'Вопросы к интервью

Время выхода в эфир: 21 августа 2005, 15:08

А.ВЕНЕДИКТОВ: Да, ну, собственно говоря, я с этого хотел начать – завтра стартует большая юбилейная игра. Шаг этой игры является неделя. Мы будем играть 15 недель и итоги подводить в воскресенье. Каждый день 5 победителей. Один звонок будет приниматься. Все остальные очки будут накапливаться. И в конце каждой недели будет выдаваться очень большой приз – в частности, телевизор «Ролсон». Не один, но вот большой приз – один. Значит, первую неделю мы будем играть по СМС. Мы, к сожалению, никак не можем привести в порядок пейджер. И просто чтобы не надо вам таким образом как-то обманывать, первая неделя, начиная завтра, первый раунд, могу подсказать, те, кто слушают, окажутся сейчас в более выгодном положении по СМС. Будет в 8:05 сразу после новостей. Могу подсказать завтра и второй – в 10 часов 5 минут. И даже могу даже третий – 12:05. А дальше не помню. А дальше слушайте «Эхо Москвы».



Что-то меня тут завалили на пейджер по Кашпуру. Ничего не знаю про Кашпура. Никто не закрывает программу Кашпура. Опровергаю ваши сообщения. Могу только сказать одно – что все музыкальные программы сдвигаются ближе к ночи и встают еще две разговорные программы. Поэтому никаких закрытий музыкальных программ, кроме тех, которые сами ведущие захотели бы закрыть, если их не устраивает время, у нас таких идей нет. Поэтому не заваливайте меня непонятными мне сообщениями.



Вот и все. 203-19-22 – это телефон прямого эфира. И пока Интернет-вопросы. Значит, Леонид Челенко, кстати, спрашивает: «Будут ли на сайте «Эха Москвы» публиковать вопросы новой викторины?» Я думаю, что мы будем публиковать ответы новой викторины и победителей. Вряд ли мы будем публиковать вопросы до того, Леонид, согласитесь, это как-то не очень будет справедливо.



Меня просят также прокомментировать недавнее выступление Жириновского по поводу самой мерзкой радиостанции. Замечательное выступление, отличная реклама, благодаря Владимиру Вольфовичу. Когда Владимир Вольфович что-то сильно ругает, нужно чувствовать себя в таком, как бы сказать… что все правильно делаешь. Короче говоря, есть люди, которые тебя ругают, значит, что ты делаешь все правильно. Вот это Владимир Вольфович. При этом придет обязательно и неоднократно.



Жигунов из Москвы спрашивает, поздравляет с юбилеем: «Справедливо ли сравнение подсудимых нацболов с декабристами?» Ну, я как-то не думаю этого. Во-первых, они еще подсудимые. Но, то, что с ними творят, безобразие. Совершенно не разделяю ни их методов, ни их идеологии, хотел бы отметить. Но то, что люди, которые по идее должны были получить административный арест, там, на 3 дня и в крайнем случае на 15 суток, уже с февраля месяца сидят – это неправильно, это несправедливо, и думаю, что это незаконно.



Теперь меня просят прокомментировать такое голосование. Меня, правда, не было. Голосование, вот в частности Михаил Федоров из Мюнхена меня просит прокомментировать, еще кто-то, еще кто-то, еще кто-то – ну, в общем, много. Голосование, значит, мы задавали вопрос по интерактивному голосованию на «Эхе», когда 86% слушателей высказались за третий срок президента Путина Владимира Владимировича. История, действительно достаточно интересная. Дело в том, что у нас подобное голосование было и 2-го числа, 2-го августа, где у нас голосовало про третий срок. 83% опрошенных не желают, чтобы Путин оставался на третий срок. 17% считали. Напомню вам, что 17-го – то есть через 15 дней – абсолютно обратный результат. И голосовало приблизительно одинаковое количество народу – 8 тысяч в первый раз и 7 тысяч во второй. У меня нет объяснений этому голосованию, на самом деле, кроме технических. Просто его нет. Единственное, у меня есть такое замечание, что когда такое голосование в эфире прошло, естественно, мы открыли такое же голосование в Интернете на тот же вопрос. И там очень интересная динамика была, что в первый день соотношение было 31 на 69, а сейчас соотношение 60 на 40 – то есть как бы переменилось. Поэтому, как тут остроумно заметил, по-моему, Саша Плющев, такой флэш-моб мог произойти. Возможно и так. Честно говоря, не очень интересно, было ли это технической историей или так проголосовали наши слушатели. Мы вам сообщили факты. А факт являлся результат голосования на нашем экране. А вы уж сами как-то думайте. Думаю, что это какой-то флэш-моб – согласился бы с Плющевым, хотя не исключаю и возможности по этому вопросу целенаправленной работы, потому что одновременно с этим за последний месяц было проведено 7 голосований на разных сайтах в Интернете. И желание оставить Путина на третий срок изъявляло на разных сайтах не более 32%, максимально 32% или 36%, по-моему, даже нашли такой сайт. Голосовало тоже вокруг 5 тысяч человек. А здесь у нас 60 сейчас – с 31 до 60 прыгнуло на нашем сайте. И, кстати, сразу отвечу там, и мне, по-моему, Игорь, который бизнесом занимается, и повторяет его слова слово в слово, не можете своими словами писать, кто-то еще, о том, что а где же ваше голосование на сайте? Оно идет на сайте, зайдите на страницу активные голосования, никто его оттуда не убирал, естественно. Поэтому голосуйте дальше, как считаете нужным. Да, вот Игорь-предприниматель мне писал из Саратова, ничего не удалено. Где же они удалены? Вот я сегодня сам смотрел. И, кстати, каждый день смотрел, даже когда был в отпуске. Какая динамика, мне стало любопытно. Вот такая динамика.



