'Вопросы к интервью
А. ДУРНОВО — 16 часов и 6 минут. И, вот, теперь, как мы и обещали, мы представляем нашего гостя, Олег Митволь, исполняющий обязанности префекта Северного округа Москвы. Олег Львович, добрый день.

О. МИТВОЛЬ — Здравствуйте.

А. САМСОНОВА — Здравствуйте, Олег Львович.







А. ДУРНОВО — И сразу скажу, что у нас трансляция на сайте echo.msk.ru, и если есть вопросы…

О. МИТВОЛЬ — Спасибо, но в хорошей компании вы меня в гости пригласили. Во второй половине у вас будет Бюро несчастных случаев МВД. Заставляет меня задуматься, помните, из этой истории – у вас несчастные случаи на стройке были?

А. ДУРНОВО — Не надо искать, Олег Львович, не надо искать никаких скрытых смыслов.

А. САМСОНОВА — Знаки.

А. ДУРНОВО — Гости есть гости. Никак друг с другом не связаны.

А. САМСОНОВА — Олег Львович, вы на больничном сейчас?

О. МИТВОЛЬ — Да.

А. САМСОНОВА — Олег Львович, я боюсь. Вам вообще не стыдно приходить больным в студии, и вы можете нас всех заразить.

О. МИТВОЛЬ — А дело в том, что, смотрите, у меня вопросы, касающиеся давления, вопросы, касающиеся сердечной мышцы…

А. САМСОНОВА — У вас была температура, Олег Львович. Я следила.

О. МИТВОЛЬ — Да, была температура. Вот, смотрите. Соответственно, следы вирусной… это на фоне падения…

А. САМСОНОВА — Вирусной?

О. МИТВОЛЬ — Нет, смотрите. На фоне падения иммунитета пошли различные проявления. Но сейчас… я сегодня был в последний раз на обследовании с утра, у меня только вопросы с давлением и с вопросом сердечной мышцы.

А. ДУРНОВО — А что сказал доктор?

О. МИТВОЛЬ — Доктор сказал, что если я буду кушать таблетки, то… у меня обычно давление спортивное, 120 на 80.

А. САМСОНОВА — Но вы не заразный?

О. МИТВОЛЬ — Ну, не знаю, давление как я вам передам? В принципе, очень сложная процедура будет или нам с вами надо поучить некоторые учебники первого курса медицинского факультета, или как-то по-другому разобраться. Я вам могу сказать, что на самом деле действительно я понимаю так, что причины тех проблем, которые у меня сейчас есть – это стресс. Я вам могу сказать, что, действительно, последние 2-3 недели – они у меня очень тяжёлые, это и всякие различные нападки, и так далее. Ну, и, там, вообще, что происходило. Мне вообще, конечно, очень многое не нравится. И, наверное, просто реакция моего организма. Но на самом деле ничего приятного, что тебе измеряют толщину сердечной мышцы, я не вижу.

А. ДУРНОВО — Ну когда закроется уже больничный, когда вы рассчитываете выздоровить?

А. САМСОНОВА — До нового мэра или после?

О. МИТВОЛЬ — Вы знаете, вопрос… я вам хочу сказать, что за это кресло не держусь, контракт у меня кончился. Соответственно, кабинет освободил, но не люблю беззаконие. Не люблю, когда меня, знаете, за то, что кому-то жители округа… помните, официальную причину сказали, что я не пришёлся по вкусу какому-то жителю Северного округа. Я не люблю вот это вот. Контракт у меня кончился, у меня был контракт на период полномочий мэра. Всё. Я кабинет свой освободил. Я, вы знаете, действительно, вот, то, что… я не знаю, наверное, бы у многих подскочило бы давление, изменения появились бы… Вы знаете, ту грязь, которую я увидел, а грязь в чём проявляется? Ровно месяц назад… подождите, я вам расскажу, наверное, вам будет интересно. Вокруг мэра была стойкая команда, знаете, как огурчики в баночке, так одни к одним говорили – Юрий Михайлович, как мы вас любим, мы с вами пойдём насмерть.

