'Вопросы к интервью
И. ВОРОБЬЕВА: 15 часов 10 минут в столице, вы слушаете радиостанцию «Эхо Москвы», дневной «Разворот» приветствует вас в этой студии. Да, Леш?

А. ОСИН: Здравствуйте еще раз.



И. ВОРОБЬЕВА: Здравствуйте. Давайте так. Мы продолжаем нашу утреннюю тему, но в данном случае выясняем некие подробности, чтобы уже никаких вопросов по этому проекту не осталось. Я напомню, что сегодня мы обсуждали, что Общественная палата запускает проект по подготовке студентов из Северного Кавказа к обучению в вузах других регионов страны. Вопросов по этому проекту было много, было не все понятно, и мы по этому поводу решили обратиться к эксперту.

А. ОСИН: А эксперт – это Александр Соколов, председатель ассоциации общественных объединений «Национальный совет молодежных и детских объединений России», член комиссии Общественной палаты по вопросам развития гражданского общества. Ну и начали мы с немножко каверзного такого вопроса. Понятно, из чего происходят желания что-то делать в этом направлении, но, тем не менее, я хотел, чтобы это озвучил наш уважаемый эксперт.

А. СОКОЛОВ: Здесь есть две составляющие. Ну, во-первых, клуб «Многонациональная Россия» работает уже полтора года, и ребята в этой тематике находятся постоянно и пытаются выстроить систему нормального восприятия славянским населением кавказского, кавказским славянского. И поэтому эта идея витала в воздухе. А с точки зрения непосредственно объединения, мы проанализировали, каким образом, из чего складываются стереотипы в мегаполисах российских по Кавказу, и получилось так, что о кавказцах судят в основном по приезжающим студентам, которые учатся в российских вузах. Но это получается таким же образом, что судить о россиянах по туристам в Турции, так же, как кто приезжает с Кавказа в крупные города судить… (неразб.). Республики Северного Кавказа обеспокоены своим имиджем внутри Российской Федерации. Поэтому здесь мы нашли полное понимание в Северо-Кавказском округе, они готовы к этой работе, и работе по обучению своих ребят, которые однозначно каждый год будут поступать в вузы Центральной России в крупных городах.

А. ОСИН: Скажите, пожалуйста, у вас вот в этом сообщении агентств, которые я прочитал, указано, что вот эти курсы, эта работа будет проводиться в Кабардино-Балкарии, в Чечне и в Дагестане. Почему только в этих регионах? Почему Ингушетия, например, не попала?

А. СОКОЛОВ: Ну, во-первых, потому что эти регионы уже объявили о том, что они к этому готовы. То есть мы даем информацию, которая соответствует действительности. Мы проговорили это и с руководством этих республик, и в этих регионах созданы отделения клуба «Многонациональная Россия». Следовательно, мы можем отвечать за эту работу. Но я думаю, что к этому присоединятся и другие республики – Ингушетия, Северная Осетия и Карачаево-Черкесия – в ближайшем будущем.

А. ОСИН: Скажите, пожалуйста, что на этих курсах будут преподавать? Каков объем этого курса — лекции, не знаю, может быть, еще какие-то занятия?

А. СОКОЛОВ: Я бы не назвал это, так скажем, в понимании курсов как формального образования, следствием и так далее. Это все-таки форма другая. Когда сами сверстники, сами ребята молодые, представители молодежных организаций этих республик будут путем тренингов, семинаров, а не лекций включать ребят в понимание самого главного процесса. И самое главное в этом вопросе не получение информации, а понимание того, что об этих ребятах судят как о республике в целом, откуда они приехали, и вообще о Северном Кавказе. А у ребят-кавказцев очень сильный корпоративный дух, и на этом они действительно будут обращать внимание, что они не только за себя отвечают, а отвечают за целый регион. Будут рассказывать о правилах поведения, которые существуют в российских мегаполисах, что форма одежды не является показателем того, что, например, если девушка идет в короткой юбке, значит, к ней нужно приставать. Что если у себя в республиках некоторым образом строятся семейные клановые отношения, то в Центральной России это все выстроено по-другому. С одной стороны, конечно, землячество, будут защищать их права, но вместе с тем не будут покрывать их преступления, чтобы они на это не надеялись. Джигитовка в общественных местах здесь является не признаком доблести, а признаком бескультурья.

