'Вопросы к интервью
В прямом эфире «Эхо Москвы» Ольга Тимофеева, корреспондент газеты «Известия», Глеб Щелкунов, фотокорреспондент газеты «Известия» и Александр Гольц, заместитель главного редактора интернет-издания «Ежедневный журнал».



А.НАСИБОВ – Работает радиостанция «Эхо Москвы». Ашот Насибов у микрофона. В столице нашу радиостанцию можно принимать на частоте 91,2 FM. Я рад приветствовать в студии нашей радиостанции сразу трех участников программы «Своими глазами». Это Ольга Тимофеева, корреспондент газеты «Известия», автор статьи «Они сражаются за будущую родину». Ольга, добрый вечер.

О.ТИМОФЕЕВА – Добрый вечер.

А.НАСИБОВ – Глеб Щелкунов, фотокорреспондент газеты «Известия». Глеб.

Г.ЩЕЛКУНОВ – Добрый вечер.

А.НАСИБОВ – Добрый вечер. Александр Гольц, заместитель главного редактора интернет-издания «Ежедневный журнал». Здравствуйте, Александр.

А.ГОЛЬЦ – Здрасьте.

А.НАСИБОВ – А что так печально?

А.ГОЛЬЦ – Нет, почему?

А.НАСИБОВ – Громко, ну-ка громко, по-армейски. Здрасьте.

А.ГОЛЬЦ – Так.

А.НАСИБОВ – Да, все. Все, все, понял. Кто, как и зачем служит в иностранном легионе, в иностранном российском легионе – это тема нашего обсуждения. Ольга Тимофеева и Глеб Щелкунов побывали в российском иностранном легионе. Я правильно вас понял, господа?

О.ТИМОФЕЕВА – Но Вы знаете, это будет громко сказано, на самом деле, иностранный легион. Это обычный батальон, где служат контрактники, в основном, это россияне. Их там около 3 тысяч человек и пока всего 20 граждан СНГ.

А.НАСИБОВ – Я приведу несколько цитат из Вашей статьи. «Они сражаются за будущую родину» — статья в газете «Известия». «В двух воинских подразделениях, дислоцированных в Заполярье, 200-й отдельной мотострелковой бригаде и 138 гвардейской отдельной мотострелковой бригаде служат иностранцы. Если вдруг где-то опять запылает горячая точка, они отправятся туда первыми». Как вам удалось выйти на этих иностранцев, — я обращаюсь к Ольге и к Глебу, как вам удалось выйти на них и как вы туда попали, как добрались, что видели? Начинайте рассказ.

О.ТИМОФЕЕВА – Информация не находится в закрытом доступе. Начиная с этого года, во всех военных округах России могут служить иностранцы. Но только граждане СНГ. Мы нашли эту информацию в Интернете, как обычно, позвонили в Минобороны и, в общем-то, они пошли нам навстречу. Нас повез туда замечательный человек: Юрий Николаевич Кленов, пресс-атташе Ленинградского военного округа. Повез на своей машине. Как Глеб сказал, что это лучшая армейская машина.

А.НАСИБОВ – Какая машина-то?

Г.ЩЕЛКУНОВ – УАЗ, «козлик».

А.НАСИБОВ – Долго ехали?

Г.ЩЕЛКУНОВ – Да, часа два.

О.ТИМОФЕЕВА – Ну, около часа.

Г.ЩЕЛКУНОВ – «Козлик» себя оправдал, вытягивал. Ну, доехали, доехали.

А.НАСИБОВ – Ну, вы, наверное, на переднем сидении ехали?

О.ТИМОФЕЕВА – Вы знаете, на переднем месте ехал наш военачальник.

А.НАСИБОВ – Понятно. А вы сзади тряслись. Ясно.

Г.ЩЕЛКУНОВ – Ну, доехали нормально.

О.ТИМОФЕЕВА – Нормально.

А.НАСИБОВ – Что же все вы увидели? Что это за иностранцы такие любопытные, которые служат в российской армии?

О.ТИМОФЕЕВА – Иностранцы – это наши сограждане.

А.НАСИБОВ – Наши сограждане иностранцы?

О.ТИМОФЕЕВА – Наши сограждане, у нас с ними была общая страна, Советский Союз.

А.НАСИБОВ – Так.

О.ТИМОФЕЕВА – Граждане из дальнего зарубежья не могут служить в российской армии. И, в общем-то, все они замечательно владеют русским языком. Они в основном настроены на то, чтобы остаться жить в России, получить российское гражданство. Многие из них, даже, может быть, и все уже были здесь, приезжали сюда на работу, в Россию. Для них есть такое слово, неприятное иностранное слово «гастарбайтер». И они фактически поменяли эту работу на службу.

А.НАСИБОВ – И что, просто взяли, пришли в военкомат и сказали: я с Украины или, я там, я не знаю, из Таджикистана, я хочу служить в российской армии. Так что ли?

О.ТИМОФЕЕВА – Да, это сейчас просто.

А.НАСИБОВ – Это сейчас просто?

О.ТИМОФЕЕВА – Да.

А.НАСИБОВ – Это просто вот так вот можно взять, прийти в военкомат и все?

О.ТИМОФЕЕВА – Вы можете прийти в военкомат, оставить заявление. Вас проверят, ну, это будет длиться около месяца, потому что все эти проверки между республиками, все эти справки идут долго. И если вы подойдете, если вы не нарушали закон, в принципе вас могут взять. Но вам должно быть не больше 30 лет.

А.НАСИБОВ – Понятно. А паспорт какой, вот у вас должен быть? Там, паспорт своей страны?

О.ТИМОФЕЕВА – Да.

А.НАСИБОВ – Или что?

О.ТИМОФЕЕВА – Да, у них должен быть свой паспорт.

А.НАСИБОВ – Глеб, вот Вы смотрели на этих ребят в объектив фотокамеры.

Г.ЩЕЛКУНОВ – Да.

А.НАСИБОВ – Они как-то отличаются от братьев-контрактников, которые в той же роте служат, но обладают российским паспортом? На Ваш профессиональный фотовзгляд.

Г.ЩЕЛКУНОВ – Они постарше, чем их сослуживцы, которые служат срочную службу. Просто это видно, сразу бросается в глаза. Потому что когда приходят в армию 18-летние юнцы, они только через два года уже как-то взрослеют. А здесь сразу видно уже, зрелые мужчины, опытные.

А.НАСИБОВ – И уже решающие сами за себя, да?

