26 апреля 2003 года
В прямом эфире радиостанции «Эхо Москвы» Чулпан Хаматова актриса.
Эфир ведет Ксения Ларина.

К. ЛАРИНА Открываем занавес и сегодня приглашаем вас в театр «Современник», поскольку наша сегодняшняя гостья именно там служит, если мы говорим о театре. В гостях у нас сегодня Чулпан Хаматова. Здравствуйте, Чулпан.
Ч. ХАМАТОВА Добрый день.
К. ЛАРИНА А у нас сейчас как раз был такой интересный разговор после московского эфира, наш гость Евгений Балашов долго пытался понять, где он видел Чулпан Хаматову. Фильмы стали перечислять ему, вроде бы ни одного не видел, а потом вспомнил, что смотрел спектакль «Мамапапасынсобака» в театре «Современник», и был совершенно потрясен, узнав о том, что Чулпан в этом спектакле играла роль сына, роль мальчика. Да, действительно неузнаваемая совершенно, тот, кто никогда в жизни Чулпан Хаматову не видел, ни в одном из фильмов, наверняка ее не узнает в жизни, после такого удивительного появления в спектакле «Мамапапасынсобака». Я бы хотела начать наш разговор именно с этой работы, поскольку мы с вами не разговаривали, вы должны были к нам придти, но вы были в отъезде, к нам приходили Галя Петрова и Ольга Дроздова, Нина Чусова перед премьерой. А вот сейчас я спектакль посмотрела, в первую очередь, конечно же, говорю вам браво, Чулпан, это замечательная работа, этапная работа, вообще я так поняла, что в театре, наверное, и в кино, хотя я не все ваши фильмы смотрела, проходных ролей у вас нет. Каждая роль для вас этап какой-то в жизни. Не знаю, от чего это зависит, от вашего характера или от того, что предлагают, или вы задачу себе так поставили ничего случайного.
Ч. ХАМАТОВА Конечно, потому что я должна получать удовольствие, это один из первых импульсов, который возникает, когда я читаю или смотрю роль, в каком она направлении будет, это не важно. Это может быть такая роль, как, например, сын в «Маме, папе», или погружение в себя, как в «Трех сестрах», это в любом случае должен быть этап. Я буду затрачивать время свое, мне его жалко, я должна радоваться от этой работы, от репетиций, от всего, обязательно.
К. ЛАРИНА Расскажите немножечко, как вы работали над этой роль. Потому что первое, что приходит в голову, когда ты рассказываешь, вот там Чулпан Хаматова играет мальчика, Оля Дроздова играет девочку, которая играет маму, Галя Петрова играет папу, т.е. какой-то утренник, все говорят такими писклявыми голосами, пионеры такие из Театра юного зрителя. На самом деле все не так. Вот та самая граница, когда ваша роль может превратиться в героиню ТЮЗовского утренника, каким образом вы ее избегали и были ли такая опасность?
Ч. ХАМАТОВА Мы сразу поставили себе эту задачу, потому что тема намного глубже, чем это может показаться. Мы поначалу это не осталось в спектакле создавали образ неких детей, каких еще не понятно, но, может быть, совсем детских душ, которые начинают играть, там не просто Оля Дроздова играет маму, а это девочка, которая играет маму, Галя Петрова, которая играет папу, а я то же самое, я играю тинэйджера, т.е. я не есть этот мальчик, я не есть тинэйджер, я есть ребенок, который очень бы хотел бы быть таким, вот если бы ему сказали, тебе когда-нибудь будет 15 лет, он бы сказал о, я все знаю, сейчас вам покажу, как это. Т.е. я тоже как бы играю в этого ребенка, я создаю стандартное представление о том, что такое крутизна в представлении детей. Я очень грубо сказала, но тем не менее это так. Поэтому не получается, что я играю просто ребенка и просто сына, потому что тогда уже есть возможность все утрировать, может быть, наигрывать, такая получается более жесткая форма, нежели мы играли бы просто детей.
К. ЛАРИНА А кто придумывал грим, кто придумывал внешний образ этого персонажа, с этими огромными, нечеловеческими, лопоухими ушами?
