'Вопросы к интервью

Время выхода в эфир: 24 апреля 2005, 16:08

А. ВЕНЕДИКТОВ – 16.14 в Москве. Сейчас пока вы отвечаете, мы переходим к двум комментариям. О возможном доступе американских экспертов, инспекторов я бы даже сказал к российским ядерным объектам, говорит сегодня в «Прямой речи» Павел Фельгенгауэр.

П. ФЕЛЬГЕНГАУЭР — На неделе во время визита в Москву госсекретаря Кондолизы Райс вновь всплыла история с организацией доступа американских инспекторов к российским ядерным объектам. Выступая на «Эхе Москвы» Кондолиза заявила, что по этой проблеме удалось достичь определенного прогресса и что во время визита президента Буша в Москву 9 мая можно ожидать большего. А министр обороны Сергей Иванов объявил, что ничего не знает, что вопрос вообще не стоит. Но во время саммита Буш-Путин в Братиславе в феврале по ошибке был вывешен на официальном кремлевском сайте первоначальный вариант совместного заявления о ядерной безопасности. Где была фраза о возможных американских инспекциях ядерных объектов. Хотя в конечном документе ее удалили, из этого выросла в Москве целая теория заговора. Что, мол, продажная путинская верхушка тайно ведет переговоры о передаче наших ядерных объектов американцам, и что дело совсем на мази, но, мол, о цене еще не столковались. В действительности американские военные инспекторы уже много лет контролируют наши ядерные объекты. Посещают ракетные базы, ядерные подлодки, и так далее в соответствии с договором СНВ-1, который вступил в силу еще до распада СССР. В настоящее время речь идет не о военных, а в первую очередь об объектах ядерной индустрии в закрытых городах бывшего Минатома, где потенциальная угроза похищения террористами ядерных материалов наиболее велика. Пока ядерный заряд прикручен к баллистической ракете, в подземной шахте или на борту подлодки, вероятность его похищения практически равна нулю. Другое дело ядерные материалы, что в последние годы скопились в закрытых ядерных городах в результате массовой разборки боезарядов после окончания холодной войны. В конце 1997-го тогдашний министр Виктор Михайлов писал, что более 500 тонн оружейного плутония и урана хранятся на предприятиях в условиях, не отвечающих международным стандартам безопасности. А из этого можно сделать до 20 тысячи ядерных зарядов. С 1992 года американский конгресс выделил по программе «Nunn-Lugar» более 7 млрд. России на ликвидацию оружия массового поражения. В том числе было бесплатно поставлено оборудование для улучшения учета оружейных материалов, сотни систем видеонаблюдения и так далее. Была существенно улучшена физическая защита. На многих объектах скажем, в Московском институте имени Курчатова. Но в закрытые города американцев стараются не пускать. А Конгресс отказывается выделять дополнительные средства, если нельзя самим проверить, куда поставили видеокамеры и прочее: на ядерные объекты или для охраны ювелирного салона. Достаточная физическая защита от ядерных материалов России общая угроза для нас и для Запада. Сотрудничество также в общих интересах. Иностранные инспекции часто очень полезны, поскольку заставляют шевелиться наших бюрократов, вместо того чтобы как всегда ничего не делать и лишь сообщать наверх, что все в порядке. Если какие-то переговоры вправду идут, то лучше бы Кремлю прямо сообщить обществу, что за вопрос обсуждается. Угроза ядерного терроризма вправду велика, и для России в первую очередь. Чеченские экстремисты уже не раз нам этим угрожали.

А. ВЕНЕДИКТОВ – Еще один комментарий. Делу о покушении на главу РАО «ЕЭС» Анатолия Чубайса посвящена сегодняшняя «прямая речь» журналиста Виктора Лошака.