А. ОСИН: Такой вопрос. Посещение этого курса, скажем так, оно будет обязательным или добровольным для тех, кто поступает?

А. СОКОЛОВ: Ну, разумеется, добровольным. То есть тут уже не форма обязательного среднего образования, тут нельзя загнать всех людей. Но вместе с тем общественное мнение о республике будет формироваться по тому, что это является добровольным, но популярным, модным. Человек готовится к выпускным экзаменам, к ЕГЭ, но и готовится к адаптации, с точки зрения, собственно, культурной.

А. ОСИН: И еще один вопрос. Вы же понимаете, что если человек готов прийти послушать, как его дела и слова отзовутся в той области, где другая культура, то он уже готов к тому, чтобы к этому прислушаться. А тот, кто вот джигитует, условно говоря, как-то ведет себя, может быть вызывающе, тот, может быть, и не пойдет никуда.

А. СОКОЛОВ: Ну я с вами согласен. Да, сам факт прихода уже говорит много о человеке, что он приедет с нормальными намерениями. У нас в клубе есть организация «Союз студенческих землячеств», которая действует в большинстве крупных городов Российской Федерации. Вот здесь как раз наступает их роль: с одной стороны, принять ребят, которые действительно хотят нормально жить, учиться или работать, с другой стороны, отслеживать вот факты проявления таких джигитов и воздействовать на них, в случае чего апеллировать к их родителям, к их республикам по поводу их поведения. Это для них очень значимо.

А. ОСИН: Есть в этом сообщении и информация о том, что нечто подобное будет для студентов из некавказской части России.

А. СОКОЛОВ: Да. Но и понятно, что российским студентам всем необходимо понимать, что они живут в многонациональной стране и что нужно уважать законы и обычаи тех людей, которые приезжают и учатся в вузах. Потому что без взаимного понимания… а это связано в основном с отсутствием информации. То, что для студента, приехавшего с Северного Кавказа, является нормальным, нормой жизни, часто его действия могут быть не поняты со стороны его однокурсников из других регионов России. Но им тоже нужно объяснять, что есть традиции, обычаи, и нужно быть готовым к общению, зная, с кем ты общаешься.

А. ОСИН: Как вы полагаете… Ну вы же общаетесь с представителями разных национальностей российских?

А. СОКОЛОВ: Да.

А. ОСИН: Каковы шансы этой идеи, этого проекта на успех вот в связи с тем, о чем мы с вами говорили?

А. СОКОЛОВ: Я думаю, что все шансы на успех есть. Единственное, что не надо думать, что с завтрашнего дня все будет замечательно, поскольку много включено в этот процесс людей, в первый год участников этого проекта некоторое количество, оно явно будет в следующем году больше. Кроме того, сейчас во многих российских городах уже учится большое количество людей, которые сформировали некие стереотипы своего поведения. И я думаю, что в течение 3 – 4 лет можно будет говорить о серьезном результате этого проекта.

А. ОСИН: Ну и, может быть, вопрос последний, он заключается вот в чем. Действительно, у нас ведь много людей и других национальностей, помимо кавказских, причем национальностей, которые исповедуют ту же самую религию, я имею в виду ислам. Почему именно вот этот вектор все-таки выделяете? Не будет ли это обидно для кавказцев? Просто сам факт наличия вот такой программы может быть кем-то воспринят как попытка придать ему какой-то статус неприятный, чтобы не говорить резче.

А. СОКОЛОВ: Ну, можно сказать, что просто проблема в основном в этом векторе укладывается. Поскольку конфликты, которые возникают на почве разного понимания культуры поведения, как раз вот происходят с ребятами, которые из этих регионов приезжают. В дальнейшем эта программа будет распространена и на другие регионы России и наши соседние страны, в частности Закавказье, Среднюю Азию.

