20 октября 2006
Z Крутая шкала Все выпуски

Рейтинг Газпрома


Время выхода в эфир: 20 октября 2006, 11:14

20 октября 2006 года

В эфире радиостанции «Эхо Москвы» Елена Ананькина, аналитик рейтинговой компании «Standard&Poor’s».

Эфир ведут Ольга Бычкова и Елизавета Осетинская.



О. БЫЧКОВА: У микрофона Ольга Бычкова, я приветствую мою коллегу из газеты «Ведомости», шеф-редактора газеты Елизавету Осетинскую. Говорить мы сегодня будем об этой самой проблеме 2008, хотя цифры там как-то меняются, да?

Е. ОСЕТИНСКАЯ: Или 2007.

О. БЫЧКОВА: Или 2007, может, вообще как-то еще по-другому можно будет ее пронумеровать. В общем, мы будем говорить о том, как инвесторы смотрят вперед, чего они ожидают от предстоящих, условно говоря, в 2008 г. событий, какие они видят для себя риски в связи с, говоря прямыми словами, президентскими выборами, какие из этих опасений, на самом деле, оправданы.

Е. ОСЕТИНСКАЯ: Недавно, чуть ли ни сегодня «Ренессанс капитал» опубликовал отчет с названием «Политика перед выборами», в котором уже стал предупреждать инвесторов о грядущих изменениях, но мы позже об этом поговорим. Хочется все-таки спросить Елену, насколько, действительно, велика угроза смены политического…

О. БЫЧКОВА: Мы сейчас спросим Елену, только мы скажем слушателям, что за Елена, потому что…

Е. ОСЕТИНСКАЯ: Да, прошу прощения.

О. БЫЧКОВА: Елена Ананькина у нас сегодня в прямом эфире «Эха Москвы», аналитик рейтинговой компании «Standard&Poor’s».

Е. АНАНЬКИНА: Здравствуйте.

О. БЫЧКОВА: Здравствуйте. Ну вот, можно только прежде, чем мы спросим Елену, я не могу просто удержаться, у нас слушатели тут есть, которые прислали свои всякие.

Е. ОСЕТИНСКАЯ: Они уже что-то спросили?

О. БЫЧКОВА: Да, они уже спросили, они сами высказались на сайт «Эха Москвы» в Интернете, прислали свои высказывания. Так вот, слушатель Егоров И.В. из Череповца пишет — по инвестициям Россия попала в лидирующую группу стран в мире благодаря политике и авторитету Путина. В 2008 году народ России выберет достойного президента России, который продолжит политику Путина, и рост инвестиций в экономику России еще возрастет, никакого риска для инвесторов не будет. Это слушатель Егоров И.В. пишет. И еще один наш слушатель, Алексей Басков, считает, что проблема 2008 — это выбор между плохим и очень плохим вариантом. Очевидно, что экономика тесно завязана на власти различных уровней. Смена власти может привести к краху тех или иных бизнесов, лишившись властной вертикали, бизнес потому что не сможет выжить, рано или поздно, считает Алексей Басков, нарыв прорвет. Вот два таких противоположных мнения. Елена?

Е. АНАНЬКИНА: Мы в своем суверенном кредитном рейтинге России исходим из того, что, в общем и целом, преемственность политики в сфере финансов, в сфере отношений государства с бизнесом более-менее сохранится после выборов.

О. БЫЧКОВА: Ничего радикального такого, другого не случится?

Е. АНАНЬКИНА: Да, наш базовый сценарий заключается в том, что, в принципе, курс останется примерно тем же. Но поскольку институты государства в России недостаточно четко работают, слишком многое зависит от персоналий или от групп интересов, сама смена людей во власти, даже если эти люди будут придерживаться примерно той же самой точки зрения на экономику, на управление финансами, сама смена персоналий уже может повлечь за собой определенные риски для ряда отраслей, для ряда компаний. Прежде всего, для тех отраслей и тех компаний, которые тесно связаны с государством.