В. ЛОШАК – За последнюю неделю покушение на Анатолия Чубайса обросло неприятнейшими подробностями. Возможно, главное, что стало ясно после ареста бывшего полковника ГРУ, двух десантников и объявления в розыск еще как минимум двоих, мотив покушения – политический. Действовали не отморозки или нанятые киллеры, а идейные национал-патриоты, возможно, что объединенные в какую-то организацию мстителей демократам. Обратите внимание, что эта идеологическая окраска взрыва и стрельбы на шоссе утром 17 марта никого не удивляет. Такие же граждане штурмовали Останкино и избивали сотрудников московской мэрии в 1993, а теперь их лидер Макашов заседает в Госдуме, и демократический телеканал НТВ не так давно предоставлял ему эфир. Не удивляет, потому что поносить людей, взявших на себя тяжесть реформ, того же Гайдара с Чубайсом считалось еще совсем недавно неплохим тоном даже у газет, никакого отношения к местным нацистам не имеющих, чьи хозяева вполне благополучно результатами реформ пользуются. Можно сказать даже странно, что подобное покушение произошло впервые. Ведь два полюса замкнуло уже давно. С одной стороны афганская, затем чеченские войны дали обществу огромную армию спецназовцев, то есть людей, обученных профессионально убивать. К тому же общество вместо достойного обеспечения и контроля этих непростых людей отправило их в свободный поиск. 17 марта двоих из них мы нашли в лесу у обочины, взрывающих машину одного из лидеров российской демократии и прицельно бьющих по ней из автоматов. Второй полюс — нацистская риторика, так плохо влияющая на людей, профессионально не приученных думать. С одной стороны она запрещена, с другой – не возбраняется. И стрельба по Чубайсу в Москве и убийство таджикской девочки в Питере это в этом смысле одна сторона медали. 10 лет назад «Московские новости» вышли с портретом тогдашнего министра печати Миронова и «шапкой» – «Фашист в правительстве Черномырдина». Миронова сняли, министр оказался параноидальным нацистом и антисемитом. Теперь по делу о покушении на Анатолия Чубайса разыскивается его сын. «Калашников» и взрывчатка это наши сегодняшние инструменты политической борьбы, не где-нибудь в Махачкале, где мэров и министров взрывают чаще, чем идет дождь, а в столице в Москве. Не зря в «Известиях» сам Анатолий Чубайс, дав спустя месяц после покушения первое большое интервью, сказал: есть серьезные люди, которые говорят, что наша революция начала 90-х годов была за свободу, а следующая будет за справедливость. Но не дай бог такую революцию увидеть в России своими глазами, даже если кто-то считает, что она будет «оранжевая». Она будет кроваво-красной.