А. ДУРНОВО — А вы были среди этих людей?

О. МИТВОЛЬ — Я вам сейчас расскажу, можно. Я просто пришёл, и вы поймёте, были бы у вас, если б вы лично вы видели, были бы у вас какой-то… скажем так ,изменение настроения или, там, давление подскочило. Представляете, и, вот, я смотрю действительно, как всё это выглядит. 20 лет вместе. Команда, там, люди отдыхают вместе, играют в бильярд вместе. Я не знаю, там, друг от друга не отходят. Вы знаете, Юрий Михайлович идёт, перед ним везде веничком подметают. Следы целуют, по которым он ходил. Говорят, что Юрий Михайлович, мы с вами до конца по любому раскладу. Понимаете, московская организация говорит… помните этот съезд, как говорится, напоминающий Зиновьева историю с ленинградской организацией. У нас есть только один лидер. Я сижу и думаю – вот это да!

А. САМСОНОВА — И Ресин такое говорил?

О. МИТВОЛЬ — Ну, вы помните, он говорил, что мы вместе, до конца. Представляете себе, смотрите: я работаю в правительстве Москвы год и три месяца. Всю дорогу все говорили Лужкову, что я чуждый элемент, что мне нет места в команде. Вы видели, что это даже прорывалось наружу, то есть, мои конфликты с департаментом потребительского рынка из-за пивных киосков, в основном заполненным пивом и сигаретами, по другим вещам, по экологическим вопросам.

А. ДУРНОВО — Шашлычные разные.

О. МИТВОЛЬ — Вопрос. Это мы сейчас вернёмся, давайте не сваливать. Если вы хотите системно разобраться, давайте разберёмся. А я вам отвечу и на этот вопрос. Значит, вы понимаете. И вдруг это всё. И говорят, что, вот, Юрий Михайлович подходит, говорят – давайте, Юрий Михайлович, вы у нас гениальный, красивый, мы с вами навсегда. Этот человек за 20 лет их сделал, извините, многих миллионерами, кого-то – миллиардерами, по крайней мере, которые вокруг. Представляете себе картину: выходят… да, эти люди…

А. САМСОНОВА — Кого конкретно Юрий Михайлович сделал миллионерами?

А. ДУРНОВО — И миллиардерами.

А. САМСОНОВА — Вы их знаете. Просто скажите нам фамилии.

О. МИТВОЛЬ — Вы знаете, дело в том, что могу сказать, что национальный телефон на заседании правительства почти у всех Vertu, то есть, ну, в смысле такие вещи…

А. САМСОНОВА — Нет, Ресина Юрий Михайлович сделал?

А. ДУРНОВО — Фамилии, имена, отчества.

О. МИТВОЛЬ — Я не думаю, что Владимир Иосифович получил свои часы от ЦК КПСС. Тогда ещё такая модель не выпускалась.

А. САМСОНОВА — А кто подарил?

О. МИТВОЛЬ — Не знаю.

А. САМСОНОВА — Но вы так думаете, что Лужков подарил Ресину.

О. МИТВОЛЬ — Я не думаю, что Юрий Михайлович ему такие дорогие часы подарил. Наверное, какие-то ответственные люди.

А. ДУРНОВО — Может быть, он копил долго, на зарплату собирал.

О. МИТВОЛЬ — Представляете себе картину следующую: и все говорили, что, вот, Митволь – это единственный человек, который не в команде, он вообще гад такой, он отдельно, сам по себе. Представляете? Выходит… да, ещё отдельно, давайте так: была целая группа граждан, которые сознательно сталкивали Лужкова с Президентом, фактически со своим работодателем, потому что по существующему закону Президент имеет право отрешать от должности. И эти люди ему говорили – Юрий Михайлович, давайте здесь с правой стороны, а вот здесь давайте с левой, вот так ответим, заметочки эти… представляете, да? Я сижу, думаю – что это такое? Сюр какой-то. И вдруг Президент ставит в такое положение, когда выходит этот указ. Он поступает, как Президент, потому что речь идёт уже о структуре власти. Выходит указ – человека отрешают от должности, и всё.

