'Вопросы к интервью


В.ДЫМАРСКИЙ: Это прямой эфир программы «Дым отечества», прямой телевизионный и радиоэфир, и мы ведущие программы – Владимир Рыжков.

В.РЫЖКОВ: Виталий Дымарский.

В.ДЫМАРСКИЙ: Как обычно, темы выбирали те, кто заходил на сайт радиостанции «Эхо Москвы». Кстати, сразу воспользуюсь случаем и скажу, что темы на следующую неделю уже на сайте висят, как у нас говорят, можете голосовать. По теме сегодняшнего дня шло как обычно тоже достаточно активное голосование, и победила тема…

Материалы по теме

Выберите три темы для передачи «Дым Отечества»:



В.РЫЖКОВ: Да, и в итоге голосования у нас на первое место вышла Москва с названием «Москва – это Россия или не Россия?» Отталкиваемся мы, как всегда, от исторической даты, на этот раз крайне далекой, отстоящей от нас на многие-многие века. 12 октября 1350 года родился Дмитрий Донской, великий князь Московский и Владимирский, герой Куликова поля, в правление которого продолжалась централизация русских земель вокруг Москвы. И я думаю, что вполне объяснимо, почему Москва победила на этой неделе, потому что вокруг Москвы на этой неделе разгорались множественные и сложные политические скандалы после выборов последнего воскресенья в Мосгордуму. Правда, одновременно с этим проходили выборы и в других регионах, но сегодня мы поговорим о московской политике, поговорим о региональной политике, поговорим о том, в чем особенность Москвы на фоне региональной политики.

В.ДЫМАРСКИЙ: В чем особенность регионов.

В.РЫЖКОВ: И в чем особенность регионов. Гостей нашей программы представит Виталий Дымарский.

Материалы по теме

Кто больше виноват в фальсификациях выборов?

федеральная власть
83%
местная власть
15%
я затрудняюсь сказать
1%


В.ДЫМАРСКИЙ: Да, с удовольствием это делаю. Владимир Улас – кандидат в депутаты Мосгордумы от КПРФ. Добрый вечер, Владимир.

В.УЛАС: Добрый вечер.

В.РЫЖКОВ: Я думаю, еще надо бы добавить, что лидер московских коммунистов и человек, который, я так понимаю, вел в бой компартию, да? на последних выборах.

В.УЛАС: Во всяком случае, руководил ее штабом избирательным.

В.РЫЖКОВ: Руководил штабом избирательным. Так что человек, знающий не понаслышке, что происходило.

В.ДЫМАРСКИЙ: И Николай Петров, член научного совета Московского центра Карнеги. Добрый вечер, Николай.

Н.ПЕТРОВ: Добрый вечер.

В.ДЫМАРСКИЙ: Независимый эксперт, независимый политолог, к партиям не принадлежит.

В.РЫЖКОВ: Эксперт по регионам.

В.ДЫМАРСКИЙ: Эксперт по регионам. Ну вот, Москва и регионы у нас в таком сегодня виде представлены. Как всегда, у нас работает SMS +7 985 970-45-45. И, в принципе, можем начать нашу беседу. Володь, у тебя первый вопрос?

В.РЫЖКОВ: Ну, я думаю, мы сначала покажем файл, который на эту же тему подготовил Тихон Дзядко. А потом мы зададим первый вопрос.

Т.ДЗЯДКО: Прошедшие неделю назад выборы, а, вернее, то, как они проводились, похоже, стали неожиданностью даже для тех, у кого ничто в последние годы не вызывает вопросов. Потому что так надо. Самые яростные охранители, комментируя, например, голосование в столице, пишут в блогах, что такого в Москве не было еще никогда. Вообще же блоги – неисчерпаемый источник информации о том, как делалась воскресная победа «Единой России». «Драки, вбросы и карусель» — это уже заголовок в «Новой газете», и подзаголовок: «Как ковалась будничная победа партии власти».

В записях в интернете – весь букет фальсификаций. Например, видео, на котором член «Единой России», член одной из территориальных избирательных комиссий рассказывает, как гастарбайтеры, граждане других государств голосовали по несколько десятков раз на разных участках. И неудивительно, что через пару дней появилось другое видео, в котором этот же человек приносит извинения Юрию Лужкову и говорит, что, на самом деле, все было по закону.

Многие люди приходили на избирательные участки и находили подписи напротив своих фамилий. Соседние избирательные участки в Москве показали невероятную разницу в явке, словно это 2 разные планеты. А в Дагестане, в Дербенте треть участков попросту не открылась – в ход шла стрельба и как будто бы слезоточивый газ.

Все, действительно, буднично, как заявил о победе «Единой России» Борис Грызлов. Только буднична не победа, а фальсификации и нарушения. Выборов не было. Зато была удачная инсценировка. Всех, кто не согласен, теперь зовут в суд, а сведения о нарушениях называют моральным террором.

Итак, выборы в России окончательно умерли. Король умер, да здравствует король.

В.РЫЖКОВ: Ну вот такой…

В.ДЫМАРСКИЙ: Не знаю, да здравствует ли.

В.РЫЖКОВ: Да. Неизвестно, что да здравствует. Но первый вопрос Владимиру Уласу о Москве и Николаю Петрову по России. Владимир, вот, было довольно много информации с прогнозами. Во-первых, буквально за неделю до выборов в Мосгордуму был опрос московский, сделанный Левада-центром, который давал за «Единую Россию» 45%, за коммунистов – 16-18%, ну и далее по списку. Были экзит-поллы, то есть опросы на выходе с участков уже в сам день голосования. В частности, их проводил довольно близкий к Кремлю ВЦИОМ, который тоже показывал за «Единую Россию» порядка 45%, и гораздо более высокие результаты за другие партии.

Тем не менее, мы видим, что официальные результаты почти на 20% выше, чем прогнозировал Левада-центр за «Единую Россию» и чем показывали экзит-поллы. Вот вопрос к вам: во сколько и в какие проценты вы лично оцениваете как лидер московских коммунистов масштаб фальсификаций? Во-первых, по явке избирателей, во-вторых, по процентам голосов, поданных за «Единую Россию» и по другим партиям. И, в-третьих, по одномандатным округам. Действительно ли, там везде сокрушительную победу одержали единороссы или реальная картина выглядит иначе?

А к Николаю Петрову: во сколько вы, Николай, оцениваете – а он пока пусть думает.

В.ДЫМАРСКИЙ: То же самое, по регионам.

В.РЫЖКОВ: То же самое, да. Во сколько вы оцениваете масштаб фальсификаций по регионам в этот раз?