Е. ОСЕТИНСКАЯ: Наверное, стоит их перечислить, самые рискованные сферы.

Е. АНАНЬКИНА: Мне кажется, что страновые риски, т.е. риски ведения бизнеса в этом плане сейчас наиболее существенны для тех отраслей, которые занимаются добычей полезных ископаемых, это нефть, газ, может быть, металлургия в какой-то степени, в меньшей пока, прежде всего, связи с определенными персоналиями или группами интересов будут актуальны для компаний, которые уже и так принадлежат государству, потому что это означает смену людей в совете директоров. В совете директоров государственных компаний сидят представители государства, соответственно.

Е. ОСЕТИНСКАЯ: Возможность изменения мировоззрения совета директоров, соответственно, изменения, любые изменения в стратегии компании, в принципе.

Е. АНАНЬКИНА: Собственно, да, и по мере того, как эти изменения назревают, могут происходить определенные подвижки и в стратегии самих компаний. Например, сейчас мы видим такую тенденцию, что близкие к государству компании усиливают свое присутствие, прежде всего, в нефтегазовом секторе. «Газпром», «Роснефть» приобретают новые активы, заявляют о новых амбициозных проектах. Делается это часто за счет привлечения долгового финансирования. Эта тенденция стала очень заметна где-то с, может быть, 2004-2005 г., в этом году уже она может быть проиллюстрирована такими примерами, как покупка «Газпромом» акций НОВОТЭКа, покупка контрольного пакета…

Е. ОСЕТИНСКАЯ: «Сибнефти».

Е. АНАНЬКИНА: Да, «Сибнефти», безусловно, Берегового месторождения, например, о котором все как-то так почти не говорят, у компании ИТЕРА, на самом деле, месторождение практически готовое к тому, чтобы добывать газ. Новые покупки не исключаются, например, тот же самый «Газпром» активно инвестирует в акции электроэнергетических компаний, Мосэнерго, РАО ЕЭС и т.д., т.е. процесс, на самом деле, идет.

Е. ОСЕТИНСКАЯ: Да, процесс создания такой мегаэнергетической компании, где энергетика, нефть, газ, все вместе, я так понимаю, доля долгового финансирования значительна, вы можете примерно оценить, какая она у «Газпрома»?

Е. АНАНЬКИНА: Сейчас у «Газпрома», по данным на конец первого квартала порядка 30 млрд. долларов долга было на балансе, это не считая всяких забалансовых обязательств, но здесь надо еще учесть, что сама по себе компания крупная, ее прибыль до налогов, процентов и амортизации за 2005 год составил порядка 20 млрд. долларов, просто для сравнения, и прибыль эта растет, растет, прежде всего, за счет того, что цены на нефть трансформируются цены на газ.

Е. ОСЕТИНСКАЯ: Через формулу с опозданием.

Е. АНАНЬКИНА: Да, через формулу и с опозданием месяцев в девять. Соответственно, уже сейчас, может быть, с большой степенью вероятности уверены в том, что в 2006-2007 году у «Газпрома» прибыль вырастет, за счет высоких цен на газ, за счет консолидации очень прибыльного бизнеса «Сибнефти», которая сейчас называется «Газпром Нефть». И таким образом, за счет того, что денег «Газпром» будет зарабатывать больше, даже несмотря на рост капиталовложений, которые у компании сейчас происходят, разница, как мы ожидаем, будет положительная.

О. БЫЧКОВА: Именно поэтому «Standard&Poor’s» повысило рейтинг «Газпрома».

Е. АНАНЬКИНА: Совершенно точно.

О. БЫЧКОВА: До инвестиционного, только странно, почему этого не было раньше сделано, потому что привыкли считать, что «Газпром» — это «Газпром».

