Персона недели: Билялетдинов
Компания недели: «Роснефтегаз»

О.БЫЧКОВА: Добрый вечер. Добрый день. Это программа «Сканер». У микрофона Ольга Бычкова и Владимир Герасимов – исполнительный директор «Интерфакс». Добрый вечер.

В.ГЕРАСИМОВ: Добрый вечер.

О.БЫЧКОВА: Как всегда, в конце недели мы подводим её итоги. Мы смотрим, что показала нам информационная система «Интерфакс», которая называется «Скан», и которая изучает всеми возможными способами беспрерывно огромное количество публикаций во всевозможных средствах массовой информации – в интернете, в бумажной прессе… Правильно я говорю?

В.ГЕРАСИМОВ: Безусловно.

О.БЫЧКОВА: В московской и региональной, и где только не… Ну и соответственно выстраивает рейтинги, которые потом мы очень внимательно изучаем и делаем из них разные выводы. Сейчас как раз Владимир Герасимов этим и займётся.

В.ГЕРАСИМОВ: Да. На этой неделе выводы, такие, философские, потому что невольно…

О.БЫЧКОВА: То есть ты читал рейтинг и много думал?

В.ГЕРАСИМОВ: Да. Потому что я думал о бренности информационного бытия. Привычных newsmaker'ов на местах больше нет. Их сменяют постепенно новые имена, новые министры, руководители администрации новые, новые имена. Ну и вообще новые назначения волновали журналистов на этой неделе значительно больше, чем все остальные события – те, которые были, скажем, в центре внимания.

О.БЫЧКОВА: Потому что они, наконец, произошли.

В.ГЕРАСИМОВ: Конечно. Это я имею в виду европейский кризис, «Евровидение», чемпионат мира по хоккею. Ещё один штрих к новой реальности – у президента Владимира Путина почти 10 000 упоминаний на настоящий момент и обгоняет он премьер-министра Медведева чуть ли не в два раза. Тоже какая-то новая реальность…

О.БЫЧКОВА: Разрыв увеличивается.

В.ГЕРАСИМОВ: Большой разрыв, да. Конечно, резонный вопрос: кто из новых назначенцев вызвал наибольшее внимание СМИ, да и, в общем, из старых новых имён. На третьем месте у нас новый глава МВД, Владимир Колокольцев. Дальше я расскажу о том, кто ещё из таких наиболее популярных новых назначенцев. Но в принципе сразу видно, что на 80% у нас весь рейтинг состоит как раз из министров новых, из помощников президента – старых министров, из сотрудников администрации. Это Дмитрий Ливанов – новый министр образования…

О.БЫЧКОВА: Все, кто фигурировал в этих указах…

В.ГЕРАСИМОВ: Владимир Мединский, Ольга Голодец – вице-премьер, Вероника Скворцова – новый министр здравоохранения, министр труда и соцзащиты – Максим Топилин, министр энергетики – Александр Новак, министр регионального развития – Олег Говорун, министр экономики – Андрей Белоусов, министр связи – Николай Никифоров и министр по связям с «Открытым правительством» – Михаил Абызов.

О.БЫЧКОВА: То есть ты их ровно в той последовательности перечислил, как они стоят в рейтинге.

В.ГЕРАСИМОВ: Почти. Потому что я пропустил несколько позиций, которые идут сразу после Колокольцева, которого назвал в качестве самого популярного назначенца. А вслед за ним идут вице-премьеры Шувалов и Дворкович, а на 6 месте Игорь Сечин, который променял кресло вице-премьера на пост президента «Роснефти». Дальше идут бывшие министры Рашид Нургалиев и Андрей Фурсенко. Фурсенко ещё сегодня, поскольку Последний звонок, опять писали и о реформе, и о ЕГЭ приближающемся. Ну а где ЕГЭ, там, естественно, вспоминали министров. Так что вот в первой двадцатке у нас, кроме чиновников российских, есть два человека, которые к этой категории не относятся – это бывший премьер Украины Юлия Тимошенко и президент Украины Виктор Янукович. А в свою очередь Барак Обама, Франсуа Олланд и Ангела Меркель – руководители США, Франции и Германии – вообще в третий десяток отошли.

О.БЫЧКОВА: Опустились на дно просто.

В.ГЕРАСИМОВ: И вот оппозиционеры тоже, которые постоянно были у нас в верхней части списка: Алексей Навальный — 39 место, Удальцов — 42 место. То есть такая произошла, конечно, революция в нашем рейтинге самых упоминаемых персон. И вот на этом фоне, конечно, непростая была задача, учитывая, что много было разных событий и разных обсуждений этих событий на этой неделе. Нам показалось, что есть одна фигура, которой её присутствие в списке не связано с какими-то внешними событиями, а это вот тот newsmaker, который сам себе заработал место в списке. Я имею в виду тренера российской сборной по хоккею Зинэтула Билялетдинова, потому что победа была, безусловно, его руками сделана, как пишут комментаторы, как мы видели по результатам матчей. Поэтому он стал у нас героем. Может быть, несколько неожиданно, хотя спортсменов ещё ни разу мы не предлагали на…

О.БЫЧКОВА: Предлагали. Было что-то у нас такое.

В.ГЕРАСИМОВ: Да? Ну напомни. Я вот не помню.

О.БЫЧКОВА: У нас было, знаешь… Было у нас с тобой что-то в футболе.

В.ГЕРАСИМОВ: Ну, может быть, не со мной.

О.БЫЧКОВА: А. У нас ещё было знаешь, что? У нас была эта история с Емельяненко, ты помнишь? Если это называется спортом только. Я не помню. Но там тоже был какой-то скандал. А тут сплошной позитив, безусловно.

