'Вопросы к интервью
А.НАРЫШКИН – 16 часов, 4 минуты в Москве. Продолжаем дневной «Разворот». Марина Максимова и Алексей Нарышкин. Всем добрый день! О чем мы с вами поговорим в этом часе. После половины у нас будет, как всегда рубрика «Московская полиция рекомендует», мы поговорим о борьбе, о способах выявлениянелегальных мигрантов. Ну, а через несколько минут поговорим о конфликте вокруг театра имени Гоголя. Сегодня артисты этого театра устраивают митинг, протестуют против планов, — как они говорят – их уволить и против реорганизации театра. Это все связано с тем, что…

И.МАСИМОВА – Пришел новый режиссер и новый директор.

А.НАРЫШКИН – Новый руководитель Кирилл Серебрянников. И директор. И, как раз после рекламы и погоды мы будем разбираться в этом конфликте подробно.

МЕТЕОСКОП.

И.МАСИМОВА – 16-05 уже в Москве, принесли мне только что, свежую погоду из Гидрометцентра. Небольшие магнитные возмущения в течение дня – напоминаем. Температура практически не изменилась – +14 сейчас в столице. Давление 741 мм ртутного столба, относительная влажность – вот, она, кстати, этот показатель уменьшился – 67%, дует слабый западный ветер. Облачно и без осадков. Сейчас, по крайней мере, в центре города. Что же касается прогноза на день, то местами дождь все же возможен. Температура 14-16 в городе, но, что-то, мне кажется, что не будет уже 16. По области максимальная температура +18 – кому-то повезло сегодня. Ветер западный, северо-западный со скоростью от 5 до 10 метров в секунду будет дуть сегодня днем.

А.НАРЫШКИН – Ну, по многолетним наблюдениям метеообсерватории им. Михельсона, самый холодный день был в 1900 году. Было -1, вообще. Самый жаркий был в 38 году – было +31,5.

И.МАСИМОВА – Здорово, как!

А.НАРЫШКИН – В ближайшие дни, в субботу, завтра облачно с прояснениями, местами небольшой дождь. Максимальная температура 15 градусов. В Воскресенье погода похуже, но чуть похолоднее – 13 градусов. И, в понедельник вроде как будет становиться теплее. Но, и небольшой дождь тоже обещают.

И.МАСИМОВА – 16 часов и 8 минут в Москве. Вот, что мы будем обсуждать в течение этой получасовки. Конфликт, который произошел в театре имени Гоголя. Актерам этого театра предлагают уволиться по собственному желанию. Некоторым предложили уйти на пенсию. Вот, такие новости появляются последние дни. И, сегодня, и даже не сегодня, а в эти самые минуты рядом с театром имени Гоголя должна начаться акция протеста, на которую вышли актеры. Кстати, акция не согласована. Посмотрим, как она будет происходить. У нас там, кстати, корреспондент и чуть позже мы с ним свяжемся. Узнаем, началась она – не началась. Как ведут себя сотрудники полиции, и к каким решениям пришли актеры, которые принимают участие в этом мероприятии. Коротко о сути дела: актеры пока еще в суд не подавали, но они уже написали письма в адрес первых лиц государства. Они обвиняют нового художественного руководителя театра Кирилла Серебрянникова и нового директора театра Алексея Малобродского в том, что их фактически заставляют уволиться, но при этом они, соответственно, делать этого не хотят. Нашему корреспонденту Наталии Селивановой удалось связаться с самим Кириллом Серебрянниковым, который сейчас находится в Германии и задать ему несколько вопросов, попросить его прокомментировать эту сложившуюся сейчас в театре ситуацию.

К.СЕРЕБРЯННИКОВ — Вы знаете, какая штука. Комбинация очень простая: мы все сотрудники – теперь вот, я первый раз, может быть за длинный период сотрудник государственного учреждения культуры. Это не частная вотчина каких-то людей. Это государственный театр.Меня туда назначили. Я понимаю психологически этих людей, которые кто-то 25, кто-то меньше, кто-то очень долго работал с предыдущим худруком и по человечески я даже считаю, что они ведут себя порядочно. Потому что ну, как бы, переметнуться от одного худрука к другому и тут же поклясться в верности вновь пришедшему человеку, творчество которого им неизвестно и даже чуждо – было бы непорядочно. Поэтому я считаю, что многие не просто вполне адекватны сложившейся ситуации, но в этой ситуации сложившейся, тогда возникает следующий честный поворот: если тебе не нравится другое руководство, худрук и прочее,— обычно люди берут и уходят.

