'Вопросы к интервью


А. БЕЛАНОВСКИЙ: 21 час и 8 минут в Москве. Начинается программа «Точка». У микрофона Саша Белановский, рядом со мной моя коллега Ирина Воробьева.

И. ВОРОБЬЕВА: Добрый вечер.

А. БЕЛАНОВСКИЙ: По телефону у нас из Кентербери (Великобритания) Александр Плющев.

И. ВОРОБЬЕВА: Саша, hello!

А. ПЛЮЩЕВ: Добрый вечер. Добрый вечер.

А. БЕЛАНОВСКИЙ: Отлично слышно. Говорим мы сегодня про настоящее и будущее IT-технопарков в России. У нас в гостях заместитель директора департамента государственной политики в области информационных технологий и координации информатизации Минкомсвязи России Денис Солодовников. Здравствуйте, Денис.

Д. СОЛОДОВНИКОВ: Здравствуйте.

А. БЕЛАНОВСКИЙ: Давайте, перед тем как мы перейдем к разговору по существу, что называется, я напомню средства связи с нашей студией. Это смс-номер +7 985 970 45 45. И Твиттер аккаунт «vyzvon» тоже без выходных и перерывов принимает ваши сообщения, реплики и вопросы. И, кроме того, видеотрансляцию можете смотреть на сайте «Эха Москвы» с помощью компании «Сетевизор».

И. ВОРОБЬЕВА: Ну что ж, давайте так, это будет первая программа «Точка», в которой я участвую, в которой я себя чувствую абсолютной блондинкой, потому что я вообще не понимаю, что такое IT-технопарки…

А. БЕЛАНОВСКИЙ: По-моему, в предыдущих ты тоже, Ира, участвовала…

И. ВОРОБЬЕВА: Да, но в этот раз я совсем ничего не понимаю. Поэтому, Денис, объясняем блондинке. Видите, я блондинка, поэтому объясняем блондинке, что такое IT-технопарки, расскажите.

Д. СОЛОДОВНИКОВ: Ну, во-первых, я хотел сразу поправить, это не совсем IT-технопарки, это просто технопарки. Там, несомненно, в каждом таком технопарке, который строится при нашем участии, при участии министерства как координатора, есть большой IT-сектор, но это… в общем, они развиваются во всех основных направлениях модернизации экономики. То есть, это и ГЛОНАСС, космическая связь, это и приборостроение, это ядерные технологии, медицинские технологии, био. То есть, это большой сектор IT, большой.

А. БЕЛАНОВСКИЙ: Ну, то есть, просто технопарков не существует, не IT, правильно я понимаю? То есть, все это связано сегодня так или иначе с высокими технологиями.

Д. СОЛОДОВНИКОВ: Да, без сомнения, это именно то, что это связано с высокими технологиями.

А. БЕЛАНОВСКИЙ: А для чего вообще они нужны? Вот они же когда-то появились, наверное, не так давно, эти технопарки. Какая идея была, когда люди принимали решение о создании технопарков в России.

Д. СОЛОДОВНИКОВ: Ну, во-первых, слово «не так давно», наверное, не совсем правильное.

А. БЕЛАНОВСКИЙ: Поправьте меня.

Д. СОЛОДОВНИКОВ: Да. То есть, программа наша, у нее не очень большая история, с 2006-го года. Вообще технопарки, я думаю, что появились у нас в стране довольно давно. То есть, если вот говорить об академгородках, к примеру, наукоградах, которые еще выросли из так называемых шарашек, да? То есть, когда-то давно. То есть, вот это и были, наверное, прообразы нынешних технопарков, в общем. То, что делается сейчас – это попытка воссоздать то, что было раньше, попытка создать условия для развития стартапов в России, для того чтобы коммерциализировать технологии. То есть, мы не относимся к нашим технопаркам, как к неким имущественным комплексам. Это такая форма территориальной интеграции бизнеса, науки, образовательных учреждений, муниципальных органов власти. То есть, это мы создаем инфраструктуру и условия для развития высокотехнологичного бизнеса.

И. ВОРОБЬЕВА: Наш слушатель Павел спрашивает: «Есть ли перспектива технопарков после создания Сколково?» Он говорит: «Лично у нас в Дубне все загнулось».

Д. СОЛОДОВНИКОВ: Ну, Дубна – это особая экономическая зона, это не технопарк. А что касается перспектив взаимоотношений Сколково и вообще перспектив технопарков, то у нас они, там, абсолютно рабочие. Мы два сапога пара, то есть…

И. ВОРОБЬЕВА: Со Сколково?

Д. СОЛОДОВНИКОВ: Со Сколково, да. То есть, буквально недавно мы заключили трехстороннее соглашение между Ассоциацией технопарков и Министерством связи и фондом Сколково в Екатеринбурге, вот этим летом при участии Виктора Феликсовича Вексельберга и заместителя министра Массуха Ильи Иссовича, подписывали соглашение. Вот Станислав Наумов, вице-президент, участвовал в подписании. Это мы друг без друга, наверное, не сможем жить, то есть…

И. ВОРОБЬЕВА: Нет, ну, может быть, вы без Сколково-то и не сможете, а Сколково без вас?

Д. СОЛОДОВНИКОВ: И оно без нас…

И. ВОРОБЬЕВА: Тоже?

Д. СОЛОДОВНИКОВ: Сколково не резиновое. Надо понимать, что оно исполняет очень большую серьезную функцию, но вот это, так сказать, пройдет какую-то посевную, предпосевную стадию. То есть, мы эти проекты… В Сколково проекты из технопарков приходят из наших, то есть, порядка пятнадцати проектов из 15-ти регионов уже сейчас находятся в Сколково. Сколково нуждается в технопарках как в экспертном сообществе. Дело в том, что в таком количестве направлений экономики, в таком количестве стартапов, которое приходит в Сколково, проектов таких, нужна очень большая экспертиза. В Сколково ее по определению столько много сразу быть не может. Просто не справляется. Но они нуждаются в этом. И потом, вот сколько проектов может Сколково принять в себя.