Ну, ладненько. Это так вот, такие вопросы. Тут отвечает. Так… «Сравните рейтинги «Эха» и «Дождя» после 10 до 11 утра и после утра на последней неделе». Леш, я думаю, что когда придут августовские рейтинги, в июле с 10 до 11 мы опередили «Дождь» по Гэллапу. Но это может быть сезонное колебание, поэтому подождем августовских рейтингов. Мне кажется, что там у нас действительно начинает выстраиваться разговор. Понимаете, разговорный жанр – это связано с тем, что будет у нас в следующем сезоне, с 5 сентября, мы хотим утро разговорное и ранняя ночь разговорная. Почему, собственно, мы сдвинули музыкальные программы на два часа – вот ровно поэтому. Ну, то есть на один час – с часу ночи они будут, по-моему, у нас начинаться. Ровно поэтому. Потому что все-таки специфика «Эха Москвы» в разговорном радио, а не в музыкальном. При этом, еще раз повторяю, не снимаем ни одной программы, а просто сдвинули на час. Если кто-то из наших коллег считает это время для себя, для музыки с вами неудобным, ну, это будут их решения. Тут я довольно жестко скажу. Вот. Но люди хотят разговоров. Музыки много везде. Поэтому. Поэтому мы попробуем делать дальше.



Что у нас тут на пейджер еще идет. «А что делать тем, кто не может отправлять смс?» — говорит Татьяна. Татьяна, а мы со следующей недели – вот не с 22-го, а с 29-го, там же приз-то выигрывается в неделю, там же все обнуляется, уже включим и тех, у кого нет смс. Мы будем вот так варьировать. Вы правы, тут есть такая проблема. Но она абсолютно техническая. Для того, чтобы предложить вам услугу, мы ее технически должны наладить, Татьяна. А то получится, что в какой-то раунд у нас не будет работать пейджер, и все, кто всю неделю играл по пейджеру, они просто слетят. Вот это надо? Я не думаю, что это надо. Играйте по телефону.



«Нужно регистрироваться для участия в игре по смс?» Нет, регистрироваться не нужно. Сначала нужно, сейчас мы упрощаем. Будет не нужно. Номер платный. 3033 – будет номер. Можно будет сразу отправлять ответ или для точности отправлять слово «Игра». Можно отправлять. Но это никак не повлияет на результат. «Игра» — это был некий сигнал для регистрации, чтобы не путать с другими. Но мы сейчас говорили с разработчиками. Это не обязательно, хотя в рекламе это идет. Поэтому регистрироваться будет не обязательно.



Так. За поздравления всем спасибо. Ну, чего у нас? Телефон, наверное, сейчас будет. 203-19-22 – это телефон прямого эфира. Еще несколько звонков. В Москве 15 часов 21 минута. У микрофона Алексей Венедиктов. Напомню, что мы еще не родились, поэтому поздравлять рановато, не положено. Завтра. И начнете завтра – это как раз Сереже Корзуну с 14 часов. А сейчас мы говорим о работе радиостанции «Эхо Москвы». Напомню номер телефона – 203-19-22. Я с вами до конца часа. Алло, здравствуйте, вы в прямом эфире. Алло. Ну, дышат, люди дышат. Значит, живые. Алло, здравствуйте, вы в прямом эфире.



СЛУШАТЕЛЬ: Добрый день, Алексей.

А.ВЕНЕДИКТОВ: Добрый день.

СЛУШАТЕЛЬ: Я вам звоню из Петербурга. Меня зовут Ян, мне 15 лет.

А.ВЕНЕДИКТОВ: Да, Ян.

ЯН: Я вас поздравляю с юбилеем радиостанции.

А.ВЕНЕДИКТОВ: Мы еще не родились, Ян.

ЯН: Ну, все равно. Все-таки почти круглая дата. И я бы хотел вам пожелать еще многих лет эфира, потому что мне очень нравится, честно говоря – и музыкальные передачи замечательные, и разговорные – то есть все хорошо в принципе.

А.ВЕНЕДИКТОВ: Понял, спасибо. Ян, спасибо за поздравление.



«Не надо, г-н Венедиктов, в час или в два ночи Кашпур вести программу не будет. Бог с нами, мы дождемся, но гости в это время не придут. Вы отлично знаете. А слушать говорильню уже надоело», — Елена и Сергей. Значит, решение принято по датам передач, по часу передачи. А если кто-то не хочет вести, ну, это их право. И это все. Значит, решение принято. Оно не обсуждается. В этом сезоне будет так. Решение принято и сетка утверждена. Не тратьте свои силы и время на это. 203-19-22 – это телефон прямого эфира. Алло, здравствуйте, вы в прямом эфире.

СЛУШАТЕЛЬНИЦА: Алло, здравствуйте.

А.ВЕНЕДИКТОВ: Здравствуйте, как вас зовут?

СЛУШАТЕЛЬНИЦА: Алексей Алексеевич, зовут меня Елена Наумовна. Я вас обожаю. Это первое.

А.ВЕНЕДИКТОВ: Это хорошо. Спасибо.

ЕЛЕНА НАУМОВНА: Поздравляю.

А.ВЕНЕДИКТОВ: Спасибо.

ЕЛЕНА НАУМОВНА: И еще один вопрос. Куда делся Тамразов – такой интеллигентнейший человек?

А.ВЕНЕДИКТОВ: Тамразов работает на радио «Арсенал».



«Напомните, пожалуйста, по какой причине ушел Корзун?», — Татьяна Михайловна. Я вам напомню, что Сергей Корзун ушел с поста главного редактора в 1996-ом году. И два года радио «Эхо Москвы» приняло решение, коллектив не избирать главного редактора, а ждать, пока Сергей Львович вернется. Напоминаю вам об этом. Два года «Эхо Москвы» было без главного редактора, мы все работали и уговаривали Сергея вернуться. А по какой причине – задайте ему вопрос. В четверг. Что я говорю – в понедельник.

203-19-22. Алло, здравствуйте, вы в прямом эфире.