Никаких принудительных увольнений нет, идут консультации с каждым человекоми людям, которые, как-то особенно рьяно выступили и написали письма, со сцены выступают к зрителям, выходят на митинги – им предлагается: «Ну, господа, если вам не нравится, – а, там еще в социальных сетях они пишут, — если вам не нравится, возьмите и увольтесь и, как-то совершите логично следующий проступок». , — если вам не нравится, возьмите и увольтесь и, как-то совершите логично следующий проступок». Но, никто прока не увольняется, к сожалению. Что делать в этой ситуации, непонятно. Понятно, что театр можно делать только на любви, и понятно, что я не буду заниматься митингами и демонстрациями – этой всей социальной активностью членов труппы. Я пришел совершенно по другому поводу, и буду делать спектакли, буду стараться сделать это место интересным. В нашей стране есть некие социальные гарантии тем людям, которые не хотят, не могут уволиться.

Во всяком случае, будем поступать абсолютно по закону и стараться сделать так, чтобы никаких неприятностей, в каком-то смысле слова не было. Особенно я говорю о зрителя, которые, совершенно, не заслуживают того, чтобы к ним обращались со сцены, прерывали спектакли или дополняли спектакли минутами молчания. И, в общем, вовлекали в этот процесс. Они просто пришли посмотреть спектакль и, совершенно, не должны это знать. Мне кажется, это закулисье выносить наружу – невозможно. Яничего комментирую, я никаким образом не стараюсь оценивать людей, которые против меня что-то пишут, возмущаются, пишут письма в правительство. Говорят все эти слова в социальных сетях и теперь выходят на митинг. Я их понимаю, я сожалею. Мне их, как бы жалко… Скорее всего, мне их просто жалко. Но, я буду делать то, что считаю нужным, буду выполнять ту программу, о которой мы договорились в департаменте культуры.

Н.СЕЛИВАНОВА – Кирилл, ну, вы сами говорите, что, в принципе, невозможно по нашим законам уволить никого. Они у вас, что? Будут балластом?

К.СЕРЕБРЯННИКОВ – Ну, видимо да. Если у людей есть человеческая и профессиональная совесть, получать зарплату, ничего не делая –ну, значит… Ну, как – бюджет… это будут бюджетные деньги, которые мы, к сожалению, будем тратить не на людей, которые могут активно работать и делать какие-то творческие интересные вещи, а на людей, которые хотят изо всех сил, ничего не делая , получать зарплату. Но, к сожалению, это будет так. У всех же разные виды контрактов. У кого-то срочный, у кого-то бессрочный. Там очень запущенное хозяйство, к сожалению.

Н.СЕЛИВАНОВА – А, вы можете примерно сказать – я понимаю, что три дня ведутся только переговоры – примерно, какую часть труппы вы планируете оставить. В процентном отношении?

К.СЕРЕБРЯННИКОВ – Я вас скажу: там есть порядка десяти, ну пятнадцати человек, с которыми теоретически в каком-то приближении можно работать. В первую очередь, это касается стариков. Я хочу еще раз хочу сказать, что все «старики» будут абсолютно неприкосновенны, потому что люди, которые отдали – есть люди, которые с 61 года в театре, которые больше пятидесяти лет там работают – это абсолютно НЕРАЗБ. люди. Никакие репрессии к ним применяться не будут. Были переговоры с директором. Он сказал: «Хотите вы уйти на пенсию?», — был задан вопрос. Они сказали: «Нет, мы не уйдем». Хорошо, они не уйдут. Мы им найдем работу. И я даже подумываю о нескольких названиях, в которых они могут принимать участие, интересных достаточно. Несколько молодых артистов сразу сказали, что им интересно работать. Ну, остальные, как бы, знаете, подписывают письма, выходят на митинги.

Н.СЕЛИВАНОВА – Кирилл, я правильно понимаю, что там даже не столько профессиональные качества актеров, сколько их гражданская позиция в отношении вашего назначения будет играть роль в дальнейшем вашем сотрудничестве.