А. БЕЛАНОВСКИЙ: Кстати, а сам Сколково, можно ли это назвать таким большим технопарком? Чтобы люди понимали, представляли, в принципе, что такое технопарк. Или это принципиально другое что-то?

Д. СОЛОДОВНИКОВ: Сколково – это фонд. А на базе Сколково есть свой технопарк. И свой технопарк, они его при участии технопарка Цюриха создают сейчас, у него очень большие перспективы. Кстати, мы с ними прекрасно взаимодействуем. И вот приглашали в нашу Ассоциацию технопарков их технопарк Сколково. И очень хорошо сотрудничаем.

И. ВОРОБЬЕВА: Я хочу…

А. БЕЛАНОВСКИЙ: Давайте Саше Плющеву дадим слово…

И. ВОРОБЬЕВА: … да, подключить Сашу Плющева. Александр… Саша?

А. ПЛЮЩЕВ: А, да, ну, честно говоря, когда мы говорим о технопарках, да, и когда мы говорим о такой штуке, как Сколково, я боюсь, нашим слушателям не всегда понятна вообще, собственно, конечная цель. То есть, условно говоря, даже не конечная цель, а бизнес-модель. Вот, собственно, за счет чего получается, за счет чего, я не знаю, окупается, или зачем государство их финансирует? Если оно финансирует. Какой, собственно, в них смысл?

Д. СОЛОДОВНИКОВ: Смысл в создании технопарков?

А. ПЛЮЩЕВ: Ну да, ну да. И, ну, смотрите, это же… я понимаю, наверное, все понимают, что это, там, развитие науки и высоких технологий. Если мы говорим просто вот простым словом. Но нарисуйте, пожалуйста, бизнес-модель. Вот вложено, условно говоря, в создание технопарков столько-то. Через что это окупится?

Д. СОЛОДОВНИКОВ: Ну, давайте я вот отвечу на два вопроса. То есть, зачем, какова функция, какова бизнес-модель.

А. ПЛЮЩЕВ: Да.

Д. СОЛОДОВНИКОВ: Ну, немного цифр. То есть, вот с 2006-го года по 10-й год в программу государство вложило порядка шести с половиной миллиардов рублей на строительство технопарков. А вот выручка накопленным итогом к концу 10-го года, выручка резидентов технопарков уже составила порядка 22-х миллиардов рублей. Это вот по поводу нужно это или не нужно. А по поводу зачем – ну, это наша функция государственная. То есть, мы исполняем очень неблагодарную роль инвестора, потому что государство – вообще из него плохой инвестор, но, тем не менее, это модель такая во всем мире. Все технопарки: в Сингапуре, в Европе, в Америке – везде создаются при помощи, непосредственном участии государства, в том числе и как инвестора государства. Почему? Потому что мы на себя берем очень неблагодарную роль строителя той инфраструктуры, в которую бизнес вкладывает деньги очень неохотно. То есть, в коммуникации очень дорогие, в здания общего пользования. То есть, технологические центры, лаборатории, это центры, там, бизнес-центры. То есть, в то, во что бизнес вкладывает деньги уже потом, смотря, как это развивается. То есть, мы создаем условия для развития вот стартапов. Это задача такая очень трудная, тяжелая, но она во всем мире везде есть.

И. ВОРОБЬЕВА: А как это происходит? Вы говорите, что вы создаете платформу для стартапов. То есть, к вам приходят люди и говорят: хочу создать, там, не знаю, какую-то наномодель, не знаю, Кудрина, чтобы была прекрасная экономика в России?

Д. СОЛОДОВНИКОВ: Ну, это проекты, прежде всего, региональные. То есть, строятся эти технопарки в регионах. В регионах создаются… при нашем, конечно, непосредственном участии, но, тем не менее, именно там создаются команды, которые управляют этими проектами. Как правило, это открытые акционерные общества при, там, стопроцентном участии государства. Соответственно, те, про кого вы говорите, то есть, те люди, которые приходят со своими проектами, для них создаются вот условия. Например, бизнес-инкубаторы. То есть…

И. ВОРОБЬЕВА: Что это такое?

Д. СОЛОДОВНИКОВ: Бизнес-инкубаторы – это помещения, которые с минимальной арендной, льготной арендной ставкой предоставляются для молодых инноваторов, так скажем, для тех предпринимателей, которые только-только начинают свой бизнес, которым нужен толчок, которым нужна помощь. Вот технопарк в бизнес-инкубаторах создает большое количество сервисов, услуг, которые начинающие предприниматели потянуть сразу не могут. То есть, это какие-то юридические услуги, бухгалтерские, там, предоставление переговорных комнат, вплоть до компьютеров, столов, стульев и так далее, мебели. То есть, это… у них есть единственное ограничение там по… как только эта компания вырастает до определенного размера выручки или количества рабочих мест, их просят уступить место следующим. То есть, это еще и ограничивается временем. То есть, они не могут…

И. ВОРОБЬЕВА: … бесконечно пользоваться.

Д. СОЛОДОВНИКОВ: … на льготных условиях сидеть всегда. Соответственно, там же в этой же логике, в этой же модели существуют в каждом технопарке представительства всех крупных венчурных фондов, корпораций, то есть, которые смотрят на эти проекты. Вот когда они приходят, говорят: «Вот мы что-то изобрели такое, да?» То есть, вот вам услуги экспертизы, которая профессиональная экспертиза, которая подтвердит, что этот проект имеет право на жизнь. Ну, а дальше, соответственно, после того, как понятно, что этот проект интересен, в том числе и бизнесу – потому что в экспертизе и бизнес присутствует очень широко, не только наука какая-то абстрактная – то дальше приходит венчурный капитал. И проект становится проектом.

