'Вопросы к интервью
А. ПЛЮЩЕВ: Московское время 21 час 8 минут в Москве – раз московское время, логично. Меня зовут Александр Плющев, в эфире программа «Точка». И, как уже стало привычным в последнее время, нет коллеги Белановского, который поехал учиться уму-разуму в Соединенные Штаты. Буду я здесь один вместе с нашими гостями сегодняшними, которых я представлю через несколько секунд, а может быть даже минут. Мы сегодня поговорим о «белом» интернете от Лиги безопасного интернета. Поднималась эта тема и в наших новостных программах, и в программе «Блог-аут», в которой вместе с Ириной Воробьевой на минувшей неделе участвовал небезызвестный наш интернет-эксперт Иван Засурский. Вот. Мы хотели сегодня поговорить с точки зрения, может быть, более технологической, нежели политической или, там, я не знаю, общественно-политической – как хотите, так и это оценивайте. Смс +7-985-970-45-45, твиттер-акаунт @vyzvon. Напомню, собственно, о чем речь. Исполнительный директор Лиги безопасного интернета Денис Давыдов на минувшей неделе сообщил, что эксперимент по предоставлению по умолчанию доступа в так называемый чистый, проверенный экспертами интернет уже с февраля, то есть вот уже идет, будет проводиться в ряде регионов России. Должен идти, я бы так сказал. По умолчанию пользователям, как он сказал, будут доступны лишь ресурсы из «белого» списка, доступ к расширенному списку сайтов, в том числе порнографии, провайдеры будут предоставлять по запросу пользователя, то есть он должен будет себя как-то обозначить, запросить у провайдера и так далее. Вот, это действительно несколько всколыхнуло интернет. Мне очень жаль, что сами представители, сам вот Денис Давыдов, исполнительный директор вот этой самой Лиги безопасного интернета, отказался принять участие в нашем эфире, как прийти в эфир прямой, так и выйти по телефону. Единственное, вот я наше здесь, в «Московских новостях» была статья: советник Дениса Давыдова здесь что-то говорил. И мы будем обращаться к ней в течение нашей программы.

Теперь я представляю гостей. Матвей Алексеев, исполнительный директор Фонда содействия развитию технологий и инфраструктуры Интернета. Добрый вечер.

М. АЛЕКСЕЕВ: Добрый вечер, Александр.

А. ПЛЮЩЕВ: И Андрей Колесников, директор Координационного центра национального домена сети Интернет. Добрый вечер.

А. КОЛЕСНИКОВ: Здрасьте.

А. ПЛЮЩЕВ: Ну, еще мы свяжемся с Антоном Королюком из REG.RU.

А. КОЛЕСНИКОВ: Алексеем.

М. АЛЕКСЕЕВ: Алексеем.

А. ПЛЮЩЕВ: Алексеем, прошу прощения, Алексеем. Молодцы, спасибо. Вот гости не дремлют. С Алексеем, конечно, Королюком, вот. И поговорим с разных сторон обо всем этом. Прежде всего, как вы восприняли вообще вот сообщение о том, что такая штука планируется? Было ли для вас это сюрпризом, или, может быть, вы знали о чем-то подобном, может быть, даже вынашивали какие-нибудь планы в связи с этим и так далее? Кто начнет?

А. КОЛЕСНИКОВ: Ну, на меня смотрите все – ну, давайте я начну. Хочу передать привет Денису Давыдову, он наверняка нас слушает, не может он это пропустить, было бы неправильно. А откуда, как мы к этому отнеслись – я лично к этому нормально отнесся, потому что идея, скажем так, не очень новая. С моей точки зрения, вопрос упирается в техническую реализацию и в логическую реализацию подобной штуки. И, конечно же, область применения так называемых вот этих ограничительных вещей, она, конечно же, не должна распространяться на всех провайдеров, скорее всего речь идет, должна идти о каких-то местах публичного доступа к Wi-Fi, прочих школьных вещах, библиотеках – короче, тех местах, в которых то или иное ведомство, та или иная институция может говорить, что вот здесь вы только через «белые» списки ходите. Например, школьный интернет – классический пример. Он во всем мире так устроен. Библиотечный интернет.

А. ПЛЮЩЕВ: Он разве сейчас так не работает?

А. КОЛЕСНИКОВ: Нет, он работает через фильтрацию, то есть там обеспечена фильтрация. А здесь методом исключения, здесь только «белый» интернет. Но в некоторых учреждениях, скажем так, особенно раннего школьного возраста, там, детсадовские, вот на Западе, насколько я знаю, там действительно сделано через такие «белые» вещи. Очень похожий проект, но вот, опять-таки, другая реализация – это то, что вот есть инициатива с доменной зоной «.дети», где гарантировано, что в этой доменной зоне будут ресурсы только для детей. Это премодерация, создание специального детского контента и так далее и так далее. И, в принципе, ни у кого такая модель особых вопросов не вызывает.

А. ПЛЮЩЕВ: Ну, понятно, что раз Андрей Колесников – директор Координационного центра национального домена сети Интернет, понятное дело, что он вот обращает особое внимание на домены. Так хорошо, действительно, оставить только доступ к домену «дети» детям, и, собственно, все.

А. КОЛЕСНИКОВ: Ну, собственно, для этого и делалось.

А. ПЛЮЩЕВ: Как же дети будут пользоваться Госуслугами? Госуслуги…

А. КОЛЕСНИКОВ: … .дети.

А. ПЛЮЩЕВ: Да, тоже, например, можно, да.

А. КОЛЕСНИКОВ: А в Москве «дот услуги».

М. АЛЕКСЕЕВ: «Дот услуги», «дот москоу».

А. КОЛЕСНИКОВ: Или «дети дот москоу».

М. АЛЕКСЕЕВ: У нас была идея совместного проекта «Дети Москвы»…

(смех)

А. ПЛЮЩЕВ: Да. Нет, то, о чем ты, Андрей, сказал – это, конечно, совсем иная идея, поскольку здесь речь, насколько мы все поняли Лигу безопасного интернета… может быть, мы ее неправильно поняли, но, насколько мы ее все поняли, речь идет о повсеместном доступе.

А. КОЛЕСНИКОВ: Идея та же, реализация другая.

М. АЛЕКСЕЕВ: Технологии другие.

А. ПЛЮЩЕВ: Нет, ну как? Подождите, это разные идеи. Значит, вот если, например, есть идея ограничить… допустим, вот не интернетовский возьмем пример: если есть идея мерить температуру у пассажиров, пересекающих океан – это одно. А если вставлять градусник в задницу всему населению – это другое. Хотя идея вроде бы одна и та же, казалось бы. Вот.

М. АЛЕКСЕЕВ: Хорошая аналогия.

А. КОЛЕСНИКОВ: Очень яркая аналогия, черт возьми (смеется).

А. ПЛЮЩЕВ: Так что…

М. АЛЕКСЕЕВ: Я хотел с нефтью привести пример.

А. ПЛЮЩЕВ: Ну да, приведи с нефтью, ты про нефть порывался с самого утра сегодня рассказать в эфире.

