'Вопросы к интервью
С. ШЕВАРДНАДЗЕ: Добрый вечер, у микрофона Софико Шеварднадзе, это программа «Своими глазами». И у нас прекрасные сегодня гости.: Марьяна Наумова, трижды чемпионка мира, абсолютная рекордсменка в жиме штанги лежа среди девушек-подростков; и Александр Наумов, тренер и также папа Марьяны, я так понимаю. Северная Корея своими глазами, мы очень любим эту тему. Марьяна, во-первых, скажи, когда ты оттуда вернулась и сколько ты времени там провела.

М. НАУМОВА: Вернулась я буквально, наверное, дней 10 назад. Была я там примерно 6 дней. Ну, и, конечно, мы еще немного задержались в Китае, так, чтобы посмотреть.

С. ШЕВАРДНАДЗЕ: А как ты вообще туда попала? Вас правительство послало, у тебя там были какие-то соревнования? Потому что Северная Корея – это не та страна, куда спортсмены так уж часто попадают и ездят.

М. НАУМОВА: К сожалению, соревнования там не проводятся, но попала я туда очень интересно. Так как я комсомолка, и кто-то случайно как-то задал мне вопрос: Марьяна, наверное, ты хочешь жить, как в Северной Корее? Об этой стране я особо ничего не знала, так как она закрытая, информации мало. И я начала смотреть информацию в интернете, вылез ваш разговор с Ксенией Собчак 2009 года вроде бы.

С. ШЕВАРДНАДЗЕ: Когда она тоже ездила в Северную Корею.

М. НАУМОВА: Да-да. И, конечно, я немного ужаснулась и немного еще поискала в интернете, как возможно туда попасть, в эту страну. И поняла, что…

С. ШЕВАРДНАДЗЕ: Ты ужаснулась, тем не менее, тебе захотелось туда поехать?

М. НАУМОВА: Это что-то экзотичное, это что-то новое. Потому что я уже была в разных странах, и, конечно, хотелось бы туда попасть, посмотреть, как там развит спорт и вообще что там такое.

С. ШЕВАРДНАДЗЕ: Из-за комсомола или просто интерес туристический?

М. НАУМОВА: Просто, конечно, интерес. Я спросила у папы, он тоже об этой стране особо ничего не знает, и он мне подал идею написать письмо Ким Чен Ыну.

С. ШЕВАРДНАДЗЕ: Ух ты!

М. НАУМОВА: И, в общем, буквально на следующий день я отправила письмо, рассказала там немного о себе…

С. ШЕВАРДНАДЗЕ: Куда ты отправила письмо?

А. НАУМОВ: В посольство.

М. НАУМОВА: На имя Ким Чен Ына, в посольство, да. И буквально через, наверное, пару дней пришел ответ. Потом мы прошли собеседование в посольстве….

С. ШЕВАРДНАДЗЕ: Ты ему пишешь: дорогой Ким Чен Ын, меня зовут Марьяна Наумова, я очень хотела бы приехать к вам.

М. НАУМОВА: Да, я такая-то такая-то и хотела бы посетить какие-нибудь пионерские организации, воинские части с какими-то такими семинарами и просто вообще посмотреть, как…

С. ШЕВАРДНАДЗЕ: А ты сказала, что ты яростная комсомолка, и тебя это все интересует.

М. НАУМОВА: Да, конечно. Вот. И я, конечно, очень удивилась, когда пришел ответ, пришел он быстро. И через пару дней мы уже были в посольстве, нам поставили корейские визы. Конечно, я просто не ожидала, что я смогу туда попасть, в эту страну.

С. ШЕВАРДНАДЗЕ: Так, ну, рассказывай. Ты там провела неделю.

М. НАУМОВА: Да, были мы там неделю, и каждый день были какие-то мероприятия.

С. ШЕВАРДНАДЗЕ: Вы прибыли столицу. Расскажи вот с начала. Ты прилетела в столицу.

М. НАУМОВА: Да, с самого-самого начала. Путешествие, конечно, началось с московского аэропорта, и там уже на нас люди смотрели как-то странно, работники…

А. НАУМОВ: … стойки регистрации.

М. НАУМОВА: Да. И начали смотреть, куда мы едем, в Северную Корею, начали задавать нам вопросы.

А. НАУМОВ: Все сбежались и расспрашивать начали: что вы там забыли? Это уже в Шереметьево началось. Мы так удивились. Мы оказались единственные, кто летит, по крайней мере вот в эти дни ближайшие.

С. ШЕВАРДНАДЗЕ: А, вот я хотела спросить: в самолете вы были одни?

А. НАУМОВ: Это через Пекин рейс. То есть, мы интересовались, как нам отправить багаж в Пхеньян.

М. НАУМОВА: Чтобы он не затерялся.

А. НАУМОВ: Сбежалась куча людей, все советовали, как, чего, и все искали. То есть, это было неординарное событие для аэропорта Шереметьево.

С. ШЕВАРДНАДЗЕ: И как багаж, прибыл вовремя?

М. НАУМОВА: Мы его все-таки решили забрать в Пекине, потому что там все вещи, моя еда на три дня, и я очень волновалась, и лучше мы бы забрали этот багаж в Пекине.

С. ШЕВАРДНАДЗЕ: А у тебя какая-то специальная еда, которую ты постоянно с собой носишь?

М. НАУМОВА: Ну. не постоянно, но, в принципе, да, потому что, конечно, я наслушалась всяких разных мифов о том, что там, кроме риса, собак, ничего не едят, я взяла с собой еды.

С. ШЕВАРДНАДЗЕ: В смысле, ты в Северную Корею со своей едой поехала, не то что всегда?

М. НАУМОВА: Да-да-да. Ну, в принципе, я всегда таскаю с собой контейнеры, у меня специальная диета спортивная, но не в этом суть. На три дня у меня было заготовлено еды, специальный морозильный пакет. Взяла я также с собой овсянку, чай и так далее. Вот. И не хотела, чтобы это все потерялось.

С. ШЕВАРДНАДЗЕ: Александр тоже со своей едой туда поехал?

А. НАУМОВ: Нет, я в этом более неприхотлив, поскольку я уже не выступающий…

С. ШЕВАРДНАДЗЕ: Могли бы и на рисе продержаться, да?

М. НАУМОВА: Мы были к этому готовы уже.

А. НАУМОВ: Мы так очень готовились. Кипятильник взяли, чай. То есть, мы так поначитались информации, что ничего нету, что это нищая, очень голодная страна, и ехали, уже подготовившись на максимум, скажем так.

М. НАУМОВА: Были готовы к худшему.

С. ШЕВАРДНАДЗЕ: А из Пекина самолет полный был?