А. БЕЛАНОВСКИЙ: Давайте немножко поговорим об истории создания технопарков. Вы уже начали говорить, что это все дело у нас в сегодняшнем виде запустилось в 2006-м году. Собственно, с самого начала было так, как сейчас есть? С финансированием, я имею в виду, с государственной поддержкой, или в последнее время немножко стала увеличиваться эта… про историю программы…

Д. СОЛОДОВНИКОВ: Ну, да, значит, как я уже сказал, до 10-го года вот государство вложило в развитие проектов строительства технопарков порядка шести с половиной миллиардов рублей. Сейчас до 14-го года предусмотрено финансирование в размере еще шести с небольшим миллиардов. Соответственно, сейчас в рамках программы строится… ну, в программе участвуют 13 технопарков, 12 – на государственные деньги. Один находится пока без федерального финансирования. Все они реализуются в рамках софинансирования. То есть, 50% средств дает федерация, и не менее, чем 50% дает регион. При этом мы всячески приветствуем участие частных инвесторов. У нас есть прямые инвестиции в инфраструктуру уже и в проекты, там, порядка 3-х миллиардов в сложности частных инвестиций.

И. ВОРОБЬЕВА: А кто приходит в качестве инвесторов? Частные инвесторы – это кто?

Д. СОЛОДОВНИКОВ: Как правило, предприниматели, региональные предприниматели.

И. ВОРОБЬЕВА: Предприниматели какого уровня? То есть, это вот те, кого вы вырастили, потом кто зарабатывает деньги и в вас же вкладывает? Или кто?

Д. СОЛОДОВНИКОВ: Или просто… и так, но больше это компании, которые местный крупный региональный бизнес, зачастую который уже перешел на, может быть, даже уровень федеральный или, там, более. Они строят в технопарках свои собственные здания, они строят… они вкладывают деньги в приобретение оборудования, в том числе и для оснащения лабораторий, в том числе для каких-то технологических центров общего пользования. Такие примеры есть. Например, Новосибирск: прекрасный проект, большая доля частных инвестиций. Татарстан опять же таки. Очень много окологосударственных инвестиций. То есть, есть и несколько реализующихся проектов строительства наноцентров. Все-таки «РОСНАНО» – это ОАО, поэтому…

И. ВОРОБЬЕВА: Вот у нас Михаил, наш слушатель спрашивает. Я напомню: +7 985 970 45 45 – телефон для ваших смс-сообщений. Михаил спрашивает из Твиттера, пишет нам на аккаунт «vyzvon», просит спросить, какой процент выручки технопарков идет госзаказом, и какой – частной реализации?

Д. СОЛОДОВНИКОВ: Какой процент выручки идет? Ну, у меня таких данных, наверное, нет. Я вам так вот сходу не скажу. Но это в основном все не госзаказ, это в основном частная реализация. То есть, есть какой-то процент, но он вряд ли будет большим.

И. ВОРОБЬЕВА: Саша?

А. ПЛЮЩЕВ: … да, вопрос. Собственно, после того, как технопарк готов, запущен, как туда приходят вот те стартапы, о которых вы говорите, те компании? Они как появляются? Их приглашают? На каких условиях они приходят: это аренда долгосрочная, это покупка зданий, помещений и так далее?

Д. СОЛОДОВНИКОВ: На очень разных условиях. Бизнес-модели везде разные. А что касается именно вот, мы говорим, когда стартапы бизнес-инкубатор, то мы взаимодействуем с вузами, мы взаимодействуем путем, там, просто поиска открытого, то есть приглашения, элементарного освещения просто деятельности. Вот то, что есть бизнес-инкубатор, есть технопарк, приходите. Но на самом деле ситуация такова, что вся та инфраструктура, которая есть, она вся уже по факту задействована. То есть, вот те технопарки, которые сейчас уже построены, запущены или развиваются, да, какая-то часть из них запущена, первые очереди – это касается Татарстана, это касается Новосибирска, Тюмени – там уже нет свободных мест. То есть, люди требуют еще, еще, еще. То есть, и те же компании под частные… инвесторы, которые… они строят на территориях развитие технопарков, то есть на соседних территориях рядом строят уже свои здания, их эта инфраструктура очень интересует…

А. БЕЛАНОВСКИЙ: Но давайте про регионы поговорим, потому что вообще-то, я так понимаю, это региональная история абсолютно, да?

Д. СОЛОДОВНИКОВ: Да.

А. БЕЛАНОВСКИЙ: Есть ли какой-то рейтинг регионов, там, скажем, по успешности, да, реализации этой программы?

Д. СОЛОДОВНИКОВ: Ну, во-первых, программа, я как уже сказал, началась в 2006-м году, а финансирование по ней пошло фактически в конце 2007-го, в самом конце. То есть, в начале 2008-го года первые деньги в стройку ушли. И сейчас, в общем, из запущенных проектов вот, так сказать, которые полностью функционируют, их не очень много. То есть, это есть технопарк в Тюмени, есть два построенных технопарка: один IT-парк, второй, так скажем, технопарк в области полимеров – это в Татарстане, Химград называется. И есть технопарк в Новосибирске.

И. ВОРОБЬЕВА: А как это выглядит? Вот как выглядит технопарк? Что это? Объясните мне. Это здание, в котором что?

Д. СОЛОДОВНИКОВ: Это несколько зданий, это много-много зданий. Это… в общем, здание – это очень важный элемент, понятно, да…

И. ВОРОБЬЕВА: Логично.

Д. СОЛОДОВНИКОВ: … то есть, их там много. То есть, есть здание, в котором есть бизнес-инкубатор. Есть там… какие-то даже образовательные там учреждения располагаются в них. Есть конгресс-центры. Есть здания для производств, есть здания для размещения там лабораторий. Все это находится в одной общей территории. Мы стараемся приветствовать только те проекты, у которых есть возможность развиваться дальше. Потому что если это на какой-то не очень большой территории сконцентрировано, то вот это заполнится быстро это место, потом дальше нет возможности. Это какие-то другие площадки отдельно создавать, что тоже уже есть такое. Вот. Но туда дальше приходят вот частные компании, которые начинают строить там свои здания. Их это интересует почему? Потому что, вот я еще раз говорю, что тот же бизнес-инкубатор – это, собственно, кадры для них, да? То есть, может быть, проекты, в которые они сами будут вкладывать деньги.

