'Вопросы к интервью
20 апреля 2012
Z Разворот Все выпуски

Скандал вокруг института «Микрохирургии глаза»


Время выхода в эфир: 20 апреля 2012, 15:08

А. ДУРНОВО: 15 часов и 09 минут в Москве, «Дневной разворот» на «Эхо Москвы», Христо Тахчиди, уволенный генеральный директор института «Микрохирургии глаза» у нас в гостях. Христо Периклович, добрый день.

Х. ТАХЧИДИ: Добрый день.

А. ДУРНОВО: Напомню, если есть вопросы, присылайте их на номер: +7-985-970-45-45. И так же, через твиттер, аккаунд @vyzvon. Говорить мы сегодня будем о скандале вокруг института «Микрохирургии глаза».

А. ГРЕБНЕВА: О нем мы говорим, уже начиная с осени прошлого года, когда собственно и появилась первая информация о том, что решением Минздрава вы уволены. И о нем же мы говорим бурно всю последнюю неделю. Когда в начале недели Мосгорсуд восстановил вас в вашей должности, но когда вчера вы пришли на законное рабочее место, выяснилось, что все-таки вы по-прежнему там считаетесь уволенным. Что-то изменилось за последние сутки? Потому, что такие виражи происходят, что тут уже мне кажется, каждые полчаса может что-то произойти такое в вашей судьбе.

Х. ТАХЧИДИ: Ну, прежде всего маленькое уточнение, дважды уволенный, да? Дело в том, что существуют такие награды, вы знаете, которые там дважды, трижды, четырежды, да? Предоставляются «Георгиевские кресты», «Герой Советского Союза», или там России, и так далее. Видимо, мы идем по этой линии, только в негативной части. И я думаю, что это не последнее увольнение, судя по той реакции, которая выдает наше министерство Здравоохранения. На самом деле ничего существенного за этот период не произошло, кроме общения с вашим братом-журналистом. Это происходит регулярно каждый день. А все остальное, как бы в таком спокойном, совершенно жизненном ритме.

А. ГРЕБНЕВА: Тогда давайте, чтобы наши слушатели поняли, как… Вот посмотрите, вы пришли вчера, да? Вот с решением суда на руках. И что вам там сказали? Что вам ответили?

Х. ТАХЧИДИ: Ну, на самом деле я вчера приехал ровно в 8.30, как положено. Потому, что начинался мой рабочий день, ибо накануне было решение суда, вступившее в законную силу, по которому я восстанавливался на работе. Соответственно, я обязан был быть на работе. Меня встретили мои коллеги, это была такая радостная, теплая, сердечная встреча. Потому что все были рабы, все были возбуждены тем, что наконец справедливость восторжествовала. Наконец появилось светлое пятно, наконец, закончились все эти мраки, связанные с нашей организации, которую мы строили 25 лет вот огромным коллективом, в 10 тысяч человек. И, в сущности, была очень такая дружеская атмосфера, и хорошая беседа потому, что мы 5 месяцев не виделись. Где-то вот вреди этой беседы, появились три представителя Минздравсоцразвития, подошли — представились, попросили отойти в сторону, мы отошли. Мне достали приказ о том, что я восстановлен на работе с соответствующей компенсацией, которую присудил суд. И пока я изучал этот документ, достали второй документ, по которому я на следующий день, то есть с сегодняшнего дня уволен по 278-й статье трудового кодекса.

А. ДУРНОВО: Но вчера-то вы работали? Вот вчерашний день?

