'Вопросы к интервью

Время выхода в эфир: 24 июля 2020, 21:06

С.Пархоменко 21 час и 6 с половиной минут в Москве. Это программа «Суть событий». Я Сергей Пархоменко. Добрый вечер! Я опять в студии прямо на радиостанции «Эхо Москвы» Я ужасно этому рад, и надеюсь, что сколько-то времени эта возможность будет у меня сохраняться. А значит, у меня сохраниться возможность читать ваши эсэмэски, которые приходят на номер: +7 985 970 45 45. Можно их отправлять при помощи разных аккаунтов в разных соцсетях «Эхо Москвы», а также непосредственно на сайте «Эхо Москвы».

И напомню вам еще, что идет трансляция в YouTube. Ее можно смотреть сейчас напрямую, там есть чат, в этом чате можно участвовать. Можно будет посмотреть при желании позже в записи.

Кроме того связь со мной возможна через мой аккаунт в Фейсбуке. Я обычно за несколько часов до программы выкладываю там специальный пост для того, чтобы попросить ваших советов относительно сюжетов и тем для этой программы. То же самое в моем Телеграм-канале под названием «Пархомбюро».

И последнее техническое сообщение, которое я сделаю, не имеющее прямого отношения к этой программе, заключается в том, что просто мне пришло несколько вопросов на этот счет и в Фейсбуке и в Телеграме — куда девался мой подкаст «Суть еды», который я делал на протяжение полугода. Он ушел в отпуск. Совершенно намеренно я написал приказ об отправке самого себя в отпуск на этот месяц. Начиная с 1 сентября, начнется второй сезон, и подкаст к вам вернется. А пока я сделал 25 выпусков этого подкаста. Пожалуйста, слушайте, если что-то пропустили. Все они лежат на самых разных подкастных платформах.

Ну что, приступим непосредственно к программе. И я должен сказать, что обращения и соображения моих фейсбучных и телеграмных читателей заставили меня поменять строй этой программы и начать ее не с того, с чего я собирался начать ее раньше, а именно, конечно, с дела «Нового величия» и дела Юрия Дмитриева, которое закончилось на минувшей неделе.

Нет, начну я не с этого, а начну я с армяно-азербайджанского конфликта, который пришел на российскую территорию. По всей видимости, моих читателей и зрителей очень интересует. И я с ними солидарен. Я тоже считаю, что это чрезвычайно важная вещь, чрезвычайно сложная и опасная вещь — приход этого конфликта сюда, в Россию. Этого никогда до сих пор не было. Этого не было даже в период острой фазы войны вокруг Карабаха. Тогда как-то удалось избежать того, чтобы эта война продолжалась на московских, петербуржских и разных других улицах российских городов. Прежде всего, это важно потому, что и армян и азербайджанцев в России чрезвычайно много. Это две очень мощные диаспоры численно.

Вот я посмотрел данные последней тотальной переписи, которая была в Российской Федерации, она была довольно давно — в 2010 году, но с тех пор общей переписи не было. И по этой последней переписи (мы вынуждены опираться на эти данные и нет никакого основания считать, что цифры эти сократились за это время, скорей всего, они выросли за это время, потому что приток людей в Россию продолжается, никакого оттока, никого бегства из России ни армян, ни азербайджанцев мы не наблюдаем, и никакого особой привлекательности для возвращающихся армян и азербайджанцев мы тоже не видим в их страна) численность армян составила 1 миллион 182 с лишним тысячи человека. Армяне были шестой по численности национальностью России после русских, татар, башкир, украинцев, чеченцев и чувашей. Их было существенно больше, чем представителей других кавказских стран. Азербайджанцев тогда, в 2010 году насчитывали 603 тысячи, а грузин примерно 158 тысяч.

Но вопрос не только в численности, не только в том, что армян, видите, почти миллион 200 тысяч, явно больше уже сейчас; а азербайджанцев больше 600 тысяч и явно больше уже сейчас. Вопрос в той роли, какую две эти диаспоры играют, надо сказать, хорошо организованные, сплоченные, много общающееся внутри себя, имеющие внутри себя авторитетное руководство — ни в одном, ни в другом случае речь не идет о каком-то могучем единоначалии; есть несколько центров, есть несколько авторитетных групп, которые влияют на жизнь соотечественников.

Но, тем не менее, азербайджанская диаспора, как это хорошо известно, контролирует очень значительную часть импорта и оборота сельскохозяйственной продукции в России. Ввоз в Россию свежих овощей и фруктов, зелени и всякого прочего и оптовая торговля этим, распределение, снабжение ресторанов, торговых сетей и так далее. Всё это много раз описано российской прессой, в значительной части находится в руках у представителей разного рода азербайджанских коммерческих, финансовых, а в ряде случаев криминальных групп.