А. БЕЛАНОВСКИЙ: Бизнес-инкубатор – это речь идет о государственных деньгах, государственных финансах?

Д. СОЛОДОВНИКОВ: Конечно, конечно. Ту инфраструктуру, которую мы создаем в технопарках, она строится только в основном на государственные деньги. То есть, еще раз повторю, это то, в чем бизнес сам не очень заинтересован. То есть, их интересуют последствия скорее того, что мы делаем, да? То есть, это такая вот не очень благодарная функция, но, тем не менее, даже в успешных проектах, даже в такую инфраструктуру приходит частный инвестор.

А. БЕЛАНОВСКИЙ: Вот вы сказали, что с 2006-го года началась эта программа, по факту деньги начали поступать на эту программу с 2007-го года. И сколько в настоящее время, действительно, работающих технопарков, которые что-то производят, что-то новое создают в России?

Д. СОЛОДОВНИКОВ: Новосибирский технопарк, два технопарка в Татарстане, технопарк находится в Кемерово, открыта уже первая очередь, построена сейчас, вот, буквально этим летом. Была открыта тоже первая очередь технопарка в Нижнем Новгороде. И вот буквально со дня на день будет запущен технопарк в республике Мордовии в Саранске.

А. БЕЛАНОВСКИЙ: Давайте напомним, что у нас сегодня в гостях замдиректора департамента государственной политики в области информационных технологий и координации информатизации Минкомсвязи России Денис Солодовников. Говорим мы сегодня про настоящее и будущее технопарков в России.

Мы в прошлый раз говорили в программе «Точка» про то, как создать бизнес в IT-сфере. И, конечно, говорили про частные инвестиции, частные инвестфонды. Вот я как начинающий предприниматель в этой сфере чем должен руководствоваться при принятии решения? Вот, у меня есть выбор: идти к вам, например, со своей инициативой или в частный инвестфонд. Чем вы можете меня привлечь как начинающего бизнесмена в этой сфере?

Д. СОЛОДОВНИКОВ: Ну, частный инвестфонд вам представит только деньги. А, то есть, вот, может быть, только Сколково как фонд, да, предоставит вам не только деньги, но и помещение. Соответственно, что такое технопарк? Технопарк – это, прежде всего, это услуги, это помещение, это экспертиза, это льготная аренда для начинающих молодых предпринимателей. Я могу вам предложить гораздо больше, чем просто капитал. То есть, это – прежде всего, площадка для реализации ваших идей и для привлечения капитала.

А. БЕЛАНОВСКИЙ: Саша, ты у нас на связи?

А. ПЛЮЩЕВ: Да, мне хотелось бы спросить о том, как обстоят дела у нас по сравнению с другими странами в этом смысле. Насколько я знаю, история технопарков в Соединенных Штатах началась в 50-х годах, потом это была Европа, потом – Азия. Ну, вот добралось до нас. Значит ли это… до нас это добралось где-то в 90-е годы, то есть, 40 лет спустя. Поэтому наверстывать, по идее, мы должны какими-то совершенно гигантскими темпами. Значит ли это, что мы сейчас примерно на 40-летнем отставании от, например, Соединенных Штатов или Европы в этом смысле?

Д. СОЛОДОВНИКОВ: Ну, мы, без сомнения, отстаем, конечно, тут надо признать. Размеры вложений и история создания несопоставимы. То есть, крупные технопарки европейские, американские начали создаваться когда? Они начали создаваться после войны в 50-60-70-х годах. Сейчас они уже развились до просто гигантских проектов, огромных, там, которые объединяют территории, в которые входят несколько муниципалитетов. Там, я уже не говорю про технопарки в Китае, которые развиваются невиданными темпами, просто в которые государство вкладывает огромные средства. Ну, у нас такой возможности просто не так давно еще просто не было. Я еще раз повторю, что программа-то молодая. Мы… и финансирования размер, конечно, несопоставим. Будем рассчитывать на то, что деньги в такие инфраструктурные проекты государство будет вкладывать дальше в больших объемах.

И. ВОРОБЬЕВА: Смотрите, Денис, у нас много смс-сообщений, и, кстати, очень много из них, ну, из наших слушателей, которые нам пишут, они не очень верят в то, как работают технопарки. Вот, один из наших слушателей спрашивает: «Назовите хоть один бренд, созданный с нуля в технопарке, хоть одно открытие, только конкретное, а не в области полимеров, а то у нас и пластиковые пакеты – полимер».

Д. СОЛОДОВНИКОВ: Понятно. Ну, я на память много не вспомню, но, тем не менее…

И. ВОРОБЬЕВА: Ну, что-нибудь, да.

Д. СОЛОДОВНИКОВ: Есть замечательный проект в Новосибирске, делает, если не ошибаюсь, компания «Унискан». Это проекты по охране наших государственных границ, приборостроение, такие системы по охране границ. Которые, между прочим, закупают и Соединенные Штаты, а не только, да… у них как раз основной покупатель не мы, если не ошибаюсь. Вот. Есть проект в Татарстане, который сейчас активно внедряется по всей стране. Это вот те самые системы видеофиксации дорожных…

А. БЕЛАНОВСКИЙ: …правонарушений.

Д. СОЛОДОВНИКОВ: … правонарушений, да. Есть в Кемерово там замечательные проекты, связанные с экологией, то есть, с переработкой, в общем, это… что-то касается… как они называются? Абсорбенты для очистки вод после попадания в нее нефти, там, угля, еще чего-то. То есть, это такие исключительно интересные проекты. Есть в Пензенском технопарке проекты сердечных клапанов, которые… вот недавно я на форуме встретил каких-то бразильских коллег, врачей и ученых, которые живо вспомнили эти клапаны, которые у них там, между прочим, пользуются спросом и успехом. Есть… знаете, таких проектов, на самом деле, много. То есть, если хотите, я тут есть, отрою, там буду зачитывать…

И. ВОРОБЬЕВА: Нет-нет…

А. БЕЛАНОВСКИЙ: Вы рассказываете, на самом деле они такие, в общем, узкоспециализированные. А вот что-нибудь типа… компьютер, вот да? Как такой национальный продукт, компьютер какой-нибудь, которым могло бы пользоваться все население, да? Сделан в России.