В.ГЕРАСИМОВ: Позитив, безусловно.

О.БЫЧКОВА: И, кроме того, да, ты действительно прав, потому что это информационный повод, который обеспечен не указом президента, не какими-то, такими, формальными…

В.ГЕРАСИМОВ: Случайными, такими, формальными факторами.

О.БЫЧКОВА: Случайными/не случайными, но какими-то, вот, спущенными сверху обстоятельствами. А это вот действительно — действительно герой этой недели, действительно так. Алексей Дурново нам сейчас напомнит биографию и всю эту историю, связанную с Зинэтулой Билялетдиновым:
— Зинэтула Билялетдинов родился в 1955 году в Москве. Начал играть в хоккей ещё в школе, в дворовой команде. В 15 лет пришёл в детскую секцию московского «Динамо». В составе молодёжной команды Билялетдинов 2 раза выигрывал чемпионаты мира. В 1972 Билялетдинова пригласили в Команду мастеров, и с 1973 по 1978 он выступал за московское «Динамо». За это время команда 7 раз становилась серебряным призёром чемпионата СССР и 6 раз получала бронзу. В 21 год Билялетдинов становится игроком сборной Союза. В её составе он провёл 253 матча, на его счету 21 заброшенная шайба. Журналисты называли его одним из самых ярких защитников сборной Советского Союза. В составе сборной он 6 раз становился чемпионом мира. На Олимпийских играх 1980 в Лейк-Плэсид хоккейная сборная СССР, в составе которой играл Билялетдинов, заняла второе место. А на Олимпиаде 1984 в Сараево команда СССР стала чемпионом. В начале 80-х Билялетдинов закончил государственный физкультурный институт и Московский Областной Пединститут и после прекращения спортивной карьеры стал тренером. С 1988 по 1992 он тренировал московское «Динамо», затем 4 года работал за океаном, был тренером команд «Виннипег Джетс» и «Финикс Койотс» в Национальной хоккейной лиге. В 1997 году Билялетдинов вернулся в «Динамо», которое под его руководством дважды становилось серебряным призёром Евролиги, а в 2004 выиграло Чемпионат России. Главным тренером сборной России по хоккею Билялетдинов становился дважды. В первый раз в 2004-ом, но тогда сборная проиграла в четвертьфинале Кубка мира-2004, и он был отправлен в отставку, после чего стал главным тренером хоккейного клуба «Ак Барс». Под его руководством «Ак Барс» в 2006 выиграл чемпионат России, в 2007 получил Кубок европейских чемпионов, в 2009 и 2010 завоевал кубок Гагарина. Второе пришествие Билялетдинова в должность главного тренера сборной России состоялось в 2011. В мае 2012 сборная России по хоккею под руководством Билялетдинова одержала победу на чемпионате мира, выиграв все 10 матчей чемпионата.

О.БЫЧКОВА: Ну, то есть мы понимаем, что, конечно, действительно, все эти регалии, все эти достижения и все эти награды главного тренера российской сборной по хоккею перечислить очень сложно. Ну, вот, Алексей Дурново попытался это сделать с помощью информации «Интерфакса». И все, конечно, задаются вопросом: как получился такой фантастический прорыв? Потому что при всей нашей любви к хоккею… Национальной, я имею в виду к хоккею, потому что я, честно говоря, не большой специалист ни в этом виде спорта, ни в каких-либо других, но, тем не менее, при всех национальных увлечениях этим спортом, мы понимаем, что это победа, которая не каждый год достаётся российским хоккеистам.

В.ГЕРАСИМОВ: После такой уверенной череды побед кажется, что это, вот, то преимущество, которое у нас есть, которое у нас должно быть, и наша сборная на голову выше всех остальных. Конечно, в спорте так не бывает, и мы помним, как это всё быстро меняется, но хочется верить, что, вот, до Олимпийских игр удастся этот заряд сохранить, по крайней мере, Олимпийские игры — это, такой, тоже очень важный рубеж, которого хочется достичь. Такого у нас тоже давно не было.

О.БЫЧКОВА: Вскоре после этой победы в эфире «Эха Москвы» в программе «Спортивный канал», у Светланы Журовой был знаменитый хоккеист – Владислав Третьяк. Там много говорилось, естественно, в первую очередь и об этом Чемпионате, и о хоккее, и о спорте. И вот, что Владислав Третьяк сказал о Зинэтуле Билялетдинове и о том, почему он оказался на вершине этого триумфа:
«Сегодня почему взяли Билялетдинова? Он строгий, татарин, знаете, такой, жёсткий. И он сказал: «Я ни с кем чикаться не буду, у меня дисциплина для всех одна. Хотите — приезжайте, хотите — нет. Но все хотят. И я хочу сказать, что заслуга сейчас федерации хоккея, заслуга Быкова, в то же время, и сейчас заслуга Билялетдинова, что мы относимся с уважением к каждому игроку. Если раньше, 7-8 лет назад, не хотели за Россию играть, потому что наши журналисты, да и тренеры… Всех сразу же, знаете, обливали грязью. «Значит, ты приехал, не выиграл первое место, все плохие». Ну NHL-овские думают: «У меня контракт там 5 миллионов, или 6. Ну зачем мне? Я поеду лучше на Майами, на Бали, отдохну. Зачем мне себе портить карьеру, портить имя? Тем более меня сразу грязью обливают». Понимаете? И мы вот это переломили. Мы создали хорошие условия. Мы стали считаться с каждым игроком, по-человечески относиться. И к нам сейчас… Завидуют все федерации до сегодняшнего года.
Сейчас, правда, шведы приехали, потому что они дома играли… А вот в Германии мы играли, в Швейцарии играли – к нам приезжали все. Кто выбывал? Ни одного хоккеиста не отказывали. Мне президент федерации Швеции, другие говорят, чехи говорят «Какие вы молодцы. Какие вы условия, что к вам никто не отказывается ехать, знаете, хоккеисты». Вот это, вот, совершенно здорово. Сейчас приехал к нам, смотрите, Малкин, Дацюк — первые, сразу же. Я о звёздах говорю. Там ещё другие хоккеисты, там, Никитин, Емелин, другие. Но это звёзды приехали. И буквально, только Вашингтон вылетел, сразу же приехал Овечкин и приехал Емельяненко. И вы думаете, куда он приехал сразу? Они после такого полёта попросились на тренировку. Сразу. Это уже сразу понятно, для чего они сюда приехали, понимаете? И сразу сказали… Честно, открою секрет. Билялетдинов сказал: «Вы можете пойти на ужин, только отпроситесь. Но в 11 всем в кровати. Я вас проверять не буду. Но в 11 чтобы все были в гостинице. И всё это соблюдалось. Порядок. Дисциплина бьёт класс».