В.ДЫМАРСКИЙ: Владимир.

В.УЛАС: Ну, вначале я хочу повторить то, что уже на пленарном заседании Государственной Думы в 14 часов произнес. Вот все то, что происходило в Москве 11 октября и называлось «Выборами в Московскую Городскую Думу» в любой западноевропейской стране вызвало бы грандиозный скандал, отставку правительства и массу, я подчеркиваю, массу уголовных дел.

Если говорить о реальной явке и масштабах фальсификаций, то здесь можно довольно точно сказать. Почему? Потому что наши наблюдатели были на всех избирательных участках в Москве, а на многих их было по 2-3 человека. Это член комиссии с решающим голосом и с совещательным, и наблюдатель. Поэтому явка по районам и участкам колебалась от 15 до 30%. Но средняя явка по Москве находится на уровне 22-24%. Вот это реальная…

В.РЫЖКОВ: Официальную дали другую.

В.УЛАС: Официальную дали почти 36%. То есть вот этот вброс, примерно 13% от списочного состава москвичей – это порядка 850 тысяч бюллетеней. Все они, естественно, пошли «Единой России». Вот масштабы фальсификаций и, соответственно, искажение результатов.

В.ДЫМАРСКИЙ: Ну вот, показывали.

В.УЛАС: Да, сегодня очень много, действительно, математически очень несложно доказать, что, на самом деле, произошло в Москве. То есть, вот, есть графики, математики их приводят – к сожалению, у меня не цветной – по показателям различных партий и проценту проголосовавших на участке. Так вот, здесь после 25% идет во всех районах, идет линейный рост, вот, на 5% явка выше, чем 25% в этом районе, вот эти все 5% идут целиком «Единой России». На 15% больше явка, чем 25% от списочного состава, все вот эти голоса идут целиком и только одной партии. То есть фальсификация, где вы видите район больше 25% — все, что там сверх, это чистейшая фальсификация.

Конечно, есть в Москве совершенно потрясающие районы, в которых фальсификация просто феноменальна. Вот тот же район Сокол. Там вброс на всех участках выше, чем количество людей, пришедших на голосование. Причем, с нашими наблюдателями, нашими товарищами там просто не церемонились. Вот люди фиксировали, сидели, допустим, 431-й участок, 2 человека, 2 девчонки. Один юрист, кстати, адвокат. Вот они распределили между собой, с утра первая фиксировала тех, кто пришел и получает бюллетень по книге №1, за первым столом получает, вторая фиксирует – 3-й, 4-й, 5-й стол. То есть первых 2 книги – одна, три оставшихся – вторая. Вот у них галочка. Первая книга – по ней проголосовало 90 человек, вторая – там 87, к примеру, третья— 107. В 8 часов они суммируют – получается, 602 человека пришло на избирательный участок №431. Высыпают урну, смыкается комиссия перед ними, все начинает считать, получается 1300 бюллетеней.

В.РЫЖКОВ: Удвоение?

В.УЛАС: Да, удвоение. Они говорят: «Давайте мы по книге сейчас проверим. Проверим, потому что мы фиксировали. На одного-двух, ну, 10 человек можно ошибиться. Но не так». Тут же составляется акт, что они препятствуют работе комиссии, и удаляются. Причем, на всех фактически участках было запрещено давать протоколы. Я сам воевал, в общем, на 445-м, 446-м участке, и там, где сам живу, на Бескудниковском бульваре, школа 183-я. Нигде не хотели ничего давать. Причем, я с Чуровым связывался в этот момент, говорю «Ну объясните вы комиссии».

В.РЫЖКОВ: Знаменитый мобильный телефон, да?

В.УЛАС: Да-да-да. Тот самый мобильный телефон.

В.РЫЖКОВ: Легендарный.

В.УЛАС: Ничего – никакого толку от этого нет, абсолютно. То же самое на 318-м участке. Наш товарищ находился с утра до вечера. Он фиксирует: явка 495 человек. В полвосьмого к нему подходят 3 молодых человека и говорят просто в лоб ветерану, что «ты нам не нравишься». Он говорит милиционеру: «Ну кто это такие? Вот я официальный наблюдатель, здесь нахожусь от партии» и прочее. Тут же подскакивает председатель комиссии, некто Яковлева – будем стараться, в общем-то, привлечь ее к суду, конечно же – пользуется этим инцидентом, удаляет человека. В результате на выходе мы имеем там больше 1300 бюллетеней. Вы представляете? То есть 500 без малого и 1300. Вот они вбросы. Вбросы, которые превышали на Соколе количество, еще раз подчеркиваю, превышали количество пришедших на выборы.

В.ДЫМАРСКИЙ: Ну, понятно.

В.УЛАС: Больше 55% пришло голосовать при реальной явке 22-24%.

В.РЫЖКОВ: Владимир, а скажите, они делали вброс по явке, они делали весь этот вброс за «Единую Россию»?

В.УЛАС: За кандидата и за партию.

В.РЫЖКОВ: А зафиксировали вы случаи хищения голосов? То есть реально когда на каком-то участке за вас проголосовало столько-то, или за «Яблоко», или за «Справедливую Россию»?

В.УЛАС: Не только. За всех, в общем.

В.РЫЖКОВ: Вот сегодня знаменитый скандал уже.

В.ДЫМАРСКИЙ: С Митрохиным.

В.РЫЖКОВ: Скандал дня с Митрохиным, когда он обнаружил на своем участке, где он и семья голосовала, ни одного голоса, поданного за «Яблоко». Вот такие случаи – насколько массовые были в Москве?

В.УЛАС: Их довольно много. Вся беда в том, что протоколы в подавляющем большинстве отказывались давать, и часто они их согласовывали. То есть наиболее массовый такой распространенный вид фальсификации, с одной стороны, это элементарный вброс. Или же просто они вначале формулируют цифры…

В.РЫЖКОВ: Заранее, да?

В.УЛАС: Да-да, заранее цифры. Почему? Потому что есть информация, что во многих участках в субботу накануне уже там по бюллетеням голосовала комиссия так, как ей, в общем-то, нужно. Но я хочу остановиться на нескольких, все-таки, принципиальных моментах. Первое, масштабы фальсификации, которые говорят о том, что, в общем-то, принципиально изменили ландшафты Мосгордумы. Второе, организацией фальсификаций занималась исполнительная власть города. Это не какие-то, в общем-то, локальные отдельные участки и районы. Это происходило везде, в это было вовлечено тысячи и тысячи людей, которые, в общем-то, занимались фальсификациями. Это подавляющее большинство участковых комиссий. Очень не многие председатели не сломались. Это управы, которые расписывали, что, как, где, сколько. Это территориальные комиссии. И все это управлялось под заранее заданные цифры. Поэтому мы должны говорить о том, что за этой фальсификацией стоит реальная власть. И третье. Вот в этих условиях сейчас, где суды, там, идите, чего-то выясняйте, когда против вас работает власть. А ее поддерживала на участках, когда мы хватали людей, которые вбрасывали, когда фиксировали, вот, урны переворачивали, там пачки лежат, милиция не идет на помощь. Она в лучшем случае отходит в сторону, а в худшем – она выпроваживает наших товарищей. То есть бороться с этим в рамках закона существующего невозможно – нужны другие какие-то методы.