И. ВОРОБЬЕВА: Ну, или какая-нибудь группа социальная, там, школьники, инвалиды, еще что-нибудь такое.

Д. СОЛОДОВНИКОВ: Ну, что касается, так сказать, железа, я вот сейчас не вспомню. Наверное, может быть, там нет… в Обнинске в рамках проекта технопарка находится завод резидента технопарка, который делает ноутбуки, если я не ошибаюсь. А вот что касается софта, программного обеспечения, там, наверное, порядка 30% всех проектов, которые в технопарках во всех реализуется – это софт в том или ином виде. То есть, ну, в том же Новосибирске компания «СофтЛаб», там вам хорошо известная по играм, там, не знаю… в «Дальнобойщики» играли?

И. ВОРОБЬЕВА: Да! Это отличная игра!

Д. СОЛОДОВНИКОВ: Это резидент новосибирского технопарка.

А. БЕЛАНОВСКИЙ: Давно, кстати, старая-то игра.

И. ВОРОБЬЕВА: Да, старая игрушка.

Д. СОЛОДОВНИКОВ: Да, у них есть и много других разных. Есть там у них в качестве резидента центр финансовой технологии. Если не ошибаюсь, там половина банковской сферы, это софт для банков, то есть, для их работы постоянной. Есть, там не знаю, компания «Алавар» — это для тех, кто понимает, в общем, известный бренд. То есть, это, еще раз говорю, в Татарстане, я не знаю, там, два десятка проектов, все тоже софт.

И. ВОРОБЬЕВА: Наш слушатель из Дубны Павел все-таки хочет у вас спросить поконкретней. Ну, тут сразу два вопроса, он спрашивает: «В чем же разница между особой экономической зоной и технопарками? Я имею в виду разницу между особой экономической зоной техниковнедренческого типа и технопарками. Чем они отличаются, кроме названия?»

Д. СОЛОДОВНИКОВ: Да отличаются всем. Во-первых, для начала, способом финансирования. То есть, все проекты особых экономических зон – это федеральные проекты, то есть, в них регион практически не участвует. То есть, это по линии Минэкономразвития есть ОАО «ОЭЗ», есть Департамент особых экономических зон, который занимается реализацией этих проектов в регионах разных. Сами строят, сами проводят идеологию некую там, вот. Потом большое количество резидентов, наверное, должно привлекать туда льготы, федеральные льготы по большому количеству налогов. У нас таких льгот нет, у нас льготы только региональные в технопарках. То есть, те, которые представляют регионы. Ну какие-то льготы по налогу на имуществу, есть там какие-то льготы по земельному налогу. Вот. Есть льготы по аренде. Ну, если касается IT-компаний, наверное, единственное – там федеральные льготы для всех. Это снижение, там, страховых взносов, это, в общем, наше министерство этим занимается. Но это касается, наверное, всех IT-компаний, а не только резидентов технопарков, а всех IT-компаний. А что касается там еще разницы, ну, я думаю, что вот нельзя назвать, наверно, ни одного проекта технопарка из числа тех, которые не работают сейчас. То есть, я не знаю, что там происходит в Дубне…

И. ВОРОБЬЕВА: В смысле, те, которые вышли… ну, в смысле…

Д. СОЛОДОВНИКОВ: Те, которые строятся, я имею в виду, в общем, проект как технопарка, который бы не функционировал. То есть, был построен, например, и не заполнен, не заполнен резидентами, там, которым бы помещения… никто бы в них не нуждался. То есть, вот, они бы стояли пустые, там. У нас такой ситуации просто нет.

А. БЕЛАНОВСКИЙ: То есть, востребовано.

Д. СОЛОДОВНИКОВ: Все востребовано. Все востребовано, и более того…

А. ПЛЮЩЕВ: А…

А. БЕЛАНОВСКИЙ: Да, Саша…

А. ПЛЮЩЕВ: … продолжая, продолжая этот вопрос, вот на который только что прозвучал ответ, я понимаю, что, поскольку вы отстаиваете эту идею, продвигаете ее всячески, эту идею технопарков…

Д. СОЛОДОВНИКОВ: Точно.

А. ПЛЮЩЕВ: Да. Вы вряд ли как-то будете говорить о неудачах. Но, тем не менее, а что вы считаете во время реализации этого проекта самой большой неудачей? Что не удалось сделать пока, что очень бы хотелось? Или, может быть, какой-то конкретный технопарк, который пока не заработал в ту силу, в которую бы вы хотели. Хотя вы говорите о том, что все заполнено, все хорошо.