С.Пархоменко: Грозный тотально контролирует чеченцев по России. Это не так ни с армянами, ни с азербайджанцами

Армяне тоже не отстают, их влияние тоже довольно велико. Но есть традиционные сферы. Я думаю, что люди, которые в последние годы лечили зубы в Москве или в Петербурге, с очень высокой степенью вероятности лечили их у врачей-армян, которые занимают очень важные позиции в сфере частных услуг здравоохранения в таких сложных, высокотехнологичных, как, например, стоматология или как гинекология, или целый ряд других врачебных специальностей. Так это исторически сложилось. Кроме того, в России есть несколько регионов, где традиционно есть очень значительные места компактного проживания армян. Это, прежде всего: Краснодарский край, это Ставропольский край, Ростовская область, Москва, Санкт-Петербург — вот традиционные места, где армян достаточно много.

Если между ними начнутся серьезные столкновения — а вероятность этого велика, несмотря на то, что обе диаспоры, влиятельные руководители этих диаспор обратились с призывом к своим соотечественникам проявить сдержанность и благоразумие и не поддаваться на провокации, не ввязываться в возратно-встречную войну, когда одни нападают на других, а другие за это нападают на первых, а те за это нападают на вторых, — опасность разогрева ситуации, опасность попадания конфликтов в резонанс, когда они накачивают друг друга, достаточно велика.

Важно понимать, что в этой ситуации не работают обычные методы, которые в таких случаях использует российское руководство. Хороший пример, который достаточно часто вспоминается в этой ситуации — это пример с чеченской диаспорой. Это не совсем прямая аналогия, потому что Чеченская республика, во всяком случае, формально (на практике это довольно сомнительно выглядит) остается по-прежнему частью Российской Федерации, несмотря на тотальное забвение там российских законов, конституционных норм и всякого прочего, но тем не менее, формально этот один из субъектов Российской Федерации, и никто этого не оспаривает.

Так вот там есть очень жестко и надежно работающих механизм, когда существует договоренность между Российской Федерацией и руководством Чеченской республики, это договоренность подкреплена очень значительной материальной базой, сказал бы я, по существу, неограниченными даже не инвестициями, а субвенциями в Чеченскую республику из федерального бюджета в условиях полного отсутствия контроля за расходованием этих средств, абсолютной свободой в распоряжении этими средствами, которыми пользуется чеченское руководством. Никакой другой субъект Федерации не может таким образом распоряжаться федеральными деньгами, которые туда поступают. Всегда существуют хоть какие-то формы отчетности, хоть какие-то формы ответственности за расходованием. В Чеченской республике это не так, как все мы знаем.

И в результате в обмен на это существует жесткий контроль всего, что связано с жизнью и работой чеченской диаспоры на всей территории остальной Российской Федерации. Чеченское руководство берет на себя ответственность за то, что происходит в любом городе с представителями чеченской диаспоры, готово контролировать каждого отдельного человека, реагировать на каждый отдельный случай. Мы знаем с вами очень много ситуаций, в которых эта реакция следовала. Она была достаточно быстрой, она была эффективной, она была в ряде случаев жестокой. Другой вопрос, была бы она справедливой, была бы она законной во всей этих случаях. Но мы можем считать, что Грозный полностью и тотально контролирует чеченцев по всей России.

Это не так ни с армянами, ни с азербайджанцами. И это, прежде всего, не так во взаимоотношениях с российским федеральным центром и руководством этих двух стран. Что касается Азербайджана, он вообще, довольно далеко удалился и с каждым днем удаляется все дальше от влияния Российской Федерации, чувствует себя всё более независимым; чувствует все более и более важными своими партнерами Турцию и Иран, прежде всего и ряд других стран, с которыми поддерживаются прямые отношения.

Азербайджан в экономическом отношении довольно благополучная страна. Многие ее называют «Каспийским Кувейтом». Это, конечно, преувеличено. Но ситуация, скажем, с нефтью в Азербайджане довольно благоприятная, он, что называется, могут себе позволить.

Я бы сказал, что одним из признаков этого является работа, например, в Российской Федерации такого посла как Полад Бюльбюль-оглы. Вы могли его слышать на «Эхе Москвы». Это замечательный певец, прекрасный музыкант, обладатель, во всяком случае в прошлом, замечательного хрустального голоса, но в дипломатическом смысле человек крайне безграмотный и крайне глупый. И то, что вы видели и слышали здесь, на «Эхе», заявление по поводу того, что 10-миллионый азербайджанский народ не может ждать, пока на что-то такое согласиться 2-миллионный армянский народ — это фраза для дипломата абсолютно позорная, свидетельствующая о его полном непрофессионализме и безграмотности.