М. АЛЕКСЕЕВ: Я потом про технологию, да.

А. ПЛЮЩЕВ: Да. Значит, Матвей Алексеев, исполнительный директор Фонда содействия развитию технологий и инфраструктуры Интернета, тот же самый вопрос: вот что ты испытал и что ты подумал, насколько этот проект кажется тебе реалистичным, когда ты услышал об этом?

М. АЛЕКСЕЕВ: Ну, на самом деле мы были готовы к этому, наверное, еще года 4 назад, когда, скажем так, власти пытались уже делать какие-то попытки регулирования сети Интернет, был первый мизулинский закон об интернете, вот, который, слава богу, отрасли удалось немножко, скажем так, отодвинуть на задний план, потому что он был не то что недоработан, ну, у него было большое количество ошибок. Сейчас мы на протяжении четырех лет, естественно, положительно относимся к ограничению детей к той информации, которая им совершенно не нужна, да? Это вот та идея, которая должна быть. К самой реализации, как это заявила Лига безопасного интернета, мы относимся, ну, сказать если резко, отрицательно, да? Вот к самой технологии, по которой они хотят это делать. Не то что отрицательно, а с неким… ну, вот лично я отношусь к этому с сарказмом, потому что это то же самое, как, я не знаю, предложить медсестре поработать главным технологом Автоваза, вот, абсолютно то же самое. То есть, что-то она будет делать, но как это все работает, она не будет понимать абсолютно.

А. ПЛЮЩЕВ: Ну, смотрите, какая история. Мне, когда я готовил эту передачу, мне, во-первых, показалось странным, что сама Лига безопасного интернета как-то не очень хочет, видимо, продвигать эту идею, через радио «Эхо Москвы» во всяком случае. Вот. Это раз. Ну, поскольку они не пришли сюда. Ну ок, в конце концов, их право. Вот. А второе – это то, что вся индустрия, начиная, собственно, от тех компаний, которые входят в попечительский совет и входят в Лигу безопасного интернета, их членов, соответственно, в попечительский совет, и заканчивая теми, кто туда не входит и, более того, являются идейными, наверное, противниками подобных инициатив, подобных вещей и Лиги как таковой, вот, они как-то все очень с большим, я бы так сказал, с большим-большим нежеланием, с большим нежеланием откликнулись на обсуждение этой темы. Сказали, что… я слышал, вот в одной компании мне сказали: «Поскольку у нас цензурных слов нет, мы, к сожалению, не можем принять участие в беседе». Вот. А сказанное без нецензурных слов будет не понято. Вот. Значит, в другой компании нам сказали: «Ты знаешь, у нас огромное количество людей работает, это наш бизнес, вот. И мы боимся за него». Прям открытым текстом, вот реально. Вот. И я говорю: «А у меня 40 миллионов пользователей вот здесь, и чего? Я тоже за них боюсь немножко». Как-то надо взвешивать. Спасибо вам поэтому, что вы хотя бы обсуждаете это со мной, еще будет REG.RU. Нет, я ни в коем случае не ставлю под сомнение ваше качество как экспертов, но просто хотелось бы еще и о том, что хотелось бы еще игроков рынка заодно послушать.

А. КОЛЕСНИКОВ: Ну, мне кажется, не надо демонизировать Лигу безопасного интернета…

А. ПЛЮЩЕВ: Она и без того отлично демонизирована.

А. КОЛЕСНИКОВ: Многие, так сказать, склонны смотреть на эту организацию, как на, скажем так, какое-то абсолютное-абсолютное зло. Ну, с моей точки зрения, есть, скажем так, серия причин, которые не связаны ни, там, ни с политикой, ни с технологиями, ни с чем. А прежде всего она связана именно с тем, что для того чтобы получать какой-то лестный отзыв от индустрии, как-то с ними работать, ну, нужно с ними работать, прежде всего. Потому что давайте вспомним, что две крупнейшие интернет-компании Российской Федерации – это Яндекс и Mail.ru, да? Они больше наших операторов, ну, как бы по стоимости и так далее. Ну, наверное, как-то нужно находить общий язык, выходить разговаривать с этими компаниями, говорить с ними на одном языке. Хотя, опять-таки, все друг друга знают, все друг с другом тусуются, вот, но когда заходит какая-то очередная инициатива, все в ужасе, значит, разбегаются от этих инициатив. Ну, я вот, например, как-то спокойно к этому отношусь. Почему? Потому что я вообще спокойно отношусь ко всякого рода инициативам, которые, так сказать, хотят свинтить интернет, закрыть что-то там и так далее. Я просто в это не верю, и поэтому мне живется спокойно и хорошо.

А. ПЛЮЩЕВ: Ну да. Здесь действительно очень сложно себе представить, что масса экспертов будет там что-то оценивать, что-то просматривать. Вот я вдруг себе представил на секунду, значит, что есть у нас ВКонтакте, и есть там миллионы страниц. Они что, будут просматривать каждую страницу, чтобы закрывать каждую страницу? Нет. Значит…

А. КОЛЕСНИКОВ: Не так это делается, конечно. Это делается на… такая сигнальная система выстраивается из людей, которые сигналят о том, что они нашли какой-то плохой…

А. ПЛЮЩЕВ: Ну правильно, кибердружины у них…

А. КОЛЕСНИКОВ: Кибердружина, да, либо какая-то справочная, да, одного окна.

М. АЛЕКСЕЕВ: Ну, и плюс, конечно же, анализ контента, анализ изображений и так далее. Технологии такие имеются.

А. КОЛЕСНИКОВ: Но при этом надо учитывать наличие доменных зон, их количество в принципе. Мы же не ограничиваемся только RU и РФ, у нас есть и COM, и NET, и MOBI – огромное количество.

М. АЛЕКСЕЕВ: Ну, мне кажется, что к доменным зонам это вообще не имеет никакого отношения.

А. КОЛЕСНИКОВ: И плюс в сети, насколько я помню, вот по последним данным, 660 с чем-то там миллионов сайтов…

М. АЛЕКСЕЕВ: Хостов.

А. КОЛЕСНИКОВ: Это только хостов, да, то есть мы странички не берем отдельные. Вот. И как эта сигнальная система будет работать на столь глобальном уровне – пока не представляет возможным.

А. ПЛЮЩЕВ: Да, совершенно непонятно, как. Хорошо, допустим, мы… допустим, каким-либо образом, каким-либо образом удалось этот «белый» список сделать. Ну, в общем, нетрудно себе представить, что «белый» список легче сделать, чем «черный».

А. КОЛЕСНИКОВ: Ну, он меньше.

А. ПЛЮЩЕВ: Надо сказать, да. Потому что там… да можно его из трех сайтов сделать: Госуслуги, kremlin.ru и еще какой-нибудь там.

А. КОЛЕСНИКОВ: Ну-ну-ну…

М. АЛЕКСЕЕВ: Четвертый сайт – «Эхо Москвы».