Д. СОЛОДОВНИКОВ: Нет, ну, неудачи, конечно, есть. Есть некоторые регионы, которые пока, к нашему великому сожалению, заявивши участие в программе, не очень активно продвигаются. И мы об этом, не стесняясь, говорим. И на последней комиссии по транспорту и связи, которая была под председательством Сергея Борисовича Иванова и при участии Игоря Олеговича Щеголева, мы обсуждали там эти проекты и, так сказать, показали желтые что ли карточки тем регионам, которые не особенно быстро движутся. То есть, заявиться хватило, так скажем, потенции, желания, а дальше продвинуться не смогли. Ну, например, это касается Петербурга. То есть, средства государством выделены, регион находится в программе, но до сих пор строительство не началось и не утверждена проектно-сметная документация до конца. И государство деньги которые выделяет, регион освоить не может – для нас это удивительно, по крайней мере. Это, конечно, большая неудача, мы считаем. Такой регион, с таким потенциалом. Тем более, что там успешно и активно реализуются частные проекты технопарков, там, финский Technopolis, например, а технопарк не пошел. Есть не очень удачная история опыта в Московской области. Там было… начиналось два проекта, в Черноголовке и Дмитрове, Дмитровском районе, оба они не дошли до логического завершения, но это связано не с, так сказать, просчетами руководства области, это связано с проблемами с законодательством. То есть, в одном случае под проект была заявлена земля, которая находилась в собственности Академии наук, и так как форма финансирования у нас – субсидии, должны проекты… то есть, здания, которые должны быть построены, должны быть оформлены в государственную собственность, но не в собственность Академии наук. Землю передать в регион не получилось. Проект не пошел, это связано чисто с административными проблемами. Не удалось реализовать. То же самое в Черноголовке. Ой, пардон, в Дмитровском районе. Там земля была вообще частная, и на государственные деньги на ней построить изначально не было возможности. Это такие были просчеты тех, кто, в общем-то, начинал, подавал, заявлялся в программу. Сейчас мы, кстати, пытаемся выйти из этой ситуации, у нас есть поручение председателя правительства о повышении инвестиционной привлекательности и о частно-государственном партнерстве, использовании такого механизма. И мы сейчас активно работаем с Министерством финансов в части изменения финансирования программы. Вот будем стараться все технопарки создавать в организационно-правовой форме открытого акционерного общества, куда деньги вкладывались бы не как субсидии, а как бюджетные инвестиции, как доли в уставном капитале акционерных обществ. Поэтому, например, частный капитал может вкладывать туда землю, или, там, та же, допустим, Академия наук или Министерство обороны, например, там, не востребованные земли в качестве вклада. То есть, для того чтобы уменьшить административные барьеры.

А. БЕЛАНОВСКИЙ: А вот интересно, сейчас на самом деле многие говорят про утечку мозгов, да? То, что лучшие умы уезжают все-таки куда-то, где уже условия получше, чем у нас.

Д. СОЛОДОВНИКОВ: Так точно.

А. БЕЛАНОВСКИЙ: Вы сталкиваетесь в Министерстве с этими проблемами, чувствуете, действительно она есть?

Д. СОЛОДОВНИКОВ: Ну, мы же в этой же стране живем, так же, как и вы. То есть, без сомнения, те же и инноваторы, и те же ученые, видимо, уезжают туда, где им удобнее работать, где для них создаются более комфортные условия. Это объективные причины. Но вот в тех регионах, в которых наши проекты вот реализуются, например, тот же Новосибирск, я уже сталкиваюсь с обратным эффектом. То есть, люди из западных университетов, лабараторий возвращаются обратно, организуют там бизнес…

А. БЕЛАНОВСКИЙ: А что вдруг случается-то, что они так несколько меняют решение?

Д. СОЛОДОВНИКОВ: Несколько факторов. Ну, вот я недавно буквально разговаривал с таким предпринимателем, интересная очень аргументация. Ну, во-первых, человек говорит о том, что ему стало грустно смотреть, как его дети перестают быть русскими. Да, и хотя вот там он имел, там, как-то… не то что статус… там, профессора в одном из калифорнийских университетов, тем не менее, он вернулся… как-то (неразб.) называется…

И. ВОРОБЬЕВА: То есть, он…

А. БЕЛАНОВСКИЙ: Чувство патриотизма такое.

И. ВОРОБЬЕВА: То есть, он не почувствовал, что здесь стало лучше и здесь у него появилась какая-то возможность реализации какая-то более реальная, просто дети перестают быть русскими.

Д. СОЛОДОВНИКОВ: Раз фактор. Два фактор: его проекты здесь пошли. Он имеет возможность теперь привлекать деньги, у него есть некая инфраструктура, с которой ему удобно работать. Это, видимо, совокупность факторов вот позволила ему вернуться. То есть, я очень надеюсь, что это, по крайней мере, даже вопрос не о возвращении (это единичный, может, там. случай), а о том, что перестанут уезжать. Зачем куда-то уезжать, когда вот есть все под боком?

А. БЕЛАНОВСКИЙ: Но по-прежнему уезжают, кстати. Как, с вашей точки зрения, в чем причина-то, что не нравится? Что здесь хуже, чем, например, в той же Америке в Силиконовой долине?

Д. СОЛОДОВНИКОВ: Ну, мне трудно так сказать. Видимо, большое количество средств на исследования, наверно, которые там даются. Может быть, более удобные условия для этого, в том числе и те же самые инфраструктурные. То есть, там Силиконовая долина когда была создана? Какие там условия? И когда у нас такие проекты будут реализованы? Причем повторить-то вряд ли удастся.

И. ВОРОБЬЕВА: Не, ну, смотрите, есть же, например, совершенно чудесная группа британских ученых по разным университетам, которые радуют просто нас постоянно, и каждый раз, когда они, там, говорят о взаимоотношении полов летучих мышей, мы каждый раз думаем: «Боже мой, какое счастье, что этим людям выделяют деньги на такие исследования». Ну, так давайте же сделаем скорее у нас тоже каких-нибудь наших, там, челябинских ученых, которые будут заниматься вопросами, не знаю… выращивания сталактитов или сталагмитов, там, в разные стороны.

Д. СОЛОДОВНИКОВ: Я полностью с вами согласен, но еще раз хочу сакцентировать внимание на то, что я все-таки представитель Минкомсвязи, не Минобрнауки. Может быть, вопрос надо адресовать, наверно, туда.

И. ВОРОБЬЕВА: Не, ну, просто ваши вот… ваши технопарки выглядят, как панацея, панацея для тех, у кого есть мозг и кто хочет развиваться. Вот он приходит к вам и что-то хочет делать. Я поэтому и говорю, что, может быть, как-то пошире рассказать. Есть технопарки, приходите, там. Или у вас достаточно людей, достаточно, там, мозгов, скажем так, которые не утекают за границу, приходят к вам?

