Время выхода в эфир: 11 ноября 2000, 17:08



С.БУНТМАН: Андрей! Сейчас же у нас не информационная передача.

А.ЧЕРКИЗОВ: Все, отвлекся.

С.БУНТМАН: А вот информация пойдет сейчас. «Из архивов Юстаса — Алексу. Особая папка «Агенты в законе», гриф «Хранить вечно». Характеристика на сотрудника радиостанции «Эхо Москвы» Семенова Андрея Александровича, агентурный псевдоним Черкизов. Характер Здесь неразборчиво, далее вычеркнуто и замазано по цензурным соображениям. Агентурную деятельность начал задолго до рождения, продолжил в общих образовательных учреждениях и в высшем учебном заведении, где, по легенде, учился истории. По заданию центра был поставлен на руководящую должность и даже руководил российским агентством по  интеллектуальной собственности, где стоял на защите авторских прав. На радиостанцию «Эхо Москвы» был завербован с улицы. Завербовавшись, агент Черкизов начал нести разумное, доброе в народ, чем и занимается по сей день, невзирая на лица. Хороший водитель, политически грамотен и устойчив, непримирим к врагам холдинга и человечества. В еде избирательно-неприхотлив. Любимая одежда — шорты. В свободное от работы время по одной из легенд агент Черкизов поэт, по другой прозаик, по третьей — сценарист и кинодраматург. Юстас». А теперь разборчиво мы скажем. Сразу я начинаю с вопросов. Я тебе вопросы все и всяческие задавал, давай слушатели зададут. Анна Константиновна пишет: «Видела Ваше кино». Смотрела твой фильм, ей понравилось. Ты фильмом доволен? Напомним: это 6 серий, которые шли Они должны были в прошлом году идти

А.ЧЕРКИЗОВ: Да. Вообще все очень интересно. Фильм был закончен моим текстом, потому что у фильма в данном случае основа была — мой сценарий, а уже потом великолепные сотрудники команды Николая Досталя искали все это в архивах как Красногорска, так и в разных других. И точка была поставлена в середине сентября прошлого года. И я практически никогда не выясняю ни с кем отношения

С.БУНТМАН: Что, хочешь сейчас выяснить?

А.ЧЕРКИЗОВ: Нет, просто процитирую. Так занятно прочитать в свежем приложении к «Независимой газете», называется «Субботник НГ», в колонке «Телеобозрение» Вадима Шамсулина следующую цитату: «Впрочем, фильм-то снимался явно не про историю: антипутинские уши торчали из каждого кадра». Ну что?! мы знать не знали, кто такой Путин!

С.БУНТМАН: Антисоветские стихи Державина

А.ЧЕРКИЗОВ: Да. А до этого мне просто сделали, наверно, странный комплимент. Дескать, на этой неделе праздничной много чего показывали, фильм Карена Шахназарова «Цареубийца», это все ужасно «Но даже в этом контексте показанный по НТВ опус Андрея Черкизова «Россия 20-й век. Взгляд на власть» — нечто уникальное по садизму». Фильмом я доволен, потому что, во-первых, мне было сделано предложение, от которого я не смог отказаться. 6 серий по полчаса. Притом что, так как я все-таки историк по образованию и по образу мышления, я предпочитаю обращаться к источникам. А для историка источники это архивный материал. Поэтому мы обратились во все архивы, которые есть в РФ. И нигде не получили отказа, кроме одного случая в архиве президента. Вернее так: вначале в архиве президента нам ответили, что мы не получим ничего, потому что обо всем уже говорилось, потом Семенченко, тогдашний завканцелярией президента Ельцина, вышел из отпуска и сказал одному из наших консультантов: «Что, вы  еще хотите, чтобы вам что-то дали? У вас Черкизов автор сценария, вы что, больные совсем?» На что этот человек сказал: «А вы хотите, чтобы Черкизов в титрах сказал, что вы не дали?» Поэтому нам открыли двери даже в архиве президента и дали все, кроме (я об этом говорил в фильме) карты раздела Финляндии. Почему-то ее боятся показывать, хотя о существовании этой карты (она была сделана в развитии Пакта о ненападении с Германий и секретных протоколов) мне говорили и Рудольф Пихоя, который просто ее держал в руках, и Александр Яковлев, который просто ее держал в руках. Но сказали: «Нет такой карты, извините». Поэтому когда у тебя есть 6 серий, когда у тебя такая команда великолепная, когда люди имеют вкус к тому, что они делают, когда текст читает так отстраненно, так интеллигентно Алексей Владимирович Баталов Я фильмом доволен. Вот я пересмотрел его сейчас, через год с лишним, и мне понравилось, мне это интересно. И мне звонили люди и говорили, что нашим детям было это очень интересно. Вот это для меня важнее. Потому что историю можно изучать по комиксам, по клипам, а можно по источникам. Все три варианта имеют право на существование, мне как историку милее, когда изучают историю по источникам.

