'Вопросы к интервью

Время выхода в эфир: 07 июня 2019, 21:05

М.Максимова: 2107 в Москве. Это знакомая мелодия в эфире «Эха Москвы». Это программа «Суть событий» на своем месте. Это голос не Ольги Бычковой, а Марины Максимовой. Ольга Бычкова, как и многие другие журналисты «Эха Москвы», ухала в Санкт-Петербург на экономический форум. Тем не менее, Сергей Пархоменко здесь посредством Скайпа и других средств связи.

С.Пархоменко Добрый вечер! Как меня там слышно посредством Скайпа?

М.Максимова Отлично, хорошо слышно. Наш звукорежиссер подтверждает — всё О’кей.

С.Пархоменко Очень рад. Всем добрый вечер! Оле отдельный привет там, на вахте в Санкт-Петербурге. Марина, вам тоже здравствуйте. Рад, что вы Олю заменяете. Напомню, что есть СМС-сообщения, которые я отсюда не вижу, а Марина видит, может быть, она мне с ними поможет в какой-то момент. Есть трансляция в YouTube, как обычно на своем месте.

С.Пархоменко: Голунов — человек из элиты мировой расследовательской журналистики

Есть мой пост в Фейсбуке, который я выкладываю за несколько часов до программы, чтобы собрать темы и сюжеты. Есть Телеграм-канал «Пархомбюро», который по-прежнему не заблокирован, и в нем появляются, если нужно и если они есть, всякие интересные дополнительные справочные материалы, которые я подбираю к программе. Вот техническая информация.

И что, теперь моя очередь говорить про Голунова. Совершенно очевидно, что это не просто тема дня, а это тема момента, сказал бы я, в широком смысле исторического момента. Пришел такой час, когда уже и всемирно известных российских журналистов-расследователей… А это реально случай Ивана Голунова, я совершенно здесь ничего не преувеличиваю, он известен на всю страну, и он, несомненно, известен и за пределами России. Он много раз принимал участие в разного рода международных журналистских событиях, конференциях. О нем хорошо знают в международных расследовательских коллаборациях типа OCCRP или Глобальной сети журналистов расследователей. Он, в общем, человек из элиты мировой расследовательской журналистики на сегодня.

Я это очень хорошо знаю, поскольку я давно за ним слежу в качестве члена жюри и одного из координаторов проекта, которая называется премия «Редколлегия». Я надеюсь, что многие из вас слышали, что это такое. Это чрезвычайно престижная — могу теперь это с уверенностью сказать — российская независимая журналистская премия, которая существует больше трех лет уже и ежемесячно выявляет лучших российских журналистов, авторов лучших публикаций в так называемых информационных жанрах

. Это не только расследования, но и интервью, репортажи, очерки, разного рода корреспонденции. В общем, всё, что связано с тем, что журналист что-то узнал, что-то новое раздобыл, с кем-то встретился, получил какой-то новый объем информации и вот предлагает его аудитории. Такие материалы награждает премия «Редколлегия».

И Иван Голунов на протяжении этих трех лет был одним из главных действующих лиц премии «Редколлегия» и, несомненно, останется им, поскольку он человек достаточно молодой и ему предстоит еще многие и многие, я надеюсь, годы работать в журналистской профессии.

Специальная группа экспертов собирает, осматривая больше 100 российских медиа разного рода — и газет, и журналов, сайтов, порталов — больших, маленьких, федеральных местных, всяких, собирает лучшие публикации и выкладывает их на сайте «Редколлегии».

Очень советую всем зайти и посмотреть: redkollegia.org. Почему я про это всё говорю в данном случае? Потому что вы там обнаружите 10 публикаций Ивана Голунова, отобранных на протяжении последних 2,5, по-моему, лет, когда первый раз его публикация появилась. 10 раз он был так называемым претендентом на премию. Один раз эту премию он выиграл. Но и вот это присутствие в претендентах, несомненно, свидетельствуют о том, что работы его чрезвычайно высокого качества. Я думаю, есть еще два-три журналиста, которые могут похвастаться таким количеством этих номинаций…

С.Пархоменко: Любой из текстов Ивана Голунова задевает чьи-то интересы

М.Максимова Я только добавлю, что — может быть, проще найти — «Медуза» тоже выложила лучшие расследования Ивана Голунова.

С.Пархоменко Да-да. И можете посмотреть, например, у меня в Фейсбуке. Я выложил все эти 10 номинаций.

Просто вы можете посмотреть по темам, по заголовкам, и вам очень многое станет понятно. Вообще, это то, о чем я хочу говорить в данном случае. Ну, юридическую сторону дела, на мой взгляд, очень квалифицированно, внятно и полно изложил только что адвокат Илья Новиков в эфире «Эха Москвы». И я очень советую тем, кто почему-либо не слышал предыдущую программу — программу «2019», ее переслушать или пересмотреть. Это можно сделать и на сайте и в приложении для мобильных телефонов «Эхо» или можно посмотреть на YouTube. Чрезвычайно подробно, очень полезно обо всем, что связано с этой практикой подброса наркотиков людям, которых желают посадить. Это один из самых простых способов и самых эффективно и энергично используемых российскими органами, которые почему-то до сих пор называются правоохранительными. Никак не могу понять, почему — уже многие годы.