О.БЫЧКОВА: Это было объяснение Владислава Третьяка. Ну, в общем, на самом деле не надо быть специалистом по хоккею и вообще – просто вполне достаточно человеческого понимания и здравого смысла. Да, действительно, дисциплина, порядок и уважение к людям, казалось бы, что ещё нужно?

В.ГЕРАСИМОВ: Отсутствие каких-то, вот, конфликтов, скандалов, которые в прошлые годы сопровождали нашу сборную тоже. Они отсутствовали. Тоже показало, что, вот, климат в команде был правильный, что заслуга тренера, наверное, в первую очередь.

О.БЫЧКОВА: Ну, да. Действительно, это же очевидно, что нужно к этим людям, которые занимаются очень серьёзно своей работой, которые профессионалы, которые звёзды и которые многого добились, конечно, к ним, как и ко всем остальным, нужно относиться с уважением и достойно. И тогда действительно будут результаты, потому что это нормально, наверное. Ну и нашему спортивному обозревателю «Эха Москвы», Алексею Осину, мы тоже задали эти вопросы и попросили его специально для программы «Сканер» прокомментировать эту победу и, собственно, роль Зинэтулы Билялетдинова в ней. И отдельно я ещё спросила Алексея Осина: можно ли сделать так, чтобы эти успехи каким-то образом можно было распространить и на другие виды спорта? И вот, что Алексей Осин нам ответил:
— Сборной, подобная той, что победила в Швеции и Финляндии, не доводилось видеть, наверное, лет 30, с тех самых времён, когда Зинэтула Билялетдинов сам носился с клюшкой по льду. Это моё личное впечатление. Настолько велико было преимущество российской команды над остальными, особенно в финальной части турнира. Конечно, это поспешили объяснить слабостью составов наших конкурентов. Но объяснение вряд ли подходит, поскольку и у соперников, и у нас бывали команды, которые ломились от звёзд, но так ничего и не добились. Чаще всего в качестве примера вспоминают составленную из NHL-овцев российскую сборную, показавшую кошмарный результат в Петербурге в 2001 году. Общий уровень Чемпионата мира Международной федерации хоккея год от года не слишком меняется. Разумеется, он ниже Олимпийского турнира, однако при этом и такой чемпионат мира мы не выигрывали 15 лет, так что успех остаётся успехом.
Разумеется, это победа не только игрокская, но и тренерская. Для Зинэтулы Билялетдинова это был первый турнир такого уровня, и он приятно удивил созданным. Прежде всего, в свитерах российской сборной были не отдельные, пусть и яркие, личности, а команда, в которой каждое звено приносило свою пользу и выполняло свою особенную задачу. Билялетдинову удалось сделать так, что хоккеисты, выступающие в российских клубах, не были бесплатным приложением к заокеанским парням. Более того, в сочетании с ними играли даже лучше и сильнее, чем в ходе сезона на этапах Евротура. Пример Пережогина и Попова это подтверждает.
Ещё одна удача тренера – ударное звено, над созданием которого не пришлось мучиться. А с приездом Овечкина и Сёмина это сочетание не нужно было перекраивать – просто появилась вторая ударная пятёрка. Далее, бывало не раз, что в случае неудачи в конкретном матче лидеры сборной бросались в одиночку спасать родину и в итоге проигрывали ещё сильнее. Эта команда показала управляемость, не отступала от тренерского плана до самого конца. Такое ощущение, во всяком случае, создавалось. Именно так была одержана самая сложная победа над Шведами, когда россияне забросили подряд 6 шайб. Ну а что до недостатков, то мы, скорее всего, узнаем о них несколько позже, ибо повторить увиденное будет гораздо сложнее.
Применим ли Билялетдиновский успех в других видах? Вопрос сам по себе странный. Каждый тренер – индивидуальность. Если он хорош, он улучшает результат, который могли бы показать данные спортсмены. Если плох, атлеты деградируют. Адекватность в решениях и, как следствие, хорошая атмосфера в команде никому никогда не мешала.

О.БЫЧКОВА: Спасибо Алексею Осину за этот подробный анализ. Если ты не хочешь ещё высказаться на эту тему, то у меня есть пара вопросов наших слушателей по поводу других частей рейтинга. Спрашивают про героев «Уралвагонзавода»: есть ли они в списке фамилий, упоминавшихся на этой неделе? Должны быть, мне кажется.

В.ГЕРАСИМОВ: В 50 они не попали.

О.БЫЧКОВА: Это странно.

В.ГЕРАСИМОВ: Вообще это событие было конца прошлой недели, если быть точным. Уже было столько всяких других событий после этого, что пик пришёлся на конец прошлой недели, поэтому немножко размазался. Поэтому нет.