В.ДЫМАРСКИЙ: Владимир, ваша позиция понятна. Вопрос к Николаю Петрову. Так, Москва – это Россия или не Россия? В остальных регионах, где проходили, кстати говоря, тоже 11-го октября выборы, они, так сказать, по московскому сценарию проходили? Или там были свои региональные особенности?

Н.ПЕТРОВ: Я бы оценил ситуацию так, что сейчас, к сожалению, когда в Москве, действительно, существенно повысилось администрирование выборами, и в том числе в день голосования. А мы, ведь, говорим о выборах вообще. И нарушения на них – это далеко не только неправильный подсчет голосов, но это и нерегистрация или лишение регистрации кандидатов и так далее. Уже на самых первых этапах осталось очень немного партий, не было практически зарегистрировано никого из самовыдвиженцев и так далее, да? Но на последнем этапе то, что мы видели в Москве, я бы сказал, это была почти дагестанская модель, да? Раньше специалисты когда анализировали данные по участкам в Дагестане, они видели фантастические вещи: скажем, есть 30 партий, но все получают нули на каком-то участке, и только одна партия получает там 100% голосов. На другом участке это может быть другая партия, и, в целом, по республике результат получается, там, 3-4 партии, все-таки, что-то получили. Сейчас у нас партий осталось всего 7, из них только 4 реально участвовали в этих выборах. И в этом смысле приписывать было, наверное, проще, но и это делалось беспардонно. И я бы ситуацию оценил так: что региональные власти, особенно сейчас, когда их сделали заложниками результатов выборов, да? То есть мэр или губернатор – он не просто заинтересован в том, чтобы рапортовать о высоком результате, потому что его похвалят, но и это, по сути дела, возможность для него остаться на своем посту, быть переназначенным и прочее. Но центр каким-то образом раньше вмешивался. И то, что мы видели весной в единый день голосования, мне кажется, это привнесение некоторых элементов либерализации в избирательные практики, да? Законодательство у нас очень жесткое, репрессивное и партийное, и избирательное. Но была некая либерализация…

В.ДЫМАРСКИЙ: Но она не пережила лета.

Н.ПЕТРОВ: И демонстративная, да? Нам говорили, что позвонила Москва и восстановили кандидата, и так далее. Вот сейчас региональные власти получили полную свободу рук. Поэтому в тех регионах, где работают так называемые политические машины, как, например, в Москве – они могли рапортовать о том, что в ситуации кризиса поддержка к партии власти не падает, как это происходит повсеместно, а, наоборот, резко возрастает. Там же, где есть какая-то конкуренция, там где нет жесткого контроля из одного центра, в тех регионах – это, в первую очередь, восточные регионы – там результаты совсем другие. Там левые прибавили, там коммунисты могли показывать результат порядка 30%, «Единая Россия», естественно, голоса теряла.

В.ДЫМАРСКИЙ: У меня вопрос к вам обоим. Вот, Владимир, вы сказали по поводу того, что кто-то из председателей избирательных комиссий оказался стойким.

В.УЛАС: Таких, к сожалению, были единицы – не много, увы.

В.ДЫМАРСКИЙ: Да. Кто-то, большинство – нет. Но, в принципе, я слышал такую цифру: что в целом по стране в процессе выборов, хотя, вот нам здесь пишут «Когда вы, наконец, перестанете называть этот фарс выборами?» Но дело не в этом, ладно, будем, все-таки, терминологию ту же использовать. В процессе выборов участвует до миллиона человек.

В.УЛАС: Ну, в организации?

В.ДЫМАРСКИЙ: В организации, естественно.

В.УЛАС: Участковые, территориальные комиссии, да.

В.ДЫМАРСКИЙ: Я имею в виду не избирателей, а участковых избирательных комиссий, агитаторов, я не знаю, кто там еще. Есть сейчас агитаторы? Нет агитаторов? Почему, тем не менее, уже на протяжении нескольких лет, и это, ведь, не первый случай такой, да? Ничего не получается с оспариванием. Почему из этого миллиона никто не вышел и не сказал, что я, вот, да, я признаюсь. Да, я признаюсь.

В.РЫЖКОВ: «Меня заставили».

В.ДЫМАРСКИЙ: «Меня заставили, я участвовал в фальсификации».

В.РЫЖКОВ: «Готов дать показания в суде».

В.ДЫМАРСКИЙ: «Готов дать показания в суде, у меня есть документальное подтверждение и так далее». Может быть, действительно, так сказать, это эмоции, как говорит наше руководство? Товарищ Путин, товарищ Медведев, да? Это эмоции? А товарищ Сурков вообще сказал, что нечего стесняться этой победы «Единой России», что она достигнута тяжело, тяжелой ценой, наверное.

В.УЛАС: Да, тяжелой ценой.

В.ДЫМАРСКИЙ: Тяжелой, да. Почему не удается? Ну, невозможно, чтобы миллион человек участвовал в фальсификациях, и это все невозможно доказать.

В.УЛАС: Ну, на самом деле, конечно, в фальсификации участвует не миллион по Москве, хотя это десятки тысяч человек.

В.ДЫМАРСКИЙ: Нет, я говорю по стране.

В.УЛАС: В организации, в организации – я беру только Москву. Это тоже очень много.

В.РЫЖКОВ: У них семьи, у них дети, они приличные люди считаются. Почему они в этом участвуют и молчат?

В.УЛАС: Вот это нравственное разложение общества, раз. Деньги, которые получают – а многим из них платят, особенно председателям комиссий и тем, кто организует карусели. Вот, на Красногвардейской метро в 7 часов мы зафиксировали порядка 40 машин, которые с открепительными талонами и без оных даже были по 5 человек, каждая машина двигаться. Причем, у одной группы отняли карты движения.

В.РЫЖКОВ: Это дает несколько сот голосов дополнительных, да?

