'Вопросы к интервью
09 августа 2009
Z Собрание Третьяковки Все выпуски

Сергей Орлов, скульптор. Рабочая модель памятника Юрию Долгорукому


Время выхода в эфир: 09 августа 2009, 12:09


Проект

Памятник


А.ТРЕФИЛОВА: Ну, наконец-то. У нас скульптура сегодня. Здравствуйте. 12 часов 08 минут. Открываем наше собрание. Татьяна Пелипейко, Анна Трефилова и наш сегодняшний эксперт Елена Бушуева, старший научный сотрудник отдела скульптуры ХХ века, естественно, Третьяковской галереи. Всё правильно сказала? Здравствуйте.

Е.БУШУЕВА: Да. Всё правильно, здравствуйте.

А.ТРЕФИЛОВА: Сегодня у нас причём интересная история – у нас не просто скульптура, у нас проект скульптуры. Не все его видели, поэтому будем описывать. Ну, где-то отличается, где-то не отличается. Но памятник Юрию Долгорукому в Москве, ну, я уверена, ну, если не лично, то, по крайней мере, на картинках, видели все. Всё-таки это символ города. Всё-таки это символ Москвы. Ну, чего там? Все знают.

Т.ПЕЛИПЕЙКО: И даже тем, кто просто смотрит какие-то новости из Москвы по телевидению, я думаю, трудно было избежать возможности увидеть этот самый памятник, потому что сейчас там происходит масса официальных мероприятий буквально на фоне нашего этого самого ...

А.ТРЕФИЛОВА: А под новый год его теперь одевают еще, он же у нас теперь бывает Дедом морозом ещё.

Т.ПЕЛИПЕЙКО: А! Это отдельная история. Он бывает Дедом морозом, он кем угодно у нас бывает.

А.ТРЕФИЛОВА: Кем угодно он у нас бывает, но у нас сегодня в программе предмет разбора следующий – проект этого памятника.

Т.ПЕЛИПЕЙКО: Как всё было на самом деле?

А.ТРЕФИЛОВА: И проект этот работы скульптора Сергея Орлова находится в Третьяковской галерее. Но я вам что предлагаю? Сейчас была изумительная совершенно программа Алексея Венедиктова про книги и про выбор книг для детей, в продолжение этой истории у нас есть Елена Ханга, которая ходила в Третьяковскую галерею, как всегда, делала по нашей просьбе, записывала некоторое эссе, но Елена ходит в последнее время в Третьяковскую галерею, в последние несколько лет не одна. Вот с кем она туда ходит и что она там видит, сейчас в нашей программе.

ЛЮБИМАЯ КАРТИНА

Е.ХАНГА: «Сватовство майора» Федотова, «Девятый вал» Айвазовского, «Утро в лесу» Шишкина, «Алёнушка» Васнецова. Как вы думаете, что связывает все эти картины, помимо того, что все они в Третьяковке? Их связывает то, что их обожает моя дочка, которой семь лет. Слава Богу, есть такая книжка «Моя первая Третьяковка», и мы эту книжку подарили ей ещё, когда было пять лет. Она просто так листала, и, конечно же, все эти сказки, там «Алёнушка» и другие сказки она с большим интересом листала, потому что вот у неё это была любимая литература.

Кроме того, Айвазовский – она учится рисовать, потому что все эти краски, акварели, по-моему, очень интересно перерисовывать и объяснять ребёнку, что такое красиво. Вот как смешивать все эти краски.

Почему ей нравится «Сватовство майора»? – одному Богу известно. Но видите, это такое лубочное произведение, которое даже семилетняя чувствует, какой он там смешной этот герой, и чувство юмора воспитывается у ребёнка.

Если у вас дети и есть возможность приобрести эту книжку, то очень рекомендую «Моя первая Третьяковка».

О ВКУСАХ НЕ СПОРЯТ!

А.ТРЕФИЛОВА: Елена Ханга сейчас рассказывала, как она ходит в Третьяковку с дочкой. Ну, а вот мы, кстати, никогда не обсуждали, вообще, вам нравится, скажите мне, Таня и Елена, вам вообще нравится памятник Юрию Долгорукому? Никто никогда не задумывался – он красивый, или некрасивый? Так все привыкли, стоит.

Е.БУШУЕВА: Я думаю, что говорить о памятнике только с точки зрения красивый он или некрасивый, может быть, но это не всегда верно.

А.ТРЕФИЛОВА: Ну, мы привыкли, что он стоит. У нас не возникает вопроса, а может быть, он там и не к месту.

Т.ПЕЛИПЕЙКО: Ты права очень, Аня, этим вопросом, потому что памятник нельзя воспринимать как скульптуру, которая стоит в музее. Любую городскую скульптуру, даже не имею в виду памятник как таковой, надо воспринимать, как нечто находящееся на определённом месте.

Е.БУШУЕВА: Часть места.

Т.ПЕЛИПЕЙКО: Часть места. Если говорить, скажем, о его формате, о вот его размере с учётом размеров площади и окрестных зданий, в этом плане в архитектурном решении он нормален. Тут гораздо интереснее, конечно, и  я думаю, Елена нам об этом расскажет, история смены памятников на этом самом месте, если сравнивать, что было…

А.ТРЕФИЛОВА: Ой! Что там только не стояло!

Е.БУШУЕВА: Ну, их было не так много.

Е.ПЕЛИПЕЙКО: Не так много, но всё же.

Е.БУШУЕВА: Три памятника.

Т.ПЕЛИПЕЙКО: То здесь, наверное, нет, есть много хуже, чем Юрий Долгорукий, есть лучше.

Е.БУШУЕВА: Мне нравится формулировка Татьяны. Вот с этой формулировкой я готова согласиться.

А.ТРЕФИЛОВА: Вот психология у нас такая всё время: вот не самый плохой вариант, давайте, пусть будет!

Е.БУШУЕВА: Да, ну не самый плохой. Я даже, знаете вот, Аня, вернее даже.

А.ТРЕФИЛОВА: Аня и Таня, ну ничего!

Е.БУШУЕВА: Я просто вот как-то ожидала такого вопроса, ну, примерно такого – а вот нравится ли мне этот памятник? А считаю ли я, что это хороший памятник, или считаю, что он плохой? И я стала как-то ну вот задумываться, что говорить о том, что памятник не очень хорош, ну значит, мы вызываем некий негатив, и вот что тогда получается? Что, если нехороший памятник, ну какая-то реакция – либо мы должны смириться с тем, что у нас на одной из главных площадей стоит нехороший памятник и мы этот нехороший памятник терпим. Да?

А.ТРЕФИЛОВА: Полгорода говорит, что Пётр Первый Церетели нехороший. Но при этом он стоит и никуда не девается.

Т.ПЕЛИПЕЙКО: Нехороший, нехороший!

Е.БУШУЕВА: А вы знаете, а вот мне он тоже не нравится.

А.ТРЕФИЛОВА: А на мой взгляд, ты скажешь, что убрать, пусть останется Юрий Долгорукий.

Е.БУШУЕВА: А вы знаете, я привыкла к тому, что есть некая вертикальная доминанта.

А.ТРЕФИЛОВА: Это что такое?

Е.БУШУЕВА: Ну вот, что там есть нечто большое, и не просто большое по ширине, а по высоте большое. И вот мне не очень важно там вот, стоит там Юрий Долгорукий, Пётр Первый, или

кто-то ещё. Вот на месте, вот на этой стрелке, вот я думаю, что стоял бы там памятник Мухиной, он был бы маленький. Он в принципе был бы  значительно меньше. Вот, если возвращаться к Петру. Если говорить вообще об уместности постановки памятника, потому что я понимала, что мы в какой-то момент будем вот эту тему обсуждать – какие памятники уместно ставить в городе, какие – неуместно, ну вот можно начать поэтому с самого начала. Что наверное надо обсуждать и какой памятник мы хотим – большой видеть в этом месте, маленький.

