'Вопросы к интервью
А. ПЛЮЩЕВ: Московское время 21 час 7 минут, добрый вечер. Вас приветствует Александр Плющев. Здесь же Александр Белановский, добрый вечер.

А. БЕЛАНОВСКИЙ: Привет.

А. ПЛЮЩЕВ: И сегодня программа «Точка», она посвящена мощной теме этой недели, которая стартовала, можно сказать, в понедельник. Мы назвали планшетный компьютер от РОСНАНО, но все по-разному называют это устройство. Я, например, в своей публикации о нем назвал чуридер, ну, то есть, ридер от Чубайса. Кто-то чубукой его называет. Разные названия, я не знаю, как мы сегодня будем называть эту штуку. Кстати, сегодня должны ее доставить к нам в студию, ее еще нет. И вы посмотрите ее в нашем сетевизоре, ну, буквально, там, минуты, считанные минуты прибудет она к нам. А пока можете включать, посмотреть на нас, на наших гостей. Сегодня у нас Георгий Колпачев, управляющий директор РОСНАНО. Добрый вечер.

Г. КОЛПАЧЕВ: Добрый вечер.

А. ПЛЮЩЕВ: Вы как называете?

Г. КОЛПАЧЕВ: Я называю «электронная книжка».

А. ПЛЮЩЕВ: Электронная книжка, хорошо. И Александр Кияткин, редактор отдела технологий slon.ru. Добрый вечер, Саша.

А. КИЯТКИН: Добрый вечер.

А. ПЛЮЩЕВ: Саша – наш коллега, который тоже ее трогал, об этом писал и испытывал. И вот мы все вместе будем об этом говорить. Я как предлагаю сделать. Александр Белановский – единственный, кто, так сказать, с этой чудо-машиной провел, там, меньше часа времени. Я ему показывал немножко в прошлый раз, приносил. Вот. А мы все, так или иначе, ее использовали и испытывали. Я предлагаю, чтобы мы все побыли гостями, в том числе и я. Ну, понятное дело, что работать не хочется, все меньше и меньше работы, и все меньше и меньше хочется. Вот. А Александр бы позадавал нам всем вопросы. Ну, прежде всего, конечно же, Георгию Колпачеву, который здесь пришел отдуваться за вот этот прибор, который, конечно же, все раскритиковали. Ну, там, все – не все, но многие. Обвинили в распиле. Первый же вопрос на «Эхо Москвы» начинается следующим образом: «У меня РОСНАНО ассоциируется с распилом денег. О чем еще можно говорить, товарищи?» Но мы поговорим. Поехали.

А. БЕЛАНОВСКИЙ: Да, давай напомним еще, что нас можно по «Сетевизору» смотреть на сайте «Эха» и смски посылать по +7 985 970 45 45.

А. ПЛЮЩЕВ: И абонент «vyzvon» живет в «Твиттере» у нас.

А. БЕЛАНОВСКИЙ: Ну, первый мой вопрос Георгию Колпачеву, собственно, вы сказали, что это электронная книжка, а поточнее, что это такое? Что это за проект?

Г. КОЛПАЧЕВ: Ну, давайте я сначала расскажу не про устройство, а в целом про проект вообще.

А. БЕЛАНОВСКИЙ: Давайте.

Г. КОЛПАЧЕВ: Что из себя представляет компания «Plastic Logic», в которую мы инвестировали в прошлом году. И что представляет ее первый продукт. Компания в настоящий момент является мировым лидером в области некремниевой электроники. Электроники, которая основана не на кремнии, как материале для изготовления транзистора, а на полупроводящих полимерных материалах. Компания была основана в 2000-м году английскими учеными профессорами Кембриджского университета. С этого момента организации этой компании прошло уже 10 лет. Компания привлекла очень широкую базу инвесторов технологических. Такие компании, как «Intel», «Bank of America», «Dow Chemica» и, наверное, можно сказать, всех лидирующих венчурных капиталистов из Соединенных Штатов. РОСНАНО вошло на последнем раунде совместно с одним из ведущих фондов венчурных инвестиций Силиконовой долины США «Oak Investment Partners». И мы с декабря прошлого года являемся одним из акционеров компании. Почему нас привлекла эта компания? Потому что мы считаем, что сейчас в мире начинается новая волна в микроэлектронике, которая должна привести к серьезному удешевлению, в принципе, электронной продукции. И сейчас есть возможность не бежать, как мы сейчас бежим за стандартной кремниевой электроникой, пытаемся догнать ушедший уже поезд, а, что называется, зайти в вагон первого класса сразу же. И, еще раз повторюсь, основная привлекающая нас составляющая этого проекта – это ключевая технология, которая может применяться везде. Это проект, надо четко понимать, не про электронные книги с гибкими, там, небьющимися экранами. Это инвестиция в новую прорывную технологию. Это такое как бы общее утверждение. Теперь про частности. Как я сказал, технология новая. Первые, достаточно простые, применения, компания видит в экранном бизнесе, да? Потому что экран, с точки зрения электроники, достаточно простая вещь, то есть, это все-таки, не процессор, это не память, это даже не простая логика, а там, грубо говоря, используется только один тип транзисторов, которые управляют точками на экране. В общем-то, с точки зрения физика, техники, достаточно просто. Вот. Но наличие такой технологии уже на той стадии, которая у нас сейчас есть в компании, позволяет уже технологию начать коммерциализовывать. То есть, мы не идем по пути такому, ждать, когда технология некремниевой электроники дорастет до уровня, что можно будет на ней напечатать микросхему памяти, простую логику, или, может, там, в 15-летней перспективе напечатать процессор, уже сейчас начинать коммерциализовывать технологию, выходя на рынок с достаточно интересным продуктом со свойствами, которых нет у других продуктов в этом сегменте. И начиная приносить компании деньги. Вот, собственно такая вводная.

А. БЕЛАНОВСКИЙ: Что, собственно, принципиально нового в том продукте, который вы вот преподносите как принципиально новый?

Г. КОЛПАЧЕВ: Знаете, сейчас принесут само устройство. Я очень жалею, что не захватил одно из основных, точнее, ключевую часть этого устройства, это гибкий экран, то есть, это экран, который можно согнуть в трубочку, который не бьется, не ломается. Он толщиной несколько десятых миллиметра. Экран сделан с использованием технологии электрофоретических чернил. То есть то, что известно как электронная бумага, да? Вот, то есть, это медиа такая. И что мы можем дать потребителю, которому, в общем-то, все равно, по какой технологии сделана, кремниевая – не кремниевая. Ему важно что? Что вот этот экран, он не бьется, не ломается.

А. БЕЛАНОВСКИЙ: Это нам принесли в студию, только что занесли.

