'Вопросы к интервью
05 апреля 2019
Z Рикошет Все выпуски

«Взрывоопасные совпадения». Конфликт из-за границы с Чечнёй накалился ещё в одном кавказском регионе — Дагестане. Что происходит?


Время выхода в эфир: 05 апреля 2019, 18:35

М. Наки 18 часов 34 минуты в Москве. Добрый вечер! У микрофона – Майкл Наки. Программа «Рикошет». Сегодня вы услышите интервью со специальным корреспондентом «Новой газеты» Ириной Гордиенко по поводу ее публикации, которая называется ««Взрывоопасные совпадения». Конфликт из-за границы с Чечнёй накалился ещё в одном кавказском регионе — Дагестане. Что происходит?».

И перед тем, как вы услышите записанное мной с ней интервью, я бы хотел запустить голосование. Вопрос, который сегодня ставится для ваших голосов следующий: важны ли для вас границы вашего региона? Если да, важны, ваш телефон – 495 101 20 11. Если нет, не важны – 495 101 20 22.

Итак, интервью со специальным корреспондентом «Новой газеты» Ириной Гордиенко про «Конфликт из-за границы с Чечнёй накалился ещё в одном кавказском регионе — Дагестане. Что происходит?». Именно так называется ее публикация.

И. Гордиенко В Ингушетии, конечно, пошла ответная реакция на митинги, которые были в прошлом году, но никакой реакции на них власти не предпринимали, начались в этом году. Катализатор митингов – это определение административных границ с соседней республикой – Чеченской Республикой. В Ингушетии вопрос о границах, вопрос земли стоит не просто остро, а очень остро и болезненно. Поэтому такое. Конечно, там все возмутились очень сильно. Людей это не устроило, и они заявили митинг на 26 марта и категорично потребовали отставки Евкурова и Правительства.

Как говорят власти, этот митинг был согласован только на 26-е число. Однако, когда люди собрались там на этот митинг, стихийно перетек и 27-го числа продолжался (всю ночь). И 27-го, собственно говоря, как мы видели, он закончился потасовкой с Росгвардией. 28-го марта в Республику были стянуты уже серьезные подразделения Росгвардии не только из соседнего региона, но еще и из других регионов. Как мне рассказывали, там военные самолеты приземлялись в аэропорт, очень много военных самолетов. И в Ингушетии разбиты палатки военные. Все крупные населенные пункты сейчас патрулируются бойцами Росгвардии.

Также были введены еще дополнительные силы полиции (дпсников), то есть посты дополнительные установлены. И что самое главное – риторика Евкурова абсолютно изменилась. Из Ессентуков приехала команда следователей (из Кавказского федерального округа), и они завели уголовное дело по статье 318 «Насилие в отношении представителя власти». Так как во время потасовки с Росгвардией было очень много снято любительских видео, соответственно, там несложно установить, может быть, не всех, но часть людей, которые непосредственно участвовали в потасовке. Там их лица прекрасно видно. И следователи занялись изучением всего этого.

И если у Евкурова раньше была сугубо мирная риторика – он призывал людей старших не допустить нарушения закона, вести себя благоразумно, то после того, как приехали следователи и в Республику ввели дополнительные подразделения, глава Ингушетии уже открыто стал требовать возмездия, заявил, что все организаторы митинга должны быть привлечены к ответственности (и не к административной, к уголовной, вообще, в первую очередь), должны быть посажены в тюрьму. И пошли допросы, обыски, аресты. Несколько десятков человек задержано, пятерым из них, в том числе и лидерам…

М. Наки Это данные ваших источников оттуда, да?

И. Гордиенко Да. Но это уже публичные данные. Сейчас организаторов митинга увезли в соседнюю республику – в Кабардино-Балкарию, в ИВС Нальчика, потому что люди боятся, что будет потасовка, если эти люди будут сидеть в Ингушетии. Все-таки ехать в Нальчик сложнее. То есть, может, есть вариант, что соберется молодежь и потребует их отпустить. В связи с чем один из старейшин, который является одним из лидеров протеста, Ахмед Барахоев, он записал видео, в котором просил сохранять спокойствие и не предпринимать никаких действий, потому что 10 дней пройдет – мы вернемся, а Юнус-Бек Евкуров все равно уйдет в отставку, как он сказал.

То есть сейчас, соответственно, Республика полностью наводнена войсками Росгвардии и ДПС. Проходят обыски у активистов, у участников. Соответственно, разосланы уже ориентировки на тех, кто был запечатлен на этих видео в потасовках.

М. Наки Скажите, пожалуйста, а как-то пытались связываться с Росгвардией и запросить, сколько было людей дополнительно туда сейчас привезено для контроля за ситуацией?