С.БУНТМАН: «Почему такая непримиримая ненависть ко всему, что происходит в России, и наоборот, к тому что на Западе все хорошо»

А.ЧЕРКИЗОВ: Когда мне ставят диагноз: «Почему у вас маразм или болезнь Альцгеймера?» или «Почему ты небритый и нестриженый?» Или, когда я сидел в телевизоре в «Часе быка»: «Почему на нем такая дешевая одежда?» Если бы я ценники вынул с того обмундирования, которое мне давала фирма «НТВ» Там что-то от Версаче, что то от Ги Ля Роша За диагнозы отвечает тот, кто их ставит. Нет у меня ненависти к моей стране, смешно об этом говорить. Нет у меня пресловутого преклонения перед Западом. Но я всегда помню слова Чаадаева, великого философа страны, которого власть объявила сумасшедшим, может быть, в первый, но отнюдь не в последний раз, как нам известно, что я люблю свою страну критической любовью.

С.БУНТМАН: «За что Вы так ненавидите Путина? Не за то ли, что он Вас умнее?» спрашивают «Аполлинария и другие». Кто такие другие не знаю, но Аполлинарии ответь.

А.ЧЕРКИЗОВ: Ну опять Диагноз это целиком вина доктора. Я не знаю, умнее меня Путин или не умнее. Например, он свободно владеет немецким языком, а я очень несвободно владею французским

С.БУНТМАН: Завидуешь!

А.ЧЕРКИЗОВ: То есть в чем-то, наверно, я ему завидую искренне совершенно. А почему нет? Мне очень нравится немецкий язык, но вот я лингвистический идиот, поэтому не дано. Я его не ненавижу, я задаю ему вопросы и высказываю ему отношение по поводу его действий. Когда он говорит, принимая волевое решение как Верховный главнокомандующий и как президент, что тела подводников надо поднимать, лодку надо поднимать, то есть как Королев, — я целиком за, потому что общество должно знать. А когда он говорит, выражая соболезнования по поводу смерти Бориса Заходера, пишет, что он пересказал «Малыша и Карлсона», то я иду по коридору и кричу: «Боже, какой идиот! Ну можно же иметь помощников хотя бы грамотных чуть-чуть!» Когда человек, принявший звание Почетного подводника, во вторник после трагедии проводит уже теперь всем известную пьянку с шашлыками у себя в Сочи в своей резиденции с журналистами из кремлевского пула, для меня это странная вещь. Когда меня хотят мочить в сортире и когда со мной разговаривает президент (не Вася у пивной, я с ним сам разберусь, у меня с русским языком все нормально, а президент говорит со мной на таком языке), то мне не хочется бежать вослед, задрав штаны, за этим комсомолом.

С.БУНТМАН: «Правда ли, что Вы родились 1 апреля?» Расскажи, как твоя мама над всеми пошутила!