Г. КОЛПАЧЕВ: Да. Это я стучу по экрану кулаком. Соответственно, решается одна из тех проблем, которые возникают у пользователей электронных книг со стандартными экранами, которые выполнены по технологии аморфный кремний на стекле. 15-20% электронных книг по статистике выходят из строя из-за того, что у них трескается экран. То есть, стекло, подложка стеклянная, она трескается. Вот наше устройство этого лишено.

А. БЕЛАНОВСКИЙ: Я бы теперь двух Александров спросил об их опыте использования. Потому что я-то мало использовал, мало что успел понять.

А. ПЛЮЩЕВ: Значит, я предоставлю Александру Кияткину, поскольку он гость и…

А. БЕЛАНОВСКИЙ: Ты тоже гость.

А. ПЛЮЩЕВ: Да. А я потом добавлю что-то. Ну, я себя все-таки здесь поуютнее…

А. КИЯТКИН: Можно, я сначала Георгию все-таки задам вопрос по поводу…

А. БЕЛАНОВСКИЙ: Конечно.

А. КИЯТКИН: … того конкретного преимущества, которое он сейчас описывал, а именно небьющегося экрана. В принципе, существует же сейчас возможность защитить экран более, наверное, дешевыми, более испытанными средствами вроде, там, Gorilla Glass, там, например, который практически не бьется и практически не царапается. Этот экран, в принципе, можно же поцарапать, несмотря на то, что сложно разбить. Практически невозможно, точнее, разбить.

А. ПЛЮЩЕВ: Мы пытались поцарапать, честно скажу. Но это как-то не очень у нас получалось. Прямо скажем, болгарочкой мы его…

Г. КОЛПАЧЕВ: Если задаться целью, в принципе, можно уничтожить все, что угодно. В принципе, он горит. Его можно поджечь, и он сгорит. Это верно.

А. КИЯТКИН: Да, безусловно.

Г. КОЛПАЧЕВ: Нет вещей, которые невозможно сломать.

А. КИЯТКИН: … может быть же просто защитное стекло.

Г. КОЛПАЧЕВ: Может.

А. КИЯТКИН: Которое сделает его таким же безопасным, в принципе, какой он есть сейчас, но без использования вот этих описанных вами технологий и без покупки компании «Plastic Logic».

Г. КОЛПАЧЕВ: Можно сделать. Но еще раз отнесусь к покупке компании «Plastic Logic». Компания «Plastic Logic» мы там купили долю не потому, что она умеет делать ридер, а потому, что они – единственные в мире, кто делают в коммерческом масштабе полимерные транзисторы. Это первое. А второе, действительно, можно взять стандартный стеклянный, защитить его еще чем-то, добавить еще грамм, там, 100, наверное, на этот защитный экран. Ну, может быть, 80. Если вы – вы, наверное, сравнивали с другими устройствами — обратили внимание, что вес…

А. КИЯТКИН: Да, я должен сказать, что он легкий…

Г. КОЛПАЧЕВ: … достаточно серьезный, то есть, экран, де факто, ограничивающий нас вот, например, по толщине устройства, нас ограничивает не толщина экрана, как, например, в других планшетных, а, грубо говоря, толщина батарейки, которую мы сюда вставляем, и тех микросхем памяти процессора, который здесь стоит. Как бы я рассказал только про одно, да? То есть, он не бьется. Естественно, он существенно легче. Ну, поймите, первое применение технологии. Вот, то, что первое мы выводим на рынок. Основная задача – это продолжать совершенствовать технологию для того, чтобы мы могли в трех-четырех-пятилетней перспективе выходить с продуктами, которые уже лежат вне экранов. То есть, это логика простая, это память достаточно простая, где не нужно, там, сверх быстродействие. Вот это то, что мы видим как бы наша технология, компании «Plastic Logic», когда я говорю «наша», я здесь сижу сейчас как бы на двух стульях, и как сотрудник РОСНАНО, и как член совета директоров этой компании. И потому, говоря от лица компании, я говорю «наша».

А. БЕЛАНОВСКИЙ: Ну, вот тут, кстати, спрашивают нас на смс: «Технология российская ли? Применяется ли на Западе?»

Г. КОЛПАЧЕВ: Да, тогда еще раз повторюсь. Технология была разработана в университете Кембридже в Великобритании. Что мы делаем? Мы делаем трансфер этой технологии в Россию. Мы в Зеленограде сейчас создаем совместно с МИЭТом, московским институтом электронной техники второй RnD-центр компании, научно-исследовательский центр, который будет параллельно с Кембриджем заниматься фундаментальными разработками в области полимерных материалов транзисторов. И второе, мы строим серийный завод в особой экономической зоне, в Зеленограде «Алабушево». В этом году уже выходим на площадку строительную.

А. БЕЛАНОВСКИЙ: Там была вторая часть вопроса, используется ли на Западе данная технология? Вот, если я правильно помню, «Plastic Logic» пытался самостоятельно вывести на рынок свой планшет, точнее, простите, ридер. Я не знаю, чем он отличается от этого, потому что тот я в руках не держал. Но дело было в 2008-м году…

А. ПЛЮЩЕВ: То, что показывали, внешне было дико похоже на этот. Да, дико похож.

Г. КОЛПАЧЕВ: Ну, это форм фактор, в принципе, они достаточно все похожи, если посмотрите.

А. КИЯТКИН: Тогда они отказались от идеи запускать его в производство, потому что, как сказал глава «Plastic Logic» прямым текстом, неконкурентоспособным устройство получилось.

Г. КОЛПАЧЕВ: Я, да, могу здесь прокомментировать. Мы очень детально разбирались в технологии компании. Опять же, тут нужно четко разделять kor technology ключевую технологию и продукт первый, да? Если вы говорите про то, что тогда это называлось Que pro Reader.

А. ПЛЮЩЕВ: С «Сименсом» они делали совместно, по-моему.

Г. КОЛПАЧЕВ: Нет, это был не… Не хочу погружаться в историю. Скажу в двух словах просто о том, что сегмент был оценен правильно. Когда компания уже была готова к выходу с коммерческим продуктом, возникли с экраном определенные сложности, связанные со сроком жизни экрана. Да? То есть, как бы провели более детальные тесты, и стало понятно, что там на уровне двухгодичной давности технологии экран жил меньше гарантийного срока, который компания на него обещала. Соответственно, вывод: технология, которая еще не до конца была проработана 2 года назад, могла принести дополнительные издержки для компании, для акционеров. Поэтому было абсолютно обоснованное бизнес-решение доработать это. За 2 года компания сделала очень серьезный рывок в технологическом плане, и вот сейчас вот те устройства, которые вы тестировали, они прошли все тесты, там, по сроку жизни, ускоренное старение, на влажность, в экстремальных условиях и так далее и тому подобное. Соответственно, сейчас компания полностью уверена в том, что гарантийный срок устройство прослужит.