Что это означает? Это означает, что азербайджанское руководство считает возможным держать такого человека в Москве, это означает, что оно ничего серьезного не ждет от отношений между Азербайджаном и Россией и держит абсолютно декоративную фигуру, человека, который такой шоколадный мальчик на торте. Ну, вот он тут для красоты. По существу, это посол, который функции посла исполнять не может, в этой сложной ситуации не может, тем более. Понятно, что в посольстве есть другие, более профессиональные люди. Но фигура посла — вещь достаточно характерная, яркая, важная и мы можем делать какие-то заключения, глядя на него.

Что касается Армении, то Армения, конечно, традиционно зависит от России гораздо больше, чем Азербайджан. Армения традиционно привязана к России. Армения очень оглядывается на Россию — любое ее руководство. И уж насколько велика разница между тем руководством, которое было до недавней революции, которая привела к власти Никола Пашиняна, действительно, очень мало общего между этими двумя политическими группами: предыдущим армянским руководством и нынешним. Но преемственность в ориентации на Россию здесь достаточно велика. Но влияния на армянскую диаспору этого руководства как не было раньше, так и нет теперь.

И нет никакого смысла выкручивать руки Пашиняну и что-то такое от них требовать, стучать кулаками по столу, закручивать какие-то гайки или боты — от этого совершенно не последует никаких последствий относительно действия армянской диаспоры здесь в России. Договариваться с ней нужно отдельно от руководства.

И те довольно позорные попытки, которые российская дипломатия здесь делает, я бы упомянул совершенно неспроста появившийся текст мадам Симоньян, которая почему-то как-то изображает из себя важного представителя армянского народа, таковым совершенно не являясь ни с какой точки зрения. Некоторые говорят, что в ней нет ничего армянского, кроме ее фамилии, но фамилия ее тоже, в общем, к Армении имеет крайне незначительное отношение, если иметь в виду те лингвистические метаморфозы, которые с ней произошли. Так что армянского в ней нет ровно ничего, кроме апломба, кроме права говорить от имени армян, почему-то, скажем, российских армян. Всё это выглядит чрезвычайно смехотворно. Но видно, собственно, чего требуют.

Поскольку, действительно. ситуация там, на границе Армении и Азербайджана реально осложнилось, и именно это является основой и поводом для осложнений и волнений здесь, в России, Армения нуждается в российской поддержке. И вот разными каналами и, в том числе, таким позорным, абсурдным каналом как письмо Симоньян доносят до армянского общества, на что, собственно, предлагается эту поддержку обменять: на признание Крыма, на — почему-то говорит Симоньян — освобождение Роберта Кочаряна. Это довольно глупая фраза, потому что Роберт Кочарян освобожден, он выпущен под залог еще в середине июня, насколько я помню.

С.Пархоменко: Армения, конечно, традиционно зависит от России гораздо больше, чем Азербайджан

Бывшего президента Армении Роберта Кочаряна обвиняют в том, что он был одним из организаторов очень жестоко подавления протестных акций в марте 2008 года. Тогда, когда возмутились после очередных президентских выборов сторонники Левона Тер-Петросяна, и эти возмущения были жестоко подавлены. И вот, начиная с июля 18-го года Кочарян был арестован. Вот почему-то имеется возмущение по поводу его ареста. Ну, он давно на свободе. И это просто глупость и безграмотность Симоньян.

«Наводнили Армению антироссийскими НКО». А, собственно, почему и кто наводнил? В Армении есть развитое гражданское общество, там есть много некоммерческих организаций, которые по своему собственному усмотрению, по своей собственной инициативе — никто никого ничем не наводнял — ведут там свою работу. И, действительно, Армения является довольно удобным местом для проведения разного рода форумов, конференций, семинаров, прежде всего, потому что это очень гостеприимная страна, очень приятная для пребывания, страна с хорошей туристической инфраструктурой, особенно если говорить о Ереване, страна недорогая, хорошо связанная авиационным сообщением с разным европейскими городами. Поэтому да, действительно, очень многие организации с удовольствием проводят там свои мероприятия. И называть это «наводнили страну антироссийскими НКО» — это надо быть конченным идиотом для этого.

3292453

«Выгнали бизнесменов-армян». Это тоже чрезвычайно странная вещь. Существует довольно жесткий режим встречного обмена. Довольно много армянских денег текут в Россию и вкладываются здесь в разные бизнесы, и довольно много российских денег текут в Армению и вкладываются там в армянские бизнесы. Есть много примеров этого и достаточно приехать в Армению и посмотреть на то, кто развивает там и туристическую инфраструктуру, кто реставрирует памятники истории и культуры, кто устраивает всякие инфраструктурные, транспортные проекты. Довольно часто это российский капитал и российские бизнесмены, многие из которых армянского происхождения.

