'Вопросы к интервью

Время выхода в эфир: 11 июня 2021, 21:05

С.Пархоменко Добрый вечер, дорогие друзья! Это программа «Суть событий» НРЗБ Сергей Пархоменко, ведущий программы. Проблема заключается в том, если это проблема, что я не в студии «Эхо Москвы», а довольно далеко. Тем не менее, меня можно не только слышать, но и видеть. Идет прямая трансляция на YouTube-канале эховском.

К сожалению, я не вижу ваших эсэмэсок, не вижу в YouTube чата. Так что с обратной связью у нас, конечно, проблемы. Тем более, что вдобавок ко всем подаркам, меня еще — может быть, вы слышали — забанил Фейсбук некоторое время назад. Так что я лишен возможности выложить даже там свой обычный пост, в котором я расспрашиваю вас о том, что бы вы хотели слышать в программе, какие темы, сюжеты вам кажутся уместными и особенно актуальными в этот день.

Но, мне кажется, что мы с вами не далеко разойдемся в оценках тех сюжетов, которые прошли на минувшей неделе. И, я думаю, что список тем, из которых должна состоять сегодняшняя программа, он довольно очевидный и вряд ли тут могут быть какие-то серьезные расхождения. Хотя есть, может быть, один сюжет, который кажется мне не совсем тривиальным, но, тем не менее, чрезвычайно важным, и я постараюсь время на него в этой программе оставить.

Начну все-таки с очевидного. Я начну с решения Мосгорсуда, который на этой неделе признал экстремистскими все организации Алексея Навального — и ФБК*, и Фонд защиты прав граждан*, которые ранее были признаны иностранными агентами, а вот теперь они экстремистскими, а также штабы Алексея Навального в российских регионах, хотя такой всероссийской организации под названием «Штабы Навального*» не существует.

И я бы хотел обратить ваше внимание на какой-то очень точный, спокойный и содержательный комментарий, который ко всему этому дал адвокат Илья Новиков, который в этом конкретном деле представлял команду Алексея Навального. Он очень спокойно, очень буднично и, по-моему, очень убедительно описывал то, что происходило в суде. А есть ведь еще проблема, которая заключается в том, что там же все засекречено. И мало того, что это дело само по себе достаточно абсурдное, так оно еще происходит в режиме тотальной темноты, когда мы с вами не можем видеть документов. Мы не можем слышать тех аргументов, которые выдвигает обвинение. Мы очень скудно видим и слышим то, о чем говорит, собственно, сторона Навального, его адвокаты, потому что и они связаны разного рода ограничениями, подписками и так далее. И информации обо всем этом очень мало. Но, тем не менее, понятно, что, собственно, вменялось Алексею Навальному и его сотрудникам, и тем организациям, которые он создал, в качестве вины в этом деле.

C.Пархоменко: Это не уголовное преступление, не административное преступление — создание у населения негативного мнения по какому бы ни было поводу

И адвокат Илья Новиков назвал это беллетристикой. Понятно, что он имеет в виду. Для адвоката это совершенно очевидная, вполне невыносимая ситуация, когда вместо ссылки на закон, когда вместо прямого указание на то место закона, на те слова закона, которые в данном случае применяются, начинается какая-то художественная литература со стороны обвинения или со стороны суда.

Прежде всего, Илья Новиков говорит, и мы тоже много об этом слышим, и слышим в тех обвинениях, которые звучат от разных политиков и от российской пропаганды в адрес Навального и его команды, что они готовят «цветные революции».

Есть одно обстоятельство. Оно заключается в том, что российский закон ничего не знает о «цветных революциях». И российский закон не только не предусматривает никакого наказания за «цветные революции», ему вообще незнакомо такое понятие. В российском законе есть убийство, изнасилование, мошенничество, множество разных составов преступлений против личности, против имущества, против государства. Есть много разных злодеяний, описанных российскими законами, российскими кодексами — Уголовным кодексом, Кодексом об Административных правонарушениях, Уголовно-процесуальным кодексом, Уголовно-исполнительным кодексом. А вот «цветных революций» там нет.

И любая ссылка ни в разговоре, ни в интервью, ни в публицистическом тексте, ни в политической речи, а в суде, в обвинительных документах на то, что какая-то организация хотела бы или стремилась использовать технологии цветных революций, просто лишена всякого смысла.

То же самое с «деструктивной деятельностью». Вот в обвинении были формулировки по поводу экстремистской и «иной деструктивной деятельности» ФБК*, который был признан иностранным агентом. Нет никакой деструктивной деятельности в российском законе. Это и есть беллетристика.

Такая же точно беллетристика — это «тенденция к массовым беспорядкам». Там сказано, что «действия ФБК* приводят к мероприятиям, которые имеют тенденцию все чаще перетекать в массовые беспорядки. А, собственно, эти слова о тенденции, они на чем основаны? Есть какая-нибудь статистика по этому поводу? Есть дела, в которых по поводу этих массовых беспорядков были осуждены значительные массы людей?

