'Вопросы к интервью
16 ноября 2010
Z Разворот Все выпуски

Сергей Магнитский: год спустя смерти


Время выхода в эфир: 16 ноября 2010, 15:08

А. БЕЛЬКЕВИЧ – У нас в студии Дмитрий Харитонов — адвокат Сергея Магнитского. Ровно год сегодня исполнился — 16 ноября со смерти Сергея Магнитского в московском СИЗО. И о новом повороте этого дела мы сегодня будем говорить. Добрый день.



Д. ХАРИТОНОВ — Добрый день.

А. БЕЛЬКЕВИЧ – Поворот состоит в том, что перед годовщиной Следственный комитет выступил с заявлением и говорится, что сам Сергей Магнитский причастен к хищению почти 5,5 млрд. рублей из госбюджета, о которых все это время шла речь. И речь шла о том, что Магнитский просил расследовать это дело, сейчас обвиняют его самого. Каков ваш комментарий?

Д. ХАРИТОНОВ — Сегодня исполнился ровно год как умер Сережа и мне это напоминает некий театр абсурда, поскольку именно сегодня, вчера, то есть накануне годовщины его смерти выступили с заявлением о том, что он якобы причастен к совершению еще одного преступления. В течение этого года, который он содержался под стражей, ни одного вопроса, связанного с хищением денежных средств из бюджета в 5,4 млрд. рублей ей не было задано. В течение того года, который прошел после его смерти, мы ни разу не слышали о том, что Сергей имеет какое-то отношение к этому преступлению. Я думаю, что Следственный комитет МВД готовился специально и это информационное сообщение сделал именно тогда, когда наступила годовщина смерти Сергея. Наверное, сделано это, потому что понимал, что и СМИ, и многочисленные правозащитные организации не смогут не отреагировать на то, что прошел год с его смерти. Если оценивать это заявление, то у меня есть большие сомнения в его достоверности. Хотя оно достаточно куцее. Мы слышали, что некто Хлебников заявил, что Сергей изготовил какие-то печати, какие-то налоговые декларации, мы слышали ссылку еще на двух людей, которые оба умерли. Следственный комитет не рассказал, а дал ли показания Хлебников со слов тех лиц, которые умерли, либо он встречался с самим Сергеем. Я более чем уверен, что Хлебников в своих показаниях сослался на тех лиц, которые умерли. Еще раз повторяю, у меня нет точных данных, я делаю такие предположения. Я делаю их потому что эта методика уже апробирована в нашей криминальной юстиции и достаточно успешно, и мы знаем случаи, когда людей осуждали, в том числе к пожизненным срокам заключения именно на основании показаний со слов. То есть показания, которые невозможно проверить. Поскольку лица, которые являются источником этих показаний, уже умерли. Поэтому если показания Хлебникова даны со слов тех лиц, которые уже скончались и Хлебников говорит, что Магнитский изготовил эти налоговые декларации и ему об этом сказали те лица, которые скончались, то это не доказательство. Ни одна цивилизованная страна такие доказательства не принимает к своему рассмотрению. Это не больше чем, как бы помягче сказать, не больше чем рассуждения, размышления, предположения самого товарища Хлебникова.

О. ЖУРАВЛЕВА — Есть же ведь еще одно дело, которое совершенно не связано с обвинениями против Магнитского. Это обвинение против людей, причастных к его смерти в заключении.

Д. ХАРИТОНОВ — Нет пока лиц, которые были бы привлечены в качестве обвиняемых по данному делу и в этом деле даже нет подозреваемых. Но это дело в течение года расследуется сначала Следственным комитетом при прокуратуре Восточного административного округа Москвы, и уже больше полугода находится в производстве следователей следственного комитета при Генпрокуратуре РФ.

О. ЖУРАВЛЕВА — Насколько нам известно, во всяком случае, слушатели «Эхо Москвы» это точно знают, Сергей Магнитский вел дневник. В том числе и о тех последних практически днях, неделях, когда он уже очень плохо себя чувствовал, и происходили всякие вещи в заключении. Это является документом при расследовании?