А. ПЛЮЩЕВ: Да. Вот. Остальные, нет, остальные…

А. КОЛЕСНИКОВ: Нет, он… здесь написано «18», на сайте.

А. ПЛЮЩЕВ: Есть «черная», подожди, есть «черная» зона, которая, там… а остальные серые – еще не успели проверить, вот. И написать: «Мы не рекомендуем, потому что мы не успели проверить». Вот, понятно. Технически это можно реализовать, вообще, в принципе?

А. КОЛЕСНИКОВ: Белый список? Конечно, можно.

М. АЛЕКСЕЕВ: Можно.

А. ПЛЮЩЕВ: И фильтровать, и фильтровать доступы.

А. КОЛЕСНИКОВ: Да, конечно.

А. ПЛЮЩЕВ: Ок. теперь…

А. КОЛЕСНИКОВ: Но это называется полная изоляция, это уже не интернет.

М. АЛЕКСЕЕВ: Это да, потому что при этом идут дичайшие потери трафика, дичайшие потери прибыли бизнеса, который в этом работает. Это идет нарушение связанности на узлах связи, на точках обмена трафиком и далее и тому подобное. Рушится вся система, которая была построена.

А. КОЛЕСНИКОВ: Единый и неделимый интернет. Когда ты его поделил – это уже не интернет.

М. АЛЕКСЕЕВ: А Россия, помимо этого – еще и транзитная страна трафика, потому что мы предаем не только внутри себя, но и из Европы и дальше на Восток и обратно…

А. КОЛЕСНИКОВ: У меня, кстати, есть хорошая новость.

А. ПЛЮЩЕВ: Давай.

А. КОЛЕСНИКОВ: Россия вошла в топ, там, сколько? 10 или 20 стран, в которых практически невозможно отключить интернет.

М. АЛЕКСЕЕВ: Вот-вот.

А. ПЛЮЩЕВ: В каком смысле?

А. КОЛЕСНИКОВ: Ну, у нас такой уровень связи в стране, что, ну, во все стороны торчат, так сказать, внешние каналы, что выключить Россию, отключить ее от интернета, ну, как это было сделано, там, в каком-то Египте или еще где-то, в Сирии – это невозможно.

М. АЛЕКСЕЕВ: Это нереально, потому что порушится интернет, ну, вообще сама связанность, в других странах вокруг России.

А. КОЛЕСНИКОВ: Да не только из-за этого. В самой России это трудно сделать.

А. ПЛЮЩЕВ: То есть, понимаете, мы можем шантажировать таким образом весь мир на самом деле.

А. КОЛЕСНИКОВ: Лигой безопасного интернета. Отключим интернет. Да, наш ответ Чемберлену: у нас есть Лига (смеется).

М. АЛЕКСЕЕВ: Отключим газ.

А. ПЛЮЩЕВ: А почему нет, с другой стороны? Подождите, хорошо. Тогда, если это, там, осуществимо технически, но неосуществимо, скажем, идеологически, вообще зачем вся эта история? Зачем вот этот эксперимент в Костромской области, еще что-то? Причем, у вас есть данные, что он начался?

М. АЛЕКСЕЕВ: Нет.

А. КОЛЕСНИКОВ: Нет.

А. ПЛЮЩЕВ: И у меня нет.

А. КОЛЕСНИКОВ: Ну, у меня есть некое предположение, почему как бы так это все звучит. Дело в том, что мы в свое время с Денисом встречались с Давыдовым и обсуждали вот эти все технологии. Ну, и на примерах некоторых других стран, ну, не знаю, British Telecom … Дело в том, что у многих операторов, у многих провайдеров действительно по дефолту, то есть по умолчанию стоят некоторые ограничения по возрастной категории, вот, но это не значит, что там «белые» списки. Там стоит ограничение, инфильтрация, то есть там ставят «черные» списки. И пользователь, который хочет их отключить, просто выражает согласие, так сказать, и отключает. То есть, там не идет речь о «белых» списках, там идет речь о том, что по дефолту вам включают некий безопасный интернет, а вы потом можете как взрослый человек, там, не знаю, ввести свой номер кредитки, хотя и так ваш домашний адрес все знают, вы подключены по кабелю, как бы подключиться к взрослому интернету. То есть, вот такая история. Она, в принципе, ничему не противоречит.

А. ПЛЮЩЕВ: Хорошо. +7-985-970-45-45 и также твиттер-аккаунт @vyzvon, туда направляйте свои вопросы, пожалуйста, к нашим гостям. Матвей Алексеев, исполнительный директор Фонда содействия развитию технологий и инфраструктуры Интернета, и Андрей Колесников, директор Координационного центра национального домена сети Интернет. Принято искать, знаете ли, во всем некий финансовый интерес. Говорят, что за, например, вот этим законом об ограничении… ну, не законом, а за поправками к закону «О защите детей от нежелательной информации», вот тех, что касаются интернета, стояли совершенно определенные люди-лоббисты, которые вот на этих ограничениях как раз и выиграли: на аппаратуре, на исследованиях и так далее. Вот. Что можно сказать здесь? Проглядывается ли здесь какой-нибудь финансовый интерес?

А. КОЛЕСНИКОВ: Ну, я, например, никакого финансового интереса не вижу, кроме того, что операторам, которые предоставляют доступ, так или иначе придется ставить какие-то там ящики у себя на системе, а это дополнительные расходы. То есть…

А. ПЛЮЩЕВ: Эти ящики будут чьи-то, за них придется платить.

А. КОЛЕСНИКОВ: Эти ящики, чтоб все понимали, все эти ящики и системы фильтрации сделаны… made in USA. Вот. То есть, можно, конечно, за этим увидеть заговор, там, Cisco или Hewlett-Packard, но что-то мне слабо в это верится.

М. АЛЕКСЕЕВ: Ну, свечку не держал, честно признаюсь, вот. Здесь, наверное, даже больше опасения потери денег, да, чем какого-то приобретения. Вот, собственно говоря, пример про нефть, который я хотел привести…

А. ПЛЮЩЕВ: Давай.

М. АЛЕКСЕЕВ: Мы же страна нефтяная, все очень любят про это говорить. Представим, что у нас между пятью городами, да, какими-то вокруг Москвы как центра есть определенная… то есть, надо же кого-то снабжать нефтью. Вот. В этих пяти городах идет ее добыча, производство и так далее. Вот. Начинаем в одной точке, в одном городе фильтровать, блокировать нефтяные поставки.

А. КОЛЕСНИКОВ: По-моему, очень живой пример.

М. АЛЕКСЕЕВ: Вот. Блокировать нефтяные поставки, да? То есть, вот сам провод вот этот, или как это называется? Нефтепровод, по которому все это идет, труба, да? Она, соответственно, закупоривается. Соответственно, нарушена связь между всеми пятью городами, и Москва точно так же остается без всего этого. Операторы связи, которые будут этим заниматься, они точно так же потеряют деньги на том же трафике, на той же связанности. Миллионы – в рублях, наверное, тоже миллионы, только уже побольше, да, не хочется в западной валюте все это выражать – будут потрачены на это оборудование, поскольку оборудование достаточно дорогое, которое это стоит. Вот. То есть, в основном прослеживаются исключительно только потери.