О.БЫЧКОВА: Нет. Да, удивительно, что нет. Ну и спрашивают ещё, всё-таки просят ещё раз уточнить по поводу позиций вот этих французских фигурантов рейтингов. Потому что, действительно, как Доминик Стросс-Кан, как Франсуа Саркози, так и Франсуа Олланд — они фигурировали на протяжении не одной из предыдущих недель и занимали, безусловно, наше внимание и даже когда-то у нас становились героями нашего «Сканера». Что теперь?

В.ГЕРАСИМОВ: Теперь у нас, на самом деле, кризис в какую-то ещё более опасную фазу переполз, поэтому как раз об этом есть, что поговорить. Тем не менее, Олланд у нас 31-й.

О.БЫЧКОВА: Кризис, ты имеешь в виду, который финансово-экономический?

В.ГЕРАСИМОВ: Да. Потому что перспектива выхода Греции из еврозоны, на самом деле, становится всё более реальной. Более того, страны фактически, с одной стороны, вынуждены уже начинать подготовку (я имею в виду страны Европы) к тому, чтобы это сделать в какой-то форме, чтобы это не привело к каким-то уж совсем тяжёлым последствия. Это, конечно, официально не сообщается, но сообщения западных СМИ официальные эту теорию подтверждают. Тем не менее, действительно, Франсуа Олланд у нас 31-й, Барак Обама, который, правда, не имел отношения как раз к этим событиям, скорее со своими американскими событиями 37-й. И Ангела Меркель 41-я. Если раньше Европа, по крайней мере, была едина в своей борьбе с кризисом (может быть, медленно, но едино), то теперь ещё выявилось глубокое противоречие между Францией и Германией, которые традиционно режиссировали эти все саммиты. Один из них прошёл на этой неделе. И заранее договаривались фактически о том, какой же будет их результат, получая поддержку других стран.

О.БЫЧКОВА: Теперь выявились новые сюжеты.

В.ГЕРАСИМОВ: Констатировали, что их позиция не совпадает. Более того, очевидно, образовалась группа из двух стран – Австрия, Нидерланды, Германия с одной стороны, которые никаких евробондов не хотят видеть и близко. И с другой стороны страны – есть Италия, есть Испания, и в первую очередь Франция, которые считают это единственным выходом из ситуации. И вот это опасное развитие сюжета, потому что это ещё больше снижает возможность европейских стран по быстрому, эффективному реагированию на кризис.

О.БЫЧКОВА: Наш рейтинг показывает, что на этой неделе, конечно же, российские события для нас вытеснили, или почти вытеснили все остальные. Но вполне вероятно, или даже очень вероятно, что на следующей неделе эта ситуация будет выглядеть по-другому.

В.ГЕРАСИМОВ: Почти наверняка.

О.БЫЧКОВА: И эта картина снова вернётся в свои привычные очертания. Спрашивал меня Андрей, по-моему, про Франсуа Саркози: действительно ли из глаз долой, из сердца вон? Из сердца, из рейтинга тоже вон?

В.ГЕРАСИМОВ: Конечно. Какие мы можем вспомнить события? Что он сказал, где он выступал? Таких возможностей у него не было. Неслучайно всегда у нас президенты. Ведь это не только в России оказывается президент на первом месте. На самом деле, в таком же рейтинге самых упоминаемых персон (в мировом) на первом месте Барак Обама. Никуда не уйдёшь от объективной реальности, что самые цитируемые люди – это те, кто в центре внимания. И по любому поводу упоминают именно их. Даже там, где никакого отношения к этому не имели.

О.БЫЧКОВА: Мы сейчас прервёмся на краткие новости, затем продолжим программу «Сканер». Во второй части будем выбирать компанию недели.

НОВОСТИ

О.БЫЧКОВА: И мы продолжаем программу «Сканер». У микрофона Ольга Бычкова и Владимир Герасимов – исполнительный директор группы «Интерфакс». В этой части нашего «Сканера» мы будем искать компанию недели, но я сразу хочу попросить прощения у наших слушателей и зрителей. Их сразу трое слушателей – Игорь, Елена и Валерий – указали мне очень строго с множеством восклицательных знаков, что Саркози зовут Николя, а не Франсуа. Да, да, да. Его так и зовут, это правда.

В.ГЕРАСИМОВ: Просто теперь Николя Саркози занимает двадцать какое-то место, а Франсуа занимает, там, 500-какое-то. Потому что упомянул и всё, попал в рейтинг.

О.БЫЧКОВА: Теперь мы всех будем называть Франсуа в этой стране, потому что так президента их зовут. Извините меня, да. Хорошо. Больше так не буду, обещаю исправиться. Итак.

В.ГЕРАСИМОВ: Итак. Рейтинг компаний у нас в этой части и, конечно, не настолько зависим от политических всяких наших внутренних событий, но частичка политического тренда досталась и рейтингу компаний. Это выразилось во взлёте компании «Роснефть», которая у нас на третьем месте в нашем рейтинге после традиционного нашего тандема «Сбербанк»-"Газпром». И бывший вице-премьер Сечин назначен президентом «Роснефти» и вернулся в Совет директоров «Роснефтегаза». Компания эта очень редко упоминается. Такая, вот, совсем не публичная, не очень известная, но у нас она оказалась (и не случайно) на девятом месте, впервые — это уж точно — в нашем рейтинге. Что у нас ещё из компаний? Банк «ВТБ», который обычно у нас третий, соответственно, отступил ниже. «Автоваз» попал на 10, высокое место. Сообщения были, что намерены провести ребрендинг, который может коснуться и его знаменитой эмблемы ладьи в овальной рамке.