В.УЛАС: Да. Вот то, что, в общем-то, в «Московском комсомольце» печаталось, номера участков, на какой стол надо обратиться, когда подъедешь, к какому председателю подойти, и какой участок нужно обойти? Вот таких единички были. Но на самом деле, вот, почему люди идут на это? Во-первых, это, действительно, нравственное разложение общества. Когда они видят, что творит власть, каждый из них находит и для себя часто аргумент «Ну, а что я могу сделать?» Ведь, в этот процесс вовлечены были и в массе своей учителя. Вот что самое страшное.

В.РЫЖКОВ: Вот, вот. Учителя, директора школ.

В.УЛАС: Те, для кого нравственная основа является… Ну, они же наших детей воспитывают. Еще один момент. Дело в том, что в подавляющем большинстве эти люди зависимы от власти – их положение, их место работы. Это представители ГУИСов, это управ члены, которые по комиссиям распределены.

В.ДЫМАРСКИЙ: Это все понятно. Владимир, это все понятно. Но все равно не верю, что в такой массе людей не найдется человек, который не скажет.

В.УЛАС: Плюс если вы посмотрите на результаты прошлых голосований, в том числе в Москве, там, где результаты были более-менее объективны, в подавляющем большинстве эти комиссии сменили.

В.РЫЖКОВ: М-м, наказали?

В.УЛАС: Да-да. Туда пришли другие люди, у которых нравственных особенно там препонов нету. Вот, в этой связи я хочу обратиться к москвичам, пользуясь случаем. Все, кто стал свидетелем или готов, в общем-то, действительно, как вы говорите, покаяться или раскаяться, обращайтесь, в общем-то, звоните по телефону 692-33-10. Это мой думский телефон. Мы собираем сейчас фактуру. Нам где-то примерно за недели за две до выборов этих пошел поток информации.

В.РЫЖКОВ: Давайте повторим: 692-33-10.

В.УЛАС: Да. Пошел поток информации о том, что готовятся фальсификации. Я на пленарном заседании Думы несколько заявлений соответствующих сделал, понимаете? Но, вот, в чем страшная правда? Все те, кто идут на фальсификации, они абсолютно убеждены в своей безнаказанности, абсолютно. Их прикрывает власть. Вот, на выборах прошлых федеральных в Москве мы зафиксировали порядка 100 участков, где была подделка протоколов: нам выдали одни, с печатью, с подписями, в систему ГАС-выборы завели в итоговые протоколы другие цифры. Ни по одному из них не возбуждено уголовное дело, ни по одному в Москве.

То есть это гарантии верховной московской власти вот для этих людей – что никто из вас не пострадает. Поэтому отбросьте морально-нравственные принципы. И в завершение я хочу, пользуясь, опять же, возможностью, пригласить москвичей 22-го числа на митинг, который как раз будет посвящен протесту.

В.РЫЖКОВ: Да, у нас был вопрос: скажите, где, когда?

В.УЛАС: Это Триумфальная площадь, метро Маяковская, у памятника в четверг 22-го в 17:00. Вот все, кто неравнодушен.

В.ДЫМАРСКИЙ: Разрешили митинг?

В.УЛАС: Ну, подали заявку мы официально. Пока никакого отказа нету, поэтому, я надеюсь… Все равно депутаты в любом случае придут для прикрытия. Но все, кто видел, кто неравнодушен, кто не согласен с этим беспределом, приходите.

В.ДЫМАРСКИЙ: Николай Петров, ваше мнение?

Н.ПЕТРОВ: Я соглашусь во многом. И обращу внимание на то, что, ведь, это постепенная эволюция. То есть это не то, что полгода назад у нас были честные выборы и настоящие выборы, и мы формировали настоящие парламенты в регионах, а сейчас вдруг все покатилось в тартарары. В общем, это постепенный процесс. И постепенность – она означает, что люди к этому привыкают, да? Люди привыкают к тому, что ни политические партии, ни, соответственно, результаты те или иные выборов, особой роли не играют.

Они перестают ходить на выборы или перестают добиваться того, чтобы их кандидаты сначала были зарегистрированы, а потом проходили, чтобы у них голоса не забирали. То есть люди к этому относятся достаточно легко, и мне кажется, это, во многом, результат популистской политики, которую Кремль проводил последние месяцы с приходом кризиса, и которая, собственно, имела целью создать некоторую иллюзию в головах у людей, иллюзию того, что партия власти не привела к кризису, а, наоборот, очень хорошо и плодотворно с ним справляется. Что кризис нас особо не коснулся, и поэтому нет особого смысла пересматривать вот этот знаменитый социальный контракт, когда люди относительно пассивные не лезут в политику, но за это они получают постоянный рост уровня жизни.

Вот это, мне кажется, вещь довольно искусственная, и это то, почему нынешние выборы очень опасны для власти, да? Потому что выборы в том виде, в каком они сейчас проходят, они не являются ни механизмом взаимодействия власти и общества, ни механизмом выпускания пара. И если вдруг ситуация начнет развиваться по негативному сценарию в связи с кризисом, то первой власть почувствует все негативные последствия того, что она сделала на выборах. Ну а дальше мы получаем 100 тысяч комиссий, 100 тысяч начальников – это тоже люди, которые проходят естественный отбор. Если они не вписываются в какую-то модель, их заменяют.

В.ДЫМАРСКИЙ: Я прошу прощения, Николай, мы сейчас прервемся на несколько минут и продолжим наш разговор.

НОВОСТИ

В.ДЫМАРСКИЙ: Еще раз приветствуем аудиторию радиостанции «Эхо Москвы» и телеканала RTVi. Мы продолжаем беседу о прошедших московских и региональных выборах. Николай, мы вас на чем-то перебили нашим небольшим перерывом, или вы закончили?

Н.ПЕТРОВ: Я практически закончил и мысль была простая. Уже сформирован тот слой бюрократического руководства избирательными комиссиями, которые знают как работать и в том числе, как менять результаты, если это необходимо. И если туда попадают люди, не лояльные этой системе, то они очень быстро отбраковываются.

В.ДЫМАРСКИЙ: Значит, я напомню, что только что заканчивал свою мысль Николай Петров, член Научного совета Московского центра Карнеги. Еще у нас сегодня в гостях Владимир Улас, кандидат в депутаты Мосгордумы от КПРФ. Для того, чтобы нам подбавить пищи для размышлений наших, я предлагаю сейчас провести голосование. Вопрос наш звучит следующим образом. На ваш взгляд – это мы обращаемся к нашей аудитории – кто больше виноват в фальсификациях выборов: федеральная власть или региональная власть? Если вы считаете, что федеральная власть, то ваш телефон 660-06-64. Если вы считаете, что больше виноваты региональные власти, то ваш телефон 660-06-65. Стартуем.