А. КОЛЕСНИКОВ: Ну, вообще странная история немножко. Почему? Потому что вообще фильтрация наиболее эффективна… чем она ближе к пользователю, тем она эффективнее, да? В принципе, существует достаточно большое количество эффективных, ну, каких-то программ, которые защищают, там, потребителя от всякого негодного контента. Там, не знаю, фильтры, начиная от Касперского, кончая ашмановскими…

М. АЛЕКСЕЕВ: Буквально на прошлой неделе у себя в блоге проводил опрос, да, экспертов очень серьезных, да, как бы какие фильтры они знают, да? Вот от Ашманова до родительского контроля Windows.

А. КОЛЕСНИКОВ: Их много.

М. АЛЕКСЕЕВ: Огромнейшее количество. Вот более 15 вот таких вот фильтров мне перечислили.

А. КОЛЕСНИКОВ: Причем не надо забывать, что это тоже индустрия, эти вещи стоят денег, их пишут люди, это тоже огромное количество людей, которые производят это программное обеспечение, которое тоже является частью этой как бы экологической системы, которая называется Интернет. То есть, ее надо представить как экологическую систему…

А. ПЛЮЩЕВ: Все они останутся без работы.

А. КОЛЕСНИКОВ: Ну, как-то странно, да. То есть, есть люди, которые этим, ну, занимаются как бы профессионально, ну, я не знаю.

М. АЛЕКСЕЕВ: Ну да. Ну, интернет – это же не просто, да?.. Ты вот уже приводил пример, там, ВКонтакте, да? То есть, интернет – это и сервер, и канал связи, и домен, и хостинг, и разработка…

А. КОЛЕСНИКОВ: Рекламные сети.

М. АЛЕКСЕЕВ: … и рекламные сети, и платежные системы, и SaaS-системы, облака, клауды, как это сейчас вот модно говорить, да? Это вот все огромная, глобальная такая инфраструктура, которая на таких вот блокировках серьезных уже, на уровне субъекта федерации, она потеряет огромные деньги.

А. ПЛЮЩЕВ: У нас на связи по телефону генеральный директор компании REG.RU, одного из наших регистраторов, Алексей Королюк. Алексей, добрый вечер.

А. КОРОЛЮК: Добрый вечер.

А. ПЛЮЩЕВ: Да, добрый вечер. Сейчас коллеги вас услышат, все. Я надеюсь, вы слышали начало нашей программы, вот…

А. КОРОЛЮК: В общих чертах.

А. ПЛЮЩЕВ: Да. Значит, у меня вопрос к вам, ну, примерно такой же. Вот с точки зрения регистраторов доменов, что означает эта инициатива по введению «белых» списков и автоматическому доступу к ним пользователей? Осуществима ли эта, по-вашему, вообще идея? Вот. И что вы вообще об этом обо всем думаете?

А. КОРОЛЮК: Прекрасный вопрос. Значит, если говорить об индустрии доменных имен, то никаким образом эта инициатива не затрагивает регистраторов, потому что то, что планируется фильтровать трафик на уровне пакетов у операторов связи, и это уровень, который находится в транспортной основе сети Интернет, в инфраструктурной части, а не в доменной. Поэтому регистраторов никак не затронет, у регистраторов, как вы помните, «черные» списки, совсем другая инициатива, которая отрабатывается на уровне регистраторов и хостеров. А вот именно закон о «белых» списках никаким образом не затрагивает. Если говорить в общем о том, хорошо это или плохо, я считаю, что если это принудительно вставляется операторам связи в договор, что по умолчанию будет проходить эту фильтрацию все то, что потребляет пользователь, то это неправильно. Во всем мире есть практика, специальные тарифные планы для детей, для людей, которые хотели бы отсечь какую-то информацию, но на добровольной основе. Если ты не хочешь потреблять какой-то контент, устанавливаешь соответствующее значение в договоре, и контент этот к тебе не может быть доставлен. Это добровольная основа, и это правильно.

А. ПЛЮЩЕВ: Слушайте, казалось бы, какая разница? Вот мне кажется, это хорошая такая ловушка для потребителя. Какая разница, поставить галочку, что ты не хочешь потреблять какой-то контент, или поставить галочку, что ты хочешь потреблять какой-то контент, как на том настаивает Лига безопасного интернет? Какая в этом разница, ну правда?

М. АЛЕКСЕЕВ: У меня к Леше один вопрос есть маленький.

А. ПЛЮЩЕВ: Сейчас, погоди. Можно вот сейчас я получу и потом ты тогда?

А. КОРОЛЮК: Ну, разница такая же, как и во всемирно известной фразе «Казнить нельзя помиловать». Вот точно такая же разница.

(смех)

А. ПЛЮЩЕВ: Я, честно говоря, думал, вы приведете другую, Алексей. «Хочешь ли ты поехать на дачу или чтобы тебе оторвали голову?» Вот.

А. КОРОЛЮК: (смеется) Ну, я, видишь, более релевантен к младшему возрасту…

(смех)

А. ПЛЮЩЕВ: Защищаете детей от вредного контента, да, я понимаю. Да, пожалуйста.

М. АЛЕКСЕЕВ: Леш, это Матвей.

А. ПЛЮЩЕВ: Матвей.

А. КОРОЛЮК: Да, привет.

М. АЛЕКСЕЕВ: Привет, рад тебя слышать. Скажи мне пожалуйста, вот как ты думаешь. У вас же, у REG.RU, достаточно большая база, да, доменов? Как ты думаешь, сколько времени Лига безопасного интернета будет проверять все твои домены?

А. КОРОЛЮК: Если в ручном режиме…

М. АЛЕКСЕЕВ: В ручном, как они сейчас планируют.

А. КОРОЛЮК: Да, как они сейчас планируют. То я думаю, что на это потребуются долгие годы. Особенно если это делать качественно, а не на глазок. Ведь самое главное же не количество доменов, а количество страниц, которое содержится в том или ином доменном имени внутри сайта, и как они скрыты, да, и что там за контент. Ведь не секрет, что с главной страницы может и не быть ссылки на страницу, которая прекрасно рекламируется где угодно, и баннеры ведут на эту страницу. Поэтому мне кажется, что ручной вот такой вот… ручной проход, он очень не эффективен.

М. АЛЕКСЕЕВ: У меня больше нет вопросов.