А. ДУРНОВО — А вы?

О. МИТВОЛЬ — Слушайте, я про вы сейчас расскажу. И представляете, выясняется, вдруг выясняется, что… а! Все говорят – ой-ой-ой-ой, а Юрий Михайлович оказывается… он не прав. И – ой-ой-ой-ой – мы 20 лет ведь не замечали, какой он был.

А. ДУРНОВО – Ну просто Король Лир получается по вашему…

О. МИТВОЛЬ — Вопрос не в этом. А, понимаете, да, ему говорят – надо обновлять команду. Давайте найдём самого преданного, самого лужковца и выкинет его на свалку истории. И этот лужковец стал я. То есть, когда был Юрий Михайлович, я не был член команды. Когда Юрия Михайловича Лужкова убрали, нашли всё-таки одного человека.

А. ДУРНОВО — То есть, получается, что Лужков – это Король Лир, а вы – Корделия?

О. МИТВОЛЬ — Слушайте, я бы не стал прям в женский пол так переходить, у нас вопрос, наверное, не в том, чтобы найти сценический образ.

А. САМСОНОВА — Вопрос сейчас заключается в том, что, по сути, вы в открытом пространстве. Где вы хотели бы продолжить работать? Быть чиновником региональным, в московском правительстве или в федеральном, или где?

О. МИТВОЛЬ — Я всё объясню, смотрите. Вы знаете, я в эти дни последние, да, очень много для себя понял, хотя у меня не в первый раз, когда ты большой руководитель, к тебе люди ходят – Олег Львович, красота ты наша, разрешите… Олег Львович, вы помните, я вам звоню, вы помните, мы с вами в роддоме лежали, вы лежали напротив, а я с таким бантиком, можно с вами встретиться? Происходит такое событие. Соответственно, кот за дверью. Мыши начинают плясать. Какой Олег Львович был негодяй. Ой! И, вы знаете, в этой ситуации я вам скажу: мне больше всего в этой ситуации… я достаточно сентиментальный человек, и это правда. И мне очень импонировало то, как очень много людей к этому отнеслось. То есть, мне домой, где живёт моя мама, начали звонить совершенно незнакомые люди. Мне начали писать письма, просто в больших количествах. Мне приходит почта электронная, и так далее. Соответственно, все мои общественные сети, там, все атакуются людьми, которые говорят – Олег Львович, не расстраивайтесь. Вы понимаете, я очень люблю людей, и когда ты видишь, что вот эти замы, помы, начальники управления, ну, вся эта клоунада, они… сегодня ты здесь, а завтра они в тебя плюют, а, вы знаете, а люди-то ведь они не плюют, и я хочу просто быть полезным людям, и я надеюсь…

А. САМСОНОВА — В Москве или где?

О. МИТВОЛЬ — Вы знаете, я из страны этой не хочу уезжать, я свою родину люблю, считаю её, Москву, своей родиной…

А. САМСОНОВА — Вы будете чиновником? Вы хотите оставаться чиновником?

О. МИТВОЛЬ — Я просто хочу быть полезным людям, хочу работать для людей, я ещё не думаю, чем хочу заниматься. Я понимаю только то, что…

А. САМСОНОВА — Если вам предложат работать в Москве, вы будете работать в Москве?

О. МИТВОЛЬ — Смотрите, если будет тот человек, а мне очень важно, чтоб я мог работать руководителем, потому что, вы знаете, да, я это уже показывал, что если я не могу сработаться с руководителем, я пишу заявление об уходе. Я могу честно сказать, что я за этот кабинет не держусь, вещи я оттуда вынес. И как только придёт новый префект, я ему тут же передам дела. Но я считаю, что в Москве очень можно сейчас много сделать именно потому, что сейчас есть реальный шанс сделать то системное переустройство, которое сегодня требует Москва для того, чтобы стать действительно удобным городом для проживания.