А.ЧЕРКИЗОВ: Совершенно справедливо. Более того, когда папе (он в это время был в Иркутске) прислал телеграмму мой дедушка, мамин папа: «Саша, тебя родился сын», — не нашел ничего лучшего, как послать ответную телеграмму: «Ладно, хватит!» На что дедушке пришлось позвонить папе по телефону и сказать: «Значит так, ты такой-то, у такой-то у тебя родился сын, приезжай в Москву!» Совершенно верно, День Дурака мой национальный праздник. Я знаю, что один мой друг, с которой когда-то дружили взасос, потом рассорились, так бывает, должна была рожать своего сына под 1 апреля. Она лежала пластом 2 суток, только чтобы не сделать подарок Черкизову, и человечек — ему почти уже 20 лет родился 3 апреля.

С.БУНТМАН: Чем занимается сын?

А.ЧЕРКИЗОВ: Вообще он говорит, что он пишет музыку электронную, во-вторых, он не ходит в университет, в-третьих, он занимается тем, что он ищет работу. Что-то из его занятий вызывает у меня гносеологические возражения, а  что-то ментальные. Тем не менее человеку 20-й год, поэтому я не имею ни малейшего права воздействовать никоим образом, кроме как словом. При случае опять выскажу в 149-й раз, я считаю, что надо получить базовое системное образование. Такая тупая песня

С.БУНТМАН: Но это полезная песня.

А.ЧЕРКИЗОВ: Я думаю, она нам с тобой знакома в известной степени, потому как сыны у нас примерено ровесники, по крайней мере, твой старший примерно ровесник моего. А вообще он растет И я никогда не забуду эту жутковатую историю Когда мы его попросили с мамой кое-что не делать, он сказал: «Хорошо, я с вами не согласен, конечно, но как я тогда буду разговаривать с деревьями?» И ты помнишь, как мы с тобой сели в кабинете, закрыли дверь, поставили энное количество емкостей хорошего алкоголя и на протяжении, по-моему, двух емкостей думали, а потом ты сформулировал совершенно гениальную формулу: «А ты ему просто скажи, что нанюхавшись, каждый дурак может с деревом разговаривать, а только гений, только талантливый человек может разговаривать с деревом на свежую голову». И ты знаешь, подействовало!

С.БУНТМАН: Серьезно?

А.ЧЕРКИЗОВ: Да. Но для этого пришлось поехать во Францию, на велосипеде поехать в  местечко, в ресторанчике у пляжа взять огромную тарелку с морскими гадами, в ходе разговора ему напомнить об этом. Мой сын доел какую-то морскую гадину и сказал: «Так, с кем советовался?» Их очень сложно провести, это очень зрелое поколение в чем-то.

С.БУНТМАН: Тебе нравится такого рода воспитанием заниматься? Не этим, не занудливым, а искать что-то.

А.ЧЕРКИЗОВ: Ну, на занудливое воспитание всегда есть один ответ: «Папа, а пошел ты» И папа так растерянно идет по улице и спрашивает: «Простите пожалуйста, а меня не на ваш послали?» Ему хрясь по морде Следующий Нет, это единственный способ Понимаете, смешно в любви, в страсти, в желании, в нежности заводить фабрику по изготовлению собственных детей только для того, чтобы потом его ненавидеть или с ним ругаться. Что за бред такой? Это надо искать компромисс и modus vivendi для того, чтобы находить возможность общаться даже вне тех территорий конфликтных, где я не понимаю своего сына, а он, блин, не понимает своего папу.

С.БУНТМАН: Здесь спрашивают: «Когда Вы взяли псевдоним? Что был за повод?»