А. ВЕНЕДИКТОВ – Я перехожу к вашим вопросам, которые вы прислали мне по сети Интернета. До половины, затем новости, затем я буду отвечать на вопросы по телефону 203-19-22, иногда заглядывая на пейджер. Антон из Москвы спрашивает: «Что вы думаете о заявлениях Путина о том, что он может быть избран третий раз в 2012 году». Собственно говоря, даже раньше. Что имеет в виду Конституция — Конституция, имеет в виду, что один и тот же человек не может быть избран более двух сроков подряд. Слово «подряд» здесь ключевое. Моделируем систему, при которой Владимир Путин, скорее всего, продлит свой мандат, не прибегая к изменению Конституции. В 2008 году или раньше или досрочно, складывает полномочия по разным причинам, идут выборы, выбирается наследник, какой-нибудь слабый наследник. Какой-нибудь декоративный наследник. Господин NN, через год господин NN по состоянию здоровья уходит в отставку и здесь господин Путин может в том же 2008 году, если в 2007 избран наследник, быть переизбранным. И я думаю, что, рассматривая возможность продления срока этой команды у власти, такой вариант вполне рассматривается. Также как и с 2012 годом, но я думаю, что 2012 год уже слишком далеко. Тем более что нынешним людям очень важно сохраниться у власти, еще не все попилено и поделено. Следующий вопрос от Сандры из Литвы: «Смена собственника на REN-TV — это продолжение тактики удушения свободных СМИ?» Во-первых, смена еще не произошла, во-вторых, безусловно, мы видим, что канал REN-TV сейчас, во всяком случае, самый плюралистичный из всех каналов федеральных, который представляет совершенно разнообразную информацию. Смена собственника, несмотря на приход западного инвестора группы «Bertelsmann», концерн RTL с одной стороны, с другой стороны это банк «Ефрофинанс», контролирующийся государственными банками. Поэтому, безусловно, можно в случае завершения сделки можно следить, и мы это увидим, это же все публично, изменения в редакционной политике. Я думаю, что это возможно, очень вероятно, поэтому это, видимо, тревожит, Сандра, и вас и меня. Далее. Алекс, студент просит прокомментировать меня «высказывание господина Киркорова в прямом эфире нашего с вами радио». «Несмотря на явный националистический контекст, никакой реакции со стороны администрации канала не последовало». Вы знаете, я не комментирую выступления наших гостей, потому что у нас выступают разные люди с разными позициями, но в одном случае Киркоров употребил презрительное обозначение армянского народа и это хулиганство. Я так считаю. Боярский, физик из Швейцарии: «Я вас очень уважаю, но неужели вы не знаете, что «правду говорить легко и приятно» сказал Иешуа Га-Ноцри у М. Булгакова, а не «горячо мною любимые Стругацкие», как вы заявили в беседе с П. Порошенко?» Да, вы абсолютно правы, конечно, это, Га-Ноцри, но я имел в виду, на самом деле, когда прямой эфир, не сразу правильно процитируешь. Я имел в виду, конечно, «Трудно быть богом», помните, как Сочинитель Гур говорил (это меня не оправдывает, это объяснение): «легко и сладко говорить правду в лицо королям». Вот в ироническом смысле, благородные доны, смею вас заверить, в ироническом смысле. Здесь есть предложение двух передач. Арсен, студент из Москвы: «Как вы думаете, Турция когда-нибудь признает геноцид армян?» Вы знаете, Арсен, когда-нибудь признает. Это та самая история, как мне кажется история с извинениями, которая сейчас очень много витает в воздухе, обсуждают. Вот Ольга Морозова дизайнер из Риги говорит: «Как вы лично считаете, должна ли Россия извиниться перед прибалтийскими республиками за оккупацию и ее последствия?» Сейчас скажу свою точку зрения. Но мне представляется, что смотрите, история с извинениями Японии перед азиатскими странами, перед Китаем и другими азиатскими странами за что? — прежде всего за те зверства, которые сотворили японские солдаты, к коим Коидзуми не относится сам. Факт признания зверств есть. И извинения Японии это благородный жест, и мне кажется, что поскольку мир глобализируется, и эти вопросы снимаются такими извинениями, как это сделал в свое время, как вы помните Гельмут Коль в Варшаве, как это сделал канцлер Шредер сейчас в Освенциме. Да много натворили предыдущие правительства, но поскольку нынешние правительства это наследники всего хорошего и всего плохого, я не вижу для себя ничего позорного в том, если моя страна и руководители моей страны извинятся за те преступления, которые действительно совершались. В этом смысле я думаю, что дозреет и турецкое правительство, какое-нибудь, когда-нибудь либо, которое извинится и признает естественно преступления и извинится за них. И у каждой страны свои шкелеты в шкафах, скелеты в шкафах. И поэтому мне представляется, что тупое упорство и, собственно, величие отказом упрямым, упорным, тупым отказом от извинения за совершенные предыдущими правительствами преступления против народов других стран, мне кажется, что это бессмысленное дело. Все равно это когда-нибудь будет. Помните, сколько раз отрицалось официальными советскими властями то, что в Катыни были расстреляны польские офицеры. Да, в общем с позиции Второй мировой войны не так уж и много человек. Десятки тысяч. А счет идет на десятки миллионов погибших. Но при этом нашли в себе мужество и Горбачев и Ельцин сделать неприятное. Ведь мужество человека в том, чтобы он делал неприятное, а приятное делать опять-таки легко и приятно. Поэтому мне представляется, что извинения нынешней российской власти, да не просто за оккупацию, что оккупация, за депортацию гражданского населения прибалтийских республик в 1940-м году, а потом в 1946-м. Вот за конкретные события надо приносить извинения. Тем более что советскими, российскими законами эти люди реабилитированы уже, реально реабилитированы. Российской, советской, а потом российской судебной системой. Поэтому мне представляется, что разговор идет немножко о разном. Были конкретные преступления. Они были. Они признаны судебными системами. Надо извиниться, я считаю. И у других стран есть, за что извиняться перед Советским Союзом, перед Россией: за концлагеря, за российских военнопленных. Я думаю, что этот процесс будет идти, так же как мы наблюдаем сейчас на примере… обидно, что Япония нас опередила вообще-то, как мне представляется. Ничего позорного не вижу в этом. Я должен сказать, кстати, тут такая дискуссия разгорелась, что ведь  США, которые тут приводятся мне в пример, они ведь извинились за Ялту. И президент Буш, собственно говоря, заявил, сейчас вам скажу когда, в 2001 или 2002 году о том, что никогда больше Ялта, то есть место, где собрались великие державы и поделили Европу, реально поделили Европу, не повторится. Это очень важно. И я думаю, что опять-таки России в таких случаях терять-то нечего. Все уже сказано. Здесь мне говорят, что надо пригласить Суворова. Мы пытаемся взять интервью у Суворова. Это касается Великой Отечественной войны. Интересно было бы его послушать. И два вопроса в конце мне пришли, тут меня благодарят, что по моей рекомендации читали Джорджа Мартина. Роберт Сандлерский, студент из Москвы и Юрий тоже из Москвы. «Что вы можете сказать об Анджее Сапковском? Вы читали его произведения?» Конечно, я читал весь цикл Сапковского, это замечательный цикл. Юрий, и вам советую фильм не очень удачный, я имею в виду польский фильм «Ведьмак» называется не очень удачный, что касается Мартина, отвечу Роберту. В конце 2005 года должна выйти следующая книга, если мне не изменяет память. И, наконец, Георгию Скуратову. «Господин Альваро Хиль-Роблес в интервью Матвею Ганапольскому сказал, что материалы доклада будут доступны на его сайте, — доклад о нарушении прав человека в России, — где на самом деле найти этот доклад». Я попробую, Георгий, его найти, то есть что он абсолютно точно есть на сайте Совета Европы, адрес www.coe.int, там ищите. Вот там, пожалуй. Теперь новости, потом к телефону 203-19-22.

