'Вопросы к интервью
М. ГАНАПОЛЬСКИЙ: Итак, программа «Своими глазами». В ней наши гости рассказывают о том, что они сами видели. Я приветствую Юлию Ларину. Здравствуйте.

Ю. ЛАРИНА: Здравствуйте.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ: Она телеобозреватель журнала «Огонек». И я приветствую внештатного корреспондента газеты «Известия» Ольгу Старченко. Здравствуйте, Ольга.

О. СТАРЧЕНКО: Добрый вечер.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ: Вот, давайте начнем. Во-первых, как вы там оказались, почему вам это оказалось интересно, с какого этапа вы решили наблюдать, как делается этот «Голубой огонек». Вот обо всем этом рассказывайте в два голоса, как Ильф и Петров.

Ю. ЛАРИНА: Хорошо. Я хотела сначала сказать, что рассказывать о том, как снимаются «Голубые огоньки», это задача такая, неблагодарная, потому что это все равно что рассказывать, как иллюзионист делает фокус, и фактически разоблачать его. То есть мы должны сказать, что на самом деле никакого зайца в цилиндре нет, на самом деле и цилиндра-то никакого нет, берется обыкновенная кошка, помещается в шляпу с полями и так далее. То есть вроде бы мы разоблачаем какую-то новогоднюю сказку и разрушаем ее, потому что на экране это все совсем по-другому смотрится. Поэтому, видимо, надо сразу оговориться, что здесь, как и в случае с фокусом, важен результат, то есть что в итоге получается. Если зритель доволен, если получает удовольствие от этой программы, значит, все делается правильно, а то, что проводится огромная работа, тяжелая работа, должно быть все слаженно и длится это месяц и даже больше, это действительно так. То есть вот эти «Голубые огоньки», они, как в советское время снимались достаточно продолжительное время, так и сейчас.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ: Ну, давайте, я вам как бы помогу, я напомню, что мы видим. Мы видим замечательно украшенный зал, бесконечно летящие конфетти, мы видим, обычно, вступительную песню, которую поют все герои, которые каким-то невероятным чудом собрались в этом зале именно в одно и то же время, подчеркиваю это обстоятельство, вы его потом прокомментируете. Мы видим, когда они поют, как другие звезды не меньшей величины сидят за соседними столиками и радостно переживают эту песню. Потом появляются ведущие, мы видим каких-то людей, которые аплодируют. Потом, одно оформление студии на каждую песню, а на другую песню оно другое, и вот это радостное настроение, вот одно за другим, бесконечный поток радости, летящего конфетти, все вот это, и потом поется финальная песня, и все звезды там собрались, и Алла Пугачева там присутствует, к примеру, присутствует, не присутствует, не важно, кто-то уровня Пугачевой, и вот этот невероятный парад звезд, радости, конфетти, елочных игрушек и песен, песен без конца, еще там бывают сатирики, юмористы, которые вдруг неожиданно вскакивают, поднимают бокалы, кричат «С Новым годом!», вот такое вот мы видим.

Ю. ЛАРИНА: Может быть, оставить вас в этом заблуждении?

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ: Ой, если бы это было заблуждение с моим 15-летним опытом работы на телевидении. Ну, расскажите. Это экран — то, что я вижу. А на самом деле?

Ю. ЛАРИНА: На самом деле, во-первых, куда мы приходим? Программа называется «Голубой огонек на Шаболовке». Приходим мы на «Мосфильм», потому что съемки уже не первый год происходят именно там, просто сейчас совсем другой размах праздника и другие масштабы, и ясно, что помещений прежних не хватает, и требуются огромные павильоны. Поэтому съемки проводятся на «Мосфильме». Мы приходим в огромный этот павильон, он действительно украшен так, как вы рассказывали, это не советские времена, когда кроме шариков за 5 копеек и конфетти ничего не было. Сейчас совсем другие технологии. Собственно, это отличает нынешние огоньки от программ прошлых лет. В этом году там вообще особенное какое-то было оформление и декорации, и все, кто приходил туда, это отмечали, говорили, что это даже какое-то ноу-хау, сцена была сделана из какого-то особого пластика, под ним светодиоды, и создавалось ощущение, что исполнитель то ли плывет над этой сценой, то ли сцена уходит у него из-под ног. В общем, это было что-то новое в оформлении в этом году. В этом зале две сцены. Перед сценой стоят столики.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ: А почему две сцены?