Массовые беспорядки нельзя создать в единственном числе. Вот я сам один не могу организовать из себя массовые беспорядки, потому что я один. И вдвоем мы не можем это делать, и впятером мы не можем это делать. Для массовых беспорядков нужна масса. Это уже статистическое понятие, это статистический факт. Должна быть толпа людей, которая признана участниками массовых беспорядков. Это где? Есть осужденные по этому поводу? По одному и тому же эпизоду много людей, которые совершали одни и те же массовые беспорядки в одном и том же месте, в одно и то же время? Ничего этого нет.

Ну, и главная дискредититирующая беллетристическая история — это «дискредитация руководства страны». Такой пункт обвинения: «ФБК* стремился дискредитировать руководство страны и создать у населения негативное мнение о внутренней и внешней политике властей». Вообще, вот то, что я сейчас делаю, если вдуматься, это аккурат попытка создать у населения негативное мнение о том, как власти своей политикой уродуют, уничтожают российское правосудие. Я хотел бы, чтобы люди думали об этом плохо, чтобы люди понимали, до какой степени это нехорошо. И мне важно создать это негативное мнение о политике российских властей в том, например, что касается этого беллетристического обвинения против организации Алексея Навального.

Это не уголовное преступление, это даже не административное преступление — создание у населения негативного мнения по какому бы ни было поводу. За это не только нельзя называть людей экстремистами, их, в принципе, нельзя в этом обвинять. Это наше право — создавать позитивное мнение или негативное мнение.

Вот на этой неделе произошел целый ряд событий, которые сильно побуждают меня к созданию негативного мнения о действиях российских властей. Например, российские власти санкционировали политические убийства, создали специальную внутри российских спецслужб структуру политических убийц, которая удивительным образом выбирает свои жертвы. И вот на этой неделе выяснилось совершенно определенно с доказательствами в руках, с демонстрацией событий, которые точно не могут быть совпадением.

Выяснилось, что одним из людей, которые пострадали от деятельности этой команды убийц, и на которых эта команда убийцы пытались направить свои усилия, был литератор, журналист, радиоведущий, в частности, лектор-просветитель Дмитрий Быков, хорошо вам известный. Лично у меня нет никакого объяснения относительно того, почему именно Быков был избран очередной жертвой.

Единственная версия, которая у меня есть, если не считать того, что, в конце концов, можно ведь и жребий бросать, можно «на кого бог пошлет»: подбрасываешь вверх кирпич, находясь в густой толпе людей — ну, вот кому-то он упадет на голову.

C.Пархоменко: Люди, которым поручают этими убийствами заниматься, должны демонстрировать, что они работают в этой области

Я бы сказал, что это можно объяснить, взаимоотношениями внутри корпорации. Такой своеобразной отчетностью. Дело в том, что люди, которым поручают этими убийствами заниматься, насколько я понимаю, они должны как-то демонстрировать, что они, действительно, работают в этой области. Они не могут упражняться без предмета. Они не могут играть в футбол без мяча, они не могут просто проводить все время мысленные учения, просто сидеть за столом и обсуждать, как бы они сделали, организовали бы очередную операцию для убийства очередного врага власти, врага государства. Время от времени им надо показывать своему начальству, что они работают, что они показывают разные типы операций.

Вот убийство в поезде. Вариант В: убийство в самолете. Вариант С: убийство на пароходе. Вариант D: убийство в метро. Вариант Е: выбрасывание из окна. С помощью яда, с помощью пистолета, с помощью веревки, с помощью удавки. Вот у нас есть разные варианты, мы разрабатываем разные способы. У нас есть разные процедуры, разные протоколы, как это называется. Вот у нас есть такой протокол: убиваем человека с помощью яда, отправившись вслед за ним куда-нибудь в командировку.

Вот по такому протоколу они действовали много раз. Они дважды так действовали с Кара-Мурзой. Они действовали так несколько раз с Навальным. Правда, ничего из этого не получалось. Потом, в конце концов, они сумели продвинуться вперед и довести дело до того, до чего оно дошло 20 августа 20-го года, когда Навальный впал в кому. Как выяснилось, они отработали по этому протоколу еще и Дмитрия Быкова и отчитались, вообще, начальству. Видимо, показали: вот так работает. Вот мы поехали, вот наши командировки, вот израсходованные материалы, взятые со склада. Вот результат. Можете в газетах прочесть. Общественность волнуется на эту тему.

Это единственное, что я могу здесь вообразить. Ну, точно так же, как каждый раз задумываешься, когда происходят какие-нибудь события вроде убийства Немцова: А, собственно, что это было? А зачем это было нужно.