А. БЕЛАНОВСКИЙ: Какой срок?

Г. КОЛПАЧЕВ: 2 года без изменения свойств экрана вообще.

А. ПЛЮЩЕВ: Александр, расскажешь, все-таки? Да, об опыте пользования?

А. БЕЛАНОВСКИЙ: Была целая статья на эту тему.

А. КИЯТКИН: Да, мне понравился этот ридер. Это хороший, приятный на ощупь ридер, который не оттягивает слишком сильно сумку или портфель, у которого хороший для ридера экран. Он тонкий. Вообще, приятно пользоваться, хорошая штука. Но я в своей статье смотрел на него не столько на ридер, сколько на электронный учебник, как вы его и называете, электронная книжка. То есть, он сейчас предполагается для использования в школах. Коммерческой версии продукта пока нету, пока что только он борется за право…

Г. КОЛПАЧЕВ: Давайте так: мы ее не показали. Да? То есть, компания ничего, кроме этого, еще не показывала. Давайте будем корректны в формулировках.

А. КИЯТКИН: Коммерческую версию не показали нам, поэтому мы ее обсуждать не будем. В общем, я смотрел на это как на учебник для школьников. И с этой точки зрения он мне показался очень неподходящим.

А. БЕЛАНОВСКИЙ: Почему неподходящим?

А. КИЯТКИН: В общем, причины все кроются в том самом конкурентном преимуществе, о котором говорил Георгий: экран. Ну, собственно, у всех читалок, да, у всех, которые основаны на электронных чернилах, время реакции довольно медленное, то есть…

А. ПЛЮЩЕВ: Оно зачем быстрое, вот, в учебнике? Оно в учебнике зачем быстрое? Ну, в смысле, сравниваем с обычным бумажным учебником. Извините, что я место Георгия сейчас занимаю, он, по идее, должен это говорить. Но мне вот просто интересно, этот аргумент всегда говорят. Возьмем обычный учебник, бумажный. Вот, ребенок перелистывает. Он перелистывает примерно с такой же скоростью. Там нет никакого… никакой разницы.

А. КИЯТКИН: Но электронным учебником это называется не только потому, что там учебников напихали, а потому, что там есть некая оболочка, которая позволяет расширить его функционал, сделать его удобным для школьника. Делать пометки, делать закладки, что-то там пририсовывать, писать, заметки делать. Так вот, нажатие кнопки…

А. ПЛЮЩЕВ: Можно я возьму сейчас, Георгий, можно я возьму и сейчас буду в камеру показывать, то, что говорит, иллюстрируя, так сказать. То, что говорит Саша.

Г. КОЛПАЧЕВ: Это учебник по истории, по-моему, для 6-го класса «История средних веков», что-то такое.

А. ПЛЮЩЕВ: Ой, нет, я не хочу на иконе рисовать. Я сейчас на чем-нибудь другом нарисую.

А. КИЯТКИН: Так вот, там существует некий интерфейс. То есть, она не только листает страницы. И вот этот интерфейс, он из-за того, что экран особенный, экран на электронных чернилах, он работает очень медленно.

Г. КОЛПАЧЕВ: Когда говорите «очень медленно», с чем сравниваете?

А. КИЯТКИН: С  планшетами.

Г. КОЛПАЧЕВ: С какими?

А. КИЯТКИН: С «iPad»

Г. КОЛПАЧЕВ: С компьютерами. То есть давайте, если смотреть с другими электронными книгами.

А. КИЯТКИН: Зачем нам сравнивать с электронными книгами?

Г. КОЛПАЧЕВ: А я вам объясню, почему нужно сравнивать с электронными книгами. Вы понимаете, что все то, что вы называете «планшеты», да, они обладают одним свойством: у них экран – он излучающий, понимаете, да, разницу между электрофоретическим, который в отраженном свете работает и де-факто он является аналогом бумаги, то есть, как текст, напечатанный на бумаге. Свет на нее падает, отражается и попадает нам в глаз. В компьютере, в том же «iPad» или в других устройствах, принцип работы другой: там сам экран излучает и светит вам в глаз, грубо говоря. Вот здесь разница в том, что для детской… ну, то есть, тут даже посмотреть можно на те требования, которые, что уж тут говорить, санитарные правила наши, они не разрешают детям много смотреть на экран компьютера, который излучает. Потому что, какая бы хорошая технология ни была, это некое излучение, которое попадает и определенным образом влияет на детские глаза. Здесь электронная бумага имеет…

(неразб.)

Г. КОЛПАЧЕВ: Это на самом деле очень важно для школы, как ни странно.

А. БЕЛАНОВСКИЙ: Ну, еще принципиальный вопрос про цветной экран. Многие недовольны тем, что экран монохромный. Говорят, что, скажем, в случае с учебником по математике, по литературе это нормально, да? Текст он черным по белому написан. А картинки, которые имеют значение в учебниках по истории, по изо, например, есть учебники. Там в этом есть явный минус. Почему, это будет как-то, может быть, исправляться? Считается вообще…

Г. КОЛПАЧЕВ: Давайте я прокомментирую, да. Сейчас сама технология электронной бумаги электрофоретическая, она в подавляющем случае черно-белая. То есть, есть некие экспериментальные образцы цветной электронной бумаги, но сейчас на рынке коммерческих читалок с цветными электрофоретическими экранами отражающими нету. Для нас это тоже то, что называется челлендж, это то, над чем мы сейчас работаем в Кембриджском центре. Это одна из основных задач, которую будет решать наш совместный с МИЭТом центр в Зеленограде. И мы планируем к моменту старта российского завода, это будет конец 2013-го года, иметь цветное устройство, которое мы сможем, в том числе коммерчески, в школы, для любых применений использовать.