Ч. ХАМАТОВА В общем-то, это было все совместно. Я хочу сказать, Нина Чусова, когда мы с ней первый раз встретились, задолго еще до начала работы, она сказала, что есть такой клоун немецкий Карл Валентин, ты обязательно сходи музей или посмотри, как он работал. Я прочитала какую-то литературу о нем, посмотрела и поняла, что хочет Нина, я поняла, что Нина хочет маски, это должны быть маски, очень конкретная маска. От этого родились уши, я очень долго искала эти уши, потому что есть всевозможные уши троллей, я просто на ушах собаку съела, потом заказывала в профессиональных магазинах, потом грим, почему-то никто с этим не сталкивался, никто не использовал. Носы да, всевозможных размеров, а вот чтобы поменять уши, это почему-то не очень было развито. И совершенно случайно, буквально мне повезло, нашла в каком-то магазине эти уши и купила сразу две штуки. Потом надела их на репетицию, и все сказали ой, какие они театральные, какие они огромные, не надо. А я все равно продолжала их надевать, я подумала, может, я сама привыкну, т.е. мне нужен был момент, чтобы отказаться от этой идеи, потому что она мне казалась очень точной. По своим воспоминаниям о подростках, об одноклассниках даже, они все время были ушастые, стриженные и ушастые. А потом мне Нина сказала да, мне нравится, я привыкла.
К. ЛАРИНА Ваши уши стали совсем.
Ч. ХАМАТОВА Да, так уши вышли на сцену вместе со мной.
К. ЛАРИНА Вообще это удивительно смелый поступок со стороны и актрисы, и женщины. Потому что вот, пожалуйста, человек, который с вами только что разговаривал, вообще вас больше нигде не видел, только это, он видел только в этом спектакле. Я все ждала, когда смотрела спектакль, думала ну не может она пойти на это, не может она так себя сознательно изуродовать, как красавица, как красивая женщина, в конце будет разоблачение говорила я себе, эти уши спадут, волосы рассыпятся по плечам. Ничего этого не произошло, это было выдержано до самого конца. Этот риск, вы вообще об этом не думали, да?
Ч. ХАМАТОВА Может быть, это не главное для меня в жизни. Это такое счастье Почему-то говорят ой, какая молодец, а это на самом деле не молодец, я сделала то, что требовал мой эгоизм. Я хочу быть актрисой, и это прежде всего. Может быть, я очень трезвый человек, поэтому понимаю, что молодость, какая-то милость и нежность, она приходит и уходит, а талант или способности надо развивать, поэтому это намного приятнее находиться в таком качестве, на самом деле, это просто приятнее, это легче, героинь играть тяжелее. Я поражаюсь актрисам, которые играют героинь, это на самом деле тяжелее.
К. ЛАРИНА Т.е. вас легче в таком виде выступать?
Ч. ХАМАТОВА Намного легче.
К. ЛАРИНА Потрясающе. А шок был? Наверняка, когда первый раз спектакль показали для коллег, для пап, для мам. Не было?
Ч. ХАМАТОВА Коллеги, мы практически ночевали в театре, они привыкли к нашем образам, а зрители Нам было важно, что нас поняли. Нас, конечно, не все понимают, и, к сожалению, до сих пор приходят люди с детьми на этот спектакль, что, конечно, чрезвычайно опасно. Я, например, когда слышу детский смех, у меня блокируется все, я не могу играть дальше, у меня ощущение, что я совершаю преступление над ребенком, потому что там много юмора
К. ЛАРИНА Такого брутального.
Ч. ХАМАТОВА Да, и они смеются над этим, абсолютно не отдавая себе отчет, конечно, что мы пропагандируем обратное. У меня ощущение, что я его беру и режу, этого ребенка, я не могу, мне очень сложно, я не могу играть дальше. А есть люди, мне очень понравилась реакция Дины Корзун, которая посмотрела этот спектакль. У нее сын, она удивительная мама, она так увлечена, и сын у нее тоже потрясающий, никакой переклички с ребенком, которого я играю, нет вообще, там все в порядке. Она посмотрела этот спектакль, пришла, вся в слезах, обняла и сказала: «Боже мой, я так мало люблю своего сына». Для меня это такой показатель, что нас понимают, понимают, о чем мы хотим сказать.
К. ЛАРИНА Это действует. Финал такой пронзительный.