НОВОСТИ

А. ВЕНЕДИКТОВ – Сейчас перейдем к телефону 203-19-22. У нас порядка 20 минут, чтобы обсудить события недели. Вы предлагаете темы или вопросы, а я соответственно пытаюсь каким-то образом либо ответить вам, либо согласиться с вами, либо вам прооппонировать. Алло.

ВЛАДИСЛАВ – Добрый день, Алексей. Очень коротко, в 1959 году в феврале в составе комсомольской делегации был в Чехословакии, где размещали нас на квартирах жителей. Мой хозяин рассказал, что в годы войны был в концлагере и выжил только благодаря русским. Он и его друзья, благодаря русскому духу, потому что, даже погибая, русские умудрялись поддерживать других, делились последней крошкой хлеба. Предлагаю новую передачу — почему мы такие… В годы войны…

А. ВЕНЕДИКТОВ – Знаете, я понял, что вы хотите предложить новую передачу. Мы разные, прежде всего. Разные, понимаете. Алло. Здравствуйте. Вы в прямом эфире.

РИММА – Алексей Алексеевич, скажите, пожалуйста, вы получили, наверное, очень много писем об эвакуации. Какова дальнейшая судьба этих писем?

А. ВЕНЕДИКТОВ – Я не очень понял, что вы спросили. Письма об эвакуации. Если речь о передаче, которую мы делаем, то часть из них войдет в передачу. 203-19-22. Алло. Здравствуйте. Вы в прямом эфире.