Д. СОЛОДОВНИКОВ: Да нет, ну, мы стараемся где угодно про это рассказывать, в том числе и спасибо вам. Вопрос в том, что еще буквально какое-то время назад в средствах массовой информации больше было информации о том, что у нас там ямы да канавы, нет технопарков, да, то есть, в стране. Ну, их действительно объективно не было, они не могут вырасти, там, за год – за два.

А. БЕЛАНОВСКИЙ: Теперь вместе с ямами есть технопарки.

Д. СОЛОДОВНИКОВ: А теперь ямы и канавы превратились, собственно, в эти технопарки. То есть, естественно, что когда-то стройка любая начинается с ям и канав, это никуда не денешься от этого. Но мы стараемся об этом говорить, мы стараемся кричать, мы стараемся везде это показывать. У нас особые требования к качеству услуг, оказываемых технопарком, мы постоянно мониторим эту ситуацию во всех регионах. Очень большую работу, надеемся, что будут в этом смысле проводить те ассоциации технопарков, которые мы создали по нашей инициативе.

А. БЕЛАНОВСКИЙ: Расскажите про нее. Зачем, какая цель у этой ассоциации, смысл ее создания был?

Д. СОЛОДОВНИКОВ: Мы хотим создать механизмы саморегулирования и здорового лоббизма, собственно, и самих интересов, самих технопарков. Мы же понимаем, что программа-то не вечная, она не будет, там, длиться, эта программа строительства технопарков, еще, там, 30 лет, да? То есть, мы очень надеемся на то, что технопарки сами в итоге поднимут знамя и, объединившись, начнут защищать свои интересы, привлекать, там, не знаю… средства, внимание к себе. В общем, вот та работа, которую ведет Ассоциация, то есть, готовит там соглашения, там, и со Сколково, и с «РОСНАНО», и «РВК» – это как раз механизмы вот нормальной работы. То есть, что-то… все технопарки – это… мы хотим, чтобы была экосистема такая, я такой термин применю. То есть, чтобы не каждый… где-то они там жили, каждый в своем мирке, там, погрузившись в себя, чтобы они обменивались информацией. Потому что там есть такой проект, там есть – такой. Там есть такая лаборатория, может быть, что-то не хватает. Чтобы они между собой постоянно общались. Такая нормальная площадка, там, так сказать, по интересам. Такие ассоциации существуют везде, во всем мире. Есть Международная ассоциация технопарков, вот есть теперь российская. Ну, это молодая команда, без сомнения, мы только недавно эту ассоциацию создали. Я вот очень надеюсь, что в итоге она сможет эффективно трудиться.

И. ВОРОБЬЕВА: В прошлой программе, когда говорили про стартапы, один из вопросов был о том, каковы гарантии, что вот госструктуры, которые посвящены в кухню открытий, — это спрашивает наш слушатель, — и контролирующие всю базу, потом не отнимут бизнес. Вот я приду, я умный и приду к вам и скажу: «Хочу бизнес», — вы мне поможете, а потом раз – и до свидания.

Д. СОЛОДОВНИКОВ: Такие угрозы, без сомнения, всегда там теоретически могут где-то присутствовать, но я что-то никогда не слышал про такое. То есть, вот тот же, там, фонд Сколково тот же, который вот, если проект уходит из технопарка, находит финансирование в Сколково, да, находит эту площадку… что значит отнять бизнес? Там скорее помогут его создать, чем отнять. А было бы там что отнимать. В технопарке надо, чтобы сначала этот бизнес появился как бизнес, чтобы эта идея стала продуктом, технологией, чтобы нашла своего потребителя, свой рынок. Вот задача технопарка. То есть, там столько усилий нужно предпринять, для того чтобы этот бизнес появился как таковой, там отнимать-то нечего. Человек, пришедший с идеей, ему для того чтобы бизнес стал бизнесом, надо такой трудный путь пройти…

И. ВОРОБЬЕВА: Ну, это понятно, конечно, да.

Д. СОЛОДОВНИКОВ: Отнять – не знаю… пессимистически…

А. ПЛЮЩЕВ: Позвольте…

И. ВОРОБЬЕВА: Да, Саш.

А. ПЛЮЩЕВ: Ну, года четыре назад, наверно, Сергей Иванов, вот который уже упоминался в этой программе, говорил о том, что в целом к 2011-му году стоимость совокупного объема произведенной в результате деятельности компаний-резидентов технопарков продукции может составить более ста миллиардов рублей в год. Средняя выручка на одного сотрудника компании-резидента технопарка может составить около полутора миллионов рублей, — мечтал Сергей Иванов в 2007-м году. А можем ли мы сейчас сказать, что мечты Сергея Иванова сбылись вот к сегодняшнему дню, к 2011-му год? Как раз этот год называл, сегодняшний.

Д. СОЛОДОВНИКОВ: Ну, если коснуться статистики, я не ошибусь, наверно, если скажу, что вот по третьему кварталу 11-го года выручка достигла 33 миллиардов рублей. Количество резидентов – это четыреста, по-моему, сорок компаний-резидентов технопарков. Количество рабочих мест – что-то около 11 тысяч.

А. ПЛЮЩЕВ: 11 тысяч?

Д. СОЛОДОВНИКОВ: 11 тысяч рабочих мест.

А. ПЛЮЩЕВ: 11 тысяч. Сергей Иванов четыре года назад называл цифру в 8 раз больше, 80 тысяч. Ну, в семь.

Д. СОЛОДОВНИКОВ: Когда все проекты, которые в программе, будут достроены, я думаю, что эти ожидания будут все реализованы. Просто…

А. ПЛЮЩЕВ: Только с годом ошиблись…

Д. СОЛОДОВНИКОВ: Ну, вы знаете, я ведь что могу на это ответить? Вот программа была практически, там, в два раза урезана. То есть, в тот момент, когда в силу известных событий в 8-м году был секвестр бюджета, все программы, в том числе и наша, она, там, лишилась того необходимого объема финансирования, который требовался. Сейчас мы вышли опять на тот уровень, который заявляли в 6-м году. Я думаю, что когда все те проекты, которые сейчас находятся в программе, будут достроены, и эти цифры, они тоже будут реальностью.

