27 сентября 2003 года
В прямом эфире радиостанции «Эхо Москвы» Г. Хазанов художественный руководитель Театра Эстрады, Л. Трушкин — главный режиссер театра им. Антона Чехова

Эфир ведет Ксения Ларина

К. ЛАРИНА Приглашаем вас в театр им. Антона Чехова. У нас в студии художественный руководитель театра Антона Чехова, режиссер Леонид Трушкин. А также художественный руководитель Театра Эстрады, актер, будем говорить так, театра им. Антона Чехова Геннадий Викторович Хазанов.
Г. ХАЗАНОВ Здравствуйте Ксения, спасибо, что ко мне по имени-отчеству.
К. ЛАРИНА— Леонид Григорьевич, хорошо.
Г. ХАЗАНОВ — Давайте сотрем отчество.
К. ЛАРИНА — Уже невозможно, вписано в историю.
Г. ХАЗАНОВ А вы так Ксенией и будете всегда.
К. ЛАРИНА— Перед тем как начать разговор, поскольку мы находимся между двумя замечательными событиями и датами, связанными с вашими близкими людьми. Вчера 26 сентября был день рождения у Олега Валерьяновича Басилашвили, который нас слушает, он наш большой поклонник, он писал нам письма, когда Юрский был в гостях.
Л. ТРУШКИН — Олег Валерьянович, простите меня ради бога.
К. ЛАРИНА — Для чего-то я пригодилась.
Л. ТРУШКИН — Искренне и сердечно вас поздравляю и очень люблю. Простите меня, еще раз прошу.
Г. ХАЗАНОВ Я даже не знаю, что тебе сказать, мой дорогой. У меня память отшибло, извини.
Л. ТРУШКИН — Ужас, но я исправлюсь. Мы исправимся.
Г. ХАЗАНОВ Он исправится.
К. ЛАРИНА — Когда вы встретитесь с Олегом Басилашвили, в день спектакля «Ужин с дураком» 3 октября? Так что готовьтесь. Теперь второе. Вчера состоялась церемония вручения ТЭФИ и вчера приз за исполнение женской роли получила ваша партнерша Инна Михайловна Чурикова. Я думаю, стоит поздравить отдельно.
Г. ХАЗАНОВ Инна Михайловна, Инночка, честно говоря, я и не сомневался, что тебе дадут ТЭФИ, просто тебе нельзя не дать.
Л. ТРУШКИН — Я тоже вера искренне порадовался, считаю, что это очень правильно.
К. ЛАРИНА — Поздравляю Инну Михайловну Чурикову, надеюсь, что мы ее здесь увидим, она обещала к нам придти, это уже будет после вашей премьеры, а премьера 10 октября, и об этом мы сейчас и начнем наш разговор. Я только сообщу, что у нас есть билеты в театр им. Антона Чехова на спектакль «Ужин с дураком», где играет Геннадий Хазанов и Олег Басилашвили в главной роли и на спектакль «Цена», где вы точно увидите Олега Басилашвили. Анатолий Равикович там играет.
Л. ТРУШКИН — И Золотухин Валерий Сергеевич.
К. ЛАРИНА — Мы думали с Леней, какой вопрос придумать для наших слушателей, но я все-таки дам задание. У нас был в гостях Олег Иванович Янковский, и мы предложили слушателям дать ему какую-то хорошую роль, то, что он не играл еще никогда в жизни. У нас пейджер дымился, Олег Иванович был в шоке от предложений. Я бы хотела сегодня то же самое проделать с Геннадием Викторовичем Хазановым, предложить ему роль в драматическом спектакле. Мне кажется, это будет хорошая идея, может быть, к чему-то прислушается режиссер Леонид Трушкин и следующая работа будет создана по пожеланиям слушателей. Итак, на пейджер 961-22-22 абонент «Эха Москвы» присылайте свои предложения, какую роль в драматическом спектакле вы бы предложили сыграть Геннадию Хазанову. Репертуар неограничен. В конце программы самые удивительные предложения будут щедро вознаграждены. А теперь давайте перейдем к спектаклю. Лень, я думаю, вы начнете, и расскажите об этом спектакле, который 10 числа появится на сцене Театра Эстрады.