Д. ХАРИТОНОВ — Да, безусловно, это был не дневник, его так назвали, это были те многочисленные заявления, жалобы, которые Сергей подавал руководству СИЗО. И так как никакой системы фиксации в СИЗО в Бутырской тюрьме не было, поданных заявлений. Он писал копии. У него было 4 тетради, он передавал эти тетради мне и второму адвокату Елене Орешниковой. Мы делали с этих копий написанных им собственноручно, еще копии, которые оставались у него. После смерти тетради мы отдали семье. Сергей писал мне последние два месяца письма, потому что у нас уже было обращение в Европейский суд, и мы дополняли эту жалобу, связанную с незаконным арестом и условиями содержания под стражей и для того чтобы у нас был официально получен документ. Сергей писал очень большие письма в мой адрес, где описывал все, что с ним происходит. И эти жалобы мы впоследствии будем использовать в Европейском суде и на основании них и была дополнена та жалоба, которая была подана. Все эти документы сразу после возбуждения уголовного дела мы передали следствию, и они находятся в распоряжении следствия.

О. ЖУРАВЛЕВА — То есть в качестве свидетельства используются его записи.

Д. ХАРИТОНОВ — Да.

О. ЖУРАВЛЕВА — Там просто еще есть масса экспертиз.

А. БЕЛЬКЕВИЧ – Накануне господин Маркин, официальный представитель СКП сообщил, что будет проведена еще одна дополнительная судебно-медицинская экспертиза, которая должна будет установить причину смерти Сергея Магнитского. Но, по-моему, это уже 4-я по счету.

Д. ХАРИТОНОВ — Это 3-я судебно-медицинская экспертиза. И вы знаете, иногда говорят…

А. БЕЛЬКЕВИЧ – А чем плохи предыдущие были? И сколько надо всего?

Д. ХАРИТОНОВ — Первая экспертиза была сделана непосредственно после смерти Сергея. После того, как было произведено судебно-медицинское вскрытие. И эксперт это заключение сделал. Эксперту, как указано в заключении, его стаж экспертной работы был менее одного года. Мы попросили провести комплексную экспертизу. Эта экспертиза была в конце концов назначена и проведена. Это была вторая.

А. БЕЛЬКЕВИЧ – То есть первая не устроила вас.

Д. ХАРИТОНОВ — Да. Вторая экспертиза была проведена, и я в своей практике не видел экспертизы, которая бы делалась 8-ю профессорами, докторами наук, ведущими специалистами Центра кардиологического имени Мясникова, Академии имени Сеченова. То есть это очень высокий уровень экспертов и тех лиц, которые принимали участие в исследовании. Естественно, что исследовали они те документы, которые были в их распоряжении. То есть не было ни эксгумации…

О. ЖУРАВЛЕВА — Они работали по тем документам, которые предоставила первая экспертиза.

Д. ХАРИТОНОВ — Да, и вывод этой экспертизы был таков, что смерть наступила от острой сердечной недостаточности в результате вторичной дилатационной кардиомиопатии. Следователей не удовлетворили эти выводы, либо они видят какие-то противоречия с материалами дела…

А. БЕЛЬКЕВИЧ – А вы были вполне довольны этими результатами?

Д. ХАРИТОНОВ — Мы будем довольны, когда мы увидим все материалы дела…

А. БЕЛЬКЕВИЧ – Вы настаивали на еще одной экспертизе. То есть это инициатива СКП.

Д. ХАРИТОНОВ — Это инициатива СКП. И они назначили эту экспертизу, и они будут проверять, были ли основания для того, чтобы Сергею была оказана медицинская помощь, связанная с сердцем в тот период, когда он на него жаловался. Я думаю, что этот период относится к 12-16 ноября. Потому что 12-го у нас был последний процесс, связанный с продлением срока его содержания под стражей. Процесс был очень циничный, процесса как такового не было. И после этого процесса Сергей, я его не видел никогда в таком возбужденном состоянии как 12 числа. Потому что нам просто не дали защищаться, нас просто лишили всего того, что нам дает кодекс. Сергей знакомился с материалами, которые вдруг появились в суде в этот день, дополнительными материалами. И как он рассказывал судье в процессе, он сидел в конвойном помещении в коридоре, одна рука у него была пристегнута к трубе, на коленках у него лежал том дела, и одной рукой он читал. Он при этом не мог не выписывать ничего, то есть это был такой большой нервный стресс, который он безусловно пережил 12-го числа.

О. ЖУРАВЛЕВА — Еще одна экспертиза, о которой упоминается в сообщениях информационных агентств – психиатрическая. Вроде бы анализируют записи, показания свидетелей. Что он пережил нервный стресс и так далее. Для чего это нужно?