НАТАЛЬЯ БОРИСОВНА (Москва) – Здравствуйте. Передача о…

А. ВЕНЕДИКТОВ – Наталья Борисовна, извините ничего не слышно. Перезвоните, пожалуйста, что-то у вас с телефоном. Алло. Здравствуйте.

ИВАН ИВАНОВИЧ – Здравствуйте. Алексей Алексеевич, вот вы сказали о том, что Буш покаялся и не повторится история с Ялтой, когда собрались министры иностранных дел.

А. ВЕНЕДИКТОВ – Там главы правительств собрались.

ИВАН ИВАНОВИЧ – Я вас процитировал, главы правительств, да. А ему нет необходимости больше, американцы… я думаю это покаяние не искреннее.

А. ВЕНЕДИКТОВ – Ну так давайте искренне каяться. Я не очень понимаю, обсуждаем все время, что делает Америка, что делает Люксембург, что делает Латвия. А что мы-то делаем. Мы-то должны думать о нашем правительстве. Нет? Почему все время идет разговор о Грузии, Украине, Молдове, о Франции, о США, Японии. Я так понимаю, что вопросы-то касаются России, прежде всего. 203-19-22. Алло. Здравствуйте. Вы в прямом эфире.

КОНСТАНТИН ПЕТРОВИЧ – Добрый день. Вопрос такой, Алексей Алексеевич. Не можете ли вы пару слов сказать о завтрашнем выступлении Путина в Думе?

А. ВЕНЕДИКТОВ – Нет. Он не в Думе будет выступать, он будет выступать в Кремле перед Федеральным собранием. Честно говоря, давайте дождемся выступления. Я как-то не читал его до, я думаю, что после того как он выступит, у нас будут гости, которые будут на этом выступлении Путина, которые будут его трактовать, комментировать. Хотя, на мой взгляд, послание Федеральному собранию оно, собственно говоря, должно обозначать основные направления этого Федерального собрания. План работы. Если вы возьмете предыдущие послания и начнете их сверять, вы обнаружите, что они такие странные. Они не конкретные. Вот давайте послушаем, может быть, завтра будет конкретика большая. По-моему, они не сильно отражаются на нашей с вами жизни эти послания. Алло. Здравствуйте. Вы в прямом эфире.

ЛЕВ АЛЕКСАНДРОВИЧ – Алексей Алексеевич, вот такой смешной вопрос. Мы извинимся перед латышами, а латышам за латышских стрелков, не надо ли перед нами извиниться.

А. ВЕНЕДИКТОВ – Подождите. Латышские стрелки, что представляли государственную власть Латвии в то время? Как вы считаете?

ЛЕВ АЛЕКСАНДРОВИЧ — Вообще это были избранные воины Латвии…

А. ВЕНЕДИКТОВ – Кем избранные?

ЛЕВ АЛЕКСАНДРОВИЧ — Понимаете, хорошо было бы услышать ваш комментарий по этому поводу.

А. ВЕНЕДИКТОВ – Хорошо, я попробую. Есть решения государства, которые потом оказываются преступными. Разных государств. И вот за эти решения государство должно извиняться. А что, вы считаете, например, Россия и Советский Союз должны извиняться за действия власовской армии в Восточной Европе. Там же русские были, сотни тысяч. Я считаю, что не должны. Я не считаю, что должны. Вот если государство совершало преступление, которое, кстати, уже зафиксировано документально, любое, вот на процессе в Токио, на Токийском процессе было зафиксировано, что японское государство, государственные власти принимали решения по отношению к другим народам, которые квалифицируются как преступные и нарушающие международное право. Вот за это Коидзуми извинился. Если пример такой привести. Латышские стрелки были. А вы знаете, что у нас были интербригады, что у нас здесь Олеко Дундич, пусть сербы перед нами извинятся за Олеко Дундича. Грузины  — за Сталина, евреи — за Кагановича, а за товарища Жданова кто будет перед кем извиняться? Мне кажется, что вот эти вещи, это лукавство такое, надо разводить, это лицемерие. Вот есть государство, которое совершало преступления, и наследники этого государства, по-моему, должны находить в себе силы, а не слабость. А сила состоит в том, что можно принести извинения. Вот и вся история. Вот мой подход, у вас может быть другой, Лев Александрович. 203-19-22. Алло. Здравствуйте. Вы в прямом эфире.