Ч. ХАМАТОВА Мы хотим сказать о том, что они рядом, они так нуждаются в нас, безумно, даже когда нам кажется, что все в порядке, они все равно в нас нуждаются, в том, чтобы мы старались их понимать. Это, на самом деле, другая жизнь, по себе знаю, что я, которая была в детстве, абсолютно жила по-другому. Мне кажется, что какой-то этап заканчивается и я уже другой человек, хоть это все и осталось, я все равно уже не вернусь туда, я на другой планете жила в этот момент.
К. ЛАРИНА А вот скажите, какие ваши личные детские воспоминания помогали вам в этой работе, что вспоминалось? Я думаю, что вряд ли вы сидели, специально мучили свой мозг, из памяти вырывали какие-то куски. Какие-то ассоциации возникают, когда ты работаешь в таком спектакле?
Ч. ХАМАТОВА В основном это то, что было ближе к финалу, это мое ощущение, как я нуждалась в маме, притом что я была залюбленным ребенком.
К. ЛАРИНА Домашним.
Ч. ХАМАТОВА Не могу сказать, что у меня была нехватка внимания, но даже какие-то отъезды в пионерский лагерь, я помню это чувство, что это такое было, как мне нужна была мама в этот момент. Наверное, ближе к финалу это все выражается. Я просто представляю, какая может быть у мальчика эта мама, какая бы они ни была, она все равно его мама, и меня просто перехватывает, я в этот момент абсолютно выхожу из образа этого мальчика и смотрю на все на это со стороны, мне его жалко ужасно. Потому что все, что ему надо, это просто любовь.
К. ЛАРИНА Все равно ведь Чулпан Хаматова это бывшая девочка, а играете вы настоящего мальчика, какая-нибудь разница в психологии существует в этом возрасте? Для вас что было принципиально? Я имею в виду не только внешний образ, манеры, сленг, жаргон, а вот по психологии, это именно мальчик. Что для вас было самым важным?
Ч. ХАМАТОВА Наверное, мои какие-то отношения в классе, я всегда не понимала мальчиков, у меня всегда начинали трястись зубы, потому что мне всегда было страшно, что мне сейчас как-нибудь нагрубят или откажут. Прошло достаточно много времени, когда я перестала переживать по этому поводу, что это какие-то отдельные люди, какие-то отдельные индивидуальности, совершенно другие, не похожие на девочек. Наверное, на этой разнице я в основном пыталась. Какой-то азарт, обидеть, в этом есть даже какое-то удовольствие, сказать грубое слово.
К. ЛАРИНА Я до новостей еще успею задать несколько вопросов по поводу именно этой работы, то, что меня тоже интересует, это грассирование, немножко картавость. Это вы сами придумывали, речевую характеристику, скажем так, образа?
Ч. ХАМАТОВА Да, там была такая фраза в пьесе, очень непонятная, я не знаю, насколько это можно произносить в эфире
К. ЛАРИНА Произносите, у нас взрослое время, произносите.
Ч. ХАМАТОВА Мой герой говорил, когда у него случалась эта любовь с Надеждой, сцена была совершенно по-другому, мы ее придумали всю сами, не важно. Он говорил: «Я ее трахнул». Для меня это было Во-первых, я запуталась, я то ли мальчик, то ли уже не мальчик, насколько это любовь, насколько что там важно, у меня такая паника была перед этой фразой во-первых, я не понимала, почему я ее должна произносить, а для какого-то момента для Нины это было принципиально почему-то, что девочка, которую зовут Надежда, и мальчик эту Надежду как бы вот А я, наоборот, не хотела, чтобы он сделал это с Надеждой, мне казалось, наоборот, что появилась эта девочка, эта любовь, и он согрелся, и совершенно в другом направлении, нежели чем в пьесе, пошла история. Я долго думала, как обойти это слово, а потом, когда сказала: «Я ее тр-рахнул», тогда хоть какой-то юмор появился, хоть какой-то там жалкий. И я так начала репетировать, грассируя, а потом эта фраза сама собой отпала, к счастью, а манера речи осталась, потому что очень много детей, я сама очень долго не выговаривала «р».
К. ЛАРИНА Картавили тоже в детстве?
Ч. ХАМАТОВА Да.
К. ЛАРИНА Легко далось?