Ну, вот раньше, ближе к чеченским войнам еще в этот джентльменский набор, в этот комплект подбрасываемого входило обычно насколько патронов от «калашникова», иногда достаточно было одного патрона. Вот всегда говорили: 2 патрона и 1 грамм героина — этого совершенно достаточно, чтобы человека отправить на неопределенный срок за решетку, любого, которого вы захотите.

Но последнее время, как я понимаю, патронов стало немножко меньше. Зато ассортимент подбрасываемых наркотиков стал больше. И наглость в связи с этим увеличилось. У всех у нас на памяти история с Оюбом Титиевым, которому за один день один и тот же пакет с наркотиками подбросили два раза. Один раз подбросили — он сказал, что это было сделано недостаточно аккуратно. Он требует, чтобы был соблюден закон. Тогда ему сказали: «О’кей, тогда сейчас подбросим тебе по закону». Отвезли его обратно на место задержания, привели туда понятных — подбросили ему еще раз. Так что, в общем, технология эта отработана.

Я бы хотел вернуться к работе Ивана Голунова как журналиста. Вот послушайте 10 его работ за последние два года, с июня 17-го года.

Впервые 28-го июня 17-го года он был номинирован на премию «Редколлегия» с материалом: «Как партнеры Игоря Чайки получают государственные деньги за то, что москвичи ходят в платные туалеты». Да, действительно, он умудрился найти в Москве целую мафиозную индустрию платных туалетов, у которых обнаружились совершенно очевидные бенефициары, люди, которые это организовали, люди, которые заручились поддержкой московских властей и люди, которые получают этот колоссальный доход. Это было в июне 17-го года.

В августе 17-го: «Татарские чиновники, военные управленцы, чеченские бизнесмены. Кто зарабатывает на строительстве домов для жителей пятиэтажек?» Это, напомню вам, момент разгара всей истории с принудительной реновацией. И тогда достаточно быстро Иван Голунов обнаружил тех, в пользу кого устроены все эти благодеяния, свалившиеся на голову москвичам от имени Московской мэрии.

С.Пархоменко: Больше всего люди, которые забрали сейчас Голунова и подбросили ему наркотики, надеются на то, что это не продержится долго

Сентябрь 17-го года: «Бывший президент в бывшей усадьбе Буденного. Иван нашел в подмосковной Баковке госдачу, на которой, скорей всего, живет Виктор Янукович». Немножко экзотическая для Ивана работа, но чрезвычайно сильная с точки зрения расследования. Техника того, как он отловил Януковича на этой переделкинской даче. Вещь чрезвычайно была интересная и впечатляющая.

Октябрь 17-го, 19 октября. «В Москве уложили больше гранита, чем добывают в России. Из-за этого в Сибири дефицит камня для надгробий. Кто зарабатывает на московских мостовых и бордюров?» Вы помните, что лето и осень 17— го года — это самое горячее время этой московской реновации и споров о том, что всё это неспроста, и что, несомненно, у этого колоссального распыления… «По подсчетам «Медузы», — писал тогда Голунов, — за 7 лет мэрия Москвы потратила на благоустройство улиц и парков большее 189 миллиардов рублей. Из этой суммы почти половину — в 17-м году. Вот такова была цена расследования Ивана Голунова в октябре 17-го года.

М.Максимова Сергей, давайте сейчас прервемся и об остальных публикациях расскажем.

С.Пархоменко Да, я продлю обязательно, я считаю важным, чтобы сказать о них обо всех

М.Максимова Хорошо. Сейчас минута рекламы и вернемся в студию.

РЕКЛАМА

М.Максимова Продолжается программа «Суть событий». Сергей Пархоменко у нас на связи. И говорим мы про задержание журналиста Ивана Голунова. Тут наши слушатели и зрители говорят, что лучшая реклама материалов. Хотя, конечно, хотелось бы, чтобы это по-другому было. И вот, например, наш слушатель Диггер из Санкт-Петербурга говорит: «Вот так наша страна и узнала, что кто-то еще, оказывается, занимается расследованиями кроме Навального».

С.Пархоменко Не могу сказать, что об этом никто до сих пор не знал. Премия «Редколлегия», достаточно популярна. Сайт ее достаточно популярен. Но, я, кстати, пользуясь случаем, всем советую снова и снова на этот сайт заходить и пользоваться им как таким агрегатором. Потому что каждый день наши эксперты собирают туда лучшие публикации в этих информационных и расследовательских жанрах. Поэтому, если бы вы следили за нашей лентой претендентов, вы бы знали о том, что рядом с вами существует Иван Голунов, который из месяца в месяц из недели в неделю пишет совершенно потрясающие расследования.

Я продолжаю перечисление. Мне кажется, очень важным именно сейчас, когда он задержан и когда где-то там, наверху решается вопрос о мере пресечения для него, и когда где-то там идет борьба между людьми, которые считают, что нужно демонстративно наказать его, совершить акцию демонстративную в адрес российских журналистов.