А. БЕЛАНОВСКИЙ: То есть, сроки отодвинулись. Я помню, «Plastic Logic» говорили, что они к концу 2011 года будут иметь рабочий…

Г. КОЛПАЧЕВ: Давайте. Смотрите: я очень четко сказал про российский завод. Да? Я сказал, что это будет в конце 13-го года на российском заводе, как только мы его построим, у нас сразу же будет возможность производить цветной. А у компании есть еще одна производственная площадка в Дрездене в Германии. Где мелкосерийное производство, вы абсолютно правы, мы планируем запустить в 12-м году. Для того, чтобы на мелкой серии цветной оттестить, откатать и в России запускать уже крупную серию, имея опыт… опыт опытного производства, извините за…

А. КИЯТКИН: А можно я, все-таки, просто вернусь к этому вопросу насчет времени отклика. Вот вы говорите, что у других читалок он не хуже, ну, да, он не хуже. Вы исходите из того, что давайте сделаем читалку учебником и наша читалка, она ничем ни хуже. А я исхожу из того, что если читалка не работает достаточно быстро, аккуратно и удобно и надежно, то зачем тогда вообще заменять действующие учебники? Может быть, подождать, пока появятся технологии, которые…

Г. КОЛПАЧЕВ: В том-то и дело, что мы считаем, что наша читалка, во-первых, а) — не раздражает никого, второе – она достаточно быстро…

А. БЕЛАНОВСКИЙ: Ну, нет, не могу я согласиться, вот сейчас прямо листаю. Ну, никакой такой паузы, такой уж сильной, которая могла бы…

Г. КОЛПАЧЕВ: Давайте возьмем процессор… какой-нибудь компьютер с мощным процессором… а, да, да, кстати, который весит, там, в два с половиной раза больше и начнем быстро на нем листать. Конечно, да.

А. ПЛЮЩЕВ: Тут надо понимать, что мы сравниваем скорее с обычным учебником. Никаких интерактивных особенностей, каких-то функций у нее нет.

Г. КОЛПАЧЕВ: Тут тоже я должен прокомментировать. Смотрите, здесь же очень сильно зависит от того контента, который здесь установлен. А здесь контент установлен от правообладателя контента, который… учебники, правами на учебники владеют российские издательства. И они сами формируют тот контент. То есть, это всего лишь устройство для отображения некого сформированного контента. И тот контент, который, там, Министерство образования и науки выбрало для эксперимента в школах. Вот как издательство, в каком виде они контент дали, в таком виде он и стоит. То есть, это надо понимать. Не компания «Plastic Logic» и не РОСНАНО изобрели вот эти учебники по математике и истории.

А. ПЛЮЩЕВ: Да, можно, я вот сейчас на собственном опыте с ним расскажу. Мне, действительно, тоже понравилась штука. Особенно ее стойкость. Я ее, конечно, в конце концов сломал. Это было во время съемок. Мы снимали для нашей программы. И меня потрясло то, — там, видимо, контроллер полетел внутри, с экраном, разумеется, ничего не произошло, с ним просто не может ничего произойти. Те, кто видел этот экран, знают, что его, ну, наверное, там, ножницами можно порезать, да? Скорее всего.

Г. КОЛПАЧЕВ: Ножницами – да. Вот это, наверное, да. Или сжечь.

А. ПЛЮЩЕВ: Или сжечь. А вот разбить его не удастся, как ни бей, я вот еще побью его об стол. Извините, пожалуйста. Я сейчас вижу, как…

Г. КОЛПАЧЕВ: Да можете сильней.

А. ПЛЮЩЕВ: … у Колпачева обливается кровью сердце, но я все равно еще побью, извините, пожалуйста. Вот.

А. БЕЛАНОВСКИЙ: Он у тебя разбился, и у тебя была цель, в общем, да? Как-то…

А. ПЛЮЩЕВ: Цели разбить не было, но мы его кидали, да, швыряли, и он, короче говоря, когда катился с лестницы в очередной раз, видимо, этот контроллер и отказал. Но меня, например, потряс корпус совершенно, если уж говорить о самом устройстве, потому что на корпусе это не сказалось никак. Я очень много устройств тестирую, и очень редкий случай, когда такого воздействия, такого рода воздействия не оставляли никаких следов.

А. БЕЛАНОВСКИЙ: Мы все переживали…

А. ПЛЮЩЕВ: Значит, да, значит, что бы я хотел сказать. Конечно, наверное, цветность – это, может быть, ну, в смысле бесцветность, это самая главная претензия, там, потому что, конечно, биология, какая-нибудь или география – это проблема. Но тут вот спрашивает, например, Юра Ширяев спрашивает: «В 9-м классе ридер пригодится, но зачем он 5-классникам? Они не так много книжек носят. И дети будут продолжать писать в тетрадях». Послушайте, может быть, вы давно были, Юра, 5-классником, а у меня дочь 6-классница сейчас. Я прекрасно помню и 5-ти и нынешнюю ситуацию. И вот там, мне тяжело таскать этот портфель с этими книжками, причем мы выгребаем, я слежу за тем, чтобы было оттуда вытащено все ненужное. Там только нужное. Вот строго по предметам.

Г. КОЛПАЧЕВ: Тут я с коллегами соглашусь: у меня дочь в 7-м классе. То же самое я сейчас вижу. То есть, им реально выдали вот такой набор учебников. Я понимаю, для ребят, может быть, это не проблема, но для девочек…

А. ПЛЮЩЕВ: Для девчонок – вообще жесть. Вот. Но там другие проблемы тоже возникают. О них мы чуть позже поговорим, если у нас время позволит. Я сейчас еще чуть-чуть о собственном своем использовании. В общем, я его сравнивал с книжкой такой обычной, а не с… бумажной, я имею в виду. И в общем он у меня не проиграл книжке ни по одному критерию. Если говорить о других ридерах, но, бьющийся экран, вес и все остальное, и диагональ экрана, здесь же, опять же, что важно, чего Георгий не сказал, что представлен ровно в таком же размере, представлен шрифт, ровно в таком же размере, как он представлен в обычном учебнике.

Г. КОЛПАЧЕВ: Но я уж подумал, что совсем расхваливать будет не очень правильно. Я скажу, что это самый большой электрофоретический экран на рынке, который можно сделать. И стеклянные такие не делают, вы знаете, почему? Потому что он трескается при таком размере.

А. ПЛЮЩЕВ: Самый большой – это, как мы понимаем, не преимущество. Почему?

Г. КОЛПАЧЕВ: Можем и маленький.

А. ПЛЮЩЕВ: Да, если вы сделаете размером с этот стол, никому он не нужен будет.

Г. КОЛПАЧЕВ: Вместо доски на уроке.

А. ПЛЮЩЕВ: Вот. Это такая же страница учебника, как и у обычного учебника. Это очень важно. Очень важно, потому что, если вы возьмете iPad, там не будет страницы, как у обычного учебника. Вот в чем дело тоже. И я на это обратил серьезное внимание. Вот. Но меня тоже очень напрягает, что ни один из серьезных игроков индустрии эту технологию как-то не воспринял. И до сих пор только РОСНАНО, можно сказать, рассмотрело на рынке такого замечательного игрока, такого замечательного производителя.

Г. КОЛПАЧЕВ: Принципиально не согласен.

А. ПЛЮЩЕВ: Давайте, давайте.

Г. КОЛПАЧЕВ: Расскажу.

А. ПЛЮЩЕВ: Давайте поспорим.