Ю. ЛАРИНА: Если слушатели видели этот «Голубой огонек», можно было заметить, что исполнители то на первой сцене, то на второй — меняются декорации, меняется картинка, и какое-то другое ощущение создается.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ: Но для зрителя должно создаваться ощущение одной сцены? То есть просто как бы меняется…

Ю. ЛАРИНА: Фон меняется, за одной сценой такая лежащая Шуховская башня, это единственное, что осталось, кстати, от Шаболовки, вот она в оформлении осталась. За другой сценой ее нет. Между этими сценами столики, где сидит массовка. Массовка — это артисты массовых сцен, человек 150, наверное, которые проходят отдельный кастинг, специально набираются для этих «Голубых огоньков», многие не первый год в этом участвуют, есть постоянные какие-то люди.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ: Кастинг у них еще есть?

Ю. ЛАРИНА: Да. Они мне так рассказывали, что они должны придти на кастинг в том костюме, в каком они будут сидеть на этом «Голубом огоньке». Это какие-то праздничные наряды…

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ: То есть тулуп дяди Вани не проходит?

Ю. ЛАРИНА: Не пойдет. Ну, если его хорошенько оформить праздничной мишурой, гирляндами, может быть.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ: Тогда будет Верка Сердючка.

Ю. ЛАРИНА: Она там уже есть, кстати. И, в основном, это наряды с выпускных вечеров у девушек или даже свадебные платья, вот они приходят на кастинг и там конкурс, и действительно считается престижным туда попасть, люди приезжают даже из других городов. Когда я была, в этот день до 12 ночи длились съемки и просто некоторые попросили, чтобы их отпустили, они опаздывали на последние электрички. Им за это платят какие-то деньги, потому что люди сидят по 12 часов в день, изображают радость от увиденного и услышанного, хотя на самом деле они слышат фонограмму и слышат, как по несколько раз, раз по шесть, записывается одна и та же песня или даже какие-то строчки из этой песни.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ: Ну да, потому что песни снимают немножко как клипы, и нужно их снять по-разному. Именно из-за этого? Это ж не просто делают шесть одинаковых дублей?

Ю. ЛАРИНА: Надо, чтобы мимика исполнителей совпала с фонограммой, потому что песня записана заранее, а сами певцы, они приходят по несколько человек, там есть определенный график, всех собрать, как мы это видим на экране, конечно, не удается. Исполнители не скрывают, что они приходят по два, по три раза на «Голубые огоньки» для записи. Я где-то читала интервью Льва Лещенко, он говорил, что главное в этом случае не перепутать, в какой рубашке придти, в какой рубашке ты был в прошлый раз на записи.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ: Ну, а ваши впечатления, Ольга, вы тоже были на этой записи?

О. СТАРЧЕНКО: Да, естественно. Что я хочу сказать, на РТР вот этот «Голубой огонек», в дополнение к тому, что сказала Юля, артистам выдают такие огромные плакаты, которые держат люди сзади, и они могут посмотреть всегда текст, то есть там написана та строчка, которую сейчас они должны спеть, открыть рот так, чтобы попасть в фонограмму, но некоторые, конечно, забывают все равно. Я была, когда записывали Валерию, она несколько раз не попала, тогда режиссер сказал, что мы просто воткнем куски массовки, потому что переснимать это все очень долго и муторно, и тогда там идут либо вот эти актеры массовых сцен, либо просто другая сцена, на которой стоят танцующие люди, либо какая-то мишура, летящая в кадр.

Ю. ЛАРИНА: Можно, кстати, объяснить, почему это делается, почему стоят люди с листами ватмана. Дело в том, что «Огонек» состоит из известных хитов, а также из песен пародийных, капустных номеров, которые пишутся специально для этого «Огонька», и вот эти номера, они одноразовые, они исполняются только в новогоднюю ночь, но, может быть, еще повторяются в Старый Новый год. И, видимо, просто артисты не успевают учить эти слова, и понимают, что в дальнейшем это не пригодится, поэтому какие-то строчки им действительно показывают два человека, стоящие посреди этого павильона на стульях и держащие листы ватмана.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ: Хорошо. А давайте теперь поговорим о хореографической части, что ли. Мы видим, что песни, каждая буквально вторая песня, она решена с каким-то танцевальным коллективом. Эти танцевальные коллективы — это коллективы вот этих людей, которые выступают, или там для перекрытия — ну, это в телевидении называется «перекрыть картинку», ну, вот это если не попал, если какой-то брак, то чем-то перекрывается. И вот там те, кто танцуют, их тоже снимают, многокамерная съемка. Это чьи коллективы? Каждый свой приводит или один коллектив для всех?

