'Вопросы к интервью

Время выхода в эфир: 29 января 2021, 21:05

С.Пархоменко 21 час и 3 минуты в Москве. Это программа «Суть событий». Добрый вечер! Я Сергей Пархоменко, ее ведущий. У нас с вами есть номер для СМС-сообщений, потому что я сижу в студии «Эхо Москвы». Поэтому я могу это и видеть. Номер для СМС-сообщений: +7 985 970 45 45. И есть еще трансляция в YouTube, где работает чат. Все работает, обратная связь есть. Сегодня у нас час в эфире. Новый год прошел, все вернулись с каникул, двух часов больше не дают. Обойдемся одним часом. Но, тем не менее, я всегда рад получать от вас вопросы и осмысленные реплики в чате.

С очевидных тем давайте начнем. А очевидная тема — это новое расследование Грозева, замечательного расследователя, аналитика и большого мастера работы с разными открытыми и полуоткрытыми базами данных. Я в свое время организовывал разные конференции для российских журналистов, в частности, для лауреатов премии «Редколлегия». К сожалению, всё это приостановилась из коронавирусных проблем. Но я очень надеюсь, вернуться к этой деятельности, и еще много таких конференций организовать.

Вот у нас была такая конференция, в которой как раз Албуров участвовал. Мы его приглашали — и Албурова, и известного вам, например, Андрея Заякина из «Диссернета», теперь он активно еще работает в «Новой газете», где целый специальный отдел для него сделали. Приглашали разных специалистов по работе с этими открытыми базами данных, всякими реестрам, доступными прямо, косвенно или как-нибудь иначе или за деньги сведениями, из которых можно добывать всякую полезную информацию для расследователей и учили этому журналистов. Вот Христо Грозев, конечно, замечательный образец такого рода мастера.

И я сразу скажу, а то потом забуду, что премия «Редколлегия», одним из членов жюри которой я имею честь состоять — погуглите, если не знаете, что такое премия «Редколлегия», зайдите на наш сайт redkollegia.org; это независимая премия, которая каждый месяц вручает журналистам российским премии за прекрасную работу, — вот премия «Редколлегия» долго спорила о том, должны ли мы наградить Христо Грозева в качестве журналиста, притом, что он много раз говорил, что он никакой не журналист, а он, так сказать, продюсер. Он человек, который создает некоторую основу, а потом другие журналисты на этой основе оформляют свои публикации.

И вот в результате решили, что нет, не должны награждать Христо Грозева. А вместо этого премия «Редколлегия» выпустила такое заявление в его честь, где говорится следующее:

«Главным медийным событием декабря стало беспрецедентное расследование покушения на убийства Алексея Навального. «Редколлегия» персональный вклад участника расследовательской группы Bellingcat Христо Грозева, выступившего организатором и продюсером расследования. Ценность его вклада в том, что он дает толчок дальнейшему развитию расследовательской доказательной журналистики в России. Его работа высочайшего качества и масштаба уже легла в основу ряда публикаций в российских независимых СМИ».

Жюри премии «Редколлегия».

Это была протокольная часть нашей программы, которая нам представляется важной. Но, понимаете, тут такое дело, что всё, что связано с Навальным и всё, что связано с его собственными расследованиями и с расследованиями, которые он делает вместе с Христо Грозевым и отдельно от Христо Грозевым, до такой степени наполнило собою повестку новостей российских, что, буквально, раздавило всё, что непосредственно к этому не относится, а относится хотя бы только косвенно.

И очень важное, очень ценное и сильно, я бы сказала, развивающее наши знания о том, как устроены политические убийства в Российской Федерации, второе расследование, которое подготовил Христо Грозев и которое опубликовали разные СМИ, в том числе, и Bellingcat и российский The Insider. Так вот оно как-то оказалось раздавленным событиями вокруг Навального и это, конечно, очень жаль. Но ничего с этим нельзя было сделать. Ну, дальше держать это было невозможно и неправильно, дожидаться, пока не будет никаких новостей.

С.Пархоменко: У нас чемпионат России по политике пришел в стадию финала. Определились два финалиста: Путин и Навальный

Я думаю, что теперь долго еще не будет такого дня, в котором нет никаких новостей, так или иначе, связанных с Навальным или с протестным движением вокруг Навального или с делом Навального, или еще чего-нибудь Навального, или, в конечном итоге, с борьбой Навального и с тем, что у нас тут чемпионат Российской Федерации по политике пришел в стадию финала. У нас определились два финалиста: финалист Путин Владимир Владимирович и финалист Навальный Алексей Анатольевич. Вот мы теперь следим за этой финальной стадией этого соревнования. Я надеюсь, не только следим, но и в меру нашей гражданской энергии и страсти еще и в этом принимаем участие, так или иначе, каждый на своем месте.

Так вот многие удивились, что же такие невдалые жертвы на этот раз? Журналист и правозащитник из Нальчика Тимур Куашев; активист общественного регионального общественного движения «Единство» Руслан Магомедрагимов из Махачкалы, из Дагестана; Никита Исаев, лидер прокремлевского холуйского движения «Новая Россия». Ну, вот как-то это небольшие люди, а на них расходуют такой важный инструмент, как вот эта группа убийц, работающих в системе российских секретных служб.

