'Вопросы к интервью
30 ноября 2007
Z Суть событий Все выпуски

Сергей Пархоменко


Время выхода в эфир: 30 ноября 2007, 21:06

С.ПАРХОМЕНКО: 21 час и 6 минут, это программа «Суть событий» и я, Сергей Пархоменко. Все в порядке. Может, кто сомневался, что в последнюю пятницу перед субботой и накануне воскресенья я тоже тут окажусь и буду вести эту традиционную программу, но вот, видите, как ни в чем не бывало – все в порядке, все на своих местах, и я тоже на своих местах. Мы много чего не можем с вами в эту пятницу. Не можем социологию всякую обнародовать, если бы вдруг она у нас была. Да я, в общем, и не собираюсь. У меня и нету никакой социологии. Откуда это у нас в стране, интересно, такая социология, которой можно было бы доверять накануне выборов? До голосования осталось, собственно, чуть больше суток. Соответственно, у нас еще есть некоторое время на агитацию. Но агитировать мы, впрочем, не будем. Это дело не наше. Мы попробуем с вами как-нибудь объясниться. Мы же с вами объясняемся по поводу сути разнообразных событий обычно по пятницам в это время. У нас для этого будет смс работающий. Я уже тут вижу – уже что-то мне насыпалось. По-моему, один и тот же человек мне шарашит откуда-то из Интернета со страшной скоростью – уже вопросов 20, по-моему, написал, с 82 138 31 не скажу последние цифры — слушайте, хватит! Это невозможно – вы мне затыкали уже весь экран. Во всяком случае я знаю, что из Интернета вопрос мне послать можно. Это очень просто: надо прийти на сайт www.echo.msk.ru, найти там с левой сторону кнопку «Связаться с нами», кликнуть на эту кнопку, зайти внутрь – там вы увидите возможность отправить нам что-то вроде смс-сообщения сюда прямо на экран. Настоящее смс-сообщение можно отправить по телефону, со своего мобильного телефона — + 7 985 970 45 45. Эта система тоже работает. Я уже вижу сообщения, отправленные вот таким традиционным способом. Пейджер еще у нас есть. Ну, номер пейджера мы традиционно не называем – кто знает его, тот знает. Кто не забыл еще. Телефон прямого эфира – 363 36 59. Перед этим – 8 495 – тем, кто звонит не из Москвы. Вперед, можете попробовать. Хотя, вот в ближайшие минуты я трубку снимать не буду. Через некоторое время сниму, и все будет в порядке – мы с вами по телефону станем разговаривать.

Довольно много вопросов я получил по Интернету в этот раз перед началом программы. Очень много всякого Шварцмана. Вот этот самый Шварцман, который произошел сегодня, Олег Шварцман. Интервью в «Коммерсанте» — я просто за всю свою журналистскую карьеру не помню, чтобы интервью какого-то мелкого негодяя производило бы подобное впечатление. Ну вот в данном случае Шварцман – вылез и наговорил кучу разных глупостей и грубостей и про то, какой он грандиозный, про то, как он у всех все отнимет или отнимает, про то, как он все собирает в одну кучу, про то, как он обличен высочайшим доверием, про то, как он с помощью генерала Варенникова почему-то общается через дупло, как Дубровский, с администрацией президента, про то, что у него в компании работают родственники руководства ФСБ и разных прочих силовых структур, про то, как они все вместе управляют страной и постепенно прибирают ее к рукам. Он все врет, этот Шварцман, конечно. Мне кажется, что ничем он не управляет, ничего он не прибирает, ни один серьезный человек дела с ним иметь ни за что не станет. Но он же все это слышал где-то, правда? Он же среди всего этого болтался на протяжении последнего времени. Интернет полон людьми, которые знают этого самого Шварцмана и помнят, какой он жалкий, какой он мелочный, нищий, какой он там… ходил с каким-то целлофановым пакетиком и занимался устройством дискотек для старшеклассников. Чего только про него ни понаписали. Эти все слова, которые он тут сказал «Коммерсанту», он же их все где-то слышал, это же возле него кто-то произносит эти слова. Он же это все не выдумал – он этого всего набрался от людей, которые рядом с ним, из чего мы заключаем, что он где-то ходит по каким-то коридорам, болтается по каким-то кабинетам, какие-то люди с ним разговаривают, завтракают, обедают, ужинают, и он это все, наверное, наблюдает вблизи. Знаете, он как тот попугай, который прожил несколько лет на воровской малине, а потом нечаянно вылетел в окно, его менты поймали, и он теперь им все выбалтывает. Что выбалтывает, он не знает, — он произносит все те слова, которые он там слышал: все клички, цифры какие-то, явки им выдает. Он что-то болтает. Ну вот наслушался попугай, насмотрелся, теперь вот только за ним и записывай. Ну вот «КоммерсантЪ» и записывает за этим Шварцманом. Но мы представляем себе примерно, что в воровской среде происходит, мы как-то в этих порядках начинаем немножко лучше ориентироваться, немножко более ясное впечатление себе на этот счет иметь. Так что поучительное чтение. Кто не читал, найдите сегодняшний «КоммерсантЪ». Кому неохота с газетой иметь дело, ну в интернете поищите – полно этого. Собственно, информационные сайты-то перепечатывают все в ближайшие часы, кто еще этого не сделал. Так что вот такой мы получили предвыборный подарок, такую картинку с выставки. Большое спасибо газете «КоммерсантЪ» и журналистам «Коммерсанта», которые для нас живописно в красках это все изобразили, — очень получилось такое поучительное, наглядное, я б сказал, зрелище. И слушалище, если говорить об интервью.