СЛУШАТЕЛЬ: Алло, Здравствуйте. Меня зовут Юрий Разин. Ну, я на всякий случай вас поздравляю. Но поздравлю завтра. А вопрос у меня по разговорной программе. Если помните, я вам посылал проект программы «Жизнь на двух колесах». Вот хотелось бы услышать от вас.

А.ВЕНЕДИКТОВ: Вы знаете, это наш с вами разговор. Я не думаю, что отдельная программа такая возможна – «Жизнь на двух колесах», но это все лежит у меня в папке, как один из проектов на следующий сезон. Я с вами свяжусь, Юрий, не через эфир, но я думаю, что отдельной такой программы не будет.



«Алексей, интересно, ролик на НТВ для «Эха» кто делал? Это, что – показатель отношения к вашей радиостанции?» — Сухарь. А что, отличный ролик. Я не знаю, фирма какая-то делала, но мне ролик нравится сам по себе.



Нина спрашивает: «Нельзя ли рекламу и новости для программы «Особое мнение» сгруппировать в начале и конце передачи и не прерывать каждые 5 минут?» Ну, во-первых, Нина она не прерывается каждые 5 минут. Она прерывается каждые 15 минут. Давайте так вот. То есть передача прерывается два раза всего – обращаю ваше внимание. Передача, которая идет 35 минут ровно, прерывается два раза. Во-вторых, это связано еще, как вы знаете, с телевизионной рекламой и с нашими новостями – мы же новости выпускаем в это время. Поэтому я не думаю, что имеет смысл прерывать.



«Как будет проходить игра?» — спрашивает Лидия Михайловна. Лидия Михайловна, сначала будет задаваться, вот, например, завтра в 8:05 задается вопрос. И люди посылают на смс в закрытом режиме правильные и неправильные ответы. Ну, просто, как обычно, как «Срочная новость». А через полчаса – в 8:35 принимается телефонный звонок. Вот так.



Дальше о науке. «Что будет с передачей «Музыка…?» Значит, еще раз повторяю – я не закрываю передачи, я их сдвигаю на один час. На один час. Дальше дело авторов. Согласны они это вести или не согласны они это вести. Что касается «И музыки, и слова», то ее не будет. Но мы с «Арсенала» переводим «Оперный клуб». Мы с Алексеем Париным решили, что эта передача более удачная, скажем так. И «Оперный клуб» Алексея Парина будет в сетке недели стоять.



Я не появлюсь, Наталья, в передаче Евгении Альбац. Вы критикуете Альбац. Я не разделяю вашу точку зрения. Вы можете выбирать на «Эхе» любых журналистов. Вам не нравится Женя Альбац. Пусть вам нравится кто-то другой. Я, к сожалению, сегодня не смогу принимать участие в этом эфире. Вот. Потому что у меня есть дела. Но на самом деле… Много дел, на самом деле. Но я считаю, что Женя Альбац – это удача для радиостанции. Вы считаете иначе, значит, и так далее.



«Будет ли приглашен на празднование 15-летия Александр Лаэртский?» — Женя. Значит, все те люди, которые работали на «Эхо Москвы», они имеют право придти на наш праздник. Я ответил, Женя, на ваш вопрос.



Да, у 10-часовых утренних передач стал большой рейтинг, Лена. Верно, но я говорю очень осторожно, потому что первый месяц практически – июнь, где мы видели, я июльские еще не видел рейтинги, но первый месяц показал, что там наблюдается такой серьезный рост. Это правда.



Про музыкальные программы я все ответил. Дальше. «Какая нужда заставила вас принять в штат «Эха» Орн ас?» Человека с фамилией Орн ас – отсутствует. Ольга пишет: «Чтобы не слушать завтра все эти сюсюкания, вообще не будем включать приемник. Гуляйте с Лариной, Болтянской, Ганапольским, Бунтманом». Отлично, Ольга, именно это я буду делать. А вы гуляйте сама по себе.



Дальше что у нас? «За что вы так ненавидите отечественную, – чего я там ненавижу, расскажите, а то я не знаю –…отечественную музыку прошлых лет?» — Валентин Николаевич. Так, значит, то, что я сдвигаю Ильинского с его роком, это можно, а то, что я сдвигаю Кашпура, это, значит, нельзя. Я всех сдвигаю на час, понимаете, вне зависимости от. И это решение. Давайте не будем тратить на это время. 203-19-22. Алло, здравствуйте, вы в прямом эфире. Как вас зовут?

СЛУШАТЕЛЬ: Владимир Ахметович.

А.ВЕНЕДИКТОВ: Владимир Ахметович, чуть приемничек приглушите, а то звук возвращается. Слышите, да? Это такое возникает.

ВЛАДИМИР АХМЕТОВИЧ: Алексей Алексеевич, ой, как приятно, что я дозвонился до вас! Конечно, я вас поздравляю с юбилеем завтрашним. Трудно дозвониться.

А.ВЕНЕДИКТОВ: Все равно спасибо.

ВЛАДИМИР АХМЕТОВИЧ: Постоянный ваш, постоянно слушаю «Эхо Москвы». И очень был рад, что вы на стороне Евгения Алексеевича Киселева были в свое время. Но я против Доренко. Как вы могли пойти на такое, взять уголовника на работу?

А.ВЕНЕДИКТОВ: А вы против… Ой, вы знаете, у нас тоже вот Ходорковский не был, а теперь стал. А завтра еще кто-нибудь станет.

ВЛАДИМИР АХМЕТОВИЧ: Как он поливал моего Юрия Михайловича, вы же прекрасно знаете.

А.ВЕНЕДИКТОВ: Ну, и что, поливал Юрия Михайловича? А Пушков защищал Юрия Михайловича. Вот они все разные.

ВЛАДИМИР АХМЕТОВИЧ: Ну, ладно.

А.ВЕНЕДИКТОВ: Ну, как – нет разве?

ВЛАДИМИР АХМЕТОВИЧ: Ну, все равно, я вас люблю. Программу я имею в виду.