К.СЕРЕБРЯННИКОВ – Вы знаете, в искусстве, конечно, есть гражданская позиция, но я думаю, что это не тот случай. Поэтому, я не понимаю, как работать с людьми, которые НЕРАЗБ. Я еще не сделал ничего, ничего не объявил, ничего не сказал – они написали чудовищное письмо, саморазоблачительное, в каком-то смысле. И, как мне с ними работать? Сказать: «Друзья, я сейчас с вами буду спектакли делать?» — это невозможно. Я буду работать только с теми, с кем считаю нужным, приятным, с кем я могу что-то сделать. А, программа намечена большая и серьезная.

И.МАСИМОВА – Ну, что ж. Сейчас мы послушали позицию нового худрука театра имени Гоголя. Это был Кирилл Серебрянников. С ним беседовала наш корреспондент Наталья Селиванова. Несколько моментов, которые я бы хотела отметить из этого интервью. Дело в том, что пока, до сих пор было понятно, что…. Какие были сообщения: актеры жалуются, что руководство заставляет их увольняться по собственному желанию. Здесь, вот, сейчас намКирилл Серебрянников сказал, что он, фактически,… ну, ему неудобно работать с людьми, которые были крайне недовольны и выражали это свое крайнее недовольство тем, что в театре будет меняться руководство и тем, что театр будет реформироваться. То есть, здесь получается, ответная даже реакция со стороны Серебрянникова.

А.НАРЫШКИН – Не такой уж Серебрянников сам по себе плохой. Люди его не принимают…

И.МАСИМОВА – Ну, этого мы не знаем. Мы попытаемся выяснить более четко позицию актеров театра имени Гоголя, потому что сейчас в эти минуты у них проходит брифинг или собрание или акция – не очень понятно, в каком формате… В любом случае они сейчас собрались и там на этом собрании присутствует наш корреспондент Тихон Дзядко. Буквально через несколько минут мы с ним свяжемся, узнаем все подробности. Также мы стараемся связаться с новым директором театра Алексеем Малобродским. Договорились мы с ним, что поговорим с ним.

А.НАРЫШКИН – Как раз, Алексей Малолобродский, как раз, пишут «Известия», что он такой именно, предвестник репрессий. Он вызывает, якобы, к себе в кабинет и говорит, что из департамента его подгоняют – департамента культуры столицы. Но, в общем все актерам эта история неприятна. Тем более, что Малобродский – человек новый.

И.МАСИМОВА – Если ли честно, тут еще не очень понятна история с департаментом культуры Москвы, который возглавляет Сергей Капков. Потому что он ранее говорил, что актером и труппе увольнение не грозит. Сейчас у нас на прямой телефонной связи наш корреспондент Тихон Дзядко, который сейчас находится в театре имени Гоголя. Добрый день!

Т.ДЗЯДКО – Добрый день! Приветствую, коллеги.

А.НАРЫШКИН – Насколько я понимаю, никакого пикета, заявленного несанкционированного не состоялось?

И.МАСИМОВА – Митинга…

А.НАРЫШКИН – Как сейчас выглядит эта встреча актеров?

Т.ДЗЯДКО – Никакого пикета, действительно не стояло. Сейчас это выглядит, как общее собрание актеров. Все происходит в фойе театра имени Гоголя. Здесь собралась труппа актеров театра имени Гоголя, и они сейчас общаются с журналистами.Здесь много представителей СМИ, камер много, много радиостанций и пишущих СМИ. Вот, о чем говорят люди, которые здесь выступают. Они, все, что здесь происходит –называют рейдерским захватом. Говорят, что они протестуют против происходящего, против того, что от актеров требуют того, чтобы они увольнялись. Как рассказывают здесь выступающие, их вызывает руководство к директору театра по нескольку человек и предлагают уйти, мотивируя тем, что, дескать, их здесь видеть не хотят.

Звучит критика в адрес Кирилла Серебрянникова. Как подчеркивают выступающие, не в качестве режиссера, а в качестве управленца, в качестве того, что он делает. Потому, что, как выступающие говорят, можно по-разному относится к его постановкам. Они могут нравиться, могут не нравиться, но, чтооднозначно не нравится актерам, которые сейчас принимают участие в общем собрании – не нравиться, что он не стал встречаться с труппой театра, как они утверждают. Что для них означает одно: «Ему нужна, – это я уже цитирую, — площадка театра имени Гоголя, на которой он будет строить что-то новое, без участия актеров, которые здесь многие годы работали. Соответственно требование этого общего собрания, которое первоначально предполагалось проводитьв видето ли пикета, то ли митинга – но, сейчас проводится виде общего собрания в фойе зала театра имени Гоголя. Требования это: отмена приказа департамента культуры, с которого собственно все и началось и, соответственно обсуждение будущего театра с представителями труппы.

