'Вопросы к интервью
03 декабря 2018
Z Рикошет Все выпуски

Домашнее насилие: власть готова сделать шаг назад?


Время выхода в эфир: 03 декабря 2018, 18:35

Т. Фельгенгауэр Здравствуйте! У микрофона – Татьяна Фельгенгауэр. И тему для сегодняшнего «Рикошета» подсказала Уполномоченная по правам человека в России Татьяна Москалькова. Дело в том, что она высказалась по теме, по которой уже высказывалась 2 года назад. Я просто напомню, что было в 2016-м году. Тогда Татьяна Москалькова говорила…это цитата, на «Медиазоне» вы можете ее найти. «Муж наносит жене удары, даже легкие. Его осуждают на 3 года лишения свободы. Она остается одна с двумя детьми. Переосмыслила свое поведение, что, в принципе, она его сама достала». Конец цитаты.

И вот новость сегодняшнего дня, которая, собственно, и является темой нашего сегодняшнего «Рикошета», тема: «Домашнее насилие: делает ли власть шаг назад?». Потому что уже сегодня Татьяна Москалькова говорит следующее (я тоже цитирую по «Медиазоне»): «Я считаю, что декриминализация – ошибка, что нужно принимать закон о противодействии насилию в семье. Нужно принимать закон о противодействии насилию. Я сторонник ратификации Стамбульской конвенции, которая оставила систему защиты членов семьи, потому что сегодня человек, который находится в семейном пространстве, он не защищен от доминирования члена семьи, который наносит ущерб, но не переходит грань преступления». Это тоже цитата уже сегодняшняя.

Я пригласила обсудить эту тему – острую, очень болезненную – Алену Попову, общественного деятеля, сооснователя движения «Стоп насилие». Алена, здравствуй!

А. Попова Да, добрый вечер!

Т. Фельгенгауэр Скажи, пожалуйста, что случилось за 2 года? Потому что та же самая Татьяна Москалькова говорила совершенно другие вещи, а сейчас она считает, что это все ошибка. Можем ли мы надеяться на то, что все-таки отыграют назад эту историю с декриминализацией?

А. Попова Так, во-первых, тебе спасибо, что ты выбрала такую тему для эфира, потому что она очень острая. За 2 года случился дикий рост ужасающих случаев, где жертвы не молчат. Этот дикий рост случился не в количестве дел, который стали возбуждаться в отношении насильников, а в том, что основная масса этих дел закончилась штрафами в 5 тысяч рублей.

Нам говорит Судебный департамент при Верховном суде – за 18-й год еще нет статистики – что за 17-й год после декриминализации было возбуждено примерно 52 тысячи дел (51 800 с копейками тысяч дел). Подавляющее большинство этих дел закончились штрафом, равным двум неправильным парковкам в городе-герое Москва.

А.Попова: За 2 года случился дикий рост ужасающих случаев, где жертвы не молчат

К чему приводят эти штрафы? Насильник платит 5 тысяч рубле из семейного бюджета. Например, в семье бюджет общий. Муж и жена (или молодой человек и девушка) кладут заработанные деньги в общую корзину. Он ее побил, вернулся домой, ее деньгами за нее же заплатил. Дальше он ей говорит: «Еще раз пойдешь – я тебя уничтожу, убью, изнасилую. Больше ты не встанешь». Это к чему приводит?

Это приводит к отрубленным рукам Маргариты Грачевой, которую муж – Дмитрий Грачев – вывез в лес, отрубил ей кисти обеих рук. К убитой Алене Вербе, у которой 57 ножевых ранений, которая погибла, потому что ее забил муж, прикрыл тряпочкой и ушел на работу, заперев с ней в одной квартире несовершеннолетнего сына Никиту.

Это приводит к тому, что огромное количество женщин-жертв просто забиваются в углу и боятся заявлять в полицию. А еще к тому, что если женщина заявила в полицию на вот это административное производство, требуется примерно месяц. В течение этого месяца насильник знает, что жертва на него заявила и при этом знает, что никаких охранных ордеров в России нет, ничего нет. И дальше начинаются угрозы, преследования, побои, но о которых она уже не идет заявлять.