Ну, по всей видимости, столкновение между какими-то спецслужбами. Они там чего-то разбираются между собой, как-то друг друга чему-то учат. Вот с Быковым тоже. Это какая-то внутрикорпоративная история. Это какая-то у них там административная процедура происходит, в рамках которой они убивают живых людей. При этом все время нужно об этом помнить, и все время нужно на этот счет надо оговариваться, что мы ведь не знаем, сколько всего было этих операций, и какое количество из них были успешными.

Вокруг нас умирают в самых разных обстоятельствах, в самых разных местах, при самых разных симптомах самые разные люди. И мы с вами иногда удивляемся: а чего он умер таким молодым? А чего он умер так внезапно? А чего он умер от болезни, которую у него раньше никогда не диагностировали раньше? (Он или она). А что вообще случилось. Ну, и, в конце концов, мы пожимаем плечами и говорим: «Ну, бывает».

Вот насколько лет назад совсем внезапно умер Антон Носик, человек, чрезвычайно важный для российской политической среды, интеллектуальной среды, художественной среды и корпораций связанных с интернетом, с IT-технологиями и так далее. Вот был, был… Потом в гостях у одного своего приятеля сел в кресло — и умер. Это что было? Мы задумывается об этом или нет, мы пытаемся каким-то образом интерпретировать вот так? Время от времени происходят разные вещи. Люди выпадают из окна, люди кончают собой при каких-то чрезвычайно странных и неопределенных обстоятельствах, не имея к этому никаких мотивов.

C.Пархоменко: Какова производительность этой машины политических убийств, которая создана, мы этого не знаем

Совершенно не исключено, что то, что мы видим на всяких удивительных примерах типа Кара-Мурзы (младшего), типа Дмитрия Быкова, ну и, в конце концов, Навального, — это, что называется синдром выжившего или эффект выжившего, как это называется. Мы видим только безуспешные, неудачные случаи с точки зрения организаторов. А сколько их там, действительно, какова производительность этой машины политических убийств, которая создана, мы этого не знаем.

А что эти люди могут не оглядываться ни каким образом на закон, никаким образом не смущаться по поводу того, что закон что-то позволяет, чего-то не позволяет, это можно, это нельзя, это соответствует цивилизованным правилам управления страной, а это нет. Ну, так мы это видим на судебных делах.

Вот вернемся на минуту к этому самому Мосгорсуду и к признанию ФБК* и других организаций Навального экстремистскими. Это сделано абсолютно беззаконно, вне всякого закона. Не то что это сделано с ошибками, неточностями или с какими-то неясностями или с какими-то передержками, перебивами ли еще с чем-нибудь. Это сделано просто вне, отдельно от правового поля с использований обвинений, которых не существует, с использованием аргументации, которой просто нет — вот просто нет и все.

Вот очень хорошая иллюстрация к тому, как это работает, была на этой неделе в еще одном таком, я бы сказал, видеокомментарии, который сделал объявленный экстремистским, ФБК*, теперь уже, наверное, можно не говорить, что он иностранный агент? Теперь надо брать выше, есть как-то покруче обвинение. Одно вытесняет другое или нет? Я не знаю, нам, наверное, объяснят через некоторое время: надо оба произносить или только одно какое-нибудь?

Так вот эта организация, которую я не буду здесь лишний раз называть, сделала видеокомментарий, его ведущей была Мария Певчих, который еще раз подвел итог, собрал вместе все обстоятельства, все детали, все подробности, которые известны по поводу отравления Алексея Навального.

Там было довольно много всяких новых дополнений. Совершенно умопомрачительная история о том, как Иван Жданов и его коллеги раздобыли медицинскую карту Алексея Навального с результатами анализов, из которых, в общем, прямо следует, что люди, которые там, в Омске имели дело с Алексее Навальном, они знали, что происходит. Они имели в руках этот диагноз, они имели в руках результаты анализов, которые ясно показывали на отравление такими веществами, к которым относится «Новичок».

Есть очень важное, очень серьезное, содержательное уточнение к описанию всей схемы с разъездами убийц, из специально созданной группы политических убийств вместе с Алексеем Навальным и целым рядом других людей, которые потом подвергались атакам…

Вообще, это очень важная вещь. Я говорил про то как-то раз, что создана такая технологическая процедура, которая позволяет этих людей отлавливать. Этот колпак сохраняется, они из-под него не выскочили. Найден принцип, по которому можно этих людей вычислять по сопоставлению их перелетов, и, таким образом, можно понимать много разных дополнительных вещей. Можно не только составлять список этих людей, но и можно пополнять список тех акций, которые они ведут, если анализировать то, за кем они летают и смотреть, что с этими людьми потом случилось. Таким образом, расширяется список тех операций, которые они проводят.

А кроме того, сопоставляя эти списки с НРЗБ людьми, которые снова и снова оказываются рядом с ними в разных полетных реестрах, мы расширяем эту группу. И это очень важно, что это не просто какая-то разовая находка. Вот утекли сведения, кто-то рассказал, кто-то показал пальцем, кто-то дал знать, кто-то поделился знанием.