А. ОСИН: Но дело в том, что когда обсуждается эта проблема, причем обычно на повышенных тонах, и кто-то начинает говорить, что, дескать, вот кавказцы не так себя ведут, то ему сразу отвечают: «А что, представители других национальностей, предположим, русские, они что, ведут себя лучше? Они не напиваются, не дерутся, не пристают к девушкам?». И разговор сходит на «нет». А сейчас получается, вы все-таки ставите здесь такой восклицательный знак, что именно вот с кавказцами есть такие проблемы. Может быть, в этом, понимаете, такой вот фактор дополнительной напряженности. Может быть. Или нет?

А. СОКОЛОВ: Ну, вы знаете, со стороны ребят с Кавказа это вызывает совершенно нормальную реакцию. Я вчера вернулся из Грозного, в воскресенье был в Махачкале, мы это обсуждали. Вы знаете, вот этого ничего не возникает. Они реально понимают, что есть такой вопрос и надо его решать, и готовы в него включаться. И им обидно, что по действиям нескольких десятков человек судят об их родной республике, которую они любят и которой гордятся. Здесь будет абсолютно адекватная реакция со стороны ребят-кавказцев. С точки зрения вот, скажем, обратной стороны, в Чечне мы договорились еще об одном проекте – о работе с футбольными болельщиками. Потому что сейчас много слышно о том, что ряд московских фан-клубов объявил о бойкоте выездов на Северный Кавказ на матчи. Вот ребята из Грозного хотят пригласить этих болельщиков к себе в гости для того, чтобы наладить с ними контакт. То есть тут идет обратная реакция. И думаю, что это не будет оскорбительным для болельщиков московских и санкт-петербургских клубов.

А. ОСИН: Но они-то обижены на другое. В общем, даже помимо того, что там действительно какие-то конфликты возникали, они еще говорят, что кавказскому футболу уделяется в ущерб другим внимание, и вот это их реально обижает. Строятся стадионы, покупаются игроки. Ну, вот есть такой момент.

А. СОКОЛОВ: Если посмотреть бюджет и зарплаты, скажем, у ЦСКА Москва, то он будет несколько больше, чем бюджет любого другого… (неразб.). Так что это разговоры такие, знаете…

А. ОСИН: Это правда.

А. СОКОЛОВ: …действительно, с точки зрения просто обиды… Не только ЦСКА и «Зенит» могут быть в лидерах чемпионата.

А. ОСИН: Это был Александр Соколов, председатель ассоциации общественных объединений «Национальный совет молодежных и детских объединений России», член комиссии Общественной палаты по вопросам развития гражданского общества». О новом проекте, связанном с адаптацией парней или девчонок Северного Кавказа в российских учебных заведениях.

И. ВОРОБЬЕВА: Ну я хочу отметить, что адаптация будет происходить не только тех, кто приезжает с Кавказа, но и тех, к кому приезжают с Кавказа.

А. ОСИН: Это будет взаимопроникающий процесс ко всеобщему удовольствию.

И. ВОРОБЬЕВА: Да. Ну что же, +7 985 9704545 – телефон для ваших СМС-сообщений. Ну а мы пока уйдем на рекламу, после чего позвоним по телефону еще одному нашему эксперту.

РЕКЛАМА

И. ВОРОБЬЕВА: 15:21 в Москве, мы продолжаем тему проекта Общественной палаты по адаптации студентов, которые едут с Северного Кавказа учиться в другие регионы страны. И, соответственно, адаптации тех и других, то есть и принимающей стороны, и стороны приезжающей. И мы сегодня в эфире утреннем обсуждали с вами, уважаемые радиослушатели, насколько эта мера может оказаться эффективной. Насколько мне не изменяет память, 64,5 процента считают эту меру неэффективной, возможно, даже мерой, которая может привести к излишнему обострению. 35,5 процента позвонивших только считают, что это не так, что она может подействовать. Мы вот сейчас связались с еще одним экспертом, и в конце получасовки мы еще раз проголосуем, может быть, как-то поменяются эти цифры. Итак, я приветствую в нашем эфире директора информационного центра «Сова» Александра Верховского. Александр, здравствуйте.

А. ВЕРХОВСКИЙ: Здравствуйте.

И. ВОРОБЬЕВА: Скажите, пожалуйста, вот вы слушали, наверняка в курсе того, о чем мы здесь говорим – ну, о том, что предлагает Общественная палата. На ваш взгляд, взгляд специалиста, эта мера действительно может оказаться эффективной для снятия некого напряжения между молодежью из разных регионов нашей страны?