Д. ХАРИТОНОВ — Действительно такая экспертиза назначена. Я думаю, что основанием для этого является то, что медики медицинской части «Матросской тишины» вызывали психиатрическую бригаду и по их заявлениям, вероятно отраженным в их показаниях, Сергей вел себя неадекватно. Я абсолютно отказываюсь в это верить. Поскольку абсолютно уверен, что никакого психического расстройства даже кратковременного в этот период быть не могло. Я вполне допускаю, что Сергей мог вести себя активно, поскольку, судя по всему, он чувствовал себя очень плохо, в тот момент, когда его перевезли из Бутырской тюрьмы в «Матросскую тишину». И, зная Сергея, который был буквоедом с точки зрения соблюдения законов и прав, я вполне допускаю, что после того как его, вместо того чтобы поместить в специальную палату или камеру в этом медицинском отделении и оказывать помощь, поместили в некий бокс, как мы знаем. Из независимых источников. Его помещают в этот бокс, я вполне допускаю, что он стал требовать, чтобы его поместили в больницу. И это могло быть воспринято медиками как некое душевное волнение. Но в том, что Сережа не мог иметь какого-то психического расстройства, я абсолютно уверен. Но следователи, когда говорят, что дело плохо расследуется, давайте представим себе, не назначили бы они двух экспертиз, тогда мы бы наверное точно могли сказать, что дело плохо расследуется. Не проведут они сейчас психиатрическую экспертизу, вполне возможно, что мы тоже будем потом говорить, а почему вы этого не сделали. Потому что семья Сергея и мы сейчас уже защитники, которые представляют семью, заинтересованы в том, чтобы в этом деле была установлена истина. Нам не нужны люди, которых назначат виновными и осудят. Семья хочет знать, что произошло за последние 4 дня. Мы хотим знать, от чего умер Сережа и естественно, что виновные лица должны быть привлечены к ответственности.

А. БЕЛЬКЕВИЧ – Конечно видно, что активность большая развернута, тем более к годовщине. Но есть какая-то реальная надежда, что они объективно это расследуют? Потому что активности много, а выводы одни и те же.

Д. ХАРИТОНОВ — У нас нет пока процессуальной возможности знакомиться с допросами лиц, которые проходят по данному уголовному делу. Более чем, наверное, полгода назад мы отправили следствию ходатайство, в котором изложили 200 вопросов, по которым мы просили допросить этих людей. Мы надеемся, что люди по этим вопросам допрашиваются. И мы надеемся, что следователи объективны в своем расследовании. Поэтому я бы сказал, у нас пока нет каких-то серьезных оснований жаловаться на то, что происходит в этом уголовном деле.

О. ЖУРАВЛЕВА — Вопросы наших слушателей приходят. Спрашивает Виталий: было ли у Сергея юридическое образование.

А. БЕЛЬКЕВИЧ – Конечно было, он же юрист.

О. ЖУРАВЛЕВА — Просто сегодня в новостях, в том числе говорится о том, что он работал как бухгалтер, он уклонялся от налогов, он на самом деле не был юристом.

Д. ХАРИТОНОВ — Один мой друг сегодня написал в твиттере, что вчера Следственный комитет сообщил, что Магнитский никогда не был юристом, а он был бухгалтером. И, ерничая, сказал: как все поменялось. На самом деле у Сережи не было юридического образования, и та небольшая путаница, скорее всего, связана с тем, что людей, которые занимаются и ведут налоговые дела в судах, принято на Западе называть юристами. Сергей действительно был бухгал…, он был аудитором, у него была лицензия до того момента, когда она была нужна…

О. ЖУРАВЛЕВА — То есть у него было экономическое образование.

Д. ХАРИТОНОВ — Да, но он вел большое количество процессов в арбитражных судах, представляя клиентов, у которых были проблемы с налогами.

А. БЕЛЬКЕВИЧ – Цитата из СКП: Магнитский по образованию экономист и работал бухгалтером и аудитором. И как бухгалтер, разрабатывал схемы ухода от налогов.

Д. ХАРИТОНОВ — Согласен со всем, кроме утверждения, что он разрабатывал схемы ухода от уплаты налогов.

А. БЕЛЬКЕВИЧ – Что касается этого заявления, еще интересно, что та же госпожа Дудукина, начальник пресс-службы Следственного комитета не скрывает, что то, о чем они говорят, это лишь одна из версий того, что могло произойти. Которая на самом деле рассматривается. Так она говорит. О других версиях ничего не знаем.

О. ЖУРАВЛЕВА — Может быть, вы знаете.

Д. ХАРИТОНОВ — Я тоже не знаю.

А. БЕЛЬКЕВИЧ – Какова практика, удивительно, что Следственный комитет почему-то долго и подробно говорит об одной версии, а об остальных нам ничего не рассказывает.