И.МАСИМОВА – Тиша, я правильно понимаю, что они требуют – я имею в виду, участники сегодняшнего собрания— кстати, там все актеры или только часть труппы?

Т.ДЗЯДКО – Вы знаете, мне сложно, если честно, однозначно ответить на этот вопрос.

И.МАСИМОВА – Сколько там примерно человек?

Т.ДЗЯДКО – Здесь в фойе находится много людей. Пожалуй, сложно отделить, кто журналист, а кто участник труппы, поскольку не все журналисты со штативами и камерами. И, некоторые просто стоят и слушают. Но, суть в том, что выступающие заявляют, что под этими требованиями подписываются все участники труппы. Иначе говоря, в не зависимости от того все участники труппы здесь находятся или нет – все они, как заявляется, поддерживают эту позицию.

И.МАСИМОВА – Тиш, уточни еще раз. Правильно ли я понимаю, что они требуют, чтобы этих назначенных людей – то есть, Кирилла Серебрянникова и Алексея Малобродского сняли? Они этого хотят.

Т.ДЗЯДКО – Они хотят, во-первых, чтобы не было, не осуществлялся, как они говорят рейдерский захват театра. И не уничтожался репертуарный театр. Они хотят, чтобы был отменен приказ и, чтобы дальше обсуждение будущего было вместе с участием самих актеров. Соответственно, насколько это возможно, в случае увольнения – не увольнения Серебрянникова или вопрос будет, как-то иначе. Я думаю, что станет ясно позднее, поскольку собрание только началось и сейчас очень эмоциональные выступления и, я думаю, что в дальнейших выпусках новостей мы ситуацию пояснить, поскольку собрание началось буквально несколько минут назад. Но, основное требование звучит довольно пафосно, но, между тем, оно довольно конкретно:«Не уничтожайте театр, не мешайте нам работать. Если вы хотите что-то с нами делать, то хотя бы с труппой встретьтесь» — это уже обращено к Кириллу Серебрянникову.

И.МАСИМОВА – Правильно ли я понимаю, что эти требования они оформили в виде некого письма, петиции и оно будет направлено куда?

Т.ДЗЯДКО – Эти требования были сейчас озвучены. Мне сложно, опять же сказать, куда это будет направлено, потому что это только что прозвучало и пока в основном звучали эмоции. Что же касается конкретики и технической стороны вопроса. Будет ли направлено в департамент культуры города Москвы господину Капкову или будет направлено кому-либо еще – в самое ближайшее время станет понятно, но исходя элементарно из логики происходящего, я думаю, что непосредственно Сергею Александровичу Капкову будет направлено это требование, поскольку его департамент отвечает за принятие подобных решений. И, собственно, его департамент принимал решение об этих перестановках в театре, которые стали причиной всего того, что сейчас мы с моими коллегами журналистами наблюдаем.

И.МАСИМОВА – Спасибо, Тиша, мы с тобой –не мы, а наши коллеги из службы информации с тобой свяжутся, потому что, разумеется, мы хотим узнать, чем закончиться это собрание. Вопросов, на самом деле, к сотрудника театра, к труппе – очень много, потому что хотелось бы все-таки знать позицию двух сторон, как это все проходит, как проходят эти так называемые консультации или собеседования, как их называют в прессе. Соответственно, кого просят уволиться мы сейчас, кстати, попробуем связаться с директором театра имени Гоголя Алексеем Малобродским. По крайней мере, мы с ним договаривались. И, мы сможем узнать подробности, как раз вот, этих консультаций. Пока есть информация, что на эти консультации вызывали не всех участников труппы. То есть, беседа проводилась пока не со всеми. Это пока непонятно, с новыми участниками труппы или с теми людьми, которые уже долгие годы работают в этом театре. Как вы слышали Кирилла Серебрянникова, который сказал, что старики останутся, что их не собираются никого увольнять. Просто предложили уйти на пенсию, но, если они не согласились, то ничего страшного. Сейчас у нас на прямой связи директор театра Алексей Малобродский. Алексей, добрый день!

А.МАЛОБРОДСКИЙ – Здравствуйте!