О.БЫЧКОВА: А «Уралвагонзавод», наконец, про который все спрашивают.

В.ГЕРАСИМОВ: «Уралвагонзавод» у нас есть на 31 месте. Назначение его сотрудников в разные высокие…

О.БЫЧКОВА: В разные, но высокие.

В.ГЕРАСИМОВ: Оно будоражит, естественно, умы и не только журналистов. «Ростехнологии» ещё у нас из таких компаний крупных на поднимающемся у нас тренде, потому что собирается продать пять дочерних компаний в ходе IPO. На 22 месте у нас компания Apple, был на этой неделе запущен новый «iPad», но ажиотажа не было, об этом много писали. «Microsoft» — у нас ещё одна зарубежная компания, он собирается вложить несколько десятков миллионов долларов в свой проект в Сколково. «Камаз» тоже попал к нам в рейтинг не из-за машин, а из-за того, что перерегистрировал на себя домен оппозиционного интернет-издания «Ридус».

В.ГЕРАСИМОВ: Совсем по другой причине.

О.БЫЧКОВА: По другой причине. 40 место. Ещё один у нас есть помимо «Роснефтегаза», такой, новичок неожиданный, компания «SpaceX» — это разработчик первого, того самого частного корабля, который полетел к МКС. Как я уже в третий раз повторюсь, мы не могли пройти мимо «Роснефтегаза», потому что компания эта довольно неожиданно оказалась в центре внимания медиа. Но, возможно, это не случайно. Более того — это может стать некой тенденцией и, возможно, в будущем эту компанию мы можем чаще слышать, судя по тем новостям, которые были на этой неделе.

В.ГЕРАСИМОВ: Алексей Дурново тоже не может пройти мимо этой истории и напоминает нам о «Роснефтегазе»:
— «Роснефтегаз» — компания со стопроцентным госучастием. Создана в 2004 году для проведения сделки по обмену контрольного пакета «Роснефти» на 10% акций «Газпрома» у дочек газового монополиста. Этого пакета государству не хватало для получения контроля над «Газпромом». Однако обмен не состоялся. Бывшему главе «Роснефти» — Сергею Богданчикову, при поддержке занимавшего тогда пост замглавы Президентской администрации Игоря Сечина удалось отстоять независимость «Роснефти» от «Газпрома». В 2004 году «Роснефть» приобрела ранее принадлежавший «Юкосу» «Юганскнефтегаз», что привело её в крупнейшую российскую нефтяную компанию, и обмен её акций на бумаги «Газпрома» стал неравноценен. Позднее «Роснефтегаз» всё же выкупил 10% акций «Газпрома» за 7 с половиной миллиардов долларов, которые он одолжил под залог 49% «Роснефти». Планировалось, что после погашения кредита «Роснефтегаз» будет ликвидирован, а его активы будут переданы государству. Долг был погашен спустя год, но решение о реорганизации холдинга так и не было принято.
22 мая президент России Владимир Путин подписал указ, который сделал «Роснефтегаз» главным инвестором при приватизации топливно-энергетических активов страны. Холдингу разрешено покупать акции приватизируемых компаний ТЭК, используя для этого дивиденды по принадлежащим ему акциям. Сейчас «Роснефтегаз» владеет 75% акций «Роснефти», почти 11% акций «Газпрома» и пакетами акций ещё 70 энергопредприятий. За последние 3 года «Газпром» и «Роснефть» принесли «Роснефтегазу» 132 миллиарда рублей дивидендов, которые компания оставила на своём балансе.

В.ГЕРАСИМОВ: Это была информация о «Роснефтегазе» от Алексея Дурново, ну а мы прямо сейчас поговорим с Константином Симоновым – директором Фонда национальной энергетической безопасности. Константин, добрый вечер.

К.СИМОНОВ: Добрый вечер.

О.БЫЧКОВА: Ну что…

В.ГЕРАСИМОВ: Да. Вот, решения, которые на этой неделе были можно понять так, что «Роснефтегаз» будет покупать акции различных компаний «ТЭК», и уже в прессе высказывают предположения, что это может быть «Сургутнефтегаз», «Зарубежнефть», «Транснефть». То есть значит ли это, что будет создаваться, по вашему мнению, государственный суперхолдинг, «ТЭК», «РосТЭК», там как-то ещё его называют, на базе «Роснефтегаза» того же? Как вы считаете?

К.СИМОНОВ: Нет, абсолютно. Я с этой точкой зрения не согласен. Дело в том, что речь идёт пока о передаче государственных пакетов акций в ряде энергетических компаний в «Роснефтегаз». Это, такая, шкатулка с активами, где уже, как известно, лежат акции «Роснефти», а также 10 с небольшим процентов акций «Газпрома». Но тот факт, что «Роснефтегаз» владеет акциями «Роснефти» и «Газпрома» не означает, что эти компании начинают своё слияние, верно ведь? Поэтому здесь я думаю, что эти все оценки исходят из принципа «у страха глаза велики». Появился Сечин в «Роснефти», появился этот указ. Ну, естественно, все думают: такая мощная фигура, значит, сейчас всё начнёт хватать, нести к себе в карман. Но вот объясните: зачем объединять «Роснефть» и «Транснефть»? Никакой нет логики в этом. Зачем объединять «Роснефть» и «Сургутнефтегаз», если в перспективе всё равно «Роснефть» будет приватизирована? «Сургутнефтегаз» является прекрасной компанией. То есть мне кажется, что здесь ряд решений, которые будут реализованы, наслаиваются на решения, которые уже придуманы журналистами и экспертами, и всё это в кучу намешано и перемешано.
То есть, например, я подчёркиваю, тут очень важно разделить. Есть ряд активов, которые через «Роснефтегаз» могут действительно попасть в «Роснефть» — это важный момент. Например, «Зарубежнефть» может действительно влиться в «Роснефть». Я думаю, что, скажем, компания «Росгеология» разделится тоже, вполне может влиться в «Роснефть». Но когда мы говорим о том, что уже туда «Транснефть» вольётся в «Роснефть», «Сургутнефтегаз» — я думаю уже здесь, мне кажется, перебор, и эти решения не будут реализованы.
Но также, конечно, очень важный момент, связанный с электроэнергетическими активами государства, там. «Интер РАО», «РусГидро», которые, возможно, тоже будут передаваться в «Роснефтегаз». Но здесь, я думаю, как раз задача заключается в том, чтобы провести их интеграцию, и затем уже из «Роснефтегаза» эти компании выйдут уже на, такую, финишную прямую приватизации и будут проданы правильным частным инвесторам.