М. НАУМОВА: Да, был новенький самолет Ту-204, в красных таких чехольчиках сиденья. Стюардессы, как на подбор, очень красивые. И также там были телевизоры, где показывали корейские какие-то передачи о цирке.

С. ШЕВАРДНАДЗЕ: Кормили вас в самолете? М. НАУМОВА: Там выдавали напитки, лимонад…

А. НАУМОВ: И корейский гамбургер. Мы очень удивились.

М. НАУМОВА: Корейское пиво.

А. НАУМОВ: То есть, хлеб, котлета и листы капусты. Он назывался гамбургер. То есть, они давали прямо вот корейский гамбургер. Мы очень удивились.

М. НАУМОВА: Папа его попробовал, конечно.

А. НАУМОВ: Да, я отщипнул кусочек. Очень съедобно, очень вкусно, кстати.

С. ШЕВАРДНАДЗЕ: Очень съедобно.

(смех)

А. НАУМОВ: Ну, я прямо всего ожидал. Мы ехали, как… понимаете, с огромным интересом, но с каким-то тайным ужасом. То есть, все знакомые, все хватались за голову и желали нам счастливого возвращения оттуда. То есть, вот все буквально. Кто спрашивал: вы куда едете? В Северную Корею. В какую Корею, в Северную?

М. НАУМОВА: Вы не ошиблись?

С. ШЕВАРДНАДЗЕ: А вы, когда ваша дочка вам сказала, что, папа, я хочу в Северную Корею, я сейчас послала письмо Ким Чен Ыну…

А. НАУМОВ: У меня интерес возник тоже, то есть, очень захотелось. Никто из знакомых, вот никто, там, даже знакомые знакомых – никто там никогда не был, и я решил: не использовать этот шанс – ну, очень глупо просто.

С. ШЕВАРДНАДЗЕ: Но страшно вам не было, во всяком случае?

А. НАУМОВ: Было интересно и так… необычно как-то.

С. ШЕВАРДНАДЗЕ: Ну, в общем, попробовали корейский гамбургер, прибыли в аэропорт Северной Кореи столицы. И вас там кто-то встретил, или просто так прошли паспортный контроль?

М. НАУМОВА: Конечно, я немного ожидала, что там на нас будет какое-то особое… особый досмотр, то есть, будут проверять все вещи. Конечно, я боялась, что отберут телефон. Но, в принципе, мы прошли, даже пропустили воду. Телефон не отобрали, как-то особо ничего не досматривали.

А. НАУМОВ: Я даже смог фотографировать в аэропорту этих военных всех. Мы смотрели и думали: что происходит? То есть, мы… я вот вынул телефон, щелкал прямо на регистрации этих военных, Марьяну, зал…

М. НАУМОВА: То есть, ничего странного мы не увидели.

А. НАУМОВ: Абсолютно. Как вот в любом городе, в Москве, в Европе, в США – то есть, абсолютно один в один все.

С. ШЕВАРДНАДЗЕ: Значит, вы прошли паспортный контроль, сфоткали военных. И потом что, на такси сели? Как вы доехали?

М. НАУМОВА: Нет, нас встретили два гида: одна – молодая девушка лет 25, вторая – женщина лет 40. И водитель. Они нас очень мило встретили, провели до микроавтобуса, и мы поехали уже в отель. Конечно, я в отеле ожидала увидеть какую-нибудь такую полуразвалину, непонятную какую-то гостиницы. Но, в принципе, нормальный отель, то есть, все чистенько, аккуратненько, красивенько.

А. НАУМОВ: Двухэтажный маленький отель на острове.

С. ШЕВАРДНАДЗЕ: На каком острове?

А. НАУМОВ: Там в центре Пхеньяна есть остров, на котором находится стадион, или 1 мая он называется, самый большой стадион в Северном Корее. Там проводились всемирные игры, по-моему, молодежи – что-то такое. И гостиница, видимо, от этого стадиона, она находится в пределах 100 метров. Двухэтажный отельчик, сауна, веранда, номер, ну, обычный.

С. ШЕВАРДНАДЗЕ: А на что это похоже? На советское какое-то здание?

М. НАУМОВА: Нет-нет.

С. ШЕВАРДНАДЗЕ: Это типично северокорейское или корейское?

А. НАУМОВ: В Прибалтике были – что-то вот такое. То есть, там это было не экзотическое, вот обычное блочное такое здание. То есть, обычный отельчик, вот как бы ничем не примечательный, не экзотический, ничего, самый обычный, просто вот отель.

С. ШЕВАРДНАДЗЕ: Там были люди или вы были единственные?

М. НАУМОВА: Нет, там были люди, конечно: гиды, китайцы, даже американец был какой-то.

А. НАУМОВ: Но он куда-то уехал потом.

М. НАУМОВА: Мы его только раз видели в этой гостинице.

А. НАУМОВ: Один день он там был. Он с нами летел в самолете, он вез какие-то тарелки. Видимо, журналист. То есть, он ехал с какой-то аппаратурой. Побыл день, и он потом уехал куда-то.

С. ШЕВАРДНАДЗЕ: Ок, значит, отель прекрасный, похож на прибалтийский…

А. НАУМОВ: Хороший.

С. ШЕВАРДНАДЗЕ: Хороший.

А. НАУМОВ: Ну, как бы обычный.

С. ШЕВАРДНАДЗЕ: Не развалина, во всяком случае.

А. НАУМОВ: Нет-нет, абсолютно.

С. ШЕВАРДНАДЗЕ: Итак, первый день. Вы приезжаете в отель…

М. НАУМОВА: Мы приехали уже почти вечером, и нам назначили встречу. Приехал человек из министерства, мы обговорили наш план действий на ближайшие 5 дней, что, куда мы будем, где будем мы что посещать, обговорили все.

С. ШЕВАРДНАДЗЕ: Но ты ему сказала, что ты хотела видеть, да? Или он сам тебе предложил?

М. НАУМОВА: Они предлагают программу, мы просто, если что-то хотим дополнить, что-то посмотреть, мы об этом говорим. А так, в принципе, программа нам понравилась.

А. НАУМОВ: Очень удивились, на каком уровне ее встретили. То есть, я сам все ходил и думал: черт, может быть, они что-то ошиблись? То есть, нас встретили двоих как мини-делегацию.

С. ШЕВАРДНАДЗЕ: Слушайте, ну, чемпионка мира, Александр.

А. НАУМОВ: Понимаете, мы не привыкли к такому. То есть, обычно к спортсменам все-таки отношение не настолько… то есть, нас обслуживали, вот именно нас, как каких-то прям официальных… не знаю, я не могу подобрать даже слово. Приехал человек, не помню имя, со значком Ким Ир Сена. Он сказал, что он представитель Трудовой партии Кореи, что он очень рад, что получили они письмо, и они хотели бы… он говорит, мы готовы выслушать ваши… вот что вы хотите посетить? Мы сказали, что спортивные объекты, детские объекты и какие-либо достопримечательности. Он сказал: ок, все вот, что вы хотите, наша… Я так понял, им поставили установку обеспечить нас как бы вот свободой вот этой вот, то есть, выбора. Нам не навязывали ничего абсолютно.

