Фредди Меркьюри уже 2 года как лежал в земле. Там, действительно, исполнялась эта песня, но она написана специально для Монсеррат Кабалье, а вовсе не по поводу Олимпиады.

Поэтому мне кажется, что вообще эта история исполнения песни на церемонии открытия давно убита интернетом. Интернет сделал музыку настолько доступной и мгновенной, что нету артистов и нету музыкального материала, демонстрация которого на таком важном мероприятии кого-то поразит насмерть. Ну, мне кажется, что это устаревшая часть. Ну, больше песни не играют той роли, которую они играли 20 или 30 лет назад. То есть песни – замечательно, пусть будут, но их способ презентации на церемонии открытия – вещь довольно старомодная. Я считаю, что уже пора от этого отказываться.

Е.АФАНАСЬЕВА: Света из Самары пишет: «Вы это сделали. Спасибо. За много лет чувство гордости во мне возродили».

К.ЭРНСТ: Я счастлив этому сообщению. Абсолютно искренне говорю. Я хотел объясниться в любви к своей родине, это правда. И если у кого-то мое объяснение в любви вызывает такое же чувство, я счастлив, потому что, значит, это работает. И я ничего никому не хотел доказать – я просто хотел рассказать про Россию и про ее историю. Я понимаю ограниченность возможностей рассказать это в течение 2,5 часов, а реально художественная часть гораздо меньше, чем 2,5 часа, потому что много официоза. В течение какого-то времени, ну, на уровне стадионной метафоры, что, скажем, довольно объемный и сложный по форме для тонких вещей язык. Я счастлив, что та энергия, которую наша команда вкладывала, она попала в очень многих наших соотечественников и очень многих иностранцев. Знаете, в течение двух суток у меня захлебнулся телефон от смсок людей из разных стран мира. Они говорят, что они по-другому посмотрели на Россию. У нас ни у кого… Мы все в коматозном состоянии, потому что, в общем, последний месяц с лишним не спали совсем. И все простуженные. У меня во время шоу была температура 39, и не потому, что я так переживал. Я, конечно, переживал, но просто я простужен насквозь. И я думаю, что мы просто бесконечно счастливы, что то, что мы пытались свои эмоции и свои чувства вложить в это шоу, оно попало в стольких людей. Я считаю, что это для людей, которые занимаются творчеством, это просто бесконечное счастье. Я благодарен всем, кто сказал, что «я заплакал». Ну, просто я сам готов заплакать, потому что это… Ну, как бы, люди занимаются публичными видами творчества именно для того, чтобы что-то сказать другим людям и вызвать у них какую-то эмоцию. Это счастье. Я благодарен всем людям, в кого это попало.

Е.АФАНАСЬЕВА: Мы желаем вам удачи на церемонии закрытия и на церемониях Паралимпиады. Спасибо большое, что вы вышли, даже так занятые организацией, вышли на связь с нами на «Эхо Москвы».

К.ЭРНСТ: Я слишком уважаю аудиторию «Эха Москвы», чтобы отказаться от такого предложения.

Е.АФАНАСЬЕВА: Спасибо, Константин, удачи вам.

К.ЭРНСТ: Спасибо.

Е.АФАНАСЬЕВА: Мы говорили сейчас с генеральным продюсером церемонии открытия и всех церемоний Олимпийских игр Константином Эрнстом. Очень много вопросов и реплик, которые приходят на сайт «Эха Москвы», по SMS-номеру +7 985 970-45-45, вы их еще можете успеть задать. Мы еще хотели успеть поговорить сейчас, если мы дозвонимся, с Антоном Ненашевым, который делал Азбуку вот эту, потрясшую воображение зрителей, когда кириллица, русский алфавит представлял нашу страну в разных видах. И даже в топы Twitter’а немедленно попала буква «твердый знак» с Пушкиным и «й» с Чайковским. Антон, здравствуйте.

А.НЕНАШЕВ: Здравствуйте. Добрый вечер.

Е.АФАНАСЬЕВА: Спасибо, что вы вышли с нами на связь. Я хочу представить: это Антон Ненашев, человек, который сделал эту Азбуку как дизайнер и вместе с Константином Эрнстом как автор. Почему? Откуда взялась идея представить Россию азбукой?