Это, конечно, варварский взгляд. Я специально его демонстрирую, чтобы вы в какой-то мере почувствовали всю нелепость такого подхода. Конечно, это нелепый подход. Прежде всего, это три живых были человека, молодых человека довольно, полных сил. И каждый раз, когда это происходит, это, конечно, большая трагедия. Это три жизни. Вот они родились, прожили совсем немного, а потом их порешили убийцы из спецслужб.

Дело в том, что если этот инструмент появляется, то совершенно очевидно, что его невозможно удержать на самом верху. Невозможно ограничить использование инструмента под названием «политическое убийство». Или шире скажем: заказное убийство, где заказчиком выступает государство или какой-то фрагмент государства: какая-то государственная служба или государственная спецслужба, или какие-то чиновники, или игроки в государственном или окологосударственном поле. Невозможно, чтобы этот инструмент использовался только для каких-то невероятных, выдающихся одиозных случаев. Это всегда как-то ползет вниз.

Мне вспоминается история гораздо менее зловещая, казалось бы. История не российская, а американская. История о том — это было кода 4, я думаю назад, — как произошел конфликт между американскими спецслужбами, прежде всего, ФБР и компанией Apple, когда телефон эпловский iPhone был обнаружен у некого крупного преступника (неважно, кем он был и чем занимался), и было подозрение, что внутри этого телефона содержатся какие-то важные сведения. А телефон залочен, запаролен, и непонятно, как его вскрывать.

И вот ФБР обратилась к Apple с требованием предоставить возможность посмотреть на то, что внутри этого телефона. «А кроме того, — сказали они, — дайте нам раз и навсегда, чтобы мы каждый раз к вам не обращались, ключи. Сделайте нам бэкдор, сделайте нам заднюю дверь, через которую мы можем заходить, если надо, в разные системы, в разные хранилища, в разные телефоны, в разные персональные сведения, потому что вот у нас иногда возникает такая чрезвычайная нужна. И вы же понимаете, — говорила тогда ФБР, — что мы будем находиться под контролем суда. мы будем каждый раз получать санкцию. Да, мы будем обращаться к суду, мы будем доказывать необходимость этого, мы будем аргументировать. Судья будем нам разрешать или не разрешать. Всё это будет контролироваться всеми демократическими механизмами американского государства», — говорили они.

А Apple им сказал: «Нет, мы вам не дадим. И никакого бэкдора мы вам создавать небудем, потому что вы это неудержите. Вы это потеряете. Вы это или как-нибудь прошляпите или кому-нибудь продадите, или у вас это кто-нибудь украдет, или еще что-нибудь такое случится, в результате чего использование этого чрезвычайного инструмента, который вы от нас требуете для каких-то особых, выдающихся случаев, использование его сделается рутиной. И это будут использовать сплошь и рядом по самым ничтожным поводам на каждому углу.

Вот это была история, не связанная ни с какими убийствами, казалось бы, всего-то доступ к телефонам. Но подход правильный, подход очень мудрый.

И, в сущности, то, что мы видим сейчас, что мы видим во втором расследовании Христо Грозева, мне представляется очень яркой и очень убедительной иллюстрацией к этому факту.

Вот еще есть один из моих любимых анекдотов, старый детский анекдот про то, как палач возвращается вечером домой и снимает свой палаческий плащ с красным капюшоном, который на лицо прямо надвигается, там прорези для глаз, вот как в фильме «Три Толстяка», помните, там был такой палач? Снимает этот плащ, встряхивает его, вешает на вешалку, снимает большие перчатки большие, до локтя, снимает сапоги высокие до колен. И бросает в угол какой-то мешок и проходит на кухню, где его ждет любимая жена, дети, ужин. И жена его спрашивает: «А чего ты принес там?» «А, так,— говорит он, — одну халтурку на дом взял».

Вот взятие на дом халтурки, оно происходит неизбежно. Превращение технологии государственных убийств в рутину происходит очень быстро и неотвратимо. И, я думаю, что то, что мы видим, это оно и есть.

Вот самый загадочный случай — это история про Никиту Исаева, который был прокремлевским холуем, несомненно. Тут вышел спор в последнее время, буквально вчера по поводу смерти одного известного артиста, надо ли говорить всякие ужасные вещи, когда еще не похоронили, когда тело… и всякое такое? Ну, наверное, не надо. Видите, я и молчу по этому поводу.

Но тут уже прошло какое-то время. Ну, мы можем сказать, что он был холуй, этот самый Никита Исаев. Он работал по найму кремлевской администрации. И ему казалось, что ему ничего не угрожает. Но там же тоже что-то происходит. Знаете. всюду жизнь. Может, на какую-то партию позарился. Какое-нибудь ничтожество вроде «Справедливой России» нынешней. Они вот недавно с залупинцам объединились, совсем продемонстрировали свое ничтожество. Но там есть какие-то люди, которые этим дорожат, которые считают это своим политическим капиталом. Или не там, еще где-нибудь, в каких-то других местах. Чего-то он там перебежал, на какие-то деньги претендовал. Кого-то он там победил в каком-то их внутреннем тендере, кому дадут бабла из администрации президента или не дадут бабла из администрации президента.