А. БЕЛАНОВСКИЙ: А программа сама, она вообще до какого года?

Д. СОЛОДОВНИКОВ: До 14-го пока.

А. БЕЛАНОВСКИЙ: Она продлевалась, по-моему, один или несколько раз.

Д. СОЛОДОВНИКОВ: Один раз пока. То есть, вот именно в силу того, что помешал кризис, она была немножко приостановлена. Ну, не приостановлена, так скажем: урезана в финансировании. Она двигалась всегда, просто (неразб.) двигалась довольно динамично. Вы видите, первое финансирование пошло в 2008-м году. Я уже перечислил вам столько технопарков, которые уже работают. А, тем не менее, объем финансирования был сокращен. Сейчас мы получили то финансирование, которое изначально предполагалось. Ну да, срок, к сожалению, срок увеличился, но…

И. ВОРОБЬЕВА: И что будет в 2014-м, расскажите. К 2014-му году.

Д. СОЛОДОВНИКОВ: К 2014-му году, я думаю, что все те, там, 13 технопарков, заявленных в программе, будут достроены. И очень надеюсь на то, что мы таки согласуем с Министерством финансов выделение дополнительного финансирования и в том числе будут новые проекты очень удачные. В программу включены… большой потенциал есть у… Мы понимаем, что мы не можем включить все проекты в программу, это невозможно, но самые лучшие… без сомнения, там есть очень удачные проекты. Там, в Свердловской области есть очень хорошие проекты, в Московской области. Мы очень надеемся, что на них финансирование будет выделено дополнительное. Ну, может быть, перераспределено из числа вот тех неудачников, про которые я вам говорил. То есть, мы эти деньги обязательно используем, дадим тем, кто развивается успешно в счет, так сказать, лидеров. И все те проекты будут реализованы, и думаю, что все те ожидания к 14-му году по количеству выручки, по количеству рабочих мест, про которые говорил уважаемый Александр, все будет это реализовано.

А. БЕЛАНОВСКИЙ: А есть у вас информация какая-то вот о конкретных проектах в сфере IT, которые мы можем ждать до 2014-го года? Не о технопарках – это мы поняли, что они будут все достроены… наверно. А какие-то IT-проекты.

Д. СОЛОДОВНИКОВ: Уверен.

А. БЕЛАНОВСКИЙ: Хорошо, давайте в 2014-мп году встретимся, об этом поговорим.

И. ВОРОБЬЕВА: Приходите в программу к 2014-му году.

Д. СОЛОДОВНИКОВ: Я готов прийти, приглашайте…

А. БЕЛАНОВСКИЙ: Какие конкретные IT-проекты, которых вот сейчас стоит ожидать?

Д. СОЛОДОВНИКОВ: Ну, вы знаете, такое количество IT-проектов, которое сейчас есть в технопарках, они… большая часть из них вырастет в серьезные проекты, в серьезный бизнес. Я не готов сейчас их перечислять…

И. ВОРОБЬЕВА: Денис, ну поделитесь, ну пожалуйста. Ну скажите, что через два года нам, не знаю… изобретут какой-нибудь софт, который будет за меня делать, там, не знаю… кофе.

(смех)

Д. СОЛОДОВНИКОВ: Я небольшой специалист именно в софте, а не очень хочется давать некомпетентные высказывания. Поймите, что проектов очень много. Без сомнения, будут очень интересные какие-то вещи реализованы, такие, каких, может быть, в других местах нет. Ну, в смысле, в других странах. И, ну, честно сказать, мне, может быть, стоило подобрать какой-то… прийти с какой-то подборкой, я просто думал, что будет скучно сейчас там перечислять названия, да, какие-то. вот есть такая фирма, сякая…

А. БЕЛАНОВСКИЙ: Можно какое-то самое яркое, если, например, есть у вас. Можете вспомнить какой-то проект, на который какой-то задел уже есть, и ожидается, что он будет реализован в ближайшее время? Потому что слушатели… я думаю, слушателям очень интересно узнать, да, вот какой-то конкретный результат деятельности технопарков.

И. ВОРОБЬЕВА: Ну, про кофе скажите мне, ну пожалуйста.

(смех)

Д. СОЛОДОВНИКОВ: Ну, я вот… вас интересует именно софт?

А. БЕЛАНОВСКИЙ: Да нет, любой вообще проект, который можно будет пощупать. Потому что полимеры – да, мы уже сказали, это все понятно. Но что-то такое, еще тема если есть.

Д. СОЛОДОВНИКОВ: Ну, вот то, что я вам говорил про медицинские клапаны, то, что я вам говорил про софт в области, там, управления дорожной ситуацией, то, что я вам говорил про… это вас не устраивает, такие проекты? Те, которые, там, я не знаю… интеллектуальная скважина, например, там, в Тюмени есть великолепный проект, который, там, увеличивает, не знаю… добычу нефти в несколько-несколько-несколько раз.

А. БЕЛАНОВСКИЙ: Ладно, понятно…

Д. СОЛОДОВНИКОВ: Все это тоже софт, это тоже приборостроение.

И. ВОРОБЬЕВА: Все, кофе делать не будут…

А. БЕЛАНОВСКИЙ: В 2014-м году мы встречаемся здесь и смотрим, какие результаты были проделаны. Я напоминаю, что сегодня в гостях у нас был Денис Солодовников, зам директора Департамента государственной политики в области информационных технологий и координации информатизации Минкомсвязи России. Это была программа «Точка». Я Саша Белановский. Ирина Воробьева и Александр Плющев.

И. ВОРОБЬЕВА: До встречи через неделю.

Д. СОЛОДОВНИКОВ: Спасибо.



Комментарии

1

Пожалуйста, авторизуйтесь или зарегистрируйтесь, чтобы оставить комментарий.

fonten123 24 октября 2011 | 02:39

мертвая экономика в реале быстро проецируется и в виртуальную экономику...
не впечатляет.

Самое обсуждаемое

Популярное за неделю

Сегодня в эфире