Е. АНАНЬКИНА: На самом деле, можно объяснить, почему мы повысили рейтинг, почему, какие факторы ограничивают этот рейтинг. Рейтинг «Газпрома» был повышен, прежде всего, из-за того, что высокие цены на газ трансформируются в более высокую прибыльность компании, в более высокий денежный поток. Раньше, в 2003, в 2004 году, несмотря на более-менее благоприятную конъюнктуру на рынке нефти и газа, чистый, свободный денежный поток «Газпрома», т.е. денежный поток от его текущей деятельности за вычетом капиталовложений был отрицательный. И эта дырка покрывалась ростом долга. Собственно, почему он и достиг такого уровня. В этом году и по результатам первого квартала, это уже очень хорошо заметно, за счет роста цен на газ свободный денежный поток у «Газпрома», как мы ожидаем, будет положительным. Таким образом, компания будет зарабатывать денег даже больше, чем ей нужно, на ее растущую программу капиталовложений, и это позволит избежать столь сильного роста задолженности, который наблюдался в прошлом. Если говорить о факторах, которые, тем не менее, рейтинг «Газпрома»…

Е. ОСЕТИНСКАЯ: У меня, извините, у меня вопрос только один, а риск тогда в чем?

О. БЫЧКОВА: Да-да.

Е. ОСЕТИНСКАЯ: Для «Газпрома»? Потому что мы начали с того, что для государственных компаний, тем не менее, существует риск, единственный риск, который сейчас вытекает из ваших рассуждений, состоит в том, что свободный денежный поток приведет менеджмент «Газпрома» в несколько расслабленное состояние, я имею в виду, позволит делать, может быть, какие-то покупки, которые в более сжатом финансовом состоянии, более трудном финансовом состоянии откладывались бы или не рассматривались. Т.е. неэффективность покупок.

О. БЫЧКОВА: Елена даже сказала, что в зоне этого риска, который мы сейчас обсуждаем в связи с президентскими выборами и изменениями какими-то в политике возможными, в первую очередь, находятся именно такие компании, как «Газпром», правильно?

Е. АНАНЬКИНА: На самом деле, здесь, скажем, проблема, которую надо рассматривать с нескольких сторон. С одной стороны, финансовое положение «Газпрома» улучшается, и мы не могли этого не признать, и мы это признали фактом повышения рейтинга «Газпрома». Таким образом, способность компании финансировать инвестиции, увеличивается. С другой стороны, есть факторы, которые рейтинг по-прежнему ограничивают, это, прежде всего, огромные потребности в капиталовложениях для того, чтобы компенсировать падение добычи на крупнейших месторождениях, которые сейчас происходят просто по причинам, скажем, естественного свойства. Это амбиции «Газпрома» в плане покупок новых активов, которые могут, скажем, препятствовать дальнейшему улучшению его финансового положения.

Е. ОСЕТИНСКАЯ: Т.е. новые долги, увеличение долговой нагрузки и, соответственно, опять отрицательный поток?

Е. АНАНЬКИНА: Мы считаем, что за счет того, что у них от основной деятельности получается положительный поток, часть покупок они смогут профинансировать, у них хватит денег. Но вопрос, конечно, какие это будут покупки. И здесь, скажем, растущие амбиции компании в области приобретения новых активов не позволяют нам повысить рейтинг выше, чем он есть сейчас. Кроме того, в рейтинге «Газпрома» мы учитываем фактор государственной поддержки, рейтинг «Газпрома» повышается на одну ступеньку именно за счет поддержки государства, почему это происходит, почему мы этого не делаем с другими государственными компаниями, потому что мы считаем, что «Газпром» имеет уникальную системную значимость для экономики. «Газпром» обеспечивает порядка 40% всех потребностей России в энергии. Кто бы ни был у власти, тот факт, что «Газпром» поставляет газ по очень низким ценам для внутреннего рынка, поддерживая тем самым внутреннюю промышленность и простых потребителей услуг отопления и т.д., этот факт позволяет нам надеяться на то, что что бы ни происходило в органах власти, определенные экономические стимулы поддерживать компанию у государства останутся. Как нам кажется, это сильно отличает позицию «Газпрома» от позиций остальных государственных компаний, которые несмотря на свою принадлежность государству, работают практически как коммерческие, я имею в виду такие компании, как, например, «Роснефть». «Роснефть» — крупнейшая нефтяная компания, она тоже очень активно инвестирует в приобретение новых активов.