А.ВЕНЕДИКТОВ: Спасибо. Я думаю, что разные люди имеют право на «Эхо Москвы» высказывать разные точки зрения. Тем более журналисты. Ну, вот не по душе вам Сергей Доренко, ну, еще раз, ну, пропустите этот час. Что же такого случится, если вы пропустите этот час? Если он что-то говорит неправильного, если он врет? Ну, правда, сейчас он работает у нас в жанре, как вы знаете, мнения. Поэтому что значит, если он соврет во мнении? Если он так считает. Это достаточно трудно – соврать во мнении. Правда, некоторые наши слушатели и этим отличаются. Но очень редко. Очень редко. Вот. А поэтому я благодарен вам за звонок. Слушайте других. Ну, да Бог с ним, с Сергеем Леонидовичем. Вон Евгений Алексеевич, Алексей Константинович, Михаил Владимирович, Ольга… забыл отчество. А, молодая девушка – Ольга Романова. Кстати, скажу по секрету, замуж вышла. Тс-с-с. Или выйдет. 29-го, по-моему, 29-го замуж выйдет. Но мы ничего не знаем, мы ничего не говорили. Мы слушаем новости.

НОВОСТИ

А.ВЕНЕДИКТОВ: Вы слушаете «Эхо Москвы». У микрофона Алексей Венедиктов. Пошли дальше. Правильный ответ на «Срочную новость» был Зощенко «Кошка и люди». И наши победители (перечисление победителей). А вопрос оказался достаточно сложным. Надежда пишет: «Вы ни одной передачи не закрываете. Но передачи «Музыка и слово» больше не будет. Кто решил, что она неудачная? Если вы ничего не понимаете в классической музыке, значит, передача плохая». Надежда, решил Алексей Васильевич Парин. Вас устраивает такой эксперт? Я ничего не решил по этой передаче. Наоборот, я предложил ее оставить и предложил одновременно перевести «Оперный клуб». Он сказал, что он хочет перевести «Оперный клуб», а «Музыку и слово» вести не хочет. Что я должен сделать – застрелить его? Чтобы и «Оперного клуба» не было? Вы слушайте, что я говорю. Вы не себя слушайте, вы меня слушайте, если вы мне задаете вопрос.



Так: «Между прочим, Ильинский тоже пострадал. По его словам, его эфир будет урезан в 4 раза». Я не могу комментировать слова журналиста, может, они чего-то неправильно поняли. Пострадал, наверное. Урезан, наверное. При этом уикэнд сохраняется по времени. Наталья говорит: «К сожалению, «Эхо» изменяет свой звуковой рисунок в стиле «Времени». Появились крикливые, как на базаре, бабьи голоса вроде Николаевой или Майерс. Даже юбилейный ролик какие-то тетки выкрикивают на манер пионервожатых», — Наталья. Какая вы недобрая женщина, Наталья.



Так: «Будет ли на празднике присутствовать самый молодой сотрудник, который поет песню про капитана?» Нет, не будет, Валентина. Не будет. Пусть на даче сидит. 203-19-22 – это телефон прямого эфира. Продолжаем слушать ваши звонки. Алло, здравствуйте. Вы в прямом эфире.

СЛУШАТЕЛЬ: Здравствуйте, Алексей Алексеевич. Владимир меня зовут. Санкт-Петербург.

А.ВЕНЕДИКТОВ: Да, Владимир.

ВЛАДИМИР: Значит, ну, что хотел сказать? Во-первых, конечно, поздравить.

А.ВЕНЕДИКТОВ: Спасибо.

ВЛАДИМИР: Очень не нравится качество программ петербургского филиала «Эха». То есть, в общем-то, все время стыдно за город. Очень высокий уровень ваших московских передач и, ну, в основном очень низкий наших питерских.

А.ВЕНЕДИКТОВ: Я могу ответить только дипломатично – понял вас, поскольку не слушал, комментировать не могу. Не слышу. Но поскольку это не первый звонок в новом сезоне, я собираюсь с руководством «Эха Петербурга» еще раз внимательно поработать над сеткой, над программами. Не должно быть, как вам объяснить, разрыва между качеством в любом случае, даже если качество Санкт-Петербурга выше, то Москва должна подтягиваться. Вот должно звучать одно радио. И это главная для меня проблема. Но повторяю, поскольку не слышал, вот те программы, о которых говорят, не слышал ни в звуке, ни в записи, имею в виду не в тексте, в расшифровке, в данном случае не могу к вам присоединиться. Но думаю, что проблема есть, и поэтому мы ее будем разбирать. Сказал дипломатично именно потому, что нехватка информации.



203-19-22 – это телефон прямого эфира. 961-33-33 для абонента «Эхо Москвы». Присылайте сообщения. Тут наоборот. Из Самары – Доренко поддерживают, а Дымарского не поддерживают, Воробьева поддерживают, ну, и так далее. У каждого свои любимые журналисты. Может быть, очень хорошо, что они разные.



Так, про Юлю Пуш спрашивают. Юля перешла в работу продюсеров. Продюсеры – это те люди, которые приглашают гостей, но, естественно, за эфиром. Они не работают в эфире.



«Программа «Особое мнение» звучит в эфире в общей сложности 15 минут». Нет, в общей сложности, Тамара, она звучит 35 минут. Вы можете прохронометрировать.



203-19-22. Алло, здравствуйте, вы в прямом эфире. Как вас зовут?

СЛУШАТЕЛЬНИЦА: Алло, добрый день. Меня зовут Людмила Михайловна. Алексей Алексеевич, во-первых, поздравляю, желаю всего-всего-всего самого лучшего, и самое главное – долгих лет существования. Потому что вы для меня – это единственный свет в окошке.

А.ВЕНЕДИКТОВ: Спасибо, Людмила Михайловна.

ЛЮДМИЛА МИХАЙЛОВНА: Это вначале, так сказать. Второе – хотела бы прокомментировать небольшой звонок вот товарища. Насчет Доренко. Он бы мог вообще служить украшением любой телестанции.

А.ВЕНЕДИКТОВ: Ну, у нас все служат украшением.