НАЧАЛСЯ ПОДСЧЕТ ВАШИХ ГОЛОСОВ

В.ДЫМАРСКИЙ: Итак, голосование пошло и я еще раз задаю вам вопрос. Кто больше, на ваш взгляд, виноват в фальсификациях выборов? Федеральная власть – тогда ваш московский номер 660-06-64 или региональная власть – тогда ваш телефон московский же 660-06-65.

В.РЫЖКОВ: Владимир, пока идет голосование, коротко: вы-то как считаете, больше виноват Путин в фальсификации в Москве?

В.ДЫМАРСКИЙ: Грубо говоря.

В.РЫЖКОВ: Грубо говоря. Или, грубо говоря, больше виноват Лужков в фальсификациях в Москве?

В.УЛАС: Во всяком случае, Путина более, чем устраивает результат – вот это внешняя демонстрация успеха «Единой России», поскольку он лидер, поскольку сейчас выстраивается схема его возвращения на президентский олимп. И это один из элементов психологического давления на окружение того же Медведева. Вот те, которые хотели бы при определенных обстоятельствах переизбрания вторично…

В.РЫЖКОВ: То есть вы считаете, идет от федерального центра?

В.УЛАС: Ну, во всяком случае, это оттуда идет. Но непосредственную реализацию, конечно, этого осуществляла мэрия. То есть весь этот сценарий, весь механизм здесь прорабатывался. Цифры эти и беспредел, который творился. Почему? Потому что и Лужкову хочется продемонстрировать перед всей страной и перед верховной властью: смотрите, как я, в общем, здорово контролирую. Несмотря на падение авторитета в целом по стране, у меня, смотрите, 20%-ный рост.

В.РЫЖКОВ: Да. Николай?

Н.ПЕТРОВ: Я думаю, что федеральный центр создал ту систему, которая позволяет фальсифицировать результаты выборов. Он создал мотивации для региональных властей. Но то, что мы видели, — это был, во многом, беспредел со стороны региональных властей, в который демонстративно не вмешивался федеральный центр, и думаю, что делал это по ошибке и себе во вред.

В.РЫЖКОВ: Но поздравил.

В.ДЫМАРСКИЙ: Кто больше виноват в фальсификациях выборов? Федеральная власть – 660-06-64, региональная власть – 660-06-65. И последняя возможность вам проголосовать, после чего мы остановим наше голосование. Ну, еще 5 секунд… Все, стоп. Ну, 86,7% проголосовавших считает, что федеральная власть больше виновата. И 13,3% считают, что это самоуправство региональных властей. Вот такие результаты нашего голосования.

В.РЫЖКОВ: Владимир, вот сейчас тоже скандал этой недели – это демарш ваш в Думе, вы вышли из зала вместе с ЛДПР и «Справедливой Россией». Скажите, вы что-то рассчитываете добиться а) в судах, куда вы сейчас подаете иски? б) в Избиркоме, куда вы направляете жалобы? И в) в Кремле. Так как вы обратились о встрече с президентом Медведевым, вы рассчитываете что-то получить? И что?

В.УЛАС: Мы пытаемся использовать все рычаги, которые имеются. Конечно, я не верю в суды московские. Потому что неоднократно туда обращались, ничего они…

В.РЫЖКОВ: А в Верховный верите?

В.УЛАС: И в Верховный не верю особенно.

В.РЫЖКОВ: А в Страсбургский?

В.УЛАС: Ну, в Страсбургский суд мы подали документы соответствующие по фальсификации еще прошлых выборов. К сожалению, они 4 года пролежали и пока никак не двигается. Поэтому особой надежды нет. Но, тем не менее, в общем-то, если есть хотя бы малейший шанс, малейший – я подчеркиваю на то, что можно как-то вот этот гнойник вскрыть. Почему? Потому что самый страшный порок даже не в том, что компартия потеряла несколько мандатов, что не попала, там, «Справедливая Россия», Жириновский, от которого, я думаю, что Москва бы особенно не пострадала, что его нету. Самый большой порок вот того, что произошло – это разложение власти, правящей политической элиты. Если она ради локальной задачи, ради того, чтобы сохранить свое место, благополучие свое, идет на преступление – а фальсификация выборов это уголовное преступление – причем идет на организацию этого преступления. Что можно от этих людей ждать завтра? О какой борьбе с преступностью, с коррупцией…

В.РЫЖКОВ: А от президента Медведева вы ждете что-то? От этой встрече, которая будет на этой неделе?

В.УЛАС: Да, от президента Медведева. Дело в том, что он постоянно озвучивает, в общем-то, ну, правильные вещи. Иногда кажется, что ему, действительно, мешают. Можно, конечно, говорить о распределении ролей, доброго и злого – Бог с ним, как говорится, я не об этом. Но иногда мне кажется, что человек, вот, в чем-то, как бы, заинтересован, он хочет. Поэтому вот это, как бы, тоже последняя попытка обратиться к нему, показать, что на самом деле происходит.

В.РЫЖКОВ: Проба такая, да?

В.УЛАС: Какой гнойник, да, в Москве вызрел. Что без вскрытия его… Ведь, можно погубить страну, в конце концов. Ведь, выборы – это механизм обновления элиты. То есть одни себя дискредитировали и оказались неспособны или появились более талантливые.

В.РЫЖКОВ: Ну, сам пишет о смене власти, партии власти. Я прочитал, удивился.

В.УЛАС: Да-да, совершенно верно. Вот то, что происходило в Москве, оно фактически ставит крест. Какие выборы, к чертовой матери. Тут любой результат напишут и любой результат сделают, а тех, кто не согласен, затрамбуют.

В.ДЫМАРСКИЙ: Значит, смотрите. Вот здесь один из наших слушателей, зрителей спрашивает: «Вот одного не пойму, в «ЕР» собрались дебилы? Зачем так грубо? Что? Без фальсификаций не набрали бы ничего?» Действительно. 66% сейчас им дали по Москве, да? То есть минус 20%, допустим, фальсификация – мы вам верим – значит, 46%, большинство. По федеральным выборам я думаю, что примерно то же самое. Зачем, как пишет нам вот этот товарищ: что, там, действительно, собрались дебилы и зачем так грубо?