А. ВЕРХОВСКИЙ: Вы знаете, мне трудно так сказать однозначно. Мне кажется, что в таких программах всегда все сильно зависит от исполнителя, как во всяких воспитательных мероприятиях. Смотря, как этим исполнителям на местах удастся не перегнуть палку, собственно говоря, делать именно то, что надо, а не…

А. ОСИН: А давайте конкретно. А вы бы сами в такой программе поучаствовали?

А. ВЕРХОВСКИЙ: Я поучаствовал бы в качестве кого?

А. ОСИН: Ну, в качестве того, кто будет говорить правильные слова тем, кто или здесь учится, или приезжает сюда. Ну, ребята с Северного Кавказа, они приезжают оттуда. Ну они вот приехали уже, вот, предположим, часть программы здесь, в московских вузах. Вот вы согласились бы поработать, ну, или прийти, рассказать?

А. ВЕРХОВСКИЙ: Да, я думаю, что я бы согласился. Но мне кажется, что это не вопрос все-таки моего сольного выступления или чьего-то, это программа…

А. ОСИН: Но вы же говорите, что это от личностного фактора зависит.

А. ВЕРХОВСКИЙ: Нет, не от отдельного рассказчика. Должна быть продумана какая-то конкретная программа. Мне кажется, просто тот факт, что надо научить людей адаптироваться друг к другу – это, несомненно, правда. Вопрос только в том, чему именно их при этом надо будет учить. Вот идея такая была с Кодексом москвича злополучным, что надо приехавших научить каким-то там знаниям о русской культуре, то это, скорее всего, будет пустая трата времени, например. Если просто нужно рассказывать о каких-то городских правилах общежития, к примеру, этим людям… (неразб.) по какой причине, неизвестно. Например, они в городе не жили большом вообще. Это другое дело.

И. ВОРОБЬЕВА: Ну, Александр, скажите, какие ключевые моменты, на ваш взгляд, должны быть затронуты? Ну, какие-то основные темы, которые обязательно нужно донести до тех, кто приезжает. И обязательно какие темы нужно донести до тех, кто принимает? Вот те студенты, которые будут общаться и учиться вместе со студентами с Северного Кавказа.

А. ВЕРХОВСКИЙ: Вот мне лично всегда кажется, что и для тех, и для других ключевой какой-то идеей является, скажем так, равное отношение к людям вне зависимости от их какой-то этнической принадлежности. Что не важно, кто он там такой, какой у него бэкграунд, к нему подход со стороны окружающих, со стороны руководства университета, со стороны полиции, кого угодно должен быть одинаковым. Что значение этих людей зависит не от того, что у них было написано в советском паспорте в пятой графе, а от их каких-то личных заслуг, достоинств, от того, как они себя ведут, какие правила нарушают или не нарушает.

А. ОСИН: А вы знаете, такой в этом смысле, может быть, тонкий вопрос, Александр. Вот смотрите, вот, скажем, учатся люди в учебном заведении, ну, предположим, МГУ, есть кодекс студента этого учебного заведения. Вот вы сейчас говорите о том, что я, предположим, поступая в это учебное заведение, должен ко всем относиться одинаково – к ингушу, к дагестанцу, к представителю Татарстана, к сибиряку и так далее. Но при этом вы считаете, что, поступая в учебное заведение, представитель Дагестана должен себя все-таки ощущать не кавказцем, а студентом МГУ, условно? Понимаете, в чем разница? Вот в этом все и кроется…

А. ВЕРХОВСКИЙ: Ну, я так скажу. Ощущать он себя может кем угодно, точнее скажем…

А. ОСИН: Вести себя, не ощущать.

А. ВЕРХОВСКИЙ: Любой человек себя ощущает… у него несколько самоидентификаций, в зависимости от ситуации. Просто если он действует как студент, то если он будет, не знаю, кому преференции в качестве старости группы, допустим, по этническому признаку – это будет неправильно, например. Он должен понимать, вне зависимости от того, там он украинец или…

А. ОСИН: Я даже не совсем это имею в виду. Есть ведь признаки национальной какой-то идентификации. И у кавказцев вот, видимо, в этом… И наш эксперт, который, собственно, является одним из авторов этой идеи, он это признает – что есть, понимаете, черты, которые присущи именно кавказцам, и именно вот так вот они себя проявляют. Не как студенты МГУ, а как кавказцы. Вот если бы они, оставляя, естественно, свою культуру при себе, вот в стенах учебного заведения вели бы себя как все – сибиряки, владивостокцы, я не знаю, москвичи и кавказцы… Понимаете, в чем разница?