Ч. ХАМАТОВА Это тоже узнаваемо.
К. ЛАРИНА А рэп где учились петь?
Ч. ХАМАТОВА Вообще не училась, почему-то мне присвоили какие-то невероятные качества.
К. ЛАРИНА Такой рэппер крутой получился.
Ч. ХАМАТОВА Я немножко посмотрела, есть такой герой национальный Децл, чуть-чуть я так посмотрела, как он, что это, и хотела научиться, на самом деле, я думала, мне нужен хороший педагог по рэпу или по брейк-дансу, но мне уши начали мешать. Ни один элемент сделать толком невозможно, потому что везде мешают уши, а как только я их задеваю, они хоть и приклеенные, они все равно не выдерживают, падают. Я просто делала в полуистерическом, наверное, состоянии, от желания танцевать. Но это возможно, я имею право не танцевать хорошо, потому что это все-таки вот этот мальчик, который хочет быть рэппером, и он так себе это представляет, поэтому он может и не делать это профессионально.
К. ЛАРИНА Я еще раз скажу, что спектакль, о котором мы так подробно говорим, называется «Мамапапасынсобака», идет он в театре «Современник», замечательная компания женская этот спектакль придумала и сотворила, начиная от драматурга, который женщина, режиссер Нина Чусова, Чулпан Хаматова, Ольга Дроздова, Галя Петрова и забыла Надежду как зовут, девочку
Ч. ХАМАТОВА Полина Рашкина.
К. ЛАРИНА Вот замечательная женская компания, которая играет этот спектакль. Еще раз уважаемые друзья посмотрите, но детей ни в коем случае на этот спектакль не водите.
Ч. ХАМАТОВА Ни в коем случае.
К. ЛАРИНА Это для детей тяжелая психологическая травма. Поверьте, если сама актриса так говорит. Делаем паузу на новости, потом продолжаем нашу встречу, у нас в гостях Чулпан Хаматова.
НОВОСТИ
К. ЛАРИНА 961-22-22, для абонента «Эхо Москвы», это номер нашего пейджера. У нас в гостях Чулпан Хаматова. По традиции, на некоторые ваши вопросы мы по ходу нашего разговора будем отвечать. Например, вопрос такой, от Николая: «Чулпан, вы поразили меня своей игрой в кино, я растворился в эмоциях. Не кажется ли вам, что театр лишь отнимает время?»
Ч. ХАМАТОВА О Боже мой. Нет, это не обсуждается внутри меня, потому что состояться как актриса, мне кажется, больше шансов в театре, не кажется, я уверена. Кино это такое путешествие куда-то. Без театра невозможно, театр это, может быть, единственный тренинг, который есть у драматических актеров, мы не играем гаммы по утрам, мы не стоим у балетного станка. Этот тренинг души нам нужен обязательно, и если ты только снимаешься в кино, ты все равно так или иначе будешь идти на компромиссы, чтобы работать, потому что не бывает хороший сценариев и потрясающих ролей. А в театре ты можешь не идти на компромиссы, ты можешь выбирать и при этом быть в форме и твоя душа в форме, и нервная система, все это очень важно, конечно.
К. ЛАРИНА Кстати, о нервной системе, насколько вообще эта профессия требует какой эмоциональной отдачи, тут уж никуда не деться, особенно если мы говорим о театре, меня нет, все. Сегодняшний вечер я исчезла на какое-то время, на два часа, меня нет. Как потом обратно себя вернуть? Очень многие артисты говорят о зрительном зале, об аплодисментах, о дыхании зала, который тебе твою энергию возвращает. Мне кажется, что все равно, когда ты возвращаешься домой, никакой зал тебе не поможет, тебя что-то другой восстанавливает. Вот что, что восстанавливает вас? Что нужно делать актрисе, для того чтобы не сойти с ума, но при этом отдавать себя ежедневно, как в последний раз?