А.ТРЕФИЛОВА: Ну, я не знаю, есть ли какие-то технологии там.

Е.БУШУЕВА: Дело не в том, что технологии. Это градостроительная задача. То есть, я думаю, что с точки зрения градостроительной задачи вот нечто большое там, где сейчас стоит Пётр, у нас ведь город-то, в общем-то, плоский. Наши семь холмов они все почти, вот вы их отыщите семь. Спросите вот кого-нибудь, все кроме Боровицкого вам ничего и не назовут. Ну вот, Таня у нас человек образованный. Вот сколько холмов?

А.ТРЕФИЛОВА: Таня знает, так и сделаем!

Е.БУШУЕВА: Я Вшивую горку, по-моему, нашла, вот стала я отыскивать холмы. Да, это в районе Котельнической.

Т.ПЕЛИПЕЙКО: У нас семь холмов, какой-то холмик ещё вырисовывается.

Они просто холмики именно вот в понимании каких-то сильных таких городов.

Е.БУШУЕВА: Возможно, во времена наших давних предков там Х1 века, ХП, они были холмами.

Т.ПЕЛИПЕЙКО: Хотя вам сказать, что машинам взъехать на Рождественский бульвар по гололёду бывает очень трудно.

А.ТРЕФИЛОВА: Так. Давайте к памятнику возвращаться.

Е.БУШУЕВА: Но я просто вот хотела сказать о том, что в принципе, когда мы ставим памятник, наверное, надо учитывать очень много разных задач. И к вопросу о том, что есть и много хуже, чем Юрий Долгорукий, увы, есть. Главное, что их поставили не в 54-м году, а их ставят иногда и совсем недавно.

А.ТРЕФИЛОВА: Знаете, Эйфелеву башню тоже поначалу не любили, а потом привыкли, ничего.

Е.БУШУЕВА: Я думаю, что вот к вопросу «привыкли» уже можно отнестись спокойно, главное, чтобы у нас руки не чесались

что-нибудь снести.

А.ТРЕФИЛОВА: Они всё время так чешутся!

Е.БУШУЕВА: А у нас чешется! Вот вы знаете, может это у нас, наверное, какой-то, я не знаю, может это у нас какой-то национальный зуд, или какой-то у нас, ментальность у нас такая. Если плохо – мы сразу снесём!

А.ТРЕФИЛОВА: Хорошо. Давайте послушаем, о том, как проект памятника попал в Третьяковскую галерею. А потом выясним, что и как сносили. Так, кто у нас рассказывает про проект?

У нас рассказывает про проект хранитель Наталья Денисова.

ПУТЬ В ГАЛЕРЕЮ

Н.ДЕНИСОВА: В 1949 году модель памятника Юрию Долгорукому была отлита в Ленинграде, на заводе «Монументскульптура», и затем экспонировалась на Всесоюзной художественной выставке в Москве. Откуда и поступила в собрание скульптуры Третьяковской галереи.

Во дворе старого здания для неё был сооружён специальный постамент, на котором произведение экспонировалось под старыми вязами до реконструкции музея. А потом было перевезено в фонды музея, на Крымский вал.

Произведение не имеет богатой выставочной истории, так как достаточно крупное по габаритам и экспонировалось только на персональной выставке автора в 1984 году.

ДОРОГУ ОСИЛИТ ИДУЩИЙ

А.ТРЕФИЛОВА: Наталья Денисова нам рассказала, как проект памятника Юрию Долгорукому попал в Третьяковскую галерею.

Тань, мы забыли совершенно про, собственно, соль и сахар нашей программы. Где это всё? Показывай.

Призы? Вопросы?

Т.ПЕЛИПЕЙКО: Ну, потому, как ты у нас увлеклась градостроительством, да.

Итак, вопрос, конечно, связан с нашим сегодняшним автором – Сергеем Орловым. Сергей Орлов, в его биографии среди прочих моментов есть такая вещь, как Сталинская премия, которую он получил в 46-м году, причём за две сразу работы. И, что интересно, одну из этих работ вот ровно сейчас можно видеть как раз в экспозиции Третьяковской галереи. Я думаю, это не постоянная экспозиция, а вот этот ваш сменный скульптурный зал.

Е.БУШУЕВА: Да, очень временно. Буквально через две-три недели она, скорее всего, закроется, поэтому ….

Т.ПЕЛИПЕЙКО: Только названия пока не говорите.

Е.БУШУЕВА: Не буду говорить. Да, да, да.

Т.ПЕЛИПЕЙКО: Это выставка «Фарфор, фаянс, майолика», зал там сейчас, и там находится одна из этих двух работ. Так вот, значит, за какие работы скульптор Сергей Орлов получил в 46-м году Сталинскую премию? Две работы было.

О призах напомню: у нас Каталог действующей пока ещё тоже какое-то время на Крымском валу Выставки плаката «Художник и время», у нас журнал «Третьяковская галерея», и у нас билеты в Третьяковку, пригласительные билеты, такие вот «вездеходы» — в любое здание, в любое время, на два лица действительные, и такие приглашения – вот это тоже для вас есть, если вы дадите нам правильный ответ.

А.ТРЕФИЛОВА: +7 (985)970-45-45 – это номер sms. Можете уже отвечать. Можете здесь же, на этот же номер задавать свои вопросы.

Ну, а на сайте у нас: eho.msk.ru.

Т.ПЕЛИПЕЙКО: Есть ведь вопросы тоже у нас там.

А.ТРЕФИЛОВА: Есть и вопросы, и есть фотография, кто имеет доступ к Интернету, Таня специально ходила в Третьяковскую галерею и сфотографировала проект памятника там.

Т.ПЕЛИПЕЙКО: Нет, не сфотографировала, мы сканировали из Каталога, потому что понимаешь, он всё-таки большой, там не подобраться. Я пошла туда, я на себе притащила тяжеленный каталог для сканера.

А.ТРЕФИЛОВА: Его практически нигде нет, и очень мало известен. Поэтому давайте рассказывать.

Е.БУШУЕВА: Я хотела об этом сказать, сказать о том, что необычность этой передачи в сравнении со всеми, может быть, предыдущими, во всяком случае, с  теми эфирами, на которых я присутствовала, всегда выбирали такую работу, которую можно видеть в экспозиции галереи. То есть, работа должна была быть доступной для публики.

А.ТРЕФИЛОВА: Сейчас нас всех уволят, вы понимаете?

Е.БУШУЕВА: Ну, как? Мы рассказывать должны о том, что стоит…

А.ТРЕФИЛОВА: Но он же стоит в экспозиции?

Е.БУШУЕВА: Нет. Ну как же, Ань, конечно, не стоит.

А.ТРЕФИЛОВА: А где он?

Е.БУШУЕВА: В запаснике.

А.ТРЕФИЛОВА: То есть, его видеть нельзя этот проект?

Е.БУШУЕВА: Проект? Нет. Время от времени только. Его сейчас видеть нельзя, он находится в запаснике. Но дело в том, что он практически почти  совершенно ничем совершенно не отличается от того Юрия Долгорукого, только размерами. Ну вот так, если смотреть в той части, в какой мы видим проект.

Т.ПЕЛИПЕЙКО: А, если приглядеться, мы начинаем задумываться.