Нам с вами это всё не то что знать не дано, но и изучать противно. Мы примерно представляем себе, как эти черви там ползают, и, в общем, присматриваться к этому совершенно неохота. Оно там где-то на дне происходит, в этой толще этих отходов живут какие-то опарыши. Вот взяли халтурку. Кто-то кого-то попросил, сказали: «Ребята, а можно вас попросить? У нас тут вопросик один есть. Не возьметесь ли порешать?» Ну, они и взялись порешать вопросик.

А какой-то кавказский заказчик им сказал: «А вот у меня тоже тут есть вопросик. У меня тут есть активист, он что-то делает, прыгает. А вот тут есть журналист, он пишет… Порешайте мне вопросик, пожалуйста». И порешали ему вопросик. То ли по дружбе, то ли хорошему человеку отказывать неудобно. Знаете, такое тоже бывает. Ну, просит человек — это же нетрудно совсем. Приехали, укололи и назад. Времени-то почти не заняло, ерунда какая. Вот так оно и живет.

Меня просят читатели в Фейсбуке — я там выкладываю всегда пост и прошу задавать мне разные вопросы — попросили прокомментировать версию Леонида Волкова, который написал, что, поскольку Никиту Исаева снарядили как такого искусственного дублера, похожего как будто бы на Навального, чтобы оттягивать от Навального внимание, и в общем, нужен был примерно такой же. Так вот они на нем и тренировались. Мне кажется, эта версия какой-то вычурной, излишне сложной и в какой-то мере излишне красивой. А на самом деле вот…

С.Пархоменко: Превращение технологии государственных убийств в рутину происходит очень быстро и неотвратимо

Меня спрашивают: «Так может, Навальный тоже был чьей-то халтурой? А не Путин». Понятно, что имеется в виду. В смысле, что не Путин это приказывал и так далее.

Послушайте, уровень другой. Мы видим сейчас, например… пожалуйста, вы можете убедиться на протяжении последних нескольких дней, что такое Навальный и чего он стоит для президентской администрации и вообще для всей государственной машины России, потому что вы видите, задействовано всё. В историю, например, с несчастным дворцом задействовано ФСБ, ФСО, погранслужба. Это называется: «Я три дня скакала, чтобы сказать, как вы мне все безразличны».

Сюжет, который абсолютно никого в Кремле не заинтересовал, как мы знаем. Есть специальный человек с усами, похожий не ершик для унитаза, который объяснял нам, что «совершенно неинтересно, что вообще мы этого не читаем, не смотрим, это никому абсолютно… никого не касается, и не будем отвлекаться от государственных наших занятий для того, чтобы смотреть на всю эту ерунду». Тем не менее, они днем и ночью заняты опровержением этого и борьбой с этим всем.

Они по приезде этого человека закрыли один из столичных аэропортов, дезорганизовали воздушное движение в московском узле движения. Они изуродовали дополнительно судебную систему, проведя совершенно сногсшибательный этот процесс фактически на пеньке, на краю унитаза в милицейском… полицейском участке, прошу прощения. Вот сейчас никого не хотел обидеть в отличие от всех предыдущих раз.

Так что мы видим, что это другой уровень. На этом уровне халтурок не бывает. Мы видим, что здесь речь идет о высшей воле. Кроме того в случае с Навальным мы точно знаем инструмент, мы точно понимаем, что это «Новичок». У нас есть три европейских лаборатории, у нас есть организация по Запрещению химического оружия, которые выдали экспертизы и сказали: «Это «Новичок», боевое отравляющее вещество».

В случае с этими тремя ни в одном случае нет никаких анализов, никаких заключений, никаких экспертиз. В некоторых случаях есть место от укола, но бог знает, что им кололи. Там симптомы совершенно другие, там сердечный приступ и что-то такое. Я думаю, что использование боевого отравляющего вещества, каждая единица которого является предметом строгой отчетности — я все-таки в это верю, что они не половником из ведра разливают этот «Новичок» тогда, как им это нужно — это одна история.

А, в принципе, веществ, которые можно уколоть под мышку для того, чтобы человек немедленно умер при условии, что мы отдаем себе отчет, что ни в Нальчике, ни в Махачкале, ни на станции, мимо которой проезжает поезд Тамбов — Москва — это, собственно, места, где произошли эти три убийства — никто не будет устраивать никаких особенных экспертиз, никакого «Шарите» там нет, никого никуда не вывезут и сожгут или закопают до того, как выяснят, чем их, собственно, укололи. Этого нет в расследовании Грозева и не может быть. Мы не знаем, чем их кололи.