О. СТАРЧЕНКО: Насколько я знаю, там совершенно разные коллективы. Есть артисты, которые приводят свои коллективы, с которыми они сработались уже и много лет вместе, а есть артисты, которые просто рассчитывают опять же на каких-то танцоров специальных, которых тоже набирают на кастинг и они танцуют. Был номер «Блестящие» и Араш, они приглашали мюзик-холл, но это специально заранее оговорено, они пригласили. Иногда приглашают, вот, мюзикл «Кошки», это делал канал СТС, набрали его, и все танцоры этого мюзикла были в кадре.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ: Уже не первый год снимается «Голубой огонек» на том или ином канале, сейчас это бренд РТР. Чего вы ожидали, и что вас порадовало, и что вас там расстроило, когда вы пришли?

Ю. ЛАРИНА: «Огоньки» действительно снимаются именно под этим названием «Голубой огонек» уже с 98 года. Там был большой перерыв. Последний раз в 84 году в программе стояло вот это название «Голубой огонек». Дальше началась перестройка, делали другие программы, которые, конечно, были похожи на эти «Голубые огоньки», но назывались они иначе. И вот в 98 году канал «Россия» вернул это название. И он вернул идею этого «Голубого огонька». А идея на самом деле очень правильная, то есть они делают программу, которая создает у зрителя ощущение, что он сидит за одним столом с вот этими известными людьми, и в новогоднюю ночь поднимает вместе с ним бокалы с шампанским и отмечает наступление Нового года. Вот эта идея, она объединяющая, и действительно в наших условиях, когда страну уже практически ничего не объединяет, люди разобщены, есть расслоение в обществе, эта идея, она очень важная. Другое дело, что исчезло то, что было, может быть, в советские годы. Во-первых, исчезло общение. В тех «Огоньках» прежних хотя бы видимость общения в неформальной обстановке создавалась. Конечно, был написанный сценарий, конечно, по этому сценарию «Огонек» и шел, но тем не менее. Сейчас общения нет практически никакого ни между участниками этого «Огонька», ни со зрителями. Единственные ведущие перебрасываются какими-то шутками, а общение сводится к тому, что известные люди поднимают бокалы и поздравляют страну.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ: А какие известные люди?

Ю. ЛАРИНА: От Кобзона до Софии Ротару. И меня всегда удивляло, почему эти люди не готовятся как-то к этим поздравлениям, то есть чаще всего они говорят достаточно какие-то банальные вещи. Вроде бы у тебя есть возможность поздравить страну, и ты, как Путин, в этот момент, и тем не менее они говорят практически одинаковые фразы и, собственно, ничего неожиданного в этих тостах нет. Хотя, с другой стороны, может быть, в новогоднюю ночь страна именно эти простые, пусть и банальные слова, хочет услышать.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ: Вот здесь Николай — я напоминаю, что вопросы можно прислать на наш эфирный пейджер 725-66-33: «Очень хочется узнать, какой тариф оплаты за массовку». Это известно?

Ю. ЛАРИНА: Мне называли цифру люди, которые в массовке. Я не знаю, верна эта цифра или нет.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ: Но там почасовая оплата?

Ю. ЛАРИНА: Я думаю, за съемочный день. Мне говорили 400 рублей.

О. СТАРЧЕНКО: С учетом того, что дней съемочных обычно 10.

Ю. ЛАРИНА: Нет, там больше, снимается дней 17, если не больше, и снимается по 12 часов в день, до полуночи. Вообще, это тяжелая такая работа, но людям нравится.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ: Но людям нравится, рядом звезды.

Ю. ЛАРИНА: Конечно, да, и другой возможности послушать эти песни и быть в двух шагах от этих знаменитостей у них явно не будет.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ: Приятное с полезным. А как ведут себя эти звезды? Кого вы видели, кого снимали, как они себя ведут, как происходит этот процесс? Говорят, что звезды капризные.

О. СТАРЧЕНКО: Ну, не все звезды капризные. Вот, Валерия, она, в принципе, не капризная. Были какие-то моменты, какие-то нюансы, если нужно переснять дубль, если нужно как-то встать по-другому или сделать другой грим, она только за, и очень хорошо идет на компромиссы. То же самое могу сказать про Меладзе. У них был вместе номер, они очень мило работали, и режиссер, в принципе, был очень доволен. Другое дело, если, допустим, Филипп Киркоров. Звезда другой величины немножко. Он позволяет себе покапризничать иногда.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ: Ну, а в чем каприз? Вы видели?