А. ПЛЮЩЕВ: Ну, слава богу, да. Смотрите, что говорит Валерий Пономарев, советник исполнительного директора Лиги безопасного интернета. По этому ответу, мне кажется, можно судить вообще о качестве советов, которые он дает. У него спрашивают (это в «Московских новостях» 31 января Александра Ильина опубликовала это интервью), кто будет определять опасен ли контент. «Определяющие опасность контента будут разбираться в предмете и пользоваться авторитетом в обществе, а также те эксперты, которые могут принимать соответствующие решения с точки зрения закона. Например, есть у нас эксперты, которые работают в судах. Вы удивитесь, но в наш экспертный совет согласился войти даже представитель Пиратской партии, хотя у них есть опасения по поводу нашей деятельности. В наш экспертный совет входят представители таких компаний, как Вымпелком и Мегафон, и сотрудники ведомств, в том числе ФСКН, Укравления «К» МВД и Роскомнадзора. Сейчас у нас есть примерно 20 000 постоянных кибердружинников». Вот они, все эти люди, хунвэйбины, значит, и будут, видимо, в ручном режиме как-то, начиная от представителей Вымпелкома, чрез Пиратскую партию и ФСКН, вместе с 20 000 кибердружинников, будут каким-то образом отсматривать контент, судя по всему. Как вы считаете, вот то, что было сказано про вот этих кибердружинников, про вот это все – это вот, ну, реальность или какая-то… или фантастика?

А. КОРОЛЮК: Ну, на мой взгляд, если говорить об объемах кибердружинников, которые были названы, 20 000 человек – это маловероятно, потому что не.. даже текущие гиганты индустрии, которые работают во всем мире, не обладают штатом, близким к этому в службе…

А. ПЛЮЩЕВ: Ну, это же добровольные, это же стукачи-то добровольные, господи.

М. АЛЕКСЕЕВ: Вот я хотел добавить, что это не эксперты.

А. КОРОЛЮК: Ну, если говорить о системе уведомлений, оповещений, то их может быть гораздо больше, и вообще это…

А. КОЛЕСНИКОВ: Это все пользователи на самом деле.

А. КОРОЛЮК: … было бы правильно, если бы приходил интернет и продолжал развиваться к саморегулированию…

А. ПЛЮЩЕВ: Да.

А. КОРОЛЮК: … и просто нужны были инструменты для этого, а не…

А. ПЛЮЩЕВ: Ага, Алексей, а у меня… вот вы сказали – до меня просто только что дошло – что к вашей как бы… к вашему бизнесу это, в общем, мало имеет отношение, потому что это провайдеров касается. Хорошо. Но ведь получается так, что рано или поздно регистрировать… если у нас весь интернет будет как-то зафильтрован, регистрировать новые домены просто будет, ну, иметь меньше смысла. Потому что какой смысл регистрировать, если пока… н, регистрировать что-то новое, пока до него доберутся… Ну, я не знаю, мне кажется, в любом случае, подобные акции, они снижают интерес к развитию интернета и интернет-бизнеса, а, соответственно, влияют на вас. Разве нет?

А. КОРОЛЮК: Ну, я бы здесь на самом деле обратную сторону медали показал, что ведь фильтровать-то снова будут по адресам. Адреса – это домены. Зафильтровали один адрес – купил другой домен.

А. ПЛЮЩЕВ: А, то есть, вам даже, может быть, и хорошо. Вот кто стоит за всем!

(смех)

А. ПЛЮЩЕВ: Ищите интерес (смеется).

А. КОРОЛЮК: Здорово.

А. ПЛЮЩЕВ: Понятно. Спасибо большое. Прощаемся с генеральным директором REG.RU Алексеем Королюком. Спасибо. Вот взгляд с другой стороны. У нас в студии по-прежнему Матвей Алексеев, исполнительный директор Фонда содействия развитию технологий и инфраструктуры Интернета, и Андрей Колесников, директор Координационного центра национального домена сети Интернет. «Лига постареет в проверке». – пишут нам здесь на наш этот самый, смс-портал. Да.

А. КОЛЕСНИКОВ: Да, я хотел сказать немножко, опять-таки, подняв историю вот этой некой экологической системы Интернет. Она очень живая, очень динамичная. И, в принципе, в том, что пользователь жалуется на тот или иной плохой контент, нет ничего зазорного. В принципе, это всегда происходило и будет происходить. На самом деле это и в соцсетях работает, это работает и в поисковых машинах, и, собственно, там, помимо машинных алгоритмов, которые выискивают всякую, там, например, порнографию и плохие картинки на том же Гугле и на том же Яндексе, да, существует огромное… у них существуют формы обратной связи, к ним приходят замечания. На Ютьюбе, например, да? И это моментально все снимается. Вот это и есть некая саморегулируемая система. И, конечно же, ее невозможно засунуть в одну компанию. Нельзя… условно говоря, вся эта экосистема, она раскидана по всему миру, в том числе и России. И я, честно говоря, не очень хорошо понимаю, как можно некую такую супер, супер, я не знаю, компанию сделать, которая бы, например, управляла бы вот этой компьютерной шиной всех вот этих вот, значит, фильтров. На самом деле интересная идея, тут тоже как бы мы вот обсуждали с коллегами недавно. Вот слово «шина» я как бы не просто произнес. Действительно, каждый занимается своим делом. Есть фильтры для школ, есть, там, «черные» списки вирусных сайтов, есть у поисковых систем, да? Есть спамерские какие-то домены, спамерские IP-адреса. То есть, каждый кусочек индустрии занимается, так или иначе, отсеиванием каких-то плохих вещей в интернете. Это всегда было и всегда будет. И, в принципе, вот эти все вещи, которые происходят независимо друг от друга, они на самом деле друг с другом очень сильно связаны. И, в результате, мы получаем тот интернет, который мы получаем. И делать на этой основе какие-то эксклюзивные «белые» списки… ну, я не знаю, возможно, еще раз, в школах, детских садах, библиотеках – в тех вещах, где заведомо мы знаем, что там действительно…

М. АЛЕКСЕЕВ: Но это для определенных групп лиц градация.

А. КОЛЕСНИКОВ: Можно, не знаю, можно действительно делать специальные эксклюзивные фильтры для социальных групп, например. Хотя меня тут же сейчас начнут ругать за то, что я занимаюсь, там…

М. АЛЕКСЕЕВ: Расслоением.

А. КОЛЕСНИКОВ: … экстремизмом, расслоением в обществе, да? Потому что на самом деле каждому по интересу можно сделать свою группу, но для этого совсем не обязательно рвать интернет на кусочки. Существуют другие технологии, другие принципы построения этого.

М. АЛЕКСЕЕВ: Ну, и больше того, можно, я думаю…

А. КОЛЕСНИКОВ: И самое главное, тот самый секретный ингредиент, который я своим коллегам давно обещал рассказать, чего не хватает в этом, в этих «белых» списках, о которых мы прочитали. Не хватает доверия. На самом деле, для того чтобы реализовывать такие проекты, ты должен быть абсолютно, кристально доверенной компанией, доверенным экспертом и так далее. Вот это главный ингредиент. Технологии на втором месте.

А. ПЛЮЩЕВ: У нас, насколько я понимаю по выражению лица Романа Плюсова, пришедшего в студию, срочных выпуск новостей, мы прерываемся.

НОВОСТИ

А. ПЛЮЩЕВ: Мы продолжаем нашу программу. Я напоминаю, Матвей Алексеев, исполнительный директор Фонда содействия развитию технологий и инфраструктуры Интернета, и Андрей Колесников, директор Координационного центра национального домена сети Интернет. Ваш прогноз, вообще будет этот эксперимент или нет?