Ну, чем можно вызывать искусственный сердечный приступ? Спросите у любого фармаколога — он вам сто назовет разных препаратов и активных веществ. Всё зависит от дозы, всё зависит от концентрации. Как известно, любое лекарство при определенных условиях превращается в яд и наоборот, из любого яда почти можно сделать лекарство, если использовать его в нужном месте в нужное время, в нужном количестве. Так учит нас медицина со времен Галена и прочих римских и греческих мудрецов.

Так что это вещь объяснимая, это важное развитие этой истории, совершенно логичное. Шаг за шагом мы движемся дальше, и, несомненно, будем двигаться дальше. Я говорю «мы» не потому, что мне хочется примазаться к расследовательскому успеху, а потому что важнейшая часть этого — это превращение этого все в краудсорсинг, то есть в массовое расследование, которое ведут одновременно много разных людей, подключаясь с разных концов и выкапывая всё новое и новое.

Вот вам, пожалуйста, на этом же фронте, но на другом участке в истории с геленджикским этим борделем турецким (а иначе его никак называть, он только на турецкий бордель и похож) — вот замечательное сегодня расследование «Медузы», которая продолжает историю про этот циклопический проект, выявляет в нем новые обстоятельства, новые детали, новые конструктивные и художественные подробности и так далее. Это уже делал не Грозев, ни даже Навальный, никто из тех, кто занимался этим дворцом. И это будет продолжаться дальше.

С.Пархоменко: Очевидно, что съемка Мэша является прекрасным подтверждением того, что было в фильме Навального

Я здесь должен, конечно, оговориться по этой истории которую устроил Mash. Про Mash мы все с вами знаем, что это ответвление от империи Арама Ашотовича Габрелянова, который, как известно, НРЗБ всю эту херню. Помните эту прекрсную историю? И это подконтрольная кремлевская структура. Это такие же точно холуи, как это несчастный, убиенный Никита Исаев. Но просто их еще ничем не укололи. Пока еще им кажется, что оттого, что они работают на Кремль, они этим себя защищают. Ну, пусть сходят на могилу Никиты Исаева и подумают об этом глубоко.

Так вот совершенно очевидно, что эта съемка, даже если предположить, что она сделана в этом самом месте (может, да, а может, нет), она является прекрасным подтверждением того, что было в этом замечательном фильме Навального. Там было сказано, что всё ободрали из-за того, что обнаружили там какие-то эффекты, плесень и всё остальное и начали отделку всю сначала. Ну, вот мы видим, как ободрали и начали отделку всю сначала.

И вообще, конечно, технически всё, что связано с этим дворцом, не имеет такого значения. Совершенно очевидно, что Путин там жить не будет. Потому что, как кто-то справедливо написал: явочную квартиру спалили. И я думаю, что сейчас, пока мы здесь сидим и разговариваем, кто-то выбирает новое место и вколачивает новое бабло. А этот прекрасный итальянский торговец мебелью элитной, выдающийся архитектор, он уже быстро-быстро перерисовывать проект на новый лад.

Единственное, что может этом оказаться серьезно и обидного, это то, что — есть такое подозрение, — пока они что-нибудь такое не достроят, Путин из президентов не уйдет, как думают некоторые. Как-то он сидит и ждет, пока будет ему гнездышко, где он всех своих кривоногих может собрать в одном месте — криворуких, кривошеих, кривоносых и кривоухих. И со всем этим большим семейством будет коротать свою прекрасную старость.

Я так не думаю. Я исхожу из того всегда, что Путин собирается сидеть на этом стуле все равно до смерти и от него одним каким-то дворцом не отделаешься. Просто построив для него что-нибудь очень большое, невозможно его выманить из Кремля. Поэтому ничего страшного. Но некоторые, я знаю, огорчаются и говорят: «Ну что ж такое! Спугнули в таком удачном месте. Почти уже достроено было. Вот сейчас бы достроили, и он бы туда, наконец, съехал. А теперь сначала начинать». Нет, не верьте, ничего такого не будет. Будет сидеть, пока вперед ногами не вынесут. Так что вряд ли.

Важна, конечно, сама эта метода. И это было смыслом фильма Навального, и на это сбежались те, кто 100 миллионов раз посмотрел. Сейчас вот выясняется, что там имеется 30 с чем-то миллионов всего-навсего уникальных IP адресов, то есть физических в реальности людей, физических экранов, на которых это было показано — 30 с лишним миллионов. Это очень логично звучит. Потому что, действительно, к такому здоровенному фильму люди возвращаются снова и снова.

Послушайте, у нас по официальной версии на последних выборах проголосовало 74 миллиона человек. А тут 30 с чем то, это половина от этого. Это что, вы хотите сказать, не политическое событие в России?

Пауза на этом месте. Через 3-4 минуты и новости — программа «Суть событий» со мной, Сергеем Пархоменко.