А.ЧЕРКИЗОВ: Это был совершенно личный повод. Меня, оклеветав, вышибли из одной школы с волчьим билетом, потом завели уголовное дело, потом его, слава богу, после очной ставки, на которой я настаивал, закрыли. До этого была психушка, где меня пытались проверить на вшивость. И когда я уже со всеми этими делами разобрался, моя милейшая одношкольница Марина Князева, известный преподаватель московского факультета журналистки, поэт, пришла ко мне в гости. Мы ели чернослив в шоколаде и паюсную икру, пили коньяк, и она мне вдруг сказала: «А почему бы тебе не начать заниматься журналистикой?» Я говорю: Батюшки! Я вот так приду и скажу: «Здрасьте, я очень хочу заниматься журналистикой!». Мне скажут: «Иди». Она говорит: «Ну ты же стихи писал всю жизнь, прозу» Я говорю: «Хорошо, но» Она говорит: «Ладно, я позвоню в «Комсомолку»». И тогда я подумал иудейского страха для, что лучше я себе возьму псевдоним, чтобы гусей не дразнить. Потому что доброхотов в моей любимой стране выше крыши. Я жил на Большой Черкизовской улице, из окна моего этажа был виден стадион «Локомотив», где тогда играл «Спартак», вылетевший из Высшей Лиги

С.БУНТМАН: Но зато как влетевший!

А.ЧЕРКИЗОВ: Как влетевший и как сделавший дубль потом, когда влетел! Я посмотрел на очаровательную церковь Ильи Пророка, которая была видна из окна кухни моего дома, и подумал: «Чем плохо быть Черкизовым, собственно?» И так получилось, что меня сын называет Черкизов, мама называет Черкизов, сестра называет Черкизов, жена называет Черкизов, то есть я теперь Семенов только тогда, когда у меня какие-то регистрационные отношения с государством: паспорт получить, пойти проголосовать, налоги заплатить. Вот тут я Семенов. Или когда очень старые друзья возвращаются, они никак не могут перейти на «Черкизов». Они меня называют Семенов, а я все время дергаюсь и говорю: «Да ладно, ребята! Я уже столько лет Черкизов, что я уже забыл, что я Семенов».

С.БУНТМАН: Кстати, мы говорили про велосипеды, а вот теперь несколько слов о самокате. Где можно купить самокат, на котором ты выехал на наш вечер в Вахтанговском театре, произвел такое впечатление?

А.ЧЕРКИЗОВ: Я честно скажу, я не знаю, где это можно купить. Мне говорили, что где-то в Москве продаются. Правда, я не знаю. Я живу на Миуссах и поэтому катаюсь, естественно, вокруг Александра Александровича Фадеева собственно, площадка у памятника для роллеров, а вокруг асфальтовые дорожки и  улица. Там сейчас все перерыто, слава богу, поэтому сейчас можно спокойно кататься на самокате. Это очень занятно, причем так все это странно Это совершенно другая скорость. Потому что я помню, что самокат моего детства

С.БУНТМАН: Из доски с подшипниками?

А.ЧЕРКИЗОВ: У меня, естественно, была доска с подшипником, а потом были самокаты уже на дутиках, на нормальных шинах.

С.БУНТМАН: Но это дорого было

А.ЧЕРКИЗОВ: Нет, у меня был. А тут совершенно крошечные колесики, как у роллеров, и совершенно другая скорость, другая динамика Как сладко я бухнулся, когда выехал из театра Вахтангова с криком: «Отойдите в сторону, я тормозить не умею!» А я правда тогда еще тормозить не умел на своем самокате! Это такая занятная штука

С.БУНТМАН: Занятная. Я видел, как целые толпы наших туристов с собой везут, так что скоро появится если не белый, то серый, самокат.

А.ЧЕРКИЗОВ: Мне нравится, что в Германии люди ездят на этом на работу, как мне очень нравится, что королева Нидерландов Беатрис часто по городу Гааге передвигается на велосипеде.

С.БУНТМАН: Правильно, как все порядочные голландцы. Еще один короткий вопрос. Год твоего рождения?

А.ЧЕРКИЗОВ: 1954. Я лошадь, но не огненная.

С.БУНТМАН: Еще один короткий вопрос. Ты не родственник Юлиана Семенова, но ты с ним работал?

А.ЧЕРКИЗОВ: Я ему даже не однофамилец.

С.БУНТМАН: Теперь?

А.ЧЕРКИЗОВ: Нет, он Ляндрис, я Таубман, поэтому не однофамильцы даже.