Х. ТАХЧИДИ: Значит, вчера я попытался… То есть, я был как бы, легитимным генеральным директором… Исполняющим обязанности генерального директора. Я попытался пройти в свой кабинет, но, к сожалению, все было закрыто. Закрыты были двери на лестничной клетке. Мы находились на первом этаже, мой кабинет рабочий на 2-м этаже. То есть, попасть туда я не мог. То есть бывший директор, который в это время не был уволен. Судя по тому, что я не видел документа, а должен был быть уволен. На самом деле, вчера была такая казуистическая ситуация, когда два легитимных директора были на месте. Один так сказать, назначенный 22 ноября, а другой назначенный вчерашним приказом министра. Так нынешний директор закрылся в своем кабинете, забаррикадировался, видимо испугался чего-то, видимо есть чего бояться. И всячески противодействовал тому, чтобы я попал на рабочее место. Кабинета мне никакого никто не предлагал. Поэтому, я с группой журналистов, которые в это время были там, стал двигаться по территории, корпусам МНТК «Микрохирургии глаза». Мы пообщались с сотрудниками, были в главном корпусе, были в приемном отделении, были в поликлинике. И двигались дальше по всем инстанциям, побывали в детском центре. Мне очень приятно было встретить моих коллег. И посмотреть, как они живут, в каком состоянии их настроение. Должен сказать о том, что настроение было такое оптимистичное, очень радостное. Ну, и конечно когда получили второй приказ, очень сильно огорчило это коллектив. И я хочу сказать о том, что для коллектива это конечно такой колоссальный новый удар. Потому что безверие, которое у нас сидит в глазах и в костном мозге, которое я выветривал из этого коллектива в течении 11-ти лет… Потому, что 11 лет назад, когда я пришел в «Микрохирургию глаза», первое, с чем я столкнулся, это с безверием. Дело в том, что головная организация в это время находилась в банкротном состоянии, абсолютно по всем параметрам. Было растащено очень громадное количество имущества. Мне пришлось очень долго судиться. То есть, мы прошли 20-ть арбитражных дел, и около 5-ти уголовных дел для того, чтобы вернуть государственную собственность. Мы её вернули, мы собрали всё это дело. И, в сущности, были долги колоссальные, были иски на 23 миллиона долларов, и с пени это до 50-ти.

А. ГРЕБНЕВА: Я напомню наши слушателям, что собственно вот в это запустение, Центр пришел после гибели Святослава Федорова, было такое безвременье.

А. ГРЕБНЕВА: Да. Это было 705 месяцев…

А. ДУРНОВО: Я напомню нашим слушателям… Простите, что сейчас самое время послушать рекламу, ну никуда не уходите, Христо Тахчиди у нас в гостях, вернемся буквально через несколько минут.

15 часов 18 минут, мы продолжаем разговор с Христо Тахчиди, уволенным генеральным директором института «Микрохирургии глаза».

А. ГРЕБНЕВА: Как мы выяснили, уже дважды уволенным. Вот тут спрашивают: «А что это за 278-я статья, на которую ссылаются в новом приказе Минздрава»?

Х. ТАХЧИДИ: Ну, если позволите, немного завершу вот предыдущую мысль. Дело в том, что вы абсолютно правы. То есть, меня назначили через 7,5 месяцев после гибели Святослава Николаевича, когда по существу все было в руинах. И вот первое, с чем я столкнулся, это безверие. Собственно, приехал какой-то человек с Урала, и вот он сейчас там что-то будет делать. И неужели он сумеет что-то сделать? Вот на то, чтобы растопить это безверие, ушло лет 7. И вот последние годы мы уже работали с теплым огоньком в глазах людей, когда люди знали что да, завтра надежно. Что завтра мы что-то сумеем сделать, добавить в своей жизни, в своей профессии, и так далее. Это было связано с нашей системой. Вот вчера я увидел в глазах людей снова вот тот холодный огонек безверия, о котором мы говорим.

А. ДУРНОВО: Скажите, пожалуйста, вот…

Х. ТАХЧИДИ: Итак, 278-я статья. Вопрос, который сейчас прозвучал, она касается исключительно руководителей. И она гласит о том, что руководителя собственник имущества может беспричинно уволить. Значит, в нашей коллизии, приказ на мое восстановление звучит так: «Восстановить в должности исполняющего обязанности руководителя». То есть, вы понимаете, что исполняющий обязанности руководитель не есть руководитель, да? То есть, уволить исполняющего обязанности руководителя, по статье, которая относится к руководителям учреждений, не возможно. Это глупость юридическая. То есть, исполняющие обязанность не является руководителем, и не может быть к нему применена вот эта самая статья. То есть, это абсолютно точно произвол, который был допущен в первой части в суде, связанной с контрактом. Когда в срочном договоре была дата назначения, и не было даты завершения контракта.