С. ШЕВАРДНАДЗЕ: И какая была программа, скажи, опиши, что они вам предлагали?

М. НАУМОВА: Вначале мы завтракали, и до обеда у нас была программа посетить какие-нибудь достопримечательности, в каждые дни разные. И также была программа после обеда. Что именно было? В основном какие-то памятники. В первый день мы, конечно же, посетили скульптурный ансамбль на холме Мансу, вот эти вот огромные-огромные статуи Ким Ир Сена и Ким Чен Ира. Конечно, это просто нереальные какие-то размеры, я даже такие статуи в принципе нигде не видела.

С. ШЕВАРДНАДЗЕ: Ты знаешь, у нас был господин Проханов в прошлый раз, который тоже рассказывал про Северную Корею, и он сказал, что когда он увидел эти статуи, он окаменел. Очень впечатляет.

М. НАУМОВА: У нас примерно что-то такое же было, потому что это огромное просто.

А. НАУМОВ: Играет музыка, там очень тихо вот играет музыка. Это целая… как сказать? Посещение этого мемориала – это целая…

С. ШЕВАРДНАДЗЕ: Это ритуал такой, да?

А. НАУМОВ: Да. То есть, ты уже подходишь, уже настроенный торжественно.

С. ШЕВАРДНАДЗЕ: Практически как религиозный ритуал, он говорил, это очень похоже…

А. НАУМОВ: Торжественная музыка играет, значит, люди идут все…

М. НАУМОВА: Приходят, кланяются.

А. НАУМОВ: … с восторженными лицами. То есть, они идут, знаете, как к богу реально. Свадьбы там. То есть, у них это центр, это центр Кореи, это их храм.

С. ШЕВАРДНАДЗЕ: Вас это не потрясло, вас это не испугало немножко?

А. НАУМОВ: Очень интересно.

С. ШЕВАРДНАДЗЕ: Это все-таки отличается от того, как мы сегодня живем, да, в России?

М. НАУМОВА: Да, конечно.

С. ШЕВАРДНАДЗЕ: Россия – все-таки свободная страна на сегодняшний день…

М. НАУМОВА: Конечно, совершенно разные две страны. Но то, что я ожидала увидеть, я не увидела. Я не увидела что-то страшное, какую-то нищету. То есть, я была готова к совершенно чему-то ужасному. Но этого я не увидела всего.

С. ШЕВАРДНАДЗЕ: Нет, а конкретно вот когда вы подошли к этим статуям, увидели, как люди кланялись, как там играли свадьбы…

А. НАУМОВ: Я ощутил, что мне захотелось тоже поклониться. Это, понимаете, это вот витает в воздухе.

М. НАУМОВА: Какая-то это атмосфера такая.

А. НАУМОВ: Там огромный монумент, посвященный победам в труде, в войне, рядом. И в центре статуи ихних вождей. Мы уже подходили, и уже появляется такой настрой очень и торжественный, и какой-то очень странный.

С. ШЕВАРДНАДЗЕ: Поклонились-таки?

М. НАУМОВА: Конечно, конечно.

А. НАУМОВ: Это конечно. И мы еще удивились, нам никто не мешал там снимать абсолютно. То есть, мы ожидали…

М. НАУМОВА: Везде можно фотографировать. Потому что я слышала, что фотоаппарат у тебя забирают, либо ты фотографируешь только то, что тебе говорят гиды.

А. НАУМОВ: Ничего такого.

М. НАУМОВА: Мы фотографировали все, что нам вздумается. То есть, то, что я хотела видеть в своем объективе, я фотографировала, абсолютно все.

С. ШЕВАРДНАДЗЕ: А вас постоянно сопровождал гид, помощник?..

М. НАУМОВА: Два гида, да, они постоянно были с нами, также водитель, без них мы никуда не выходили, потому что все-таки они нам все переводили и знали город, везде нас водили.

С. ШЕВАРДНАДЗЕ: А когда вас видели люди, они как-то реагировали на вас странно или наоборот?

А. НАУМОВ: Мы тоже ожидали, послушав ваш эфир с Ксенией, что…

М. НАУМОВА: Она говорила, что она заходила в метро – и люди сразу затихали и смотрели в пол, боялись разговаривать между собой и с ней. Она говорила, что их могут допрашивать и так далее, они боятся общаться.

С. ШЕВАРДНАДЗЕ: Вы помните, в Советском Союзе была такая практика: когда иностранец останавливал советского гражданина на улице, те действительно боялись с ним поговорить, потому что потом могли вызвать в КГБ, допросить, что говорил, чего спрашивал.

А. НАУМОВ: Вы знаете, я, конечно, в Советском Союзе жил до 20 лет где-то примерно, но я такого не помню, честно. Но там мы заходили в магазины, причем неожиданно, то есть, ехали и говорим: мы хотим купить воды.

М. НАУМОВА: Заходили в обычный магазин, супермаркет.

А. НАУМОВ: На нас практически не обращали внимания люди. Ну, так вот они посмотрят – и все, и занимаются своими делами. С кем мы хотели фотографироваться: с пионерами на улицах, просто вот они шли, она подходила – никто… то есть, улыбаются люди, не отворачиваются, не убегают.

М. НАУМОВА: То есть, не какие-то дикари, как мы думали, обычные люди.

С. ШЕВАРДНАДЗЕ: Вы говорите, мы зашли в магазин купить воды. А что там еще было?

А. НАУМОВ: Все.

С. ШЕВАРДНАДЗЕ: Ну, например? Перечислите.

М. НАУМОВА: Фрукты, мясо, всякие печенья, чаи, даже выпивка какая-то была.

А. НАУМОВ: Выпивки много. То есть, алкоголя очень много, не столько алкоголя, сколько бутылочек разных. То есть, возможно, это и какие-то воды, настойки. То есть, я не переводил.

С. ШЕВАРДНАДЗЕ: Не пробовали?

А. НАУМОВ: Нет, я не попробовал даже пиво ихнее хваленое, потому что, ну, вот просто не стал я это делать. У них водичка минеральная очень вкусная, очень приятная. И также в магазинах очень много сушеных различных трав каких-то ихних экзотических…

М. НАУМОВА: Какие-то корешки, не понятные нам. Мы их не стали покупать и пробовать, посмотрели.

А. НАУМОВ: В целом, магазин напоминал где-то вот глубинку России, вот так вот.