О. СТАРЧЕНКО: Он позволяет себе диктовать режиссеру какие-то условия, то есть он говорит, что мне не понравилось, как меня сейчас сняли, он смотрит каждый свой дубль. После того, как он отснят, может сказать, что нет, такой ракурс меня не устраивает, давайте все переснимем. И все переснимают. То есть он не жалеет пленку.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ: Вот так вот жестко, да? Ну, пленку можно не жалеть, другое дело, что он выходит за рамки времени, которые ему отведены?

О. СТАРЧЕНКО: Да.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ: Вот здесь пришли некоторые сообщения на наш Интернет, ну, они носят такой, вкусовой характер, обычно я этого не читаю, но поскольку мы говорим о такой субстанции, как «Огонек». Влад, занимается машиностроением, он говорит: «Интересно, почему практически во всех «Голубых огоньках» снимаются одни и те же люди? Разве больше никого нет, кроме Билана, Киркорова, Моисеева и так далее?» Он имеет в данном случае «Голубые огоньки», просто другие программы новогодние, где тот же набор этих артистов. Как бы вы ответили на этот вопрос?

Ю. ЛАРИНА: Другие есть, но, к сожалению, только эти собирают миллионную аудиторию, собственно, поэтому их и приглашают. И, я думаю, что создатели этих новогодних программ эту проблему тоже чувствуют, потому что если вы заметили, последнее время тенденция такая, чтобы составлять неожиданные дуэты, трио, квартеты, то есть чтобы хоть немножко разнообразить картинку, и вроде бы получаются неожиданные сочетания, чего мы не видели, хотя каждого по отдельности мы видим каждый день. Таким образом выходят Филипп Киркоров с Веркой Сердючкой, как было в этот раз, Кобзон с новыми русскими бабками, Петросян с «Блестящими», Елена Степаненко с милицейским хором, и вроде бы у зрителя создается ощущение чего-то нового.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ: Ольга, я хочу вас спросить, вы человек такой, совсем молодой. Вас это все устраивает?

О. СТАРЧЕНКО: Честно говоря, не очень. Концепция «Огоньков», как они сами говорят, я спрашивала, они говорят — мы не меняем концепцию. Она как была, в принципе, такой и остается. Звезды те же, номера в принципе те же, они делают это для того, чтобы люди могли как-то ориентироваться проще, то есть чтобы если они заснули лицом в салате и проснулись через 10 минут, они все равно смогли увидеть знакомое лицо на экране, порадоваться за него.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ: Интересная задача у новогодней передачи музыкальной. Давайте послушаем новости, а потом вернемся к нашим гостям и продолжим разговор о музыкальных новогодних передачах.

НОВОСТИ

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ: Продолжаем программу «Своими глазами». Ольга, я так понимаю, что вы были на СТС, когда там снимали «Ночь в стиле детства». Ну, вот, расскажите, как это происходило.

О. СТАРЧЕНКО: Это совсем другой проект, чем РТР, это не «Голубой огонек», это сделано, скорее, в стиле мюзикла, как задумка режиссера. Они говорили, что мы хотим изначально уйти от «Голубых огоньков», от этой традиции сидения за столиками, поэтому они делают так, чтобы камера была как можно ближе к артисту, чтобы зритель себя чувствовал как будто на расстоянии вытянутой руки от него. Естественно, проект «Ночь в стиле детства», там было много игрушек, всяких декораций, лошадки различные, пещера, остров сокровищ, карусель, на которой крутилась группа «Корни», это все совершенно по-другому было. Снималось в том же 1 павильоне «Мосфильма» до РТР, то есть это было сделано, по-моему, конец ноября — начало декабря, делали все достаточно долго, по-моему, две недели длились съемки. Там тоже много звезд задействовано было, и ведущие были из сериала «Моя прекрасная няня», некоторые герои, не все. Максима Шаталина не было, там была баба Надя, сама няня, все дети.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ: Ну, понятно, они раскручивали свои проекты, это СТС делает регулярно. Ну и вот вам лично что понравилось, какой проект больше понравился?

О. СТАРЧЕНКО: Честно говоря, СТС мне понравился больше, потому что идея новая, интересная, красочная.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ: Новая в чем?

О. СТАРЧЕНКО: Новая в том, чтобы действительно отойти от «Голубых огоньков», вот этот мюзикл они сделали.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ: На НТВ, мы помним, еще Парфенов делал такие нетрадиционные передачи новогодние. Значит, вам новогодний огонек нравится меньше, а что-то эдакое нравится больше?