А. ДУРНОВО: Скажите, пожалуйста, вот когда происходят такие истории с громким, и не совсем понятным логически увольнением руководителя, вот как это было осенью. И как это сейчас повторилось, вчера и сегодня. Многие члены команды уходят вместе с ним, в знак протеста против такого рода действий. Как ваша команда себя повела?

А. ГРЕБНЕВА: Почему нет массовых забастовок? Вот напрямую спрашивают у нас на СМС, и по интернету. Почему вот и в Москве, и филиалы не бастуют, поддерживая вас?

Х. ТАХЧИДИ: Когда это произошло, вы помните, бастовали практически все филиалы, были везде демонстрации, были везде так сказать, акты протеста. В том числе и головная организация принимала в этом участие. И это было правильно. Отвечаю на ваш вопрос о том, почему со мной не ушли люди, да? Дело в том, что я никогда в жизни не строил под себя команду, под личность. И никогда не путал две вещи: дело и личность. Дело в том, что вот атмосфера в нашей системе, она одна. Главенство это нашего дела, а именно МНТК «Микрохирургии глаза». Мы все служим именно этой организации. Поэтому, бросать наше детище, никто не имеет никакого права. Они в тот же день, так сказать, будут соответственно оценены всеми остальными. Значит, пока идет борьба, она идет. И пока так сказать есть шансы на то, чтобы отстоять наше детище, и то, чему мы посвятили всю свою трудовую жизнь, люди будут бороться.

А. ГРЕБНЕВА: Но вот это на самом деле мне горько слышать. Горько в том смысле, что вы довыстроили настолько вот эту систему, которая как вы говорите, не важно, кто во главе стоит, она будет сама функционировать. И, слава Богу, операции продолжаются, жизни людей спасаются. И не важно, кто во главе. А тут получается, вы все это выстраивали, потом вдруг приходит какой-то дядя со стороны, и говорит: «Вот извините, подвиньтесь, я теперь хочу возглавлять весь этот прекрасный, высокотехнологичный центр».

Х. ТАХЧИДИ: Да дело даже не возглавлять, а попользоваться тем, что вы создали за 25 лет. Причем человек, который приходит со стороны, не имеет никакого отношения ни к этому делу не к этой профессии, не к этой специализации. Просто совершенно левый человек.

А. ГРЕБНЕВА: А почему вообще это все так произошло? Вот я не знаю, в чем истинный конфликт ваш с Минздравом? Может быть, чего-то мы не знаем?

А. ДУРНОВО: Откуда растут ноги, как говорится, этого конфликта?

Х. ТАХЧИДИ: Да. То есть, если говорить по существу вещей, то у нас никогда никаких не конфликтов, не так сказать проблем…Вообще, так сказать стычек с Минздравом не было. И вообще, мой принцип работы, я никогда не хожу к начальству, и никогда ничего не прошу. Я всегда вкалываю и считаю, что если я вкалываю нормально, это должно быть оценено. Собственно, это мой принцип жизненный, я всю жизнь, так сказать, так работал и так учил свой коллектив, и своих ребят: «Ребята, если вы достойны, делаете дело, в общем-то, намного лучше остальных, это и есть ваша гарантия, защита, это и есть ваш козырь так сказать в общении…».

А. ДУРНОВО: С вами получилось по-другому.

Х. ТАХЧИДИ: Да. И в сущности, конфликтов у нас никогда никаких не было, нигде наши пути не сходились, никаких дел совместных у нас не было, бизнесом я никогда в жизни не занимался, чтобы там где-то с кем-то там чего-то и так далее. Более того я скажу, что я ни разу не общался с министром вот так, как сижу сейчас с вами общаюсь. И попытки с моей стороны были неоднократные, но так сказать, они не имели успеха. Поэтому, о личных каких-то скажем ситуаций, которые могли бы там внести какие-то личностные отношения, их нет в природе. Есть некое вот такое сторонне не восприятие конкретно личности. С чем она связана? Оно может быть, там я не знаю, я не вышел ростом, или у меня прическа там не подходящая. Или голос не того тембра, и так далее. Ну, женщину сложно понять, она может реагировать на очень не понятные вещи.