И.МАСИМОВА – Вот, у нас, как раз, вопросы к вам. В эти минуты, как сообщил корреспондент наш, в театре имени Гоголя проходит собрание труппы, и они уже выдвигают некие требования к департаменту культуры Москвы, который возглавляет Сергей Капков. Недовольны они этой ситуацией. Мы хотели узнать у вас некоторые подробности. Пока сообщалось, что с некоторыми артистами проводятся некие консультации, предлагают им – в частности, сообщается, что вы предлагаете им – написать заявление по собственному желанию. Есть ли какие-то причины, почему вы делаете такое предложение?

А.МАЛОБРОДСКИЙ – Ну, разумеется, причины есть. Причина кроется в том, что художественное руководство театра и я, как административный руководитель, стоим перед очевидно необходимостью переформатировать работу театра, создать на месте театра Гоголя какое-то живое активное творчески место. В понимании художественного руководителя и не только его, а большей части общественности Москвы, эти планы могут быть реализованы при выполнении некоторых очевидных условий. В частности: серьезной ротации репертуара и серьезной ротации труппы. Те встречи, которые я провожу, их нельзя свести только к предложениям людям об увольнении, а это, именно консультации с целью выяснить какие-то намерения, кому-то мы готовы сделать предложения работать, кому-то мы таких предложений делать — не намерены. И в той части, в которой я уполномочен, я хочу донести до людей эту информацию о том, что им стоит подумать либо об устройстве своей дальнейшей творческой жизни в каких-то иных театрах. Или быть готовым к тому, что на протяжении какого-то достаточно длительного времени, у них может не быть творческой занятости, творческой работы.

А.НАРЫШКИН – То есть – я правильно вас понял – вы готовы сейчас всем этим артистам, которые, якобы под угрозой увольнения, предоставить такой переходный период, пока их не возьмут в другие театры или как-то не решат…

А.МАЛОБРОДСКИЙ – Именно это и было целью моих встреч, которые я буду продолжать, потому что намечаются с каждым артистом. Именно это и было целью, понять, готовы ли люди обсуждать какие-либо условия расставания. Кто-то готов.Большинство подавляющее отказывается принимать подобную постановку вопроса.

А.НАРЫШКИН – Алексей, такой еще вопрос. Вы сказали, что на месте театра имени Гоголя появится такой живой проект. А, неужели сейчас коллектив театра такой, я бы сказал, косный, что онне может участвовать в проекте, который готовит Серебрянников?

А.МАЛОБРОДСКИЙ – Вы знаете, вот, я сейчас, чтобы ответить на ваш звонок, вышел на улицу перед театром из зрительского фойе. Что происходит в зрительском фойе? То событие, которое планировалось, как митинг и известие о которомбыло широко растиражировано в средствах массовой информации – я, по моей инициативе ввел в театр. Хотя бы из тех соображений, что намерения очевидно противоречат закону о митингах. Я дал распоряжение, собрал администрацию театра и распорядился о том, чтобы всех пригласить в здание театра, в фойе театра: и участников этого митинга и прессу. Несколько актеров и примерно равное количество СМИ стоят друг напротив друга, и актеры выдвигают некие требования. При этом у меня возникает вопрос, который я намерен озвучить для ваших коллег, которые находятсяв театре. Почему в момент, когда происходят события, с оттенком скандала, почему вдруг возникло пристальное и массовое внимание прессы к театру?

И.МАСИМОВА – Алексей, правильно ли я понимаю, что это не вопрос таланта?

А.МАЛОБРОДСКИЙ – Извините, пожалуйста, я хотел бы закончить свое соображение. Почему предыдущее время, когда театра работал, как предполагается вполне себе творчески активно и интересно, почему в предыдущее время никого из журналистов никого невозможно было заманить в этот театр. А, особенно на встрече руководства департамента культуры жаловались на это обстоятельство. И департамент культуры, насколько мне известно, из публичных заявления, принимая решение о необходимости перемен втеатре имени Гоголя одним из критериев было тотальное невнимание СМИ.

И.МАСИМОВА – Вот, видите, вы этого добились. Спасибо больше. Это был Алексей Малобродский – новый директор театра имени Гоголя. На этом мы пока заканчиваем обсуждение этой темы. В новостях мы еще к этому вернемся, сейчас новости.







Загрузка комментариев...

Самое обсуждаемое

Популярное за неделю

Сегодня в эфире