А. КОЛЕСНИКОВ: Ну, мой прогноз очень простой. Дело в том, что интернет строится всегда методом проб и ошибок. На самом деле время неумолимо и время все будет ставить на свои места. Я, честно говоря, слабо верю в то, что можно вот какие-то такие вещи чисто технологически реализовывать. Просто они будут вызывать какие-то такие последствия, вот о которых Матвей говорил, да? Что… ну, как? А что рекламодатели? Ведь это же экосистема, то есть там люди смотрят рекламу, за рекламу платит рекламодатель, да? Там какие-то вот эти вещи, они же как бы происходят. Ну, то есть, мы все ходим на сайты. Эти сайты что, делают одни любители что ли какие-то, там, радиолюбители? Нет, это вполне себе бизнесы, которые живут за счет рекламы, за счет размещения объявлений. И если сейчас их всех прихлопнуть, да, там, не знаю, оставить, там, 5%, ну, как бы 95% всего вот этого вот контентного бизнеса, который сейчас есть в интернете, просто подохнет. Ну, как бы вот я с этой точки зрения смотрю. То есть, я не оцениваю, хорошо это или плохо. Это вот так оно будет.

М. АЛЕКСЕЕВ: У меня две стороны, почему этого не должно произойти, а там, ну, застраховаться-то ни от чего нельзя. Вот. Первое – это, как правильно сказал Андрей, это технологически на данный момент повлечет необратимые последствия разрушения всей инфраструктуры. Первое. А второе – мне кажется, что данный эксперимент… ну, не то что кажется, я просто уверен, данный эксперимент нарушает законодательство Российской Федерации, в том числе и Конституции, по свободе доступа, получению, использованию информации, закон «О связи» и прочее и прочее. Вот. В соответствии с этим, эта инициатива не пройдет.

А. ПЛЮЩЕВ: Я, знаете, тоже сначала как-то забеспокоился и так далее вот всей этой историей. Особенно меня, конечно, напрягла реакция участников рынка, которые, как всегда…

А. КОЛЕСНИКОВ: Что-то они так боятся?

А. ПЛЮЩЕВ: … все как один отказались …

М. АЛЕКСЕЕВ: А почему боятся, действительно?

А. ПЛЮЩЕВ: Ну, спросите у них, друзья, вот мне они не сказали об этом ничего.

А. КОЛЕСНИКОВ: Надо Денису позвонить, спросить. Позвоню ему сегодня.

А. ПЛЮЩЕВ: Которому именно? Давыдову?

А. КОЛЕСНИКОВ: Давыдову, да.

А. ПЛЮЩЕВ: А, очень хорошо.

М. АЛЕКСЕЕВ: Может, у тебя получится.

А. ПЛЮЩЕВ: Передавай, Андрей, привет большой. Значит, ну, и на самом деле мы готовы продолжить этот разговор, я готов продолжить этот разговор и с Лигой безопасного интернета, если они придут, ради бога. Может быть, сегодня не тот день, какой-то не очень подходящий.

М. АЛЕКСЕЕВ: Воскресенье.

А. ПЛЮЩЕВ: Да. У меня все время программа по воскресеньям выходит, я не могу в среду выйти, хоть убей. Хотя у нас есть программа «Блог-аут». Значит… но я за нее не отвечаю уже. Слушайте. И вот, и я сначала забеспокоился и все такое, а потом вдруг подумал: а вот если не закрыть ВКонтакте, вот сам ВКонтакте не внести в «белый» список, да? Ну, точнее, внести в «белый» список. Это будет профанацией всей идеи, сразу. Ну, потому что ВКонтакте – это прямо такой рассадник вот той самой информации, которую хотят внести в эти самые «черные» списки.

А. КОЛЕСНИКОВ: Давайте так. ВКонтакте – такой прям экстремальный пример. Давайте Яндекс возьмем, например.

А. ПЛЮЩЕВ: Ну, нет, я именно…

М. АЛЕКСЕЕВ: Поиск, да…

А. ПЛЮЩЕВ: Я именно про ВКонтакте. Смотрите, смотрите, выдача Яндекса, она не объединяет людей, а вот ВКонтакте людей еще как объединяет. И вот я подумал, что вот если не закрыть ВКонтакте – вот у меня почему-то на его примере все – то это профанирует идею. А если закрыть – ну, доступ, я имею в виду, к ВКонтакте – то…

А. КОЛЕСНИКОВ: 50% трафика.

А. ПЛЮЩЕВ: Это одно, 50%. Вы смотрите, друзья, как технологи, а я смотрю…

А. КОЛЕСНИКОВ: Это миллионы.

А. ПЛЮЩЕВ: … а я смотрю как политик. Не как политик, в смысле, а с политической точки зрения. Я не политик, конечно. Вот. Я смотрю таким образом. Это же… там Болотная площадь покажется просто сборищем на троих.

М. АЛЕКСЕЕВ: Саш, ну при этом будет детская песочница на самом деле. Здесь, с точки зрения политики, можно еще другой пример привести, да? То есть, если сейчас… я не помню, какой у нас процент ВВП в отрасль приносит. Ну, упадет он в разы. Это уже политика.

А. КОЛЕСНИКОВ: Зависимость от интернета очень большая в других отраслях.

М. АЛЕКСЕЕВ: Да. Вот здесь ВВП упадет – мама не горюй. Вот это уже политика.

А. КОЛЕСНИКОВ: Ну, потому что банкинг, трейдинг, там, все подряд. Все на «инг».

А. ПЛЮЩЕВ: Ну, я-то себе представил, да, детскую песочницу, детей и так далее, просто выходящих сотнями тысяч человек, вот, потому что закрыли их любимую игрушку. Собственно, интернет, потому что интернет-то за пределами Контакта для них часто не существует.

А. КОЛЕСНИКОВ: Для многих, да.

М. АЛЕКСЕЕВ: Для многих?

А. ПЛЮЩЕВ: Да. Ну, вот и все. Вот, собственно, и все. Для них это важно, понимаешь? Большими буквами, капслоком: ВАЖНО. Вот таким образом. Сейчас, посмотрю еще чуть-чуть вопросы. «Черный» и «белый» интернет, — пишет нам Виталий, — я видел в Бирме раньше (сейчас она Мьянма называется) и в Иране. В Иране его обходят прокси-серверами. Можно ли ограничить использование прокси-серверов?»