Г. КОЛПАЧЕВ: Тут не спорить, тут надо просто статистику посмотреть. Я сказал уже, «Intel» инвестировал в компанию…

А. ПЛЮЩЕВ: …. он в кого только не инвестировал…

Г. КОЛПАЧЕВ: Но это замечательно…

А. ПЛЮЩЕВ: У них есть инвестиционная компания специальная…

Г. КОЛПАЧЕВ: Я сам работал в «Intel», я ее возглавлял «Intel Capital», я возглавлял в России и странах СНГ до прихода в РОСНАНО. Я знаю, на что «Intel» смотрит. «Intel», действительно, инвестирует во многие компании. Но главное в этой компании, что в ней что-то должно быть как бы в ключевой технологии привлекательного. Кроме того, для меня важный сигнал это то, что вместе с нами, это не то, что РОСНАНО, вот тут кто-то из слушателей написал о том, что РОСНАНО 700 миллионов долларов инвестировало. Нет, ребята, не 700 миллионов долларов, 700 миллионов долларов – это общий объем проекта. Там деньги и РОСНАНО, и американских венчурных фондов, и крупных других компаний. То есть, тут, видимо, путаница некая произошла. Кроме того, что на технологию никто не смотрит. На самом деле смотрят и активно смотрят. Я был на Тайване, встречался с рядом, не буду говорить названия компаний, но один из ведущих Тайваньских производителей дисплеев, они не знали, что я работаю с «Plastic Logic», они мне под страшным секретом показали экран, тоже пластиковый, размером в половину от того, что у нас сейчас есть, он был толщиной примерно полтора миллиметра, очень на толстой пластиковой подложке…

А. ПЛЮЩЕВ: Уже ножницами не порежешь.

Г. КОЛПАЧЕВ: И сказали: вот это будущее, да? То есть, я как бы так внутренне немножко посмеялся про себя, понимая, что у нас-то более серьезная, более продвинутая, годика на два – два с половиной, это мы обгоняем их сейчас. И я знаю, что «Samsung» достаточное внимание этой технологии начал уделять. То есть вообще все ребята, которые занимаются сейчас кремнием, я имею в виду большие компании, они понимают, что в печатной электронике, в пластиковой электронике для нее есть очень серьезная ниша, там в  обозримом будущем. То есть, цикл планирования достаточно длительный, то есть 10-15 лет они планируют вперед. И мы видим их интерес к этой технологии. Я просто слежу за теми инвестициями, которые делают, там, крупные мейджеры, какие стартапы они скупают, в какие компании инвестируют. И я вижу, что сама по себе область печатной электроники имеет очень большие перспективы.

А. ПЛЮЩЕВ: Сейчас, я единственное просто хочу, что бы мы о цене поговорили, потому что очень многие радиослушатели спрашивают. С ценой вообще забавная история, потому что Чубайс называл цифру в 12 тысяч именно за такой, за усеченный, что называется. Потом появилась какая-то экспертная цифра 20-25, и понеслась. Кроме 25-ти тысяч рублей сейчас, мне кажется из тех, кто обсуждает этот прибор, я имею в виду из наблюдателей, вообще не говорят…

Г. КОЛПАЧЕВ: Я сам не верю в 25. Это я, честно говоря, не знаю, откуда эта цифра появилась…

А. ПЛЮЩЕВ: Я знаю, из РБК она появилась. Из публикаций «РБК daily».

Г. КОЛПАЧЕВ: Я не могу обсуждать в эфире одной уважаемой радиостанции публикации другого уважаемого издательства.

А. ПЛЮЩЕВ: Давайте к работе.

Г. КОЛПАЧЕВ: Да. Я хотел сказать, просто по ценовой нашей политике, естественно, мы участвуем наряду с другими производителями в тех конкурсах и тендерах, который проводит Минобр сейчас для целей школьного эксперимента. Естественно, мы хотим в эксперименте участвовать и мы будем предлагать конкурентоспособную цену на этих тендерах. То есть, для нас важно… сейчас я хочу закончить…

А. ПЛЮЩЕВ: Да, да.

Г. КОЛПАЧЕВ: Для нас важно участие в конкурсе, имеется в виду в эксперименте образовательном в том числе и для того, чтобы получить живой отклик от живых учеников, от тех, кто будет пользоваться этим в школах. То есть, мы же не говорим, что вот это – истина в последней инстанции. Мы хотим, наоборот, получить фидбэк, что называется, отзыв от людей, которые будут это использовать. Если нужно, доработать, поменять и то есть, чем больше мы будем получать обратной связи, тем лучше для нас, тем более хороший продукт мы сможем давать в будущем. Но это как бы очевидные вещи такие, да? Поэтому ценовой ориентиры мы будем достаточно гибкими, и наша задача сейчас – это поучаствовать в этом эксперименте образовательном полноценно.

А. ПЛЮЩЕВ: То есть, это не заказ Минобразования, это заявка не тендер?

Г. КОЛПАЧЕВ: Вы знаете, я тут, наверное, воздержусь от более детальных объяснений вот по этому поводу конкретно, потому что мы связаны определенными соглашениями с Минобром, и я нахожусь под обязательствами неразглашения информации. Я могу сказать, только это не то, что РОСНАНО проинвестировала такую замечательную компанию, поэтому теперь это нужно внедрить во всех школах страны. Нет, это абсолютно не так. Есть на рынке и другие производители, они так же активно с нами конкурируют, и в том числе в образовательных программах. Сейчас вот в этом образовательном эксперименте Минобра, и нам, ну, то есть, возможности продать что-то не по рынку у нас точно нету. Здесь это абсолютно рыночная прозрачная история. И мы, как компания готовы к этому, и мы, как инвестор, как РОСНАНО, тоже готовы к тому, что наша компания играет по абсолютно нормальным рыночным правилам. Иначе, если это будет не рыночно, мы не сможем дать нормальный продукт. То есть, всегда должна быть конкуренция для того, чтобы мы могли давать…

А. ПЛЮЩЕВ: Ну, наши радиослушатели…

Г. КОЛПАЧЕВ: … объяснить каждому, почему мы лучше.

А. ПЛЮЩЕВ: … радиослушатели уверены, что если не будут покупать, то введут заградительные пошлины на ввоз других. И все. И все равно все будут покупать.

Г. КОЛПАЧЕВ: Ну, так можно…

А. ПЛЮЩЕВ: А когда появится в продаже?

Г. КОЛПАЧЕВ: Коммерческий, очень хороший вопрос. Вы знаете, опять не могу сказать…

А. ПЛЮЩЕВ: «Очень хороший вопрос», но «не могу сказать»! Спасибо.