Среди прочих вопросов, собственно, вопросы, заданный в лоб: что делать, куда идти, идти – не идти, голосовать – не голосовать, за кого голосовать, за кого я буду голосовать. Тоже такой целый конкурс советов был открыт на этот счет в последние дни: кто лучше сформулирует, кто проще сформулирует, кто четче объяснит и в Интернете, и в прессе… ну, где еще осталась какая-то возможность произносить какие-то осмысленные слова. Мне, например, очень понравился знаете кто? вы его знаете, наверное, – он у нас тут бывает время от времени на «Эхе». Есть такой спортивный журналист хороший очень – называется Станислав Гридасов. Вообще, у спортивных журналистов бывает – вот послушаешь Васю Уткина иногда на какую-нибудь тему, не относящуюся к футболу и думаешь: а как все-таки формулирует хорошо! Как ясно комментирует тот матч, который перед глазами у него происходит. Вот Гридасов тоже этим отличается – он как-то очень просто, очень четко, очень ясно разложил по полочкам все возможности. Я бы так сказал на этот счет: собственно, выбора у нас на эти выборы немного. Можно не ходить. Ну, не ходите, если вас не волнует то, что вам сказали из Лужников неделю тому назад. И если вот этот Шварцман, про которого мы два дня тут говорим, если вы считаете, что он до вас не доберется и вас не коснется. Ну не он, а вот условный этот шварцман, с маленькой буковки «ш». Вот люди, собственно, которых он насмотрелся и наслушался. Если вы считаете, что это все вас не касается, если вы считаете, что вам пофигу ветер в танке, что вы под стеклянным колпаком, и что бы ни происходило вокруг, это вас ни за что не затронет, не ходите. Но только я должен вас разочаровать – если вы так думаете, значит, оно вас уже затронуло. Это значит, что у вас уже с головою что-то не так, потому что еще несколько лет назад вы так не думали. А теперь вот эта мерзость, которой вас опрыскали за последние годы, мерзость пропагандистская, так скажем, она возымела на вас свое действие, и вы впали в такую вот смертельную апатию. Ну, если вы чувствуете, что члены ваши затекли и вы, собственно, впали в это оцепенение, и ничто вас больше не волнует, не ходите. Если решили пойти, можно проголосовать за «Единую Россию», можно. Всякий гражданин РФ вправе голосовать за «Единую Россию», и ему ничего за это не будет. Что бы ни говорили активисты «Единой России» разнообразные по поводу тех, кто голосует за кого-то другого. Это же ведь улица с односторонним движением, это односторонний процесс — это только если НЕ проголосовать за «Единую Россию», тогда лишат прогрессивки или как там это у них называется, отправят в отпуск зимой, не примут детей в детский сад, подвинут назад в очереди на квартиру, какие там еще обычно звучат разные пугалки? Вот в последнее время я много наслушался. Это чушь, конечно, собачья. Никому, разумеется, не будет – никому они ничего не сделают. Руки у них коротки. Они ж, для начала, не смогут эту информацию просто собрать. Потому что все разговоры про то, что вы сфотографируйте мобильником… а кто потом будет отсматривать все эти мобильники? Кто соберет эти мобильники, и что, скачает эти картинки в один компьютер? А потом – вы чего, умеете скачивать с мобильников? Вы знаете, куда кабель втыкать в эти мобильники? Вы ж безграмотные все! Вы ж на пишущих машинках шарашите до сих пор свою предвыборную документацию. У вас же руки вставлены другим концом в другие места – вы не справитесь с мобильниками, так что зря только людей пугаете. А вы не пугайтесь – ничего вам не будет. Так вот, можете проголосовать за «Единую Россию», если вы часть Плана Путина. И вы знаете, в чем заключается План Путина, вы прочли насчет Плана Путина вот в этих бреднях, которые вам произнес сегодня человек Шварцман, а до того вы в разных других бреднях узнавали свое будущее. Тогда все в порядке. Голосуйте за «Единую Россию» — чего вам, собственно? Впереди у вас вечность, в кармане у вас состояние, вам ничто не угрожает. Сейчас ваша очередь. Вы много уже награбили, и продолжаете грабить. Можно этого всего не делать. Можно проголосовать за коммунистов. Исходя из тех обстоятельств и того твердого убеждения, что не может же в Думе быть одна партия. У нас по закону так не бывает. Если всего одна партия преодолевает семипроцентный барьер, то тогда следующая за ней партия, даже если она не преодолела семипроцентный барьер, тоже пропускается в Думу в каком-то там минимальном количестве. И мне вот тут вот… что у меня тут пишут? Нет, этот тут чего-то пытаются меня распропагандировать в последнюю минуту. Не буду зачитывать, что мне тут пишут.