Е.БУШУЕВА: Ракурсы разные.

А.ТРЕФИЛОВА: Всё-таки обозначь их.

Е.БУШУЕВА: Ну, как делается? Как делают скульптуры? Сначала делается гипсовая форма, то есть, ну вот скульптор лепит из гипса, у него там делается восковая форма, потом отливается бронза. И такой вот долговременный процесс. И, кроме того, очень важно перевести, форматор переводит обычно вот с размера модели до натурального размера памятника. То есть, увеличивая в несколько раз эту работу. И вот в данном случае наша модель…

А.ТРЕФИЛОВА: Ну, они отличаются, товарищи, ну подождите! Они действительно отличаются.

Т.ПЕЛИПЕЙКО: Да. Мы поэтому и две фотографии сделали.

А.ТРЕФИЛОВА: И там и самим князем, и формой одежды, и постаментом.

Е.БУШУЕВА: Давайте так ещё скажем: здесь есть некоторое отличие, связанное с доработкой во времени, потому что эта отливка 49 года, а памятник был установлен в 54-м.

Т.ПЕЛИПЕЙКО: На самом деле, они, по-моему, отличаются не только ракурсом и размером, они очень отличаются выражением и самой фигурой, прежде всего, князя. Немножко более динамична лошадь, на мой взгляд, ещё в проекте. Ну, это-то ладно.

Е.БУШУЕВА: Я согласна.

А.ТРЕФИЛОВА: Я скажу больше: что в проекте лошадь, как мы тут долго выясняли, а на памятнике-то конь всё-таки.

Т.ПЕЛИПЕЙКО: Да нет, в проекте он тоже конь, только он не так внушителен в этом плане.

Е.БУШУЕВА: Он, может быть такой более жилистый и более поджарый. То есть, он такой, я не знаю, как правильно говорить о конях.

Т.ПЕЛИПЕЙКО: Так и  князь-то поизящней был.

Е.БУШУЕВА: И князь поизящней. Он помощнел, — так скажем. Чтобы не говорить, что он пополнел.

Т.ПЕЛИПЕЙКО: Они оба, я помню, что где-то была такая ссылка на одного из литераторов, который сказал, что «Вот нам посадили князя верхом на васнецовской лошади из «Трёх богатырей».

Е.БУШУЕВА: Совершенно верно, это, по-моему (неразборчиво), или кто-то вот эту фразу произнёс. Но фраза такая очень язвительная. Потому что я думаю, что не в самом лучшем контексте он представил себе князя на лошади Ильи Муромца. Думаю, что нет.

Т.ПЕЛИПЕЙКО: Давайте теперь вернёмся к теме сноса— не сноса, нам надо уточнить всё-таки, что ж там стояло изначально?

Е.БУШУЕВА: К чему я всё предыдущее говорила? Что в дальнейшем мы с вами больше всё-таки будем говорить не столько о модели, сколько о памятнике, вот о том, что же всё-таки вышло. Потому что, ну вот, если мы будем говорить только о модели, мы, ну скажем, хороша модель, или нехороша, с нашей точки зрения.

А.ТРЕФИЛОВА: А с Вашей точки зрения хороша модель?

Е.БУШУЕВА: Модель? Ну, я бы, конечно, это не выбрала. Вот, если бы я была среди тех, кто в конкурсе должен был отбирать, я бы предпочла всё-таки Мухинскую работу. Но я это вот сказала бы сегодня в каком? В 2009-м году, а что бы я сказала в 47-м, когда конкурс проводился, я тоже не уверена, что я бы тогда сказала, что вот князь не должен быть воителем и не должен тут вот простирать длань, и чётко указывать, как он этот город собирается заложить и есть некая охранительная функция, как мне кажется, вот в этом его жесте. Так что не забывайте: время послевоенное. Только что…

А.ТРЕФИЛОВА: Героизм. Но всё-таки это первый памятник человеку из тех времен. Буржуазный князь.

Е.БУШУЕВА: Наконец-таки сделали памятник представителю эксплуататорских классов. Вспомним, в 18-м году как там снос памятников.

Т.ПЕЛИПЕЙКО: Тогда снесли вот то, что было до этого на этой площади.

Е.БУШУЕВА: Это был первый памятник, который на этой площади появился – памятник Скобелеву. Площадь стала называться Скобелевская. Простоял шесть лет. То есть, поставили в 12-м году, ну я не буду называть исторические даты.

Т.ПЕЛИПЕЙКО: В вопросах наши слушатели из Ростова и спрашивают: «А чем не угодил Скобелев? Считалось, что был вот такой отец солдатам».

Е.БУШУЕВА: Белый генерал.

Т.ПЕЛИПЕЙКО: Белый генерал, и неважно, как он к солдатам относился.

Е.БУШУЕВА: Наверное, молодым людям, которые про белых и красных не знают, объяснить, что слово «Белый генерал» воспринималось как антиреволюционная пропаганда.

А.ТРЕФИЛОВА: Практически рядом с Красной площадью.

Е.БУШУЕВА: Конечно. То есть, белый – потому что носил белую бурку, белое одеяние, и вообще действительно был такой, ослепительно красив, действительно как-то вот  он очень хорош был.

И я думаю, что Скобелев, наверное, ну вот именно своей красотой ещё раздражал и всеми теми легендами, потому что – ну как же это? – Генерал-то царский, а уж больно хорош.

В общем, не угодил Скобелев.

А.ТРЕФИЛОВА: А куда делся памятник потом? Неизвестна судьба его?

Е.БУШУЕВА: А я не знаю.

Т.ПЕЛИПЕЙКО: В переплавку?

Е.БУШУЕВА: Думаю, что да.

А.ТРЕФИЛОВА: То есть, его в природе нет?

Е.БУШУЕВА: Судьба его, как говорится, была плачевна.

Т.ПЕЛИПЕЙКО: Во всяком случае, он таких был размеров, что знали бы, если бы он где-то был жив.

Е.БУШУЕВА: Это точно, где-то стоял бы, в отличие от Александра Третьего, который благополучно пережил время опалы в дворике Русского музея. Вот нигде он так в обозримых местах не стоит. И, судя по всему, наверное, всё-таки, как Таня правильно сказала, — в переплавку.

Т.ПЕЛИПЕЙКО: Итак, убрали памятник Скобелеву, что на площади возникло далее?

Е.БУШУЕВА: Было принято решение поставить памятник Советской Конституции.

В 18-м году праздник, ну, праздник это тогда было 7 ноября, его и установили. Памятник был из кирпича, облицован и под что-то там, я уж не помню, под гранит, по-моему, раскрашен.

А.ТРЕФИЛОВА: А что изображалось там, что там было?

Е.БУШУЕВА: Это такая стела, как это сказать? Конусообразная, четырёхгранная. И к этой стеле через год скульптор Андреев добавил фигуру, женскую фигуру.

Т.ПЕЛИПЕЙКО: И после этого стали говорить, что это не Конституция никакая, а памятник Свободы.

Е.БУШУЕВА: Памятник Свободы, да!

И вот эту самую вот женщину, которую называют Статуей Свободы, олицетворяющую Свободу, действительно считают там была два возможных прототипа – либо племянница Станиславского, либо актриса Хованская, актриса Художественного театра, ну, во всяком случае, голова этой статуи она очень похожа на ряд таких голов, которые он делал таких и портретных, и ряд просто голов, которые Андреев делал дореволюционные ещё, то есть, я думаю, скорей такой собирательный некий образ. И вот этот памятник он, в общем-то, простоял довольно долго. Потому что взорван он был в 41-м году.