«Поливают грязью в СМИ и соцсетях Россию», — пишет Симоньян. Тоже выдумка в России. Особенно после этой революции, после прихода Пашиняна к власти, довольно свободная ситуация в СМИ. Довольно свободно работают журналисты, там нет цензуры. Там установлены вполне разумные отношения между властью журналистами. И информация поступает к журналистам от органов власти так, как это происходит в цивилизованных странах. Поэтому бреда много в этих требованиях, но бред этот демонстрирует, прежде всего, довольно серьезную неуверенность в попытках каким-то образом контролировать то, что происходит в этом конфликте в Москве, не только в Москве, но и в других российских городах.

К сожалению, конфликт будет продолжаться. И путь к прекращению напряжения здесь заключается только в прямом разумном, достаточно тонком, уважительном контакте между российской властью и уважаемыми людьми здесь, в российских диаспорах. Они, в общем, и сами понимают, что конфликт здесь не в их интересах. Эти лидеры будут стараться каким-то образом дистанцироваться от событий свих странах — азербайджанские от азербайджанских, армяне от армянских. Но эмоций будет много — это факт. И мы уже видим всякие, довольно нелепые ситуации, когда, скажем, азербайджанская инфраструктура торговли овощами и фруктами пытается бойкотировать армянские продукты. Вот сейчас сезон армянских абрикосов, он уже более-менее на исходе, но, тем не менее их по-прежнему много.

Понятно, что это приносит ущерб и тем и другим: и тем, кто привозит эти абрикосы и пытается их продавать в России, и тем, кто зарабатывал обычно на их логистике и на розничной торговле и так далее. Так что ничего хорошего это не дает ни одним, ни другим. Но некоторое время будет еще продолжаться.

Я не буду брать основные темы этой программы. Возьму, может быть, меньший сюжет, который, тем не менее, тоже очень многих волнует — это история со Святой Софией в Стамбуле. Очень глупо, к сожалению, в очередной раз выступило российское руководство в лице пресс-секретаря президента Пескова, который сказал, что надо только радоваться, поскольку вход в музей будет бесплатный. Вход не в музей, а, собственно, теперь в мечеть будет бесплатный. Но от музея там ничего не останется. Вот вам небольшое практическое обстоятельство, о котором уже сейчас говорят специалисты. В частности, об этом писал известный историк Сергей Иванов, которого вы недавно слышали здесь, на волнах «Эхо Москвы». Он очень хороший специалист по истории Византии, истории Стамбула, автор знаменитого путеводителя «Прогулки по Стамбулу. В поисках Константинополя».

Он обращает внимание на то, что первое, что произошло, буквально в первый день, сегодня, когда Святая София снова стала мечетью, — это то, что из виду исчезло одно из самый больших сокровищ Святой Софии, а именно ее пол, на котором имеются уникальные свидетельства о разных исторически событиях, совершенно удивительное покрытие мраморное из всяких драгоценных сортов камней, чрезвычайно красивое, отмечающее разные события, которые там происходили. Вот это всё покрыто теперь огромным, толстенным шерстяным ковром. Ну, в мечети и полагается иметь толстый ковер. Где-то он в три слоя, где-то толщиной в пять слоев. В общей сложности это десятки тонн шерсти, которые радикально меняют весь температурный и влажностный режим внутри памятника. Вот вам пример того, как София мгновенно престает быть местом, где можно увидеть какие-то важны исторические обстоятельства. Это будет происходить дальше к с каждым днем.

Остановимся на этом месте. Это была первая половина программы «Суть событий». Продолжение после новостей. Я Сергей Пархоменко. Никуда не уходите.

НОВОСТИ

С.Пархоменко 21 час и 33 минуты в Москве. Это вторая половина программы «Суть событий». Я Сергей Пархоменко, я прямо здесь в студии, поэтому эсэмэски на номер: +7 985 970 45 45 вполне могу видеть, но их почему-то нет. Есть еще трансляция в YouTube, где работает чат. Есть мой Фейсбук, есть мой Телеграм «Пархомбюро». Пользуйтесь, пожалуйста, всеми этими возможностями.