С.Пархоменко: Последние публикации Голунова должны быть рассмотрены в лупу

Я продолжаю перечисление. Именно сейчас это важно, когда они там раздумывают, что им важнее: устроить педагогическую акцию в отношении российских журналистов или соблюсти закон и отвязаться от журналиста, который известен таким уровнем своих расследований.

Так вот в декабре 17-го года Иван Голунов публикует материал под называнием: «У нас народ изобретательный. Как устроена московская машина пропаганды?». За последние два года мэрия Москвы потратила почти 20 миллиардов рублей на поддержку СМИ и издание книг. Спецкор «Медузы» Иван Голунов внимательно изучил, куда пошли эти деньги и выяснил, как московские власти платят за комментарии пользователей в соцсетях, влияют на повестку «Яндекс Новостей» и финансируют издание собрания сочинений поэта-песенника Ильи Резника.

Как видите, опять речь идет о деньгах, которые в своих политических, а в дальнейшем и в бизнес-целях тратят, зачерпывая их щедро из государственного бюджета, из московского бюджета, московские власти.

Январь 18-го года. «В московских автобусах демонтируют турникеты. Как это связано с лужковскими чиновниками и бизнесменами при ФСБ». Иван Голубов расследует и эту индустрию. Выясняется, что и на том, чтобы установить турникеты кто-то в свое время заработал и на том, чтобы снять их, тем более, кто-нибудь заработает, и он точно разобрался, кто это будет и о каких деньгах идет речь.

В апреле 18-го года он отправляется в Кемерово и занимается там тем сюжетом, который на тот момент волновал нас больше всего — «Зимней вишней». И мы можем посмотреть, каким образом работает Иван Голубов на выезде, так сказать на гастролях. «Всероссийская «Зимняя Вишня»: Иван Голубов рассказывает, как в Кемерово появился сгоревший 25 марта торговый центр и при чем тут одноименнаые сауны». Ну, с его опытом расследования в Москве, конечно, разобраться с тем, что происходит в относительно более тесном Кемерове, ему было не так сложно.

Замечательный материал, который и был в дальнейшем награжден, наконец, премией «Редколлегия», появился в августе 18-го года: «Гроб, кладбище, сотни миллиардов рублей. Как чиновники, силовики и бандиты делят похоронный рынок — и при чем тут Тесак». «Оборот похоронной индустрии, — пишет Голунов, — только официально составляет около 60 миллиардов рублей. Размер ее теневого сектора по оценке властей может достигать 250 миллиардов. За последние 30 лет ритуальный рынок в России делили несколько раз. Участвовали в этом и представители организованного криминала и силовики — внимание! — ну, и государство».

Сентябрь 18-го года: «Теперь будем играть в больницу: Как два бизнесмена заработали миллиарды на фальшивых диагнозах и косметики с интеллигентными кристаллами сахара». Речь идет о DeSheli и разного рода других мошеннических способов, поборов с граждан.

И, в конце концов, последний материал. Он появился буквально две недели тому назад, 17 мая 19-го года. Он называется: «Выселяторы». За 5 лет черные кредиторы отобрали больше 500 квартир у должников в Москве и окрестностях».

Это чрезвычайно мощный текст, чрезвычайно интересный, чрезвычайно рискованный с точки зрения своих источников. Речь идет о том, что разработана целая система, которая прекрасно работает в Москве и несомненно работает под прикрытием московских властей. Система, когда, так называемые микрофинансовые организации устраивают специальные мошеннические операции, предназначенные для того, чтобы у людей отобрать их жилье. И схема там чрезвычайно простая. Голунов ее описал в больших подробностях с конкретными примерами, со ссылками на реальные ситуации, с ссылками, именами и так далее.

Первые этап: человеку нужен кредит, но в банках слишком высокая ставка. Он идет в микрофинансовую организацию, которая финансируется частными инвесторами или банками.

Второй этап: заемщик получает деньги, а взамен, не подозревая этого, подписывает закладную на свою квартиру. Там очень подробно описано, как это делается, как во время подписания этого договора займа, заемщику предлагают с помощью хитрых, мошеннических методов подписать страницы, которые он не читает, подменяют текст. Сначала он читает один, потом подписывают другой. Потом ему заново перепечатывают некоторые страницы — он подписывает еще раз. В общем, мало кто может сопротивляться этой ловкости рук. И Голунов очень подробно это описывает.

Третий этап: заемщик рано или поздно нарушает условия кредита, и кредитор забирает квартиру по закладной в обход суда. Опять-таки Голунов собирает случаи, когда людей вынуждали обманом нарушать условия кредита, даже очень добросовестных плательщиков, тех, которые не собирались пропускать ни сроки платежа, ни задерживать, не отказываться от своего долга, ничего. Но для них специально создавали некую ловушечную ситуацию.

Он нашел эти ситуации и раскрыл эти ситуации, в которых они оказывались нарушителями этих странных, подписанных ими документов и немедленно лишались своих квартир.

И, наконец, последний этап: микрофинансовая организация продает квартиру подставному лицу, так называемому холдеру, а он, когда уляжется скандал, обычному покупателю. Голунов нашел таких людей, Голунов нашел эти конкретные ситуации

. Я очень советую вам прочесть этот материал. Он опубликован в «Медузе» 17 мая нынешнего года, 2 недели тому назад. Он снова сделался претендентом на премию «Редколлегия». Я не знаю, какие будут результаты голосования, будет ли он награжден. Жюри голосует в начале следующего месяца. Я думаю, что в ближайшее время мы будем голосовать по маю, но пока уже этот материал, ссылка на него есть на сайте «Редколлегии».