Г. КОЛПАЧЕВ: Не могу сказать что? Не могу сказать, когда точно. Могу сказать, что до конца этого года планируем в розничную продажу поставить, но не…

А. ПЛЮЩЕВ: Да…

Г. КОЛПАЧЕВ: Еще раз, видел вопрос о том, что вот это сотый пойдет в розницу. Нет, в розницу пойдет… мы можем дать и сотый, да, вот модель «100», но у нее ограниченный функционал, который был под то ТЗ, которое Минобрнауки выставило для производителя.

А. ПЛЮЩЕВ: Это учебник, действительно, в него нельзя ничего закачать…

Г. КОЛПАЧЕВ: Здесь мы сознательно пошли по пути: здесь нет wi-fi. Версия, которая коммерческая, там и wi-fi, и 3G может быть, и разные объемы памяти: 4, 8 гигабайт, если надо – 16 память.

А. ПЛЮЩЕВ: И вот до конца года он по какой цене появится?

Г. КОЛПАЧЕВ: А вот это уже некая коммерческая составляющая. Смотрите, мы же не продаем в розницу. У нас есть партнеры, да? Розничные сети. У них своя политика ценообразования…

А. ПЛЮЩЕВ: А вы им по какой цене будете отпускать?

(смех)

Г. КОЛПАЧЕВ: Это я тоже сейчас не скажу. Вот здесь я связан…

А. ПЛЮЩЕВ: Хорошо, секунду, вот, написали: 25 тысяч или 20 тысяч.

Г. КОЛПАЧЕВ: Ну, вы зайдите в магазин, вы видели устройство электронную книгу за 25 тысяч? Ну, поставим мы ее… Кто ее купит?

А. БЕЛАНОВСКИЙ: В интернете везде фигурирует цифра в 12, да? Я вот 25 тоже видел…

А. ПЛЮЩЕВ: 12 – это вот это устройство усеченное.

Г. КОЛПАЧЕВ: Да, да.

А. ПЛЮЩЕВ: Я понимаю, что коммерческая версия будет стоить больше. Хорошо. Вот, мы пытаемся сейчас Георгия Колпачева развести, а ты мешаешь.

(неразб.)

Г. КОЛПАЧЕВ: А Георгий Колпачев не разведется и не скажет.

А. ПЛЮЩЕВ: Это понятно, да, значит, хорошо, сбили меня с мысли. Нормально, хорошо. Нет, я просто хотел сказать, что очень много вопросов насчет того, там, есть usb, есть wi-fi? В этой модели нет.

Г. КОЛПАЧЕВ: Это сознательно сделано.

А. ПЛЮЩЕВ: Да. Но, конечно, зачем это все школьникам? Вот, но в той, которая будет продаваться в магазинах, это же будет, правильно?

Г. КОЛПАЧЕВ: Вообще, правильно, если выходить на рынок, надо выходить с линейкой продуктов. Должны быть простые, которые стоят меньше, должны быть более хорошие, с большей функциональностью, которые стоят больше.

А. ПЛЮЩЕВ: 16 гигабайт и 30 и 64…

Г. КОЛПАЧЕВ: Ну, я не знаю, насколько нужно в электронной книге 64 гигабайта…

А. ПЛЮЩЕВ: Я шучу. Вы понимаете, о чем я.

Г. КОЛПАЧЕВ: Да. Как бы соответственно и то, что называется коннективити разные, и, может быть, софт разный немножко, да? Поэтому будет некий спектр. Вываливаться из рынка глупо, понимаете, это розничный рынок, это не тот, где можно использовать какой-то там административный ресурс. Розничный рынок – это то, что люди думают о твоем продукте. Они либо покупают, они думают: да, это круто. И они за это платят деньги, или они думают: нет, это, скажем так, не круто. И они не платят за это деньги. Или есть другие мнения по этому поводу?

А. БЕЛАНОВСКИЙ: Других мнений нет.

(смех)

А. КИЯТКИН: Я хотел спросить насчет кое-чего другого, вернуться немножко назад, когда вы говорили про тендер. Вот, там был вопрос: будет тендер, или у вас договоренности уже с Минобразования? Вы сказали, что тендер, конечно, да, но вот есть договоренности с Минобром, которые мы не можем разглашать. Правильно я понимаю, что Минобразования проводит тендер общероссийский, но с РОСНАНО уже договорилось?

Г. КОЛПАЧЕВ: Я не понял вашего вопроса. Давайте так. Я думаю, что будет правильно, если мы позовем кого-нибудь из Министерства образования, и они расскажут свое видение. Мы ни с кем ни о чем не договорились. Нас пригласили поучаствовать, как и многих других, на самом деле, это немножко такой секрет Полишинеля про то, что вот такой образовательный эксперимент сейчас проходит. Есть другие производители, я сам участвовал на совещаниях, которые собирались под эгидой Минобра. Там было порядка 15-ти компаний, как минимум, различных. Да? Начиная от тех, кто производит стандартные планшетники, заканчивая, ну, вот, производителями электронных книг. В общем, все были. Все big names, российские игроки, нас пригласили, то есть, это абсолютно открытый процесс. Я считаю, что абсолютно правильно вот здесь Минобр подошел, то есть, как бы сделать это максимально открыто среди всех производителей. Мы конкурируем с другими.

А. БЕЛАНОВСКИЙ: Георгий, а не идет речь о том, что эти учебники будут раздаваться школами ученикам, да, как вот сейчас раздаются в обычных библиотеках книги? Я правильно понимаю, что речь идет о том, что ученики и родители в данном случае будут покупать в магазинах эти электронные учебники для своих детей?

Г. КОЛПАЧЕВ: Смотрите, это вопрос… сейчас об этом вообще речи не идет, потому что сейчас, как минимум год, будет длиться этот эксперимент. Какая модель будет работать, как это будет в будущем, абсолютно пока нет определенности. Здесь, скорее, задача эксперимента – это тестирование устройств и контента и насколько дети и учителя – это тоже очень важно, учителя – воспримут это, и это будет полезно и будет воспринято в школах. И если будут какие-то шероховатости и замечания, как что нужно поменять. То есть пока, честно говоря, и мы, и, наверное, остальные наши коллеги-конкуренты, которые участвуют в этих тендерах, они в основном хотят получить фидбэки на свои устройства, на их применимость в школе, а уже потом мы будем думать о том, какая будет модель ценообразования, модель потребления и так далее.

А. БЕЛАНОВСКИЙ: Ну, а сейчас эксперимент в каком виде будет проводиться у вас? Можете рассказать об этом, или это тоже составляет какую-то тайну?

Г. КОЛПАЧЕВ: Вы знаете, вот честно, я бы очень хотел, чтобы здесь кто-нибудь…

А. ПЛЮЩЕВ: … из Минобразования…

Г. КОЛПАЧЕВ: Да.