ЛЮДМИЛА МИХАЙЛОВНА: А то, что он, так сказать, высказался насчет Лужкова, ну, Лужков, в общем-то, не безгрешен. Это совершенно очевидно.

А.ВЕНЕДИКТОВ: Людмила Михайловна, давайте не будем нападать и защищать журналистов. Защищать буду я, а слушатели могут нападать, но я повторяю еще раз, и к Юрию Михайловичу есть вопросы, как к любому политику. Но сейчас вопрос о другом – разнообразие журналистов, разнообразие позиций журналистов, которые работают в программе «Особое мнение», приглашенных нами журналистов, будет поощряться и дальше. Вот это я вам могу сказать совершенно точно. Не нравится – вот старая-старая проблема – не нравится, ну, есть еще 10 особых мнений, было 5, стало 10, ну, послушай 9. Необязательно слушать 10. В чем проблема?



203-19-22. Алло, здравствуйте, вы в прямом эфире.

СЛУШАТЕЛЬ: Добрый день, мои хорошие. Ребята, наконец-то, я до вас дозвонился.

А.ВЕНЕДИКТОВ: Ну, и отлично.

СЛУШАТЕЛЬ: Сейчас Венедиктов Алексей Алексеевич выступает по радио «Эхо Москвы»…

А.ВЕНЕДИКТОВ: Венедиктов, да. Я.

СЛУШАТЕЛЬ: …очень приятно.

А.ВЕНЕДИКТОВ: Спасибо.

СЛУШАТЕЛЬ: И мне хотелось бы, хотелось бы, прошло уже три дня с 18 до 21-го, но чтобы он немножко сказал об авиации. Понимаете, это наша авиация, это «Аэрофлот» бывший, это все такое, что я с уважением к этому отношусь…

А.ВЕНЕДИКТОВ: У нас только-только был, я понял, спасибо большое, только-только у нас был в эфире в программе, сейчас, дайте вспомнить, «Большой дозор» был Погосян – генеральный директор «Сухого» и очень интересно рассказывал про авиацию. И еще будут рассказывать про авиацию. Мы вот про МАКС рассказываем. По-моему, это интересно. И мы будем и дальше рассказывать. Я не уверен, что в эти дни. А почему к юбилею-то надо, в смысле, авиации рассказывать? Вообще, юбилейные разговоры, они такие, знаете ли, всегда есть тема для разговоров, они и должны рассказываться. По-моему, это очевидно.



203-19-22 – алло, здравствуйте, вы в прямом эфире.

СЛУШАТЕЛЬ: Добрый день. Меня зовут Игорь Васильевич. Я хотел сказать, что я тоже преклоняюсь и обожаю феномен Венедиктова.

А.ВЕНЕДИКТОВ: Спасибо.

ИГОРЬ ВАСИЛЬЕВИЧ: Нет-нет, я просто поражен. И я бы отдал бы Нобелевскую премию, и можно выступить даже за Россию на первой доске. Но я не понимаю только, почему нет передачи всемирного радио. Почему очень трудно принять. Только Петербург, Москва. За границей передает Радио России только лекарства.

А.ВЕНЕДИКТОВ: Понятно, понял.

ИГОРЬ ВАСИЛЬЕВИЧ: Нет технической возможности распространить.

А.ВЕНЕДИКТОВ: Спасибо большое. Ну, насчет технической возможности – сейчас они, конечно, появляются благодаря тому, что по Интернету вещание, думаю, что вот мы сейчас сели на НТВ+, и там можно по НТВ+ — в какой точке мира бы вы ни принимали НТВ+, вы можете получать «Эхо Москвы» дополнительно и свободно. Мы в Соединенных Штатах Америки в Нью-Йорке и Чикаго вещаем. Но это же, понимаете, там – это вопрос рынка. Вопрос рынка. Вот в Америке есть большой рынок русскоязычных радиостанций, радиостанций, говорящих по-русски, там наши коллеги могут выживать, беря наш продукт. Скажем, во Франции он меньше – там уже как-то хуже. Но по Интернету так и будет.



Так. Раиса Николаевна, как всегда: «С грустью говорят, что вы стараетесь не произносить имя Бориса Алексеева, поэтому ни с какими просьбами по поводу него не обращаемся. К счастью, появилось радио «Культура». Действительно, к счастью, Раиса Николаевна. Есть масса людей, которые слушают радио «Культура». Вполне достойная там есть передача. А что касается Бориса Алексеева, абсолютно та же самая история, что со всеми остальными, – музыкальные программы просто сдвигаются на час. И более ничего.



Так, пошли дальше. Что здесь? «Такие серьезные изменения в сетке вещания должны ставиться на голосование в программе «Рикошет», а решение приниматься по итогам голосования». Вот, Александр, когда у вас будет своя радиостанция, вы будете это ставить на «Рикошете» и принимать решения вот таким образом. Что еще?



203-19-22 – это телефон прямого эфира. Здравствуйте.

СЛУШАТЕЛЬНИЦА: Алексей Алексеевич?

А.ВЕНЕДИКТОВ: Да, это я. Здравствуйте.

СЛУШАТЕЛЬНИЦА: Здравствуйте. Очень здорово. Алексей Алексеевич, я вообще живу в Париже, но сейчас нахожусь в Москве. И всегда сверяю какую-то информацию, которую я получаю по телефону, с краткой информацией по «Эху Москвы».

А.ВЕНЕДИКТОВ: Да-да-да, по этому номеру.

СЛУШАТЕЛЬНИЦА: И еще я хотела сказать, что каким-то мистическим образом связано с «Эхом Москвы». Вот, например, когда Сергей Корзун ездил в Париж перед организацией «Эха» еще через «Москва-тур», я, значит, была гидом…

А.ВЕНДИКТОВ: О-о-о!

СЛУШАТЕЛЬНИЦА: Да-да-да. И еще хотела сказать, что мы окончили одну школу – 10-ую спец, кажется так, французскую.