Е. ОСЕТИНСКАЯ: Но она социальной нагрузки не несет, в такой степени.

Е. АНАНЬКИНА: Такой социальной нагрузки, как «Газпром», она не несет.

О. БЫЧКОВА: Давайте теперь все-таки снова о рисках. Мы поняли, что «Газпром» все равно никуда не денется.

Е. ОСЕТИНСКАЯ: Мы поняли, что у «Газпрома» есть смягчающие обстоятельства.

О. БЫЧКОВА: Да, и вообще…

Е. ОСЕТИНСКАЯ: В виде социальной, т.е. его, с одной стороны, его нагрузка, социальные обязательства и необходимость держать низкую цену.

О. БЫЧКОВА: А, с другой стороны, его страховка.

Е. ОСЕТИНСКАЯ: С другой стороны, его страховка, его трогать нельзя, т.е. чего-то, какие-то события.

Е. АНАНЬКИНА: Скажем так, с меньшей вероятностью.

Е. ОСЕТИНСКАЯ: Можно трогать мягче.

О. БЫЧКОВА: Давайте теперь тех, кто боится, что их как-то не так тронут, и могут быть совсем другие проблемы. Давайте вернемся к 2008 году, может быть, как правильно сказала Лиза, может быть, он начнется раньше, 2008-й год, типа году в 2007.

Е. ОСЕТИНСКАЯ: На самом деле, проблема состоит ведь в том, что я сошлюсь опять на «Ренессанс», который своей мыслью меня сильно заинтересовал. Они отметили, что инвесторам пора беспокоиться о политических рисках в России по двум причинам. Во-первых, здесь явно намечается более, чем однопартийная система, т.е. они условно считали, что мы жили при однопартийной системе, все последние 18 месяцев, потому что…

О. БЫЧКОВА: Потому что потому.

Е. ОСЕТИНСКАЯ: «ЕР»…

О. БЫЧКОВА: Да, понятно.

Е. ОСЕТИНСКАЯ: А теперь вроде как вторая нога, может быть, она еще не только вторая, может быть, еще какие-то. А кроме того, существует риск некоторого снижения цен на нефть, и эти два фактора неопределенности, т.е. думские выборы с не одной партией, они поэтому говорят, что давайте уже смотреть на 2007 год, вообще поскольку цены на нефть снижаются, то надо бы уже думать о рисках в этой стране. А первый риск, который есть, политический.

О. БЫЧКОВА: Цены на нефть — это как бы понятно. Но я совершенно не понимаю, честно говоря, оптимизма, такого пессимистического оптимизма аналитиков из «Ренессанс Капитал», потому что, честное слово, когда говорят про какие-то там перемены, ожидания и тревоги, связанные с 2008, это ясно. Но когда говорят, например, про думские выборы, то здесь-то что может быть непредсказуемо, что, ожидается какая-то сумасшедшей вообще драматичности и закрученности битвы между «ЕР» и Партией жизни, что там может такого случиться?

Е. ОСЕТИНСКАЯ: К кому ходить предпринимателям?

Е. АНАНЬКИНА: Мне кажется, что здесь даже… для меня не принципиально важно, сколько партий, в итоге, пройдет в парламент. Принципиально важно, что в преддверии и президентских, и парламентских выборов происходят определенные смены личностей в органах власти. И даже за счет этого…

Е. ОСЕТИНСКАЯ: К кому ходить?