А.НЕНАШЕВ: Вы знаете, идея эта была уже у Константина Львовича готова к тому моменту, когда меня подключили к проекту. Мы, в принципе, начали ее разрабатывать именно по образу, по буквам. Это заняло довольно большой период времени, с конца июля это началось, а съемки у нас были в начале октября.

Е.АФАНАСЬЕВА: И как раз тогда больше всего, конечно, вопросов, почему на эту букву этот герой, этот человек или это явление, а не другой. Кто отбирал? Как?

А.НЕНАШЕВ: Вы знаете, это было коллегиальное решение. Это были огромные споры. Вы просто не представляете, как сложно продавать родину. Мы прекрасно понимали, что обязательно будет подобная реакция, потому что у каждого свои представления о прекрасном. Там в интернете этого бедного Шагала уже довели, по-моему, до ручки. Я не знаю, чем так провинился Шагал? Ну и, собственно, долго-долго много итераций было. Мы старались (ну, собственно, я, по крайней мере, точно старался со своей стороны) добиться того, чтобы это не была лубочная какая-то бесконечная история (балалайка, матрешка и так далее), а это была, все-таки, какая-то сильная Россия. Не хотелось бы бесконечных жар-птиц, медведей и прочего, и прочего, и прочего. Вот, собственно, так и происходило. Ну и каждый раз это переутверждалось Константином Львовичем, это были сложные-сложные, долгие споры. Потом, естественно, возникали моменты, когда выяснялось, что на готовую уже букву мы этого не изобретали. Например, пресловутая буква «й», была готова сцена с йогуртом полностью закончена. И за 3 дня до эфира выяснилось, что йогурт Мечников таки не изобретал. Ну вот, собственно, возникшие трудности.

Е.АФАНАСЬЕВА: То есть ваш готовый фрагмент вы вынуждены были менять, да?

А.НЕНАШЕВ: И не один. Где-то процентов 35 ролика было переделано.

Е.АФАНАСЬЕВА: А почему, все-таки, было это достаточно оригинальное решение, когда Чайковский оказался? Именно потому, что заменяли йогурт?

А.НЕНАШЕВ: Ну, потому что смотрите. Я когда читаю на форумах все эти разговоры, я не понимаю этих людей честно. То есть, как бы, поливать грязью свою страну – это, конечно, прекрасная идея, но мне кажется, что не очень продуктивная.

Смотрите, еще придумали этот алфавит. Вот, мне уже там и ёж в караул втыкали, и чего там только не было. Но, вот, зачем?.. Я чувствую, что люди не понимают концепции, что не просто слова, не говорите слова на букву, а вам нужно как-то максимально репрезентативно представить страну. Чем Йошкар-Ола лучше, чем там Москва? Но тогда можно играть в города от А до Я. Проблема.

Е.АФАНАСЬЕВА: Да. Очевидно, что у вас самые большие сложности были именно с этими русскими знаками типа «твердого знака», «ы», «мягкого знака», которые представить достаточно сложно.

А.НЕНАШЕВ: Это, на самом деле, всё очень просто. Без Александра Сергеевича деваться некуда. То есть понятно, что он должен быть в алфавите. Поэтому из-под него освободили букву «п» под периодическую таблицу, а «твердый знак» отдали ему по понятной причине, потому что так писалась его фамилия изначально.

С любовью я рекомендую всем попробовать придумать что-нибудь на «мягкий знак» и потом мы поговорим. К тому же героиню нашего шоу звали Любовь. Собственно, это была ее репрезентация.

Такая же история с буквой, например, «ю». Южный что-то там, помните, в детстве была считалочка? Я его придумал сам. Собственно, мы поняли, что парашют подходит идеально. И почему бы нам не поставить в одном слове в качестве исключения букву в середине, кто нам мешает, собственно говоря? Никто. И вообще это максимальный подход. Я прочел там тонны по этому поводу нелицеприятных отзывов в интернете. Ну, ребят, придумайте сами, господи, поговорим потом. У меня простой ответ на этот вопрос.