Так вот, коммунисты. Можно, конечно, со словами – «Ну, это единственная партия, которая пройдет в Думу» — проголосовать за коммунистов. Она вам зачем там, в Думе, эта партия? Вы что с ней будете в ближайшие пять лет делать там? Вы будете слушать, что вам говорят из телевизора эти люди? Видите ли, после того, что произошло на протяжении последних недель, нужно как-то подавать голос. В прямом смысле этого слова. Не в избирательном смысле подавать голос, а вот как живой человек среди мертвых – подал голос, подал голос жизни. После того, что произошло за последнюю неделю, нужно каким-то образом умудриться продемонстрировать свое отношение к делу. Я думаю, что в голосовании за коммунистов особенно демонстрации нет. Если вы голосуете за коммунистов, вы хотите вмешаться в ряды голосующих за коммунистов по зову сердца? Вы хотите, чтобы вас перепутали с этими обломками кораблекрушения, которые мучительно продолжают бороться за победу пролетариата во всем мире и огорчаются, что как-то на этом пути товарищ Кастро и товарищ Ким Чен Ир уходят все дальше и дальше, а мы все отстаем и отстаем. Вы хотите с ними вместе? Ну проголосуйте за коммунистов – они будут очень рады. Они будут очень рады такой прибавке. Они будут очень рады наконец обнаружить, что среди них появились люди с руками, с мозгами, с умениями, с энергией, с пониманием, с каким-то гражданским пафосом. Они таких людей среди себя не видали. Они будут очень рады заполучить вас в свою компанию и продемонстрировать вас потом, сказать – «Вот, смотрите, какие тут с нами!» ну и есть всякое другое голосование. Собственно, любое. А вот тут выбирайте людей. Выбирайте. Партию Шварцмана? Он до сегодняшнего дня был членом политсовета партии Гражданская сила. Вам нравится такой политсовет? Политсовет этот, конечно, разделился немедля на две части – на тех, кто начал кривляться публично, у них есть там несколько таких фигляров и клоунов телевизионных в этом самом политсоветов, профессия который — кривляться. Вот один сегодня кривлялся в Интернете, пародировал типа Шварцмана этого самого. Чего его пародировать, он сам себе пародия? уже никакая другая пародия не выглядит смешнее, чем оригинал. Ну вот – одни, значит, кривлялись, а другие важно бубнили, что «его не уполномачивал никто, он сам, мы не разделяем его взглядов, мы полагаем, что… мы не можем находиться в одной партии с человеком, который исповедует такую идеологию, мы исключаем его из нашего политсовета». Уважаемая Гражданская сила, как видите, справедливость на свете есть. Вы так дешево продали ваши задницы, что это должно было кончиться фарсом. Вот оно и кончилось. По цене ваших задниц. Вы поняли, что произошло? Вот ваш провал – это ваша сегодняшняя истерика. Она стоит ровно столько, она такая же дешевая, она такая же балаганная, как и вся история с вашей продажей своих задниц. Вы слышите меня? Есть Яблоко, есть СПС. Можно выбирать между ними. Вот, собственно, последний выбор из всей это череды выборов, который остался. Одна из этих двух партий заняла ясную, прямую, яркую, твердую позицию. Не вся, а в лице двух или трех человек, которые почему-то – я думаю, вопреки командам, которые этой партии подавали, я думаю, вопреки обязательствам, которые эта партия первоначально на себя брала, а понятно, что она брала на себя обязательства вести себя достаточно тихо и аккуратно на этих выборах… ну вот – видите, это тот случай, когда отказ от своих обязательств выглядит каким-то очень благородным, резким, точным, верным и ясным. Потому что бывают такие обязательства, которым следовать приличный человек не может, даже если за него их кто-нибудь взял. И за это лидеры этой партии начали получать по мозгам сильно, и за это они испытали на себе всю силу и всю мощь карательной машины сегодняшнего российского государства. Они еще на свободе. Я думаю, что им придется нелегко в ближайшее время. Я думаю, что эта простая технология посадки ненадолго, которая была опробована на Гарри Каспарове, которого вязи и упекли на 5 дней, просто так, без разговоров. Конечно, это пошло ему на пользу. Конечно, он дал за те часы, которые прошли с момента его выхода из этого самого изолятора – он дал столько интервью, сколько он за год не давал. Конечно, авторитет у него резко вырос. Конечно, у него появились некоторые дополнительные аргументы в этом разговоре, но собачке дали попробовать свежей печеночки. Вот ее держали на сушеном каком-то гравии, которым обычно теперь кормят собак, из бумажных пакетов, дали попробовать свежего – собачке понравилось – собачка теперь будет просить еще. Собачка убедилась, что ничего страшного, что, в общем, ничего не будет, что, в общем, взяли человека, посадили человека, подержали человека, отпустили человека. Ну, он поговорил после этого немножко – ну написали после этого немножко. Ну ничего страшного. Это вот произошло в последние дни на наших глазах, и мы будем видеть последствия этого в ближайшее время, и от нас с вами зависит, от тех, что еще снаружи, а не внутри, как будут себя чувствовать те, которые внутри, — испытают ли они какую-то моральную поддержку, почувствуют ли они какую-то солидарность. Это очень важный процесс. Это нам с вами предстоит в ближайшие недели и месяцы.