Л. ТРУШКИН — Который гостеприимно отнесся к нашему театру, за что я невероятно благодарен художественному руководителю театра Геннадию Викторовичу Хазанову. И директору театра Корну Валерию Григорьевичу. Вообще мне очень нравится атмосфера в этом театре, я впервые там появился 5 лет назад, так вот динамика-то происходит. Замечательно, что она происходит в области архитектуры, театр до неузнаваемости изменился в лучшую сторону за эти 5 лет. И могу только догадываться, каких титанических усилий это стоило руководству театра. Просто приятно войти и в зал, и в фойе, вообще в это здание в отличие от того, что мы испытывали, когда впервые там появились. Но думаю, что самое главное даже не это. А то, что случилось с командой театра. Команда поменялась очень сильно в лучшую сторону. Это настоящая театральная команда, которая за 5 лет прошла путь, который проходят в театрах за 10-15 лет. Говорю я это не, потому что мы уже там и совсем необязательно делать комплименты, мы уже внедрились
К. ЛАРИНА — Мне кажется, что очень театральная аура в этом помещении. Я помню мы там работали с театром Райкина «Сатириконом», и те спектакли, которые я там видела, было ощущение театрального зала, сцены и зала, и это очень помогает.
Л. ТРУШКИН — Это что касается самого театра. Что касается спектакля, я бы не хотел предвосхищать ничего
К. ЛАРИНА — Как называется, это можно сказать?
Л. ТРУШКИН — Пьеса и спектакль называется «Смешанные чувства» по пьесе американского драматурга Ричарда Баэра. Спектакль поставлен, автор приезжает к нам на премьеру, что приятно, причем по собственной инициативе, чему мы несказанно рады и чего мы невероятно боимся, потому что пьеса претерпела существенные изменения в редакции театра. Но она адаптирована к России и мне кажется правильно. Как вам кажется, Геннадий Викторович?
Г. ХАЗАНОВ Мне не кажется, что режиссер Леонид Трушкин сделал какое-то насилие над пьесой. Мне кажется, что это и к России никак не приближено. Это приближено просто к тому, что должно называться пьесой, а не опытом автора. Поскольку американцы и французы, да и чего говорить иногда и наши драматурги грешат многословием, путая законы театрального действия с просто иногда убийством времени, методом произнесения слов. Вот чем занимался режиссер Трушкин, он этим занимается всегда, он никогда никакого драматурга не хочет обидеть. И даже если вдруг в процессе работы бывают какие-то потери и какие-то неточности и иногда ошибки, он смело возвращается назад, признается в этом, возвращает этот кусок. Так что это живой процесс. Никакого насилия над автором нет, оскорбления автора нет и никакой адаптации к России нет. Эта пьеса космическая. Это пьеса планетарная. Не имеет значения, как зовут персонажей, не имеет значения, где происходит действие. Если это про американскую жизнь, здесь вообще это не надо показывать с моей точки зрения. Это должно быть показано про жизнь людей, живущих на планете под именем Земля. И все. И даже когда показывают про каких-то пришельцев или инопланетян, то мы это смотрим только с точки зрения, можем мы это на себя положить, близко ли это нашему сердцу, можем мы себя поставить на место действующих лиц. Если можем, все в порядке. Не можем тогда это какая-то странная выставка холодная, к великому сожалению, зачастую на театральных сценах. Про эстраду я вообще не говорю, а на театральных сценах мы видим имитацию жизни, мы видим имитацию конфликта. Или такую умозрительность, я не хочу конкретно ничего говорить
Л. ТРУШКИН — Сейчас будем говорить про наш спектакль. Не надо
Г. ХАЗАНОВ Ни в коем случае. Просто все это имеет отношение к нашему спектаклю. И к принципу работы режиссера Трушкина.
К. ЛАРИНА— Геннадий Викторович, у меня есть подозрение, что эта работа не может быть просто очередной работой артиста Хазанова, потому что мы видели вас в драматических спектаклях, я помню ваше первое появление в «Игроках», когда вы сыграли там эпизод в совершенно звездной компании, это был спектакль Сергея Юрского.