Т.ПЕЛИПЕЙКО: Вот уточните, 41-й год – это до войны?

Е.БУШУЕВА: Не в июне, а в апреле.

Т.ПЕЛИПЕЙКО: То есть, это намеренно, да? Это не случайно, это не военная потеря?

Е.БУШУЕВА: Нет. Нет, нет. Это не военная потеря. Но он был сделан из гранитной крошки, из бетонной такой, бетон получается, и, в общем-то, представьте себе, с какого года мы считаем с вами? – с 18 до 41-го стоит он больше 20 лет, атмосферные явления. Он стал осыпаться, разрушаться, то есть, он был сделан из нестойких материалов.

А.ТРЕФИЛОВА: Свобода не была рассчитана на долгое время.

Т.ПЕЛИПЕЙКО: То есть, ничего личного, что называется, потому что многие считали – это намеренно. Потому что была политика здесь.

Е.БУШУЕВА: Ну, знаете, я не знаю, как в эфире приводятся ли анекдоты, ну как бы вот анекдот тогдашний, тех лет: почему Свобода против Моссовета? Потому что Моссовет против Свободы.

Т.ПЕЛИПЕЙКО: Кстати, нам уже и на сайте его тоже напомнили.

Знают, знают.

Е.БУШУЕВА: Да, потому что народ знает, народ помнит.

Т.ПЕЛИПЕЙКО: Кстати говоря, что вот от этой Андреевской Свободы-то осталось?

Потому что Андрееву не везёт в Москве: Гоголя задвинули, Свободу взорвали. Ему дважды не повезло. На одном и том же месте.

А.ТРЕФИЛОВА: Что осталось от Свободы?

Е.БУШУЕВА: Голова. И, что интересно, ну, как бы, в каком-то месте я прочитала: «случайно попавшая в Третьяковскую галерею.

Нет, попала не случайно. Но попал просто вот героический шаг женщины, сотрудницы Третьяковской галереи привезли. Вот они в 41-м году наняли то ли подводу, то ли грузовик, ну что-то вот они наняли, и приехали на эту самую тогда Советскую площадь и откопали. Ну, я не представляю, как они могли откопать.

А.ТРЕФИЛОВА: Ручками, наверное.

Е.БУШУЕВА: Как-то, я так понимаю, что остатки были не в очень, наверное, аккуратном виде, потому что вот эту вот голову они сумели погрузить на эту подводу, и привезли в Третьяковскую галерею.

А.ТРЕФИЛОВА: Послушайте, но это незаконно, что ли было? Они сами поехали?

Е.БУШУЕВА: Нет, они выгребли из мусора то, что пошло бы 

куда-нибудь на свалку, и раздробили бы потом, может быть, она, не знаю там, в каком-то там карьере где-нибудь, в кусках валялась. Они привезли. Это было оформлено как экспонат, всё принято на хранение на постоянное. И вот сейчас эту голову, вот как только у нас сменится экспозиция, про которую Таня уже говорила, в зале № 24, там появится новая экспозиция, называется она «Фрагмент, всё время забываю название, вот этот проект….

Т.ПЕЛИПЕЙКО: И этот проект, не достанется нам заодно Орловский, раз уж у вас выставка будет фрагментов и проектов? Подумайте!

Е.БУШУЕВА: Я так думаю, что, наверное, там уже всё спланированное место. Вы же сказали: он большой по размеру.

Да, большой он по размеру. А потом всё-таки проект Орлова мы как-то худо-бедно, хоть мы его видим. А там будет очень много интересных проектов, которые вообще не осуществлённые, которые мы и не видели, и никогда не увидим.

Т.ПЕЛИПЕЙКО: Вообще, красивая эта голова очень.

Е.БУШУЕВА: И вот голова Свободы она будет вот там представлена в этой экспозиции.

Т.ПЕЛИПЕЙКО: Да там повесьте в экспликацию эту историю, как её спасали. Это настолько интересно!

Е.БУШУЕВА: Я надеюсь, что Лариса Бедретдинова, которая у нас готовит все экспликации, готовит материалы, и спасибо ей, сейчас вот тоже, потому что сейчас вот  сведения об Орлове, кстати, я тоже окончательно вот именно из её, вот ею подготовленных материалов узнала.

А.ТРЕФИЛОВА: Почему о нём так мало известно вообще?

Е.БУШУЕВА: Вот вы знаете, интересно, что о нём действительно практически книг нет. То есть, человек вот – народный художник, там член-корреспондент, и много всего о нём хорошего вроде можно сказать вот по его заслугам, а книжечка одна, и в общем-то, такая – то есть буклетный вариант.

Т.ПЕЛИПЕЙКО: Символ Москвы ещё раз чуть не снесли, Анюта.

Е.БУШУЕВА: Символ Москвы – Вы имеете в виду?

Т.ПЕЛИПЕЙКО: Юрия Долгорукого, Юрий Долгорукий был под вопросом.

Е.БУШУЕВА: Мы не успели рассказать о том, как его поставили.

А.ТРЕФИЛОВА: Вообще говоря, сейчас Краткие НОВОСТИ.

Т.ПЕЛИПЕЙКО: И об Орлове, кстати, всё-таки  тоже надо сказать будет подробнее.

А.ТРЕФИЛОВА: Елена Бушуева, старший научный сотрудник отдела скульптуры ХХ века Третьяковской галереи. Говорим о памятнике Юрию Долгорукому. После Кратких НОВОСТЕЙ продолжим.

НОВОСТИ

А.ТРЕФИЛОВА: Елена Бушуева у нас в гостях, старший научный сотрудник отдела скульптуры ХХ века Третьяковской галереи. Татьяна Пелипейко, Анна Трефилова. Продолжаем говорить о проекте памятника Юрию Долгорукому. Ну, и естественно, о самом памятнике работы скульптора Сергея Орлова.

Столько вопросов, Лена, мы, по-моему, Вас завалили уже.

Т.ПЕЛИПЕЙКО: Ну да, во-первых, откуда Долгорукий-то?

Откуда Орлов? – сейчас спросим. А откуда идея Долгорукова возникла в сорок каком-то году, когда, простите, я понимаю, что уже обелиски Свободы были не актуальны политически. Это Вы нам объяснили. Но почему всё-таки возник не какой-нибудь там, я не знаю, солдат символический – война только что кончилась, да? Или не возник какой-нибудь опять-таки свой товарищ?

А.ТРЕФИЛОВА: То есть, не просто кто-то на коне, а…

Е.БУШУЕВА: Мы прервались на том, что только в 41-ом взорвали памятник, дальше, по понятным причинам было не до того, чтобы ставить памятники и реконструировать площадь. Причём, когда взрывали, то естественно, что поставить, как бы не объявлялось. Разговор шёл просто о реконструкции площади.

А к 46-му году уже стало понятно, что будут ставить. Вот в этот промежуток давайте вспомним, что война вызвала восстановление орденов Александра Невского и Суворова, стали вспоминать о нашем героическом дореволюционном прошлом.

А.ТРЕФИЛОВА: Вот это вот для объединения всё-таки важна была идея объединения народа, конечно.

Е.БУШУЕВА: И, скажем в 45-м году с Победой её не отменили как бы идею объединения.

А.ТРЕФИЛОВА: А как? Еще, сколько было впереди, надо было ещё сохранить и поставить обратно.

Е.БУШУЕВА: Надо было поднять и построить. И вот как раз, я думаю, что вот именно в это время идея ну вот поставить памятник какому-нибудь такому серьёзному человеку, который может быть и не пролетарского происхождения….