А. ВЕРХОВСКИЙ: Ну, скажем так, если поведение выходит за какие-то общие рамки и нарушает правила, то оно неприемлемо. Если они не те пляски пляшут, ведь это же, наверное, все равно.

И. ВОРОБЬЕВА: Ну что значит не те? Ну, например…

А. ОСИН: На Красной площади.

И. ВОРОБЬЕВА: Ну, не на Красной площади, но… вы понимаете же, о чем мы говорим, да?

А. ВЕРХОВСКИЙ: Нет, я понимаю, о чем вы говорите. Просто происходит всегда смешение. Люди почему-то говорят о том, что они пляски пляшут, а на самом деле конфликты возникают от того, что какие-то парни, объединившись, скажем, по этническому признаку, могут терроризировать соседей по этажу.

А. ОСИН: Да, и это тоже, в частности.

А. ВЕРХОВСКИЙ: Вот это, собственно, реально кого-то достает. Но терроризировать соседей по этажу нельзя, как известно, вообще, как угодно объединившись. И если можно действительно донести до каждого, причем действительно без разницы, принимающего сообщества и приезжих, что такого рода объединения особенно не приветствуются, равно как и другие хулиганские объединения. Вот это да, действительно стоит доносить, что это как-то особенно унижает окружающих, что этого делать не надо. Это правда.

И. ВОРОБЬЕВА: Александр, скажите, вы упомянули, что нельзя перегибать. Вот если заниматься такой программой и таким проектом, то нельзя перегибать. А в чем конкретно нельзя перегибать, ну вот что вы имели в виду?

А. ВЕРХОВСКИЙ: Мне кажется, что очень часто эти программы, они ориентированы на то, что либо, скажем, приезжих пытаются приучить вести себя как местные, а они не обязаны во всем вести себя как местные, есть вещи важные для общежития, есть вещи неважные… Например, некоторые авторы этого кодекса москвича договаривались до того, что нельзя на улице не по-русски разговаривать. Какая разница, как он разговаривает? Это с одной стороны. А с другой стороны, есть такое традиционное советское отношение к этому вопросу, что надо научить всех любить друг друга. А как научить всех любить друг друга? Ну, устроить, не знаю, фестиваль песни и пляски.

А. ОСИН: Ну это ж хорошо.

А. ВЕРХОВСКИЙ: Фестиваль песни и пляски – это прекрасно, обычно очень весело, но только это не очень помогает. Потому что если у людей конфликт был из-за того, что у них на этаже в общежитии конфликт, то песни и пляски здесь не помогут, у них конфликт не из-за того, что они пляшут по-разному, а из-за того, что кто-то кого-то достает на этаже.

И. ВОРОБЬЕВА: Понятно.

А. ВЕРХОВСКИЙ: Вот именно это и надо разруливать на месте каким-то людям, которые не будут занимать одну сторону, а будут… И вообще не будут считать, что здесь есть этнические определенные стороны. Вот есть какая-то банда, так сказать, хулиганов, ну пусть не преступников… Вот надо…

И. ВОРОБЬЕВА: Александр, простите, пожалуйста. У нас, к сожалению, заканчивается время. Мы постарались как-то со всех сторон эту тему обсудить, надеюсь, у нас получить. Мы будем смотреть, следить за развитием этого проекта. Огромное спасибо, что нашли для нас время. Я напомню, что у нас по телефону был директор информационного центра «Сова» Александр Верховский. Мы обсуждали проект Общественной палаты под названием «Однокурсники». Нет у нас времени, к сожалению, чтобы проголосовать еще раз, но я уверена, что эта тема в наших эфирах будет звучать еще не раз. Прерываемся на новости.





Загрузка комментариев...

Самое обсуждаемое

Популярное за неделю

Сегодня в эфире