Г. ХАЗАНОВ И Давида Смелянского.
К. ЛАРИНА — А потом я уже видела спектакль «Ужин с дураком», где вы блистательно работаете с Олегом Басилашвили. Но, судя по всему то что, я знаю об этой работе, это настоящая актерская работа для вас. В чем для вас главная ответственность, страх, в этой работе есть риск для вас как артиста Хазанова в этой работе?
Г. ХАЗАНОВ Начну с небольшого уточнения. Когда мы говорим о спектакле «Ужин с дураком», давайте сначала называть Олега Басилашвили а потом Геннадия Хазанова. Это по всем параметрам и по алфавиту, и по почетному званию, и по прожитым годам и победам, которые стоят за спиной у Олега Валерьяновича. Это не кокетство, а небольшое уточнение. Теперь что касается риска, риск есть всегда. Тот, кто знает точный рецепт успеха, тот уже не живет.
Л. ТРУШКИН — Кто знает рецепт успеха, не знает успеха уже.
К. ЛАРИНА Мне кажется, что Геннадий Викторович знает рецепты успеха, просто не всегда ими пользуется.
Л. ТРУШКИН — Это зависит от того, какой успех иметь в виду.
Г. ХАЗАНОВ — Риск был после спектакля «Ужин с дураком» большой и всегда есть. Сам для себя определяешь план. Я могу сказать, что прошедшие 5 лет с премьеры спектакля это были очень трудные годы, метод проб и ошибок, для того чтобы что-то понять, узнать, вытереть разбитый нос и иногда и душу. Я не собирался принимать участие в спектакле «Смешанные чувства». Но человек предполагает, а бог располагает и значит, так было угодно, чтобы по прошествии 5 лет, правда это было по прошествии 4 лет, я получил предложение от Лени прочесть пьесу, хотя я знал, что эта пьеса уже находится в работе. Но в силу разных причин, о которых я не считаю нужным говорить сам, если нужно будет, об этом скажет Леонид Григорьевич, я получил возможность пойти на этот риск. Риск уменьшился в тот момент, когда я понял, что спектакль ставит Трушкин, он еще больше уменьшился, когда я узнал, что играть я буду с великой артисткой Инной Михайловной Чуриковой. И остался только мой личный риск, с которым я справляюсь довольно просто. Я так боюсь умереть внутри, душой в профессии, почивая на лаврах и занимаясь пересматриванием собственных фотографий и прослушивания на пленках аплодисментов, страх скончаться как творческое лицо гораздо сильнее, чем страх провалиться. Поэтому у меня никакого риска нет, у меня нет выхода. Если завтра я начну новую работу, я точно также буду думать о том, что у меня выхода нет. Все, что есть, это уже есть, а все что будет — это есть залог того, что я еще живой.
Л. ТРУШКИН — Браво.
К. ЛАРИНА — А Инна Михайловна как партнерша?
Г. ХАЗАНОВ Я развращен гениальными партнерами. Олегом Басилашвили и Анатолием Равиковичем. В этом смысле я сюда же могу причислить и Вячеслава Михайловича Невинного, и Александра Александровича Калягина
К. ЛАРИНА— Евгений Александрович Евстигнеев.
Г. ХАЗАНОВ — К великому сожалению на сцене в «Игроках» мы не встречались. Но я получил от него не меньше, находясь за кулисами и смотря. Я говорю просто о партнерах на сцене. Так что, честно говоря, человек я уже избалованный на сцене даже на театральной. И поэтому я, встретившись с Инной Михайловной, понял, что судьба мне подарила еще одну счастливую встречу с абсолютно живой артисткой, которая Знаете когда-то у одного поэта, с утра пытался вспомнить его фамилию, фамилию не помню. Помню, что покойный Александр Александрович Иванов написал пародию на эти строчки. Цитата была такая: «Не писал стихов и не пишу, ими я как воздухом дышу». Чурикова не пишет на сцене, она дышит этим как воздухом, она такое существо, такой художник, который вообще не занимается изготовлением продукта в прямом смысле этого слова. У этой медали есть две стороны, как и у всего, но сторона результативная до такой степени яркая и убедительная, что если бы это было не так, то мы не могли бы ее смело называть «царицей» нашей сцены. Я не люблю всех этих определений, но дело в том, что она уникальная артистка. И великое счастье, что она дала согласие играть в этом спектакле, великое счастье, что мы сошлись втроем на этой работе, и я беседую с вами и думаю, Господи, скорее бы все это закончилось и 10 числа выйти с Чуриковой на сцену и играть спектакль «Смешанные чувства».