НОВОСТИ

С.Пархоменко 21 час, 33 минуты в Москве. Это вторая половина программы «Суть событий». Я Сергей Пархоменко, ее ведущий. У нас есть трансляция в YouTube, где работает чат, и у нас еще есть номер для СМС: +7 985 970 45 45. И тут я вижу, вместе с нашим прекрасным ведущим новостей Яковом Широковым обидное письма среди эсэмэсок от Виктора из Саратова, который сообщает, что Триполи — это не Ливан, а Ливия. Это новость была такая у Широкова про Ливан. А теперь вот его поправляют и говорят, что это Ливия. Дорогой Виктор, если у вас не правой руке указательный палец (можно на левой), потыкайте им, пожалуйста, в клавиатуру, а не в то, что вы подумали, и узнаете тогда, что Триполи есть в Ливии, Триполи есть в Ливане, причем есть отдельно город, отдельно район Триполи. Триполи есть в штате Айова в США. Триполи есть в штате Висконсин в США опять же. Триполи есть в Турции. И, наконец, было графство Триполи, такое государство крестоносцев на севере современного Ливана, фактически уже в Сирии.

Вообще Триполи — это город трех, если я правильно понимаю по-гречески. Трех чего угодно — трех гор, трех холмов, трех рек, трех башен, трех улиц, трех мудрецов, трех базаров. Если в городе есть три чего-нибудь, он имеет шанс называться Триполи. И такими шансами воспользовались множество городов. Большой привет Якову Широкову, который был совершенно прав, а также нашему слушателю Виктору из Саратова.

С.Пархоменко: История с дворцом на мысе Идокопас для Путина закончена. Он там жить не будет. Явку спалили

Я возвращаюсь к нашим делам и событиям, которые я описывал и обсуждал в первой половине программы Я к тому, что, к сожалению, история с дворцом на мысе Идокопас — называние, которое знает теперь вся страна — для Владимира Путина, судя по всему, закончена. Он там жить не будет. Явку спалили. Сейчас объявится Ротенберг, который скажет, что это его бордель. Стеснятся ему нечего, он все равно под санкциями, да и, в общем, ему надо как-то расплачиваться затее преференции в разных инфраструктурных проектах и вообще огромного количества всякого, что ему отдали для того, чтобы компенсировать эту его трудную санкционную жизнь.

Но расследования будут продолжаться, несомненно, и здесь и в других местах, потому что его ведут много разных людей. И сам процесс этого расследования вещь очень полезная. Вообще очень важно, что навальный (с маленькой буквы «н») как явление, а не как человек, свидетельство тому, что выворачивает на поверхность огромные пласты, массивы этого внутреннего дерьма, которое накопилось в путинском государстве. Это, собственно, и есть его миссия очень важная.

И когда говорят о том, что а что, собственно, Навальный сделал-то? Подумаешь, он нам рассказал, что у Пехтина есть квартира в Майями, и с тех пор рассказывает про всё новых и новых пехтиных и про всё новые и новые квартиры во всё новых Майями — а где же прогресс? А прогресс заключается в том, что он соединяет десятки миллионов людей в понимании некоторых важных вещей о том, как устроено Российское государство. А понимание, конечно — путь к дальнейшим действиям.

Люди, которые не поняли, которые не поинтересовались, люди, для которых по-прежнему существуют эти заблуждения, это те люди, которые никогда не проголосуют так, как нужно голосовать в этой ситуации, это люди, которые никогда не отважатся на протест, это люди, которые никогда не сплотятся в какую-то гражданскую организацию, никогда не двинутся на какой-то гражданский проект. Это некоторая начальная работа, которую нужно сделать.

И среди прочих этих выворачиваний наизнанку есть, конечно, вся история про российское правосудие, которые здесь именно на Навальном демонстрирует нам всю свою бесконечную красоту и то, до какой степени оно сегодня… как бы это сказать, чтобы прилично было? — демонтировано. Вот мы говорили с вами о том, что некоторое время тому назад, совсем недавно, в 20-м году началось это ранней весной, а завершилось в июле, когда произошло голосование, был осуществлен демонтаж конституционного строя в России путем внесения одной поправки, которая состоит из сотни с лишним других поправок. Вот вслед за этим происходит демонтаж судебной системы России на всю ее глубину, начиная непосредственно от судебных процедур и кончая процедурами исполнения.

Интересная, например, деталь, которая произвела на меня сильное впечатление. На фоне общих событий она, может быть, как-то теряется, но на самом деле это важная вещь. Вот Навальный приехал в Россию. Он находится сегодня, если я правильно понимаю, в единственном уникальном качестве, которое специально для него изобрела судебно-исполнительная система Российской Федерации. Таких людей больше нет. Он находится в следственном изоляторе, не имея меры пресечения. Дело в том, что следственный изолятор, в котором сидят люди, находящиеся под следствием. Он для этого нужен. Люди, которые находятся под административным арестом, сидят в совершенно других заведениях.

С.Пархоменко: Происходит демонтаж судебной системы России на всю ее глубину

Вот за пару часов до моего появления в этой студии об этом подробно рассказывал Дмитрий Муратов, про то, какая ситуация с этими заведениями в Москве, вот с этими так называемыми спецприемниками. Аж специально пришлось освободить целое заведение, в котором раньше держали людей, дожидающихся экстрадиции для того, чтобы содержать там тех, кого умудрились осуждать за протестных действия минувшей недели.