О.БЫЧКОВА: Скажите, пожалуйста, Константин. В связи со всеми этими изменениями задавались разными вопросами. Например, значит ли это для господина Сечина усиление или наоборот ослабление позиций. Как вы думаете?

К.СИМОНОВ: Если смотреть формально на вещи, то мы понимаем, что Сечин был вице-премьером, и при этом не являлось секретом, что он достаточно плотно курировал компанию «Роснефть». То есть в этом плане формально происходит определённое ужатие Сечина до уровня одной компании. Но в реальности мы же видим, что здесь Сечину предложен мощнейший компенсационный пакет. То есть он сейчас может получить под свой контроль в «Роснефтегазе» целый набор энергетических активов, который так напрямую он не вполне контролировал. Например, ту же компанию «Интер РАО». Плюс к этому видим, что «Роснефть» выводится фактически из-под контроля правительства.
Напомню, что весной этого года ряд нынешних членов кабинета… Например, помните заявление Дворковича, который говорил: «Нам не указ некоторые члены правительства, которые думают, что «Роснефть» не надо продавать. Мы думаем по-другому». Вот этот указ фактически означает, что приватизация «Роснефти» будет идти в перспективе без участия правительства, и оно фактически лишается возможности вмешиваться в деятельность компании. Поэтому, с формальной точки зрения, мы можем говорить о том, что Сечин лишился части полномочий. Реально он даже в чём-то укрепил своё влияние, особенно если мы внимательно проанализируем назначения в правительстве: на уровне министров, на уровне замов, которые были не только в последнюю неделю, но и, скажем, в последние несколько месяцев. Ну и самое главное: никто не лишил Сечина самого главного инструмента его влияния – это прямой выход на президента Путина. А мы понимаем прекрасно, что в России значение имеет не столько ваш формальный пост, сколько возможность общения с Путиным. Если она у вас есть, вы остаётесь одним из наиболее влиятельных игроков.

В.ГЕРАСИМОВ: Константин, скажите, пожалуйста… Путин сказал о том, что весь этот механизм… В частности, что нужно привлекать дополнительное финансирование в компании ТЭК. О чём идёт речь? То есть каким образом этот механизм будет работать?

К.СИМОНОВ: Здесь, я думаю, конечно, речь идёт о формальном обосновании этого решения. Например, мы понимаем, что особо никаких дополнительных денег через эту схему в те же энергетические компании не попадёт. То есть речь идёт о том, что теперь «Роснефтегаз» за счёт дивидендов, которые у него уже в шкатулочке лежат, будет выкупать эти акции. То есть оно покупает, скажем, акции «РусГидро». «РусГидро» получает деньги за эти акции от «Роснефтегаза». Соответственно, у него появляется возможность провести инвестиции, но при этом государство не теряет акции, то есть оно остаётся владельцем «РусГидро». Но мы тоже прекрасно понимаем, что можно было и по-другому эти деньги передать «РусГидро». Скажем, «Уралвагонзаводу» в период кризиса дали 10 миллиардов рублей без всяких переводов акций в какие-нибудь, там, «Вагон» компании, которые бы управляли этими активами. То есть этого не произошло. Поэтому мы понимаем, что здесь речь идёт, конечно же, о том, что ряд компаний будут переданы под контроль Игоря Ивановича Сечина в «Роснефтегазе». Вот и всё. А дальше, ну, это формально, там, в красивую упаковочку обернуть – вот, возникла идея, что появятся деньги на инвестиции в государственные компании. Ещё раз говорю, эти деньги можно было бы выделить и по более простой схеме. Не нужно было все эти активы перекладывать в «Роснефтегаз». Это сделано, конечно, по разным причинам, и это, конечно, победа Сечина.

О.БЫЧКОВА: Понятно. Спасибо большое Константину Симонову, директору Фонда национальной энергетической безопасности. Мы сейчас постараемся сделать ещё один звонок ещё одному из наших экспертов с тем, чтобы можно было продолжить тему приватизации в энергетическом секторе. Этот вопрос, как я понимаю, остается одним из важных сейчас.

В.ГЕРАСИМОВ: Конечно, потому что приватизация…

О.БЫЧКОВА: И определенного ответа нет на него?

В.ГЕРАСИМОВ: Да. То есть этот указ, безусловно, внес некую неопределенность: как это решение будет приниматься, что именно будет продаваться…

О.БЫЧКОВА: И какова стратегия и тактика дальше, какие будут предприниматься действия, и, собственно, к какой схеме идет нынешнее руководство, да? Мы это не вполне понимаем.

В.ГЕРАСИМОВ: Да. Тем более что позиция в отношении приватизации уже неоднократно корректировалась. Назывались разные цифры, разные компании. И, конечно, этот вопрос о том, кто же и как будет решение принимать, важный, и на него сейчас нет очевидного ответа.