Г.ЩЕЛКУНОВ – Да.

А.НАСИБОВ – Оля, сразу вопрос в лоб: а для чего? Для чего граждане других стран служат в российской армии? Цель?

О.ТИМОФЕЕВА – Ну, Вы знаете, цели у каждого разные. Есть вполне конкретные обещания, которые российская армия дает им. Через 3 года они в упрощенном порядке получат гражданство российское.

А.НАСИБОВ – Это самое главное?

О.ТИМОФЕЕВА – Ну, для кого-то – да, для кого-то – нет. Например, один из военнослужащих, он сказал, что он вовсе не за гражданство служит.

А.НАСИБОВ – А за что?

О.ТИМОФЕЕВА – Он сказал, ради этого я мог бы служить 3 года, но я буду служить всю жизнь.

А.НАСИБОВ – Не понял. Еще раз.

О.ТИМОФЕЕВА – Ну вот, он хочет быть военным, и он хочет служить в армии.

А.НАСИБОВ – Понятно. А что ему мешает быть военным у себя на родине?

О.ТИМОФЕЕВА – Вы знаете, он был военным у себя на родине в Таджикистане, но там как Вы знаете, все разрушено, там прошла гражданская война. Он служил там в российской части. Уже было такое, когда по международному соглашению, служили таджики в российских частях на границе в Таджикистане. А затем та часть просто перестала существовать, и он приехал в Россию. Он мыкался по стройкам. И когда он узнал о том, что он может снова попасть в армию, он с удовольствием попал в нее.

А.НАСИБОВ – Взял и пошел?

О.ТИМОФЕЕВА – Да.

А.НАСИБОВ – Как все просто, оказывается. Сколько таких человек Вы встретили, еще раз напомните, Оля.

О.ТИМОФЕЕВА – Там было их 20 человек. Но насколько я знаю, в Заполярье служат еще 20 и больше 20 человек сейчас оформляют документы. Вот, кстати, нам говорили военные, что после нашего материала, им просто стали звонить очень многие.

А.НАСИБОВ – Александр Гольц, заместитель главного редактора интернет-издания «Ежедневный журнал». Александр, Вы выступаете у нас в качестве эксперта. Вы специалист по военным вопросам, военный обозреватель. Насколько… Как бы это поточнее выразиться? Я не хочу сказать, насколько оправданной является служба граждан других стран в вооруженных силах Российской Федерации. Насколько привлекательным является получение российского гражданства за службу в армии? И предоставляет ли российское государство какие-то дополнительные блага, ну, помимо российского паспорта? Может, деньги какие-то помогают, может, дом построить? Семью перевезти?

А.ГОЛЬЦ – Вы знаете, я очень хорошо вспоминаю первый раз, когда я столкнулся с вот этими иностранцами, которые служат в российской армии. Это было не сейчас, это было в 97 году в Приднестровье, где в результате вот такой вымороченной экономической ситуации выяснилось, что те небольшие по нашим меркам деньги, которые платили военнослужащим, были фантастическими, огромными деньгами для ребят из Приднестровья. И тогда я даже написал текст под названием «Армия будущего в анклаве прошлого». Вот навстречу шли не заморенные 18-летние мальчишки, а крепкие мужики, которые пришли работать, пришли зарабатывать деньги. Вот по-моему, самое главное в этой истории про иностранных военнослужащих, которые служат в нашей армии, заключается в том, что у этих людей вполне ясная мотивация. Вот сейчас российская армия состоит из двух частей: меньшей части людей, для которых военная служба является профессией. Они ее сами выбрали. Уж не важно, по каким причинам: или для того, чтобы получить гражданство, или для того, чтобы заработать деньги. Не важно. Главное, что это был их персональный выбор, их никто на аркане не тащил. И вторая часть, для которых, увы, воинская служба – это налог. Они тянут эту лямку, потому что их заставили. И вот здесь принципиальная разница. Мне вот эта история про… Ну, конечно, громко называть этих ребят иностранным легионом, поскольку, ну, мне вот так пришлось быть во французском иностранном легионе. Это другая история. Пока что мы до этого не дошли. Пока что эти отношения не развились до такой степени.

А.НАСИБОВ – Но ребятки эти все-таки носители других паспортов.

А.ГОЛЬЦ – Да, но очень важно в этой истории – я повторю – то, что не важна мотивация, главное, что это свободный выбор человека. И это определяет его отношение к военной службе.

А.НАСИБОВ – А Вы знаете, в некоторых странах Африки и Латинской Америки люди живут еще хуже, чем в некоторых самых небогатых республиках бывшего СССР. А вот если они захотят стать военнослужащими российской армии? Овладеют русским языком, приедут к нам, скопив какие-то деньги. Мы можем им предоставить возможность служить в российской армии? Я почему спрашиваю? Почему выходцам из стран СНГ дозволяется, вот насколько я понял из слов Оли, а выходцам из дальнего зарубежья …

А.ГОЛЬЦ – На самом деле, опять-таки, обращусь к опыту иностранного легиона французского. Человек из любой страны, который в принципе хочет начать жизнь сначала, там удачливых людей нет, надо тоже ясно понимать. Это люди, у которых что-то не сложилось на родине. Как правило, люди со сложной судьбой. Их проверяют через Интерпол, и потом существует жесткая, чрезвычайно внятная, замечу, человек может отказаться и уйти в любой момент. Эта система работает до тех пор, пока он согласен в ней участвовать. Но эта внятная система полугодовой или годовой подготовки делает из этого – не важно, какой национальности – человека. Идет сильная промывка мозгов, делает из него французского солдата, который готов воевать за Францию. Если нам когда-нибудь удастся построить такую систему, удастся найти офицеров, которые смогли бы внушить… и сержантов, которые смогли бы внушить некую систему идей военного профессионала, поставить ясный стимул, то почему бы и нет?

А.НАСИБОВ – Работает радиостанция «Эхо Москвы», 91,2 FM. Ашот Насибов ведет беседу в программе «Своими глазами». Ольга Тимофеева, корреспондент газеты «Известия», автор статьи «Они сражаются за будущую родину», Александр Гольц, заместитель главного редактора интернет-издания «Ежедневный журнал», Глеб Щелкунов, фотокорреспондент газеты «Известия». Мы обсуждаем, кто, как и зачем служит в иностранном – так называемом — иностранном легионе в российской армии. Глеб, скажите, пожалуйста, Вы сами служили?