А. САМСОНОВА — Если вас новый мэр позовёт, он вас будет снова устраивать, позовёт на работу в Москве, вы согласитесь?

О. МИТВОЛЬ — Если, скажем так, понимаете, не знаю, очень важно, чтобы с человеком можно было работать, потому что…

А. ДУРНОВО — Но если он вас устраивает?

О. МИТВОЛЬ — Если человек, с которым можно будет работать, он меня пригласит работать для Москвы и для москвичей, я с удовольствием буду работать.

А. САМСОНОВА — Уходим на рекламу.



РЕКЛАМА



А. ДУРНОВО — 16:17 в Москве. Продолжаем говорить с Олегом Митволем, исполняющим обязанности префекта Северного округа Москвы. Олег Львович, ну, вот, сегодня опять заговорили о том, что станцию метро «Войковскую» и район, и улицу пора бы всё-таки переименовать, потому что Пётр Войков всё-таки как-никак убийца. Скажите, пожалуйста, вы как к этому относитесь? Самое главное, сколько денег на это уйдёт?

О. МИТВОЛЬ — Вы знаете, я считаю, что, во-первых, надо, конечно, у жителей Войковского района спросить.

А. ДУРНОВО — Ну, они, скорее всего, не знают, кто такой Войков. Им вообще всё равно…

О. МИТВОЛЬ — Ну, наверное, надо спросить правильно, то есть, написать, кто такой был Войков, какие к нему были вопросы. Вы знаете, вот эта история, когда мы сначала взрываем храмы, потом их начинаем опять отстраивать – ну ведь это неправильно. Я считаю, что, во-первых, мы должны понять, что у нас история нашей страны, она от нашей страны неотделима. И неотделимы от неё, скажем так, и те моменты, которыми мы можем гордиться, и те моменты, за которыми нам может и должно быть стыдно. Ну, это наша страна. У нас другой истории нет. И у нас в истории был и Войков, и у нас в истории был и Пётр Первый, и у нас в истории, извините, как бы кто ни хотел, был и Ленин, и Солженицын, у нас разные люди были, это все люди нашей истории. По поводу переименования улиц я считаю, что это очень важный символический процесс. И этот процесс надо делать исключительно по согласованию с людьми. И при этом, например, было бы неплохо им говорить, что, хотите вы переименовать Войковский район, метро «Войковская», улицу? Но это стоить будет бюджету города, например, 100 миллионов рублей. Соответственно, а 200 миллионов рублей стоит детский садик.

А. ДУРНОВО — Мы же не напасёмся средств. Вот, смотрите, я просто по метро – Подбельский, Фрунзе.

О. МИТВОЛЬ — Нет, я вам говорю как раз о том, что к этому вопросу надо не компанейщину делать, а очень серьёзно относиться. Потому что это вопросы символические, а символические – это вопросы воспитания, и даже не людей старшего возраста, а молодёжи. Так что давайте всё-таки вот этой темой будем заниматься системно и самое главное – с учётом мнения людей.

А. ДУРНОВО — А Петра куда девать?

О. МИТВОЛЬ — Вопрос. Вы знаете, а я его ставил? Вот, вы у человека, который…

А. ДУРНОВО — Ваше мнение как жителя Москвы. Вы любите Москву.

О. МИТВОЛЬ — Я могу сказать следующее – я люблю Москву. Я, когда поставили… кстати, хочу вам по секрету сказать, что акты, все документы подписывал как раз тот человек… именно тот человек, который сегодня говорит, что его надо убирать. Вопрос. Вы представляете, да, что многотонную семидесятиметровую конструкцию, или сколько он там – 80 метро, таскать туда-сюда за бюджетный счёт по Москве-реке, а именно об этом надо сейчас думать перед зимой. Вопрос заключается в том, что если это делать, надо делать обязательно с учетом мнения жителей. И я вас уверяю, что, например, вот, в ближайшее время придёт новый мэр, и у него будет столько вещей, по которым ему надо обязательно поговорить с жителями, чтобы потом вопросов не было.