А.ТРЕФИЛОВА: Который город всё-таки построил.

Е.БУШУЕВА: Но достоин стоять на этом месте, да. И вот тут, наверное, идея Юрия Долгорукова как-то, ну вот, в чьих-то там, я думаю, высоких умах и родилась.

Т.ПЕЛИПЕЙКО: Да, да, Невского более северные регионы себе прибрали. А Москве – ну, и логично.

Е.БУШУЕВА: А потом Юрий Долгорукий – да, как-то и логично. Я думаю, что наша любовь к датам памятным она подсказала имя. Потом у что надвигался 1947 год.

А.ТРЕФИЛОВА: Да, юбилей, года, который по традиции считается годом основания, хотя опять-таки, будем точными, — это год первого летописного упоминания о Москве. Но, тем не менее,

800-летие основания Москвы. Такая медаль у нас гласила, и вообще вот, то есть, Юрий Долгорукий у нас попадает в качестве вот такого подходящего персонажа. Объявляется конкурс, и в 46-м году этот конкурс уже проходит. А вот как получается, что этот конкурс выиграл именно Орлов, вот тут, казалось бы, неожиданно. Человек, который впервые возникает как монументалист.

Т.ПЕЛИПЕЙКО: Вот можно сейчас, Елена, я как раз оглашу пришедшие нам ответы, потому что это нам позволит говорить об Орлове более предметно.

Е.БУШУЕВА: Да, давайте, огласите.

Т.ПЕЛИПЕЙКО: Я напомню, что мы спросили: за какие свои работы в 46-м, то есть, до этого конкурса, скульптор Сергей Орлов получил Сталинскую премию? И действительно Вы знаете, вот масса народа всё равно пыталась впихнуть памятник Юрию Долгорукому в премию. Я нарочно дала этот год, хотя Елена, в общем, меня не просила об этом. Но, тем не менее, всё равно народ прокололся и памятник Юрию Долгорукому считал как раз вот таким премиальным. Нет, он получил премию за работы, которые назывались «Александр Невский» и «Сказка». Вот «Сказку» как раз сейчас можно видеть в экспозиции, и эти работы были достаточно камерные, миниатюрные..

А.ТРЕФИЛОВА: Как миниатюрной может быть «Сказка»?

Е.БУШУЕВА: Она крупная работа.

Т.ПЕЛИПЕЙКО: Она крупная для фарфора и фаянса.

Е.БУШУЕВА: Это фарфор, это фарфор.

А.ТРЕФИЛОВА: Она в этом плане крупная?

Е.БУШУЕВА: Да, да, да. То есть, это не метр высоты, это всё-таки в сантиметрах.

Т.ПЕЛИПЕЙКО: Это в сантиметрах меряется. И вот за них как раз получил свою премию Сергей Орлов. А у нас получают наши премии: (перечисляет имена и первые три цифры номеров телефонов победителей). Мы вас всех поздравляем.

А теперь, Елена, вот теперь – что ж такое Сергей Орлов, если мы видим, что его работы – это фарфор и это работы, в общем, такого камерного плана? Ну, кабинетная скульптура, в конце концов, да? Вот не 10 и не 20 сантиметров, но 60 – это тоже не монументалист никаким образом.

Е.БУШУЕВА: Они большие, но это не так. То есть это в любом случае давайте будем считать, что всё-таки фарфор, это даже, даже если это фонтан, ну это то, что можно сделать монументальную работу в фарфоре. Ну вот, потому что фонтан или какая-нибудь крупная композиция недоступны для этого материала. Но, тем не менее, это всё равно, она даже может, ей надобно стоять где-нибудь в центре города. Но вот это не памятник на такой вот площади.

Т.ПЕЛИПЕЙКО: Он чем-то другим занимался, или он работал именно для фарфора?

Е.БУШУЕВА: Он работал, причём знаете, надобно сказать, что я вообще, когда стала изучать биографию Орлова, я поняла, что она какая-то очень, ну, как бы так поделикатнее выразиться, = ну всё равно, слово «куцая» у меня какое-то, вот  она такая очень краткая. И вот нет сведений и не о детстве, и ни о каком прошлом. Известно только, что родился в Вологде.я думаю, что, может быть, сохранились ещё люди. Правда, родился в 11-м году, умер в 71-м.

А.ТРЕФИЛОВА: Там есть музей в Вологде, между прочим.

Е.ЮУШУЕВА: Я думаю, что есть ещё люди, которые, может быть, там в детстве, будучи детьми, его знали. Наверное, для кого-то он такой вот живой человек. Для меня, к сожалению, вот такая фигура какого-то реального, живого человека не появилась вот из тех сведений, которые я о нём узнала. Но, тем не менее, вот всем. Что знаю, охотно поделюсь.

Значит, родился в Вологде, там же он, по некоторым сведениям, как написано: «Закончил», но вообще-то закончить за один год нельзя. Так что он скорее учился в Вологодском художественном техникуме целый год, то есть, ему 14 лет.

Т.ПЕЛИПЕЙКО: Ну. Прикладное искусство.

Е.БУШУЕВА: В 28-м переезжает в Москву и начинает заниматься, вот я так поняла, что он серьёзно занимается, потому что, вот как всё-таки в  нашей справке галерейской написано: «Систематического художественного образования не получил».

Т.ПЕЛИПЕЙКО: Ну, техникум хотя бы.

Е.БУШУЕВА: Ну, один год.

Т.ПЕЛИПЕЙКО: Не совсем дилетант всё-таки.

Е.БУШУЕВА: Но, тем не менее один год – это не… Ну, что делают на первом курсе в художественном техникуме? Рисуют какие-нибудь головы в лучшем случае.

Т.ПЕЛИПЕЙКО: Ну, и немножко технология.

А.ТРЕФИЛОВА: Ну, и пытался свой проект предлагать наравне с Мухиной?

Е.БУШУЕВА: А вот дальше, это мы сейчас с вами говорим сейчас с вами, что в 25-м году он у нас ещё вот просто вот молодым юношей учится в Вологодском художественном техникуме.

А вот в Москве он начинает серьёзно, и я понимаю вот здесь вот, наверное, систематически и очень ответственно подходя к своей работе, при музее керамики, тогда ещё был такой музей в Москве, позже он был закрыт. Закрыт, по-моему, в тридцатых годах. Он при этом музее занимался разными видами, я понимаю ,керамики, но главным образом он занимался именно фарфором. Почему вот я хочу, чтобы было понятно, что фарфор предполагает наличие мелких сложных деталей. Потому что фаянс или майолика они должны быть более обобщёнными. То есть, он вот эту детализацию он её изначально в фарфоре очень любил. То есть, то, что потом, почему я это подмечаю…

Т.ПЕЛИПЕЙКО: Что есть в его работах.

Е.БУШУЕВА: Что есть потом и в памятнике Юрию Долгорукому, и его других монументальных работах.

А.ТРЕФИЛОВА: А тематика какая там?

Е.БУШУЕВА: Значит, тематика? Сказочная, былинная….

Т.ПЕЛИПЕЙКО: Иван царевич, рыбка всякая золотая, и прочее, и прочее….

Е.БУШУЕВА: Многие вещи у нас в экспозиции. Там есть ещё «Сказка о рыбаке и рыбке» из трёх предметов, то есть, рыбак, рыбка, ну, и догадывайтесь – старуха. Три персонажа сказки, кто там третий?

Так, и есть Конёк-Горбунок с Иванушкой. Да, лицом к хвосту, держит за хвост. Такая очень витиеватая, сложная по композиции работа. Так что можно представить себе, что Орлов вот он такой вот с этими со всякими вот штучками, шуточками.