Г.ЩЕЛКУНОВ – Да.

А.НАСИБОВ – 2 года?

Г.ЩЕЛКУНОВ – Да, я служил срочную службу после института уже в должности заместителя командира роты по работе с личным составом.

А.НАСИБОВ – Ну, воспитатель, понятно.

Г.ЩЕЛКУНОВ – Замполит.

А.НАСИБОВ – Замполит. Скажите, пожалуйста, Вы когда вот своим профессиональным взглядом посмотрели на ребят, помимо возраста, помимо, может быть, еще чего-то, чем отличаются ребята иностранцы, носители иностранных паспортов, пришедшие в российскую армию, от российских ребят, которые служат с ними, спят в одной казарме?

Г.ЩЕЛКУНОВ – Да, ничем.

А.НАСИБОВ – Вообще?

Г.ЩЕЛКУНОВ – Вообще.

А.НАСИБОВ – А языком?

Г.ЩЕЛКУНОВ – А языком, но все жили в Советском Союзе, все русским владеют хорошо. Это тот возраст, который застал Советский Союз.

А.НАСИБОВ – Из каких стран, из каких бывших республик СССР приехали ребята служить? Вы сами видели каких?

Г.ЩЕЛКУНОВ – Белоруссия, Украина, Таджикистан, Азербайджан.

О.ТИМОФЕЕВА – Армения есть и Казахстан.

А.НАСИБОВ – Угу. Понятно. 725-66-33 – это эфирный пейджер радиостанции «Эхо Москвы». SMS присылайте на номер 7-495-970-45-45. Мы хотим ваших комментариев, ваших вопросов нашим гостям Ольге Тимофеевой, Глебу Щелкунову и Александру Гольцу. И ребята-иностранцы служат с конкретной целью: через некоторое время получить российский паспорт. Сколько им лет нужно прослужить, чтобы получить российский паспорт?

О.ТИМОФЕЕВА – 3 года.

А.НАСИБОВ – 3 года минимум. И потом они увольняются со службы? Были уже прецеденты какие-то?

О.ТИМОФЕЕВА – Нет, пока еще не прошло столько времени, никто не выслужил такой срок. Они служат первый год, но через 3 года они могут уже стать офицерами, если они стали россиянами, и если они больше не служат, у них есть льготы на обучение. Т.е. они могут учиться бесплатно.

А.НАСИБОВ – Георгий из Санкт-Петербурга интересуется, в каком номере «Известий» опубликован Ваш материал. В питерском издании он его не читал.

О.ТИМОФЕЕВА – Номер за 20 июня, номер 107. Это московский номер я говорю. Если интересует федеральный, нужно посмотреть.

А.НАСИБОВ – От 20 июня? Понятно. В Интернете есть эта статья?

О.ТИМОФЕЕВА – А можно в Интернете, и в региональном издании точно было.

А.НАСИБОВ – Хорошо. А вот Анна из Москвы интересуется: «А эти люди не боятся дедовщины, которая в нашей армии цветет буйным цветом?» И вообще, вот вы видели признаки дедовщины в этой части, Глеб?

Г.ЩЕЛКУНОВ – Нет, так вот не видно было.

А.НАСИБОВ – А каковы, вообще, признаки, Александр, каковы признаки, вот если вы приезжаете в часть?

А.ГОЛЬЦ – Ну, более ли менее видно сразу, как ходят солдаты-срочники. Если ребята, видно, они жмутся по углам, посмотреть на ремень, да, если у солдата-срочника первого года явно затасканный, явно ремень, доставшийся ему, «дед» свой старый сбросил. На сапоги посмотрите. Это всегда видно. Но я должен сказать, что вот в этих частях, где значительная часть контрактников, уже опять-таки другие отношения. Ведь надо отдавать себе отчет, что все вот эти отношения молодежной стаи, они действуют в рамках определенного возраста. Там 30-летнему мужику…

А.НАСИБОВ – У которого семья.

А.ГОЛЬЦ – Да, вряд ли, во-первых, с одной стороны, ему не придет в голову сильно унижать кого-то, кто пришел годом позже. А с другой стороны, ну, надо как-то рискнуть его унизить, его самого.

А.НАСИБОВ – Понятно. Я хочу привести цитату из Вашей статьи, Оля: «Командиры говорят, что иностранцы отличаются от наших солдат явным желанием служить. А в остальном – обычные ребята». Явное желание служить – что это такое?

О.ТИМОФЕЕВА – Да они говорят, что у них есть мотивация четкая, ну, то же самое, о чем мы уже говорили.

А.НАСИБОВ – Явное желание служить?

О.ТИМОФЕЕВА – Явное желание служить, да. Дело в том, что если они здесь уже работали, где-то там просто как нелегальные эмигранты, вряд ли они получали большую зарплату, потому что здесь им платят 8 тысяч. Это небольшие, конечно, деньги, но в районе 300 долларов, так и есть зарплата строителей на этом уровне рабочих. Кроме того, они получают всякие социальные гарантии. Врач. Понимаете, они могут привести семью, у них там есть жилье, за которое им не нужно платить.

А.НАСИБОВ – Скажите, а у вас не было ощущения, что это неудачники, которые не нашли себя, что называется, в гражданской жизни, нет?

О.ТИМОФЕЕВА – Ну, абсолютно не было такого.

А.НАСИБОВ – Глеб.

Г.ЩЕЛКУНОВ – Нет, не было такого.

А.НАСИБОВ – Не было?

Г.ЩЕЛКУНОВ – Мне кажется, что здесь все-таки, у этих людей мотивация другая. Они хотят именно быть военными. Тут дело не только в гражданстве, потому что поменять свободную такую жизнь на устав, это достаточно решительный шаг. Потому что 3 года жить по уставу – это сложно.

А.НАСИБОВ – Но Вы сказали, ребята из Белоруссии, из Казахстана, из Азербайджана, из Армении. Там достаточно сильные вооруженные силы в этих странах и, в общем-то, почему они там не служат? Почему они здесь служат? Если они хотят быть военными и это главная мотивация.

О.ТИМОФЕЕВА – Ну, Вы знаете, наверное, есть у каждого какие-то свои дополнительные причины. Вот нам парень из Белоруссии говорил о том, что, кроме всего прочего, здесь экология лучше. Там у них все-таки был Чернобыль совсем недалеко, а сейчас они переехали сюда, он привез жену, и вот они уже ждут ребенка. В экологически чистом месте.