И. Гордиенко Да, у меня есть свои источники в Росгвардии непосредственно. То есть неофициально, я сначала просто так позвонила. Но мне сказали: «Да, да, да. Мы посмотрим сейчас. И я перезвоню, сообщу, чего там как». Попутно я прозвонила в Северокавказский округ, в местную Росгвардию и уже официально запросила. Меня, собственно, интересовало несколько вопросов: какое количество подразделений было введено, с каким заданием, из каких регионов и как долго они там собираются оставаться?

Но официально мне так и не ответили. И трубки они больше не поднимали. А тот человек, с которым я общаюсь неформально, даже он позвонил и сказал: «Извините, но ничем не могу помочь. Этой информацией мы не делимся». Я не знаю, зачем такая секретность, но так.

М. Наки В своей публикации вы проводите параллели с Дагестаном. А что там сейчас происходит и почему вы называете, что там также накаляется ситуация по похожим причинам, то есть из-за границы с Чечней?

И. Гордиенко Ситуация, слава богу, пока там не накаляется. Но у меня такое впечатление как у стороннего наблюдателя, что власти, – я не знаю, сознательно или бессознательно, – делают все, чтобы там привело это к чему-то очень неприятному, похожему. Там похожая ситуация. Там, как, собственно говоря, и во всей России, сейчас определяется административная граница. И вот сейчас непосредственно вопрос идет по определению административной границы с Чеченской Республикой. По большому счету, вроде как кроме одного района, о котором пока сейчас не упоминают и пока не трогают, там вопросов не должно быть. Хотя граница небольшая (там 400 километров), но там есть некие спорные участки.

Но все что нужно, это организовать комиссию, чтобы туда вошли историки, и прозрачность процедуры. Все. Но ничего не происходит прозрачно. А главное, непонятно, вообще, что происходит, потому что в Дагестане официально сейчас существуют две комиссии – парламентская, глава которой Хизри Шихсаидов ездит в соседнюю Чеченскую Республику… И вот он ездил вроде как обсуждать границу с Чечней, спорные моменты.

И все социальные сети облетела фотография, как он нежно и тепло (не просто как официальные лица, а как близкие люди, чуть ли не друзья) обнимается с Рамзаном Кадыровым, что вызвало в Дагестане вопросы: человек поехал туда представлять интересы Дагестана или по личным делам? И вторая комиссия – это комиссия правительственная, которую возглавляет Екатерина Толстикова, вице-премьер. И она существует уже больше года, о чем никто не знал, и вообще непонятно, чем она занимается. Собственно говоря, непонятно чем и парламентская комиссия занимается. И официально власти никакие комментарии не дают.

То есть проходят встречи, проходят консультации, и об этом узнают все постфактум и то только потому, что какие-то люди мимо проходили и бац, – это же Кавказ, там ничего не скроешь, – и увидели там кортеж Магомеда Даудова, например, на площади в Махачкале. Или же увидели, как дагестанские чиновники пересекают границу с Чечней, и по своим каналам узнают, что да, они едут переговариваться о границе. Любое происшествие, которое непонятно как произошло, связанное с определением границы, они все называют недоразумением. Вот последнее «недоразумение» произошло, когда в районе Кизляра (это город на территории Дагестана) оказалось…

Опять же, никто об этом не знал, но совершенно случайно люди в публичной кадастровой карте обнаружили, что 18 гектаров в этом районе вдруг Чечня в одностороннем порядке включила в состав своей территории. И когда об этом вдруг стало известно в Дагестане, разумеется, возмутились все. И тут же премьер-министр и глава парламентской комиссии Хизри Исаевич Шихсаидов написали официальные письма полпреду Матовникову, главе Росреестра и, собственно говоря, Магомеду Даудову с просьбой разъяснить ситуацию.

И они возмущались, выражали свой протест: «Как же так?». Это все рождает кучу слухов. Земля на Кавказе… На самом деле, ничего не может быть важнее земли. Но дагестанские власти упорно не хотят ничего комментировать, кроме общих слов Васильева. И это все порождает очень нездоровую ситуацию.

М. Наки Я напомню, что это было интервью со специальным корреспондентом «Новой газеты» Ириной Гордиенко по поводу ее публикации ««Взрывоопасные совпадения». Конфликт из-за границы с Чечнёй накалился ещё в одном кавказском регионе — Дагестане. Что происходит?». Именно так она называется. Подвожу итоги голосования. 52% наших слушателей – для них важны границы их региона. Для остальных же, для 48%, не важны. Это была программа «Рикошет». Провел Майкл Наки. Всего доброго! До свидания!



Загрузка комментариев...

Самое обсуждаемое

Популярное за неделю

Сегодня в эфире