По Навальному не было вынесено решения об избрании ему меры пресечения в виде содержания под стражей. Тем не менее, он находится под стражей. Он говорил об этом на своем суде, где рассматривалась апелляция по поводу этого «унитазного» решения в полицейском участке в Химках. Как-то это проскочило более-менее незамеченным.

Действительно, я думаю, что люди, которые его там содержат, которые его охраняют, кормят, водят из одной камеры в другую, требуют, чтобы он держал руки сзади, как полагается тем, кто находится под стражей в результате судебного решения на этот счет, — они тоже находятся в некотором недоумении. Кто этот человек? Какие нормы к нему относятся или не относятся? Что происходит у него со свиданиями, с передачами, с доступом к информации? Он в каком качестве, собственно, здесь оказался? Он просто узник. Есть разные виды людей, содержащиеся в системе исполнения наказаний в России, и среди них есть — он пока он один такой, — человек под названием «узник». Он там сидит в неизвестно каком качестве. Это важная очень история.

Вот мы говорили с вами про халтурки, за которые берутся разные палачи. Совершенно очевидно, что истории с применением разного рода статей тоже в каких-то ситуациях оказываются результатом «порешания вопросика» на просьбу какого-то конкретно человека.

Вот, например, новость этой недели: история недавняя совсем, что в отношении Леонида Волкова возбуждено уголовное дело по статье 151.2 УК Российской Федерации. И вот теперь он объявлен в розыск, и ему полагается теперь бояться, сидеть там, где он находится. Я уж не знаю, в какой стране он находится. В общем, сидеть, бояться! — сообщают ему.

Что такое статься 151.2. Я читаю ее и вижу, что это статья: «Вовлечение несовершеннолетнего в совершение действий, представляющих опасность для жизни несовершеннолетнего». И в какую-то противоправную деятельность или в преступную деятельность, или о что-нибудь такое еще. Что это? Где я это видел? Мне кажется, это что-то жутко знакомое, думаю я.

С.Пархоменко: Навальный просто узник. Он там сидит в неизвестно каком качестве

И тут, как в романе «12 стульев». Это моя любимая цитата, я ее много раз повторял уже, но я очень ее люблю, я здесь опять ее нашел и себе выписал, чтобы не дай бог ни в одном слове не ошибиться: «Когда все пропуска были выданы и в фойе уменьшили свет, Яков Менелаевич вспомнил: эти чистые глаза, этот уверенный взгляд он видел в Таганской тюрьме в 1922 году, когда и сам сидел там по пустяковому делу».

Я эту статью тоже видел в Таганской тюрьме в 1922 году и эти чистые глаза я видел. И эти глаза были Евгения Пригожина, известного нам с вами повара, который в свое время был осужден по этой самой статье среди прочего, но и эта тоже была. Она, правда, тогда другой номер имела, потому что тогда был вообще другой Уголовный кодекс. До 96-го года у нас в стране действовал УК, принятый еще в 1960, и там была статья 210 «Вовлечение несовершеннолетних в преступную деятельность — в занятие попрошайничеством, проституцией, азартными играми, а равно использование несовершеннолетних детей для целей паразитического существования…». Какая красота, собственно, неписаная!

Вот по этой статье был осужден в свое время Евгений Викторович Пригожин. И теперь Евгений Викторович Пригожин присылает эту статью за неимением ее под тем же номером в Уголовном кодексе, присылает такую же за другим номером, присылает ее Волкову.

Может быть, это кто-то решил сделать ему приятное. Знаете, у нас в стране много всякого делают приятного. Например, убили Анну Политковскую в день рождения Владимира Путина, чтобы сделать ему приятное. Мы до сих пор не знаем, кто это. Но кто-то решил, что это будет прикольный подарочек. Может быть, кто-то подарил Евгению Викторовичу эту статью для Леонида Волкова как-то по приколу. А, может быть, он сам. Я не знаю. Я только знаю, что все эти шприцы с ядом выходят из-под контроля, они переходят в пользование разного рода шутников.

Им кажется, что начальство похвалит за это. Какое-то начальство похвалило за убийство правозащитника из Нальчика Тимура Куашева. Какое-то начальство похвалило за убийство активиста из Дагестана Руслана Магомедрагимова. Какое-то начальство похвалило даже за ничтожного Никиту Исаева. Ну, нашелся какой-то начальник, который решил, что хорошо бы этого Исаева иметь мертвым, а не живым.

Хорошо бы эту историю, кстати, подробно изучить юристу Илье Ремеслу, тщательно как-то, все подробности этого расследования прочесть много раз. Можно не на сон грядущий, а с утра, когда голова хорошо работает. И разным другим ильям ремеслам, которые вот сейчас вступают на этот скорбный путь Никиты Исаева, не вполне отдавая себе отчет, чем он может кончится, если кому-нибудь захочется порешать вопросик. Теперь это у нас просто в стране.