А. ПЛЮЩЕВ: Надо, надо будет их попытать по этому поводу. Очень много вопросов всяких. Ну, слушайте, у меня полное впечатление, что нас либо не слушают, либо не слышат. Ну, например: «Я вчера купил читалку со всякими штуками: wi-fi, 3G и с защитной рамкой, etc, за 8 тысяч рублей. Ответь, Плющев, какие 12? А был ли у нее экран размером 10 дюймов, да, 10?

Г. КОЛПАЧЕВ: 10 с  половиной.

А. ПЛЮЩЕВ: 10 с половиной.

Г. КОЛПАЧЕВ: Это видимый.

А. ПЛЮЩЕВ: А был ли у нее небьющийся дисплей, у этой замечательной штуки с защитной рамкой? Тут же такое полное впечатление, что вы не слышали предыдущее сказанное. Вот.

Г. КОЛПАЧЕВ: Да, нет, это то же самое, что придти и сказать: да, я вчера купил, там, машину А за полмиллиона рублей, и зачем вы тут продаете Роллс-ройс, или, там, Мерседес, или, там, BMW, или еще что-нибудь.

А. ПЛЮЩЕВ: Это зря. Вот, сравнивать с  BMW…

Г. КОЛПАЧЕВ: Я просто говорю, что в каждом сегменте есть как бы, там, что-то менее дорогое, что-то более дорогое. Зависит от функциональности, от бренда, там, и так далее. Как бы я думаю, что слушатели правильно задают, если кто-то покупает за 8 тысяч, значит, он считает, что он за 8 тысяч нашел ну, сделку для себя. Ну, то есть, 8 тысяч – и вот устройство. И он счастлив. Я уверен, что будут люди на рынке, которые будут покупать наше устройство за большие деньги и будут счастливы, потому что им нужна та функциональность, которую они найдут в наших устройствах. То есть, здесь ответ очень простой: рынок покажет.

А. ПЛЮЩЕВ: Ну, что, продолжим. Александр, есть у тебя к нам ко всем вопросы?

А. БЕЛАНОВСКИЙ: Ну, я бы напомнил, что можно нам смски присылать на +7 985 970 45 45. И по «сетевизору» нас смотреть на сайте. Мне еще интересно, будет ли это именно учебник. Вот когда вы выйдете на коммерческий уровень, это будет только учебник, или может быть это будет более открытая какая-то, более открытое устройство, может быть, просто читалка, или, может быть, уже с более широкими функциями компьютерными?

Г. КОЛПАЧЕВ: Точно будет, точно будет. Здесь для школ, на самом деле, достаточно философский вопрос, что нужно в школе: максимальная функциональность, интернет, там, wi-fi, 3G, цвет, быстрота и прочее, и ученики будут просто заниматься всем, чем угодно, на уроке, кроме освоения материала.

А. КИЯТКИН: Цвет нужен.

А. ПЛЮЩЕВ: По-любому, мне кажется, здесь…

Г. КОЛПАЧЕВ: Хорошо. Уговорили. Цвет нужен, над этим работаем. Пока говорим про математику. Цвет вторичен. На уроке алгебры, то есть, ребенок должен, наверное…

А. ПЛЮЩЕВ: … сразу видно, в РОСНАНО технари, да? Вот, им наплевать на биологию, молодцы. На географию – вообще просто…

Г. КОЛПАЧЕВ: Извините, я физтех закончил московский. Наверное, есть какая-то предвзятость определенная, да, ну, физика, конечно. Вот, ну я о чем хочу сказать? О том, что и второе – это как бы закрытость, вот Минобр попросил сделать некий такой более закрытый вариант, контент защищенный, его нельзя поменять, нельзя удалить, и так далее. То есть, есть некая такая защищенная среда. В том числе, вот некоторые пользователи, здесь я вижу, по привычке «пользователи» говорю про интернет, слушатели, задают вопрос о том, если такое дать детям, не начнут ли их грабить? Ну, смотрите, школьные учебники никто не ворует. Правда, да? То есть, я, по крайней мере, ни разу не слышал, чтобы украли школьный учебник.

А. ПЛЮЩЕВ: Это раз.

Г. КОЛПАЧЕВ: Да. Слово в пользу, аргумент в пользу, например, закрытая архитектура с минимумом функциональности, которая…

А. ПЛЮЩЕВ: Ой, никто не вскроет на Савеловском рынке! Ой, секундочку!

Г. КОЛПАЧЕВ: Не знаю.

А. ПЛЮЩЕВ: Ну, ладно!

Г. КОЛПАЧЕВ: Нет, ну, если, вряд ли, если рынок будет затоварен всем, где есть wi-fi, а здесь нет wi-fi, вряд ли умельцы Савеловского рынка начнут пытаться встроить в это устройство wi-fi модули. Вопрос в цене.

А. ПЛЮЩЕВ: Если бьют стекла машины из-за каких-то приборов стоимостью в 50 долларов, то прибор стоимостью в 400 – вот это другое дело.

Г. КОЛПАЧЕВ: Ну, тогда ответ такой: это должно быть у всех, и чтобы это было никому не нужно.

А. КИЯТКИН: Это интересно.

Г. КОЛПАЧЕВ: То есть, когда это будет у каждого школьника, воровать, в принципе, будет, смысла…

А. ПЛЮЩЕВ: А, рынка не будет. Кому продать.

Г. КОЛПАЧЕВ: Ну, кому это продать. Кому продашь?

А. БЕЛАНОВСКИЙ: В общем, да.

А. КИЯТКИН: Но только мне кажется, что у каждого школьника все равно не будет, потому что даже если мы допустим, что это стоит 12-15 тысяч, да? Во многих регионах, мне кажется…

Г. КОЛПАЧЕВ: Конечно, 12 тысяч – это достаточно дорого, и не только для регионов, но и для многих людей в Москве. Мы это прекрасно понимаем. В том числе, опять скажу, что здесь, вот как раз некремниевая технология, она сама технология существенно дешевле, чем кремниевая. При серийном массовом производстве. Потому что, да, это как бы одно из тех (неразб.), то есть, ключевых преимуществ этой технологии, это потенциально низкая цена. Потому что здесь де-факто этот экран просто печатаешь на специальном принтере, а кремниевую микросхему ты выращиваешь, как кристалл, потом травишь, травишь, травишь, травишь, для того, чтобы сделать, там, какую-то микросхему, экран, или еще что-то. То есть, сам технологический процесс, вот, если стандартный кремниевый экран где-то от входа на фабрику до выхода с фабрики, это где-то 3-4 недели, то технологический процесс «Plastic Logic» – это 2 дня от входа до выхода с фабрики. Плюс – это отсутствие высоких температур, потому что мы, например, транзисторы создаем на полимерной подложке, которая при 120 градусах Цельсия просто плавиться начинает. Да? То есть, у нас низкотемпературный процесс. Это все существенно упрощает производство. И два фаба одинакового объема, то есть взять фаб 3 миллиона кремниевый и 3 миллиона штук пластиковый, однозначно пластиковый будет просто по определению дешевле. Таким образом, мы сможем снизить стоимость при серийном производстве очень серьезно. То есть, кремний просто не сможет с этим конкурировать. Через пять лет, вот у меня такой прогноз, то есть, если кремний еще останется в экранных технологиях, то он будет серьезно дороже, чем пластик.