Е. АНАНЬКИНА: Да, неважно, называются ли они другими партиями или называются ли они разными группами интересов внутри одной и той же партии. Скажем, для меня как человека, анализирующего кредитные риски и риски для инвесторов, это не суть важно. Важно то, что при смене личностей уже, скажем, позиции той или иной компании могут либо укрепиться, либо пошатнуться. И многие компании могут постараться как-то зафиксировать то положение, в котором они сейчас находятся. Если говорить о снижении цен на нефть, то основной фактор, который будет важен, скажем, не только для госкомпаний, но и для частных компаний, это что цены на нефть связаны с объемом ликвидности в стране. Если говорить о компаниях совершенно частных, не связанных никак с органами власти, тем не менее, их возможность привлекать финансирование для реализации своих бизнес проектов, сильно зависит от того, сколько в стране ликвидности. А это, в свою очередь, зависит от цен на нефть, зависит от волн спроса международных инвесторов на бумаги развивающихся рынков. Соответственно, если инвесторы международные в преддверии выборов сочтут, что здесь очень высокие политические риски, под влиянием какой-то новой моды будут выводить свои деньги из России, для маленьких и слабеньких заемщиков, даже, может быть, совершенно не государственных, совершенно частных каких-нибудь компаний это может представлять собой определенный риск.

О. БЫЧКОВА: Давайте мы прервемся на несколько минут, у нас впереди краткий выпуск новостей и очень небольшая реклама. Наша гостья сегодня — Елена Ананькина, аналитик рейтинговой компании «Standard&Poor’s».

НОВОСТИ

О. БЫЧКОВА: И мы продолжаем, в студии прямого эфира Ольга Бычкова, наша гостья из газеты «Ведомости», моя соведущая Елизавета Осетинская, шеф-редактор газеты «Ведомости», и наша гостья — Елена Ананькина, аналитик рейтинговой компании «Standard&Poor’s». Мы говорим о том, как инвесторы готовятся к предстоящим президентским выборам и переменам, которые, возможно, произойдут.

Е. ОСЕТИНСКАЯ: Ладно, волнуют, слушатель написал.

О. БЫЧКОВА: Да, Валерий из Москвы.

Е. ОСЕТИНСКАЯ: Я на фондовом рынке в качестве инвестора, намерен выйти из рынка полностью в сентябре 2007 года, иначе можно очень сильно попасть под каток политики, которая совсем неудачная.

О. БЫЧКОВА: Совсем неудачная, считает Валерий, он уже наметил себе дату, сентябрь 2007 года.

Е. ОСЕТИНСКАЯ: Елена, скажите, а для частных компаний и для частных инвесторов и государственных, я так понимаю, какие-то разные риски и степени рисков?

О. БЫЧКОВА: А также для российских и иностранных.

Е. АНАНЬКИНА: Безусловно, я считаю, что разные, скажем, риски ведения бизнеса разные, в зависимости от того, какая это компания, в какой отрасли она работает, кому она принадлежит. Здесь можно разделить государственные компании, обычные и частные компании, работающие в каких-нибудь конкурентных секторах вроде производства потребительских товаров, например. И есть такая новая форма экономической жизни, национальные гиганты, которые могут формироваться как на основе государственного, так и на основе частного капитала, это недавний свежий тренд, и здесь важный момент заключается в том, что функции стратегического принятия решений, в основном, под воздействием политических мотивов, производство, финансы, капиталовложения, все эти сферы остаются в более-менее конкурентной среде, зато какие-то общестратегические решения принимаются, исходя из различных политических факторов.

О. БЫЧКОВА: Например?

Е. АНАНЬКИНА: Например, несостоявшаяся сделка «Северстали» и «Арселора», частная компания «Северсталь» была готова войти в альянс международной стальной компании «Арселор», это предложение было поддержано политиками в России, несмотря на то, что эта сделка не состоялась, тем не менее, тенденция такая вроде бы намечается, недавно о возможном слиянии объявили компании «РусАл» и «СуАл» в алюминиевой отрасли. Тоже частные компании, там еще участвуют алюминиевые активы международного.

Е. ОСЕТИНСКАЯ: «Гленкора».