А.ВЕНЕДИКТОВ: 10-ую? Со мной. Да. Я 10-ую заканчивал.

СЛУШАТЕЛЬНИЦА: Но я, наверное, попозже просто заканчивала.

А.ВЕНЕДИКТОВ: А, салага, понятно.

СЛУШАТЕЛЬНИЦА: Ну, не совсем. А потом я с мамой летела во Франкфурт, а вы были с Михаилом Бергером.

А.ВЕНЕДИКТОВ: А, может быть, да.

СЛУШАТЕЛЬНИЦА: Вот тогда…

А.ВЕНЕДИКТОВ: Видите, как все связано?

СЛУШАТЕЛЬНИЦА: Невероятно.

А.ВЕНЕДИКТОВ: Мир маленький. Корзуна была гидом, со мной училась в одной школе, правда, помладше, соплюшки, в общем, тогда вы были у нас.

СЛУШАТЕЛЬНИЦА: Алексей Алексеевич, я бы хотела как-то с вами встретиться. Правда, вот сейчас я улетаю, может быть, где-то в сентябре-октябре вы мне разрешите?

А.ВЕНЕДИКТОВ: Вы позвоните референтам, оставьте телефон.

СЛУШАТЕЛЬНИЦА: Сейчас позвонить или прямо не класть трубку?

А.ВЕНЕДИКТОВ: Прямо сейчас. Не-не-не, а, правильно вот сейчас не кладите трубку, сейчас запишем. А то сейчас звонить туда начнут.

СЛУШАТЕЛЬНИЦА: А я парижский могу оставить?

А.ВЕНЕДИКТОВ: Да. Сейчас запишет девушка Наташа. Да. Не отключайтесь, спасибо. Вот какие замечательные истории.



Так, пошли дальше. «Большинство ваших передач мне просто не интересны, — пишет Юрий. – «Особое мнение» безразлично. Ряд ведущих вызывает отвращение. Однако информационная часть «Эха» — лучшая в России и, возможно, в мире», — Юрий. Вот видите, Юрий, мы нашли продукт, который вам предложить. Что касается «Особое мнение» безразлично, возможно, и так, потому что вы, наверное, человек с мнением, которого поколебать невозможно, и вы его нигде не обсуждаете и ни с кем не хотите обсуждать. Ряд ведущих вызывает отвращение – но вы же не замуж их приглашаете или там по-другому. Информационную часть вы взяли – отлично, вот вам продукт, Юрий. И пользуйтесь им. Не слушайте «Особое мнение», не слушайте передачи, а слушайте новости. Годится. Кто-то другой будет слушать другое. Вот для таких, как вы, мы и работаем.



Оля пишет, что самым неудачным политкомментатором считает Евгения Киселева, ты-ты-ты, не выражает своего мнения. Оля, вот если у вас есть доступ к Интернету, все-таки посмотрите. Посмотрите, выражает или не выражает. По-моему, выражает.



Пошли дальше. Что еще? Купон на игру – ничего не понимаю. «Сдвигаются на час вперед или назад музыкальные программы?» Музыкальные программы, Ирина, будут выходить с часу ночи с понедельника по четверг.

Владимир Сергеевич говорит: «Неплохо бы прислушаться к мнению радиослушателей. Вы делаете передачи для них. Я не ждал от вас такой хитрой позиции. А что я – ничего, это он сам на нож упал, и так семь раз». Нет, Владимир Сергеевич, именно к мнению радиослушателей мы и прислушиваемся. Как только начинаются в 0 часов музыкальные программы, у нас уходит 92% радиослушателей. При этом, как провели наши социологи, провели мониторинг, если программы будут начинаться на час ночи, будет уходить всего 70% радиослушателей. Понимаете разницу, да? Мы же для радиослушателей, правильно?



Так. Поздравления с юбилеем. «Разных мнений», — Юлия Георгиевна. Конечно. 203-19-22 – это телефон прямого эфира. Добрый день, вы в прямом эфире. Здравствуйте.

СЛУШАТЕЛЬ: Добрый. Здравствуйте.

А.ВЕНЕДИКТОВ: Как вас зовут?

СЛУШАТЕЛЬ: А меня Виктор Семенович зовут.

А.ВЕНЕДИКТОВ: Да, Виктор Семенович, вы в эфире. Пожалуйста.

ВИКТОР СЕМЕНОВИЧ: Так я-то не в эфире, по-моему.

А.ВЕНЕДИКТОВ: Нет, по-моему, вы в эфире. По-моему вы в эфире.

ВИКТОР СЕМЕНОВИЧ: А, в эфире, да? Вы знаете, мое мнение такое – простите, пожалуйста, я считаю, что крадут у хороших ведущих время. Вот я слушаю вас, Ганапольский ведет когда с этим… с Доренко я не слушаю, это, там, у вас Радзиховский или какой…

А.ВЕНЕДИКТОВ: Нет, ну, у нас там, он ведет и с Радзиховским, он ведет и со Сванидзе, он ведет и с Леонтьевым – я не знаю, что вы имеете в виду.

ВИКТОР СЕМЕНОВИЧ: Да, он у Леонтьева просто-напросто ворует время. Я просто засекал время, поверьте мне, там 27 минут, 22. Ну, зачем? Допустим, вот у вас этот самый вел вчера Бунтман – прекрасно, интеллигентно. Он не берет на себя, не тянет на себя одеяло, понимаете, а некоторые у вас ведущие просто тянут, мне же интересно мнение, согласитесь, ваших гостей.

А.ВЕНЕДИКТОВ: Ну, вы знаете, поскольку у нас серьезный разговор, я могу вам сказать так – что если гостей не раздражать, они становятся очень благодушными…

ВИКТОР СЕМЕНОВИЧ: Я вас прекрасно понимаю, да.

А.ВЕНЕДИКТОВ: Понимаете?

ВИКТОР СЕМЕНОВИЧ: Но вы же не Соловьев?

А.ВЕНЕДИКТОВ: Нет.