ВАЛЕНТИН МИХАЙЛОВИЧ – Здравствуйте. Мне бы хотелось задать господину Ганапольскому вопрос.

А. ВЕНЕДИКТОВ – Вы знаете, господина Ганапольского здесь нет. Когда будет господин Ганапольский, вы будете задавать вопрос ему, а здесь Алексей Венедиктов. Я за других отвечать не буду. Алло. Здравствуйте. Вы в прямом эфире.

ПАВЕЛ – Здравствуйте. Я хотел просто реплику, как может извиняться государство и правительство перед другими, когда каждый день нахождения их у власти это преступление перед народом, перед своим.

А. ВЕНЕДИКТОВ – Есть еще свой народ, а есть другие народы. Есть длинная история XX века, вот так и может. Так и делают. Я думаю, что опять же, извините за сравнение, все-таки события последней недели вызвали волну… Я думаю, что в Японии многие считают, что правительство Коидзуми совершает какие-то преступления перед японским народом. Например, участвует в войне в Ираке. Значит ли это, что Коидзуми не должен извиняться перед Китаем? Нет, не значит. Это разные вещи. А значит ли это, что Коидзуми должен извиняться перед своим народом, извините, он на выборах одержал победу. Мне кажется, что здесь очень много намешано. Давайте учиться анализировать и разделять вот такие различные сегменты деятельности государства. Поэтому мне кажется, повторяю, что ничего позорного и стыдного в том, что признано и нами, уже и нами, и мировым общественным мнением, преступлениями, за это надо извиняться. Я не вижу в этом ничего обидного. Что упираться здесь. 203-19-22. Алло. Здравствуйте. Вы в прямом эфире.

ВЛАДИМИР – Здравствуйте. Алексей, я уже второй раз у вас хотел спросить. Нельзя ли на премии «Ника» выдвинуть вашу выдающуюся совершенно ведущую.

А. ВЕНЕДИКТОВ – Знаете, я вообще этим сильно не занимаюсь. Выдвинуть на премию «Ника» ведущую. Вы знаете, кому надо, пусть выдвигают, мы внутри как-то этим не занимаемся. «Господин Венедиктов, — пишет Маша, — вы Россию ненавидите, а наживаетесь на ней, уезжайте». Нет, Маша, вы не дождетесь, это моя страна, я таким, как вы, ее не отдам. Я  не отдам ее, таким как вы, которые хотят, чтобы она была изолирована, чтобы она на всех бросалась, как бешеная собака со слюной. Вот я этого не допущу. А вы, Маша, если хотите, уезжайте сами, советую вам и как можно быстрее. Немножко на пейджере что у нас тут. «Может быть, прежде чем требовать извинений от России за оккупацию, прибалтийские страны поблагодарят ее за независимость, полученную после Октябрьской революции», — спрашивает Сара Абрамовна. Сара Абрамовна, что делают прибалтийские правительства, мне глубоко наплевать в том смысле, что я не являюсь гражданином одной из прибалтийских стран. И пусть граждане прибалтийских стран сами разбираются со своими правительствами. А я являюсь гражданином России и говорю о российском правительстве. От того, что прибалтийские правители не моют руки, надо ли нам не мыть руки. Вот это вопрос для меня главный. Или, прежде всего, надо покричать, а потом помыть руки. Я такого подхода не понимаю и не разделяю. 203-19-22. Алло. Здравствуйте. Вы в прямом эфире.

АРКАДИЙ – Здравствуйте. Алексей Алексеевич, у меня к вам такой вопрос. Как вы относитесь к мнению Леонтьева, что эти карликовые государства вроде прибалтийских… Потому что если бы они действительно под оккупацией советских войск были, ну если бы не наши войска их тогда освободили, то освободили бы немцы. Они такие же были бы «независимые», но со стороны Германии.