Т. Фельгенгауэр Ален, погоди. Вот сейчас я не очень поняла. Ты начала с того, что женщины перестали молчать. И в то же время ты говоришь, что именно из-за того, что сейчас домашнее насилие в административном поле находится, то они как раз жертвы домашнего насилия не пойдут больше жаловаться в полицию.

А. Попова Второй раз, да. Я говорю о том, что женщины молчать в большинстве случаев ужасающих перестают. Например, Рита Грачева (с отрубленными руками) говорит: «Мне нужен закон отдельно о домашнем насилии. Декриминализация – зло». Мама Алена Вербы говорит об этом. Огромное количество жертв об этом говорят. Недавно модель Кира правильно очень написала громкий материал о том, что ее избивал ее молодой человек.

Но второй раз, если жертва понимает, что насильник...так, как было в случае Алены Вербы: она заявила в полицию, но она понимала, что он безнаказан. Закончил это тем, что он ее убил. Второй раз жертвы не идут заявлять именно потому, что они понимают, что сигнал государства звучит так: бейте – это можно и платите штраф.

Т. Фельгенгауэр Сейчас, после выступления Татьяны Москальковой, можно надеяться на то, что сигнал поменялся?

А. Попова Я думаю, что Татьяна Москалькова уже на протяжении полутора лет, кстати, говорит, что надо отдельный закон принять. Она, в принципе, сразу после декриминализации говорила, что отдельный закон нужен. Я думаю, что с количеством ужасающих случаев надеяться можно. Но это не по отношению к Татьяна Николаевне. Хорошо, что она так сказала уже сейчас, правда, поздно. За сам закон, например – за наш закон о профилактике семейно-бытового насилия – уже собрано почти 400 тысяч подписей. Жертвы уже выступают за этот закон. Мы бегаем за депутатами. Какие еще сигналы нужны, чтобы этот закон был вынесен хотя бы на профильные чтения в Комитет по делам женщин, семьи и детей, где председательствует Тамара Васильевна Плетнева.

А.Попова: Это приводит к тому, что огромное количество жертв просто забиваются в углу и боятся заявлять в полицию

Как ты помнишь…а даже если не помнишь, я напомню. Тамара Васильевна, когда было голосование за декриминализацию, на первом пленарном заседании, то есть в первом чтении, она говорила: «Да, да, декриминализация – это хорошо, потому что женщины будет больше заявлять». Потом она мимо нас несколько раз проходила, когда мы стояли с плакатами около Госдумы с разными надписями, цитатами о том, к чему приводят побои.

На втором и третьем чтении она сказала: «Я не уверена, что декриминализация – это хорошая идея, что надо декриминализировать домашнее насилие». Также напомню, что только три депутат от КПРФ проголосовали против декриминализации. Все трое – мужчины. Ни одной женщины ни в Государственной Думе, ни в Совете Федерации за декриминализацию не проголосовало.

Поэтому сейчас, я думаю, с учетом происходящего, прежде всего женщины-депутаты и женщины-сенаторы должны каким-то образом ситуацию повернуть в защиту жертв. Конечно, назад ничего не откатится. Не вернут обратно в Уголовный кодекс статью уголовную. Оставят, безусловно, 6.1.1. КоАП, который 116 УК РФ и звучит как побои.

А вот отдельный закон, я думаю, что вполне в состоянии уже начать обсуждать и в какое-то время принять. Вот это важно сейчас. И закон, в котором будут охранные ордера, защищающие жертву, очень важен.

Т. Фельгенгауэр Скажи, вот буквально неделю назад был день борьбы с насилием над женщинами. В одном из документов, опубликованном управлением ООН, которое как раз занимается этой проблемой, значится, что ежедневно во всем мире 137 женщин гибнут от рук своих близких и родственников. И надо сказать, что в других странах с этой проблемой и борются…и главное, то, о чем говорят, это, знаешь, такая общественная большая кампания, в которой участвуют и политики, и чиновники, и футболисты, какие-то мировые знаменитости. Какова вообще вероятность того, что в России эта тема тоже выйдет на вот такой уровень обсуждения? Потому что это ведь, видимо, первый шаг к тому, чтобы проблема решалась?