ВИКТОР СЕМЕНОВИЧ: Вернее, ваш ведущий. Правда же?

А.ВЕНЕДИКТОВ: Нет-нет. Такого ведущего у меня нет.

ВИКТОР СЕМЕНОВИЧ: Ну, Соловьев уже не интересен. Надо же быть интеллигентнее.

А.ВЕНЕДИКТОВ: Я Матвею передам вашу точку зрения, спасибо большое. Я не могу, правда, с вами, Виктор Семенович, полностью согласиться, потому что передачи бывают разные. В том числе и у Матвея, в том числе и у меня. Они бывают более удачные, менее удачные. У каждого ведущего есть свои пики, есть падения. Но в целом, я вам должен сказать, что мне кажется, что это замечательная пара – Леонтьев и Матвей. Потому что у Миши есть одна особенность у Леонтьева – он как-то садится на ветку и начинает куковать, то становится совершенно однолинейным. И если его не вышибить из этого, не начать задираться, не начать покусывать, то вот это будет однолинейный монолог такой, знаете ли, тяжелый. Это его, так сказать, личная беда, на мой взгляд, это программа «Однако». Такой монолог. Когда он длится 5 минут, имеет место. Но когда он 32 минуты, ну, согласитесь. Поэтому я думаю, что Матвей применяет к Мише болевые приемы, и, по-моему, достаточно удачно. Ну, все-таки. Бывают неудачные, конечно, бывают. Конечно, бывают.



Дальше тут звонят: «Когда ведет этот?» И: «Конечно, похвалите Ганапольского за самую блестящую в эфире…», — ну, вот видите? Встречу ЛДПР, Оля, повторю.



Так, дальше. «Рикошет», Воробьев, претензия у Ника, что вопросы такие, тусклые. Ну, вы знаете, задать правильно острый вопрос – обострить, – как говорил Михаил Сергеевич, довольно трудно на самом деле. И приходится часто… и часто ведущие действительно, особенно когда беседа толкает другой вопрос, часто просто пытаются как бы найти новый ракурс старого вопроса. Темы-то вечные, да? Есть ли масло? Поэтому, Ник, я бы с вами не согласился. Но я внимание обратил.



«Что значит зарегистрировать СМС-сообщение? Я не поняла, Валентина Алексеевна». Не надо ничего регистрировать. Не надо ничего регистрировать, я вам говорю как главный редактор.



203-19-22. Здесь у нас срыв. Алло, здравствуйте. Тишина. Алло, здравствуйте, вы в прямом эфире.

СЛУШАТЕЛЬ: Алле. Здравствуйте.

А.ВЕНЕДИКТОВ: Как вас зовут?

СЛУШАТЕЛЬ: Алексей Алексеевич, Александр из Москвы. Я хотел вас поблагодарить. Об этом мало говорят. И вам, может быть, неудобно слушать. За эфир 1 сентября из Беслана. Вы очень прекрасно вели.

А.ВЕНЕДИКТОВ: Ну…

АЛЕКСАНДР: И один из лучших.

А.ВЕНЕДИКТОВ: Спасибо.

АЛЕКСАНДР: Это вот на уровне Си-Эн-Эн, когда в 1993-ем году Белый дом. Об этом тоже неудобно говорить. Но очень профессионально и очень качественно.

А.ВЕНЕДИКТОВ: Спасибо.

АЛЕКСАНДР: Спасибо вам большое.

А.ВЕНЕДИКТОВ: Спасибо. Я должен сказать, что для нас очень важно мнение вот в такие трагические моменты, и особенно мнение, и ваше, конечно, важно, спасибо, что позвонили, на добром слове, но и мнение вот в данном случае матерей и жителей Беслана, которые нам говорили такие же вещи. Говорили спасибо «Эху». Знаете, за такое спасибо не хочется. Лучше бы таких спасибо бы и не было. Но все время так себя проверяешь – нигде не перетянул. Здесь очень важно тон выбрать. Поэтому спасибо, что вам показалось, что мы вели себя достойно.



«Скажите, пожалуйста, есть ли возможность стать на «Эхе» волонтером? Очень хочется набраться опыта», — Антон. Антон, а опыта для чего? А волонтеров у нас сейчас, по-моему, здесь человек 8 работает.



Дальше: «Можно ли перенести некоторые музыкальные программы на «Арсенал»?» Мы предложили это. Те, кто там как-то… ну, есть у нас там возможности. Но в данном случае вы же понимаете, рейтинг «Арсенала» и рейтинг «Эха».



203-19-22. Алло, здравствуйте, вы в прямом эфире.

СЛУШАТЕЛЬ: Здравствуйте, Алексей Алексеевич. Это Александр с Санкт-Петербурга вас беспокоит. Алексей Алексеевич, вы не могли бы на радиостанции своей ввести цикл передач, посвященных проблемам военных? Я имею в виду, сейчас борьба идет военных пенсионеров за перерасчет пайковых. Не могли бы вы пригласить Виктора Баранца с «Комсомольской правды» или с областной думы Калининграда депутата, который борется за эти права? Спасибо большое.

А.ВЕНЕДИКТОВ: Знаю, спасибо. Я думаю, что тема военных пенсионеров, мы ее не оставим, потому что, ну, там у нас очень многих отцы военные тем более. Все свое, что называется. И к этой теме будем возвращаться. Я просто, ну, давайте сезон начнется. Сейчас у нас вообще никого нет. По гостям видите даже. Мало кто. Это важно. Второе – что касается вообще военных, может быть, мы затронем. Я вам хочу сказать, что мы все-таки рассчитываем, что с 5 сентября у нас выйдет передача «Нахимовцы», которая будет посвящена истории Военно-морского флота и нынешнему положению Военно-морского флота. Мы это приняли решение еще до события с батискафом. И мы сейчас там добиваем, что ли, последние приготовления. Я надеюсь, что все-таки она выйдет в срок. И вот эта по Военно-морскому флоту будет программа. Мы не оставим эту тему, и не только военных пенсионеров, но и мы знаем, что среди наших слушателей очень много военных пенсионеров, на самом деле. И пенсионеров гражданских, но и военных. И, естественно, поскольку это волнует наших слушателей, мы  будем на это отзываться.