А я возвращаюсь к основным темам этой программы, к тем сюжетам, которые мне казались наиболее важными за минувшую неделю. Прежде всего, речь идет о деле «Нового величия». Сегодня закончились так называемые прения в суде. Были произнесены последние слова. И теперь 6 августа будет приговор по этому совершенно беспрецедентному и очень важному делу. Почему беспрецедентному делу? Казалось бы, последнее время прошла целая серия политических дел, которые, в общем, закончились более-менее однотипно. Они закончились тем, что дело, которое было организовано по политическому заказу, сопровождалось фальсифицированными экспертизами — это вообще отдельная большая проблема — ситуация с заказными экспертизами в России; есть большое количество всяких контор и отдельно стоящих кустарей-одиночек, которые по заказу суда или по заказу прокуратуры будут готовы изготовить экспертизу по любому поводу, у них есть набор всяких корочек, всяких верительных грамот, которые будто бы позволяют им вести эти экспертизы, но на самом деле они не имеют никакого отношения к реальному научному анализу тех фактор, которые им предлагается изучить, — так вот были заведомо мотивированные политические дела, сопровождавшиеся такого рода заказными экспертизами, сопровождавшиеся колоссальными нарушениями в ходе следствия: всякими подтасовками, давлением, пытками, иногда всяким мошенничеством с вещественными доказательствами и аргументацией.

С.Пархоменко: Суд в России никогда не ошибается, точнее, не признает ошибок, даже когда ошибки налицо

Дело разваливалось в суде и заканчивалось тем, что суд принимал решение двусмысленное, когда по существу человек оказывался оправдан, а формально обвинение было подтверждено. Это и дело Оюба Титиева и дело «Седьмой студии» недавнее, дело Светланы Прокопьевой, дело Юрия Дмитриева, совсем только что закончившееся — во всех этих дела суд своим приговором доказывал не то что в России существует правосудие, а то, что суд в России никогда не ошибается, точнее, никогда не признает своих ошибок, даже когда ошибки эти у него налицо.

А следствие и прокуратура никогда не отступают, и если они в человека вцепились, если они человека взяли в свой оборот, запихнули под арест или применили к нему другую меру пресечения, то они уже никогда оправдать не могут, потому что в случае оправдания оказывается, что они виноваты. Это открывает путь к тому, чтобы этот человек, первоначально ущемленный в своих правах, а впоследствии оправданный, каким-то образом искал справедливости: требовал компенсаций, требовал наказать виновных, разобраться с мотивами, по которым его преследовали. Этого допустить ни в коем случае нельзя, поэтому всегда обвинительный приговор, который по существу освобождает незаконно обвиненного человека, заведомо неправосудно обвиненного человека от ответственности.

Тем не менее, дело «Нового величия», которое стоит в этом ряду, является делом особенным. И особенность его заключается в том, что в нем просматривается совершенно отдельная роль ФСБ. В этом деле мы ясно видим, что ФСБ, крупнейшая российская спецслужба старейшая российская спецслужба, опирающаяся в своей деятельности на многие десятилетия политических репрессий и по-прежнему существующая в России и гордящаяся этими своим наследием, и гордо называющая себе преемником, наследником и воплощением этих традиций в сегодняшней России, они не стесняются этого, они гордятся этим, и более того, спецслужба, в которой крайне глубоко укоренены разного рода властные органы России и конкретные представители российской власти — речь идет не только о президенте Путине, который выходец из этой самой спецслужбы, но еще и колоссальное количество людей, которые его окружают и занимают разного рода ответственные и чрезвычайно важные посты в России, которые по существу представляют из себя плоды воспитательной деятельности этой самой ФСБ, — так вот эта служба ФСБ, как мы ясно видим в деле «Нового величия», заинтересована в наличии экстремистских организаций в России.

Когда она не находит достаточно количество экстремистских организаций, она их создает сама. И, по существу, вопрос, который предстоит решить суду, он решен, я убежден в этом. Но 6 августа мы просто услышим это решение, которое, несомненно, уже состоялось Так вот решение заключается в том, чьи интересы здесь следует предпочесть.

Ведь, в сущности, в данной ситуации суд мог бы признать фальсифицированный характер этой информации о существовании экстремистского сообщества. Вся эта информация была создана профессиональными провокаторами, принадлежащими ФСБ. Эти провокаторы были в ходе следствия разоблачены, были названы по именам. Главный из них — это человек по имени Раду Зелинский, он же Родион Зелинский, он же Константинов, он же так называемый Руслан Д. ФСБ очень остро протестовало и противодействовало тому, чтобы этот человек был разоблачен, назван по имени. И вопреки ФСБ это произошло.

Так вот и суд, и прокуратура и следствие могли бы в этой ситуации признать, что история с «Новым величием» фальсифицирована, она вся создана провокатором. Провокатор организовал это сообщество. Провокатор спровоцировал обсуждение в этом сообществе политически рискованных тем. Провокатор организовал использование внутри этого сообщества того, что можно в той или иной степенью приближения оружием или какими-то средствами нападения типа каких-то зажигательных смесей и всякого такого прочего. Хотя, в действительности как-то вся деятельность этого сообщества заключалось в разговорах, которые не только провоцировал, но и наводнял разного рода экстремистской тематикой всё тот же провокатор и впоследствии еще два или три внедренных сотрудника, которые поддерживали его и которые как бы умножали эту деятельность.