Мне кажется, что сами эти темы и набор этих тем — вы видите, я не зря подробно вам это перечислял и пересказывал — человек очень последовательно, очень настойчиво, упорно долбит мошенничество, коррупцию, стяжательство и расхищение государственного бюджета в московской администрации.

М.Максимова Как раз тут у нас спрашивают: «Задел чьи-то интересы?»

С.Пархоменко Несомненно. Любой из этих текстов… Я перечислил вам сейчас 10 текстов. Любой из этих текстов задевает чьи-то интересы. Любой из этих текстов указывает на абсолютно конкретных людей, которые, во-первых, осуществляют эти злоупотребления, во-вторых, покрывают все эти злоупотребления. В-третьих, защищают все эти злоупотребления (речь идет о силовиках). И, в-четвертых, страхуют все эти злоупотребления в тех случаях, когда они оказываются вывернуты на поверхность вот такими публикациями, как у Ивана Голунова.

Вот среди этих 10 перечисленных мною текстов, вспомните, есть текст о граните, всех этих бордюрах и так далее. Можете себе вообразить этот объем, можете вообразить, как высоко определяются эти контракты? Как гарантируются эти поставки? Как обеспечиваются эти платежи из московского бюджета?

Или вот этот, самый последний текст. Вы можете себе представить, чтобы эта деятельность, связанная с незаконным отъемом у людей квартир в результате мошеннических операций, связанных с кредитами в микрофинансовых организациях, происходила без прикрытия? Вы можете себе представить, что это была инициатива каких-то конкретных мошенников, которые не опираются здесь на свое сотрудничество с властью и на свое сотрудничество с силовиками, которые не делятся с ними, которые не берут их в долю? Это невозможно себе представить. Мы знаем, как устроена российская преступность такого рода. 500 квартир нашел Иван Голунов, только он один.

С.Пархоменко: Бессмысленно сегодня обращаться к официальным лицам

Я думаю, что если бы у нас было три Ивана Голунова, то, наверное, нашли бы в три раза больше этих квартир.

М.Максимова Их теперь два будет.

С.Пархоменко Не знаю. Во-первых, мне трудно представить, что Иван Голунов в результате всей этой истории прекратит свою журналистскую деятельность. Я думаю, что борьба за его оправдание, его освобождение будет продолжаться. Здесь абсолютно прав Илья Новиков, который только что говорил о том, что в такой борьбе с участием общества, с участием коллег необходимо терпение. Это забег на длинную дистанцию. Это стайерская операция, которая не может прекратиться через три дня.

Больше всего люди, которые забрали сейчас Голунова и подбросили ему эти наркотики, надеются на то, что это не продержится долго. Они смотрят на эту толпу, которая сейчас стоит у дверей Петровки 38 из людей, которые хотят сейчас поучаствовать в пикете в защиту Голунова — смотрят на них из окна, вот они стоят там сейчас изнутри и говорят друг другу: «Ну, ненадолго, сейчас они рассосутся. Ну, постоят еще часок — и пропадет это всё. Не будут они тут стоять вечно. Ничего из этого не будет. Мы спокойно завтра продолжим. Сегодня надо как-то перетерпеть».

На самом деле чрезвычайно важно, чтобы это продолжалось дальше. И солидарность коллег здесь чрезвычайно важна. Но солидарность коллег ничего не стоит без солидарности публики, без солидарности читателей. Мы много раз с вами убеждались, что самое слабое место российской прессы — это не её беззащитность перед злыми дядями в Кремле, а то, что она недостаточно поддержана своим собственным читателем.

М.Максимова Сейчас прерываемся.

НОВОСТИ

М.Максимова: 2133 в Москве. Продолжается программа «Суть событий». Марина Максимова в студии. Сергей Пархоменко у нас по Скайпу. Про журналистику, я думаю, мы уже закончили?

С.Пархоменко Я сказал бы последнюю вещь после того, как я вот перечислил эти 10 расследований Ивана Голунова, которые в разное время на протяжении последних двух лет был номинированы на премию «Редколлегия» (только одно из них эту премию выиграло), но и номинация стоит чрезвычайно дорого, и конкуренция здесь чрезвычайно высокая. И я нисколько не сомневаюсь, что это вовсе не все творчество Ивана Голунова. Это только, что было отобрано экспертами в качестве самых сильных, самых объемных, самых заметных, самых мастерски сделанных текстов.

Последнее, что я бы хотел сказать на эту тему: всем советую эти тексты перечесть и посмотреть, до какой степени он силен, до какой степени он чувствительно долбил Московскую мэрию, Московское правительство, московские власти главным образом. Это была основная его тема. И всё, что связано с их коррупцией и расходованием бюджетных средств, но я бы обратил внимание, прежде всего, на последний текст — я подробно его пересказывал — на текст об этих самых «выселяторах», о мафии, которая умудрилась наладить целый конвейер отбора квартир у людей, которые берут займы.