С.Пархоменко: Может быть, кто-то подарил Пригожину эту статью для Волкова как-то по приколу. А, может быть, он сам

Отдельная история с этим «санитарным делом». Тоже большой вопрос, почему выбрали именно эту статью? Есть, кстати, люди, которые считают, что это тоже привет от Пригожина, что вот, дескать, на Пригожина нападали по такой же точно статье. Помните, когда обвиняли его, что он травит… какая-то фирма, которая имела к нему, кажется, какое-то отношение, как будто вот она травит детей в детских садах и так далее. Этим занималась, в частности, Любовь Соболь и некоторое количество хороших журналистов. Что вот его обвиняли в том, что он устраивает антисанитарию на этих детских кухнях, и в результате этого дети маются животами. А теперь он присылает встречный привет: «Вот вам теперь санитарная статья».

Неверно, неправильно, неточно. Потому что у Пригожина была 238-я статья Уголовного кодекса, «Перевозка, хранение и перевозка либо сбыт товаров и продукции, выполнение работ или оказание услуг, не отвечающих требованиям безопасности…». Но не у самого Пригожина, а речь шла о компаниях, которые связывали с его именем и обсуждали его деятельность в свете этой статьи 238-й.

А сейчас статья 236-я. «Нарушение санитарных и эпидемиологических правил». Другая статья, похожая очень, но другая. Она удобна вот чем — она натягивается на любого человека, живущего в нашей стране в это время. Можно меня, например, Я вот сейчас здесь сижу. При желании можно сказать, что я нарушаю эпидемиологическое правило просто самим фактом своего существования. Потому что все прочие статьи, которые до сих пор использовались для создания такого рода массовых дел — «дело 6 мая», так называемого «Московского дела», когда были массовые преследования людей, которые принимали участие в разного рода протестных акциях, — они были очень удобны в применении, они были очень резиновые, они были очень эффективны в этом смысле, что можно было много кого привлечь и много кого затащить по этому поводу.

С.Пархоменко: «Диссернет» занялся судебными экспертизами. Он будет собирать базу судебных экспертов по найму

Но у них были свои ограничения. Например, нужно было доказать, что этот человек там был, что этот человек физически присутствовал на месте событий. Неважно, что он ничего этого не дала, что ничего этого не имел в виду. Но он, тем не менее, там существовал.

Вот был случай…самый известный — это случай, которым занимался адвокат Илья Новиков. Я, к сожалению, забыл имя человека, о котором там шла речь, имя подозреваемого. Когда человека судили и 15 месяцев держали его в следственном изоляторе, потому что он был похож на какого-то человека, которого вроде как увидели на видео на месте события. А адвокаты доказывали, что нет, это не он, его не было там.

Вот в случае со статьей 236 у адвоката нет такой возможности. Они не могут доказать, что его не было там. Среди тех, кто по этой статье преследуется, есть людей. которые вообще находятся за пределами России, например, и были в тот день, 23-го января за пределами России. Но, тем не менее, эта статья им подходит, и они тоже могут нарушить санитарно эпидемиологические правила, находясь в Германии, как кто-то из тех, кого привлекали по этой статье, или находясь дома и не выходя на улицу. Это удобная вещь, резиновая.

Но, в сущности, люди, которые это делают, они, конечно, разрушают, демонтируют систему российского правосудия. И однажды они очень удивятся, когда окажется, что эта система их тоже не защищает и о них тоже не заботиться, потому что применять, так применять.

Вот я полез сегодня в Гугл и забил там несколько слов типа: «Москва», «метро», «пассажиропоток» — что-то такое. Мне выпало сто миллионов тысяч разных ссылок. И, в частности, мне вот сообщают 25 января Интерфакс: «Пассажиропоток заметно вырос на станции «Новые Черемушки» Московского метрополитена с момента открытия и до 8 часов 15 минут утра, ею воспользовались 8,4 тысячи пассажиров». За 2 часа. Я думаю, что за день ею воспользовалось существенно больше людей. Если, грубо говоря, 4 тысячи человек в час умножить на время работы Московского метрополитена, мы получим хорошую цифру, которая совершенно достаточна, чтобы товарища Ликсутова, а за ним гражданина Собянина отправить под суд по статье 236 как людей, которые открыли только одну станцию «Новые Черемушки». А еще знаете, сколько они станций пооткрывали? Пойдите сейчас в Гугл и посмотрите, сколько станций в Московском метро. Каждую из них открыл мэр Собянин. Давайте осудим его по 236-й статье? Ведь это он создал условия.

Я совершенно намеренно сейчас пропускаю мимо ушей его решение по поводу перехода с удаленного образования на нормальное присутственное и по поводу открытия разных увеселительных заведений в Москве, чему я очень рад. Я сам посетитель ресторанов и кафе, очень люблю там бывать. Караоке не употребляю, но в остальном да, бываю, в заведения общепита. Так давайте же мы осудим всех, кто имеет к этому причастность.

Не думайте, что я преувеличиваю. Однажды это обязательно случится. Однажды, когда потребуется на них повесить какую-нибудь собаку, вспомнят и это.