А. САМСОНОВА — Олег Львович, как вы считаете: что было бы лучше для Москвы – чтобы мэр города был избираемая должность или назначаемая?

О. МИТВОЛЬ — Значит, смотрите. Действительно очень такой сложный вопрос. Наверное, если были бы выборы. Наверное, были бы шансы, например, стать мэром города мне. Гипотетически.

А. САМСОНОВА — Вы к этому готовились?

О. МИТВОЛЬ — Нет, я не готовился.

А. САМСОНОВА — Ваша реклама в метро, висит в подъездах Северного округа.

О. МИТВОЛЬ — Ещё раз. Давайте так: я не готовился, но я хожу по улицам, жители меня знают, жители ко мне подходят. Жители со мной общаются.

А. САМСОНОВА — Вы самый публичный префект в Москве.

А. ДУРНОВО — Самый известный.

О. МИТВОЛЬ — Я вам могу сказать, что если меня жители видят на улице, если я хожу по дворам, если я общаюсь с людьми, и если жители знают свою власть в лицо и знают, чем она занимается, извините, я хочу сказать другое, да, очень важно, чтобы власть отчитывалась. Извините, я попытался сделать фотоотчёт, хотя бы в такой понятной форме. Мне сказали – у, это пиар. Вопрос не пиар. Люди должны понимать, чем ты занимался, например, год.

А. САМСОНОВА — Если бы были выборы мэра, вас бы выбрали?

О. МИТВОЛЬ — Вы знаете, это, наверное, к жителям надо задавать вопрос.

А. ДУРНОВО — А вы хотите быть мэром, честно?

О. МИТВОЛЬ — Вы знаете, я хочу сказать, что я очень люблю людей и хочу просто работать с людьми в любом виде.

А. ДУРНОВО — В детском саду, например.

А. САМСОНОВА — Вот, скажите: вы хотите быть мэром?

О. МИТВОЛЬ — Я работаю преподавателем, на всякий случай вам. Работаю уже давно. Читаю лекции, несмотря на то, что у меня со временем очень плохо, я читаю лекции не потому, чтобы заработать, там, действительно те деньги, которые, наверное, не соответствуют трудозатратам по большому счёту. Потому что я читаю на четверть ставки, на осьмушку ставки. Вопрос заключается в том, что я считаю, что это просто общение с людьми. И я считаю, что здесь плохого ничего нету.

А. САМСОНОВА — Это всё очень здорово. Вы хотите быть мэром?

О. МИТВОЛЬ — Вы знаете, в той ситуации, которая сейчас, это невозможно.

А. САМСОНОВА — Ну, хотеть-то можно всего, чего угодно.

О. МИТВОЛЬ — Я всё-таки человек реальный, хожу по земле и хочу сказать, что я хочу сегодня работать с людьми. А по поводу выборов мэра я хочу сказать следующее: для нас очень важно другое.

А. САМСОНОВА — Нет, это проехали уже.

О. МИТВОЛЬ — Чтобы власть отчитывалась перед людьми в том или ином виде.

А. САМСОНОВА — Олег Львович, вы показали себя реалистом. Вы не хотите того, чего невозможно. Какая бы работа мечты для вас была бы самая лучшая? Чтобы это было одновременно реально, да, и чтоб вы хотели этим заниматься?

О. МИТВОЛЬ — Вы знаете…

А. САМСОНОВА — Ну, вам наверняка сейчас поступают предложения?

О. МИТВОЛЬ — Вы знаете, точно, скажем так, да, поступают предложения…

А. САМСОНОВА — Бизнес или чиновничьего плана?

О. МИТВОЛЬ — Вы знаете, поступают предложения бизнес-плана, вот, но, честно говоря, вы знаете, я категорически блюду законодательство, извините за выражение. Вы обратили внимание, да, что за 6,5 лет моей госслужбы, когда целенаправленно искали компромат на меня, единственное, что пытались предъявить – это то, что мой водитель то ли нарушал, то ли не нарушал ПДД, причём, естественно, без мигалок, ездил с обычными номерами, но то ли нарушал, то ли нет.