Так вот, эти люди, эта партия, которую я не называю, но вы понимаете, о ком идет речь, испытала на себе тяжелое давление и в лице нескольких человек, всего двух или трех, продемонстрировала свою способность и свое желание этому давлению противостоять. У нас к этим людям много претензий. Они участвовали в правительствах, которые принимали неверные решения. они подписывали документы, которые приносили многим миллионам людей прямой ущерб. Они объясняли это, довольно убедительно, надо сказать, необходимостью просто спасти этих людей от голодной смерти, как это было в 92-м году – речь шла о том, будет голод или нет. И это потом стало ясно, что нужно сначала проводить приватизацию, а потом либерализацию цен. На тот момент, на момент 92-го года, вопрос заключался в том – а муки есть или нету муки? Потому что вот эти из первого выбора, про которых мы с вами сегодня говорили, которые, собственно, гарантированно пройдут в Думу после «Единой России», они оставили без муки. Я сейчас намеренно цитирую главу государства. Среди того, что сказал глава государства, было и несколько слов, соответствующих действительности. Чисто статистически – было б странно, если б их не было там, этих слов. Вот, например, слова про то, что они оставили без муки, спичек и – без чего там еще? Это правда – оставили. Так и есть. Вот. И люди, которые сегодня подвергаются ожесточенному давлению со стороны государственной пропагандистской и вообще в целом политической машины, они вынуждены были засунуть голову в эту мясорубку, потому что кто-то ж должен был сделать это. Понятно, что какое-то поколение политиков должно было себя положить на этот алтарь, должно было принести себя в эту жертву. Ну, совсем без жертв в этой ситуации не бывает. Кто-то должен был произнести эти слова – «Советский Союз кончился, коммунистическая команда рухнула, мы нищие, нам нужно начинать все с начала». Кто-то должен был это сказать. Ну вот они это сказали. Они расплачиваются за это до сих пор. В общем, бывали страны, где расплата была и потяжелее. Бывают страны, где расплата оказалась более человечной – в том случае, когда удавалось последовательно, например, проводить линию на разграничение тех, кто действительно виноват в создавшихся проблемах, и тех, кто виноват только в том, что предпринимает усилия для того, чтобы из этих проблем выйти. Вообще-то это называется люстрация. Вот есть несколько стран, которые нашли в себе силы в какой-то момент сказать: «Люди, которые завели нас в эту помойку, больше не будут допущены к управлению государством, не будут допущены к ряду ключевых для общества позиций. Они не будут политиками, они не будут судьями. Они не будет профсоюзными лидерами. Они будут теперь смотреть со стороны, как мы исправляем этот их ужас». Так было в нескольких странах Восточной Европы. В России так не получилось. Поэтому мы до сих пор путаемся между одними и другими – теми, кто завел в болото, и теми, кто выводил из болота. И обвиняем их попеременно, в зависимости от настроения. Остановимся на этом месте. Через 4 минуты закончим эту несложную комбинацию и обсудим ее по телефону.

НОВОСТИ

С.ПАРХОМЕНКО: 21 час 35 минут, программа «Суть событий», я – Сергей Пархоменко. Да собственно, мы почти пришли к концу этого моего такого рассуждения длинного-предлинного о том, какой выбор есть у нас на этих выборах. Выберите человека, которому вы готовы доверить символизировать ваш протест, если вы хотите протестовать. Мне кажется, что в этой ситуации вы хоть перед собой будете честны. Мне кажется, что если вы вспомните, что в одной из партий есть Мариэтта Омаровна Чудакова, вам будет проще сделать ваш выбор. Или если вы вспомните, скажем, что в другой партии есть Сергей Ковалев. Или если вы вспомните про Олега Басилашвили, например. Выберите себе достойного человека, отдайте ему свой голос. Предложите ему распорядиться вашим протестом. А дома сидеть нельзя. Вот чего точно нельзя делать. Нельзя сидеть дома. Я тут неделю назад сказал фразу, а потом обнаружил ее в одном воззвании, которое рассылают сейчас по Интернету. Ну, наверное, одни и те же фразы возникают у многих разных людей. Эта фраза очень простая: Они хотели референдум – они получат свой референдум. Во всяком случае, они лягут спать на следующий день после этих выборов, зная, как обстоят дела на самом деле. Решатся ли они сообщить об этом нам? Я сомневаюсь. Конечно же, не решатся. Уже сегодня мы знаем о том, что в ход пошли украинские технологии. Те самые технологии, которые были изобретены Януковичем в начале украинских выборов. Знаменитые карусели. Знаете, что такое карусель? Карусель – это когда изготавливается много-много фальшивых открепительных талонов. Будто бы люди уехали куда-то с места жительства своего и вот теперь они с этими талонами собираются голосовать где-то, где их не знают, где они не значатся в списках избирателей. Дальше берется автобус бомжей – им вручается мешок этих открепительных талонов, с ними в автобус садится надсмотрщик, и они едут по кругу – из одного избирательного участка в другой. И голосуют, и голосуют, и голосуют по этим открепительным талонам. И опять, и опять, и одни и те же люди. Много-много раз. Никто же ведь в точности не знает их в лицо и не знает, что они уже… или делает вид, что не знает, что они уже проголосовали раз пять на предыдущих участках. Так что я думаю, что мы с вами будем знать только про себя. Вот я буду знать, в чем заключался мой протест и кому я вручил свой голос. Вы будете знать, в чем заключался ваш протест и кому вы вручили свой голос. Вручите его человеку, которому вы верите. А дома сидеть нельзя.