А. ВЕНЕДИКТОВ – Знаете, Аркадий, я очень люблю рассуждения на исторические темы. Но все-таки надо вспомнить, что столицей России был Киев, мать городов русских. Киев — мать, все-таки, наверное, отец. Ну, неважно. Понимаете, есть некий исторический клубок. И есть некая сегодняшняя реальность. Это самостоятельные страны, признанные, в том числе Россией, российским государством, признанные государствами ООН, вошедшие, кстати, в Евросоюз, вошедшие в Североатлантический блок, они страны конкретные, с которыми мы торгуем, у нас торговые отношения, у нас там посол. И, собственно говоря, в чем проблема. Проблема заключается в том, что наслоились некие исторические аспекты негативные, которые надо, на мой взгляд, разгрести. Вопрос в том, кто хочет их заплести, кто хочет их разгрести. Я считаю, что для России выгодно разгрести. Михаил Леонтьев считает, что выгодно заплести. Почему – знаю — потому что Михаил Леонтьев и многие другие считают, что эти страны часть российской империи. Когда-нибудь они в нее вернутся. Это его право так считать. Я считаю, что он ошибается, не вернутся. Более того, своей позицией, вот это мнение публичное от политических деятелей, не от журналистов, а от политических деятелей их еще дальше отталкивает от нас. И бросились они под зонтик Евросоюза и НАТО не от нас с вами, Аркадий, а от Миши Леонтьева. А теперь переведите на государственный уровень. От угроз, от запугивания, от шантажа. Они туда пошли. Всё. Вот на сегодняшний день это такая реальность. Можно уходить во времена Ивана Грозного, можно вспомнить Великое княжество Литовское, границы которого проходили по Тверской области, между прочим, мне кажется, что это совершенно бессмысленное дело, и мы можем продолжать сколь угодно это вспоминать. А что мы хотим в конце, каково целеполагание этой истории? Целеполагание — включение этих стран в состав России? Пока не вижу возможностей. Тогда все остальное это просто выпускание пара. Вот и все. 203-19-22. Алло. Здравствуйте. Вы в прямом эфире.

ИРИНА АЛЕКСАНДРОВНА – Здравствуйте. Я хочу сказать, что у меня наболело. Хочу сказать о нас, о российских народах, которые очень пострадали во время войны. Кто же перед нами извинится. Конечно, жалко, что прибалтийские народы так пострадали, но их переселяли на житие. А российские народы переселяли на смерть в эти лагеря. И сколько их умерло и погибло и кто будет перед ними извиняться? И все это произошло в результате этой войны, этой бойни, которую мы не начинали. А напали на нас при всем при том.

А. ВЕНЕДИКТОВ – И?

ИРИНА АЛЕКСАНДРОВНА — Я, может быть, очень…

А. ВЕНЕДИКТОВ – Вы правильно все говорите. Я с вами абсолютно согласен. Кто перед нами извинялся – немцы перед нами извинялись…

ИРИНА АЛЕКСАНДРОВНА — …И все? А за что мы должны извиняться, потому что на нас напали. Это была страшная мясорубка…

А. ВЕНЕДИКТОВ – Одну секундочку. Не надо бросаться словами. Во-первых, страны Прибалтики, если вы хотите об этом сказать, вы не помните когда вошли в состав Советского Союза? Год? Не помните?

ИРИНА АЛЕКСАНДРОВНА — Нет, не помню.

А. ВЕНЕДИКТОВ –1939-й, 1940-й. Немножко раньше, чем на нас напали. Это мы  с гитлеровской Германией поделили Европу. Это мы подписали договор о ненападении, о котором так много говорят. А вы знаете, что был подписан договор о дружбе и границе 28 сентября 1939 года, когда Польшу пилили. Это российские советские войска вошли в Польшу после нападения Германии. Разве Польша напала на Советский Союз с начала Первой мировой войны? И вот все эти клубки, запутанные, если угодно, истории, их просто надо знать. И надо понимать, что мы не бедные, несчастные, мы не бедные, не несчастные, мы великая страна, которая может позволить себе роскошь извиниться за преступления предыдущих правительств. Понимаете, это роскошь. Какая-нибудь маленькая, слабая, обозленная — не может. А мы можем. Потому что мы великая страна. Это моя точка зрения. У вас может быть другая точка зрения. Ну, пока еще разные точки зрения в нашей стране можно высказывать, хотя и в ограниченном виде. 203-19-22. Я думаю, что у нас есть еще минуты 4. Здравствуйте.