И важным предметом обсуждения в суде будет история с людьми, которые были осуждены, а они будут, несомненно, осуждены, эти дела доведут до завершения. Это и будет неким… ну, слово «прецедент» в российском суде, как любят повторять зануды, не имеет значение, но это будет судебной практикой. Вот сегодня создается судебная практика, закладываются основы принятия обвинительных решений по делам, в частности, чиновников московского правительства и других людей тогда, когда кто-то попросит решить вопросик по их поводу. А такой случай, несомненно, наступит, как мы с вами знают.

И будут судебные экспертизы, и будут заключения судебных экспертов на этот счет, которые скажут, что в 2021 году были приняты такие-то решения по статье 236-й, вот образовалась такая судебная практика. Наверняка будут и решения Верховного суда по этому поводу, который поддержит эту судебную практику, поэтому мы со всей силой революционной законности вполне может употребить это всё в отношении этих господ, рядящихся в тогу чиновников Московского правительства.

Помните ли вы про это, Сергей Семенович? Не забывайте.

Кстати, я не случайно заговорил про разного рода судебные экспертизы. Обязательно хочу обратить ваше внимание на то, что дорогое моему сердцу сообщество «Диссернет» — давно я про них не говорил ничего интересного, всё про последний адрес, да про «Последний адрес», а теперь вот про «Диссернет» я вам скажу — открыло на минувшей неделе замечательный новый проект. Я думаю, что он превратиться в один из диссернетовских мегапроектов. На сегодня их три. Вы, может быть, знаете, что есть не только мегапроект под названием «Диссертации», собственно — то, с чего всё начиналось в «Диссернете». Это поиск плагиата и разного рода нарушений, мошенничеств, злоупотреблений в области научной аттестации. Важнейшая вещь для российской науки и образования, а также для понимания того, как действуют властные элиты в России, потому что они целиком утоплены в эту историю с этого рода мошенничествами.

Но есть еще второй мегапроект, который называется «Диссеропедия российских вузов». Это не те, кто покупает эти фальшивые диссертации себе, а те, кто продает эти фальшивые диссертации. Важнейшая вещь. Люди, которые создают эту фальшиво-диссертационную индустрию — вот их изучает «Диссернет».

Третья история — это «Диссеропедия российских журналов». Речь идет о фальшивых и мошеннических публикациях в российских журналах. Эта мафия еще пошире диссертационной.

Так вот теперь появляется четвертый проект, о котором я хочу сказать. «Диссернет» занялся судебными экспертизами. Зайдите, пожалуйста, на сайт «Диссернета» dissernet.org. И найдите там «Судебные экспертизы». Сегодня выложен такой зародыш базы данных. Там всего 15 первых экспертиз. Но понятно, что это будет разрастаться. «Диссернет» будет собирать базу, список людей, которые являются судебными экспертами по найму. Вот бывают наемные убийцы, бывают люди, которые по найму вскрывают сейфы или влезают в форточки квартир, а бывает такой вид мошенников и преступников — это автора заказных судебных экспертиз, которые готовы вам слабать экспертизу по любому поводу, на любую тему, такую, какую закажут.

И это будет очень важно, что будет список этих людей и можно будет, во всяком случае, попытаться, если вам в суде назначают какого-то эксперта — это очень непросто… Я сегодня обсуждал с очень хорошим адвокатом, который мне говорил, что судьи стараются вообще не допустить такого момента, чтобы участники процесса узнали, кто эксперт до того, как экспертиза уже готова, потому что они в этот момент могут хватиться и сказать: «Не-не, отводим такого эксперта!» Тем не менее, можно попробовать воспользоваться этим списком и попытаться успеть отреагировать.

Но в любом случае это будет чрезвычайно полезная вещь, если создатели фальшивых экспертиз будут попадать в эти списки. Там это подвергается довольно подробному разбору по поводу каждой такой экспертизы. Делается в свою очередь научная рецензия с объяснениями того какие там нарушения и в чем, собственно, заключается обман в этой ситуации. Там уже сейчас есть эксперты из дела Светланы Прокопьевой. Помните, была такая прекрасная, важная очень история? Из дела Егора Жукова, из дела «Свидетелей Иеговы»/деятельность в РФ запрещена/, «Нового величия», ВКонтакте. И так далее, в общем, много разных дел. Загляните туда, полезная вещь.

Это история о том, как российское общество пытается сопротивляться демонтажу судебной системы, который происходит на наших глазах на материале всего того, что связано с Алексеем Навальным и его сторонниками и всего того, что, в конечном итоге, является основой для нового протестного движения в России. Мы с вами увидим это протестное движение в 12 часов дня в центре Москвы на Лубянской площади и на Старой площади, куда сторонники Навального призвали приходить людей, которым важно то что происходит в России.

(Акция не согласована. Редакция напоминает, что ГУВД Москвы заявила о перекрытии для автомобилей и пешеходов этих мест в воскресенье, а прокуратура предупредила о возможной уголовной ответственности для участников этого мероприятия)

Карта перекрытий и ограничений в центре Москвы 31 января >>>

Это была программа «Суть событий».



Загрузка комментариев...

Самое обсуждаемое

Популярное за неделю

Сегодня в эфире