А. САМСОНОВА — Ну, мы знаем вас как…

О. МИТВОЛЬ — За 6,5 лет госслужбы. Больше нет компромата.

А. ДУРНОВО — А почему на вас так отчаянно ищут компромат?

О. МИТВОЛЬ — Видимо, потому что с тем человеком, на котором есть много компромата.

А. САМСОНОВА — Все не любят Митволя, ты же знаешь, в чиновничьих кругах.

О. МИТВОЛЬ — Я вам хочу сказать, что с тем человеком, на кого есть компромат, с тем работать легче. Потому что ему не надо ничего объяснять. Иди сюда, как говорится, ай-ай-ай-ай-ай. Человек говорит – а! Всё понял, я побежал.

А. САМСОНОВА — Где вы будете работать через 2 месяца? Где вы хотите работать?

О. МИТВОЛЬ — Не знаю. Сдам дела – если никаких идей не будет, но моя семья хочет, чтобы мы уехали на недельку отдохнуть, потому что, честно говоря, последний, там, месяц, вы знаете, действительно, у меня же и семья переживает все эти, ну, вы знаете, там, всякие баннеры, вот эта вся история. Пытались дискредитировать меня, обливать грязью, и на семье-то это плохо отражается. У нас к сожалению нет культа политической борьбы. Ну, наверное, например. Я хочу сказать, что, вы знаете, семья – ей ничего не объяснишь. То есть, я прихожу домой.

А. САМСОНОВА — Я показываю а видеотрансляцию листовку….

О. МИТВОЛЬ — Вопросы все находятся, а другие, там, с историей с бортом… баннеры, вывешенные за огромные деньги, купленные, о том, что я со ссылкой на постановление 2001 года о том, что я не борюсь с борделями, о которой, кстати, выяснилось, что в 2002 уже было отменено, и, вообще, с ним борется МВД. А вешали почему-то меня. Ну, понимаете, дома-то люди не понимают…

А. ДУРНОВО — Бордели были в других префектурах.

А. САМСОНОВА — Это проехали уже.

О. МИТВОЛЬ — Даже…

А. ДУРНОВО — Я помню, вы говорили, да.

О. МИТВОЛЬ — И вы обратили внимание, что сейчас нет таких проблем с борделями. Всё, закончились.

А. ДУРНОВО — Олег Львович, вот, смотрите: вы год с лишним работали префектом…

О. МИТВОЛЬ — Год и три месяца.

А. ДУРНОВО — Год и три месяца, да? Вы там, если я правильно помню, вывозили мусор, делали систему наблюдения за милицией, но, тем не менее, широкую известность вы получили как… скандалы.

О. МИТВОЛЬ — Давайте так: широкую известность у кого? У пользователей Интернета? Это одна история. У людей, которые живут в округе? Это другая история. У посетителей либерально-демократических посиделок в кафе и ресторанах – это третья история.

А. САМСОНОВА — Не мешает ли вам ваша известность? Всё-таки то, что вас любит народ, и знает народ…

О. МИТВОЛЬ — А что тут плохого?

А. САМСОНОВА — Это никаким образом в системе, где нет мало выборов и где нет публичной политики, не помогает вам, как мы видим, продвигаться… может быть, не нужно быть столь публичным, не нужно так часто ходить на эфир?

О. МИТВОЛЬ — Вы знаете, мне нравится общаться с людьми. Я, вы знаете, когда я пришёл на эту работу, мы должны были встречаться с населением раз в месяц, а я первые полгода заставлял всех встречаться с населением раз в неделю.

А. САМСОНОВА — Оценивая сейчас задним умом, может, это вам навредило или нет? Может быть, вам навредила ваша публичность?

О. МИТВОЛЬ — Слушайте, я вам скажу так: смотрите, я делал то, что должен был делать. Я закрыл, извините меня… 4 префекта не могли закрыть рынок просроченных продуктов в Коврино, я его закрыл.