А.НАСИБОВ – Александр?

А.ГОЛЬЦ – Нет, ну, причины могут быть самые разные, как Вы понимаете. Это большое счастье, это большой шанс для нашей страны, что мы остаемся притягательными для молодых, крепких, здоровых мужиков, которые едут. Ну, и так вот мы сейчас говорим, почему идут в армию. Ну, каждый из нас, который проезжает по Ярославке, видит толпы этих молодых, здоровых ребят, которые просятся в рабы, как говорит один из ведущих радиостанции «Эхо Москвы» Сережа Пархоменко. Без социальных гарантий, каждый раз думая, что его обманут. А здесь при всем при том есть ясная, четкие гарантии, есть обещания, по крайней мере, сделать то-то и то-то, есть сносные условия жизни.

А.НАСИБОВ – Оля, очень быстро, им платят деньги какие-то, и зарплата иностранцев в российской армии отличается от зарплаты россиян в российской армии?

О.ТИМОФЕЕВА – Одинаковая. 8 тысяч.

А.НАСИБОВ – Это рядовой?

О.ТИМОФЕЕВА – Это рядовой, да. Если там что-то дополнительное, у него есть дополнительные выплаты, если он немного выше по службе.

А.НАСИБОВ – Но ребята хотят служить. Значит, они там идут в учебную часть, они становятся профессионалами и потом остаются на, что называется, сверхсрочную? Или там по контракту они продлевают контракт?

О.ТИМОФЕЕВА – Ну да. Ну, пока что… Вы имеете в виду россиян или иностранцев?

А.НАСИБОВ – Иностранцев.

О.ТИМОФЕЕВА – Ну, пока что еще никто не продлевал контракт, потому что 3 года не прошло ни у кого.

А.ГОЛЬЦ – Я позволю себе напомнить, что эта система у нас работает меньше года.

А.НАСИБОВ – Меньше года. Мы продолжим нашу беседу с Ольгой Тимофеевой, корреспондентом газеты «Известия», фотокорреспондентом Глебом Щелкуновым, фотокорреспондентом той же газеты, а также Александром Гольцем, специалистом по военным вопросам сразу после краткого выпуска новостей.



НОВОСТИ



А.НАСИБОВ – Работает радиостанция «Эхо Москвы». Ашот Насибов у микрофона. Программа «Своими глазами». Ольга Тимофеева, корреспондент газеты «Известия», Глеб Щелкунов, фотокорреспондент газеты «Известия» и Александр Гольц, замглавного редактора интернет-издания «Ежедневный журнал» в студии нашей радиостанции. В Москве «Эхо Москвы» можно принимать на частоте 91,2 FM. Мы продолжаем программу «Своими глазами» и обсуждаем статью кто, как и зачем служит в иностранном легионе, в российском иностранном легионе. Ольга и Глеб побывали в одной из воинских частей, где служат граждане с иностранными паспортами, но они служит в российской армии. У меня сразу такой вот вопрос прислал Алексей на эфирный пейджер, Алексей из Москвы. «Я напомню, что по нашему законодательству любые военные и военоподобные иностранные формирования на нашей территории действовать не могут», — считает Алексей. Обращаюсь к Александру Гольцу, на основании чего иностранцы служит в российской армии?

А.ГОЛЬЦ – У нас были внесены поправки в законодательство где-то около года назад в закон о военной обязанности и воинской службе, где было специально очень тщательно прописано, на каких условиях иностранцы могут служить в наших вооруженных силах. Потом вышли несколько подзаконных актов, которые очень четко регламентировали эту проблему. У нас действительно пока не предполагается создавать подразделений, состоящих целиком из иностранцев. Вот ничего похожего на иностранный легион или на батальон гурхов в британской армии у нас пока не предполагается. Просто эти ребята на общих основаниях вместе со своими российскими коллегами, российскими товарищами служат в каких-то частях.

А.НАСИБОВ – Ну, а из дальнего зарубежья, они могут, приехать люди и служить?

А.ГОЛЬЦ – Нет, пока нет.

А.НАСИБОВ – Вообще?

А.ГОЛЬЦ — Это законодательство распространяется на людей из СНГ.

А.НАСИБОВ – Только?

А.ГОЛЬЦ – Только.

А.НАСИБОВ – А если, предположим, смешанный брак, там, условно: мать россиянка, отец из какой-нибудь арабской страны, мальчик хорошо знает русский язык, свободно говорит.

А.ГОЛЬЦ – Ну, я думаю, он должен принять российское гражданство или как-то так.

А.НАСИБОВ – Да, но как он примет российское гражданство, не отслужив в российской армии, получается?

А.ГОЛЬЦ – Ну, у нас есть другие пути получения российского гражданства, кроме…

А.НАСИБОВ – А если он хочет принять вот российское гражданство путем службы в российской армии? Не получится.

А.ГОЛЬЦ – Я затрудняюсь сказать, я просто не знаю. Насколько мне известно, эти пока решения распространяются на людей из СНГ.

А.НАСИБОВ – У меня сразу вопрос возникает: а как относятся эти самые страны, из которых приехали иностранцы, служащие в российской армии, как относятся эти самые страны к тому, что из них утекают специалисты, в том числе и военные специалисты? Оля?

О.ТИМОФЕЕВА – Ну, они утекают пока что очень постепенно, какая-то капля в море, если 20 человек. Но насколько я знаю, законодательство согласовано, и они не нарушают, по крайней мере, закон своей страны. Т.е. уголовная ответственность за это их не ждет.

А.НАСИБОВ – Законы своей страны они не нарушают?

О.ТИМОФЕЕВА – Нет, не нарушают. Нет, все согласования были проведены.

А.ГОЛЬЦ – Да, это правда. Должен сказать, что и Белоруссия, и Украина, когда это законодательство принималось, реагировали довольно нервно. Было ощущение, что вот сейчас сотни, если не тысячи людей ломанутся, и таким образом оскудеет их собственная армия и т.д. Этого не произошло, по разного рода причинам. Главное, потому что, я подозреваю, наши военные еще с большой осторожностью относятся к этой идее.

А.НАСИБОВ – Я почему спросил? Потому что совсем недавно, на днях президент Владимир Путин, он как раз подписал соответственный документ об облегчении получения российского гражданства гражданами бывшего СССР, которые хотели бы переехать в Россию на постоянное место жительства.

О.ТИМОФЕЕВА – Это программа содействия их переезду в Россию.