М. НАУМОВА: Также я посетила большой супермаркет. То есть, он… не знаю, какие у нас, например, такие есть? Ну, как Пятерочка, например. Вот они похожие. Папа туда не заходил, но я искала овес, потому что овсянку я ем каждое утро, но, к сожалению, у них только рис. В принципе, супермаркет. То есть, там есть все, от еды, заканчивая шампунями и так далее.

С. ШЕВАРДНАДЗЕ: Но это только корейская продукция?

А. НАУМОВ: Китайской очень много. И, как я понял, экономики этих двух стран, они сейчас очень связаны. То есть, автомобили, техника, в отеле шампуни – практически все или китайское, или корейское.

С. ШЕВАРДНАДЗЕ: Сейчас все с Китаем связаны.

А. НАУМОВ: Зарубежных там практически нету: вот японских товаров, еще каких-то, поскольку рядом – но ничего нет. Китая, я думаю, им достаточно. То есть, обеспечено все, вот мы очень удивились этому.

С. ШЕВАРДНАДЗЕ: Марьяна, скажи, а тебе пригодилась твоя еда, или там было так вкусно, что ты даже?..

М. НАУМОВА: Первые три дня, конечно, я кушала свою еду. Но потом я подошла к гиду и попросила, вообще реально так же собрать мои контейнеры? То есть, у меня там, например, рис, какие-то овощи и курица, допустим. Она перевела и сказала, что это все можно сделать без соуса, как мне надо, без соли, там, только вареное. Я, конечно, очень удивилась, потому что даже в каких-то российских гостиницах мне этого не могли предоставить. Вот на следующий день мы приходим на завтрак, стоят эти три контейнера, все как надо, все как по заказу. И, конечно, я была очень-очень этому рада.

С. ШЕВАРДНАДЗЕ: Но ты ничего местного не пробовала, получается?

М. НАУМОВА: Мы вечером ужинали в гостинице, папа заказывал мясо, какой-то салат.

С. ШЕВАРДНАДЗЕ: А расскажите, что вы ели, Александр.

А. НАУМОВ: Значит, шашлык по-корейски – это мясо, порезанное очень тонкими ломтиками, которое вы сами жарите. Вам ставят на стол горелку и, значит, противень. И вы обжариваете и едите. Очень вкусно. Я просил чуть меньше специй.

С. ШЕВАРДНАДЗЕ: Мясо говяжье, вы спрашивали? А. НАУМОВ: Свинина, говядина – на выбор. Собаку я сразу сказал, что есть не хочу, потому что я люблю собак и не хочу просто это есть. Вот. И также мы ели еще кальмара.

С. ШЕВАРДНАДЗЕ: Свежие кальмары?

А. НАУМОВ: Нам, значит, давали блюдо с кальмарами, и мы так же их, значит, обжаривали на этом противне.

С. ШЕВАРДНАДЗЕ: Надо же, кто бы подумал, что надо в Северную Корею слетать, чтобы свежих кальмаров поесть.

А. НАУМОВ: Я не думаю, чтобы была целая спецоперация корейских спецслужб по введению в заблуждение чемпионки мира в жиме лежа. То есть, это слишком какой-то ход так…

С. ШЕВАРДНАДЗЕ: Слишком изощренный.

А. НАУМОВ: Да. И, к тому же, рядом в отеле жили китайцы, они ели так же, абсолютно.

М. НАУМОВА: Там было меню, какие-то супы, салаты, мясо – все это выбирали, все это сами готовили.

А. НАУМОВ: И вот кальмара они так же ели, заказывали, то есть, это не эксклюзив нам, русским, нет, это вот меню отеля.

С. ШЕВАРДНАДЗЕ: Понятно. Хорошо. Ну, а кроме статуи, что вы еще видели? Киностудию, вы сказали…

М. НАУМОВА: Конечно, киностудия очень поразила, потому что, зная, что у нас и вообще во всех странах почти либо картонное, либо что-то в этом роде, какой-то маленький павильон, и все эти декорации меняются. А там это и Китай, и Япония, все это сделано из… из чего это сделано?

С. ШЕВАРДНАДЗЕ: Что значит «и Китай, и Япония»? Города?

М. НАУМОВА: В смысле, города, да. То есть, ты проезжаешь на машине, нас провезли на машине…

А. НАУМОВ: Это огромный город.

М. НАУМОВА: … и ты медленно перетекаешь из Японии в Китай, Европу. И, конечно, это очень все интересно видеть, потому что можно выйти, что-то потрогать…

С. ШЕВАРДНАДЗЕ: Ну, вы же по всему миру летали, ты же чемпионка. Похоже на Европу?

М. НАУМОВА: Да, на самом деле очень похожи все эти домики.

А. НАУМОВ: И замки. На Прагу очень похоже было. В Японии мы еще не были, но вот…

М. НАУМОВА: Потом мы были в Китае, и это было все…

А. НАУМОВ: Очень похоже все, да. То есть, это огромный комплекс, который можно объехать только на автомобиле.

М. НАУМОВА: Нам предложили пешком, но сказали, что это будет очень долго.

С. ШЕВАРДНАДЗЕ: Это приблизительно как что? Московский округ?

М. НАУМОВА: Я даже не знаю…

А. НАУМОВ: Ой, вы знаете, несколько гектаров, огромный, это вот реально, там на автомобиле мы ехали минут 40 по всем этим улочкам. И мне показалось, мы не все осмотрели.

М. НАУМОВА: Конечно, не все, там еще много чего есть.

С. ШЕВАРДНАДЗЕ: Это какой-то город призраков, или там люди работают вовсю, снимают?

М. НАУМОВА: Съемок мы не видели, но люди, конечно, были, да.

А. НАУМОВ: Очень чисто, то есть, это не заброшено абсолютно. То есть, все помыто, все чисто, и все в рабочем состоянии. Вот мы очень удивились этому. То есть, страна очень бедная, но настолько… мы удивились вот опрятности.

С. ШЕВАРДНАДЗЕ: Вы говорите, страна очень бедная. В чем бедность, в чем вы увидели бедность, когда вы там были?

А. НАУМОВ: Понимаете, вот едешь, из окон автомобиля видно, что пашут на быках. То есть, плуг, бык, и человек идет, значит. По улицам в предместьях Пхеньяна люди носят вязанки дров, как, видимо, в старину, за плечом.

М. НАУМОВА: Либо что-то на голове носят.

А. НАУМОВ: Но дело в том, что страна реально старается жить лучше, это видно, это видно, это прямо явно.

М. НАУМОВА: Да, мы сравниваем с 2009-м годом вот из рассказа Ксении Собчак… то есть, все страна как-то становится все современнее и современнее.

С. ШЕВАРДНАДЗЕ: Ну, наверное, еще от личного восприятия каждого…

А. НАУМОВ: Они связывают это с Ким Чен Ыном. То есть, это прямо говорится, что аквапарк, он построен Ким Чен Ыном. Ипподром, он построен Ким Чен Ыном. Это последние 2-3 года.