К. ЛАРИНА — Но эфир еще будет как минимум полчаса.
НОВОСТИ
К. ЛАРИНА Получили мы листочки с ролями для Геннадия Хазанова. Мне кажется это очень интересно. И второе, что наши слушатели подсказали, цитата, которую привел Геннадий Викторович, это Николай Доризо.
Г. ХАЗАНОВ Спасибо большое.
К. ЛАРИНА Итак, читаю роли для Геннадия Хазанова. Фигаро, Бальзаминов, Отелло, Наполеон. На эту роль обратили внимание и Леонид Трушкин и Геннадий Хазанов. Понтий Пилат, Сталин, Воланд, Тевье— молочник, Городничий, Яго, Хлестаков, Сатин «На дне», Лир, Егор Булычев, Плюшкин, Чичиков, Сирано де Бержерак, Шариков. «Иудушка Головлев -гениальная роль для Хазанова», — считает Нелли. Мефистофель, Чацкий, Шейлок, Чебутыкин, Коровьев, роль Гоголя, Глумов, Хлестаков, Остап Бендер, Кот Бегемот, Чичиков, «Полоумный Журден» Журден, «Женитьба» Яичница, Чичиков, Ричард III, сэр Генри в «Портрете Дориана Грея». «Трагические роли», — считает Лев. Сальери, Квазимодо, Холстомер.
Л. ТРУШКИН — Сальери неправильно категорически, по сути. Моя точка зрения.
К. ЛАРИНА Ваши ощущения.
Л. ТРУШКИН — Очень точное предложение Наполеона. Тевье-молочник да.
К. ЛАРИНА— Геннадий Викторович, а ваши ощущения?
Г. ХАЗАНОВ Какова бы ни была заманчива профессия актера, я все-таки выхожу на сцену, прежде всего, для исповеди, пускай художественной, но исповеди. И поэтому я о себе думал значительно лучше, чем значительное количество радиослушателей «Эха Москвы». Тем не менее, глубокая благодарность за доверие к диапазону. Как говорил старый еврей, которого в возрасте 88 лет приговорили к 15 годам за хищение социалистической собственности, в своем последнем слове он сказал спасибо за доверие.
К. ЛАРИНА — На какую-то роль обратите все-таки внимание?
Г. ХАЗАНОВ Хочу заниматься все-таки Вот Тевье-молочник интересная роль. И знаете, чем меньше значимости в самом персонаже, тем он интереснее. Вообще меня интересуют хорошие внешне слабые и внутри очень цельные личности. Просто так распорядилась жизнь, что я к этому пришел довольно поздно. Жаловаться не на что, ничего из своей прожитой жизни на сцене не стираю и за все спасибо и всем спасибо. И тем, кто меня терпел, и тем, кто меня вытерпливал. Но, пользуясь случаем, могу сказать, что только моя жена всегда верила в то, что я буду заниматься чем-то другим, в конце концов. А позже выяснилось, что помимо жены еще и Трушкин, который тоже всегда считал, что это у меня временное проживание, хотя очень комфортное, обеспеченное на другой территории сценической.
К. ЛАРИНА — По-моему, с Романом Григорьевичем Виктюком вы что-то еще делали?
Г. ХАЗАНОВ Роману Григорьевичу Виктюку низкий поклон и благодарность за то, что он первый внедрил в меня сомнение в том, что существует только такая система существования на сцене. Мне казалось, что я уже все знаю или почти все, потом встретился с Виктюком и понял, что я вообще ничего не знаю. И сегодня встречаясь с вами, могу сказать, что немножко я узнал про театральную сцену, но что делать, может поздновато кому-то кажется. Но я постараюсь наверстать так, как называлось в учебных заведениях экстерном.