Нет, это холодная технологическая процедура, которая позволяет следить за этими убийцами, вычислять все новых и новых, описывать их действия, выявлять эту структуру во всех ее подробностях. Это очень серьезный шаг вперед во всем этом расследовательском деле. И мы это видели, в частности, видели, в частности, в этом ролике, который вела Мария Певчих и дополнила довольно интересными подробностями то, что мы уж знали, новыми именами, новыми лицами, и новыми рейсами, новыми поездками, новыми номерами телефонов — то, что мы уже знали об этой индустрии убийц. Хотя, по-прежнему, надо понимать, что, видимо, мы можем наблюдать только какую-то верхушку.

Мы не знаем, какова интенсивность деятельности этой группы, сколько еще народу они, так сказать, обслуживают, и в каких случаях это было успешно, а в каких, к счастью, провалилось.

И очень важно, глядя на эту ситуацию с Алексеем Навальным и сравнивая ее, например, с тем, что происходило в Мосгорсуде, и сравнивая с тем, как отрабатывает власть другие свои пропагандистские мотивы, как, понимаете, отравление Быкова и так далее, понимать, что основным их методом является просто лобовое вранье. Вот просто нет и всё.

C.Пархоменко: Следственная группа исключила несчастный случай или что-то вроде этого внутри самолета

Вот так, как они провели этот судебный процесс отдельно, вне всякого законного поля, — вот так отдельно, вне всякой реальности, дипломатической реальности, реальности обмена документами, реальности обязательств, взятых разными странами и разными международными организациями, они проводили пропагандистскую кампанию, связанную с отравлением Навального. Просто хладнокровно объявить бывшее не бывшим, объявить очевидное ложью, заявить о том, что нам не предоставляют сведений хотя эти сведения есть. Заявить о том, что они обязаны сделать те или иные действия, например, провести экспертизы в интересах Российской Федерации, хотя никакие международные организации не обязаны это делать.

Вот это был, кстати, очень хороший, очень важный мотив. Советую посмотреть тем, кто это до сих пор не видел, что Российская Федерация могла, имела все основания обеспечить себе весь тот объем данных, который она требовала от у других. Эти другие не обязаны был предоставлять. Российская Федерация может сама их взять, если хочет, сама потребовать экспертизы, сама вызывать технический комитет организации по запрещению химического оружия и предъявить ему исходные данные, которые этот комитет независимым образом, бесконтрольно, без наблюдения со стороны России, со стороны заказчика в данном случае, проанализирует, — все это можно было сделать. Никто этого не сделал, но использовал эти аргументы для обвинений другой стороны.

Я не хочу начинать эту тему перед перерывом. Осталось всего пару минут. Я начну следующую половину этой программы с событий, которые произошли в Гааге на этой неделе, где идет суд, он возобновился, по делу о сбитом малазийском «Боинге» МН17. Вы помните, что в июле 14-го года почти 300 человек погибли над украинской после того, как случайно пролетавший этим маршрутом пассажирский лайнер, был сбит боевой ракетой.

Суд движется. После очередного перерыва на этой неделе, 7,8… 10 июня происходили заседания. Сейчас опять небольшой перерыв. Все это продолжится 17-го.

Но замечательное совершенно наблюдение можно сделать, сравнивая две вещи: сообщения самого суда… Надо сказать, что у суда есть сайт, и на нем очень добросовестно, очень подробно, очень членораздельно излагают события каждого заседания день за днем, подводят такое резюме и описывают, что было, что выяснилось, что суд выслушал, что суд постановил по поводу выслушанного. А рядом положить сообщения о этом российских официальных лиц и российской пропаганды. И увидите еще раз этот принцип.

Вопрос не в неточностях, вопрос не в каком-то отступлении от буквы. Вопрос в том, чтобы просто расположиться рядом, в некоторой параллельной реальности, и там, в этой параллельной реальности, исходя из совершенно не существующих обстоятельств, описывать то, что происходит на самом деле. Вот так это работало с делом об отравлении Навального, так это работало с делом в суде об объявлении экстремистскими его организаций, так это работало вот сейчас, в последние дни с сообщениями о попытках убийства Дмитрия Быкова.

И здесь я совершенно согласен с теми моими коллегами, которые говорят, что отсутствие комментарий по этому поводу, просто молчания на этот счет государства в лице чиновников, которые обязаны говорить на этот счет, является несомненным признанием этой вины. Это, конечно, подтверждение — такое молчаливое самодовольно подтверждение тому, что да, так, собственно оно и было.

На этом месте я сделаю перерыв и вернусь к теме суда по поводу «Боинга», через 3-4 минуты после новостей во второй половине программы «Суть событий» со мной, Сергеем Пархоменко. Новости.