С. ШЕВАРДНАДЗЕ: А вы, когда говорите «они», вы имеете в виду, вы с гидами говорили с вашими? Вы общались преимущественно с ними, наверное? А. НАУМОВ: Ну, а с кем мы еще могли общаться? То есть, мы же не знали язык.

С. ШЕВАРДНАДЗЕ: То есть, им кажется, что страна сейчас в прогрессе.

А. НАУМОВ: Ну, они развиваются. Аквапарк новый, он введен в эксплуатацию в том году. Марьяну пригласили его опробовать. Расскажи.

С. ШЕВАРДНАДЗЕ: Подожди про аквапарк, мы про киностудию еще не закончили. Вы актеров не видели никаких, режиссеров не видели?

М. НАУМОВА: Нет, к сожалению, там ничего не снималось в тот момент, когда мы там были. Но, конечно, размер всего этого нас поразил. Нам также провели экскурсию, как и во всех местах, где мы были.

С. ШЕВАРДНАДЗЕ: Какую-то статистику вам сказали, сколько фильмов там в год снимается?

А. НАУМОВ: Их вождь товарищ Ким Чен Ир более тысячи раз лично…

М. НАУМОВА: Да, и сам снимал фильмы, сам руководил этим.

А. НАУМОВ: Руководил. Он очень, как я понял, любил кино и лично принимал участие в съемках фильмов.

С. ШЕВАРДНАДЗЕ: А кроме него, другие режиссеры в стране существуют?

А. НАУМОВ: Вы знаете, в каждом месте что-то связано с вождями, в каждом вам расскажут, что столько-то раз посетил товарищ Ким Чен Ын, Ким Чен Ир это место. Ну, это их менталитет, их традиции – мне сложно судить что-то. Это было очень интересно и необычно посмотреть и слышать.

С. ШЕВАРДНАДЗЕ: Ну что ж, я напомню, наши гости сегодня – это Марьяна Наумова, трижды чемпионка мира, абсолютная рекордсменка в жиме штанги лежа среди девушек-подростков. Как здорово, мне так нравится это произносить! И ее тренер и отец Александр Наумов, которые недавно побывали в Северной Корее, рассказывают, как выглядит Северная Корея их глазами. Мы сейчас прервемся на краткие новости и потом вернемся к нашему рассказу.

НОВОСТИ

С. ШЕВАРДНАДЗЕ: Продолжаем программу «Своими глазами». Я Софико Шеварднадзе, наши гости, Марьяна Наумова, трижды чемпионка мира, абсолютная рекордсменка в жиме штанги лежа среди девушек-подростков, и Александр Наумов, тренер и отец Марьяны, недавно побывали в Северной Корее, рассказывают о своих впечатлениях. Тут очень много у нас вопросов от слушателей. Скажи пожалуйста, ну, вот мне папа сейчас во время перерыва говорил: спросите ее, как она выступала перед олимпийской сборной, пред студентами, перед солдатами, военными. Что за выступление, Марьяна, расскажи.

М. НАУМОВА: Конечно, я не ожидала, что мне дадут сказать что-то, потому что… ну, не знаю, я тоже думала, что нельзя будет общаться с обычными жителями Северной Кореи. Но я не то что такие мини-семинары, просто обращения…

С. ШЕВАРДНАДЗЕ: Это был экспромт, или тебя предупредили, Марьяна? Вот ты приехала…

М. НАУМОВА: Когда мы приехали к олимпийской сборной по тяжелой атлетике…

А. НАУМОВ: Их собрали в зале…

М. НАУМОВА: Да, их собрали в зале, они одели костюмчики…

А. НАУМОВ: Сказали: если вы хотите, вы можете сказать несколько слов. Естественно, через переводчика. Но собралась вся сборная олимпийская, это было нечто. То есть, мы поразились от уровня, на котором вот приняли Марьяну.

М. НАУМОВА: Все внимательно слушали. Я немного рассказала о себе…

С. ШЕВАРДНАДЗЕ: Ты не растерялась? Ты знала, что ты хотела сказать?

М. НАУМОВА: Я, конечно, волновалась немножко, но, в принципе, такая была краткая речь, я рассказала о себе, о том, что я представляю российский спорт, пожелала им удачи. И, конечно, было очень приятно, что они меня слушали, они мне поаплодировали.

С. ШЕВАРДНАДЗЕ: А вы как-то разговаривали потом друг с другом, обменялись какими-то мнениями?

М. НАУМОВА: Они тренировались, и я, конечно, не могла просто прерывать их тренировочный процесс, потому что там стоят рядом серьезные тренера с таким серьезным лицом. И, конечно, не хотелось бы прерывать, да.

А. НАУМОВ: … пообщалась с олимпийской чемпионкой, как ее?.. Не суть

С. ШЕВАРДНАДЗЕ: Неважно. То есть, ты с кем-то, помимо гидов, общалась еще в Северной Корее?

М. НАУМОВА: Только через переводчика. Мне вот, также мне удалось выступить перед военными и перед пионерами.

С. ШЕВАРДНАДЗЕ: А где это было? То есть, перед олимпийской сборной – наверное, на олимпийском объекте.

А. НАУМОВ: Перед военными – на ипподроме.

М. НАУМОВА: Меня пригласили покататься на лошадях.

А. НАУМОВ: Там построили какую-то, видимо, часть военную. Я так подумал, что или конница, или обслуживающее какое-то… Это прям вот ряд солдат с флагом. Марьяна, она так же выступила, она представилась, рассказала, что спорт очень важен в жизни. Ну, очень коротко, и мне очень понравилось, как она выстроила. То есть, она пожелала заниматься спортом, быть в спортивной форме. И как-то так в общих словах, но это выглядело, то есть, спортсменка российская выступает перед военной частью в Северной Корее…

С. ШЕВАРДНАДЗЕ: А этих военных для вас собрали, или они там работают, тренируются тоже?

А. НАУМОВ: Их построили и пригласили нас. После этого мы ушли, значит, кататься на лошадях, они остались дальше там. Ну, вот мы больше не знаем ничего.

С. ШЕВАРДНАДЗЕ: То есть, ипподром, который отчасти еще и военный объект?

А. НАУМОВ: У них все имеет и военное назначение тоже. Ипподром, он как бы… это раньше была, как нам объяснили, исключительно военная часть, и Ким Чен Ын распорядился переоборудовать его для использования населением. То есть, там обычные люди посещают, учатся кататься на лошадях, мы их видели.

С. ШЕВАРДНАДЗЕ: Да, их много там было? Вот я хотела спросить…

М. НАУМОВА: На самом деле там было, ну, достаточно много людей.

А. НАУМОВ: Да, да, да.