С.БУНТМАН: Какие-то вы Маты Хари!

А.ЧЕРКИЗОВ: Это не мы. То есть у Юлиана он, а у меня папа Не виноватая я.



С.БУНТМАН: Сейчас я буду коротко задавать слушательские вопросы, а ты будешь коротко отвечать. Рекламу мы делать не будем. Какой фирмы те шорты, в которых ты ходишь?

А.ЧЕРКИЗОВ: Самые разные. Даже если бы мы и делали, я что, запомню, что ли?

С.БУНТМАН: «Выйдет ли новая книга с Вашими репликами?»

А.ЧЕРКИЗОВ: Придет издатель, предложит, сторгуемся об условиях — книжка выйдет. Пока издатель не приходит.

С.БУНТМАН: «Будет ли повторение фильма по телевидению?»

А.ЧЕРКИЗОВ: Это не ко мне. Это к Евгению Киселеву.

С.БУНТМАН: «Нравится Вам работать на «Эхе»? Или Вы там работаете потому, что так получилось? Спасибо, Елена».

А.ЧЕРКИЗОВ: Мне не просто нравится работать на «Эхе». «Эхо» это мой дом, это моя жизнь, это моя тусовка, это мои любимые друзья, это мои сладостные коллеги, это то, благодаря чему я выживаю.

С.БУНТМАН: Евгения Сергеевна спрашивает: «Почему Вы и Венедиктов упорно не хотите дать ночной эфир Андрею Черкизову?»

А.ЧЕРКИЗОВ: Это не ко мне. Это к Бунтману и Венедиктову.

С.БУНТМАН: Андрей Черкизов был из ряда вон выходящий ночной эфир, который бывает раз в год. 7 часов, только при переводе на зимнее время!

А.ЧЕРКИЗОВ: Я даже знаю, что Алеша, сидючи в зарубежном аэропорту, вместо того, чтобы заниматься полезным для себя делом, сидел в Интернет-кафе и читал распечатку моего эфира.

С.БУНТМАН: По-моему, во всяком случае здесь, все остались довольны. Андрей Александрович пришел какой-то подозрительно сияющий, я совершенно не понимал, чем он занимался все эти 7 часов со слушателями. Абсолютно сияющий, всех донимал рассказами про то, какие вопросы задавали и как он отвечал

А.ЧЕРКИЗОВ: Нет, в общем, это очень интересный опыт, и если у меня будет такая А тут же простой вопрос: хорошо, Черкизова поставить. Кого уволить? То, что говорит всю дорогу Алексей, говорит совершенно справедливо. Сетка есть. Хорошо, очень хороший Черкизов. Кого снять? Очень хорошую Болтянскую? Очень хорошего Иллерицкого? Кого?

С.БУНТМАН: Значит так. Ночь не ночь, день не день, во всяком случае, я думаю, скоро у вас будут неожиданности, связанные с Черкизовым тоже. Здесь гораздо больше всевозможных поддерживающих реплик на пейджере, неизмеримо больше.

А.ЧЕРКИЗОВ: Спасибо.

С.БУНТМАН: Причем появляются те люди я же наперечет всех знаю, да и ты, наверно, — которые никогда не появляются. «Ваше отношение к марихуане?» — Валерий спрашивает

А.ЧЕРКИЗОВ: Надо разделить мой ответ на 2 части. Я считаю, что легкие наркотики растительного происхождения надо легализовать. Мое персональное отношение к марихуане: не понравилось, то есть ничего не почувствовал. Не понравилось, не в кайф, неинтересно. И  третье, я повторяю Иосифа Александровича Бродского: я человек из алкогольной культуры, переходить в наркотическую культуру нет ни малейшего желания. Это из его диалогов с Соломоном Волковым.

С.БУНТМАН: Назовите 5 книг, 5 фильмов главных для второй половины века.

А.ЧЕРКИЗОВ: Это не может быть ответом «блиц», потому что над этим надо думать.