НОВОСТИ

С.Пархоменко Это снова Сергей Пархоменко, ведущий программы «Суть событий». Это вторая половина программы «Суть событий». Я веду ее не из студии «Эхо Москвы», а издалека. Зато вы можете меня не только видеть, но и слышать. Я в трансляции на YouTube. К сожалению, я не вижу ваших эсэмэсок, не вижу чата на YouTube, не вижу комментариев у себя в Фейсбуке, потому что я забанен. Вообще, кошмар. Все звезды сошлись, сошлись таким образом, что обратной связи никакой не суждено у нас с вами быть. Но попробуем все равно поговорить о то, что, как, мне кажется, должно быть интересно и вам и нам.

Я начал говорить в конце первой половины программы о событиях, которые произошли в Гааге, где на этой неделе возобновился суд по МН17. И интересно не то, что там происходит. За тем, что там происходит, можно наблюдать, прежде всего, на сайте самого суда, где, как я уже говорил, есть очень аккуратные ежедневные резюме по поводу того, что происходило в суде в течение каждого дня. Они по-английски, но даже если вы ни слова не понимаете на этом языке, при современных возможностях компьютерного перевода понять, что там, нет никакой сложности.

4 человека являются нам формально подсудимыми. Это Игорь Гиркин, известный так же, как Стрелков, отставной полквник ФСБ. Это Сергей Дубинский, старший офицер ГРУ. Он в отставке, но по имеющимся у следствия сведениям он принимал активнейшее участие в военных событиях в Восточной Украине и, вч, в том, что связано с гибелью самолета МН17. Это Олег Пулатов, подполковник запаса, единственный человек, который как бы формально присутствует на этом процессе. У него есть адвокат, который выступает от его имени, задает вопросы.

Я думаю, это было сделано для того, чтобы все-таки, российские власти имели возможность получать некоторую дополнительную информацию изнутри суда. Поэтому решили все-таки одному, самому малозаметному из этих трех деятелей подсудимому назначить адвоката и велеть этому адвокату сидеть там, в Гааге и следить за тем, что там происходит. Вот эти три человека, они граждане Российской Федерации. Четвертый человек — Леонид Харченко, с украинским гражданством, командир разведподразделения ГРУ Донецкой народной республики.

И вот главное, что, собственно, произошло в эти дни, когда шли заседания. Было оглашение в суде свидетельских показаний. В общей сложности 20 свидетелей дали показания и заявили о том, что они видели след от пуска ракеты в одно и то же время, в одном и том же месте. 12 из них сообщали о том, что они слышали грохот или взрыв, или еще какие-то звуки. 8 человек видели просто полет ракеты в небе. Был один свидетель, который сообщил, что 17 июля в районе 16 часов 20 минут по местному времени он находился непосредственно у села Первомайское и видел, как проезжает военная машина, и эта машина заезжает через лес на небольшое сельскохозяйственное поле возле дороги. Потом он услышал грохот, потом свист, потом он увидел в небе белый след, уходивший в сторону города Тореза. А, судя по данным радаров и черных ящиков, именно там был сбит самолет ,в районе этого Тореза. Потом в небе раздался взрыв. А потом он увидел, как из облаков на землю стали сыпаться обломки самолета и обрывки человеческих тел.

Вот эти свидетельские показания, очень согласующиеся между собой, очень надежно повторяющие друг друга, были важным подтверждением того, что первоначально стало известно из анализа видеоматериалов и разного рода записей в социальных сетях. Была проделана колоссальная работа. Первоначально этим занималась группа Bellingcat*, но этим занималась и международная следственная группа профессиональная.

Потом эти материалы были объединены вместе. Bellingcat* передавал все свои материалы этой самой расследовательской группе. Она их анализировала заново. Как некоторое сырье, о котором не сделано никаких предварительных выводов, никто ни в чем не предубежден. Просто смотрели еще и еще раз на эти материалы и пытались их сопоставить между собой. И воссоздавалась картина движения машины с этой самой пусковой установкой. Сначала движение туда, потом движение обратно. Туда — со всеми комплектными ракетами, обратно — с недостатком одной ракеты.

А теперь вот и свидетельские показания. Вы можете непосредственно на сайте суда это прочесть. Вы можете прочесть это в огромном количестве материалов журналистов, которые присутствуют на этом суде или которые имеют возможность непосредственно расспрашивать участников этого суда. А потом вы можете сравнить это с сообщением, например, в РИА «Новости», в официозном российском агентстве, которое продолжает называть себя информационным, хотя, в действительности, как мы видим, снова и снова занимается дезинформацией.