Ч. ХАМАТОВА Дыхательную гимнастику. Восстанавливать ритм какой-то, во время спектакля ритм же сбивается, он поднимается в основном, ты все равно должна выдернуться из реальной жизни и перенестись куда-то. И температура тела повышается, и все твои физико-психологические состояния начинают зашкаливать в этот момент. Чтобы вернуться, хорошо подышать, очень медленно, нужно найти ритм особенный совершенно, нужно войти в ритм жизни все-таки. Мне кажется, дом и семья это очень важно, дом, тишина, спокойствие, может быть, музыка спокойная. Я иногда попадаю, так получается, после спектакля или ты общаешься с людьми, которые приходят после спектакля, ты ужинаешь, меня, например, через десять минут нет, меня можно упаковывать в чемодан и отвозить домой, класть в постель. Это такой неправильный ритм моей жизни, я это поняла. Я только еще больше завожусь от этого, мой адреналин Я не понимаю, на каком уровне биологическом это все происходит, но я знаю, что очень важно опустить ритм существования после спектакля практически до нуля, чтобы у тебя завтра был новый день, было желание жить. У меня был такой момент, когда у меня месяц делился на те дни, когда у меня есть спектакли, мне казалось, вот это дни наполненные, там есть цель конкретная, и дни, когда нет спектакля. Но я поняла, что так жить нельзя, что я сойду с ума. Жить от спектакля к спектаклю это неправильно.
К. ЛАРИНА Вы знаете, я вот вспоминаю, не знаю, видели вы этот спектакль или нет, в Театре Маяковского шел спектакль «Трамвай «Желание», который играла Светлана Немоляева 28 лет. Пьесу, наверное, знаете. Спектакль видел?
Ч. ХАМАТОВА Не видела, к сожалению.
К. ЛАРИНА Пьесу знаете, что это такая за роль, которая может вообще, действительно в сумасшедший дом попасть. 28 лет, по нескольку спектаклей в месяц, безумно тяжелых, на грани действительно психологического срыва. Человек это выдерживал. Я помню, как в эфире, когда были у нас в гостях Александр Лазарев и Светлана Немоляева, он как раз говорил о том, что «я был вынужден в течение 28 лет смотреть, как убивают, как мучают, как сводят с ума мою жену. Вот какой нормальный муж это может выдержать?». Я помню, как Светлана Владимировна после этого спектакля возвращалась домой, я ее видела, как она шла по Тверскому бульвару, человек не отсюда, не здесь. Я понимала, что эта роль, этот образ с ней остается, он каким-то образом уже ее саму изменил, ее психофизику. Вот у вас были такие роли, которые вас меняли, когда вы с ними живете уже какую-то часть жизни и не можете расстаться?
Ч. ХАМАТОВА Конечно, в основном это в процессе репетиций, очень сильно, и ничего с этим не поделаешь. Например, на этом спектакле я звонила маме, и она говорила: «Боже мой, как ты разговариваешь, что с тобой случилось? Ты не разговариваешь, ты просто гавкаешь, ты хамишь». После того как она сказала, я стала прислушиваться и поняла, что это ужасно, этот мальчик, он просто
К. ЛАРИНА Вселился в вас.
Ч. ХАМАТОВА Вселился в меня, словечки «типа», «ну че», «ну все», «ну все давай», «пока», «ваще». Я не заметила этой границы, мне сказала об этом мама, слава Богу. Конечно, безусловно, ты же думаешь постоянно, в любом случае роль создается, прежде всего, в голову, внутри тебя. И потом, выходя на сцену или в репетиционный зал, ты только проверяешь, что придумал.
К. ЛАРИНА В ваших ролях очень много каких-то внешних характеристик у образа, будь то этот мальчик с ушами или замечательная Пат из «Трех товарищей», которая больна смертельной болезнью. Вот если играть болезнь, то здесь какие опасности вас подстерегали? Это имело значение вообще для вашей работы, что этот человек смертельно болен, или нет?
Ч. ХАМАТОВА На самом деле, не важно. Я делю профессию и жизнь.
К. ЛАРИНА Т.е. никакой мистики в этом нет?