А. ГРЕБНЕВА: Христо Периклович, ну неужели не было, там я не знаю, каких-то сигналов? Все-таки понятно, что наверняка есть и в том же Минздраве, я надеюсь на это, люди, которые да, там переживают за вас, и как-то пытаются содействовать. Неужели вас не предупреждали, что вот, там начинается какая-то компания против вас?

Х. ТАХЧИДИ: Прежде всего, конечно, такие люди есть. Нормальные, профессиональные в Минздраве в том числе, да? Которые грамотно делают свое дело, и грамотно воспринимают данную ситуацию, и вынуждены даже иногда поступать не так, как они думают. К сожалению, в силу подчиненности и так далее, и тому подобное. Что касается, как давно это началось, актуизированно скажем, акцентировано вернее, я могу назвать дату – это 1 января 2010 года. То есть, 31 декабря 2009 года закончился мой пятилетний контракт. А с 1 января я стал исполнять обязанности генерального директора.

А. ГРЕБНЕВА: Не продлили вам.

Х. ТАХЧИДИ: И значит, процедура в Минздраве устроена таким образом, что всех переводят на исполнение, а потом в течении какого-то времени, как правило это порядка месяца, оформляется новый контракт, и предоставляется человеку новый контракт. Это сейчас я говорю о процедуре, на самом деле она нигде не регламентирована, это вот некое такое… Собран образ из опыта реальной работы, да? Вот как вы спрашиваете друг друга, так мы директора пообщались там, а как было? Вот так? Так-сяк, и так далее. Хотя, участие директоров — это пролонгируется на месяцы, на годы, да? И в частности у меня это почти 2 года длилось. Но это одно из (неразборчиво) вещей. Так вот, когда я стал исполнять обязанности, и прошел месяц, и ничего не понятно. Мы, конечно, начали там выяснять отношения, получили так сказать в ответ комиссию, она пришла 3 марта, в объеме там почти 20-ти человек. Она провела там проверку в течении полутора месяцев, проверяли головную организацию, и несколько филиалов наших, три филиала перетрясали. Составили там определенный предварительный акт, начали с ним работать. И все это как-то зачахло, мы так до конца и не получили окончательный акт. То есть, что является результатом проверки. То есть, претензии к нам по существу там каких-то великих и существенных не было. Прошел год, в 11-м году в феврале мы получаем снова эту же комиссию. То есть, через 8 месяцев там, или через 9 месяцев в том же составе, с той же так сказать проверочной… Объемом работ, и снова с тем же результатом. То есть, конечно, вот эти такие не стандартные шаги, которые говорили о том, что в общем-то какой-то негативный настрой. Они имели место быть, мы обращались, коллектив писал на имя министра лично. Обращались к нему. Причем коллектив весь, это 12 филиалов, подписано всеми директорами и так далее. И обращались, есть какие-то вопросы – задайте, пригласите. Приглашали её в центр посмотреть, пообщаться. Значит, ответил нам зам.министра, ответил сухой фразой. О том, что в настоящий момент ваш генеральный директор исполняет обязанности согласно вот того приказа, который был сделан. И он будет работать до назначения генерального директора. А когда будет назначен генеральный директор – ну, кроме Бога никто не знает.

А. ДУРНОВО: Христо Периклович, у нас буквально 30 секунд осталось, у меня последний вопрос провокационный, короткий. Скажите, пожалуйста, вот дальше что, ваши шаги? Вы дальше снова в суд, или что-то другое будете искать?

Х. ТАХЧИДИ: Ну, вы должны понять одну простую вещь, там я не боюсь за трудоустройство, да? То есть, при моей квалификации, опыте и авторитете элементарно найти рабочее место с более высокой зарплатой в разы. Речь не идет о моих личных амбициях, речь идет о сохранности нашего общего дела. То есть, мы боремся за МНТК. И конечно будем бороться. Следующий шаг – естественно, будет снова правовой потому, что мы в правовом государстве.

А. ДУРНОВО: Спасибо большое, Христо Тахчиди, дважды уволенный генеральный директор института «Микрохирургии глаза».


Загрузка комментариев...

Самое обсуждаемое

Популярное за неделю

Сегодня в эфире