Е.АФАНАСЬЕВА: Здесь просто, наверное, настолько стремительно менялись буквы, потому что некоторые зрители, возможно, не всё заметили. Например, спрашивают «А почему не было Зворыкина?» Хотя, как раз в кадрах телевидения, по-моему, Зворыкина вы показали.

А.НЕНАШЕВ: Там есть такие, вложенные истории двойные. Там, например, Зворыкин, его портрет на стене в кадре с телевидением, потому что на «з», как мы знаем, есть пресловутая зерноуборочная машина, которая она же закрома. Там много таких вещей, довольно не прямолинейных. И, в принципе, я очень старался, чтобы их сохранить. За них как раз и была самая главная борьба, потому что все… Ну, как бы, все ж хотят, чтобы было всё понятно: А – арбуз, б – барабан, ну и так далее.

Е.АФАНАСЬЕВА: Ну и огромное количество «спасибо» вам тут пишут сейчас. «Спасибо за Ёжика в тумане».

А.НЕНАШЕВ: Ой, Ёжик в тумане – это наше всё. Это прям мы с Норштейном долго-долго выбирали эти кадры, сканировали их специально с пленки, чтобы сделать в высоком разрешении и старались максимально с этим со всем аккуратно работать, так же, как в фильме нашими художниками. Изначально у нас были какие-то сложносочиненные образы, но в итоге мы оставили картины такие, как они есть. Ну, там, за Врубеля или, там, Малевича, или Кандинского дорисовывать картины я не готов. Там более того доходило до того, что в случае с Малевичем мы пытались вывести это на полный ракурс горизонтально и рассыпалась эта картина, естественно, потому что она была квадратной изначально. Мы сделали черное поле в качестве исключения для того, чтобы вернуть картине оригинальный формат.

Вообще с этим очень со всем сложно работать. Нельзя просто взять и переделать так, как ты хочешь. Все-таки, люди до тебя куда более талантливые над этим всем поработали несколько десятилетий или сотен лет назад.

Е.АФАНАСЬЕВА: А ваша любимая буква в этом алфавите какая получилась?

А.НЕНАШЕВ: Ну, там снялся мой домашний кот.

Е.АФАНАСЬЕВА: А, ну, тогда, конечно.

А.НЕНАШЕВ: Поэтому, видимо, «твердый знак». Меркурий – суперзвезда.

Е.АФАНАСЬЕВА: Спасибо, Антон, вам большое, вот, всяческое количество «спасибо» от наших слушателей, которые смски пишут. Мы говорили с Антоном Ненашевым, дизайнером и автором той части церемонии олимпийской, которая в виде алфавита представляла нашу Россию. Чуть раньше мы говорили с Константином Эрнстом, генеральным продюсером всех церемоний. Сегодня в 8 вечера на Первом канале будет как раз большой фильм, документальный проект о том, как и кто делал эту церемонию. Если вас это заинтересовало, вы можете посмотреть. А если не видели церемонию в прямом эфире, можете посмотреть ее, как сказал Константин Эрнст, крайний повтор после воскресного «Времени», потому что, к сожалению, Международный Олимпийский Комитет не дает права на интернет. Онлайн-вещание шло только на территорию России, дальше мы не имели права – это я отвечаю всем тем, кто задал огромное количество вопросов, почему нельзя было посмотреть на сайте канала, почему нельзя было посмотреть в Первом международном или в других международных версиях российских каналов. Потому что у МОК чудовищные ограничения не только на трансляцию соревнований и церемонию, но вот, например, в эти дни мы вынуждены перекрывать на сайтах даже новости из олимпийского Сочи, потому что не дай бог какой-то логотип, который принадлежит МОК, попадет в кадр.

Я думаю, что мы должны сказать «Спасибо» всей огромной команде, которая делает телевизионную составляющую Олимпиады. Мы еще вернемся к этому разговору (сегодня мы говорили только о церемониях), вернемся к разговору об олимпийских трансляциях, к огромному труду 12 или 14 (я сейчас точно не скажу) тысяч журналистов, которые сейчас работают в Сочи. И это журналистика, телевизионная журналистика очень высокого уровня.

Елена Афанасьева, прощаюсь с вами до следующего воскресенья. Всего доброго, до свидания.


Загрузка комментариев...

Самое обсуждаемое

Популярное за неделю

Сегодня в эфире