Так: «Вы лукавите. Если бы только сдвинули, еще ничего, – Александр Иванович пишет. – А урезать программу в 3-4–6 раз у разных ведущих – это другое дело. Вы думаете, в такое время кто-то будет слушать повтор программ? Не спят в это время только меломаны». Александр Иванович, никто не урезал в 6, в 4, в 5 раз передачи. Передачи будут идти 2 часа музыкального эфира. Два часа музыкального эфира ночью. И это все. Я имею в виду с понедельника по четверг.



Так. Дальше что? Елена Ивановна говорит: «В 12 часов люди уходят спать, а не с вашего эфира. Я полуночник. Другие каналы слушают ночные охранники, а ваши – интеллигентные люди». Ну, нашу программу слушают разные люди, и мы не замеряем их интеллигентность и интеллект. Достаточно включить приемник 73,82 или 91,2 и не требуется никаких, как бы это вам сказать, документов, чтобы слушать «Эхо Москвы» на образование, например. Совершенно не интересно.



Вера Семеновна говорит: «Будет ли у вас праздник в театре? Я была на 10-летии в Театре Вахтангова». Вера Семеновна, у нас, наверное, будет праздник в зале «Россия» в октябре. В октябре будет концерт и праздник в зале «Россия». Мы еще просто не знаем когда. Еще программа не сделана. Но будет, и мы туда будем приглашать слушателей.



Так, Яна: «Венедиктова одно удовольствие слушать – благодушный, отдохнувший, не раздражительный. Всегда бы такой». Не, Яна, всегда я такой неинтересный. Зачем? Всегда такой. Люди должны быть разные, Яна. И даже сами по себе должны быть разные. Что ж так, одинаковых людей-то, быстро соскучитесь со мной иначе, Яна. Я вот с вами не скучаю. Вы всегда такая, Яна, разнообразная?



203-19-22 – алло, здравствуйте, вы в прямом эфире. Как вас зовут?

СЛУШАТЕЛЬНИЦА: Здравствуйте. Марина. Ну, я, во-первых, конечно, присоединяюсь ко всем, так сказать, пожеланиям, потому что могу завтра, наверное, не дозвониться. Вот, очень благодарна за передачу о моряках, потому что у меня муж моряк, и очень хотелось бы послушать.

А.ВЕНЕДИКТОВ: Мы надеемся, что сделаем, да.

МАРИНА: У меня есть к вам вопрос. Это маленькая загадка, вот благо я к вам дозвонилась. Скажите, пожалуйста, почему никогда не говорят о Викторе Степановиче Черномырдине? Ведь он первый олигарх. Ведь когда-то покойный Влад Листьев приглашал к себе еще Елену Боннэр, которая обращалась к нему, если помните, к тому, чтобы платить людям зарплату. А ведь этого не было, он был тогда председателем Совета министров. Вот. И, так сказать, строился весь «Газпром» перед нами, перед нашими глазами. Я работала там рядом. Зарплату не платили. Где же все? Ну, конечно, это не очень красиво, считать чужие деньги не стоит. Но прекрасно знают, что у него два сына, и еще тогда Алекперов и Вяхирев все это, так сказать, наверное, немножечко прибирали.

А.ВЕНЕДИКТОВ: А вы знаете… Да я понял.

МАРИНА: А теперь все свалили…

А.ВЕНЕДИКТОВ: …на Ходорковского, понятно.

МАРИНА: …на Ходорковского.

А.ВЕНЕДИКТОВ: Ну, мне кажется, что вы в сути своей правы. Правда, о Викторе Степановиче Черномырдине мы говорим, поскольку он посол на Украине. А все-таки мне не нравится жонглирование словами, Марина, вот олигарх. Олигарх – это кто? Человек, который имеет деньги и власть, да? Одновременно. И которого деньги привели во власть. Можно сказать, что Виктор Степанович – богатый человек и посол на Украине, ну, уж никак он к властным решениям никакого отношения сейчас, давайте честно скажем, не имеет. Так же, как, скажем, другие олигархи, гораздо более интересные – ну, фамилия Богданчикова вам ничего не говорит? Глава «Роснефти». Вот это гораздо интереснее история. И может быть, действительно надо поподробнее поговорить о современных олигархах. Это правда.



Так, дальше. Что еще? «Интересная бывает передача «Особое мнение». Настоящим ведущим оказывается только Бунтман, потому что все остальные кричат без разбора», — Сюзон. У вас амор к Сергею Александровичу. Но будьте осторожны, а то у нас есть тут такая слушательница Ольга, которая домогалась Сергея Александровича бесконечно, а как не домоглась, стала его всячески оскорблять и говорить, что он плохой ведущий. На самом деле, конечно, Сережа замечательный, блестящий ведущий. Ну, нам всем есть, куда расти – и Леше Воробьеву, и Матвею, и мне, и Сереже, и Ксении Лариной. Вот мы с вашей помощью и растем помаленьку, скажем так. Но помаленьку. Тоже резких движений делать не будем.



«Спасибо всем», — Жаклин. Жаклин, я ездил в Испанию. Она спрашивает: «Как вы отдыхали?» — у меня есть 10 секунд. Я ездил в Испанию с женой. В Мадрид. А потом мы были в Сеговии и в Толедо. Я вам должен сказать, совершенно особый мир. Замечательно откровенно. Замечательно откровенно.



Так, что без подписи. «Хранитель снов». Значит, Андрей, еще одна такая оскорбительная фраза, я вообще закрою передачу. Имейте это в виду. Оскорблять не дам никому. Понятно? Закрою передачу. Вы меня знаете – я это сделаю.











Загрузка комментариев...

Самое обсуждаемое

Популярное за неделю

Сегодня в эфире