О.БЫЧКОВА: А мы попробуем узнать мнение Алексея Кокина — аналитика по нефтегазовому сектору компании «Уралсиб Кэпитал». Алексей, добрый вечер.

А.КОКИН: Добрый вечер.

О.БЫЧКОВА: Можно я сразу вас спрошу, прежде чем мы пойдем в сторону приватизации… «Роснефтегаз» выглядит как одна из… не единственная далеко, но тоже не самая прозрачная компания. Или это неправда?

А.КОКИН: Я бы сказал, что «Роснефтегаз» на данный момент – это не операционная компания, а просто некоторый «зонтик», под которым находятся пакеты акций. Поэтому даже трудно говорить о какой-то прозрачности такой прокладочной структуры. Вопрос, каким он будет, когда под него передадут еще пакеты других компаний, и он действительно станет активной правящей компанией.

В.ГЕРАСИМОВ: Алексей, скажите, как вы восприняли те решения, которые были приняты на этой неделе, что «Роснефтегаз» будет участвовать в приватизации? Фактически приватизации не будет, просто государство само же купит фактически свои же активы? Или как это понимаете вы?

А.КОКИН: На самом деле, я не так понял, что приватизации не будет. Насколько я понимаю, «Роснефтегаз» будет служить холдинговой компанией не только для «Роснефти», какой-то части «Газпрома» и разных мелких /НРЗБ/ газораспределительных компаний, но также будет холдингом для целого ряда энергетических компаний. И те дивиденды, которые генерирует «Роснефть» и «Газпром» (и потенциально, кстати, поступления от частичной приватизации «Роснефти») создадут те средства, которые будут затем канализированы, видимо, в уставные капиталы других энергокомпаний, нуждающихся в декапитализации. Потому что сейчас, насколько я понимаю, в энергетике возможности исчерпаны тарифного роста, исчерпаны возможности кредитного финансирования инвестпрограмм, и вот такой способ: канализировать деньги, генерируемые госкомпаниями нефти в сторону энергокомпаний, вот придумали с помощью «Роснефтегаза». А затем уже, после выполнения этих программ, когда, видимо, стоимость энергокомпаний повысится, можно будет говорить о приватизации. Это то, как я сейчас вижу эту схему, но подробностей у нас пока нет.

В.ГЕРАСИМОВ: Скажите, пожалуйста, а вот ясно теперь, что, в принципе, будет не один центр принятия решений в отношении продажи активов, поскольку «Роснефтегаз» фактически тоже будет иметь очень прямое отношение к этому. Значит ли это, что это может быть основой для некого конфликта по этому вопросу между правительством и, скажем, не правительством – вот «Роснефтегазом» и тем, кто за ним стоит?

А.КОКИН: На мой взгляд, это не зависит от того: существует «Роснефтегаз» или нет как активная управляющая компания, поскольку все серьезные решения по приватизации, насколько я понимаю, принимаются на основе консенсуса между теми людьми, которые имеют какое-то право голоса по этому вопросу. Поэтому, на мой взгляд, к вопросу об утверждении программы приватизации, ее реальности, ее проходимости это отношение имеет очень косвенное. То есть это действительно очень специфический инструмент капитального рационирования, распределения капиталов между различными госкомпаниями. Такой квази-банк.

В.ГЕРАСИМОВ: Последний, пожалуй, вопрос. Сейчас, наверно, все-таки не очень подходящее время для приватизации, или все-таки можно и в этих непростых условиях, которые сейчас на финансовом рынке, продавать активы? Как в этой сфере вы как прямой эксперт, представитель инвестиционного банка… ваше мнение по этому вопросу?

А.КОКИН: Я бы продавать не стал, потому что считаю, что «Роснефть», в частности, недооценена. Это здесь достаточно очевидно, мне кажется. Но само понятие «недооценено»/"переоценено», конечно, сильно зависит от того, каким будет будущее компаний, какую роль, собственно, правительство готовит ей на будущее. То есть, очевидно, неправильные решения в области инвестиций могут привести к падению стоимости и наоборот. Но если в двух словах сказать, вы видите, что делается на рынке, вы видите, как рынки упали в последнее время, и прямо сейчас приватизировать я бы, конечно, не советовал, не считал бы разумным.

О.БЫЧКОВА: Ну вот эти неопределенные решения и неопределенные представления о том, будет эта приватизация или нет, по-вашему, связаны только с ситуацией на рынке, с тем, что сейчас такое неблагоприятное время, или есть еще какие-то соображения более общего характера? Как вы думаете?

А.КОКИН: Мне кажется, что в нефтегазовой части (то есть, собственно, «Роснефть» представляет сейчас эту часть) это связано с рыночной конъюнктурой в первую очередь, потому что в «Роснефти» нет, на мой взгляд, никаких проблем для государства уменьшить свой пакет супербольшинства до контрольного всего лишь. Что касается, допустим, компаний энергетики, то здесь я уже не эксперт и комментировать не могу. Что касается компании «Транснефть», о которой много говорилось и которая, может быть, тоже войдет под крыло «Роснефтегаза» (я не исключаю), то здесь скорее проблема концептуального характера: нужна ли здесь вообще приватизация в течение 3-4 лет, пока не будет закончена такая массированная программа расширения активов и инвестиций? То есть, видите, здесь смесь разных условий.