Т.ПЕЛИПЕЙКО: В общем, миниатюрист в стиле детализации.

Е.БУШУЕВА: Вот эта самая сказка, о которой мы говорили, как о работе, за которую он получил Сталинскую премию, она вообще из огромного количества всяких мелких деталей  — там штучечки, финтифлюшечки, там какая-то Баба-Яга, в общем, я даже думаю, почему Сталинскую премию дали? Мы как-то с Татьяной о фарфоре уже говорили, я эту идею высказывала: что нечисть поганая она от нашего русского богатыря Ивана царевича, который на коне летит вперёд, она вся разбегается. Символически — наши войска переходят уже границы и нечисть поганую гонят к городу Берлину.

Т.ПЕЛИПЕЙКО: И поэтому фольклорист получает премию?

Е.БУШУЕВА: Конечно, вполне логично, потому что там всякие двуногие русалки, ну, двухвостые, вернее сказать, кто там ещё у нас? Эти вот всякие там кикиморы больные всякие, которые с помелом – баб-Яга.

Т.ПЕЛИПЕЙКО: Они все разлетаются от нашего всадника.

Е.БУШУЕВА: Они все от него просто вот во все стороны.

А.ТРЕФИЛОВА: То есть, он просто умел сделать то, что делать надо было в этот момент.

Т.ПЕЛИПЕЙКО: Нет, он умел делать то, что он делал профессионально.

Е.БУШУЕВА: Он ощутил дух времени. Он сделал это красиво – масса там всяких розочек, штучек там…

Т.ПЕЛИПЕЙКО: Он же до этого это делал? Но премию-то ему дали в тот момент, когда глобально, так сильно, серьёзно, актуально просто.

Е.БУШУЕВА: Да, да. Причём, интересно, что он любил вообще-то, ну просто такая профессиональная – он делал с одной работы несколько вариантов. И вот наш вариант…

А.ТРЕФИЛОВА: Зачем?

Е.БУШУЕВА: Сейчас я скажу, как наш вариант, потому что у меня тут знаете, даже цитатка, как же называется наш вариант. Нет, цитатку не найду…

Т.ПЕЛИПЕЙКО: А зачем он делал несколько вариантов?

Е.БУШУЕВА: Он их в разные оттенки окрашивал. Да, да. Вот экспериментировал так из нашего, это называется «История,

по-моему, сохранности произведения», вот мне как раз наш хранитель Наталья Юрьевна она мне выписала вот это, что «Этот экземпляр, в отличие от вариантов той же композиции «Ночь и Полдень» по указанию автора решён в тонах восходящей зари». И называется соответственно он «Утро». То есть, вот наш вариант – «Утро», а были ещё «Ночь» и «Полдень». Возможно даже есть.

А.ТРЕФИЛОВА: Я запуталась.

Т.ПЕЛИПЕЙКО: Да нет, это вообще в производстве фарфора это бывает.

Е.БУШУЕВА: У Врубеля масса, там у него есть всякие  — одна Волхова такая с фиолетовым оттенком, другая Волхова – с желтоватым.

Т.ПЕЛИПЕЙКО: Так это технология позволяет.

Е.БУШУЕВА: Да, да, да, фарфор. Ну, то есть, Юрия Долгорукова, если его из бронзы сделать, они все три будут практически одинаковые.

В мраморе – ну, тогда уже будут отличаться: камень разный. А фарфор, в какой цвет его окрасил, разные вещи. И тут, представляете вот, три варианта.

А.ТРЕФИЛОВА: А как человек, который всю жизнь работал с фаянсом или фарфором, он вообще, как потом может монументальные работы…

Т.ПЕЛИПЕЙКО: И что его сподвигло-то?

Е.БУШУЕВА: Ну вот, что называется, видим – налицо результат.

Т.ПЕЛИПЕЙКО: Ну нет, человеку подсказали что-то такое хорошее – давай участвуй?

Е.БУШУЕВА: Думаю, что ему кто-то, наверное, вот у меня ощущение, знаете, что называется, не могу, конечно, говорить там «не был», «не участвовал», но я думаю, что ну кто-то ему всё-таки дал некую так вот надежду. Ходят такие анекдоты по поводу того, что там вот его вещицы Молотов подарил с какой-то выставки Гарриману. Вот понравился петушок, прямо из витрины достали, сказали: «Вот держите, господин Гарриман, петушка. Нравится – берите».

А потом-таки попытался Орлов своего петушка заполучить обратно. Так петушка ему не выдали и ничего ему не сказали про то, куда петушок делся.

И вдруг скульптор Орлов написал гневное письмо Сталину, потому что петушка этого скульптор Орлов хотел подарить советским пионерам, в Дом пионеров передать, пообещал уже пионерам. А вот пионеры петушка не дождались.

А.ТРЕФИЛОВА: Вообще, если Молотов взял с витрины, глупо было бы потом спрашивать, куда он делся?

Т.ПЕЛИПЕЙКО: Ну скульптор-то был не в курсе. Кто же будет рассказывать ему про Гарримана?

А.ТРЕФИЛОВА: Пропал петушок!

Е.БУШУЕВА: Ну, конечно, пропал петушок! И что вот самое интересное в этой легенде, что дескать  Сталин пожурил-таки Молотова, зачем же он американского посла ставит выше советских пионеров?

(Все смеются).

И тут-то он автору предложил поучаствовать в конкурсе.

Ну, легенда, на мой взгляд, в общем-то, не выдерживает такой серьёзной критики, хотя знаете, наша история вообще иногда мало что выдерживает, поэтому, знаете, всё может быть. Что называется, вот здесь я ни за что не ручаюсь, то есть, легенда она и есть легенда.

А.ТРЕФИЛОВА: А история про то, что Сталин возмутился, почему наш герой сидит на лошади, и сделали коня? Тоже враки?

Е.БУШУЕВА: Думаю, что сразу был конь. Знаете, я прочла тоже вот  какое-то интервью скульптора Суровцева, я вот с этим полностью согласна, что действительно конь от кобылы отличается всё-таки …

А.ТРЕФИЛОВА: Как мужская фотография и женская.

Е.БУШУЕВА: Да, как мужская и женская. И что, в общем-то, сразу вот лицо вот просто так, вот надо как-то его, надо коню тогда и лицо подправить. По этому коню видно, что он мужского пола, что он жеребец. Что он не кобыла и, в общем-то, даже не мерин.

Т.ПЕЛИПЕЙКО: Но мы говорили в начале программы, что всё-таки в проекте менее он выражен .

Е.БУШУЕВА: Он просто как-то потом грузнеет. Вот я думаю, что с каждым годом он набирает…

А.ТРЕФИЛОВА: И всадник тоже становится мощнее.

Е.БУШУЕВА: Да, и князь мощнее, и конь его. Знаете, как вот у коней? Мы как-то «Трёх богатырей» упомянули, ну на самом деле, правда, они не три богатыря. Знаете, вот моё бытность в Экскурсбюро, мы всё время подводили и говорили: «Нет у нас картины «Три богатыря», есть у нас картина «Богатыри». Вот эскиз действительно первоначальный «Три богатыря» назывался, а картина называется «Богатыри». Вот в «Богатырях» у Васнецова у него у каждого свой конь. И конь у Ильи Муромца он такой, что действительно этого мощного, грузного человека, огромного, который палицу по легенде шестисотпудовую в руке держит, должен выдержать. Вот и здесь должен быть и Юрий Долгорукий такой – богатырского сложения персонаж.