А. КОЛЕСНИКОВ: Скажем так, в настоящий момент, вот в текущее время, в принципе, да, можно их вычислить, можно по типу трафика вычленить тем же DPI и чуть-чуть прихлопнуть. Но дело в том, что, во-первых, это дорого стоит, да, опять-таки. И, во-вторых, технологии ведь… я очень люблю это сравнение: интернет, он как такой надутый шарик. Ты начинаешь на него жать – а он выпячивается в другом месте. Вот чем сильнее… причем это не только к России относится. Чем сильнее давят на этот шарик, да?.. То есть, с точки зрения регуляторов, закрывания чего-либо, фильтрации. Тем сильнее и быстрее развиваются технологии, которые позволяют это давление обходить. Это очень такой вопрос, который я наблюдаю уже в течение 20 лет в интернете, это действительно так. Периодически какие-то инициативы, что-то хотят закрыть. Закрыли eMule, — возник, там… ну, понятно, да? То есть, вот эта вся история. Сначала придумали mp3, потом, значит, придумали eMule, потом eMule закрыли, потом появился битторрент, потом стали ловить битторрент, теперь битторрент шифруют, теперь делают битторрент, у которого вообще как бы там нет… непонятно, как его ловить. То есть, вот эта технология, она же не стоит тоже на месте, и поэтому… это некий процесс, такой «Том и Джерри»…

М. АЛЕКСЕЕВ: Бегаем друг за другом.

А. КОЛЕСНИКОВ: Кошка и мышка, да? Это вот оно всегда так будет на самом деле. То есть, не будет такого дня, чтобы весь интернет, там, закроют. Пока есть электричество, всегда будут люди, которые будут находить, как обходить все эти запреты и препоны.

А. ПЛЮЩЕВ: Ну, хотя у нас нет представителя здесь Лиги безопасного интернета, и исполнительного директора здесь нет, и мы цитируем разве что интервью из «Московских новостей», есть, собственно, заявление Лиги безопасного интернета, было бы неправильным его не процитировать. Я его процитирую полностью, оно не очень большое, состоит из пяти абзацев. «В связи с многочисленными обращениями представителей средств массовой информации, Лига безопасного интернета полагает необходимым дать следующие разъяснения. С февраля, — сегодня 3-е число, на всякий случай, — 2013 года Лига безопасного интернета приступает к реализации программы предоставления российским семьям возможности бесплатно воспользоваться средствами родительского контроля на операторском уровне». Теперь это уже называется не «белый интернет», а «родительский контроль».

А. КОЛЕСНИКОВ: Совсем другая история, конечно.

А. ПЛЮЩЕВ: Как-то да. «Для этого, в рамках реализации соглашения о сотрудничестве между Администрацией Костромской области и Лигой безопасного интернета, Костромская область выбрана в качестве тестовой зоны для внедрения предустановленной услуги «Родительский контроль». То есть, ни о каких трех или пяти регионах пока речи не идет. «Пользователям интернета в Костромской области планируется предоставить услугу родительского контроля, которую абоненты могут активировать или деактивировать по собственному желанию непосредственно у оператора связи или в своем личном кабинете в любой момент. Услуга будет предоставляться безвозмездно». Ну, и дальше рассказывается о том, что представляет собой родительский контроль: «Программно-технический комплекс, который позволяет блокировать доступ к информации». Идея Андрея Колесникова, между прочим.

А. КОЛЕСНИКОВ: Красота же.

А. ПЛЮЩЕВ: Да. «Блокирование осуществляется по указателю страницы сайта», между прочим, вот. «Заявления ряда СМИ, некоммерческих организаций и представителей органов государственной власти о том, что внедрение системы «Родительский контроль» является элементом цензуры и направлено на ограничение права граждан на свободу информации, не соответствуют действительности и продиктованы либо глупостью и непрофессионализмом, либо заботой о сохранении существующего положения, когда российские дети ежедневно подвергаются навязчивой пропаганде безнравственности в интернете со стороны растлителей и наркоторговцев».

А. КОЛЕСНИКОВ: Да, конечно.

М. АЛЕКСЕЕВ: Включают ноутбук, а там сразу – хо-па-а!..

А. ПЛЮЩЕВ: Не смогла Лига безопасного интернета все-таки вот от какого-то ада в конце отказаться. Нет, это бы хорошо…

А. КОЛЕСНИКОВ: Очень хорошо все на самом деле, все написано супер.

М. АЛЕКСЕЕВ: Отличные пиарщики

А. КОЛЕСНИКОВ: Только понятно, да?.. Не, написано все классно на самом деле…

А. ПЛЮЩЕВ: Только зачем до этого?..

А. КОЛЕСНИКОВ: А зачем до этого-то говорили про «белые» списки?

А. ПЛЮЩЕВ: До этого Денис Давыдов в интервью «РИА Новости», вот, собственно…

М. АЛЕКСЕЕВ: Как говорится, логи все пофиксены.

А. КОЛЕСНИКОВ: Все, да…

А. ПЛЮЩЕВ: … говорил о том, что услуга вовсе не «Родительский контроль», а «Чистый интернет». Это раз. А во-вторых… ну, бумага все помнит, знаете ли.

М. АЛЕКСЕЕВ: Интернет все помнит.

А. ПЛЮЩЕВ: И интернет тоже все помнит. Газета «Московские новости» и интервью господина Пономарева, которого мы цитировали и который рассказал нам про 20 000 кибердружинников, которые будут оценивать, а потом запихивать в «черные» списки и так далее… да, и в «белые» списки. И совершенно подтвердил первоначальную идею. Ну, чего теперь ваньку валять, собственно говоря? Но, слава богу, что, во всяком случае, так заканчивается, вот это только сегодняшнее заявление…

М. АЛЕКСЕЕВ: Очень позитивно

А. ПЛЮЩЕВ: … 3-м февраля помечено…

М. АЛЕКСЕЕВ: Дальше посмотрим на реакцию жителей Костромы.

А. ПЛЮЩЕВ: … совсем недавно…

А. КОЛЕСНИКОВ: Там мало жителей…

А. ПЛЮЩЕВ: Да, интересно посмотреть, сколько из них выберет эту услугу, если она действительно будет добровольной. Это, знаете, как выяснилось, этим самым, с софинансированием пенсии так же выяснилось. Оказывается, миллионы людей выбрали софинансирование пенсии, вот, и мы в эфире попросили позвонить людей, которые выбрали. Ну, должны же среди наших слушателей быть. Позвонили, действительно. Это сотрудники «Сбербанка», которым сказали, что, в общем, теперь вы софинансируете свою пенсию. И они софинансируют. Вот эти миллионы людей. Если в Костромской области будет примерно так же….

М. АЛЕКСЕЕВ: 20 000 дружинников…

А. КОЛЕСНИКОВ: На самом деле, если родители будут знать, что эта услуга существует, туда-сюда, ну, как бы они будут этим пользоваться. Ну, почему бы и нет?

М. АЛЕКСЕЕВ: Ну, Андрей, здесь можно еще пойти методом все-таки более благоразумным. Честно признаюсь, вот ты прекрасно знаешь, у нас есть хороший такой конкурс у компаний отраслевых, называется «Интернешка». Помнишь?

А. КОЛЕСНИКОВ: Да.

М. АЛЕКСЕЕВ: Вот.

А. КОЛЕСНИКОВ: Беспалов делал в свое время.

М. АЛЕКСЕЕВ: Да. Я присутствовал на последнем вручении на «Интернешке», вот которое было, по-моему, весной, если не ошибаюсь. Собрались очень много учителей и админов школ, вот.