О.БЫЧКОВА: Да. То есть видимо там повторяется та же проблема, которую мы наблюдаем во многих других секторах, когда… ну вот то, что вы назвали «концептуальной неопределенностью». Действительно есть вопросы, ответов на которые пока нет в самых высоких головах. Спасибо большое Алексею Кокину – аналитику по нефтегазовому сектору компании «Уралсиб Кэпитал». Еще один звонок сейчас мы успеем сделать во время этого эфира, потому что есть еще такая финансовая инвестиционная сторона.

В.ГЕРАСИМОВ: Да. Мы говорили со специалистом в области нефти и газа, мы говорили с представителем из банка, который представитель финансового рынка, а теперь нам, думаю, имеет смысл спросить у инвестора, у тех людей, которые с деньгами (управляющая компания) и потенциальных, может быть, покупателей. Каково их отношение к этому.

О.БЫЧКОВА: Итак, дозвонились мы уже, нет? Звоним? Есть у нас уже звонок, спасибо. Лев Сныков — партнер «Greenwich Capital». Лев, добрый вечер вам.

Л.СНЫКОВ: Да, добрый вечер. Здрасьте.

В.ГЕРАСИМОВ: Скажите, Лев, вот для вас то, что произошло на этой неделе: хорошая новость или плохая?

Л.СНЫКОВ: Вы знаете…

О.БЫЧКОВА: Вздох был ответом. Тяжелый такой.

Л.СНЫКОВ: Я думаю, что она не настолько плоха, как она звучит, потому что, конечно, люди сейчас будут бояться возможного ущемления прав миноритариев в случае консолидации нефтегазовых активов под «Роснефтегазом». Но, во-первых, условия пока неизвестны, во-вторых, что касается структуры бизнеса в секторе – это никак его не затрагивает, и, возможно, в чем-то это даже будет благоприятно для инвесторов в секторе. Потому что правила игры и вообще правила поведения государства в секторе станут, может быть, более понятными и замкнутся на некой единой структуре, которой будет «Роснефтегаз». Конечно, то, что было озвучено правительством, немножко отдаляет перспективы приватизации этих активов, но она, в общем, и так была не совсем ясна, потому что не было четких ориентиров, в какие годы будут проданы госпакеты акций, в частности, в «Роснефти». Я думаю, что однозначно сейчас их продавать нерационально, и здесь правительство абсолютно справедливо высказало свою позицию, что стоит подождать. Все-таки оценки нефтяных активов России очень низкие, незаслуженно низкие.

В.ГЕРАСИМОВ: Скажите, Лев, все-таки, как вы поняли то, что было озвучено на этой неделе? Как все-таки эта схема может работать? То есть ваше понимание каково по этому вопросу?

Л.СНЫКОВ: Вы знаете, как у нас это все происходит: те новости, которые мы видим, являются индикацией каких-то подводных течений, которые в действительности имеют место. Определенно правительство хочет сконсолидировать свой контроль над сектором и, возможно даже, увеличить его за счет добавления каких-то активов в структуру «Роснефтегаза». В частности, фигурировало имя «Сургутнефтегаз». Пока что это вся информация, которая есть.

В.ГЕРАСИМОВ: То есть вопрос такой самый простой: вообще будет в России приватизация, по крайней мере, в сфере ТЭКа или нет; не получил определенного ответа «да». То есть ответ такой: может быть, да, но непонятно. Никакой ясности по этому вопросу фактически не появилось. Более того, ее стало меньше.

Л.СНЫКОВ: Вообще-то позиция осталась неизменной, насколько я могу судить: приватизация будет – возможно, сдвигаются сроки. Честно говоря, никто не думал еще год назад, что рынок будет в таком плохом состоянии на сегодняшний день. И оценки /НРЗБ/, что сейчас самые главные активы торгуются на уровне одного доллара за баррель запасов. Продавать госпакеты, будь то в «Газпроме» или «Роснефти» по таким оценкам, действительно, неразумно. Поэтому да, сроки плавают, но вектор остается неизменным. Я думаю, приватизация будет в какой-то момент. Хотя, конечно, если мы говорим о «Газпроме» – здесь все гораздо сложнее. Правительство просто не может при такой структуре «Газпрома» опуститься ниже 51%. Возникает другой вопрос: нужна реформа самого Газпрома, нужно отделить транспортную составляющую от добывающей и тогда уже приватизировать компанию.

В.ГЕРАСИМОВ: У меня возник еще один вопрос: как будут приниматься решения о приватизации в дальнейшем, учитывая, что фактически «Роснефтегаз» получает огромные рычаги влияния на всю эту ситуацию сам по себе. Это тоже меняет некие политические процессы в отношении приватизации? Как вы считаете?

Л.СНЫКОВ: Вы правы. «Роснефтегаз», по сути, превращается в очень важную структуру для ТЭКа, причем структуру во многом замкнутую на одного человека – на Сечина. Я думаю, что решения о приватизации будут приниматься на основе двух факторов. Во-первых, состояния рынка. То есть естественно, рынок должен быть в гораздо лучшей форме для того, чтобы государство могло выйти и продать столь существенные по цене пакеты акций. Во-вторых, по желанию государства уступать контроль в каких-то активах. На сегодняшний день, я думаю, что государство готово к тому, чтобы уменьшить свой контроль в добывающей части активов, то есть в «Роснефти» и в «Газпроме» (только в случае, если произойдет реформа по отделению транспортной составляющей). Что касается транспортной инфраструктуры, то есть «Транснефти» и газопроводной системы, то здесь все сложнее. Думаю, государство в ближайшее время не будет существенно уменьшать там свой контроль.

О.БЫЧКОВА: Спасибо. Это был Лев Сныков — партнер компании «Greenwich Capital». Ну что ж, мы закончили на сегодня программу «Сканер», где говорили о компании недели – «Роснефтегаз». Ровно через неделю, в следующую пятницу встретимся в этой студии.