А.НАСИБОВ – Да, да, да. И меня очень интересует, а как относятся вот те страны, из которых эти люди будут уезжать? Ведь первый звоночек прозвучал, когда разрешили служить в вооруженных силах. Мне очень интересно, вот какова была тогда реакция вот этих стран. Вот Александр сказал, что сначала…

А.ГОЛЬЦ – Весьма нервная. Ну, чтобы немножко сделать картину менее благостной, мне как-то вспомнилось, что ведь и наши граждане иногда предпочитают отслужить в чужой армии. Есть, скажем, история, которая довольно регулярно происходит в приграничных к Латвии территориях, которые Латвия считает своими. Ребята оттуда предпочитают год отслужить в латвийской армии, после чего их нельзя призвать по российским законам, поскольку они отслужили в армии иностранного государства.

А.НАСИБОВ – Но есть масса случаев, когда ребята косили от армии в России, переезжали на ПМЖ в Израиль и тут же шли служить в израильскую армию.

А.ГОЛЬЦ – Ну, это другая история. А вот эта, они остаются, они же продолжают жить в районе Нарвы, там где-то.

А.НАСИБОВ – Угу. Ольга и Глеб, у меня к вам вопросы. Для того чтобы служить в российской армии, надо пройти какие-то тесты. Вот Вы написали в своей стране, что патриотизм тоже определяют тестом. Без него на контракт не возьмут. Это Вы привели высказывание одного из психологов, которые тестируют, да?

О.ТИМОФЕЕВА – Да. Это мы не пошутили.

А.НАСИБОВ – Это Вы не пошутили?

О.ТИМОФЕЕВА – Нет.

А.НАСИБОВ – Скажите, пожалуйста, а как определяется вот пригодность человека для службы в российской армии, если он иностранец? Вот действительно, «если завтра война, если завтра в поход», а он гражданин другой страны? Как в данном-то случае все будет?

О.ТИМОФЕЕВА – Вы знаете, мы очень интересовались этим тестом. Но нам его не раскрыли. Это разработка военного института. Правду, Глебу предложили его пройти…

Г.ЩЕЛКУНОВ – Я даже хотел пройти, да, но, к сожалению, времени не хватило на то, чтобы этот тест…

А.НАСИБОВ – И Вы не прошли тест на патриотизм? А чего же Вы делаете тогда в этой студии?

Г.ЩЕЛКУНОВ – Нет, не на патриотизм, а на допуск к службе по контракту.

А.НАСИБОВ – Ага.

О.ТИМОФЕЕВА – А он, в том числе, определяет патриотизм. Но очень смешно и любопытно, как они это определяют.

А.НАСИБОВ – Видели хоть, как?

О.ТИМОФЕЕВА – Механизм нам не раскрыли.

А.НАСИБОВ – Ну, хоть с кем-то вы говорили: Вас тестировали на патриотизм? Вы задавали такой вопрос?

О.ТИМОФЕЕВА – В общем, им задавали много разных вопросов и потом… Я даже не знаю, из каких вопросов определялся патриотизм. Не знаю.

Г.ЩЕЛКУНОВ – Там, по-моему, их несколько сотен или что-то такое.

А.НАСИБОВ – Сотен?

О.ТИМОФЕЕВА – Около 200 вопросов.

А.НАСИБОВ – Около 200 вопросов?

Г.ЩЕЛКУНОВ – Около 200 вопросов в тесте.

А.НАСИБОВ – Александр.

А.ГОЛЬЦ – Ну, нет, ну, если честно сказать, у меня к военной социологии и вот ко всем этим, к военной психологии есть свое отношение, не самое благостное, я бы сказал. Это другая история. Ну, в принципе теоретически можно с помощью 200 вопросов выяснить, что человек думает и, задавая косвенные вопросы, действительно это то… вся проблема в том, как они составлены.

А.НАСИБОВ – Вот Илья из Омска прислал такое сообщение на эфирный пейджер: «В нашей армии служба – это в основном хозработа и строевая. Назвать таких людей профессионалами, профессиональными военными… трудно» или как-то он другое слово тут употребил, я не могу понять, потому что это латиницей написано. Кощунство, может быть. Чем занимаются ребята-иностранцы в российской армии? Они тоже метут плац? Что они делают?

Г.ЩЕЛКУНОВ – По крайней мере, мы их видели на учениях.

А.НАСИБОВ – Вы их видели на учениях?

Г.ЩЕЛКУНОВ – В основном.

А.НАСИБОВ – Вот где?

Г.ЩЕЛКУНОВ – Ну, на полигоне, в танке сидели.

А.НАСИБОВ – Да?

О.ТИМОФЕЕВА – У них шли стрельбы.

Г.ЩЕЛКУНОВ – Были стрельбы, они были в окопах, с оружием, боевые стрельбы.

О.ТИМОФЕЕВА – Другие сдавали кросс в военном городке.

А.НАСИБОВ – А вы их спрашивали, вот как часто им приходится выполнять работы, непосредственно с воинской специальностью не связанные? Не спрашивали?

О.ТИМОФЕЕВА – Вы знаете, мы у них спросили, кто им строил все эти корпуса, потому что там были выстроены корпуса новые. Кто готовит в столовой? Ну, сказали, что кормит их в столовой военторг, если не ошибаюсь, а дома для них строили военные строители. И они настаивали на том, что военные не участвуют в хозработах. Если бы мы остались дольше, не знаю, может быть, мы что-то заметили бы, но мы были всего 1 день.

А.НАСИБОВ – О! «До какого воинского звания, должности реально могут дослужиться легионеры?», — спрашивает Василий Геннадиевич.

О.ТИМОФЕЕВА – Вы знаете, когда они получат гражданство, для них нет ограничения. Они могут поступить в военный вуз и делать карьеру.

А.НАСИБОВ – Т.е. через 3 года после первого контракта они получают российское гражданство, и дальше?

О.ТИМОФЕЕВА – И дальше они могут поступать в военное учебное заведение и делать все то же самое, что и российский гражданин. Другое дело, что может быть, по возрасту им уже поздно делать карьеру.

А.НАСИБОВ – Ну, может быть, они сделают карьеру в какой-то другой области? 725-66-33 – номер эфирного пейджера. Вы присылаете нам свои комментарии и вопросы. По SMS присылаете 7-495-970-45-45. Мы принимаем ваши вопросы и стараемся по мере сил на них отвечать. Через несколько минут мы включим эфирные телефоны и будем принимать ваши телефонные звонки. Глеб, а что было для Вас самое интересное в этой командировке?