Я остановлюсь на этом и включу телефон – 363 36 59 – телефон прямого эфира «Эха Москвы». Он работает. Я как-то, честно говоря, опасался, как бы кто-нибудь не наехал бы на эту телефонную станцию и не испортил бы нам с вами последний разговор перед последней субботой накануне последнего воскресенья. Но нет – все работает. 363 36 59 – висят, надо сказать, правда, какие-то чемпионы прозвонного спорта. Но вот, кажется, появляются какие-то новенькие. Сейчас мы вот этих всех поотключаем, которые тут уже висят много часов, и пропустим тех, кто звонит прямо сейчас. Ну вот, например. Здравствуйте, вы в прямом эфире. Алло.

Слушатель: Добрый день.

С.ПАРХОМЕНКО: Добрый день. Как вас зовут и откуда вы?

Слушатель: Меня зовут Инна.

С.ПАРХОМЕНКО: И вы откуда?

Слушатель: Я из Санкт-Петербурга.

С.ПАРХОМЕНКО: Инна из Санкт-Петербурга. Радио только выключите, пожалуйста, а то оно фонит.

Слушатель: Вот я пытаюсь к нему подобраться…

С.ПАРХОМЕНКО: Скорее… Да, ну вот, удалось. Так лучше. Так с чем звоните?

Слушатель: А мне интересно, почему никто не обращает внимания на плакат, который развешан по всему Санкт-Петербургу «План Путина – победа России!»?

С.ПАРХОМЕНКО: Ну он не только по Санкт-Петербургу, он развешан по всей стране.

Слушатель: Ну во-первых, я, например, не смогла найти этого плана ни в Интернете, ни в прессе. А во-вторых, мне интересно – победа где? Мы что, воюем?

С.ПАРХОМЕНКО: Ну ладно, не надо так уж придираться. Победа на выборах – это всегда победа на выборах.

Слушатель: Вы думаете, это имеет отношение к выборам?

С.ПАРХОМЕНКО: Что касается победы России… я думаю, это слово, которое неизбежно употребляется по ходу любой предвыборной агитации, в любой предвыборной риторике.

Слушатель: А мне почему-то кажется, что речь идет о том, что будет после выборов.

С.ПАРХОМЕНКО: Отчасти вам правильно кажется – мы про это говорили. Что из всех возможных, как это говорят умные политологи, моделей поведения выбрана одна – конфронтационная, что называется. Мы строим наше счастье и наш успех на противостоянии врагам. Если врагов нет, мы их придумаем. Если не удается их придумать, мы их себе организуем. Это тоже можно устроить.

Слушатель: Ну так мы начинаем «дружить против всех».

С.ПАРХОМЕНКО: Да, мы дружим против всех, несомненно. И когда мы выступаем в защиту режима Мьянмы, нетвердо представляя себе, где эта Мьянма находится, потому что кто-то там этот режим осудил. Когда мы начинаем защищать пакистанскую Хунту, нетвердо представляя себе, что будет нам хорошего от сидения этой Хунты на месте, но просто кто-то ее осудил – а мы будем защищать. Вот это и есть «против всех».

Слушатель: Вы знаете, я не смотрела фильм, поставленный по книге Аксенова, «Московская сага», но я вот только что закончила читать его книгу. И вот эта формулировка «За Путина! За «Единую Россию!» очень сильно мне напоминает формулировку «За Родину! За Сталина!»

С.ПАРХОМЕНКО: Ну правильно, а что, собственно, люди, которые сочиняют сегодня эти формулировки, они на чем выросли? Они что читали в детстве? И что им объясняли их дедушки? Вот этим конкретным людям. Когда я вижу Никиту Сергеевича Михалкова, сидящего в телевизоре в программе «Человек и закон», как я наблюдал его вчера, — такого демократично не выбритого, такого, и рассуждающего о том, что голосование за Путина фактически и есть наша русская соборность, это наш фактически православный долг и всякое такое. Ну, я цитирую не дословно, но по смыслу. В первый момент я удивляюсь, а потом я думаю – а ему папа-то чего объяснял? Его папа какой позе учил? Ему папа язык на что приказывал использовать, когда объяснял ему ценности жизни? Ну есть же какое-то воспитание, они же очень гордятся тем, что они МихАлковы, что у них имение, что они в Поволжье возвращаются к корням, как-то припадают к дворовым своим. Им что объясняли-то с детства? Вот это ровно они объясняют нам. Ладно, Инна, мы с вами понимаем, о чем речь. Я просто хотел бы, чтобы люди обратили внимание на одну простую вещь: есть такая специальная каста людей, которые каждую минуту аккуратно вычисляют, к кому сейчас прилизаться. Надо было к Руцкому – к Руцкому. Надо было к Питириму – к Питириму. К Лужкову – тогда, когда к Лужкову нужно было. Сейчас уже это вредно, отчасти опасно. Ну и так далее. Спасибо, Инна, за звонок. Поедем дальше.

Слушатель: Спасибо вам.