Ч. ХАМАТОВА Нет. Я и умирала, в общем-то, я не боюсь этого, может быть, пока молодая, я не знаю. Мне было интересно в каких-то внешних проявлениях, и внутренних тоже, но для меня это все равно очень светлый роман, он так и остался. Она умирает счастливая, на руках у любимого человека, жизнь и судьба ей подарили все-таки перед смертью встречу с этим мужчиной, подарила любовь, это так много, на самом деле, многие лишены этого. Она знала изначально, что она будет жить недолго, насладиться вот этим моментом, ощутить жизнь, а может быть, она прожила ее так наполненно, так мощно, что это было намного больше, чем у любого другого, живущего до 80. Поэтому здесь так странно говорить, мне это не было страшно. Я просто переписала из романа все характеристики, которые дает Ремарк для этой девушки внешне, и попыталась с ними на уровне форм совладеть. Что у нее был голос низкий, что было ощущение, что она только-только была простужена и вот оправилась, что постоянно хотелось прокашляться, что он был хриплый. Многие люди, которые не читали сценарий, они ко мне прискакивают после, говорят что у тебя с голосом, ты заболела? Для меня эта деталь была очень важной, что эта вся воздушная девушка говорила низким, посаженным на землю голосом, для меня это было очень интересно, в таком диссонансе быть.
К. ЛАРИНА Как сейчас спектакль «Три товарища» идет?
Ч. ХАМАТОВА Хорошо.
К. ЛАРИНА Народ вообще как принимает?
Ч. ХАМАТОВА Хорошо.
К. ЛАРИНА Почему я спрашиваю? Потому что я помню, что критика была не очень восторженная. Для меня это было откровением, потому что я посмотрела этот спектакль в первый раз на прогоне еще, когда он только вот-вот, что называется, для пап, для мам, а потом еще раз пришла. Была удивлена реакцией очень многих критиков, они как-то вас обвинили в какой-то старомодности, в каком-то излишнем пафосе. Мне кажется, что неправда, очень светлый, очень настоящий и, кстати, очень мужской спектакль получился, несмотря на то, что он поставлен Галиной Борисовной Волчек.
Ч. ХАМАТОВА Ну критика, это вообще
К. ЛАРИНА Да, действительно, Бог с ними. Еще давайте про Чехова скажем несколько слов, про «Три сестры», где Чулпан играет Ирину. Я думала, сейчас придет Чулпан, я обязательно спрошу, может, она все-таки знает, как будет по-итальянски «окно». Знаете?
Ч. ХАМАТОВА Нет.
К. ЛАРИНА Для вас, мне кажется, это роль тоже не случайная, потому что все привыкли, что она такая вот голубая героиня, Ирина обычно такая восторженная девочка, на цыпочках, в белом платье, а потом крушение всех иллюзий достаточно все понятно. Что здесь вас больше всего интересовало и интересует сейчас, в этой роли?
Ч. ХАМАТОВА Предназначенность или предначертанность судьбой и дальше твое собственное владение ситуацией, т.е. ты уже как человек. Родилась девочка, в кругу трех сестер, одного брата, отец, четыре языка в общем-то, такая обреченная на счастье, она была обречена, у нее не было другого варианта, как быть счастливой, потому что образована, потому что хороша собой. Дальше умирает отец, в общем-то, умирает та опора, которая ее держала. Для меня это, может быть, потому что я сама лично боюсь такой истории Она очень виновата, Ирина. Я играю человека, который прошел мимо, взял и прошел мимо собственной жизни, в общем-то. Потому что все было в ее руках, и она ничего не использовала. Просто на секунду представить, как можно за четыре года забыть элементарное самое слово, это значит ни разу не прикоснуться к итальянскому, ни разу не открыть книгу, ни разу не почитать. Вот эти псевдожелания трудиться, тоже они очень такие странные. С одной стороны, Андрей говорит, как отец их мучил и чего им это стоило знать языки, т.е. это понятие труда было ложным. С другой стороны, Ирина говорит: «Мы родились от людей, презиравших труд». Понятно, как она, вообще, заблуждается, для нее труд это выйти на улицу и колоть камни или машинистом на железной дороге, или пастухом, то, что связано с каким-то физическим напряжением, а ни в коем случае не с напряжением души. Я очень жестко к ней отношусь, бичую сильно, стараюсь по крайней мере, ее и себя тоже заодно.
К. ЛАРИНА А вам знакомо чувство отчаяния, когда все прошло мимо? Почему я не сделала этого, этого, я же была хорошая, почему сейчас я другая? Вот такие метания, сакраментальный этот образ рояля, который заперт и ключ от которого потерян. Знакомо вам это ощущение, когда ты не понимаешь, куда приткнуться, такое метание по жизни?