Н.ПЕТРОВ: Мне кажется, что машина как репрессивная вообще, так и репрессивная в отношении выборов, когда она создана, она часто может работать уже не в интересах хозяина или того, кто ее создавал, а в интересах своих собственных. И здесь парадоксальность ситуации заключается в том, что Центру нужно было активно вмешиваться, чтобы выборы были относительно честными или хотя бы честными по нашим стандартам. А невмешательство приводило на автомате по умолчанию к тому результату, который мы получили. И на мой взгляд, он контрпродуктивен для власти. Но это, опять же, оценка ситуации, да? Если вы считаете, что вам через полгода предстоит столкнуться с выборами в гораздо более тяжелой экономической ситуации, то там, где в других странах поменяется партия, у вас должна рухнуть система, да? Потому что нет другой партии, не готова и Кремль ничего не делал для того, чтобы ее создавать, чтобы она, как говорил когда-то Сурков, когда затечет одна нога, можно было бы переступить на другую. Этого ничего нет.

В.ДЫМАРСКИЙ: Смотрите, вот Сергей из Барнаула нам пишет: «Господа, не считаете ли вы, что проводя такие выборные технологии, сохранив их к 2012 году, к новым парламентским выборам, да еще после вероятных экономически тяжелых годов к тому времени, власть просто тупо готовит себе оранжевую революцию?»

В.УЛАС: Ну, хотелось бы, чтобы это была просто революция, без всякого окраса.

В.ДЫМАРСКИЙ: Ну, вы хотели бы, чтобы она была красная, да?

В.УЛАС: Я бы хотел, чтобы она вначале демократический характер носила. Потому что для того, чтобы провести свободные честные выборы, сейчас нужно отстранить вот тех, кто находится у власти. Потому что они вот этот выборный механизм подмяли полностью.

В.ДЫМАРСКИЙ: Я смысл этого вопроса понимаю немножко по-другому. Если все это будет сохраняться и дальше, в конечном итоге не приведет ли это к уличному бунту, как это произошло на Украине.

В.УЛАС: Ну, вполне возможно, потому что, как я говорил, другого механизма в рамках закона для смены элиты сегодня, вот тех, кто к этой кормушке дорвался и из нее сосет, нету. То есть выборы – это механизм, он фактически обнулен.

В.РЫЖКОВ: Николай, давайте лучше так. Хоть кто-то в России еще продолжает верить?

В.УЛАС: А на вопрос, который вы задавали коллеге, я бы хотел дополнить немножко. Понимаете, в чем штука? Действительно, формально. Вот сейчас, ну, просчитывается та элементарная, как вы говорите, и в каждом районе есть отдельные участки, на которых не пошли на фальсификацию, где явка реальная, реальные проценты. И, действительно, получается – вот математики подсчитали и специалисты – они говорят о том, что «Единая Россия» где-то получила от 40 до 46%, в этом диапазоне. У компартии где-то в районе 21-23%, ЛДПР – 9-10%, «Справедливая Россия» — 8,5%, «Яблоко» — 7-7,5%, на грани. Ну и «Патриоты» — около 3%. Формально, посмотрев на эти результаты, все равно «Единая Россия»... Ну, было бы у них не 32 мандата из 35-ти как сейчас, а было бы 22 или 24. Не было бы 17-ти одномандатников, все как один, а было бы, допустим, 14, в трех округах могли б проиграть, да? Ничего принципиально не менялось.

Но, ведь, их страшит. Во-первых, тому же Лужкову хочется показать, что я, в общем-то, тут все… Смотрите, несмотря ни на что, здравому смыслу и логике, жизненный уровень в Москве падает, недовольство растет, а уровень поддержки мой, несмотря на это, в общем-то, вверх идет. А второе – тенденция, совершенно верно. Ведь, от любви до ненависти один шаг. Мы помним из нашей новейшей истории, какой рейтинг в свое время был у Горбачева, и как быстро он лопнул, когда после определенного времени надоело.

В.ДЫМАРСКИЙ: И у Ельцина.

В.УЛАС: У Ельцина колоссальный рейтинг был. Вот сейчас их это заботит. Они пытаются скрыть от общества реальное состояние, реальный уровень поддержки и то, что он начал идти вниз. Ведь, в Москве на этих выборах вначале был запущен совершенно уникальный механизм, раньше его не было. Власти сделали все, чтобы о выборах было как можно меньше информации.

В.РЫЖКОВ: Да, даже такой термин «Тихие выборы».

В.УЛАС: Тихие абсолютно. Минимум информации о кандидатах других партий, минимум о самих партиях, о проблемах московских, обо всем. То есть минимум миниморум. Для этого они в самый последний момент в июле-месяце изменили закон, перенесли выборы на октябрь с марта-месяца. То есть дачный сезон вот этот, июльский, августовский период – когда нету ни агитационной кампании, когда очень сложно зарегистрироваться многим партиям. Дальше они приняли закон, исключили из информационного пространства всех. Все газеты московские, которые датируются из бюджета, более 6 миллиардов на СМИ в бюджете Москвы на СМИ выделено. Все эти газеты, районные, муниципальные, окружные – все полностью, ни строчки о кандидатах. То есть это впервые было такое. Только депутаты «Единой России» в каждом номере, каждую неделю, миллионы тиражей. ТВЦ – единственный канал, который более-менее популярный в Москве – тоже вывели. Никаких на нем, в общем-то, представлений партий, ничего. То есть делали все, чтобы информация была минимальной, ввели систему империале, перетрясли округа. То есть по партийному списку там, где прорываются другие партии, уменьшили количество.

В.РЫЖКОВ: То есть им нужна была низкая явка? Они стремились к низкой явке?

В.УЛАС: Да! Они изначально готовились к этой низкой явке. Им казалось, что вот эти тихие выборы, когда придут те, кто прочитал что-то о «Единой России».

В.РЫЖКОВ: Придут и проголосуют.

В.УЛАС: Поддержат кандидатов, дадут им нужный результат. А когда социология накануне выборов показала падение, что результат «Единой России» по различным опросам даже кое-где за 40% провалился, в отдельных районах Москвы, особенно в центральных и близких к центру «Единая Россия» получила около 30%. Компартия по отдельным районам – вот мы судим это по участкам – обошла ее, такого никогда не было. То это их, конечно, ошеломило. Вот дальше вот этот маховик фальсификаций был на полную мощность: «Делайте что хотите, лишь бы выдали результат «Единой России» под 70%, всех остальных не колышет». Они обещали Жириновскому место, они обещали, наверное, в общем-то, некоторым другим. Но когда они увидели, что сыпятся они сами, что их результат на 20-25%, что он в районе 40%, в среднем, по Москве – все, тут уже, как говорится, не до кого-то. Лишь бы самому выжить.