А. ПЛЮЩЕВ: Это хороший повод нам собраться через несколько лет.

Г. КОЛПАЧЕВ: С удовольствием.

А. ПЛЮЩЕВ: Ну, через 5 – не знаю, а вот года через 3 можно. И посмотреть, как оно там будет. Что, Александр?

А. КИЯТКИН: Ну, на самом деле, часто спрашивают, в чем «нановость» этого проекта, да? Что в нем от нанотехнологий.

Г. КОЛПАЧЕВ: Ой, ну, вот это, на самом деле, просто очевидно, ну, для меня, как физика, вещь просто очевидная. То есть, если, наверное, никто не спорит, что стандартная кремниевая технология, ну, однозначно, там, все говорят, там, процессор 45 нанометров, там, 32 нанометра, память 22 нанометра техпроцесс и так далее, то есть, никто не спорит, что стандартная кремниевая уже давно относится к нанотехнологиям, да? Теперь, что, почему полимерная сейчас относится к нанотехнологиям? Здесь, на самом деле, в отличие от кремния, на мой взгляд, существенно более интересные процессы происходят. Например, здесь достаточно важную роль играет сама сборка слоев, слоев толщиной 2-3 органические молекулы специального полимера. Размер молекулы полимера, вот который у нас здесь, где-то там до 10-ти нанометров, то есть у нас слои специальные сами собираются контролируемым образом в толщины в 50-80 нанометров. И такой очень…

А. КИЯТКИН: … то есть, это…

Г. КОЛПАЧЕВ: … очень слой… нет, это на самом деле с точки зрения физики, это очень сложный процесс. То есть, поэтому, честно говоря, делать с кремнием существенно проще, потому что молекула кремния, кремний – это атом, то есть там нет даже такого понятия, как молекула. Там очень просто, грубо говоря, растить кремниевую схему. Существенно…

А. БЕЛАНОВСКИЙ: … вы говорили, что с кремнием это сложнее.

Г. КОЛПАЧЕВ: С кремнием сложнее с точки зрения технологии, с точки зрения физики фундаментальной, там гораздо проще. Вы себе представляете полимерную молекулу, да? Это углерод, кислород, водород, и все это так намешано, там огромные цепочки получаются, обращаться с ними очень сложно. Потому что органика – она в целом сложнее, чем неорганика. И почему, собственно говоря, с органической только сейчас получает развитие? Потому что только сейчас люди, физики научились, химики работать вот с такими сложными материалами в приложении к электронике. То есть, здесь у нас ни одного сомнения по поводу относимости этого к нано в нашем понимании, а в нашем понимании это нано – это целенаправленная работа с материалами на уровне меньше 100 нанометров контролируемым образом. То есть, чтобы мы могли, контролируя процесс, получать заданные свойства, которые проявляются на характерных размерах менее 100 нанометров. Соответственно, здесь стопроцентная относимость к нанотехнологиям.

А. БЕЛАНОВСКИЙ: Что, Саша, нам уже завершать надо?

А. ПЛЮЩЕВ: Да.

Г. КОЛПАЧЕВ: Я, наверное, всех погрузил в уныние последней тирадой.

А. ПЛЮЩЕВ: Знаете, что? Соберемся через 5 лет, посмотрим, как оно будет. Извините, друзья, если не все ваши вопросы заданы, не все ваши сомнения озвучили в прямом эфире, потому что здесь действительно было много всего. Но тем не менее, что называется, «будем посмотреть». Я понимаю, особенно аудитория нашей радиостанции, она, конечно же, везде видит распил и откат, несомненно, вот, и мы будем наблюдать за этим процессом очень внимательно. Во всяком случае, мне кажется, что тут, поскольку есть сам по себе продукт, который можно потрогать руками, или, там, как говорит Георгий, купить в магазине, то за этим следить еще легче.

Г. КОЛПАЧЕВ: В ближайшее время, да.

А. ПЛЮЩЕВ: Да. посмотрим, по какой цене будет продаваться, какого качества он будет и так далее. У нас сегодня были Александр Кияткин, Slon.ru, Георгий Колпачев из РОСНАНО. Ну, и мы, Александр Белановский и Александр Плющев. Счастливо, до свидания.

А. БЕЛАНОВСКИЙ: Счастливо.



Комментарии

6

Пожалуйста, авторизуйтесь или зарегистрируйтесь, чтобы оставить комментарий.

18 сентября 2011 | 23:16

Планшетных компьютеров много у разных фирм с разными характеристиками. А где же реальные инновации? Какой прогноз?


mamasha_kurazh 19 сентября 2011 | 00:32

зашла на сайт http://www.plasticlogic.com

посмотрела распеределение труда по странам-инвесторам в виде открытых позиций, весьма интересно

интеллектуальная часть (программное обеспечение) - в Штатах
разработка - в Англии и Германии
производство - в Польше и России

ничего не напоминает?


yazva_sibirskaya 01 октября 2011 | 06:09

Да уж. Самое вредное - нам...


horse_rider 19 сентября 2011 | 00:35

POCHAHO - это ж, если латиницей, почти "Почухо". Вот бы так и назвать марку! Как раз для школы.


19 сентября 2011 | 06:15

Я так и не понял? Читалка эта будет понимать популярные форматы электронных книг: DJVU, PDF и др?


ktoolh 20 сентября 2011 | 01:56

Да, Чуридер это именно электронная книга, или просто ридер.
Вообще ТТХ (хотя бы то что уже известно!) очень впечатляют, у PocketBook есть подобные с таким же РАЗМЕРОМ экрана модели, но такого уровня экрана реально нет! а тут уже работающий аналог, если программная часть не подведёт, и в коммерческую розницу модель с вафлей (Wi-Fi) попадёт, я первы кто побежит такое покупать, ибо это реальный убийца остальных продуктов этого сегмента, лишь бы не заломили цену!

Самое обсуждаемое

Популярное за неделю

Сегодня в эфире