Д. ХАРИТОНОВ — Следственный комитет впервые выдвинул какую-то версию по данному делу. И не нашел ничего лучшего, как сразу же обвинить если не во всех смертных грехах, то во многих Магнитского. Знаете, ситуация очень простая. Уголовный кодекс, Уголовно-процессуальный кодекс от любого следователя требует, чтобы он расследовал дело полно, всесторонне и объективно. И поэтому только остается надеяться, что следователи всех рангов, в том числе и Следственного комитета при МВД соблюдают законы при расследовании.

А. БЕЛЬКЕВИЧ – А вообще какова практика, часто такое бывает, что публично следователи объявляют версии, причем только одну. А все остальные они говорят, у нас еще есть, но о них ни слова.

Д. ХАРИТОНОВ — Это связано только с тем, чтобы еще раз повторяю, на мой взгляд, в годовщину смерти Сергея вылить на него ушат помоев. И больше ни с чем. У них нет никакой судебной перспективы. Даже если вдруг они добудут какие-то доказательства, что Сергей что-то совершал, достоверные доказательства, я абсолютно уверен, что это невозможно, потому что Сергей ничего не совершал предосудительного. То и в этом случае они должны будут прекратить дело в связи с его смертью.

А. БЕЛЬКЕВИЧ – То есть это такое давление на общественное мнение получается.

Д. ХАРИТОНОВ — Да.

А. БЕЛЬКЕВИЧ – А это с точки зрения закона…

О. ЖУРАВЛЕВА — С этим можно бороться?

А. БЕЛЬКЕВИЧ – Пожаловаться.

Д. ХАРИТОНОВ — Мы еще пока даже об этом не думали. Потому что сегодня годовщина, мы были сегодня на кладбище. Там есть какие-то процедуры, которые необходимо выполнять. Честно говоря, было просто не до того. Тем более что серьезно к этому заявлению, я например, не отношусь.

О. ЖУРАВЛЕВА — Если можно, внесите ясность. Те обвинения, по которым Магнитский попал в СИЗО, они были доказаны?

Д. ХАРИТОНОВ — Нет, дело тоже прекращено в связи с его смертью, и мы успели ознакомиться только с пятью томами его уголовного дела. Но я абсолютно уверен, то никаких доказательств в этом деле быть не может.

О. ЖУРАВЛЕВА — Там было уклонение от налогов.

Д. ХАРИТОНОВ — Да, двумя компаниями, якобы совершенное в 2000 году на территории республики Калмыкия. Никакого отношения к этим компаниям Сергей не имел, он в них не работал. Когда возник арбитражный спор, связанный с налогами, Сергей стал разбираться с делами этих компаний и в одной из книжек, по-моему, или двух трудовых сделал записи, которых там не хватало. Но обвинение как всегда у нас строится, Билл Браудер в неустановленном месте неустановленным способом в неустановленное время встретился с Магнитским, и они договорились уклоняться от уплаты налогов. Там достаточно простая юридическая конструкция, которая говорит о том, что если в компании работают два и более человек, один из которых инвалид, то компания имеет право платить 50% налогов. Эти две компании именно этой налоговой льготой и пользовались. И законодатель никаких других формальных требований не предъявлял. Законодатель в то время не говорил: инвалиды должны копать траншеи, либо работать 12 часов в день. Никаких. Одно формальное требование – 50% штатной численности должны составлять инвалиды. Всё. Поэтому никакого состава преступления там не было и никаких доказательств, которые бы подтверждали вину Сережи, там тоже не было.

А. БЕЛЬКЕВИЧ – Я все-таки опять возвращаюсь ко вчерашнему заявлению СКП. Еще один любопытный момент здесь есть. Следствие заявляет, что удалось обнаружить часть похищенных из бюджета денег, 685 миллионов рублей арестованные лежат на депозитном счете МВД России. Правда, ни слова нам не говорится, как они их нашли и как на счет МВД попали. Что-то вам известно?

Д. ХАРИТОНОВ — Нет, мне тоже ничего неизвестно. Я тоже был вчера и удивлен и обрадован этому сообщению, если деньги действительно нашлись.

О. ЖУРАВЛЕВА — Можно вспомнить о том, что по этим 5,4 млрд. уже был осужден один человек, но это не Магнитский. И этот человек был директором предприятия…

А. БЕЛЬКЕВИЧ – Один из учредителей предприятия, который работал где-то на лесопилке…

Д. ХАРИТОНОВ — Хлебников, по-моему, тоже дважды судимый. Я где-то сегодня читал. Может быть, я путаю.