М. НАУМОВА: И обычные люди могли прийти научиться кататься на лошадях.

А. НАУМОВ: Мы заметили, что все объекты были полупустые в течение рабочего времени. Как только часа 4-5 вечера – все, от аквапарка до ипподрома, все забивались людьми. То есть, видимо, в Корее есть рабочее время, в которое особо не поощряется заниматься каким-то отдыхом. Но уже после, когда у жителей свободное время, они посещают все эти учреждения и ими пользуются активно .

С. ШЕВАРДНАДЗЕ: Так-так-так, аквапарк – это то, что построил последний вождь.

М. НАУМОВА: Большой аквапарк. Я была в аквапарках в Москве, и, вы знаете, ничем не хуже. Там очень-очень много народу, то есть…

С. ШЕВАРДНАДЗЕ: Такие же горки сумасшедшие…

М. НАУМОВА: Да. Там есть закрытие и открытые, в открытом, конечно, больше горок, они большие.

С. ШЕВАРДНАДЗЕ: И они в обыкновенных купальниках?

М. НАУМОВА: Я вот заметила то, что им выдают купальники. Вот это меня, конечно, немножко удивило. Им выдают купальники, и слава богу, что я взяла…

С. ШЕВАРДНАДЗЕ: Какие-то одноразовые купальники или как?

М. НАУМОВА: Я так и не поняла. Но, в общем, их выдавали. Я была со своим, и слава богу, что я его взяла. Вот это меня, конечно, немного удивило. Но, в принципе, люди отдыхают, катаются, развлекаются…

С. ШЕВАРДНАДЗЕ: Это закрытые купальники? Просто чтобы…

М. НАУМОВА: Да, у них закрытые купальники, я была в открытом, и, конечно, на меня немного странно смотрели. Но я думаю, ничего страшного. Вот. И много-много народу.

С. ШЕВАРДНАДЗЕ: Я думаю, что их порадовало, Марьяна.

М. НАУМОВА: Много-много народу, все отдыхают, развлекаются. В принципе, как у нас.

С. ШЕВАРДНАДЗЕ: Тут Дмитрий спрашивают: как одеваются в Северной Корее, все одинаково, в униформах?

М. НАУМОВА: Я вот так и думала, что будет какая-то форма, но нет, у них обычные, вот у мужчин, обычные штаны, рубашки, галстуки. У женщин штаны или юбки, просто обычные какие-то кофты.

А. НАУМОВ: Есть френч, но такое ощущение, что сейчас это уже некий стиль. То есть, во френче к нам приходил вот этот человек из министерства. Френч был явно не копеечный. То есть, это стильная вот одежда под ихнего вождя Ким Чен Ира, то есть, защитного или такого серого цвета. И выглядит это солидно…

С. ШЕВАРДНАДЗЕ: Это как тренд уже такой.

А. НАУМОВ: И, я бы сказал, дорого выглядит. То есть, стильные эти френчи очень. А на улицах обычные люди. То есть, я не видел джинсов, джинсов нету.

С. ШЕВАРДНАДЗЕ: Ну, в чем они одеты?

М. НАУМОВА: Обычные черные штаны и какие-то блузки, футболки… ну, нет, не футболки, просто какие-то обычные рубашки. То есть, ничего такого.

А. НАУМОВ: Очень красивые зонтики у женщин, очень красивые, от солнца.

С. ШЕВАРДНАДЗЕ: А женщины в чем одеты?

М. НАУМОВА: В юбках и просто каких-то рубашках. Ну, обычные, самые обычные…

С. ШЕВАРДНАДЗЕ: Серое, белое, черное или там разноцветное?

М. НАУМОВА: Рубашки в основном были цветные, я не видела, чтобы прям какая-то серость была или черность – ничего такого. То есть, все было яркое, легкое такое.

А. НАУМОВ: Не Москва, но, еще раз повторюсь, как вот в средней полосе России на улице, кроме как цветом кожи, люди не отличаются ничем. А, ну, и ученики и подростки все в униформе.

М. НАУМОВА: Это очень-очень красиво смотрится, когда ребята в форме школьной, в галстучках красных пионерских. Очень красиво смотрится.

С. ШЕВАРДНАДЗЕ: Но ты же еще и в школе побывала.

А. НАУМОВ: Во дворце пионеров.

М. НАУМОВА: Да, у них не школы, у них дворцы пионеров, дворцы учебы. И когда мы пришли, нам экскурсию провела не какая-то учительница, педагог, а маленькая девочка лет, наверное, 7. Она провела экскурсию, переводчик нам это все переводил. Она провела нас по разных залам, кружкам. И, конечно, дети безумно талантливые. Они поют, они поют, вот как-то пританцовывая, с какими-то эмоциями. Это так все здорово, и как-то от них не хочется даже уходить.

А. НАУМОВ: Мы очень пожалели, что не взяли какие-либо гостинцы из Москвы или откуда-то, мы очень хотели им что-то…

М. НАУМОВА: Потому что детишки очень милые такие, красивые все, красиво одетые.

С. ШЕВАРДНАДЗЕ: А какие там есть кружки, кроме пения и танцев?

М. НАУМОВА: Они там вышивают. Они что только не делают! Там все были кружки почти.

А. НАУМОВ: Рисуют, вышивают, спортивные: тхэквондо, еще какие-то. То есть, сложно вот так вот прямо сейчас вспомнить, но самые разные. Лепка, рисование, картины вот нитками. Сидят, прямо класс учениц, они вышивают – очень красиво это все. То есть, нас очень поразило. Скорее всего, конечно, нам показывали какие-то лучшие классы, это однозначно. Но все равно, есть в этом что-то, вот мне что-то ностальгирующее по Советскому Союзу, по его лучшим каким-то таким качествам, которые относились к детям, к кружкам, к занятости детской. Это все очень приятно и очень важно.

С. ШЕВАРДНАДЗЕ: Вот, Марьяна, тебя еще раз Дмитрий спрашивает: хотела бы ты, чтобы в России было, как в Северной Корее?

М. НАУМОВА: Ну, эти страны нельзя вообще сравнивать. И, конечно, когда мы приехали в Корею, мы все-таки немного отправились на, наверное, лет 20 назад. Я, конечно, не застала Советский Союз, но, я думаю, это может сравнивать папа.

С. ШЕВАРДНАДЗЕ: Но ты комсомолка.

М. НАУМОВА: Да. Но, к сожалению, я в то время не жила.

А. НАУМОВ: На самом деле сложно сказать. Спросив у человека, где бы ты хотел жить, нужно понимать всю историю, всю ситуацию. То есть, Корея живет в блокаде после страшных войн, и нам сложно судить этих людей. Но они вызывают вот какое-то сильное уважение, потому что люди с безмерной гордостью, вот их прямо видно, все, что они показывали, это было искренне. Очень поразили ихние военные мемориалы и ихняя память о войне. Я считаю, нам нужно учиться у них этому. То есть, не забывать свое прошлое и своих героев. Вот этому у них учиться нужно точно.