С.БУНТМАН: А хорошо бы то, что приходит на ум прежде всего.

А.ЧЕРКИЗОВ: 5 книг 20-го века: «Белая гвардия», «Улисс», «Прощай, оружие!» и «По ком звонит колокол» это я говорю со своей, естественно, точки зрения. И конечно, воспоминания Эренбурга.

С.БУНТМАН: «Люди, годы, жизнь»?

А.ЧЕРКИЗОВ: Да. 5 фильмов. «Гражданин Кейн» — я тут, наверно, совершенно не оригинален. «Бег» с гениальным Дворжецким, я уж не говорю о дуэте Ульянова с Евстигнеевым, это можно просто умереть. «В четверг и больше никогда» Анатолия Эфроса. Конечно, «Однажды в Америке», мой любимый фильм, как и «Смерть в Венеции».

С.БУНТМАН: Очень интересные реплики, под финал их привожу. «Согласна я с Вами или не согласна, но почему-то все равно слушаю с удовольствием»

А.ЧЕРКИЗОВ: Ну спасибо.

С.БУНТМАН: «Какой стиль одежды Вы предпочитаете кроме шорт? Вас часто можно видеть в жилетах, их у Вас много?»

А.ЧЕРКИЗОВ: Нет, жилетки у меня две, для телевизионщиков. Я очень люблю джинсы, я очень люблю штаны из конопли. Я  человек, увы, недиетический и худобой себя не мучающий, поэтому я хочу, чтобы мне было свободно и просторно. А ненавижу галстуки.

С.БУНТМАН: Да, известно. Заставить Черкизова надеть галстук еще сложнее, чем заставить сделать то же самое Алексея Венедиктова. Вообще для меня примета: когда Черкизов придет в галстуке и Венедиктов придет в галстуке, это значит, что произошел мировой катаклизм.

А.ЧЕРКИЗОВ: Нет, я Алешу видел единственный раз, и то не в галстуке, а в бабочке, когда Алеша женился.

С.БУНТМАН: Нет, бабочку я за галстук не считаю.

А.ЧЕРКИЗОВ: А я ходил в  галстуке только то узкое время, когда я выходил в эфир в «Быке». Вроде как стиль НТВ — галстук. Но под стулом у меня были нормальные джинсы. Это принцип Осокина: вам нужен верх вот верх вы видите, а что у меня внизу это никого не касается.

С.БУНТМАН: Последнее слово предоставляется Андрею Черкизову. Слово слушателям очень краткое.

А.ЧЕРКИЗОВ: Я, собственно, хочу сказать только одно: Пожалуйста, когда вы слушаете то, что я вам несу, вы только об этом думайте, спорьте, полемизируйте, соглашайтесь или не соглашайтесь. Это не более чем витамин размышления. А все остальное мы просто живем. И дай вам бог здоровой, счастливой и спокойной жизни.

С.БУНТМАН: Здесь есть очень много вопросов, которые относятся не к самому Андрею Черкизову, а вопросы к нему как к комментатору, как к обозревателю. Я думаю, что Андрей посмотрит эти вопросы и использует их в своей дальнейшей передаче.

А.ЧЕРКИЗОВ: Мы можем уже сказать людям? С 4 декабря в программе по субботам

С.БУНТМАН: Мы это припасаем для 19.05.

А.ЧЕРКИЗОВ: Тогда я ничего не говорил. Но я честно спросил.

С.БУНТМАН: Вот последних двух фраз не было в эфире. Пожалуйста, вырежьте их из ваших записей эфира.





Комментарии

1

Пожалуйста, авторизуйтесь или зарегистрируйтесь, чтобы оставить комментарий.

repres 01 апреля 2009 | 14:20

Просьба помочь
Доброго времени суток.
Ищу в интернете, где можно скачать упоминаемый в программе фильм "Россия 20-й век. Взгляд на власть".
Пока не смог добиться толку, если кто может, помогите пожалуйста, хочется посмотреть.

Самое обсуждаемое

Популярное за неделю

Сегодня в эфире