К. ЛАРИНА — Но если вернуться назад, что было самым сложным для вас, когда вы появились в драматическом спектакле? Может быть работа с партнером.
Г. ХАЗАНОВ — Вообще другой принцип существования, энергия вывернута не в зрительный зал, хотя ни в коем случае не надо делать вид, что его нет и даже наличие так называемой четвертой стены, она все равно прозрачная четвертая стена. Прозрачная, и я бы сказал с порами, потому что энергия туда идет и оттуда. Но судьба мне подарила возможность иметь партнеров на сцене и каких. И при помощи режиссера, прежде всего, еще раз хочу подчеркнуть, потому что если бы Трушкина рядом не было, я бы все равно это сказал, с его помощью вот эта возможность договориться, во что мы играем. Потому что когда ты выходишь на эстраду, в качестве партнера выступает зрительный зал, с которым практически никогда договориться до конца нельзя. И в этом суть эстрады, в этом. Или я устал от этого, или я перестал доверять своим партнерам или, во всяком случае, значительному количеству тех, кого надо рассматривать как партнеров во время эстрадного выступления. Ну и с этими партнерами, я уже наигрался без малого, 30 лет. Немножко поиграю, если позволят с теми, с кем можно договориться.
К. ЛАРИНА — Немножко вы в отрыв ушли от партнеров. Бывает такое ощущение, когда
Г. ХАЗАНОВ Зрителей?
К. ЛАРИНА Да.
Г. ХАЗАНОВ Это правда. Но ни к кому претензий нет. Зрители хотят видеть то, что они хотят и в этом смысле наши интересы разошлись.
Л. ТРУШКИН — Как говорил Тригорин всем места хватит.
К. ЛАРИНА Я бы хотела остановиться на этой теме по поводу партнерства на сцене, мне это представляется чрезвычайно важным в актерской профессии. Хотя как я сделала вывод, научить этому практически невозможно, потому что мы знаем массу талантливых ярких актеров, которые жуткие партнеры на сцене. С чем это связано?
Л. ТРУШКИН — Это природа. Это данность, как нам говорили в институте, что есть вещи неизменные, то, что нельзя изменить и изменять не надо. Например, темперамент — это величина постоянная и данная от Бога и родителями. Нельзя сделать сангвиника холериком, а если он будет пытаться таковым быть, он будет идти против собственной правды. Вот чувство партнерства, чувство живой реакции — это тоже божественный дар. И когда я видел Хазанова, даже слышал Хазанова, я слышал, что в человеке происходит процесс, он не показывает, а он проживает и, предположим, увеличивает в случае необходимости. Но генератор настоящий — это не калька, не подсмотренное и показанное, а это подсмотренное, пропущенное через собственный организм и уже обогащенное этим организмом, показанное нам. Конечно, это природная данность, а научить этому невозможно, научить слышать и реагировать сию секунду невозможно. Что бы ни случилось, Хазанов берет это в обстоятельства персонажа, а не в обстоятельства жизни спектакля. Скажем, загремели бутылки на балконе 5 лет назад на прогоне в городе Зеленограде, Хазанов тут же говорит: «Слушайте, что, у вас соседи, пьющие что ли?». Понимаете, он это обстоятельство вводит в обстоятельство персонажа. Научить этому невозможно, это такое особое чувство правды, это очень редкий дар. Потому что есть действительно замечательные драматические актеры с драматической школой, которые шаг вправо, шаг влево расстрел. Хазанов не вываливается из смысла роли, но мне, поставившему с ним спектакль, интересно за ним наблюдать. Почему потому что я не знаю, как он в этом коридоре, пойдет вправо или влево, он из коридора не выйдет в соседний, он не разрушит спектакль, он его обогатит неожиданными поворотами по ходу этого коридора. Вот мне интересно за ним наблюдать. Чурикова такая же, она живая, они друг друга питают, взаимогенерируют, генерирует зал, получают из зала обратную генерацию и происходит
Г. ХАЗАНОВ — И все это вместе генерирует Трушкина.