Это люди, которые непосредственно сейчас заинтересованы в том, чтобы изолировать Голунова. Это люди, которые хотели бы остановить его расследования. Из его расследования, уже опубликованного 18 мая, следует, то это не конец истории, и что, несомненно, там должно было бы быть продолжение и что, несомненно, тема должна была развиваться и расширяться. И она была рассчитана, конечно, на реакцию правоохранительных органов, на то, что эта публикация привлечет внимание тех, кто должен бороться с такого рода преступлениями.

И я думаю, что Иван намеревался это продолжать и долбил бы. Опять-таки это, вообще, его стиль, это его творческий метод, я бы сказал: схватить и тащить. Он в этом смысле такой бульдог расследовательский в лучшем смысле этого слова, человек, который один раз взявшись за тему, продолжал ее, разматывал ее всё дальше и дальше (он будет делать это и дальше, несомненно), и для которого чрезвычайно важно понимание того, что все эти темы связаны в одну мафиозную структуру, связаны одними и теми же людьми и переплетены одними и теми же связями, отношениями, взаимными обязательствами и так далее.

Я не верю, что этим будет заниматься полиция сегодня или что этим будет заниматься ФСБ, но я верю, что этим будут заниматься наши коллеги. Сейчас последние публикации Голунова должны быть рассмотрены в лупу, и люди, которые являются их, так сказать, антибенефициарами, должны очень последовательно тоже исследованы, их деятельность должна быть выявлена и разобрана. Потому что велика вероятность, что одному из них, собственно, и потребовалась эта провокация и изоляция Ивана Голунова. Главное, что им сейчас нужно — это его изолировать. Главное, что им сейчас нужно — это помешать ему продолжать работу дальше.

М.Максимова Этой огласки, они, получается, не боятся? Или они не ожидали такой реакции?

С.Пархоменко Я думаю, что они рассчитывают, что рассосется. Я думаю, что вся их оценка ситуации связана с тем, что ну, хорошо, покричат и бросят, ну, The New Times один раз напишет, ну, «Репортеры без границ» один раз выступят — ну, и дальше что? Это же не будет долго продолжаться. Ну, выкрикнут и успокоятся. Вот на что они рассчитывают.

К сожалению, слишком часто так и происходило. К сожалению, мы с вами можем вспомнить не один десяток ситуаций, когда такие расчеты оказывались верными, и наша с вам задача сегодня у каждого на своем месте… Вот я сейчас за пределами России, я еще пока в Москву не приехал, собираюсь в ближайшее время, я не могу сейчас стоять в этой очереди. Меня там нет. Поэтому я, кстати, и не могу никого в нее призывать и не могу никого призывать выйти на улицу, потому что я сам физически, технически сейчас, сегодня не могу этого сделать. Я это сделаю в ближайшее время, но пока еще нет.

Но я понимаю, что я должен делать здесь, находясь вне России. находясь, в общем, довольно далеко от России. У меня есть для этого свои возможности. У меня есть мои контакты, мои связи, у меня есть люди, которые прислушиваются к моему мнению. У меня есть моя трибуна, у меня есть Фейсбук и в этом Фейсбуке есть 170 тысяч номинальных читателей. У меня много чего есть. И я обязательно буду всем этим пользоваться. И я призываю, прежде всего, сейчас наших коллег продолжать это делать тоже.

С.Пархоменко: Путин хочет развить и углубить, детализировать чрезвычайно удобную для него ситуацию

Мы сегодня вместе с другими членами жюри премии «Редколлегия» сочинили с утра и опубликовали наше собственное заявление. Там 7 человек, членов жюри. И, конечно, пока мы писали этот текст — это один из многих десятков на сегодня текстов в защиту Голунова, которые уже опубликованы, — перед нами встала главная проблема: А мы, собственно, к кому обращаемся? Мы же не должны обращаться с нашим призывом к полиции, ФСБ и прокуратуре. Они отлично знают, что они делают. Более того, они организовали то, что они делают.

И их задача сегодня: прикрывать тех, кто это сделал. Поэтому что мы будем к ним обращаться, что мы будем их о чем-то просить. Мы также не можем просить ни президента страны, ни премьер-министра, ни министра внутренних дел, никого еще. Бессмысленно сегодня обращаться к официальным лицам.

Мы к кому, собственно, обращаемся? Я думаю, мы обращаемся, прежде всего, к коллегам, в силах которых не дать этой теме стухнуть и провалиться. И мы обращаемся к публике, в силах которой продолжать интересоваться этой темой. Очень многое зависит сегодня от публики, очень многое зависит от того, чтобы люди, читатели, зрители, слушатели — чтобы они продолжали считать эту тему насущной. Потому что Иван Голубов — один из тех немногих людей, который вот с такой эффективностью до сих пор мог бороться за их права. И он это делал каждый день. Он превратил это в свою профессию.

И я вам перечислил только 10 лучших, его крупнейших текстов, каждый из которых сделан был для вас, для тех, кто ходит по этим тротуарам; для тех, кто живет в этих квартирах, которые пытаются отнимать; для тех, кто хоронит своих близких на этих кладбищах, где существует эта колоссальная система поборов; для тех, кто справляет нужду в этих общественных московских туалетах, на которых кто-то зарабатывает; для тех, кто входит и выходит в троллейбусы и автобусы через эти турникеты и так далее.