Г.ЩЕЛКУНОВ – Трудно сказать.

А.НАСИБОВ – Ну, например? Что, обычная рядовая командировка?

Г.ЩЕЛКУНОВ – В общем-то, да.

А.НАСИБОВ – В общем-то, да.

Г.ЩЕЛКУНОВ – Не, ну, просто я не специальный военный корреспондент, и не так часто был в воинских частях, наверное.

А.НАСИБОВ – Вы сидели с ребятами за одним столом? Чем отличается рацион иностранца от рациона нашего россиянина в этой части?

О.ТИМОФЕЕВА – Ну, кормят всех одинаково.

Г.ЩЕЛКУНОВ – Кормят одинаково. Мы не сидели за одним, конечно, непосредственно столом, потому что у них там свои места определены. Мы сидели рядом и ели то же, что они. Кормят их хорошо.

А.НАСИБОВ – Скажите, вот вы сказали, там были ребята откуда, из Казахстана, да? Из Азербайджана, из Армении.

О.ТИМОФЕЕВА – Из Таджикистана.

А.НАСИБОВ – Из Таджикистана. Это этнические русские или это этнические, соответственно, там, таджики, казахи, армяне, азербайджанцы.

О.ТИМОФЕЕВА – Там есть ребята разных национальностей, есть русские, есть и не русские.

А.НАСИБОВ – А есть какие-то… как бы это сказать точнее… есть какие-то допуски на их религиозную принадлежность, предположим?

О.ТИМОФЕЕВА – Нет, нет.

А.НАСИБОВ – Ничего?

О.ТИМОФЕЕВА – Ничего. Более того, они говорили, что был какой-то инцидент, ребята приехали мусульмане, и кто-то сказал, что вот Коран запрещает тряпку в руках держать. Они вызвали муллу, мулла будто бы объяснил, что Коран этого не запрещает.

А.НАСИБОВ – Ну, Александр, как в принципе, это должно учитываться?

А.ГОЛЬЦ – Ну, я должен сказать, что вот эти религиозные вещи, конечно же, какое-то влияние сегодня имеют, особенно из-за того, что в силу демографии чисто у нас все больше и больше в армии людей с Кавказа, из Азии, которые ориентированы на некие мусульманские ценности. Я очень осторожно бы говорил о вероисповедовании, потому как по моему скромному мнению эти молодые люди, они не православные и не мусульмане, они вот в каком-то промежуточном… Они себя традиционно относят к какой-то религии и не более того. Но в силу того, что все-таки нравы-то в нашей казарме довольно зверские царят, я исхожу, что появление там какого-то муллы или православного священника было бы просто полезно, с точки зрения того, что какой-то взрослый человек, который может как-то направить на пусть истинный.

А.НАСИБОВ – Можно поплакаться просто в жилетку.

А.ГОЛЬЦ – Да.

А.НАСИБОВ – Так, наедине высказать все, что наболело. Мы начинаем принимать ваши телефонные звонки. Задавайте вопросы. У нас уже есть телефонные звонки. 783-90-26. Первый телефонный звонок. Здравствуйте.

СЛУШАТЕЛЬ ОЛЕГ — Здравствуйте. Это Олег из Санкт-Петербурга.

А.НАСИБОВ – Слушаем Вас, Олег.

СЛУШАТЕЛЬ ОЛЕГ – Вот я хотел бы узнать, во-первых, какой процент русских вот среди этих солдат?

А.НАСИБОВ – Этнических?

СЛУШАТЕЛЬ ОЛЕГ – Да, этнических. И второй вопрос. Вот вас вот не коробит оттого, что русские солдаты в русской армии и на исконно русской земле называются иностранцами? Меня так это просто возмущает.

А.НАСИБОВ – Спасибо.

СЛУШАТЕЛЬ ОЛЕГ – И почему бы им сразу не дать гражданство, если это русские люди?

А.НАСИБОВ – А вот это вопрос, наверное…

СЛУШАТЕЛЬ ОЛЕГ – К президенту.

А.НАСИБОВ – …к тем, кто принимает решения. Спасибо, Олег, мы сейчас постараемся узнать. Вы обращали внимание на то, какой процент там, что называется, русских, не русских, как?

О.ТИМОФЕЕВА – Мы на процент не обращали внимание. Мне кажется, что это излишне, делить по национальности, говорить об исконно русской земле, потому что все мы знаем, сколько русских земель присоединились к русской. Наша страна многонациональна, у нас много религий. Я думаю, что ничего нового они в нашу армию не принесли.

А.НАСИБОВ – Спасибо. Слушаем вас, здравствуйте. 783-90-25, здравствуйте. Как Вас зовут, уважаемый?

СЛУШАТЕЛЬ АЛЕКСАНДР – Здравствуйте. Зовут меня Александр.

А.НАСИБОВ – Слушаем Вас.

СЛУШАТЕЛЬ АЛЕКСАНДР – Вот вы знаете, я как бы тот же вопрос хотел задать. Потому что вот очень много этнических русских, которые как бы хотят вернуться на родину, но не знают, как это сделать нормально.

А.НАСИБОВ – Понятно. Но так вот, подписал же президент соответствующий документ о программе, о мерах помощи.

СЛУШАТЕЛЬ АЛЕКСАНДР – А вот у меня опять же повтор вопроса, а действительно ли, сколько вот среди этих людей действительно этнических русских, которые хотят…?

А.НАСИБОВ – Скажите, пожалуйста, а сколько этнических русских среди находящихся вот сейчас в студии нашей радиостанции? Никогда такие подсчеты не ведем. Вам только что наша уважаемая корреспондент Ольга сказала, что она тоже не вела таких подсчетов. Там же ведь были, насколько я понимаю, не только этнические русские, там еще были, условно говоря, извините за такой термин, тех стран, откуда приехали они, правильно?

О.ТИМОФЕЕВА – Ну, конечно.

А.НАСИБОВ – Перечислите еще раз эти страны.

О.ТИМОФЕЕВА – Таджикистан, Азербайджан, Украина и Белоруссия, вот это те, с кем мы общались.

А.НАСИБОВ – Они принимают ценности нашей страны?

О.ТИМОФЕЕВА – Ну, я думаю, что да.

А.НАСИБОВ – Они говорят по-русски нормально?

О.ТИМОФЕЕВА – Говорят.