Т.ПЕЛИПЕЙКО: Надо лошадь менять.

Е.БУШУЕВА: Я скажу так: ну немножко как бы это вот понятно, что это иносказательно, у нас Добрыня Никитич превратился в Илью Муромца, да. То есть,если князь Добрыня Никитич он такого спортивного всё-таки более сложения, такого…

Т.ПЕЛИПЕЙКО: То есть, это динамика, это вот  какое-то открытие новых земель в этом образе.

Е.БУШУЕВА: Да. И он тут должен становиться всё больше и больше, чтобы вот богатырь, так богатырь!

Т.ПЕЛИПЕЙКО: Здесь уже образ власти.

Е.БУШУЕВА: Да. Образ власти.

А.ТРЕФИЛОВА: Я бы хотела ещё, знаете что? Поговорить о реакции и про личное сходство, портретное.

Е.БУШУЕВА: Были ли какие-то портреты вообще Юрия Долгорукова? – Не было, конечно же, не было.

А.ТРЕФИЛОВА: А откуда взял?

Е.БУШУЕВА: Не было не только фотографий, но даже и портретов-изображений, потому что у нас, как мы выяснили, в ХП веке, да, в 1047 год, если он там кого-то приглашал к себе.

Т.ПЕЛИПЕЙКО: Иногда-таки сохранялись хотя бы графические изображения в каких-то текстах в книгах.

Е.БУШУЕВА: Портретик был, например, на монете, или в книге портретик. А ведь в принципе не было же на Руси никакого портретописания. Было только иконописание. Так что, личное сходство тут, конечно, дело очень…

А.ТРЕФИЛОВА: Это просто фантазия, или он изобразил кого-то?

Т.ПЕЛИПЕЙКО: Ведь мы знаем, что Герасимовские восстановления по костям черепа сушествуют для царей наших многих.

Е.БУШУЕВА: Да, да. Я вот чуть не забыла это сказать. Опять же, что называется, из области легенд, что Сталин Герасимова посылал в 46 году вскрыть могилу Юрия Долгорукова в Киеве.

Т.ПЕЛИПЕЙКО: А была могила-то?

Е.БУШУЕВА: Ну, что была некая могила, которая…

А.ТРЕФИЛОВА: Это ещё не факт, что это была его могила.

Т.ПЕЛИПЕЙКО: Или был ли там кто-то вообще.

Е.БУШУЕВА: Но ничего там не было. Не нашли там останков Юрия Долгорукова. И поэтому перезахоронение, которое вроде как планировалось, поскольку об этом никто широко не объявлял, рассказывают на уровне легенд. Что предполагали ещё перезахоронить из Киева в Москву Юрия Долгорукова.

Т.ПЕЛИПЕЙКО: Но не нашли.

Е.БУШУЕВА: Не нашли. А вот позже, как опять же рассказывают источники разные, нашли Юрия Долгорукова, и нашли в восьмидесятые годы в Киеве. И обнаруженные там останки они показывают человека невысокого роста, относительно хилого телосложения и с длинными руками.

Т.ПЕЛИПЕЙКО: И поэтому решили, что это он?

Е.БУШУЕВА: Нет, не только поэтому. Там какие-то ещё были серьёзные основания, такие научные. Потому что длинные руки— это всё-таки, извините, не научные основания.

Т.ПЕЛИПЕЙКО: Ну, хотя бы датировка примерно та же.

Е.БУШУЕВА: Уже высказано было предположение на основании вот этой находки, что может быть слово «долгорукий» не только иносказательный носит смысл, но и вот буквальный – долгие у него были, то бишь длинные руки.

А.ТРЕФИЛОВА: Ну, а Орлов-то с кого делал это? Просто фантазия?

Е.БУШУЕВА: Представляете, если вот про Суворова мы всё-таки  знаем, портреты есть, что он был там щуплый, хилый, такой-сякой…

А.ТРЕФИЛОВА: Ну, это только фантазия художника, Лен, или он так себе представлял?

Е.БУШУЕВА: Конечно, конечно! Поэтому добавлять ему вес, или убавлять вес.

А.ТРЕФИЛОВА: Но на деле ничего не было портретного?

Е.БУШУЕВА: Ничего не было.

Т.ПЕЛИПЕЙКО: Это так же, как гадать в актёре Черкасове с Александром Невскогим сходстве. Образ.

Е.БУШУЕВА: Да, примерно так. Да. Надо создать образ, образ вот воителя, основателя города. Вот в данном случае, именно  воителя, потому что вот у Мухиной, которая тоже участвовала в конкурсе, вот вернёмся всё-таки к конкурсу, конкурс-то был серьёзный, солидный, приличные люди там участвовали, в том числе и Вера Мухина.

Т.ПЕЛИПЕЙКО: А Мухинский у вас ведь проект?

Это же безумно смешно: монументальный проект Мухиной был превращён в фарфоровую фигурку.

Е.БУШУЕВА: Да, извините, что перебиваю. Я, когда его увидела, я сначала сказала: «А что, это действительно памятник?». То есть, я как-то вот даже, ну, к коллегам пошла и говорю: «Это правда?», Ну как же, разве это может быть памятник? А потом я как-то вот абстрагировалась, поняла, что Мухина как серьёзный скульптор , она не может свой проект памятника также вот в фарфор прямо перевести. Она доработала, она сделала действительно небольшую, миниатюрную вещь. Но, если представить себе, что это не фарфор, а это всё-таки какой-то, ну такой более долговечный материал и менее хрупкий, причём, она ведь хотела её раскрашенной делать, она хотела цвет ввести. То есть, стоит князь в праще, одеяние на нём исключительно светское, никаких военных доспехов .

Т.ПЕЛИПЕЙКО: В общем, красивый, молодой и стройный.

Е.БУШУЕВА: Красивый, молодой и стройный. В общем, вот есть ощущение именно основателя города, но такого мирного основателя. То есть, земли-то Юрий Долгорукий, тут вот я  вчера со своими друзьями обсуждали тему – надо всё-таки иногда такую тему на людях как бы испробовать.

А.ТРЕФИЛОВА: Проверять?

Е.БУШУЕВА: Да, проверять, да. Спасибо им большое за то, что они меня выслушали, и даже такая вот, знаете, прозвучала фраза: «Рейдерский захват». (Общий смех). Дело в том, я тоже вначале засмеялась, но как-то поняла, что объединение…

Т.ПЕЛИПЕЙКО: Да, в связи с градом Москвой, да?

Е.БУШУЕВА: Да. Ведь дело в том, что у боярина Кучки вот эту местность, Кучков-то этот, под град Москов-то Юрий Долгорукий, так это, так скажем: экспроприировал. В общем, он его прихватил. Ну, так как бы мирно захватил, без большого кровопролития. То есть, смена владельца произошла такая. Так что, в общем, ну, как это скажем?

Т.ПЕЛИПЕЙКО: Метод слияния и поглощения.

Е.БУШУЕВА: Ну, такая постмодернистская, конечно, терминология, но, в общем-то, в общем, где-то близко. Чтобы людям было понятно, что он это сделал ну выгодным для себя образом. Но он действительно Москву дальше, он ею серьёзно занимался. И местность эта, потому что дальше он пошёл на Киевское княжение, он вообще не всё время сидел во Владимиро-Суздальских землях.

А.ТРЕФИЛОВА: А скажите, сама поза князя: вот эта вот рука, это с какими-то намёками, или что это? Почему так?