В.РЫЖКОВ: Николай, вот в этой связи вопрос к вам такой. В трех регионах были выборы региональных парламентов – значит, Марий Эл, Тула и Москва. И что интересно получилось? В Москве впервые двухпартийный парламент, причем с диким соотношением, 90% на 10% — 3 коммуниста, 32 единоросса. И трехпартийная – это Тула и Марий Эл. И нас уже спрашивают, и приходили вопросы, и некоторые эксперты: «А не ведет ли Кремль дело вообще к репетиции думских выборов с тем, чтобы вообще до предела… – Она и так уже у нас вычищена партийная система до 7 партий, которые оставили зарегистрированными – не хотят ли они вообще сделать двухпартийную думу будущую или максимум трехпартийную? И вообще, окончательно монополизировать политические пространства, в том числе с помощью таких вот колоссальных фальсификаций?»

В.УЛАС: Ну, они уже монополизировали до предела.

В.РЫЖКОВ: Ну вот, по Москве мы видим. А нет ли здесь тенденции уже с замахом на думские выборы?

Н.ПЕТРОВ: Ну, мне кажется, это очевидно, что такого…

В.РЫЖКОВ: И кого они оставят вторым: коммунистов или, может быть, Сергея Михайловича Миронова?

Н.ПЕТРОВ: Такого рода идея, даже если это не была репетиция, она, естественно, возникает, и я думаю, это как раз то, что подвигло 3 партии думские к тому демаршу, который мы видели, да? То есть ситуация загнанности в угол и реальная опасность того, что следующие думские выборы пройдут у нас по московскому сценарию или, даже, по казахстанскому сценарию, где 90 с лишним процентов получает одна партия, а остальные нет.

Что касается второй партии, то мне кажется, вообще это совершенно уже не важно, да? Если у вас 910 голосов, то у кого там несколько голосов миноритарного пакета – ради Бога, пусть за это дерутся. И в одних регионах это будут либерал-демократы, в других это будут эсеры, в третьих это будут коммунисты.

В.ДЫМАРСКИЙ: А вот прямо хочу зачитать здесь пару смсок, которые пришли, чтобы вы поняли настроение людей – что им совершенно неоднозначно. Вот Валерий из Лобни нам пишет: «Народ начал понимать, что одну партию легче прокормить».

В.РЫЖКОВ: Ну, он сильно ошибается, что их легче прокормить.

В.ДЫМАРСКИЙ: Вот еще один товарищ пишет: «Каждому депутату – 130 тысяч в месяц плюс 800 тысяч премия за год, — я не знаю, так это или нет. – Хватит жировать. Лучше одна партия». Вот, понимаете? Это представление о том… Кстати говоря, плюс ко всему, это вам как упрек, если хотите, Владимир, поскольку вы в Госдуме. Это как упрек тому, что вы до сих пор еще делали в той же Госдуме, да?

В.УЛАС: Что мы делали в той же Госдуме…

В.ДЫМАРСКИЙ: Люди, думаете, видят и понимают, и знают, и чувствуют защиту с вашей стороны? Что вы, ну… Давайте так. Скажем, откровенно, нынешнюю ж оппозицию называют карманной, да?

В.УЛАС: Ну, кто называет вообще?

В.ДЫМАРСКИЙ: Ну, многие так считают, во всяком случае.

В.УЛАС: Я хочу ответить на этот посыл. Во-первых, коммунисты, во всяком случае говорю за себя, вот мы делаем все, что в наших силах для того, чтобы защищать, действительно, простых людей. Возможности чрезвычайно ограничены, даже у депутата. Но тем не менее, все, что можно делать, в том числе и в Москве, вот эти точечные застройки – кто там боролся с милицией, с этими костоломами для того, чтобы остановить эти застройки? Заставили, там, более-менее, ну, правда только заявлениями. Кто с мусоросжигательными заводами? Кто с теми проблемами, с которыми сталкиваются люди, когда не хватает лекарств, инвалидные коляски – к кому они обращаются и кто им помогает? И кто с ними вместе? Другое дело, что, действительно, нас очень мало и не все мы можем.

В.ДЫМАРСКИЙ: Я про гос думал.

В.УЛАС: И про Госдуму, и про Московскую – я и в той, и в другой работал, в общем-то. И средства, о которых здесь говорят. Я о премиях не знаю, но зарплаты – вот, половину мы сдаем в партию. Ну, фактически тем людям…

В.РЫЖКОВ: Владимир, а, все-таки, по поводу движения к однопартийной системе?

В.УЛАС: Да, а по поводу однопартийной системе.

В.РЫЖКОВ: Давят они в эту систему?

В.УЛАС: Формально, конечно, власти это не нужно. И она, вот, как декорацию пытается сохранить там несколько партий, при этом сделать так, чтобы их влияние политическое было минимальным, и представительство тоже. Чтобы никакой альтернативы не было и чтобы власть у них в руках сохранялась бесконечно долго. Вот стратегия какая. Но формально чтобы они существовали по одному, по два человека. Почему в Москве это не получилось и почему это возмутило Жириновского и Миронова, да? Вроде там договаривались и все должно было так. Потому что сам результат «Единой России» падал, и тут уже в ночь голосования было не до жиру. Они бросали бюллетени себе.

В.ДЫМАРСКИЙ: Недоговоренности, да?

В.УЛАС: И процент всех остальных просто шел вниз. Просто у компартии этот запас значительно больше – у нас было порядка 23-25% — вот они снизили до 13%. У Жириновского было 13%, стала половина, 6,5%.

В.РЫЖКОВ: А эти съехали ниже 7%.

В.УЛАС: У «Справедливой России» — 10%, стало 5% — все, они за 7% выскочили. Почему? Потому что я думаю, что Лужков сам очень сожалеет о том, что так получилось. Картинка эта такая привлекательная не сложилась..

В.РЫЖКОВ: Ну, по крайней мере, Назарбаев сожалел, когда у него одна партия прошла. Он страшно сожалел. Говорил «Ну как же так вышло? Что ж такое».

В.УЛАС: Да. Дал команду, а затем вот эти чиновники на местах…

В.РЫЖКОВ: Да, да. Некрасиво получилось.

В.ДЫМАРСКИЙ: Я знаю ситуацию в Казахстане. Там, по-моему, даже для власти это было в том смысле неожиданностью, что там, как бы, перегибы на местах. Они уже начали просто вперед… Николай, у нас совсем мало времени, все-таки хочу вам вот какой вопрос задать. Если брать страну нашу в целом, то, вот, кто за кем идет? Регионы повторяют Москву? Москва повторяет регионы? Если вспомнить, например, Чечню, Татарстан, где там известные проценты голосов и сколько там сидят лидеры, да? Как это все, вообще? Каков механизм имитаций?