М.Максимова Что касается обращений — ну что, к Путину можно обратиться. Что он ответит? «Не нарушай, веди себя прилично — и дело с концом», — как он сказал?

С.Пархоменко Я думаю, что Путин скажет: «Обратитесь суд, а там уже суд разберется». Это как-то стандартная его метода: с одной стороны, вести последовательную многолетнюю и, надо сказать, достаточно эффективную работу, направленную на то, чтобы полностью лишить российское правосудие какой-либо самостоятельности, сделать его фактически отделом администрации президента, а потом объявить все бывшее не бывшим.

Вот это, собственно, вторая тема, о которой я хотел говорить в этой программе. Я наслушался, конечно, насмотрелся и начитался тут огромного количества всяких поразительных историй, наговоренных президентом Путиным на Петербургском экономическом форуме, который превратился, действительно, в такое светское мероприятие.

И я согласен с теми, кто горько шутит последние пару дней, что вот хотели Всемирный экономический форум — а получили светскую вечеринку журнала Tatler. Действительно, так оно приблизительно и происходит. Это больше чем похоже на светскую вечеринку журнала Tatler со всякими роскошными девицами, которые, собственно, стоят первыми в очереди со своими пропусками, когда собираются какие-то важные, казалось бы, обсуждения. У них сейчас страда, у них сейчас — у шлюх — там, так сказать, большое поле для работы. Они его вскапывают, можно сказать, всем телом.

Но есть, действительно, и политическая сторона этого дела. Была эта трагикомическая история, несомненно, вокруг визита туда Майкла Калви, главы Baring Vostok, которой, действительно, с кольцом в носу как медведя или в клетке как Пугачева, или в наручниках как Ходорковского должны были, что ли, туда вывезти и предъявить Путину, чтобы он там, стоя на коленях, ему вопросы задавал? Это, знаете, hubcap какой-то уже эпизод из не снятого еще фильма про Ивана Грозного.

М.Максимова А что это в реальности было? Там была какая-то подоплека?

С.Пархоменко Да я думаю, что не было там никакой особенной подоплеки за исключением того, что какое-то количество людей, которые защищают Майкла Калви, попытались воспользоваться этой конкретной ситуацией для того, чтобы продвинуть дело в сторону его освобождения. И они совершенно правы. Действительно, надо пользоваться такими возможностями, надо пользоваться информационными поводами. А если их нет, то надо создавать их. Это, в общем, эффективная методика.

Но силами администрации президента, силами пресс-службы и Дмитрия Пескова, силами самого Путина всё это превратилось в совершеннейший балаган. Что вот, «а давайте мы князя Барятинского как-то перед царем-императором заведем в клетку с медведем и посмотрим, как он будет с помощью рогатины с ним бороться». Ну вот, примерно такие, совершенно ярмарочные, балаганные игры, в которые должен был превратиться этот визит.

Выдающаяся, конечно, история про то, что «давайте, в конце концов, — как говорит Путин, — перевернем страницу, связанную со шпионами и с покушениями». «Не мы же, — продолжает Путин, — шпионили против вас по поводу этого фигуранта, которого якобы пытались в Солсбери отравить. Это же ваш агент, а не наш, значит, это вы против нас шпионили. Что там с ним дальше происходило, мне трудно сказать».

Ну, вы знаете, Владимир Владимирович, если вам трудно сказать, то вы спросите у тех, кто организовал туда визит этих балбесов, у тех, кто организовывал всю эту операцию с отравлениями, у тех, кто прикрывал эту операцию, у тех, кто забалтывал эту операции. Спросите у них, они вам расскажут, что там с ним происходило. Они, в общем, в больших подробностях знают, что это за люди, куда они ездили, что у них было во флакончики, почему они этот флакончик там выбросили; что произошло с людьми, которые этот флакончик потом нашли, что и как они обмазывали; почему они давали вот такое нелепое интервью Маргарите Симоньян; почему по ходу этого дела произошло то, что в мире называется «великий провал ГРУ», то есть колоссальное массовое разоблачение огромного количества сотрудников Российской военной разведки, что позволяет сегодня говорить, что, в общем, сегодня России существует без военной разведки.

Вы поинтересуйтесь этим всем, Владимир Владимирович. Это в некотором роде вас касается. Это, вообще-то, ваша работа — быть в курсе того, что происходило с человеком, которого пытались отравить ваши подчиненные. Сделали это безуспешно, сделали это чрезвычайно нелепо, сделали это на территории другого государства при помощи боевого отравляющего вещества. Отравили, убили совершенно постороннего человека. Наследили со страшной силой.

Вы выясните, как это всё получилось вместо того, чтобы говорить, что вы не в курсе, что там с ним происходило. С ним происходило много интересного, я вас уверяю. Вы только один раз займитесь — вас за уши потом от этой темы не оттащишь, уверяю вас, Владимир Владимирович.

М.Максимова Сергей, а можно все-таки как-то интерпретировать эти слова, чего хочет Путин — перевернуть поскорее, чтобы это как-то закончилось? А как она закончиться?