Ч. ХАМАТОВА Безусловно. Вот у меня есть такой подарок, как роль Ирины, когда я могу проанализировать ситуацию.
К. ЛАРИНА И об этом сказать самой себе.
Ч. ХАМАТОВА Об этом сказать самой себе и попытаться, хотя бы попытаться, чтобы у меня не было возможности однажды вечером сказать, что я сделала что-то совсем плохо или не то.
К. ЛАРИНА Кстати, самая, как мне кажется, интересная роль из трех или даже из четырех, учитывая Наташу, потому что две части спектакля это один человек и другой, очень резкое взросление, сначала от таких восторгов, потом до таких метаний. Чем дольше я живу, я, естественно, знаю эту пьесу почти наизусть, была увлечена в свое время и образом Маши, естественно, Ольга как-то особо не привлекала, это как бы не мое, это взрослая тетя. Чем дольше живу, тем больше Ирина во мне звучит, с этим отчаянием, мне кажется, что понимаешь только с годами, что это такое, воспоминание о себе той, которая была, которая могла бы, да вот не смогла потому-то, потому-то, потому-то. Но вы правы, человек сам кузнец своего счастья.
Ч. ХАМАТОВА И потом вот этот Тузенбах, который ходит рядом с ней, любит ее, и она тоже, я играю, что она испытывает к нему какие-то чувства, но все ждет принца, этот ее не интересует, ей нужен принц какой-то московский на белом коне. Это тоже, я просто призываю посмотрите вокруг, вас ведь любят, не надо так пренебрегать.
К. ЛАРИНА Не проходите мимо, что называется.
Ч. ХАМАТОВА Не проходите мимо, да. И она вспоминает, но уже поздно.
К. ЛАРИНА Вот смотрите, уважаемые друзья, у нас сегодня получилась такая программа по ролям, конкретные роли, которые сейчас в репертуаре Чулпан Хаматовой, во всяком случае в театре, вы услышали, как актриса рассуждает, как о каких-то очень близких своих знакомых, т.е. мы все равно в один образ не сливаем это, что это я в предлагаемых обстоятельствах. Нет, это какие-то люди, которых придумывает не только Антон Павлович Чехов, но в данном случае и Чулпан Хаматова. Чулпан, конечно же, будет обидно, если мы о кино ничего не скажем. Поскольку вас тут все как бы нету, вы все снимаетесь в Европах Что вы там делаете, что вас так туда тянет?
Ч. ХАМАТОВА Картины, в которых зовут сниматься.
К. ЛАРИНА На такие выдающиеся роли, которые здесь никто не предложит?
Ч. ХАМАТОВА Было и так, когда не было выдающихся ролей, вернее у меня было желание, но не получилось почему-то, в силу того, что кино все-таки история режиссерская, тебя потом положат на монтажный стол и изрежут, как захотят. Мне было интересно на чужом языке, в другой ментальности, с другими артистами, с другими режиссерами попробовать. Фильм «Гуд Бай, Ленин!», который прошелся с таким успехом в Германии, мне там хвалиться нечем, там нет никакого нового моего качества, но все равно для меня это было очень интересно, это такой опыт, эксперимент в моей жизни. А последний фильм, который я снимала в Австрии, это роль, которой у меня, например, не было даже в русском кино. Такая очень серьезная, драматическая, даже может быть, трагическая история, абсолютно психологически театральный подход, может быть даже, к созданию роли. Поэтому я и снималась там, потому что такие роли очень редко бывают, и выбирать не приходилось.
К. ЛАРИНА А почему Европа, как-то сейчас все больше стремятся Голливуд завоевать, попробовать?
Ч. ХАМАТОВА А я и Европу не хочу завоевать, мне это не нужно.
К. ЛАРИНА Т.е. не эти мотивы, вот я вам всем покажу?
Ч. ХАМАТОВА Нет, совсем нет. Мне интересно сливание культур, правда интересно, а потом я такой человек, я за мир без границ. Есть же профессии, оперные певцы поют по всему миру, обмениваются своим творчеством и накапливают что-то, балетный артисты так же, даже спортсмены, у них тоже есть эта возможность. А актер драматический, он почему-то или только в рамках фестиваля, или зажат в какие-то языковые формы. Мне интересно, можно ли разбить это.