Е. АНАНЬКИНА: Да, «Гленкора». Тем не менее, важно, на самом деле, проследить, как эта форма экономической жизни будет развиваться, потому что такие гиганты создаются, прежде всего, в тех отраслях, где есть некая природная рента или где есть некие выгоды от крупного размера самой компании, от того, что эта компания близка к государству. Например, в алюминии крупная компания может снабжать потребителей по всему миру, обладает определенными возможностями по работе с такими клиентами, как автомобильные компании, который по всему миру работают, им нужен одинаковый металл и тому подобные вещи. За счет диверсификации производственных активов, за счет возможных производственных синергических эффектов здесь может быть определенный экономический смысл в таких слияниях, вслед за объявлением об этой сделке мы поставили кредитный рейтинг «СуАла» в список Credit Watch, т.е. на пересмотр с позитивным прогнозом.

О. БЫЧКОВА: Т.е. получается, что эти сделки, да, такие сделки века, они происходят не потому, что это диктует такая сугубо экономическая, финансовая, какая-то промышленная их политика, а потому, что это все, опять-таки, проблема 2008?

Е. АНАНЬКИНА: Я думаю, что здесь, конечно, не только проблема 2008, здесь есть определенные фундаментальные факторы, есть законы развития металлургической отрасли, например, консолидация происходит по всему миру. Но есть, может быть, здесь и какие-то, скажем, более краткосрочные мотивы, связанные с тем, как работает институциональная система в той или иной стране. Если институты работают очень четко и предсказуемо, неважно, кто там у руля, все равно все процедуры и все правила реализуются одинаковым образом, то, собственно, и незачем компаниям наращивать мускулы. А если это не совсем так, если действия государственных органов трудно предсказывать, если многое зависит от каких-то контактов с какими-то группами интересов или с какими-то персоналиями или если есть возможность получить какие-то дополнительные выгоды за счет того, что государство дает доступ к новым проектам амбициозным и т.д., то размывается эта граница между бизнесом и властью, прежде всего, в сфере принятия таких стратегических решений.

Е. ОСЕТИНСКАЯ: Олигархия в классическом виде, на самом деле, то, о чем вы говорите, да бог с ними. Все-таки вопрос у меня очень простой, компания большая, этот новый «РусАл», какие для нее риски-то, она же большая и международная.

О. БЫЧКОВА: И металлическая.

Е. ОСЕТИНСКАЯ: И алюминиевая, и ничего ей не страшно, всех она снабжает.

Е. АНАНЬКИНА: На самом деле, риски все равно есть, связанные с тем, что компания, большая часть активов этой компании все равно будет находиться в России. Соответственно, от того, как будет меняться законодательство России в плане налогов, экологии, каких-нибудь таможенных пошлин…

Е. ОСЕТИНСКАЯ: Росприродназдор.

Е. АНАНЬКИНА: Цен на электричество и т.д., это будет влиять, в том числе, на прибыльность этой компании.

Е. ОСЕТИНСКАЯ: Хорошо, смотрите, она большая, она обещала максимум в течение 3 лет сделать IPO, что с ней может произойти, она большая, будет публичная, есть страховка?

Е. АНАНЬКИНА: Скажем так, мы потому и поставили их на пересмотр с позитивным прогнозом, что мы считаем, что есть потенциал, скажем, укреплений у этой компании. В то же время если, например, сильно меняются цены на электричество в России, то преимущества по издержкам, которые у этой компании сейчас есть, прежде всего, из-за того, что там заводы близко к гидроэлектростанциям, где очень дешевое электричество, как это преимущество дальше будет развиваться…

Е. ОСЕТИНСКАЯ: Их меняют, даже я бы сказала, они не меняются, а их меняют, берут и меняют. А меняют их ведь чиновники.

О. БЫЧКОВА: И это политическое решение, конечно, надо подчеркнуть.

Е. ОСЕТИНСКАЯ: Абсолютно.

О. БЫЧКОВА: Да.

Е. АНАНЬКИНА: Да, т.е. есть определенная фундаментальная часть, природными факторами обусловленная, в том преимуществе по издержкам, которые есть у производителей алюминия в России, а есть часть, связанная просто с какими-то институциональными факторами. И эта часть может измениться.