С.Пархоменко Путин хочет развить и углубить, я бы сказал, и детализировать чрезвычайно удобную для него ситуацию, которая заключается в том, что то, что есть в управляемых им новостях, то существует на свете. А то, чего нет в управляемых им новостях, того на свете не существует.

Вот он взял в свое время и переключил телевизор с Украины на Сирию. Выяснилось, что это можно в России — вот можно один день, вот вчера создавать ситуацию, в которой нет ничего на свете важнее, чем Украина, когда про Украину говорят 24 часа в сутки по всем федеральным телеканалам и обсуждают только ее, и вообще, вся жизнь связана с украинской, а потом — фигак! — переключили, выяснилось, что никакой Украины нет, а есть только Сирия.

Это работает здесь, на федеральных каналах. К сожалению, для Владимира Владимировича Путина не все мировые телевизионные каналы являются федеральным в российском смысле, не все телевизионные каналы находятся под его управлением. Иногда так бывает, что какая-нибудь новость или какое-нибудь событие, или какое-нибудь обстоятельство или какой-нибудь процесс существует объективно на свете, вне зависимости от того, перевернул Путин эту страницу или не перевернул, велел он ее переворачивать своим подчиненным или не велел. Оно существует так или иначе.

История с попыткой убийства Скрипаля и его дочери будет существовать вне зависимости от того, нужно это Путину или не нужно, хочет он или не хочет, чтобы об этом разговаривали. Потому что эта попытка была. И собрано достаточное количество фактических доказательств того, что эти люди поехали в Великобританию, повезли с собой то и это, намазали там и сям, потом оттуда выбирались, потом про это врали.

И мы теперь знаем, как их зовут на самом деле, и где их машины, и где они живут, и кто их семьи, и кто им это всё велел — мы всё это знаем вне зависимости от того, хочет Путин переворачивать страницу или не хочет Путин переворачивать страницу. И ему это чрезвычайно обидно. Он бы хотел, чтобы переворотом страницы управлялась вся жизнь вокруг, чтобы можно было просто — бац! — и выключить и перестать про это разговаривать.

С.Пархоменко: Бывают такие слова, которые нельзя брать в рот, особенно если ты дипломат

М.Максимова Наш МИД тоже хочет какую-то страницу с Нормандией перевернуть?

С.Пархоменко Ну, несомненно, ровно так же. Они, конечно, верные ученики и надежные подчиненные. Вот я читаю тот текст, который произнесла Мария Захарова. Я читаю его с ужасом. Знаете, почему? Ну, помимо всех прочих ужасов, у меня есть еще некоторый специфический.

Дело в том, что у меня есть много знакомых дипломатов. Ну, так вышло. Я работал журналистом политическим много лет, я писал на самые разные темы. У меня были довольно широкие связи. Эти люди никуда не делись. Они, по-прежнему, живы. Кроме того у меня есть мои одноклассники, мои одногруппники в университете, некоторые из которых пошли по дипломатической линии. Я себе представляю, как устроена жизнь в посольстве везде: в Уганде, в Великобритании, в Парагвае, во Франции, в Голландии, в Бельгии, в Германии.

И сегодня я думаю о том, что происходит в посольствах тех стран, которые Мария Захарова, я бы сказал, потрогала своим грязным языком. Что происходит сегодня во французском посольстве, когда им нужно — российским дипломатам во французском посольстве — что-то делать с тем, что она наваляла. Им нужно каким-то образом разговаривать теперь с французским Министерством иностранных дел, с администрацией французского президента, с французским правительством, с коллегами из других посольств. Им нужно теперь каким-то образом объяснять: «Это не мы, это она. Она вообще не дипломат. У нее другая работа. Ей надо нести с моря и с леса — ей и ее начальнику Лаврову. Дипломаты — это мы, а они — трепло. Не путайте нас с ними, пожалуйста».

Потому что когда человек, обличенный дипломатическим статусом — а они, между прочим — Захарова — у нее есть ранг дипломатический, у нее есть позиция в высшей иерархии российского дипломатического ведомства. Когда она пишет: «Как отмечают историки, высадка в Нормандии…». Хотя она это говорит, но я не случайно оговорился: это не экспромт, это не то что она выкрикнула, разрывая на себе тельняшку и лифчик, ничего подобного. Это текст, который она написала. Она села за компьютер, положила руки на клавиатуру и написала следующее: «Как отмечают историки, высадка в Нормандии не оказала принципиального влияния на исход Второй мировой и Великой Отечественной войны».

М.Максимова А это она сама написала или это ей написали?

С.Пархоменко Да неважно. Если она это взяла в рот, то это значит, что она несет за это ответственность вне зависимости от того, кто первый ей это написал. Я думаю, что написала сама. Ну, может быть, кто-то черновичок подготовил, ничего страшного. Бывают такие слова, которые нельзя брать в рот, особенно если ты дипломат, особенно если ты высокопоставленный дипломат, особенно, если ты знаешь, что за тобой страна и, частности, разного рода посольства, которым работать с этим текстом: «На протяжении трех лет Великобритания, а затем США всячески затягивали решение о втором фронте, ограничиваясь проведением боевых операций, которые имели локальное значение, прослеживалось стремление дождаться максимального ослабления военной мощи Германии вследствие колоссальных потерь, которые она несла на Востоке, тем самым снизить свои потери на Западе».