К. ЛАРИНА Можно.
Ч. ХАМАТОВА И существовать как, ты просто человек мира, у тебя здесь есть работа и там есть работа, по-моему, это самый великолепный вариант, который может существовать. Не меняя ПМЖ, не становясь жителем другой страны вот так насильственно, потому что нет в этом потребности никакой, а просто ради собственного азарта, интереса пытаться работать так же, как здесь.
К. ЛАРИНА Все равно я не верю в такое чистой воды любопытство с вашей стороны, потому что вы слишком эмоциональный человек, эмоции, как мне кажется, для вас не просто какой-то клубок чувств, а вещи, которые вас меняют, с вами живут, с вами взрослеют, это ваши эмоции. Потому что есть актеры наши, например Ингеборга Дапкунайте, она изначально, у нее такой несколько отстраненный взгляд на роль, на образ, на то, что она делает, она поэтому легко вошла в этом пространство, в данном случае английское, скажем, лондонское, такая немножечко холодность северная. А вы другой человек. Что еще вам это дает? Да, это, наверное, освобождает от каких-то стереотипов, в которые мы здесь замкнуты в нашей стране, продолжая традиции советского театра. Безусловно, освобождает, а еще что?
Ч. ХАМАТОВА Это так интересно. У нас было в институте такое упражнение по сценической речи, как монолог на тарабарском языке, когда ты что-то чувствуешь, хочешь это передать, но русских слов у тебя нет, ты должен на абсолютной абракадабре что-то все-таки донести.
К. ЛАРИНА Чтоб тебя поняли.
Ч. ХАМАТОВА Чтобы тебя поняли, да. Это очень похоже на это упражнение, потому что здесь словами не прикроешься, здесь, на самом деле, если говорить о проработке роли, то здесь это нужно делать очень и очень отчетливо и доходчиво. Потому что все равно, как бы я ни захотела, я думать или чувствовать на языке немецком или английском никогда не смогу, я буду чувствовать на языке, на тех книгах, на которых я выросла, все равно это русский, и никуда от этого не денешься. Вот эти русские чувства, которые ты слышишь на русском языке, нужно «одеть» вот в эту форму, в данном случае немецкого. Мне кажется, это тоже в профессиональном актерском опыте дает огромную-огромную пользу.
К. ЛАРИНА Т.е. возвращаясь к началу вашей кинематографической карьеры, это как вы постигали язык глухих, чужой абсолютно для себя, как вы в нем пытались чувствовать себя свободно.
Ч. ХАМАТОВА Да, это очень похоже. У нас была педагог Ирэна, она говорила, что глухие никогда не могут понять друг друга, если они не видят в этот момент картин, о которых говорят, т.е. это абсолютно актерское мастерство, конечно.
К. ЛАРИНА Заканчивается программа. Конечно, я должна спросить, что сейчас репетирует актриса Чулпан Хаматова в театре?
Ч. ХАМАТОВА Я не репетирую, я играю «Три сестры», «Три товарища», «Мамапапасынсобака», в антрепризном спектакле Открытого театра «Сильвия, или Собака на сцене» я играю.
К. ЛАРИНА Собак много в вашей жизни.
Ч. ХАМАТОВА Я играю эти спектакли, это в театре. Такой один проект, которого я ужасно боюсь, но тем не менее я пойду на это, мне очень интересно, это Шекспир «Двенадцатая ночь», Виола, на немецком языке будет в Вене, с венскими актерами, с австрийским режиссером, объем, конечно, огромный, просто хотя бы выучить, просто технической даже работы там будет очень много, но мне интересно. Пожалуй, там и будет сочетание русского театра, европейского театра, мне это будет ужасно интересно.
К. ЛАРИНА Это будет ваш первый опыт на зарубежной сцене, именно в театре?
Ч. ХАМАТОВА Да.
К. ЛАРИНА Это страшная вещь. Я вам желаю выстоять в этой борьбе, получить удовольствие, самое главное, от этой работы, ничего не бояться и вперед.
Ч. ХАМАТОВА Спасибо большое.
К. ЛАРИНА Спасибо большое. Это Чулпан Хаматова. Счастливо.



Загрузка комментариев...

Самое обсуждаемое

Популярное за неделю

Сегодня в эфире