О. СТАРЧЕНКО: Да, оно интереснее смотрится, оно красочнее, и, потом, у них была очень выигрышная идея с детскими песнями, конечно, потому что это знакомо всем и интересно было посмотреть наших звезд, опять же, тех же самых, которых мы видим изо дня в день, только в детских каких-то костюмах или маскарадных. Там Борис Моисеев — водяной, или кто-то еще, ну, очень много всего было интересного.

Ю. ЛАРИНА: Это, кстати, интересный момент, потому что все время возникает вопрос, как долго еще «Голубые огоньки» в той форме, в какой они есть, продержатся. Они уже больше 40 лет, в 62 году появились. И тут важно, как много именно молодых людей сейчас смотрят «Голубой огонек». Его смотрит огромное количество людей, в прошлом году «Голубой огонек на Шаболовке» первое место занял в новогоднюю ночь, обогнав 1 канал, его действительно смотрят, но, вот как много молодых, потому что молодых оттягивают сейчас другие каналы, и они оттягиваются вместе с СТС, ТНТ, Муз-ТВ и MTV. И через какое-то время, лет через 5, через 10, может быть, у этих людей слова «Голубой огонек» никаких чувство особых, как сейчас у старшего поколения, вызывать не будут. Это все равно, что, допустим, если сейчас человека в возрасте спросить, с чем у него ассоциируется цифра 21.00, он, конечно, скажет «программа «Время», а если спросить подростка, он скажет реалити-шоу «Дом-2», потому что он тоже выходит в 21.00. И вот это очень важно, будут ли молодые люди сейчас смотреть эти «Голубые огоньки» в той форме. Может быть, поэтому канал «Россия» пытается привлечь помимо Кобзона, Софии Ротару и Леонтьева каких-то нынешних звезд, в том числе участников этих проектов, которые идут на канале, «Народный артист» и «Секрет успеха», чтобы были какие-то лица и люди, популярные у молодых.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ: А, вот, скажите, сами вы посмотрели новогодний эфир в большей или меньшей степени? Вот Ирина Петровская, вы знаете, она традиционно все записывает на видеомагнитофон, и после этого себя истязает, как плеткой, она смотрит все эти передачи, ну, обязанность такая. Вот вы это дело посмотрели. В принципе, вас Новый год удовлетворил? Какие-то ваши ожидания, ваши представления о том, что должно быть?

Ю. ЛАРИНА: Я Новый год провела на премьере фильма «Дневной дозор», поэтому я записала на видеомагнитофон именно «Голубой огонек» канала «Россия», я его потом посмотрела, мне интересно было сравнить, что я видела на съемочной площадке и как это потом появилось в эфире. Именно эта программа, скорее, удовлетворила меня, хотя там была масса моментов, которые на площадке выглядели так, а в эфире выглядели совсем иначе, это как раз то, о чем вы говорили, что люди сидят аплодируют другим звездам, на самом деле этих звезд в тот момент не было, это монтаж. Но, собственно, так было всегда, начиная с 70-х годов, когда появилась запись, «Голубые огоньки» записывались в разные дни, и люди сидели за столиками и радовались номеру, который они не видели, потому что он записывался накануне. Так делалось всегда, так делают и другие каналы, телевидение — это монтаж, это понятно. Я даже иногда думаю, вот так вот окажешься на записи какого-нибудь телевизионного концерта, будешь радостно смеяться шутке Жванецкого, а дальше программу смонтируют и твое лицо улыбающееся покажут во время выступления, допустим, Елены Степаненко, и никогда не оправдаешься перед знакомыми.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ: Ну, уж вы прямо, зачем так… Вот тот же вопрос к Ольге. Как вы себе представляете новогоднее телевидение, что это должно быть такое? Вы человек молодой, сейчас принято говорить, что вам строить эту страну. Чего бы вам хотелось от Нового года и насколько реализовались ваши ожидания?

О. СТАРЧЕНКО: На самом деле ожидания в принципе реализовались на том же СТС, на 1 канале был очень неплохой проект, я посмотрела часть, и, в принципе, удовлетворил моим ожиданиям. РТР, как я сказала уже, не очень, не знаю, может быть, это просто вот эта концепция, которая не меняется, и она просто надоедает, потому что проект очень похож на «Субботний вечер», и мы видим постоянно, изо дня в день практически.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ: А что за «Субботний вечер»?

О. СТАРЧЕНКО: Это проект на канале «Россия», он выходит каждый субботний вечер.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ: А что это такое?