С.Пархоменко: Мы видим здесь противостояние между судом и ФСБ

Можно было бы признать это всё, но тогда это нанесло бы тяжелый удар по ФСБ. И по существу мы видим здесь противостояние между судом и ФСБ. Речь идет о том, чтобы прикрыть те преступления, которые были совершены ФСБ в ходе создания этого экстремистского сообщества, развития этого экстремистского сообщества; впоследствии фальшивого разоблачения этого экстремистского сообщества; фальсификации доказательств, которые там были. Вплоть до того, что по ходу следствия выяснилось, что расшифровки переписки участников этого сообщества, этих молодых людей в Телеграме, — эта переписка была в свою очередь фальсифицирована, в нее вмешивались, заменяли реплики, в нее добавляли, из нее убавляли то, что считали нужным задним числом. Речь идет о том, признает или не признает это суд.

По существу по ходу следствия произошла замена направления обвинения. Сегодня речь идет о том, что в деле «Нового величия» обвиняется ФСБ по существу, не по форме, разумеется, не по судебному протоколу. Там по-прежнему, на скамье подсудимых сидят все те же люди, а провокаторы на этой скамье не сидят, а проходят там свидетелями, о чем многие подсудимые говорили в своих последних словах — о том, что статус свидетелей совершенно не годится для этих людей, ведь они и организовали это сообщество, они и произносили те самые слова, которые вменяются теперь в вину. Они и организовывали те самые события — какие-то тренировки, обращение с оружием и так далее, — которые вменяются теперь в вину этим подсудимых. Где же эти люди, где их ответственность?

Этого в юридическом смысле, в процессуальном смысле не происходит, но, по существу, несомненно, происходит. Мы, несомненно, видим сегодня суд над провокаторами из ФСБ. И приговор тем, кто пострадал от провокаторов от ФСБ, в ряде случаев пострадал очень тяжело физически. Вот сегодня опубликованы совершенно чудовищные свидетельства пыток, с помощью которых у одного из участников этой компании выбивали признательные показания, которые в дальнейшем оказались основой для формального обвинения; это свирепые средневековые пытки с сексуальным насилием, с имитацией удушения и другими, самыми разнообразными, самыми изощренными способами пытать — вот эти преступления не должны остаться, несомненно, безнаказанными.

Разумеется, в этом деле тоже есть история с экспертизами. Она тоже сыграла здесь роль. Три экспертизы было в деле «Нового величия», три из них не признали никакого экстремистского характера того, что происходило с этими молодыми людьми. Одна из них, между прочим, проводилась экспертами Российского Министерства юстиция, другая так называемым Московским исследовательским центром. Но суд под давлением ФСБ (по всей видимости) продолжал искать какого-нибудь эксперта, который скажет хоть что-нибудь, что поддержало бы линию ФСБ. Ну и с третьей попытки что-то такое, незначительное все же нашел.

Это очень важная история, и, конечно, она имеет тоже свои исторические корни. У меня есть моя личная история. мое личное переживание. Некоторое время тому назад мне попался на глаза один сайт, на который выложены несколько десятков экземпляров издания, которое выходило в Советском Союзе в 70-е, 80-е годы. Это такая внутрикорпоративная мудрость КГБ тогдашнего, то есть предшественника нынешнего ФСБ. Такое издание под названием немудрящим «Сборник», в котором сотрудники КГБ делятся друг с другом своим передовым опытом, собственно, описывают, как они пытают людей, мучают людей, обвиняют людей и провоцируют людей.

И вот, когда читаешь эти материалы, — они чаще всего довольно откровенные, — там чаще всего заменены фамилии, но сохранены обстоятельства дела и сохранены всякие географические подробности. И достаточно часто теперь удается найти людей, которые помнят эти события, помнят их, разумеется, с другой стороны, стороны, с нормальной стороны баррикады, со стороны живых людей. А вот тут они описаны со стороны КГБ.

Вот ты читаешь, например, историю о том, как КГБ борется с группой людей в городе Пензе, вина которых заключается в том, что они пытаются, будучи евреями, выучить иврит, и добывают всякие учебные материалы, лингафонные курсы на кассетах, тексты для чтения и анализа, прессы — всё, что нужно для изучения иностранного языка. Всякий из вас, кто изучал иностранный язык, понимает, что это не делается на пальцах, а для этого нужны какие-то учебные материалы. Вот они добывают эти учебные материалы, обмениваются ими.

С.Пархоменко: Зачем это делалось, почему нужно было мучить этих людей? Затем, чтобы КГБ существовало

И КГБ их мучает и насилует. КГБ внедряет в их среду провокаторов. КГБ постепенно сеет между ними ненависть и подозрение. КГБ создает там внутри какие-то интриги, страшную вражду. Они начинают ненавидеть друг друга. В какой-то момент это учебное сообщество распадается. Кто-то приходит с повинной, рассказывая в КГБ, как он учил иврит.