Н.ПЕТРОВ: Мне кажется, что у нас страна как была, так и остается очень сильно централизованной на всех уровнях. И если раньше в начале периода нашего относительно демократического развития столицы выступали в роли моделей, и модели в том числе и электорального поведения шли из Петербурга и Москвы, дальше вглубь, то сейчас, мне кажется, очевидно, что мы в Москве увидели такую дагестанскую модель голосования, и в этом смысле Москва как регион – она абсолютно ничем не отличается, и мы приблизились к тому, к чему многие призывали, да? Москва – это не Россия. Теперь Москва – это, вот, обычная Россия, и то, как голосуют в Москве, теперь не отличается. А если и отличается… Или рисуют. Разные вещи совершенно. То теперь отличается, и если отличается, не в лучшую, а в худшую сторону.

В.ДЫМАРСКИЙ: Вопрос, Владимир, к вам. Я думаю, что это просто будет даже у нас сегодня новостью. Значит, в январе после того, как изберут Мосгордуму, или позже, когда срок подойдет, будет вноситься кандидатура нового городского главы, да? Товарища Лужкова, скорее всего, судя по тому, что показал хорошие…

В.УЛАС: Ну, я не думаю, что.

В.РЫЖКОВ: Ну, вдруг, вдруг . Предположим.

В.ДЫМАРСКИЙ: Вот вносится кандидатура Лужкова. Как будет голосовать фракция коммунистов в Мосгордуме?

В.УЛАС: Ну, я напомню, что в прошлой Мосгордуме мы голосовали против. Были единственными, кто не поддержал кандидатуру Лужкова. И я выступал по этому поводу с обоснованием. Ни один из тех аргументов, который там приводился…

В.РЫЖКОВ: Мнение ваше не поменялось, как я понимаю из нашей программы.

В.УЛАС: Не исчез. Более того, в общем-то, то, что происходит сейчас в Москве, оно демонстрирует прямо противоположное. Но я думаю, что его не внесут. Не внесут. Но а москвичи, еще раз подчеркиваю, те, которые неравнодушны, те, которые понимают, что происходит – я приглашаю еще раз вот на этот митинг, где можно будет свою позицию…

В.ДЫМАРСКИЙ: Да, здесь просят еще телефон повторить.

В.УЛАС: 22 числа в четверг ближайший в 17:00.

В.ДЫМАРСКИЙ: И телефон просили еще.

В.РЫЖКОВ: На Триумфальной площади, метро Маяковская.

В.УЛАС: Да. И телефон 692-33-10. Если у кого-то есть конкретные факты, кто-то готов подписаться, сообщить что-то – мы собираем, мы пытаемся, в общем-то, донести до москвичей информацию о том, что происходит. Да, может быть, у нас не всегда это получается, нас упрекает вот этот ваш радиослушатель. Но упрекнуть нас в том, что мы этого не делаем, на мой взгляд, это необъективно просто-напросто.

В.ДЫМАРСКИЙ: Вот здесь, например, нам приходит, что в одной организации контролировали явку по личным телефонам сотрудников. Отрапортовали, что явка 92%.

В.УЛАС: Да беспредел полнейший!

В.ДЫМАРСКИЙ: Ну, хорошо. Но представьте…

В.УЛАС: Ведь, чиновников заставили получить открепительные талоны не только на себя, но и на членов семьи, и сдать их вот для того, чтобы организовывать эту карусель.

В.РЫЖКОВ: А чиновников – десятки, сотни тысяч по Москве.

В.УЛАС: Управ и зависимых структур. Понимаете, такого отвращения, которое произошло…

В.ДЫМАРСКИЙ: Ну что, ни одного честного?

В.УЛАС: Да ну, чего… Масса честных. Я убежден, что половина чиновников управ не голосовало, кстати, за «Единую Россию». Просто в условиях кризиса каждый из них думает о своей семье.

В.ДЫМАРСКИЙ: Вам еще здесь один упрек. Ну, не лично вам и даже не только к КПРФ. Вы говорите «нет суда». А кто молчал по делу ЮКОСа? Пришла ваша очередь.

В.УЛАС: Ну почему? Почему молчали? Мы не молчали.

В.ДЫМАРСКИЙ: Я говорю, что это не конкретно к вам.

В.РЫЖКОВ: По-моему, даже коммунистка Лена Лукьянова – она была адвокатом.

В.ДЫМАРСКИЙ: Да, да. Ну, я думаю, в данном случае это перепев известной фразы.

В.УЛАС: Мы абсолютно четко говорили, что дело ЮКОСа – оно имело политический характер. Что в таких же условиях можно было всех остальных олигархов, начиная с Абрамовича, с Дерипаски, Потанина – всех можно было, одни и те же, собственно говоря, пороки. Но выбрали того, который оказался более говорливым.

В.РЫЖКОВ: Тут Людмила нам пишет: «То, что случилось в Москве, ужасно». И таких очень, кстати, много идет сегодня смсок, где люди просто шокированы.

В.ДЫМАРСКИЙ: Да. Товарищи, а что же вы молчали, когда с выборов сняли кандидатов от «Солидарности», СПС?

В.УЛАС: Почему молчали? Кстати, для того, чтобы высветить абсолютную лживость и лицемерие вот этого снятия, мы подали соответствующий иск по «Патриотам России» в Московский суд. Почему? Потому что те же аргументы. И суд принял прямо противоположное решение. То есть те же самые, в общем-то, были недостатки…

В.РЫЖКОВ: Закон что дышло – куда повернул, туда и вышло.

В.УЛАС: ...при регистрации. Но этих зарегистрировали, а тем отказали.

В.ДЫМАРСКИЙ: Ну, в общем, по известной, еще раз, формуле «я молчал, когда пришли за теми, я молчал, когда пришли за теми».

В.УЛАС: Ну, мы не молчали и не молчим.

В.ДЫМАРСКИЙ: Нет-нет, я просто говорю, что а потом, когда пришли за мной, уже некому было..

В.РЫЖКОВ: Ну что? Мы сегодня нарисовали как в том фильме картину маслом. Будем надеяться, что, все-таки, что-то изменится и Москва не станет моделью для будущих выборов.

В.УЛАС: Я думаю, что на самом деле, в Москве сдвинулось очень многое. Другое дело, что это не дали зафиксировать, как говорится, по итогам голосования.

В.РЫЖКОВ: Спасибо вам большое.

В.ДЫМАРСКИЙ: Спасибо. Время наше кончилось, передаем слово следующим товарищам.



Загрузка комментариев...

Самое обсуждаемое

Популярное за неделю

Сегодня в эфире