А.НАСИБОВ – Что еще надо?

О.ТИМОФЕЕВА – Я не представляю, что еще надо. Я считаю, что вообще, несправедливо разделение по национальности.

А.НАСИБОВ – Я думаю, достойный ответ. Здравствуйте. Как Вас зовут?

СЛУШАТЕЛЬ ДМИТРИЙ – Алло, здравствуйте, меня Дмитрий зовут.

А.НАСИБОВ – Откуда Вы звоните?

СЛУШАТЕЛЬ ДМИТРИЙ – Из Красногорска. Вы знаете, у меня такой вопрос: а на самом деле, не проще просто как бы увеличить плату и разрекламировать о том, что у нас такая зарплата? Ведь зарплата 8 тысяч для многих регионов – это действительно достойная зарплата. И может быть, не стоит прибегать к тому, чтобы иностранцев привлекать в нашу армию.

А.НАСИБОВ – Спасибо, Дмитрий. Александр, это, пожалуй, вопрос к Вам.

А.ГОЛЬЦ – Вы знаете, в общем-то, вопрос вполне себе законный. Но надо иметь в виду такую вещь: мы уже вползли в демографическую яму. И вот представьте себе: в этом году у нас 18-летнего возраста достигло 1.200.000 молодых людей, мальчиков. В 2011 году их будет всего 600.000. Это…

А.НАСИБОВ – Это через 5 лет.

А.ГОЛЬЦ – Да. Это означает, что вооруженные силы формировать по призыву, нравится это кому-то, не нравится это кому-то – просто невозможно будет, немыслимо. И вот эту историю, историю про иностранный легион я рассматриваю как то, что через пень колоду, с большим трудом, но наш генералитет, наше военное руководство все-таки пытается подготовиться, где-то подостлать мягко, чтобы хоть как-то подготовиться к этим проблемам, которые наступят в следующем десятилетии.

А.НАСИБОВ – Ну вот, Ольга, Глеб, вы видели 20 человек в этой части, да?

Г.ЩЕЛКУНОВ – Нет, поменьше.

А.НАСИБОВ – Поменьше. В одной части — 20 человек, таких частей две, ну, максимум 40 в двух частях. Правильно я понял?

О.ТИМОФЕЕВА – Ну, около того.

А.НАСИБОВ – Есть какие-то социологические исследования? Есть какие-то данные от военных, сколько в принципе таких желающих, служить в российской армии с перспективой получить российское гражданство?

О.ТИМОФЕЕВА – Мы не смогли получить такие данные, может, потому что совсем новая ситуация для российской армии.

А.НАСИБОВ – Ну, сколько это: тысяча, две, 10 тысяч? Эти 10 тысяч, они могут спасти нашу армию?

О.ТИМОФЕЕВА – Наверное, нет, просто военные говорят о восстановлении исторической справедливости. Была одна страна, и вдруг она разрушилась, и людям сказали, что все, вы – чужие, до свидания, это несправедливо было.

А.НАСИБОВ – 783-90-25. Здравствуйте. Вас зовут?

СЛУШАТЕЛЬ ВИКТОР – Здравствуйте. Виктор, Москва.

А.НАСИБОВ – Слушаем, Виктор.

СЛУШАТЕЛЬ ВИКТОР – Я еще раз хотел все-таки повторить несколько предыдущих вопросов, но вы как-то упорно не хотите на них ответить.

А.НАСИБОВ – Повторяйте вопрос.

СЛУШАТЕЛЬ ВИКТОР – Ну вот почему-то немцы своих могут идентифицировать по нации, евреи могут. Почему-то у нас этот разговор сразу обрывается.

А.НАСИБОВ – Сколько у нас национальностей в стране, Вы помните? Свыше 100. Почему мы должны делать акцент только на одну?

СЛУШАТЕЛЬ ВИКТОР – Ну, в Советском Союзе было 15 республик, у всех какие-то республики, края, у русских ничего нет. Как будто мы без роду, без племени. Так нельзя.

А.НАСИБОВ – А что, сейчас ничего нету, получается? Да, Виктор, получается?

СЛУШАТЕЛЬ ВИКТОР – Нет, ну, получается, что все нации как-то определяются по национальности, кроме русских. Только русским нельзя это делать.

А.НАСИБОВ – Спасибо, Виктор, за звонок. Я несколько… до конца вопрос и не понял. Кто понял вопрос из числа присутствующих в студии?

А.ГОЛЬЦ – Нет, ну, более или менее вопрос понятен.

А.НАСИБОВ – Отвечайте, Александр.

А.ГОЛЬЦ – Они бьют, все задающие вопрос, бьют в одну точку. Вот тех, кто по каким-то признакам предполагается этническим русским, чтобы у них были большие льготы при поступлении в армию. По-моему, подтекст такой. Я должен сказать, что так получилось, я не могу сказать, что я в восторге от нынешних российских властей, но в данном случае, наш президент демонстрирует гораздо более либеральные взгляды…

А.НАСИБОВ – Этнически именно Вы сказали?

А.ГОЛЬЦ – Да, вот это… подтекст ровно этот вот всех этих вопросов, это очевидно.

А.НАСИБОВ – Понятно.

А.ГОЛЬЦ – И я должен сказать, что Путин пошел гораздо дальше. Он говорит о том, что все граждане бывшего Советского Союза, родившиеся на территории Советского Союза, имеют право на переселение в Россию. Никто вот этих глупостей про этничность не задает в этих вопросах.

А.НАСИБОВ – Слушаем Вас. Здравствуйте.

СЛУШАТЕЛЬНИЦА НАТЕЛЛА – Здравствуйте.

А.НАСИБОВ – Вас зовут?

СЛУШАТЕЛЬНИЦА НАТЕЛЛА – Меня зовут Нателла.

А.НАСИБОВ – Откуда Вы звоните?

СЛУШАТЕЛЬНИЦА НАТЕЛЛА – Владикавказ.

А.НАСИБОВ – Слушаем Вас, Нателла.