Вот, например, отчет этого самого агентства РИА «Новости» по поводу очередного дня суда. Вот цитата: «Выводы следствия по делу о крушении рейса МН17 на востоке Украины о том, что ЗРК «Бук» был доставлен из России и затем перевезен обратно, основаны на украинских фото— и видеоматериалов, — заявил судья Дагмар Костер на заседании в четверг. Притом, что в Генпрокуратуре ранее отмечали, что следственная группа полагается на непроверенные источники, игнорируя неопровержимые доказательства, а в Минобороны РФ указывали на фальсификации в видеозаписях». Скажите, а вот эта вторая половина фразы после слов «притом, что», — это тоже судья Дагмар Костер сказал? Ну, вот если читать этот текст, получается, что да. Там просто стоит запятая между первой половиной, которая кончается словами «заявил судья Дагмар Костер на заседании в четверг» и второй половиной той же фразы «притом, что в Генпрокуратуре» и дальше — «непроверенные источники», «игнорируя неопровержимые доказательства» и так далее. Получается, что это все сказал судья.

Или в этом же тексте стоит информация. Картинка. На картинке какой-то мужчина. Под ним написано: «Свидетель по делу МН17 заявил, что никогда не видел ЗРК «Бук» в Донбассе». Вот это все, что мы узнаем об обнародовании показаний свидетелей в этом суде. О том, что их было 20, что все они показали, что они видели этот «Бук» ровно в той зоне, о которой идет речь. Они показывали, что они слышали звук, что они видели след в небе, что они видели пожар на этом поле, потому что загорелась сухая трава; что они видели эту установку, которая везла 2 ракеты туда и только 3 ракеты обратно. Об этом нет ни слова. Есть только сообщения о том, что свидетель по делу МН17 заявил, что никогда не видел ЗРК «Бук» в Донбассе. Это расчет на что? Да ни на что. На то, что вы не станете проверять, на то, что можно просто хладнокровно сказать нечто противоположное.

Отдельно, кстати, замечу, что если вы поинтересуетесь, а что это, собственно, за свидетель удивительный, который заявил, что он никогда не видел, что это за лицо этого человека, — под этой картинкой нет подписи о том, кто это, что это за свидетель, как его зовут. Вы можете только в других сообщениях РИА «Новостей обнаружить, что, оказывается, это был бывший командир подразделения ПВО самопровозглашенной Донецкой народной республики по имени Владимир Цемах. Вот он, оказывается, не видел, человек, непосредственно задействованных во всю эту историю, человек, непосредственно вовлеченный в операцию, человек, который, несомненно, заявляется заинтересованной стороной в этом деле, — вот он не видел. И об этом сообщает вам агентство РИА «Новости», не обращая внимания на то, что происходило там дальше.

Из того, что произошло на этом суде, важная еще очень вещь, — это три вопроса, на которые последовательно отвечал суд. Суд вообще идет очень методично. Суд идет шаг за шагом, многократно подчеркивая, что оттого, что в суде озвучиваются какие-то сообщения, соображения, выводы прокуратуры, из этого не следует, что это позиция суда. позиция суда будет объявлена потом, в результате этого суда. И это судья часто снова и снова подчеркивает и снова об этом напоминает.

Три вопроса, которые суд заново исследовал на протяжении этих последних заседаний: Был ли рейс МН17 сбит ракетой «Бук»? И суд отмечает, что в материалах рассматриваются разные возможные сценарии, они основаны на предположениях, что произошел взрыв, но природа этого взрыва может быть разная. Основная версия — это ракета «Бук», которая была запущена с земли, именно такого типа. Следственная группа полностью исключила несчастный случай внутри самолета, какую-то техническую неполадку или что-то вроде этого. Речь идет о взрыве, произведенном каким-то оружием. И есть разные сценарии. Один сценарий, что взрыв произошел внутри вследствие заложенной в самолете бомбы или выстрела из какого-то оружия, произведенного внутри самолета.

Второй вариант: если взрыв произошел снаружи, то что это было? Была ли это атака истребителя и запуск ракеты системы «воздух — воздух», или это были какие-то другие системы, отличные от «Бука», которые были запущены с земли. Последовательно рассмотрены судом все эти версии и последовательно все они за исключением первой, за исключением вероятности с запуском ракеты «Бук» отметены как несостоятельные.

Второй вопрос: Откуда была запущена ракета «Бук»? А именно прямо задается конкретная точка: Ракета «Бук» была запущена с фермерского поля под Первомайским? — вопросительный знак. И это является основным сценарием. НРЗБ альтернативных места. Населенный пункт под названием Амвросиевка. Это место отвергнуто следственной группой и теперь отвергается судом, поскольку с учетом дальности полета «Бук» оно оказывается слишком далеко от той точки, где произошел взрыв МН17. И указывается еще населенный пункт Зарощенское. Он находится в пределах формально зоны запуска то есть расстояния… Кое что… в принципе, ракета могла бы быть запущена из этой точки. Но характер повреждений и исследование схема повреждений таков, что требует отвергнуть эту версию.

C.Пархоменко: Невыносимая ситуация, когда вместо ссылки на закон — художественная литература

И, наконец, третий вопрос: Играли ли обвиняемые вопрос в сбитии самолета МН17? Предполагается, что они свою роль сыграли. Их роль заключалась в трех вещах — в том, что они многократно выражали, как сказано в материалах суда, «потребность в системе ПВО с экипажем» и запросили предоставления им этого самого «Бука».