А. Попова Еще раз спасибо тебе за вопрос. То, что ты делаешь такой эфир, уже значит, что не только в общественном поле, но еще, видишь, и журналисты, СМИ чаще начинают об этом говорить. Я думаю, что вероятность не слишком высокая, что это вдруг резко изменится и звезды начнут говорить. Я тебе расскажу, что когда была декриминализация, я сама лично взяла, открыла базу наших звезд и отправляла письма разным людям: и мужчинам, и женщинам.

Но в основном, конечно, женщинам. И многим женщинам, которые ко мне обращались. А это очень известные женщины. Я их умоляла, просто слезно, пожалуйста, расскажите свою историю, не дайте пройти декриминализации. И большинство ответов, которые я получила, звучали так: «Алена, эта тема настолько негативная и непопулярная, что я не хочу, чтобы мое имя ассоциировалось с темой насилия». И в этом большая проблема.

А.Попова: Прежде всего женщины-депутаты и женщины-сенаторы должны ситуацию повернуть в защиту жертв

Когда мы выпустили футболки, в которых мы ходили в Государственной Думе, это не какие-то футболки коммерческой кампании, это футболки за закон. На них написано следующее: «Домашнее насилие – это преступление, а не традиция». Я сама за свои деньги напечатал эти футболки, возила их по всей Москве.

Веришь, нет – стояла у офисов разных женщин. Один раз у меня вообще истерика, потому что я гналась за женщиной серьезно и говорила в ее спину, что, пожалуйста, прошу вас, просто приложите эту футболку к себе, я вас просто сфотографирую – это будет такой аргумент для многих. И она повернулась, сказала: «Нет, приложи эту футболку сама к себе и сама себя сними». Я так и сделала.

Т. Фельгенгауэр Ален, но, может быть, действительно, если о своем опыте не каждый готов говорить, но тема ведь шире, чем то, через что прошла каждая конкретная женщина.

А. Попова Да. Я думаю, что…

Т. Фельгенгауэр Во всяком случае, если посмотреть на международные какие-то акции, в них часто и мужчины принимают участие.

А. Попова Очень хорошая история с тем, чтобы подключились спортсмены. Мы собираемся написать большое письмо в Российский футбольный союз, всяким разным футбольным командам. Поскольку я писала уже, что прекрасно совершенно европейские футболисты выходят на корты со специальными лентами против домашнего насилия. Это действительно работает на все фанатское сообщество. Это было бы здорово.

Я также на дне рождения «Эха» поймала Васю Обломова и уговаривала Васю написать какой-то трек, песню…ну, неважно, Вася это будет или не Вася, но классно, если рэперы начнут говорит своей аудитории вот про эту конкретную проблему в том числе. Мы, безусловно, отправляем кучи писем. И сейчас вот мы также делаем акцию – «Расскажу своему депутату о насилии». И иллюстраторки (спасибо им большое), девочки отрисовали замечательные открытки. Каждый свидетель, каждая свидетельница, каждая жертва и человек, переживший насилие, могут эту открытку заполнить и отправить депутату. У нас там вся инструкция есть.

Безусловно, мы хотим, чтобы эта кампания стала массовой. Видишь, и открытки рисуем, и журналы выпускаем, методички выпускаем, к звездам пристаем, к политикам – безусловно, открытые письма в газетах публикуем. То есть мы делаем максимум возможного. И если появятся какие-то креативные предложения от кого-то, кто услышит этот эфир или у кого-то, кто этот эфир не слышит, но кто вообще слушает «Эхо», мы будем очень рады, потому что мы стараемся пробовать все. Безусловно, нам бы хотелось, чтобы эта тема стала очень проговариваемой – чтобы все люди считали важным и нужным про это говорить открыто и публично. И чем больше масштаб звезды, тем круче, если звезда про это говорит.

Т. Фельгенгауэр Спасибо большое! Алена Попова, общественный деятель, сооснователь движения «Стоп насилие». Мы обсуждали с ней проблему домашнего насилия. Возможно ли здесь со стороны власти какие-то более человечные решения. Спасибо большое! Это была программа «Рикошет», которую вела Татьяна Фельгенгауэр.



Загрузка комментариев...

Самое обсуждаемое

Популярное за неделю

Сегодня в эфире