СЛУШАТЕЛЬНИЦА НАТЕЛЛА – Я сама из семьи военнослужащих. И у меня мама русская, а отец грузин. Мне пришлось работать, знаете, везде: и в Грузии, и на Северном Кавказе. Я общалась и с Арменией, и с Азербайджаном, в общем, знаю ситуацию. Вы знаете, почему обидно, мне кажется, вот сейчас многие спрашивают по поводу этнического признака. Вот когда все 90-е годы были, я сама сталкивалась со многим, когда русских гнали ото всюду. Все говорили, что убирайтесь домой и тому подобное, у всех были свои как бы квартиры. Но когда русские приезжали к себе, они тоже там оказались чужие. Это несправедливо, потому что каждая национальность у нас имеет как бы свою национальную республику, а русские, нет. Вы еще знаете, какая ситуация была? Когда начали выезжать вот в Россию, вот начались трудные экономические времена, то все преимущества не русские имели возможность большего проникновения в Россию. Мне, знаете, что: обидно, русские должны тоже иметь свою…

А.НАСИБОВ – Нателла, у меня сразу вопрос. Как Вы относитесь…

СЛУШАТЕЛЬНИЦА НАТЕЛЛА – Они все бездомные.

А.НАСИБОВ – Нателл, мы обсуждаем сейчас не вопрос национально-государственного устройства России. Я…

СЛУШАТЕЛЬНИЦА НАТЕЛЛА – Надо способствовать, чтоб русский фактор тоже внедрялся в Россию.

А.НАСИБОВ – Я хочу спросить у Вас, как Вы относитесь к появлению иностранцев в российской армии? Пожалуйста.

СЛУШАТЕЛЬНИЦА НАТЕЛЛА – Вы знаете, что иностранцы все, но обязательно нужно, чтоб это были люди, у нас достаточно все, у нас отсекают люди мозги русские там или какие, а у нас должны пресекать люди, тоже избранные, не каждый у нас должен… Вы же знаете, у нас тоже, Вы прекрасно знаете, что может быть переваривание…

А.НАСИБОВ – Чуть компактнее, пожалуйста, слишком…

СЛУШАТЕЛЬНИЦА НАТЕЛЛА – … своих с чужими. Вы прекрасно знаете. Нужно, чтобы правильно служили, и своим давать, именно этническим русским больше преимуществ, чем…

А.НАСИБОВ – Понятно. Спасибо, Нателла.

А.ГОЛЬЦ – Мне любопытно, каким образом будут определять, этнических русских? Будут брать анализ крови? Голубые глаза, цвет волос, что это будет?

О.ТИМОФЕЕВА – Может быть, будут измерять череп.

А.НАСИБОВ – Ладно, все. Хватит на эту тему. В конце концов, это неблагодарная тема, и мы можем слишком далеко зайти.

СЛУШАТЕЛЬНИЦА ЛЮДМИЛА – Алло, добрый вечер!

А.НАСИБОВ – Добрый вечер

СЛУШАТЕЛЬНИЦА ЛЮДМИЛА – Я, слава Богу, не буду вам задавать этнических вопросов.

А.НАСИБОВ – Можете задавать этнические вопросы, но мне очень интересна Ваша точка зрения.

СЛУШАТЕЛЬНИЦА ЛЮДМИЛА – Вы уж простите наш народ бестолковый.

А.НАСИБОВ – Нет, у нас народ хороший. Не надо.

СЛУШАТЕЛЬНИЦА ЛЮДМИЛА – Откуда такой дым в мозгах?

А.НАСИБОВ – Откуда Вы звоните и как Вас зовут?

СЛУШАТЕЛЬНИЦА ЛЮДМИЛА – Людмила.

А.НАСИБОВ – Людмила, слушаем Вас.

СЛУШАТЕЛЬНИЦА ЛЮДМИЛА – Москва. Вы знаете, неплохо, конечно, привлекать ребят в показательные части, но когда же у нас будет система выстроена? Ведь это же невозможно вот… Представляете, как…

А.НАСИБОВ – Какая система?

СЛУШАТЕЛЬНИЦА ЛЮДМИЛА – Система, чтоб во всей армии был …как это сказать-то? Принцип преимущества порядка над понятиями…

А.НАСИБОВ – Ну вот, и пытаются. Спасибо за Ваш звонок, Людмила. Ну вот, и пытаются в отдельно же взятых двух частях, правильно говорю, Ольга, Глеб?

О.ТИМОФЕЕВА – Мы видели одну.

А.НАСИБОВ – Вы видели одну. Но написали про две.

О.ТИМОФЕЕВА – Мы написали про две, но это вся Россия. В любой военный округ можно прийти, и там найдется часть, в которую возьмут людей.

А.НАСИБОВ – Можно?

О.ТИМОФЕЕВА – Можно.

А.НАСИБОВ – Вот если к Вам сейчас за советом обратится человек, гражданин другой страны, бывшей советской республики, носитель паспорта другого государства по общепризнанным нормам и законам, если он сейчас обратится к Вам за советом? Ну, хочет служить в российской армии с перспективой получить гражданство России, что ему надо сделать?

О.ТИМОФЕЕВА – Ему нужно прийти в военкомат. Вот и все.

А.НАСИБОВ – И все?

О.ТИМОФЕЕВА – Да.

А.НАСИБОВ – А если он нелегальный рабочий?

Г.ЩЕЛКУНОВ – А что значит, нелегальный рабочий?

А.НАСИБОВ – Ну, если он приехал по турпутевке, а работает на стройке, без права работы, например. Если у него просрочена или нету регистрации по месту жительства.

Г.ЩЕЛКУНОВ – Зарегистрируется заново.

О.ТИМОФЕЕВА – Насколько я знаю, они помогают им, военкомат помогает таким людям.

А.НАСИБОВ – Помогает, Александр?

А.ГОЛЬЦ – Ну, в общем, есть случаи, когда и помогает. Иногда посылает к черту, иногда помогает. Это зависит от интереса данного конкретного военного к этой проблеме.

А.НАСИБОВ – Военкома?

А.ГОЛЬЦ – Военкома или работника военкомата.

А.НАСИБОВ – А мы никого к черту не посылаем, потому что мы – хорошая, добрая радиостанция «Эхо Москвы». Спасибо всем, кто нас слушал в программе «Своими глазами». Ольга Тимофеева, корреспондент газеты «Известия», автор статьи «Они сражаются за будущую родину», Глеб Щелкунов, фотокорреспондент газеты «Известия» были гостями нашей студии, Александр Гольц, заместитель главного редактора интернет-издания «Ежедневный журнал». Это была программа «Своими глазами». Обсуждали, кто, как и зачем служит в иностранном легионе. Беседу вел Ашот Насибов. Я с вами прощаюсь до завтрашнего дня. Всего доброго.



Самое обсуждаемое

Популярное за неделю

Сегодня в эфире