Е. ОСЕТИНСКАЯ: Да, еще толлинг, налоговый режим, который, кстати, очень неплохо сейчас.

Е. АНАНЬКИНА: Даже если это не убьет никого в алюминиевой отрасли, на финансовые показатели компаний это может очень сильно повлиять.

Е. ОСЕТИНСКАЯ: Да, инвесторы, акции и все такое.

Е. АНАНЬКИНА: Да.

Е. ОСЕТИНСКАЯ: Стоимость.

Е. АНАНЬКИНА: А второй момент, в принципе, если стратегические решения, если так теоретически говорить, если стратегические решения принимаются под воздействием политических факторов, то вопрос, куда они могут компанию завести в долгосрочной перспективе, насколько оптимальными будут те покупки, которые компания будет делать. И здесь есть определенные ограничения, в которые компания может упереться, по издержкам, по уровню долга и т.д. Пока у всех этих компаний…

Е. ОСЕТИНСКАЯ: Все хорошо.

Е. АНАНЬКИНА: Есть запас, скажем, но как быстро они этот запас исчерпают, будет зависеть не только от того, как они себя будут вести, но и от внешних факторов, например, от того, как будут меняться цены на металлы, как будет меняться цена на нефть. А цены на нефть никто не может прогнозировать.

О. БЫЧКОВА: А можно перечислить хотя бы приблизительно эти политические решения, которые могут быть приняты, которые, действительно, имеют такое решающее влияние? Хорошо, цены на электричество, это понятно.

Е. ОСЕТИНСКАЯ: Толлинг, налоговый режим.

Е. АНАНЬКИНА: Налоговый режим. Если говорить о нефтяной, например, отрасли, то когда цена нефти больше 30 долларов за баррель, то большую часть этого превышения забирает себе государство в виде экспортных пошлин, в виде налога на добычу природных ресурсов и т.д. Что будет, если цена нефти падает ниже этого уровня, на самом деле, трудно предсказать, потому что у государства есть определенные социальные обязательства, финансируемые за счет бюджета, бюджет уже привык получать эти доходы.

О. БЫЧКОВА: Подсел.

Е. АНАНЬКИНА: И сокращать эти расходы будет довольно сложно в ситуации низких цен.

Е. ОСЕТИНСКАЯ: А представляете, приходит новый президент, а цены просели, и он, бедняга, оказывается в ситуации, когда ему нужно принимать решение либо в пользу компаний, либо в пользу населения, т.е. он может, собственно, против собственных интересов сыграть или тем образом, или тем образом, ему придется выбирать. И никто не знает, какими соображениями он будет руководствоваться. Вот ведь риск одной личности.

Е. АНАНЬКИНА: На самом деле, такой риск, безусловно, существует, он немножко компенсируется тем, что правительство накапливает стабфонд. И на какое-то время этого запаса должно хватить. Тем не менее, это, кстати, одна из причин, почему рейтинг суверенный находится на том высоком уровне, на котором он находится, тем не менее, что будет происходить с налоговой системой в нефтегазовой отрасли, учитывая сильную зависимость бюджета от налогов, поступающих от нефтяных компаний, от «Газпрома», хорошо это предсказать при низких ценах на нефть трудно.

О. БЫЧКОВА: Буквально последние секунды у нас остаются. Пишет слушатель, что может оказаться, что проблема 2008 будет такой же пустышкой, как проблема 2000. Всем кажется, что наступит конец света, а на самом деле все окажется гораздо проще.

Е. ОСЕТИНСКАЯ: Было бы здорово, если бы он оказался прав.

О. БЫЧКОВА: Ну что, вот все, на этом и закончили. Спасибо большое, это оптимистично, Елена Ананькина, аналитик рейтинговой компании «Standard&Poor’s», была в программе, которую мы вели вместе с Елизаветой Осетинской из газеты «Ведомости».



Загрузка комментариев...

Самое обсуждаемое

Популярное за неделю

Сегодня в эфире