Или другая ситуация. Примерно то же самое, только наоборот. Дело происходит в Дагестане, где преследуют и всячески разлагают изнутри, провоцируют, и мучают, и издеваются над группой людей, которая организует типографскую печать Корана и других исламских текстов совершенно традиционных. В них нет никакого экстремистского характера, в них нет ничего агрессивного, в них нет ничего заговорщического. Это просто классические тексты, необходимые, например, для обучения в медресе, или тексты необходимые для изучения и толкования исламского вероучения теми людьми, которые в это погружены, которые в это вовлечены, которым это интересно и так далее.

И таких случаев нам довольно много. Вопрос: А зачем КГБ это делают? Вот эти люди абсолютно не угрожали советскому строю ни одной секунды — ни те, которые учили иврит, ни те, которые печатали Коран, даже если они экземпляры этого Корана продавали потом за деньги. Там обогащение крайне незначительное, прямо скажем.

Зачем это делалось, почему нужно было мучить этих людей? Почему нужно было искать их, наблюдать за ними, преследовать их, превращать их жизнь в ад, а в идеале, изгонять их из страны, лишая гражданства — зачем? Затем, чтобы КГБ существовало. Единственный смысл этой деятельности заключался в том, чтобы поддерживать жизнь и карьеры людей внутри этого самого КГБ.

Ровно так же и здесь. Какова цель провокаций, проведенных по делу «Нового величия»? Карьера этих людей, которые всё это организовали. Эти люди пытались получить примитивнейшую, понятнейшую и простейшую вещь: они пытались получить административное поощрение. Они пытались получить новые должности, новые звания, награды по службе, похвалы начальства. Это единственные смысл того, что произошло с делом «Нового величия».

Так же ровно, как это единственный смысл сотен и тысяч дел, происходивших в Советском Союзе уже в такие, что называется, вегетарианские времена. Речь идет о конце 70-х, начале 80-х годов. Нет уже никакого Сталина, никто никого не расстреливается, но жизнь эта продолжается. Эта активность, этот огромный всесоюзный муравейник продолжает шевелиться. Тысячи этих людей с незапоминающимися лицам и с никому не известными поддельными фамилиями с белыми глазами ходят по стране и продолжают эту свою работу, находя здесь изучающих иврит, там изучающих Коран.

Вот скажем дело знаменитое «томских книжников» так называемое. Поищите, погуглите. Это поразительная история. Люди, которые в Томске в конце 70-х, в начале 80-х годов заинтересовались всякой философской литературой: искали ее, собирали, обсуждали. Кто были эти люди? Там один из главных обвиняемых, например — рабочий завода резиновой обуви. Вы можете себе это представить? И какие-то технари, инженеры томских научно-технических институтов, кого там только нет. Обычные люди ,совершенно безопасные для советского строя, занимающиеся совершенно безопасным делом, наполняющие свой досуг изучением философии.

Вокруг них развивается колоссальное дело, полное провокаций, полное преследований, запугиваний, допросов, обысков, арестов. Людей сажают, подсаживают к ним внутрикамерных наседок и так далее. Зачем? Для того, чтобы КГБ продолжало существовать, для того, чтобы по-прежнему кому-то казалось, что оно решает важные задачи, что оно защищает государство от распада изнутри.

От этого рабочего завода резиновой обуви вы хотите защитить? Или от заведующего лабораторией физико-технического института в Томске? Или от этих несчастных людей в Пензе? Или этих людей из маленьких дагестанских городков, которым не хватает экземпляров Корана, который они могут найти официальным путем, и они каким-то образом договариваются с теми, кто имеет доступ к множительной технике, чтобы им распечатали еще экземпляров, чтобы у каждого был дома, чтобы можно было взять с собой в дорогу для тех, кто уезжает оттуда, из Дагестана.

КГБ работало на себя — вот что следует из этого «Сборника», из этого материала по обмену опытом между кагэбэшными агентами. Оно и сегодня работает на себя. Оно не работает на Россию, оно не работает на российскую безопасность, называясь теперь ФСБ. Мы это видим из материалов дела «Нового величия». Вот, что, по-моему, важно по этому поводу понимать.