Есть на этот счет их переговоры, подтвержденные расшифровки телефонных разговоров с точной установкой их местоположения в этот момент относительно вышек с сотовой связью. Вот эти люди «выражали потребность», они хотели, чтобы там, в этой зоне появился «Бук» с квалифицированным экипажем, и они требовали, чтобы им этот «Бук» предоставляли. Есть много разговоров, где они говорят, как им тяжело приходится, как они страдают от атак с воздуха, как они несут потери из-за украинской авиации и как они не могут с этим справиться имеющимися у них наличными средствами.

Второе: они указали подходящее место для запуска этой ракеты. Имеются на этот счет телефонные переговоры.

И третье: они организовали транспортировку самой ракеты и ее охрану в пути. Имеются на этот счет многочисленные телефонные разговоры. Мы с вами много раз рассказывали, разговаривали об этом. Я много раз рассказывал об этом. Вы можете найти массу материалов по этому поводу в интернете. Вот суд рассматривает это сейчас заново.

Вот что очень важно — посмотреть, до какой степени надежно, до какой степени последовательно, о какой степени скрупулезно, дотошно это делаетсяс.

Навстречу ему несется только одно: «Вы игнорируете наши неопровержимые, а используете непроверенные, неизвестно чьи». Притом, что материалы дела огромны. Это «непроверенные неизвестно что» бесконечно предъявляется суду и обвиняемым, из которых только у одного есть адвокат, который смотрит на это. Любой желающий может это увидеть своими глазами.

Но система лжи действует вот так.

И последний, четвертый сюжет для сегодняшней программы, он снова про это, он снова про то, как работает система лжи, только сегодня она работает на самом высоком, на максимальном уровне — на уровне непосредственно президента страны. Владимир Путин на этой неделе говорил в одном из своих интервью об украинском законе о коренных народах. Это закон, который внесен (пока это только законопроект) внесен в украинский парламент президентом Зеленским. И Путин говорит о нем так: «Говорить о русских как о некоренном народе — это не просто некорректно, но и смешно и глупо. Это не соответствует истории. Это первое. Второе: деление на коренные, первосортные, второсортные — это уж точно напоминает теорию и практику нацистской Германии. А как быть людям со смешенной кровью? Сам Зеленский — еврей по национальности. У него, может быть, кровь намешана. Что делать с этими людьми? Им что, сейчас будут измерять черепа циркулем, как это делали в нацистской Германии? Я уже не говорю о других составляющих», — сказал президент России.

Итак, президент России отзывается об этом законе, который дискриминирует российский народ, потому что российский народ там не упоминается среди коренных народов. И говорит о том, что в этом есть нацистский подход, что кто-то собирается с помощью циркуля или еще каким-нибудь способом вычислять представителей этих народов.

Вообще, поиски текста этого законопроекта занимают секунд 30. Притом, что вы можете не знать ни одного слова по-украински. Интернет такая вещь, что если вы минимально умеете пользоваться поиском, то вы найдете текст и обнаружите в этом тексте вот что:

Статья первая. «Понятие коренного народа Украины», — это мой собственный перевод с украинского языка на русский, как вы понимаете совершенно неофициальный, корявый, наверняка со ошибками, но за точность смысле я вам отвечаю. «коренной народ Украины — автохтонная этническая общность, которая сформировалась на территории Украины, является носителем самобытного языка и культуры, имеет традиционные социальные, культурные или представительные органы, самосознание себя коренным народом Украины, составляет этническое меньшинство в составе ее населения и не имеет собственного государственного образования за пределами Украины».

Второе: «Коренные народы Украины сформировались на территории Крымского полуострова. Ими являются крымские татары, караимы, крымчаки». Больше никакие народы не упоминаются в этом законе, только крымские татары, караимы, крымчаки. Потому что на самом деле это закон о защите прав коренных народов Крыма — вот этих трех. Там не упоминается русский народ. Это чистая правда. Но там и украинский народ не упоминается, и польский народ не упоминается, и венгерский народ не упоминается, и еврейский народ не упоминается, и белорусский народ не упоминается. Все эти народы существуют в разных количествах и пропорциях на территории Украины. Там никто не упоминается, кроме этих трех крымских народов: крымские татары, караимы и крымчаки. Закон о них.

Возникает вопрос: а президент Путин знал это, когда говорил о том, что там российский народ исключен из числа коренных, что он дискриминирован, что предполагается измерять циркулями и так далее? Он знал о чем, в действительности этот закон? Я думаю, что найдется немало людей, которые скажут: «Ну, конечно, его вели в заблуждение. Ему в папочке красненько принесли, положили, вырезали там одну фразу, вырвали из контекста. В действительности он был не в курсе и так далее.