Е.БУШУЕВА: Ну, «Здесь будет город заложён», как бы, да? Вот такая вот некая…

Т.ПЕЛИПЕЙКО: Елена, самый первый вариант Орловский?

Е.БУШУЕВА: Вы знаете, по-моему, рука присутствовала практически везде. Вот из того, что я видела, рука везде была. Я показывала Татьяне и Ане вариант гипсовый, он находится сейчас в Русском музее, ну, я так надеюсь, что всё находится, как бы, всё, как это было, потому что по всем источникам письменным он должен быть там.

А у нас и сделан был годом раньше. А у нас 48-49 год вот эта вот модель.

А.ТРЕФИЛОВА: Ну расскажите просто так нашим слушателям, что там? Потому что мы-то видели.

Е.БУШУЕВА: Чем отличается?

А.ТРЕФИЛОВА: Да.

Е.БУШУЕВА: Он более обобщённый. Степень его детализации она всё время нарастает. Там в гипсе какой-то конь от модели к памятнику он ещё, скажем, грузнеет, и больше подробностей. Я не буду засорять как бы память слушателей. Но там у него, знаете вот, можно точно сказать, как этот вот шлем называется, как вот эти вот всякие части его нагрудника и того, что на нём. Вот этих доспехов.

Т.ПЕЛИПЕЙКО: Это всё больше натурализма археологического какого-то.

Е.БУШУЕВА: Да, вот точно археологическое описание того, как был одет древнерусский воин ХП века.

Т.ПЕЛИПЕЙКО: Что дальше было с нашим Орловым? Он ещё занимался монументами потом, или как?

Е.БУШУЕВА: Да, я просто ещё договорю, что памятник отличается не только размерами и вот этой вот скажем такой большегрузностью коня. Кстати, конь хорош вот, согласитесь – всё-таки конь настоящий!

Т.ПЕЛИПЕЙКО: Ну да, у нас есть в Москве много хуже кони.

Е.БУШУЕВА: Да. Кони хуже. То есть, к коню претензий нет. Да?

А.ТРЕФИЛОВА: Мне нравится ваш подход: есть хуже, поэтому хорош конь!

Е.БУШУЕВА: Будем, что называется, его хвалить. Кстати, вот говорят, что коня ему кто-то помогал делать. То ли вот есть скульптор Пасяда, такой вот был, вернее, Анатолий Иванович, ему сто лет уже в прошлом году исполнилось. И вот, разговаривая с дочерью, я услышала такую версию, что…

Т.ПЕЛИПЕЙКО (перебивает): У него тоже были проекты какие-то свои?

Е.БУШУЕВА: У него очень много было разных конных каких-то монументов, он был замечательный лошадник, прекрасный.

Т.ПЕЛИПЕЙКО: У него был проект памятника Жукову, — к вопросу о конях.

А.ТРЕФИЛОВА: Осталась минута. Давайте узнаем, что стало со скульптором после.

Е.БУШУЕВА: Я просто назову хотя бы какие-то вот несколько памятников. То есть, на самом деле как? Их всего четыре.

То есть, на следующий год после Юрия Долгорукова, то есть, 54-й – Юрий Долгорукий, 55-й – в Твери, я думаю, жителям Твери будет приятно узнать, что вот Афанасия Никитина это как бы сродни, родной брат – тот же автор Юрия Долгорукова, да, Сергей Орлов. Потом он делает в этом же году «Комбайнёр и колхозница» на ВДНХ, наверху вот эта знаменитая, как это сказать, — фигурная группа скульптурная. И он делает ещё два памятника: это памятник Александру Невскому в Переславле-Залесском, и проект памятника с группой скульпторов участвуют. Кстати, здесь, в памятнике Юрию Долгорукому тоже были ещё Штам и скульптор Антропов.

Т.ПЕЛИПЕЙКО: Хотя, их даже нигде толком не поминают.

А.ТРЕФИЛОВА: А в некоторых источниках пишут: «Сергей Орлов – один из авторов». Я даже такое видела.

Е.БУШУЕВА: Да, Алексей Антропов, Николай Штам, участвовали, и архитектор Андреев.

Т.ПЕЛИПЕЙКО: То есть, наш миниатюрист, наш специалист по фарфору стал монуметалистом вдруг?

Е.БУШУЕВА: А последнее, что я сказала, по-моему, это был Суворов, да, Суворов перед зданием театра Советской Армии.

А.ТРЕФИЛОВА: Всё, друзья. Мы закрываем нашу программу. Вы получаете, Лена, задание, всё-таки вытащить памятник куда-нибудь, чтобы мы могли посмотреть на проект.

Е.БУШУЕВА: Мы постараемся, да.

А.ТРЕФИЛОВА: Тяжеленький, мы понимаем. А остальные отправляются на площадь перед Моссоветом.

Е.БУШУЕВА: Кстати, мы бы хотя бы попробуем в вестибюле поставить, уж очень у меня есть такая вот идея, вот руки чешутся всё-таки сделать какую-то экспозицию в вестибюле. Постараемся как раз этот памятник, я думаю, что слушатели поддержат, мы его вытащим.

А.ТРЕФИЛОВА: Всем любопытно.



Историю нашей страны в прошлом столетии можно изучать не только по письменным источникам, но и по художественным произведениям. К путешествию во времени при помощи известных и не очень работ мастеров плакатного искусства предлагает Третьяковская галерея. Уникальные экземпляры: эскизы и трафареты плакатов, выходивших в рамках «Окон РОСТА» и «Окон ТАСС». Политический и агитационный плакат периода Гражданской войны, индустриализации, коллективизации, Великой Отечественной, «оттепели», а также рекламные работы — в том числе те, что известны многим под названием «Ты записался добровольцем?», «Помоги!», «Родина мать — зовет!» теперь выставлены в залах галереи на Крымском валу. Там же еще можно увидеть экспозицию «Фарфор, фаянс, майолика» — керамика 30-70-х гг. прошлого века из фондов музея. И, конечно же, не стоит проходить мимо выставки графики Александра Дейнеки, освещающей практически всю творческую жизнь мастера. А в залах в Лаврушинском переулке посетители галереи могут познакомиться с произведениями русских художников, созданных ими в ходе путешествий по России и за рубежом.

На территории Центра эстетического воспитания детей и юношества «Мусейон» развернута выставка под названием «Современная скульптура в усадьбе на Волхонке». Проект нацелен на формирование у зрителя представлений о том, как должна выглядеть современная парковая скульптура. Здесь представлены произведения скульпторов, которые работают в условиях городского и природного пространства. Экспозиция предлагает возможность сравнить две основные тенденции в современной городской скульптуре: классическую и авангардную, подчеркивают в музее. Среди авторов работ – заслуженные скульпторы России.

В Государственном музее Востока — выставка произведений Хамида Савкуева, скульптора, живописца и графика. Монументальные панно и картины, посвященные родной земле мастера и культуре черкесов, иллюстрации к древнему нартскому эпосу, скульптурные работы разных жанров. Росписи Хамида Савкуева, как отмечают организаторы выставки, украшают светские здания и один из приделов храма Христа Спасителя, а его скульптурные работы можно видеть на площадях городов.

В Государственном историческом музее продолжается масштабная выставка, посвященная Полтавской битве, самому значительному для России сражению Северной войны. Живопись и графика, приказы и реляции, письма и дневниковые записи, дипломатические послания, карты и планы, реконструкции обмундирования армий, амуниция, оружие, предметы походного быта, личные вещи помогают зрителю воссоздать подготовку и ход битвы.



Загрузка комментариев...

Самое обсуждаемое

Популярное за неделю

Сегодня в эфире