Дело Дмитриева, которое тоже закончилось буквально только что. Мы знаем, что оно стало снова одним из таких дел, когда человек по существу оправдан, а юридически объявлен виновным. Надо сказать, что и в том и в другом случае, и в деле «Нового величия» тоже, где даже прокуратура сейчас требует условного наказания для некоторых из обвиняемых, но надо понимать, что условное наказание — это тяжелейшее поражение в гражданских правах, так же точно, как и наказание Юрия Дмитриева, который получил 3,5 года, но в связи с тем, что он больше трех лет уже находился под арестом, по всей видимости, фактически в заключении он должен быть провести всего несколько недель, но он останется человеком, пораженным в правах, человеком с судимостью. Вот это выражение «непогашенная судимость» останется с ним. Это отнимает у него много разнообразных возможностей, начиная от возможности политических, скажем, возможности быть избранным в какие-либо органы власти, кончая сложностями с передвижением, с обращением с деньгами, с банковскими счетами, с собственностью, с имуществом.

А что касается условного наказания для фигурантов дела «Нового величия», там еще прибавляется запрет на пользование интернетом — вот что попросила прокуратура. Что такое для молодого человека сегодня запрет на пользование интернетом? Это запрет на образование. Это значит, что этот человек не может поступить в университет, потому что невозможно учиться в университете, не пользуясь интернетом ни очно, ни заочно. Это запрет на огромное количество профессий, потому что просто невозможно работать в очень многих областях российской экономики сегодня, как и экономики мало-мальски развитой страны, не пользуясь интернетом. Ну, и, в конце концов, это запрет на нормальное человеческое общение, на доступ к культурным ценностям и так далее.

Запрет на интернет — это ведь не только запрет на пользование мессенджером Телеграм или пабликами ВКонтакте, хотя это тоже для современного человека чрезвычайно важная вещь, без которой многие не могут себе представить свою жизнь.

Это тяжелое поражение в гражданских, бытовых и профессиональных правах. Это касается «Нового величия», это касается и Дмитриева.

С.Пархоменко: Репутации Российской Федерации уже ничего не страшно

Интересно, что Дмитриев в особенной ситуации, когда человек преследовался дважды с небольшим перерывом, и дважды на нем происходила эта ситуация, когда суд принимает такое, я бы сказал, лицемерное, двойственное решение. В первый раз из множества обвинений, которые против него — он в первом суде обвинялся в изготовлении детской порнографии, в развратных действиях в отношении малолетней приемной дочери и в незаконном хранении оружия — осталось только хранение оружия. Ну, надо же что-то оставит. Суд никогда не ошибается, а следствие никогда не отступает. А в данном случае тоже было ФСБ, и были конкретные офицеры ФСБ, которые делали свою карьеру на деле Юрия Дмитриева. Они должны как-то получить свой кусок, они не должны уйти ни с чем.

Во втором случае его обвиняли в развратных действиях, 145-я статья Уголовного кодекса; использование несовершеннолетнего в целях изготовления порнографии, 242-я статья; незаконное хранение оружия, 222-я статья и насильственные действия сексуального характера, 132-я. Уцелела только последняя.

Поразительно! Первый раз признали незаконное хранение оружия. Второй раз — нету уже незаконного хранения оружия. В первый раз отменили какие-либо сексуальные обвинения, во второй раз кусочек сохранили. Ну, надо же сохранить какой-нибудь кусочек, по возможности более позорный, по возможности такой, который наложит самое большое, жирное, неприятное пятно на репутацию человека. Но мы-то с вами знаем, что это всё стоит. Мы отлично с вами понимаем, как это следствие было устроено и кто реальный бенефициар этого следствия. ФСБ опять.

Здесь остается только добавить, что в случай с Дмитриевым вмешалась уже и международная дипломатия. Вот я держу в руках заявление пресс-секретаря Европейской службы внешних связей Евросоюза. То есть это институция, которая одновременно выполняет функцию дипломатического ведомства и оборонного. И этот европейский орган потребовал… Вот я читаю: «Евросоюз требует от российских властей освободить господина Дмитриева немедленно и безусловно на гуманитарной основ, — простите, я перевожу с листа, очень коряво, — принимая во внимание его возраст, его здоровье и в условиях коронавирусной инфекции». И это заявление, в котором твердо указано, что обвинения его носят политический характер, что они связаны с его деятельностью как историка и исследователя истории политических репрессий.

Почему это заявление важно? Не потому, что оно наносит ущерб репутации Российской Федерации. Репутации Российской Федерации уже ничего не страшно, что называется. А потому что это является основной для дальнейших решений, начиная от Европейского суда и кончая разного рода решениями о новых списках Магнитского, только теперь уже не Магнитского, а, в том числе, и Дмитриева, в которые пролегает прямой путь российских судей, российских прокуроров, российских следователей и офицеров российской ФСБ. Там они и встретятся.

Это была программа «Суть событий». Я Сергей Пархоменко. Встретимся с вами в следующую пятницу. Всего хорошего, до свидания!



Загрузка комментариев...

Самое обсуждаемое

Популярное за неделю

Сегодня в эфире