Л. ТРУШКИН — А Трушкин, сидя в зале, получает удовольствие довольно большими периодами, что со мной бывает редко.
К. ЛАРИНА Вообще спектакль, где мужчина и женщина
Л. ТРУШКИН — Там есть еще два актера.
К. ЛАРИНА — Я вспоминаю замечательный спектакль Бернарда Слейда «Там же, тогда же». То, что делал Леонид Трушкин, и где играли Татьяна Васильева и Константин Райкин. Это был первый их главный состав, это было удивительное явление. Мне кажется, что это вас, Лень, не отпускает с того времени и вам хочется обязательно в эту же воду войти.
Л. ТРУШКИН — Нет, это совсем другой спектакль, по-моему. По сути, я бы так сказал, что все спектакли, которые я люблю из того, что я делал, они вообще всегда про одно и то же. Я ни про что, кроме любви никогда не ставил ничего хорошего. А если не про любовь, значит, я ставил плохо. Вот и все. Поэтому в этом смысле это одна и та же вода, и я из нее выходить не хочу, мне температура воды нравится.
К. ЛАРИНА — Я бы вернулась к этой истории, у меня была Татьяна Васильева недели 2 назад. И тоже я у нее что-то спросила, оказалось, я от Татьяны впервые услышала, что там поменялся актерский состав и теперь эту пьесу репетирует Геннадий Хазанов
Л. ТРУШКИН — Я хочу публично попросить извинения перед актерами. Нет их вины в том, что состав поменялся, есть моя вина, и я хочу актеров и у Романа Андреевича Карцева и у Татьяны Григорьевны попросить публично прощение за то, что я не смог с ними сделать этот спектакль. Они не виноваты, виноват я.
К. ЛАРИНА — Геннадий Викторович, а вас не смущает, что до вас это уже делали? Как говорят до меня это уже кто-то ел.
Л. ТРУШКИН Можно, я встряну в вопрос. То, что мы делали с Геннадием Викторовичем и Инной Михайловной, никто не ел. Сама пьеса была, но была другая еда. Вот и все.
Г. ХАЗАНОВ Честно говоря, меня лично вообще мало волнует, кто что делал. Много-много лет назад, идя на один из своих первых эстрадных концертов, я спросил каким номером я иду, мне сказали, что вот таким-то, после какого-то известного артиста и перед каким-то известным артистом. Я отошел в сторону и сам себе произнес фразу если пришел сюда надолго, то в эстрадном концерте ты должен идти после любого артиста и перед любым артистом ты отвечаешь только за себя. Если руководствоваться формулой — кто-то это до тебя делал, тогда это значит, что ты не собираешься делать что-то личное. Люди все неповторимы, каждый человек проживает свою жизнь. И поэтому никогда не бывает повторов. Я не знаю, сколько ставился в мире Чехов, и каждый раз, когда режиссер берется ставить ту или иную пьесу Чехова, я надеюсь, что у него есть мотивы. Его не смущает, что пьеса «Дядя Ваня» обошла весь мир в течение столетия. Рядом со мной сидит Леонид Трушкин, который всю свою режиссерскую жизнь мечтает поставить «Дядю Ваню». Его не смущает, что эта пьеса поставлена, не знаю сколько раз. И я, получив пьесу, я, даже не спрашивая, что было, как кто играл, какое это для меня имеет значение? К великому сожалению это имеет значение на эстраде, потому что это все равно на уровне анекдота. Эстрада и монологи эстрадные в принципе лишены внутреннего действия. Они статичны. Вся нагрузка падает на словосочетание и на лучшие или худшие актерские приспособления. Потому это и можно смотреть максимум 7 минут, 8 минут. Есть просто временные отрезки.
К. ЛАРИНА — А вы вообще с этим завязали?