С.ПАРХОМЕНКО: Поедем дальше по телефону 363 36 59. Это телефон прямого эфира «Эха Москвы». Линии полны. Только выбирай. Ну вот, например, такую вот выберем. Здравствуйте, вы в прямом эфире.

Слушатель: Это Пархоменко?

С.ПАРХОМЕНКО: Это Пархоменко, здравствуйте. А это кто?

Слушатель: Это Олег Наризман.

С.ПАРХОМЕНКО: Откуда звоните, Олег?

Слушатель: Из Москвы, я приезжий. Вот что делается у вас. Я сам с Украины, с Донецкой области. Вот такой вопрос. Вот про Путина – спорим ни о чем. Неужели нет мужиков, которые могут собрать народ, а?

С.ПАРХОМЕНКО: Собрать народ, и что?

Слушатель: И жить вместе, как русские.

С.ПАРХОМЕНКО: Вы что, собственно, имеете в виду? Ну, одни хотят жить как русские, другие хотят жить как российские, понимая это гораздо шире. А татары как-то не должны в этом во всем участвовать? Причем здесь русские-то, собственно?

Слушатель: Ну причем… мы один народ.

С.ПАРХОМЕНКО: А, мы один народ с кем? В смысле русские и украинцы?

Слушатель: Украинцы, русские. И чего мы как-то не ладим, ну почему так, а?

С.ПАРХОМЕНКО: А почему, собственно, не ладим? Я отлично лажу или как это сказать… ладю. В общем, мне удается отлично поладить. Я вот не испытываю совершенно никаких проблем ни с Украиной, ни с украинцами. Я работаю с издательством, у которого есть крупный филиал в Киеве, и мы отлично работаем вместе – издаем одни и те же книжки на русском и украинском языке параллельно. У нас нет абсолютно ни малейших, ни крошечных разногласий. У нас все совершенно в полном порядке. Что происходит?

Слушатель: Вы знаете, о чем я. На уровне народа мы дружны. Вот элита почему не может найти общий язык, как простой человек? Договориться и жить как люди. Постоянно поливаем, передергиваем…

С.ПАРХОМЕНКО: Олег, я понимаю, о чем вы. Но должен вам сказать, что поливают те, кому есть что делить. Под всей этой русско-украинской историей, конечно, есть газовая подоплека. Чего уж без нее? Есть что делить. Есть одна финансово-промышленная группировка здесь, другая там. Есть как-то, за что конкурировать. Вот и вся история. Вот и подоплека всего этого дележа. А людям, которые заняты своим ясным, понятным, профессиональным делом, они ничего и не делят. Вот я ничего не делю со своими украинскими коллегами. Я думаю, вы, Олег из Донецка, ничего не делите с российскими, раз приехали сюда по делу. Чего, вы разве делите что-нибудь? У вас, по-моему, в этом смысле все в полном порядке. 363 36 59 – я вывожу следующую линию сюда в эфир. Скорее выключайте радио, а то оно квакает, и говорите, как вас зовут и откуда вы.

Слушатель: Здравствуйте. Меня зовут Игорь, я тоже с Украины. Я только что слышал товарища, который…

С.ПАРХОМЕНКО: Так. Везет же мне на людей с Украины. А откуда с Украины-то?

Слушатель: Из города Николаева. Дело в том, что…

С.ПАРХОМЕНКО: А вы из Москвы звоните или оттуда, из Николаева?

Слушатель: Нет, я с области звоню. Дело в том, что у нас была та же самая история, которая у вас повторяется с выборами. Я волнуюсь, конечно. Не ожидал, что дозвонюсь.

С.ПАРХОМЕНКО: Ничего страшного.

Слушатель: Дело в том, что у нас была та же самая история с выборами – тоже вбрасывались бюллетени, все это повторялось.

С.ПАРХОМЕНКО: Это что вы имеете в виду? На каком этапе это происходило? Когда именно они вбрасывались?

Слушатель: ну, на выборах, когда выбирали Кучму. Меня, допустим, остановил гаишник, я нарушил правила, он говорил «За кого будешь голосовать?» «За Кучму» «А, езжай!» Это было смешно, конечно.

С.ПАРХОМЕНКО: Какие у вас гаишники политически ангажированные. Так.

Слушатель: Такое вот было. То есть были такие ситуации. Всячески все это подстегивается к голосованию за Януковича. Ну, вы знаете, что у нас происходило. А вот самое интересно, что я вообще по этому поводу думаю. Я думаю, наблюдая за вашей кампанией, имеет смысл все-таки идти голосовать обязательно. Имеет смысл показывать свою волю, свое волеизъявление. Это обязательно. То есть мы этот этап прошли уже, понимаете. У нас пришли те люди к власти, которым можно доверять. Я так считаю.