ВЛАДИСЛАВ (Москва) – Здравствуйте. Скажите, пожалуйста, а кто должен извиняться, какое государство, СССР или Россия?

А. ВЕНЕДИКТОВ – Если мы признаем, Владислав, что мы являемся правопреемниками СССР, то нынешнее государство. Разве нет? Разве мы это не признаем, что мы наследники СССР. Я не говорю, что должен извиняться, я считаю, что мы можем извиниться. Должен, это пусть Путин решает. Это, так сказать, что потом про него напишут в учебниках истории, которые наши дети и внуки прочитают. Это его личные трудности. Я сказал, что можно извиняться именно потому, что я считаю, что в отличие от тех, кто так не считает, Россию великой державой, которой не страшно, ах, мы извинимся, и все развалится, и все побегут. Вот может быть такие, как Маша и уедут. А я нет. Алло. Здравствуйте.

АНТОНИНА ФЕДОРОВНА – Здравствуйте. Вы знаете, извиняться это понятно. Но кому извиняться, это же было другое государство.

А. ВЕНЕДИКТОВ – Путину.

АНТОНИНА ФЕДОРОВНА — А причем Путин? Это государство РФ  уже никакого отношения не имеет…

А. ВЕНЕДИКТОВ – Скажите, а имеет ли Федеративная Республика Германия к фашистской Германии? Было же две Германии – ГДР и ФРГ, когда…

АНТОНИНА ФЕДОРОВНА — Неважно.

А. ВЕНЕДИКТОВ – Нет, секундочку. Это было тоже другое…

АНТОНИНА ФЕДОРОВНА — Наше государство уже другое.

А. ВЕНЕДИКТОВ – Понятно. Ну, пусть не извиняется, Антонина Федоровна, забудем про Путина. Не будем ни перед кем извиняться, все мы делаем правильно, и будем делать правильно. Живем, как живем, какая проблема. Это пусть там наши внуки будут распутывать. Вы считаете, знаете, что вы считаете, я думаю, что вам просто стыдно извиняться. Вам стыдно извиниться. Это такой ложный стыд. Вы перекладываете ответственность за эти отношения на своих детей и внуков, и пусть это длится. На мой взгляд, это неправильно. Пусть наши дети начинают с более чистых отношений между народами. Вот как мне кажется. И последний звонок. Алло, Здравствуйте. Вы в прямом эфире.

СЛУШАТЕЛЬ — Добрый день, Алексей Алексеевич, а вот такой вопрос. Нация, которая уничтожила в течение 15 секунд полмиллиона человек путем сбрасывания атомной бомбы на Хиросиму и Нагасаки, почему она не думает извиниться перед страной, которой она нанесла ущерб?

А. ВЕНЕДИКТОВ – Вы какой-то странный человек. А мы что сделали с Берлином?

СЛУШАТЕЛЬ – Нет, ну…

А. ВЕНЕДИКТОВ – А что «нет, ну». Секундочку, что значит «нация, которая». Мы говорим о правительствах, во-первых. Во-вторых, мы говорим о своем правительстве. Вот у меня голова просто болит за американцев, и за их отношения с Японией. Понимаете, ночей не сплю. Если хотите спросить мое мнение, если бы я был американским гражданином, я бы требовал от своего американского правительства извинения перед Японией за атомную бомбардировку. Вы это хотели от меня услышать? Вот я это вам сказал. Но я по счастью российский гражданин. И у меня отношения с моим правительством. Вот что здесь главное.



Загрузка комментариев...

Самое обсуждаемое

Популярное за неделю

Сегодня в эфире