Я утверждаю, что он знал. Я утверждаю, что президент России Владимир Путин достаточно квалифицированный политик, чтобы быть в курсе относительно содержания законопроекта, о котором он говорит. Если он в данном конкретном случае не хочет, подчеркиваю, быть в курсе его содержания, это его суверенная воля, за которую он несет свою полную ответственность.

Теперь давайте сравним это, насчет циркуля и всякого прочего — сравним это с российским законодательством. В России в апреле 1999 года, то есть еще до пришествия Владимира Путина на пост президента был принят федеральный закон №82 «О гарантиях прав коренных малочисленных народов Российской Федерации». Это не какой-то древний документ, который все забыли. Он с тех пор претерпел огромное количество изменений. К нему бесконечно делаются разные поправки, он совершенствуется, развивается, адаптируется к реальной жизни. Последний раз такие поправки были 13 июля 2020 года. Перед этим в феврале 2020-го, перед этим в июле 19-го, в июле 18-го, в 15-м, в 9-м, в 8-м. Живой закон. Работает. Это закон о гарантиях прав малочисленных народов Российской Федерации. Они перечислены. Там нет русского народа, кстати, так же, как его нет в украинском законе.

Кстати, украинского народа в российском законе тоже нет. Но зато там есть в специальном списке, который прикрепляется к этому закону — некий единый перечень коренным малочисленных народов Российской Федерации. Там есть: абазины (живут в Карачаево-Черкесии), алеуты (Камчатский край), алюторцы (Камчатский край), бесермяне (Удмуртская республика), вепсы, водь (Ленинградская область), долганы, ижорцы, ительмены, камчедалы кереки, кеты, коряки… Остановлюсь на этом месте. Там есть на все буквы алфавита.

Интересно, вот этих людей, как предполагается определять — циркулями? Если вы возьмете ительмена, живущего в Камчатском крае Магаданской области, снимите с него традиционные одеяния, сотрете с него тюлений жир, которым он мажет лицо, чтобы не замерзнуть на морозе и переоденете его в джинсы, кроссовки и футболку, вы его не отличите от какого-нибудь из зятьев дочерей Владимира Путина. А если это девочка, то прямо и от дочери Владимира Путина. Такая же точно. Что предполагается измерять циркулем?

Или, может быть, бывают такие ситуации, когда государства принимают о гарантиях прав своих малочисленным народам, например, бесермянам, керекам и корякам, как написано в российском законе? А в украинском — крымским татарам, караимам и крымчакам. Да, Украина считает Крым по-прежнему вместе со всем остальным миром — вместе с ООН, вместе с Евросоюзом — читает Крым своей территорией. И считает народы, которые там живут, своими малочисленными народами, подлежащими защите.

Дальше что? Зачем врал-то, спрашивается? Зачем комедию эту устроил? Зачем натравил? Это я спрашиваю у президента Российской Федерации Владимира Владимировича Путина? Зачем натравливаете? Вообще задача президента любой страны, казалось мне, заключается в том, чтобы создавать некоторую стабильность, уверенность, спокойствие и рассудительность в международных отношениях и в отношениях внутри страны.

Здесь мы видим президента России, который знает, в чем заключается документ, о котором он говорит, и он перевирает смысл этого документа. Он обвиняет его в том, что он дискриминирует русский народ, хотя этот документ совершенно не об этом. Он создает ситуацию, что этот русский народ дискриминируется по сравнению с украинским народом, хотя он тоже там не упоминается. Он говорит о том, что это предполагает какие-то нацистские практики, хотя сам является главой страны, в которой есть точно такой же закон, который, разумеется, так же, как и этот, не предполагает никаких практик. Зачем врал? Зачем натравливал?

Потому что так выглядит система, в которой работает эта власть. Эту систему построил Владимир Путин. Она так работает при отравлении Алексея Навального и при попытках скрыть это отравление и избежать расследования. Она так работает при отравлении Дмитрия Быкова. Она так работает при организации, а точнее организации суда над организациями, которые создавал Алексей Навальный. Она так работает в международных отношениях, в данном случае в отношениях с Украиной. И нет никаких сомнений, что этот аргумент будет использован на ближайшей встрече с американским президентом: Они там фашистские законы принимают, они русский народ дискриминируют.

Остановимся на этом. Это была программа «Суть событий». Я Сергей Пархоменко. До будущей пятницы. Всего хорошего!

* Фонд борьбы с коррупцией - НКО, признанное иностранным агентом; экстремистская организация, запрещённая в России. Фонд защиты прав граждан - НКО, признанное иностранным агентом; экстремистская организация, запрещённая в России. Штабы Навального - НКО, признанное иностранным агентом; экстремистская организация, запрещённая в России. Bellingcat - СМИ, признанное иностранным агентом.


Загрузка комментариев...

Самое обсуждаемое

Популярное за неделю

Сегодня в эфире