А. САМСОНОВА — Олег Львович, где же вы просчитались? Почему же вас первым вслед за Петром? Вы за Петром I вслед за ним вас. Почему? Где вы просчитались, расскажите, где вы просчитались?

О. МИТВОЛЬ — Только один момент, что в результате этих действий и Пётр, и я остались на своих местах.

А. САМСОНОВА — Ну, да, Пётр не просчитался, вы где просчитались?

О. МИТВОЛЬ — Да я не просчитался. Я считаю, что намного важнее быть честным и открытым с людьми, чем то, что повернёшься, и чиновники тебя начинают пытаться вывести из своей чиновничьей…

А. САМСОНОВА — Ну, вы бы не придумывали историю с больничными, если бы вы считали…

О. МИТВОЛЬ — А я и не придумывал её. Вопрос в следующем. Смотрите, вы знаете, есть объективные вещи, а есть субъективные. И если, извините меня, у меня давление 160, то у меня больничный. Если кому-то чего-то не нравится, то он может с моим давлением поговорить и сделать мне обратно 128.

А. САМСОНОВА — Справочка. Главное – справочка. Она у вас есть.

О. МИТВОЛЬ — Значит, ещё раз: кроме справочки есть результаты анализов, изменение давления, изменение толщины стенки, кровоток сердца, всё есть. И по всем показателям у меня есть…

А. ДУРНОВО — Олег Львович, давайте оглянемся…

О. МИТВОЛЬ — А при этом месяц назад я проходил диспансеризацию, месяц назад, и никаких таких вопросов у меня не было. Это значит, что всё, что у меня сейчас есть, это благо приобретённое.

А. САМСОНОВА — Продолжаете же работать? Продолжаете бегать.

О. МИТВОЛЬ — Я не работаю сейчас.

А. САМСОНОВА — Но тем не менее. Вести активный образ жизни.

А. ДУРНОВО — Олег Львович, времени осталось мало. Хочу спросить: скажите честно, все эти бесконечные скандалы, начались проблемы со здоровьем. Да, когда снимают вас в каком-то ночном клубе, вы в прямом эфире….

О. МИТВОЛЬ — В 4 часа дня я встретил, позвонил мне…

А. ДУРНОВО — Придти в ночной клуб днём и выпить чаю с мёдом.

О. МИТВОЛЬ — Секундочку. Мне позвонил Андрей Караулов, у которого тоже проблемы. А я считаю, что людей, у которых есть проблемы, кто бы он ни был, бросать нельзя в ту минуту, когда они у него начались. Любого человека надо поддержать в такой ситуации. Мне позвонил Андрей, с которым я общался, и у которого, извините, тоже, вы знаете, там, серьёзные проблемы…

А. САМСОНОВА — Слушайте, вы с Карауловым – серьёзные мужики, вы же не поплакаться собрались? Что вы обсуждали?

О. МИТВОЛЬ — Человеку тяжело.

А. САМСОНОВА — Вы же не плакались друг другу в жилетки? Что, у вас план есть? Какой у вас с Карауловым план?

О. МИТВОЛЬ — Никакого у Андрея плана… он поехал отдыхать. Значит, позвонил мне Андрей в 4 часа дня и сказал – в кафе давай встретимся, попьём кофе, поговорим. Просто поговорим.

А. ДУРНОВО — Олег Львович.

А. САМСОНОВА — О чём?

А. ДУРНОВО — Вы чаю с мёдом не можете спокойно выпить. У нас осталось просто 10 секунд. Скажите, не надоело, что, вот, бесконечно донимают, вот, может быть, хочется спокойной жизни уже наконец?

О. МИТВОЛЬ — Слушайте, покой нам только снится.

А. САМСОНОВА — Это Олег Митволь, исполняющий обязанности префекта Северного округа Москвы в эфире программы «Разворот» на радио «Эхо Москвы». Алексей Дурново, Тоня Самсонова. Никуда не уходите, мы вернёмся через несколько минут.



Загрузка комментариев...

Самое обсуждаемое

Популярное за неделю

Сегодня в эфире