Ю. ЛАРИНА: Его делает та же команда, что делает «Голубые огоньки», режиссер Игорь Морозов.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ: А, то есть это как маленький, мини-огонек?

Ю. ЛАРИНА: Да, но на самом деле это немножко другая программа, потому что для «Огонька» делаются специальные какие-то номера, пишутся, которые исполняются только в этой программе. А «Субботний вечер» — это концертные номера, их можно услышать в другой день.

О. СТАРЧЕНКО: Ну, вот, очень интересно было СТС смотреть.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ: Вы сейчас говорите, в основном — вот, это мне понравилось больше, чем вот это. А я спрашиваю вот так, что если представить себе, что сбываются мечты, вот что бы вам хотелось увидеть в Новогоднюю ночь? Попробуйте предположить что-то, представить себе. Сразу будет понятен разрыв между тем, чего вам хочется и тем, что вы увидели.

О. СТАРЧЕНКО: Ну, что-то необычное. Например, не знаю, по крайней мере, не тех артистов, которые в принципе уже приелись на эстраде. Может быть вывести какие-то новые лица.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ: Ну, вот, Юлия говорит, что тут же господин рейтинг имеет значение, поэтому Сердючка должна быть и там, и там, и Киркоров должен быть и там, и там. Правда, они как-то так расходятся по номерам, тут один номер, там другой номер, чтобы артист совсем не позорился, но, тем не менее, должен же быть этот набор джентльменский. Как же быть?

О. СТАРЧЕНКО: Ну, вот, я не знаю, как быть. Потому что без них, без этих старых уже, продуманных и хорошо скомпонованных номеров, наверное, рейтинга действительно не будет, но они смотрятся как-то устарело, хотелось бы увидеть новые лица.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ: Ну, вот эти новые лица, они же были, группа «Корни», еще какие-то, там же было много молодых, Дима Билан мелькал.

О. СТАРЧЕНКО: Группа «Корни», они уже тоже, в принципе, достаточно известны, не первый год, уже года два мы их знаем. А вот совсем новые исполнители.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ: Ну, вы же Пупкина не будете смотреть. Вот вам скажут — сейчас поет Пупкин, у вас сразу мелькнет мысль, что Пупкин проплатил и поэтому попал в этот концерт, вы даже его слушать не будете, вы развернетесь и переключитесь на другой канал, потому что у вас будет точное ощущение, что мы живем в мире капитализма и Пупкин проплатил.

О. СТАРЧЕНКО: Но если этот Пупкин достаточно талантлив, чтобы исполнить что-то действительно на уровне…

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ: Я, знаете, почему это спрашиваю, потому что Александр Ахтырко из Саратова, студент, он прислал такое сообщение по Интернету: «Уважаемые Юлия и Ольга, а какими вы видите альтернативные варианты новогодних передач. Что вы можете предложить на смену этим «Огонькам»?» Вот такое он спрашивает.

Ю. ЛАРИНА: Телевидение пытается предложить ежегодно, потому что «Голубой огонек», он только на канале «Россия», а все остальные каналы пытаются делать какие-то другие проекты, более того, даже называют их. Например, канал Ren-TV называл раньше «Не голубой огонек», а в этом году «Новогодний не огонек» он назывался, то есть даже в названиях пытаются что-то противопоставить вот этим известным проектам.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ: Ну, вот насколько это было удачно? Здесь, например, спрашивают: «Понравилась ли вам новогодняя программа Ren-TV, дискотека 80-х?» — спрашивает Анна. Я, честно говоря, не видел.

Ю. ЛАРИНА: Я, к сожалению, тоже не видела в этом году, но я знаю, что предыдущие попытки Михаил Козырев делал на Ren-TV, если я правильно помню, они были достаточно удачными, они пытались не поп-звезд представить, а каких-то других исполнителей, которых мы меньше видим на экране. Ведь там сейчас действительно нет людей, которых бы не знала вся страна, потому что, если обратили внимание, не только не объявляются исполнители, их не объявляют, но даже титров нет, подразумевается, что все знают, что это «Блестящие», это «Сливки», умеют их отличать, и если на первых огоньках в 60-е годы на столах стояли таблички с именами и фамилиями гостей и участников, чтобы операторы и ведущие не ошиблись, тогда ведь в прямом эфире шли эти огоньки, то сейчас такой необходимости нет. Тех, кто приходят и выступают, их знает вся страна, других там просто нет.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ: Ну, вот, видите, как хорошо, что эти передачи уже достигли своего совершенства. Я еще подолью даже масла как бы в огонь альтернативных передач, они у меня сейчас будут гореть на огне. Мы как раз провожали старый год, начали это делать в 11, ну, а там беснуется наша эстрада, и зашел немедленно разговор о том, что, вот, опять эта эстрада беснуется. А потом кто-то сказал, ну, а что, если бы сейчас что-то там чуть поинтеллектуальнее было, мы бы это смотрели? У нас тут салат заветривается, и уже как-то водка стынет, кому это надо? Поет она там себе, кричит, кривляется, прыгает, и, действительно, там прыгают вовсю просто, мишура летит, серпантин, и вдруг мы сошлись в таком мнении, что оно как-то все очень хорошо. Потом, правда, было разочарование, потом, у меня дома спутниковое телевидение, я посмотрел, что происходит в других странах в этот момент. Даже не буду вам говорить, это предмет другой передачи.