О. ЖУРАВЛЕВА — Но просто вдруг так совпало, что через год выяснилось, что оказывается, виноват был во всем Магнитский. У вас есть какие-то встречные заявления. Кстати среди прочих новостей было еще сказано, что один из… Там фигурировали два представителя МВД. Две фамилии, которые всем известны уже теперь. В связи с делом Магнитского. И один из них Павел Карпов уже заявил, что он готов подавать против клеветников, которые его порочат. Магнитский порочил Карпова и другого…

Д. ХАРИТОНОВ — Карпов не был следователем, который расследовал дело Магнитского.

А. БЕЛЬКЕВИЧ – А откуда фамилия возникла?

Д. ХАРИТОНОВ — Я сейчас объясню. Если мы берем то дело, о котором я вам только что рассказывал. Дело об уклонении от уплаты налогов.

О. ЖУРАВЛЕВА — Кузнецов и Карпов.

Д. ХАРИТОНОВ — Насколько я помню, Павел Карпов расследовал дело, которое было возбуждено в связи с уклонением от уплаты налогов компании «Камея» и еще какими-то компаниями. И было это все летом 2007 года. В производстве дело у Карпова если я не путаю, было месяц или два, по этому делу Сергей был допрошен Карповым в моем присутствии. И больше мы Карпова не видели.

О. ЖУРАВЛЕВА — А почему тогда возникла эта история?

А. БЕЛЬКЕВИЧ – Иностранные коллеги Сергея Магнитского Браудер и Файерстоун обвиняют именно Карпова и Кузнецова почему-то.

Д. ХАРИТОНОВ — Я тоже слежу за прессой и за их выступлениями, я не хотел просто их комментировать. Я вам говорю и рассказал слушателям о том отношении, которое Карпов имел к делу Магнитского. В котором я был его адвокатом.

О. ЖУРАВЛЕВА — То есть никакого.

Д. ХАРИТОНОВ — Группу возглавлял следователь Сильченко. В группу входило еще несколько следователей. Но Карпова в группе не было.

О. ЖУРАВЛЕВА — Спасибо большое. Это Дмитрий Харитонов, адвокат Сергея Магнитского был сегодня у нас в студии. 16 ноября умер в СИЗО Сергея Магнитский. Сегодня год спустя после смерти продолжается дело, и по обвинению самого Магнитского, и по обвинению тех, кто виновен в смерти Магнитского. Как вы считаете, есть реальные люди, которых можно было бы лично обвинить?

Д. ХАРИТОНОВ — В смерти Магнитского, да, мы писали заявления о преступлении сразу после его смерти. Я считаю, что ответственность за его смерть должны нести медицинские работники из Бутырского изолятора, медицинские работники изолятора «Матросской тишины», руководство Бутырского изолятора. Но в отношении этих людей решение естественно будет приниматься следственными органами, если они увидят там состав. Я считаю, что эти люди должны понести ответственность и я считаю, что следователь, который расследовал это дело Олег Сильченко, может быть и скорее всего не подпадет ни под какую уголовную ответственность, но то, что именно его действия привели во многом к тому, что Сергей скончался, косвенно привели, я не сомневаюсь. Поскольку это он его арестовал, я считаю, незаконно.

А. БЕЛЬКЕВИЧ – К сожалению, нет больше у нас ни минуты. Дмитрий Харитонов, адвокат Сергея Магнитского был в эфире.

Комментарии

1

Пожалуйста, авторизуйтесь или зарегистрируйтесь, чтобы оставить комментарий.

barby_i 16 ноября 2010 | 17:45

Только к утру обнаружила Правда пропажу -
И подивилась, себя оглядев делово:
Кто-то уже, раздобыв где-то черную сажу,
Вымазал чистую Правду, а так - ничего.

Правда смеялась, когда в нее камни бросали:
"Ложь это все, и на Лжи одеянье мое..."
Двое блаженных калек протокол составляли
И обзывали дурными словами ее.

Стервой ругали ее, и похуже чем стервой,
Мазали глиной, спускали дворового пса...
"Духу чтоб не было, - на километр сто первый
Выселить, выслать за двадцать четыре часа!"

Тот протокол заключался обидной тирадой
(Кстати, навесили Правде чужие дела):
Дескать, какая-то мразь называется Правдой,
Ну а сама - пропилась, проспалась догола.

Чистая Правда божилась, клялась и рыдала,
Долго скиталась, болела, нуждалась в деньгах, -
Грязная Ложь чистокровную лошадь украла -
И ускакала на длинных и тонких ногах.


(комментарий скрыт)

Самое обсуждаемое

Популярное за неделю

Сегодня в эфире