А. КОЛЕСНИКОВ: Они фанаты, кстати, такие конкретные.

М. АЛЕКСЕЕВ: И они спрашивали: а где бы в интернете узнать про защиту детей от интернета?

А. КОЛЕСНИКОВ: Где взять бесплатные фильтры?

М. АЛЕКСЕЕВ: Где взять бесплатные фильтры, где это все берется, да? А почему бы вот, грубо говоря, там, тому же Денису Давыдову, да, не мучить сразу Костромской регион, вот, а зайти сразу глобально вот так, через все школы, через господина Ливанова нашего любимого, министра образования, и предложить ему такую идею, сделать образовательную программу для тех же учителей и для школ, где все это берется.

А. КОЛЕСНИКОВ: То есть, оно все есть.

М. АЛЕКСЕЕВ: Оно все есть.

А. ПЛЮЩЕВ: У нас еще есть…

М. АЛЕКСЕЕВ: … можно в интернете ввести просто.

А. ПЛЮЩЕВ: … минуты четыре, я хотел бы немножко на другую тему поговорить. Тоже, между прочим, связанную, насколько я понимаю, с Лигой безопасного интернета. Мы так за ее спиной здесь…

А. КОЛЕСНИКОВ: Да как-то да, не очень.

А. ПЛЮЩЕВ: … разговариваем…

М. АЛЕКСЕЕВ: Ну, как они за нашей, так и мы за их.

А. КОЛЕСНИКОВ: За глаза, за глаза! Нехорошо, да.

(смех)

А. ПЛЮЩЕВ: Да мы же звали, понимаешь? Мы же честно, мы же в этом смысле честны. Вот. Прошел слух здесь такой, и сначала его все подтверждали, потом так же дружно опровергали, о том, что новая концепция закона «Об интернете». Ты вот упоминал, Матвей, в самом начале первую концепцию самую еще от госпожи Мизулиной, да? Вот. Вроде бы новая концепция, и вроде бы там даже собрались совещаться с представителями индустрии. Что вам известно, что вы думаете по этому поводу?

А. КОЛЕСНИКОВ: Я могу ответить однозначно. Вот пока мы не сели это дело обсуждать, пока перед нами как людьми, которые как эксперты индустрии, так сказать, не имеем возможности это прочитать это обсудить, собственно, чего тут обсуждать? То, что бы вброс в интернет – ну, будем считать это вбросом, не более того.

М. АЛЕКСЕЕВ: У меня немножко другая позиция, она на протяжении последнего года достаточно жесткая и я от нее не откажусь. Пока наши предложения во всем этом поучаствовать не будут услышаны и нас не будут приглашать на эти совещания, обсуждать что-либо – это бесполезно.

А. ПЛЮЩЕВ: Ну, то есть… (смеется)

М. АЛЕКСЕЕВ: Потому что мы готовы идти навстречу со своей стороны, мы все время об этом говорим, причем вносим какие-то предложения, но каждый раз наши все предложения либо остаются не услышаны, либо остаются просто не реализованы.

А. ПЛЮЩЕВ: Вообще, в принципе, если поговорить о том, сейчас нужен такой документ как закон «Об интернете»?

М. АЛЕКСЕЕВ: На данный момент хватает.

А. КОЛЕСНИКОВ: Это очень условное название, очень условное, давай так скажем.

А. ПЛЮЩЕВ: Хорошо. А чего не хватает?

А. КОЛЕСНИКОВ: Закон «Об интернете» — это как, я не знаю…

М. АЛЕКСЕЕВ: Это закон «О космосе».

А. КОЛЕСНИКОВ: Закон «О космосе», да. Действительно, может идти речь…

А. ПЛЮЩЕВ: Кстати, а с чего нет?

А. КОЛЕСНИКОВ: Чего, классно, да.

М. АЛЕКСЕЕВ: Хорошее название придумали.

А. КОЛЕСНИКОВ: Космический закон. Нет, речь может идти о внесении изменений в определенные законодательные акты, связанные, там, с электронной коммерцией, с налоговым кодексом…

М. АЛЕКСЕЕВ: Гражданский кодекс.

А. КОЛЕСНИКОВ: … с техническим регулированием, закон «О связи». Ну, и так далее и так далее. То есть, некий набор поправок, которые должны входить, так сказать, в наши текущие законы. Но, прежде всего, самое главное – это, кстати, может быть обращено к любым авторам любых законов, да? – эти законы и эти концепции не должны начинаться словами, что этот закон сделан для того, чтобы что-то свинтить, что-то закрыть, кого-то прикрыть, чего-то ограничить и так далее.

М. АЛЕКСЕЕВ: Защитить и так далее.

А. КОЛЕСНИКОВ: Потому что любая такая концепция, начинающаяся с этих слов, вызовет абсолютно однозначную реакцию у всех. Вот. Законы тоже нужно уметь продавать. Нужно, например, снизить налоги, сделать лучше магазинам, снизить цену на интернет-доступ и так далее и так далее – вот с чего должен начинаться закон. А если кого-то там свинтить надо, это надо уже где-то между строчек писать, просто никто внимания не обратит.

М. АЛЕКСЕЕВ: А в нашем случае это должна быть еще достаточно хорошая, качественная, техническая экспертиза любого законопроекта или хотя бы внесения правок…

А. ПЛЮЩЕВ: На которую вас должны приглашать, я уже понял.

М. АЛЕКСЕЕВ: Нет, мы… отвечать на наши предложения пригласить.

А. ПЛЮЩЕВ: Ага.

А. КОЛЕСНИКОВ: Я бы хотел сделать разницу все-таки между Матвеем и собой. Все-таки вот он сейчас говорит о какой-то индустрии, я все-таки здесь говорю как в личном качестве, как эксперт.

А. ПЛЮЩЕВ: Эксперт, он же директор Координационного центра национального домена сети Интернет Андрей Колесников, был у нас в гостях. А также Матвей Алексеев, исполнительный директор Фонда содействия развитию технологий и инфраструктуры Интернета. Ну, надеюсь, все-таки от себя добавлю, что я очень надеюсь, что дальше все подобные инициативы вот какие-то будут завершаться примерно таким же образом: пошумели, собственно говоря, и разошлись. Вот. И нам, с одной стороны, есть тема для обсуждения и для того чтобы как-то определить и поставить какие-то точечки, галочки, запятые, где мы живем и что происходит в нашей интернет-отрасли, и, с другой стороны, и людям хорошо. Как был, собственно, доступ, так и остался. Вот. Прибавился какой-то там очередной 118-й родительский контроль, который, судя по всему, работать не будет.

М. АЛЕКСЕЕВ: Генерация контента…

А. КОЛЕСНИКОВ: Работает, работает.

А. ПЛЮЩЕВ: Да.

А. КОЛЕСНИКОВ: Иногда работает.

А. ПЛЮЩЕВ: Пока даже еще и не заработал. Ладно, все, прощаюсь с вами до следующей недели. Это была программа «Точка».


Загрузка комментариев...

Самое обсуждаемое

Популярное за неделю

Сегодня в эфире