Ю. ЛАРИНА: Ну, что все-таки?

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ: Ну, например, итальянцы начали где-то в 9 вечера, и на огромной площади — был сильный мороз — был живой концерт в прямом эфире, где сидел огромный оркестр, играл живьем, выходили все итальянские звезды всей итальянской эстрады, выходили все известные люди, тут же наливалось шампанское, это было удивительное единение народа даже не с артистами, я бы сказал, а даже не знаю, с кем, но было такое единение страны. Итальянское телевидение очень специфическое, оно обогнало нас где-то приблизительно на 5 тысяч лет, как японцы обогнали нас на 5 тысяч лет с электроникой различной, просто как бы стилистически, изобретательно, идейно они делают такие решения… Ну, они простые человеческие решения, просто в основе многих западных компаний… То же самое в Германии было, но там земельное телевидение, очень многие, каждый из них по-своему, кто в помещении, кто как. Просто я хочу сказать, что возникает вопрос меры отсчета. Вот мера отсчета итальянского человека это итальянец, один итальянец. Ну, у нас как-то — страна, звезда и так далее. Ну, наверное, каждое хорошо для страны. У них же РАИ-1, есть канал РАИ, это государственный канал, и есть у них каналы Берлускони. У Берлускони было то же самое, только чуть по-другому. Там было на улице, а тут было в зале. А у нас один государственный канал, другой государственный канал… Там четко разное было, а у нас было все одинаковое, чтоб ты терялся. Не знаю, какой шаг правильнее, не знаю.

Ю. ЛАРИНА: Ну, прямого-то эфира у нас точно не было нигде.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ: Ну, прямого эфира, понимаете, еще раз повторяю, салат заветривается, а вы говорите о каком-то прямом эфире. Ведь дело в том, что прямой эфир, значит, что и начальство должно там быть. потом, кто-то может что-то сказать, понимаете? Кроме того, это гигантская площадь, это вопрос безопасности, там надо охрану поставить. Ну, вы понимаете, что люди будут убиты еще на зарождении этого замысла, просто будут уничтожены, подвешены за ноги, поэтому я не хочу сейчас говорить про западное телевидение. А что канал ТВЦ? Вы на него взглянули или это было по традиции отстойно?

Ю. ЛАРИНА: Нет, я, к сожалению, после полуночи не видела, я видела, что они показывали до полуночи. Там был юмор, были актеры Театра сатиры, но в любом случае тот огонек, который вышел, он, наверное, записывался еще при прежнем руководстве, это же понятно, это было раньше, поэтому думаю, что было в тех традициях, в каких на ТВЦ снимались эти традиции и в прежние годы.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ: Да. Марк Леопольдович тут пытается воспитывать нашу юную Ольгу: «Передайте Ольге, что слово «проект» обозначает только задумку. Если она уже осуществляется или выходит на экран, то это не проект, а программа или передача». Марк Леопольдович, как мы с вами отстали от жизни. Проектом называется, ну, в общем, короче говоря, это проект, мой дорогой. И человек, например, снял фильм, и он говорит «мой проект», потому что он не только фильм снял, он называет все это проектом, потому что фильм — это только часть этого проекта, где совсем другие еще бывают составляющие части. Еще, смешно: «Новые лица могут появиться. Главное, что нет новых мелодий типа «Besa me mucho», нет новых песен, которые бы пели все, нет шуток, которые бы стали общими афоризмами». «Самое лучшее для новогоднего вечера — выключить огоньки-клоны. Смотрел на новый год «Тоску» Пуччини в исполнении театра «Ла Скала», это было лучшим решением». Ну, будем подводить итог. Значит, как, зрители достойны своих огоньков, а свои огоньки достойны зрителей? Что-то типа так?