С.ПАРХОМЕНКО: Но во всяком случае, как я понимаю, у вас есть механизм, который человека, который утратил представление о том, кому он служит на этом посту, такого человека просто сметет, снесет. Вот этот механизм у вас работает. Я как-то, знаете, когда мне указывают на то, что… я вот во время ваших выборов высказывался с симпатией к вашему нынешнему президенту, а как-то осуждал всячески Януковича, его главного противника, и мне теперь говорят «Ну вот, смотри – Ющенко-то твой сказал одну глупость, а вот сделал что-то не то, а вот поступил как-то не так», на это я отвечаю – «Вы знаете, я как-то не волнуюсь ни за Ющенко, ни за Украину». Если окажется, что с Ющенко ничего хорошего не происходит, ну не будет Ющенко, будет другой. Ваш механизм работает. То же самое и в Грузии. Вот сейчас дело дошло до того, что Саакашвили вынужден был оставить свой президентский пост и готовиться к досрочным выборам. Потому что он понимает, что это единственный способ ему удержаться у власти. Конечно, он хочет удержаться. Конечно, он держится за нее зубами, когтями и всем остальным. Но каким образом он держится-то? с помощью выборов. А никакого другого способа у него нет. А если он попытается обойтись без выборов, значит, его там не будет. И он это знает. Так что вот это следующий этап. Это некоторый механизм, который уже работает. С проблемами, с перебоями, с конфликтами, но работает.

Слушатель: Спасибо. У меня интересная мысль появилась по поводу, по которому я звоню. Знаете, дело в том, что когда у нас был этап – за кого голосовать на выборах: за Ющенко или за Януковича, были одни перевыборы, то есть механизм был. То есть у нас пошла цепная реакция в сознании у людей. То есть в семьях пошел разговор – ты за кого? За Ющенко, за Януковича. Вот этот вот этап, как бы объяснить… люди начали думать. У вас этого сейчас нет. Я просто смотрю – я фигею: елки-палки, людям настолько лапши на уши навешали. Я, знаете, может быть, не самый умный человек, я средний человек, я просто стараюсь, работаю, но я просто фигею: у вас уровень сознания людей настолько зашоренный….

С.ПАРХОМЕНКО: Понятно, Игорь.

Слушатель: Россиянам высказываешь свою точку зрения – они смотрят на меня как на смешного человека.

С.ПАРХОМЕНКО: Спасибо, Игорь. Слушайте, уважаемые радиослушатели, вы слышите, что происходит? они нас учат! Они как-то смотрят на нас сверху и демонстрируют нам свое политическое превосходство. И знаете, они отчасти имеют на это право, кажется. Они действительно прошли через этот этап. Они действительно переступили уже через очень опасную вещь – через апатию, через ложную вещь, что меня это не касается. В этом смысле они, наши с вами украинские братья – вот видите, второй по счету звонит – они находятся где-то на шаг дальше. А тут, знаете, раньше сядешь – раньше выйдешь. Вот они уже стартовали, они уже движутся в некотором направлении, а Россия только стоит на старте и слушает Никиту Михалкова, который что-то такое объясняет про единую соборность, с помощью которой нужно проголосовать на План Путина, который дан нам богом. А каким богом он нам дан, Никита Сергеевич? Вы какого бога имеете в виду? Православного? Для вас же понятия бога вообще не существует. У вас же есть узкое ясное понимание и деление на верных и неверных. Так? На правильную веру и неправильную. А татарам что делать? Они не подписывались на вашу правильную веру. Ждать нагайки? Служить у вас в имении? Загонять вам медведя на охоте, Никита Сергеевич? Чего молчите? Поехали дальше. 363 36 59 – это телефон прямого эфира «Эха Москвы». Здравствуйте. Вот вы в прямом эфире «Эха Москвы». Вы тоже с украины?

Слушатель: Да нет, так сложилось, что я из Москвы.

С.ПАРХОМЕНКО: Ну слава богу. Вы сняли камень с моей души. А как вас зовут?

Слушатель: Меня зовут Андрей.

С.ПАРХОМЕНКО: Да, Андрей. С чем звоните?

Слушатель: Да я звоню по поводу того, что когда господа с Украины говорят, что здесь одна сплошная лапша на уши, все-таки…

С.ПАРХОМЕНКО: Ну, они рисуются немножко, господа с Украины, но вы не принимайте все это всерьез, что они говорят. Им хочется выглядеть как-то… давайте всерьез обсуждать. У нас тут серьезные довольно дела происходят. Да, Андрей.

Слушатель: То, что серьезно, я согласен. Но все-таки с аксиомой, что обязательно надо идти на выборы, я не совсем согласен.

С.ПАРХОМЕНКО: То есть вы не пойдете?

Слушатель: Ну, откровенно говоря, у меня большие сомнения по поводу того, что надо идти. Потому что совсем откровенно – вы призывали… как бы я еду, поэтому я слушаю вашу программу…

С.ПАРХОМЕНКО: Можно подумать, что те, которые не едут, не слушают.

Слушатель: Не знаю. Но мне кажется, есть большая вероятность того, что те, кто сидят дома, и те, кто едут в машине, они, собственно, и слушают. Все остальные как бы заняты делами.

С.ПАРХОМЕНКО: Это правда.