С. ШЕВАРДНАДЗЕ: А как вы думаете, вот та информация, которая просачивается к нам, информация, которую мы в прессе читаем, слышим, что их вождь расстреливает семьями каких-то чиновников за какие-то нарушения, они про это все знают и они нормально воспринимают? Или об этом нельзя говорить?

А. НАУМОВ: Вы знаете, о том, что расстреливают в Китае, там, сотнями, десятками…

С. ШЕВАРДНАДЗЕ: Но китайцы все-таки не семьями и не династиями так расстреливают, как там.

А. НАУМОВ: Я просто думаю, вот особенно сейчас, вернувшись из Северной Кореи, что информацию, которую получаем оттуда мы, нужно фильтровать и делить как минимум на 10, а то и больше. Возможно, что-то такое есть, однозначно есть, но сколько вранья мы, скажем так, своей поездкой для себя изменили…

С. ШЕВАРДНАДЗЕ: То есть, вам кажется, что Северная Корея демонизирована?

А. НАУМОВ: Однозначно. Я не знаю причину. То есть, вроде бы к русским относятся они хорошо. Я не вижу причины, почему наша пресса это делает, но я хочу сказать, что 90% информации – это либо преувеличение, либо откровенное вранье. Вот так вот получается.

С. ШЕВАРДНАДЗЕ: А что еще вас поразило из того, что вы видели, из объектов, или не объектов?

М. НАУМОВА: Ну, вот все-таки то, что… как они с искренностью относятся к своим вождям, как они их обожают.

С. ШЕВАРДНАДЗЕ: Я всегда всех спрашиваю – прости, что я тебя перебиваю, Марьяна – кто побывал в Северной Корее, для меня это, конечно, загадка: неужели это действительно искреннее поклонение вождям, а не страх того, что их убьют, там, или посадят, если они не будут поклоняться?

М. НАУМОВА: Я вам сейчас расскажу историю. Так вот, история реальная. Мы приехали в музыкальный образовательный центр «Хана», там любой желающий может прийти и послушать музыку. Стоит аппаратура, то есть, каждый любой желающий может прийти послушать музыку.

А. НАУМОВ: В отсутствие интернета у них есть собственная сеть, где созданы банки данных: музыка, фильмы. И вот человек может прийти, вход свободный абсолютно, он сядет, наушнички вот ему дадут, вот экранчик, и он выбирает музыку, слушает.

С. ШЕВАРДНАДЗЕ: Но это корейская музыка?

А. НАУМОВ: Нет.

М. НАУМОВА: Там любая. Русская есть и так далее.

А. НАУМОВ: Русской очень много.

С. ШЕВАРДНАДЗЕ: И западная? И рок-н-ролл?

А. НАУМОВ: Мы слушали итальянских, не помню, эстрадных певцов.

С. ШЕВАРДНАДЗЕ: Ну, в общем, как у нас в Советском Союзе: там какая-то итальянская, французская эстрада была разрешена.

А. НАУМОВ: Современная эстрада, то есть, это не 80-е года. Это какая-то вот сейчас была.

М. НАУМОВА: Вот, и пришли мы, нас провели в место, где мы могли послушать, нам включили симфонию, музыку, посвященную Ким Ир Сену. И рядом сидел гид 25 лет, Пак ее звали, товарищ Пак. Вот. И когда заиграла эта музыка, мы слушали внимательно, я слышу, как она сопит. А там экран и показывали какое-то видео. Я слышу какие-то… и она плачет, и она так искренне… Я вот не понимаю, как вообще это возможно. То есть, она молодая девушка. Она за плакала.

А. НАУМОВ: И нас это очень поразило. То есть, ну, нельзя так сыграть, понимаете? Это в темноте, это без свидетелей, то есть, ее эмоции захлестывали.

М. НАУМОВА: Она просто слушала и плакала.

С. ШЕВАРДНАДЗЕ: Вот некоторым кажется, что это как раз очень страшно, что люди так реагируют на вождя. А вам показалось, что это наоборот трогательно.

А. НАУМОВ: Я считаю, что мы не должны их судить. Это их жизнь, это ихняя судьба такая. И для них это боги. Ну, и мы не должны их судить. Это не наше дело, я считаю.

С. ШЕВАРДНАДЗЕ: Ну, я к тому, что в вас это вызвало уважение, наоборот, а не опасения.

А. НАУМОВ: Сложные чувства, но не опасения точно. Там ощущаешь, на удивление… то есть, будучи русским, россиянином, ощущаешь доброе расположение, то есть, память еще со сталинских времен, к советским людям, к русским там относятся как к друзьям, и это чувствуется.

С. ШЕВАРДНАДЗЕ: Марьяна, вот тебя спрашивают: «Марьяна, а что мы можем позаимствовать из северокорейского опыта?». Дмитрий спрашивает.

М. НАУМОВА: Вот, например, мы приехали в музей, посвященный войне, и меня поразило то, что все оружия советские и так далее, все находится в одном месте. То есть, это огромный-огромный музей, и там он просто каких-то, не знаю, нереальных размеров. То есть, его, наверное, за день обойти невозможно. И в каждом зале все направлено на то… не знаю, как объяснить…

А. НАУМОВ: Это память. То, о чем я говорил.

С. ШЕВАРДНАДЗЕ: О войне.

А. НАУМОВ: О своей истории. И о своих героях.

М. НАУМОВА: И они ее никогда-никогда не забудут. Потому что это огромный музей. И у нас такого нет, наверное.

А. НАУМОВ: Все собрано в одном месте. Это чтобы все обойти, это очень долго, очень торжественно. И, вы знаете, вот такие вещи очень важны. Там возят экскурсии, значит, подростки, студенты, рабочие. Это вызывает уважение, вот еще раз говорю, что страна, находясь в сложной ситуации, находит силы, чтобы помнить об истории, и на высоком уровне это все очень сделано. То есть, музей – это не захолустный какой-то музей…

М. НАУМОВА: В 3 этажа, он огромный просто.

А. НАУМОВ: Описать очень трудно. Это огромное здание современное. Оружие все находится в идеальном состоянии. Все самолеты, там, 40-х, 50-х годов, и советские, и американские, все чистенькое, все под навесом, все отреставрировано. Там вот мне просто как человеку, интересующемуся в принципе историей, было очень интересно походить, это все посмотреть, пощупать это. очень большие эмоции вызвало.

С. ШЕВАРДНАДЗЕ: Смотрите, ну, вот, при всем том, что вы рассказываете, Северная Корея, она очень сильно отлучена от остального мира, да? Во-первых, экономическая блокада. Во-вторых, там нет интернета. В-третьих, ну, люди вообще не понимают, что происходит в мире.