Ю. ЛАРИНА: Пока получается так. Я еще раз хочу повторить, что, в принципе, задача, которую ставит «Голубой огонек», она правильная, это попытка объединить страну. Другое дело, что сейчас…

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ: Вы считаете, что ставится именно такая задача?

Ю. ЛАРИНА: Да. Режиссеры говорят, что это так же, как и было 40 лет назад, что люди празднуют вместе со звездами по другую сторону экрана, и они даже приводят этот пример, что вроде бы они сидят за одним столом с ними. Другое дело, что сейчас это все сузилось, если в советские годы страна как-то была представлена на огоньке, действительно, были люди из разных городов, из разных республик, там всегда сидели какие-то герои труда, сошедшие с гор, или из Средней Азии приехавшие, сейчас ничего такого нет, сейчас фактически Москва празднует сама с собой, и вот это плохо.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ: Нет, Москва даже не празднует сама с собой, вы затронули, может быть, самую болезненную тему, что это единение их там с самими собой, потому что Москва, она ведь тоже разная, и москвичи, если там появляется Буйнов, он, конечно, москвич, но дело в том, что он представитель чего? Или Кобзон, он тоже представитель чего? Конечно, мы сейчас можем смеяться над перекошенными от напряжения лицами известных доярок, которые появлялись в старых огоньках, которых вы, Ольга, не видели, они там поднимали бокалы и натужно, с ними там 5 часов репетировали, они говорили «пьем за родную коммунистическую партию», это, конечно, все было глупо, пошло, идиотски, но как-то была на телевидении представлена страна. Мне странно, Юлия, что вы повторяете то, что вам говорили эти режиссеры, которые выдают желаемое за действительное. Да нет там страны.

Ю. ЛАРИНА: Нет, я не говорю, что она там есть. Они хотят эту идею воплотить.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ: А есть там освоение бюджета, сумасшедшие гонорары звездам, песни под фонограмму, ничего живого, бесконечные конфетти и такой обман гомункулус, химически, который якобы должен объединить страну. Как он может объединить страну, вот это бесконечное пение, причем, как это, страна должна делиться на 1/2? Смотреть тех же артистов на одном канале, других артистов на другом канале? Смотреть вот эту машину, которая без души, которая не имеет никакого отношения к празднику за вашим столом?

Ю. ЛАРИНА: Я говорю только о том, что правильная сама идея. Вы же сами сказали, что в Италии, когда вы смотрели это телевидение, было ощущение, что люди объединяются.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ: Так они там и объединялись, потому что для них был концерт.

Ю. ЛАРИНА: Я понимаю, да, и вот хотелось бы, чтобы это было и у нас.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ: А, это другое дело. Это правильно, что хотелось бы. У нас осталось буквально две минутки. Что бы вы еще добавили из того, что вам запомнилось на этих записях, такое яркое? Например, кто-то грязно ругался матом и вы сейчас назовете фамилию этого человека, чтобы опозорить его на всю Россию.

Ю. ЛАРИНА: Нет, ничего такого не было, наоборот, была очень такая приятная обстановка, и Николай Басков общался с массовкой, мне очень понравилось, как он это делал, он пел какие-то арии, он рассказывал анекдоты, было очень непринужденное общение. Я присутствовала при записи песни «5 минут», с которой начинался этот «Голубой огонек», в ней человек 50, наверное, участвовало исполнителей, и, я думаю, ее записывали, наверное, как раз этот месяц целый, потому что люди приходили в разные дни. При мне записали всего несколько строчек. Потом, когда я увидела ее на экране, я поняла, что это самое сложное было — записать одну вот эту песню.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ: А у вас?

О. СТАРЧЕНКО: Мне почему-то в голову приходит очень грамотно сделанная реклама «Би-Лайна» на канале СТС. Там взяли декорации, просто эти деревья, которые там были, они расписали в черно-желтый цвет, и все, то есть не было никакого, там, нас спонсируют, а просто деревья.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ: Да, просто стояли деревья, расписанные в черный и желтый цвет, и никакого намека на «Би-Лайн». Ну, что ж, спасибо вам большое. Вот такие впечатления наших гостей. Дай Бог, чтобы то, что вам хотелось бы увидеть в следующий Новый год, хотя бы частично осуществилось. Спасибо вам большое. До встречи.

Ю. ЛАРИНА: Спасибо.

О. СТАРЧЕНКО: Спасибо.



Самое обсуждаемое

Популярное за неделю

Сегодня в эфире