Слушатель: Соответственно – когда вы призываете голосовать и отдавать свой голос какому-то конкретному человеку, проблема в том, что да, есть конкретные люди, но есть еще гигантское количество других людей, которые, например, мне… ну, не буду называть ту самую партию, про которую вы тогда говорили, они мне не симпатичны. Точно так же и в какой-то другой партии, за которую я некоторое количество лет назад голосовал, и не один раз, мне становится менее понятна позиция этих людей…

С.ПАРХОМЕНКО: Ну, мне кажется, что нужно разделить стоящие сейчас перед вами задачи на более важные и менее важные. На первичные и последующие. Вам что важнее – продемонстрировать неприязнь тем несимпатичным, которые находятся в тех партиях, за которые вы голосовали, или продемонстрировать, что вы есть на свете, людям, которые выделывают с вами… из «Единой России», это партию давайте назовем вслух, выделывают с вами то, что они выделывают там, где вы едете. Поднимите сейчас голову от дороги – поднимите и посмотрите, что у дороги висит. Видите? читайте! Прочтите, что вы сейчас видите, вот в настоящую секунду. Прочтите лозунг, который вы видите.

Слушатель: Ну, откровенно говоря, в данный конкретный момент я не вижу ни одного лозунга…

С.ПАРХОМЕНКО: Где ж это вы едите-то, господи боже мой, куда ж это вы забрались, что вы его не видите? вообще правило, московское, во всяком случае, заключается в том, что с каждой точки, где бы ты ни находился, должно быть видно два предмета агитации «Единой России» — в одну и в другую сторону. Поворачиваешься налево, поворачиваешься направо и их видишь – два.

Слушатель: Вы знаете, откровенно говоря, вот прямо сейчас я проехал мимо Авиамоторной и там увидел госпожу Гайдар на билборде.

С.ПАРХОМЕНКО: Повезло же вам…

Слушатель: Я думаю, что парадокс ситуации заключается в том, что некие слова, которые говорит господин Немцов… я б с удовольствием пошел голосовать за СПС, но как бы вот они звучат несколько лицемерно. А больше-то, собственно, кто остался-то? господин Барщевский… ну так вы ж сами только что утверждали на ту же самую тему, и откровенно говоря, мне он не совсем симпатичен, потому что ощущение, что такой человек больше работает все-таки, а не пришел в политику. И чего делать?

С.ПАРХОМЕНКО: Выбирать. Итого – два варианта вы отвергли. В одном есть крайне несимпатичный вам Немцов, и вы ни за что не хотите доверить ему свой голос…

Слушатель: Ну, я не говорю конкретно про Немцова. Просто некие вещи, которые там происходят…

С.ПАРХОМЕНКО: Ой, Андрей, очень плохо слышно.

Слушатель: Скажем так, чтобы свою гражданскую позицию проявить, я решил один раз посмотреть телевизор, и когда я услышал, как господа из Яблока бьются с господами из СПС, мне стало совершенно их позиция непонятна.

С.ПАРХОМЕНКО: Ну да, есть такая фирменная игра господ из Яблока, да. У них есть главные претензии, мы знаем, к кому. Страшнее как-то для них зверя нет. Ладно, Андрей, спасибо. Долго можно так рассуждать, а времени у нас, собственно, немного. Времени осталось на один последний звонок. Давайте-ка мы этот последний звонок примем и замолкнем на неделю. А в следующий раз уже встретимся, я думаю, в новом времени, когда у нас будут ответы на некоторые из этих вопросов. Ну вот, например, последний звонок этой передачи. Да, я слушаю вас.

Слушатель: Алло, добрый вечер.

С.ПАРХОМЕНКО: Здравствуйте. Как вас зовут?

Слушатель: Валерий Александрович.

С.ПАРХОМЕНКО: Вы откуда звоните, Валерий Александрович?

Слушатель: Из Москвы. Мне кажется, что плохо, что отменили голоса «против всех». И все против них будут голосовать за Жириновского.

С.ПАРХОМЕНКО: Ну, я так не думаю.

Слушатель: Я, кстати, тоже за него буду голосовать.

С.ПАРХОМЕНКО: Имеете полное право.

Слушатель: Я, собственно, это хотел сказать.

С.ПАРХОМЕНКО: Понятно. То есть вы будете голосовать за Жириновского, потому что это против всех. Это такой способ проголосовать против всех, считаете вы.

Слушатель: Да, это лучше, чем рвать бюллетени. Потому что пройдут реально только три партии…

С.ПАРХОМЕНКО: Ну почему? может пройти формально и одна, а тогда их окажется две. По-разному бывает.

Слушатель: Но я предлагаю такой вариант всем слушателям.

С.ПАРХОМЕНКО: Понятно, Валерий Александрович. Спасибо вам и спасибо всем, кто меня слушал в эту последнюю пятницу перед выборами. Всем, кто задумался над тем, что я говорил сегодня. Я никому не навязываю никаких решений. Я предлагаю отнестись к этому серьезно. Я призываю вас дорожить правом своего выбора. Я призываю вас вспомнить, что ваше право выбора – это одна из самых больших ценностей, которые у вас есть все равно. И я призываю вас, конечно, не бояться. Ничего вам не будет ни за какое голосование. Хотя так проголосуйте, хоть сяк. Никто никогда не посмеет реально никаким образом устроить вам какие-нибудь неприятности за ваше голосование. Если вы придете. Если не придете, вашим голосом распорядятся без вас. Легко и непринужденно, я в этом нисколько не сомневаюсь. Счастливо. Встретимся в следующую пятницу, я надеюсь, в программе «Суть событий». Интересно, будет ли в новой жизни программа «Суть событий»… Посмотрим.



Самое обсуждаемое

Популярное за неделю

Сегодня в эфире