А. НАУМОВ: Интернет был у нас, у иностранцев. Сейчас особые сим-карты. Внутренние сим-карты не имеют выхода в интернет. У иностранцев, она подороже, значит, стоит чуть больше 100 долларов, с выходом в интернет. И мы спокойно…

С. ШЕВАРДНАДЗЕ: Ну, хорошо, это как в нашем магазине «Березка» в Советском Союзе, да? Это было для дипломатов или, там, иностранцев, а для российских или советских граждан это было недоступно. Вам как кажется, они как-то ощущают эту замкнутость? Они понимают, что они абсолютно в каком-то вакууме живут? Или они счастливы и живут своей жизнью, и вообще не парятся по этому поводу?

М. НАУМОВА: Я думаю, им особо ничего и не надо, потому что им все дает государство: питание, одежду, вот возят на разные экскурсии.

С. ШЕВАРДНАДЗЕ: Да, но ведь каждому человеку хочется разнообразия, да?

М. НАУМОВА: Если у тебя есть деньги… вот наш гид, она училась в Москве, и она говорит: вот я еще хочу поехать в Москву. Она говорит, что если, в принципе, есть деньги, если их накопить, то можно, в принципе, поехать.

А. НАУМОВ: Я так понял, то есть, мы не знаем точно, какие там зарплаты, но из разговоров наших гидов, по крайней мере, поехать в Россию или в Китай – это не что-то такое запредельное.

М. НАУМОВА: То есть, это все возможно.

А. НАУМОВ: Она говорила: вот, я вот сейчас рассчитываю накопить денег и в конце года, возможно, я приеду в Москву. И это нас очень удивило так. То есть, люди, в принципе, они могут каким-то образом перемещаться. Они не заперты.

С. ШЕВАРДНАДЗЕ: Там только в Россию и в Китай.

А. НАУМОВ: Ну, я знаю…

С. ШЕВАРДНАДЗЕ: Вы бы хотели перемещаться только в Китай и в Северную Корею? Наверное, нет.

А. НАУМОВ: Вы знаете, нам очень повезло, что мы жители Москвы и вообще есть такая возможность. Я считаю, что и в России процентов достаточно людей не покидало дальше своей области.

С. ШЕВАРДНАДЗЕ: Вот тут очень много похожих вопросов. Рупрехт еще раз вас спрашивает: вы хотели бы так жить? И чтобы вам государство давало питание и одежду. Но за счет того, что вы смогли бы перемещаться только в Китай и Северную Корею.

А. НАУМОВ: Я хочу сказать, что какие-то вещи однозначно можно было заимствовать. Что касаемо интересующих нас вещей – это спорта, детей, подростков, образования однозначно, есть какие-то вещи, которых у нас сейчас уже нет и уже вряд ли будет. То есть, это полностью бесплатное образование высшее и дошкольное, это спортивные секции, кружки. Очень много можно вещей… Медицина, она там на очень высоком уровне и вся бесплатная.

С. ШЕВАРДНАДЗЕ: Вот ты сейчас сказала, что ты выступала перед спортсменами, перед олимпийской сборной, там были тренера, и, собственно, они потом тренировались. Как вот эти тренировки, отличаются от наших тренировок? Они более дисциплинированные?

М. НАУМОВА: К сожалению, я не была у нашей олимпийской сборной. Но меня поразило это огромное здание, там много разных кабинетов, какая-то медицина, какие-то массажи, сам тренировочный зал. Они тренируются группами. С правой части юноши делают какие-то упражнения вспомогательные, левушки отрабатывают толчок-рывок. Все это как-то вместе, они друг друга поддерживают, у них нет каких-то посторонних разговоров, только идет поддержка. И меня, конечно, поразило то, что они все коротко стриженные. Даже вот ученицы, пионерки, у них короткая стрижка.

С. ШЕВАРДНАДЗЕ: Ну, вот представляешь, если бы ты жила в Северной Корее, у тебя не было бы твоих роскошных блондинистых волос. Тебе бы хотелось этого? Но зато у тебя было бы бесплатное образование, у тебя были бы очень строгие тренеры и, не знаю, ты получала… Но вот волосы тебе надо было бы постричь.

М. НАУМОВА: Не могу я сказать, что хотела бы я там жить или нет. Это все очень сложно, и нельзя так просто сказать. Я даже не знаю.

С. ШЕВАРДНАДЗЕ: А вернуться тебе хотелось бы еще раз туда и посетить эту страну? Или один раз было достаточно?

М. НАУМОВА: Я бы, конечно… есть еще места, которые я не посетила и хотела бы их посетить. И, может быть, когда-нибудь я с помощью моего товарища… папа, подскажи. Соревнования мы, может быть, когда-нибудь организуем.

А. НАУМОВ: Президент национальной ассоциации по армрестлингу России Андрей Репницын предложил через Марьяну…

М. НАУМОВА: … организовать соревнования по пауэрлифтингу. И, может быть, если это получится, то, конечно…

А. НАУМОВ: Когда-нибудь в Северной Корее было бы хорошо провести международный турнир по нашему виду спорта.

С. ШЕВАРДНАДЗЕ: Скажите пожалуйста, а вы с кем-нибудь из высоких чинов встречались там?

А. НАУМОВ: Ну, вот самый высший чиновник – это был человек из министерства, который по завершению нашего визита приехал и подарил Марьяне от имени руководства саженцы цветов

М. НАУМОВА: Ким Ир Сен-хва и Ким Чен Ир-хва. Они очень красивые, и теперь они у нас дома.

А. НАУМОВ: И мы так подумали, что, в принципе, ну, это интересный очень подарок. Мы посадили сейчас их…

М. НАУМОВА: Ждем, когда они у нас вырастут.

А. НАУМОВ: Саженцы маленькие пока. Вырастут – расскажем.

С. ШЕВАРДНАДЗЕ: Ну что же, ребята, спасибо вам большое за прекрасный интересный рассказ. Это удивительно на самом деле, каждый человек, который там побывал (а их не так много), они как будто бы рассказывают одно и то же, но впечатления при этом и восприятие этой страны очень разные. Вот ты упомянула Ксюшу Собчак, после у нас был господин Проханов, теперь вы. Но, видимо, действительно очень интересно, и надо туда все-таки съездить. Спасибо вам большое. Марьяна Наумова, трижды чемпионка мира, абсолютная рекордсменка в жиме штанги лежа среди девушек-подростков, и Александр Наумов, ее тренер. Я, Софико Шеварднадзе, с вами прощаюсь до следующей недели.


Загрузка комментариев...

Самое обсуждаемое

Популярное за неделю

Сегодня в эфире