Мнение историков другое. Мнение историков заключается в том, что Великобритания, совершенно, Канада, Австралия, Новая Зеландия и огромное количество других стран, принимавших в дальнейшем участие в высадке союзников в Нормандии, вели свои боевые действия на других фронтах. Ровно то же самое можно сказать, что на протяжении многих лет Советский Союз всячески затягивал свое решение о своем участии в войне на Тихом океане. Он не воевал ни на Филиппинах, ни на Гуаме, он не участвовал в континентальных боях на том театре военных действий, он не посылал туда авианосцев, он не потерял там колоссального количества своих летчиков. Он, наверное, дожидался, чтобы Япония и другие союзники фашистской Германии максимально ослабли на том фронте, не так ли?

Дело в том, что это была мировая война. Марию Захарову, может быть, этому не учили, может быть, она это не проходила в МГИМО, может быть, он не в курсе, что война происходила по всему миру, что в ней принимали участие многие и многие десятки стран, и каждая из них работала на своем фронте.

Я хочу одну простую вещь напомнить Марии Захаровой, которая сказала: «Были политические соображения. Открытие второго фронта должно было облегчить выполнение боевых задач Советской армии. На практике пришлось и выручать западных союзников, потерпевших от нацистов поражение в Арденнах. Надеемся, что об этом помнят наши партнеры».

Поражения в Арденнах не было — это первое, о чем должны помнить наши партнеры. И если госпожу Захарову забанили не только уже в Википедии — ладно, Википедии она не верит, а, судя по всему, ничего кроме Википедии на русском языке читать не может. Ну. О’кей, есть тексты, книги про это.

Так я хочу ей напомнить про другое. Я хочу ей напомнить, что документ об объявлении войны Японии был подписан российским правительством и передан японскому послу 8 августа 45 года, через два дня после бомбежки Хиросимы и за день до бомбежки Нагасаки. Война Советского Союза с Японией происходила на протяжении 1 месяца с 8 августа по 5 сентября, когда полностью закончились боевые действия. Не хотите это сравнить? Не хотите вспомнить, что Советский Союз дожидался, пока Япония будет ослаблена?

Так вот, я считаю, что, несмотря на то, что эта параллель имеет полное право на существование, я отказываюсь ее учитывать, потому что я читаю документ. Вот он лежит передо мной. В нем написано: «Капитан Айрумян — капитана Айрумяна звали Левон Карапетович — это мой дедушка, отец моей матери, — 11 августа 45 года в городе Хайлар под сильным пулеметным, минометным огнем противника произвел разведку мостов через реку Аргунь. Благодаря своевременно произведенной разведке оказалось возможным выслать к мостам охранение и предотвратить разрушение мостов японцами. 12 августа 45 года капитан Айрумян участвовал в разведке опорного пункта в районе моста, причем им было обнаружено три дота, занятых противником, установлены подступы к ним и разработан порядок действий блокировочных групп, в результате чего все эти доты были успешно разрушены».

С.Пархоменко: Поражения в Арденнах не было — это первое, о чем должны помнить наши партнеры

Вот это мой дед Левон Карапетович Айрумян на японской войне в тот единственный месяц, когда она происходила. Этого самого 12 августа ему за это был вручен орден Отечественной войны 1-й степени. Он был ранен и контужен при атаке ровно на эти самые доты. Это не указано в наградных документах, но, тем не менее, это факт. Это есть в других документах, которые хранятся в нашей семье. Но и без ранения и без контузии достаточно оказалось, чтобы вручить ему Орден Отечественной войны 1-й степени, уже второй в его тогдашней карьере.

Еще у него был орден Красного Знамени. Это два первых ордена, еще множество медалей были заслужены им на другом фронте — на фронте войны с Германией. Он, в частности, свой первый орден получил за разминирование Пскова. Так вот он участвовал в двух войнах.

И американцы в Нормандии участвовали в двух войнах. Они сначала воевали на Филиппинах, а потом в Нормандии. И в семьях американских хранятся точно такие же бумаги, и им неважно, что их люди погибли или их люди были ранены, контужены или совершали подвиги и были награждены в этот короткий период, пока они воевали в Европе после того, как они повоевали на Дальнем Востоке и на Тихом океане, где Советский Союз в это время не участвовал.

Нормально. Каждый в свое время, каждый на своем месте, каждый тогда, когда смог. Каждый вносит свой вклад в общую победу. Этого не знает Мария Захарова. И Мария Захарова своим грязным помелом машет над нашей дипломатией, над нашими посольствами, позоря меня, лично меня, который чувствует себя гражданином своей страны и представителем своей страны сегодня на чужбине. Я не знаю, как это объяснять американцам. Я не знаю, что я должен говорить, кроме того, что это грязное помело, которое я призираю.

М.Максимова Но придется как-то. На такой ноте мы заканчиваем «Суть событий». Сергей Пархоменко. Марина Максимова в студии. До свидания!



Загрузка комментариев...

Самое обсуждаемое

Популярное за неделю

Сегодня в эфире