Г. ХАЗАНОВ Я с этим не завязал. У меня просто на это нет азарта. Я разлюбил это в том объеме, как это любил. Это не значит, что я ушел с эстрады, я 5 октября в Театре Эстрады буду играть сольный вечер. Просто это перестало быть мой жизнью, как это было до встречи сначала с Сергеем Юрским, да и еще раньше с Романом Виктюком, хотя это был плавный переход, я не жег мосты. И как видите, я и сегодня не жгу мосты. Я сегодня выхожу на эстраду с мыслью, что я должен себе это сделать в радость. Это перестало быть моей работой. Вот это очень важно. Потому что я не знаю, чем удовлетворять тех зрителей, которые на этот жанр приходят. Хочу еще раз, никого не обижая, не подчеркивая, сказать, что видимо, я изменился, зритель, какой был у этого жанра, такой и остался. Ну, какая-то часть отошла.
К. ЛАРИНА — Но как-то их много все равно.
Г. ХАЗАНОВ Их очень много. И я думаю, их также много, как много любителей крепких напитков, напитков, сбивающих человека с ног, доводящих человека до одури, хотя можно и французским коньяком напиться, я понимаю. Но просто не принято французский коньяк пить ведрами, а самогон принято. И включайте понятие в потребление самогона доведение себя до состояния, когда человек ничего не соображает. Не могу удержаться и не сказать, что то, что сегодня царит в этом жанре, которому я отдал 3 десятилетия на наших телеканалах, не оставляет мне надежды, что на мои выступления будут приходить люди, с которыми мне есть о чем говорить на одном языке.
К. ЛАРИНА Ну что, добавить нечего. Спасибо вам большое. Геннадий Хазанов и Леонид Трушкин наши гости. Напомню, что спектакль, который называется «Смешанные чувства», название потрясающее.
Л. ТРУШКИН — Дословный перевод.
К. ЛАРИНА Удивительное сочетание как раз к названию нашего сегодняшнего разговора. 10 числа премьера, потом 11, 12 на сцене Театра Эстрады и должна все-таки спросить про помещение, потому я хожу по Арбату, там написано Театр им. Антона Чехова и кассы, которые продают билеты в самые разные театры.
Л. ТРУШКИН — Это вопрос правительства Москвы.
К. ЛАРИНА — То есть никаких перспектив?
Л. ТРУШКИН — Нет, я надеюсь, что есть, просто это нескончаемая борьба, уже в течение 5 лет мы боремся с деньгами. Вот и все. Решение Юрия Михайловича, что предпочтительнее сегодня для Москвы, — это решение за мэром Москвы. Мы надеемся, что это решение будет в сторону общественной пользы. Общественная польза с моей точки зрения при наличии трех казино уже существующих, четырех на Новом Арбате, чтобы появился театр на этой территории. Мне кажется, что так было бы правильно.
К. ЛАРИНА Такой же вопрос адресую Геннадию Викторовичу Хазанову. Театр Эстрады что там будет кроме спектаклей театра им. Антона Чехова?
Г. ХАЗАНОВ У Театра Эстрады очень напряженная жизнь в этом юбилейном 50-м сезоне. И с радостью могу вам сказать, что с 20-х чисел ноября до конца года работает свое «Сноу-шоу» любимый всеми нами Слава Полунин. Есть премьерные спектакли, выступления артистов эстрады, и выступает и Владимир Винокур и Клара Новикова и артист Ещенко.
К. ЛАРИНА Помрачнели сразу.
Г. ХАЗАНОВ И Евгений Петросян с Еленой Степаненко, это все в театре есть и дай им бог здоровья и удачи, поскольку театр наш не имеет права при наличии 1300 мест жить в режиме так называемого элитного театра. Или театра где 100 мест, где можно гордиться тем, что режиссер или главный режиссер или руководитель театра сам называет фамилии зрителей, которые будут приходить смотреть то, что он делает. И вычеркивать, кого не хочет. И дай ему бог здоровья тоже, потому что если он слышит, он понимает что именно о нем идет речь.
К. ЛАРИНА — Приглашаем вас и в Театр Эстрады и в театр им. Антона Чехова. Тем более что пока это два в одном. Удачи, ни пуха.
Л. ТРУШКИН — Замечательно очень, мне нравится.
Г. ХАЗАНОВ — Мне тоже.
К. ЛАРИНА Ни пуха.
Л. ТРУШКИН — Спасибо.





Самое обсуждаемое

Популярное за неделю

Сегодня в эфире