'Вопросы к интервью


Н.АСАДОВА: 14 часов и 22 минуты в Москве, у микрофона Наргиз Асадова и Яков Широков. Всем добрый день.

Я.ШИРОКОВ: Добрый день.

Н.АСАДОВА: Да, и сейчас как обещали, у нас на телефонной связи в студии будет Алексей Кокорин, руководитель климатической программы Всемирного фонда дикой природы и будем мы говорить об аномальной жаре. Действительно, был сегодня побит очередной температурный рекорд и, как нам обещают экологи, к 2070 году аномальная жара станет уже постоянным нашим спутником. Алло, Алексей, здравствуйте. Вы нас слышите?

А.КОКОРИН: Да-да, здравствуйте.

Я.ШИРОКОВ: Добрый день, Алексей. У нас первый вопрос касается, собственно, самой цифры, 2070-й год. Откуда она появилась? Почему именно 2070 год, хотя, может быть раньше, может быть позже, но, вот, именно этот год был назван?

А.КОКОРИН: Вы знаете, это работы климатологов, в частности, французских. Это модельная имитации климата, и они были сделаны после той жуткой жары 2003 года, когда во Франции погибло порядка 15 тысяч человек. Надо сказать, там температура была 40, держалась довольно длительное время и были пики до 45-ти. И они поставили перед собой задачу, насколько возможно предсказать, если события будут развиваться по наихудшему сценарию (а наихудший был взят повышение глобальной температуры на 4 градуса за XXI век), такой сценарий выбросов CO2 и других газов человека был взят. И была сделана модельная имитация.

И тогда получилось, что 2070-й год, примерно тогда такое лето, как было во Франции в 2003-м, будет повторяться почти каждый год. Это, конечно, лишь модельная имитация.

Я.ШИРОКОВ: А сколько, получается, дней таких жарких будет? Или это будет вообще, получается, все лето, именно вот такая жара стоять к 2070 году?

Н.АСАДОВА: Может, пустыня у нас уже будет?

А.КОКОРИН: Они имели в виду, что да, такая волна жары, то есть, скажем, среднеиюльская температура – ну, там задавалась 40 градусов, нам разумнее говорить, наверное, о 35 градусах максимальной дневной – будет для июля, как бы, средней дневной температурой. Конечно, это перспектива совсем не блестящая. Ну, это наступит не сразу, естественно, не каким-то скачком. Это означает, что столь жаркий июль будет во Франции или в России, например, один год из 3-х сначала или один год из 5-ти. Сейчас это совершенно аномальное явление. И это будет не к 2070-му году, а к 2030-му, к 2040-му и так далее, и так далее. А к 2070-му просто лето станет, ну, своего рода нормой, то есть обычным климатом июля. Но надеюсь, что это худший сценарий, что до этого дело не дойдет.

Н.АСАДОВА: Скажите, а есть ли какая-то статистика, сколько человек в России погибло при этой аномальной жаре?

А.КОКОРИН: Вы знаете, я, пожалуй, ею не владею – это, скорее, вопрос к медикам. Я слышал цифры, что более сотни. Это, как бы, такое, косвенное, то есть, в основном, погибают люди, которые страдают сердечнососудистыми заболеваниями. Но если вы помните, в московском метро был даже случай, когда 20-летний парень умер неожиданно от сердечного приступа – настолько жарко было на станции метро.

Я.ШИРОКОВ: Ну, вот, это, получается, необратимое? Ну, вы говорили, что это самый худший сценарий, который, в принципе, планируется. То есть это будет такая, необратимая тенденция или, все-таки, есть шанс хотя бы даже маленький избежать…

Н.АСАДОВА: ...такого развития событий.

А.КОКОРИН: Вы знаете, ученые настроены гораздо более спокойно, ну, которые пытаются посчитать разные сценарии. Почему брался максимальный, понятно – чтобы показать опасность. Что есть все шансы снизить выбросы парниковых газов к середине века в 2 раза, и тогда температура средняя глобальная повысится не более, чем на 2 градуса, то есть в 2 раза меньше.

Все равно, конечно, раньше, чем к середине века такой стабилизации просто температуры (НЕРАЗБОРЧИВО), равно как естественные факторы тут нам будут немножко помогать – солнце будет в минимуме, скажем, в 40-е годы этого столетия. Но, все-таки, к сожалению, естественные циклы солнца слабее, чем антропогенное воздействие, к сожалению. Хотя, небольшая помощь поступит и от них.

Н.АСАДОВА: А есть ли какой-то прогноз: зимы будут такими же аномально холодными как в этом году, если лето будет аномально жарким?

А.КОКОРИН: Вы знаете, можно дать 2 типа прогнозов. Средняя зимняя температура будет существенно выше. Более того, температура будет, скажем, в европейской части России, в Москве расти, в основном, за счет зимы. То есть, в среднем, зимы будут более (НЕРАЗБОРЧИВО) и теплые. Но наряду с этим будет больше изменчивость, большее число и волн жары, и волн холода. А это означает, что сильные морозы будут реже, но сильнее, если можно так сказать. То есть все равно повесить шубу окончательно, там, куда-то ее подарить или куда-то сдать или выбросить преждевременно. То есть климат более неустойчивый. При этом этот размах температур… Вот, сейчас у нас на 10 с лишним градусов больше июльской нормы. Июльская норма, средняя температура дневная, максимальная – 23 градуса. А у нас 33...

Н.АСАДОВА: Ну да. Но а зима была аномально холодной и довольно долго, действительно, держались морозы.

А.КОКОРИН: Да-да-да. Вот, средняя арифметическая между этим будет что-то типа увеличения температуры на 2 градуса, что в 5 раз, а то и в 10 раз, если взять всю планету в целом, среднее изменение температуры пока градус… То есть размах в 10 раз больше изменения среднего тренда. И это, конечно, больше всего и настораживает. Вот, мы страдаем-то не от среднего тренда, от средней температуры по больнице никто не страдает – все страдают от пиков, от 39 или 35 соответственно.

Я.ШИРОКОВ: Ну вот у меня еще такой вопрос. Если такая жара установится к 2070 году, то что нам ждать от природы? То есть таяние ледников, подъем уровня мирового океана, люди будут себя гораздо хуже чувствовать от таких перепадов температуры?

Н.АСАДОВА: Увеличение пустынь.

Я.ШИРОКОВ: К чему готовиться?

А.КОКОРИН: Ну, то, что люди чувствовать, это само собой, да. Пожалуй, нехватка пресной воды – это то, что… Вот, если мы внимательно будем читать научные статьи, доклады, тоже нехватка пресной воды выходит на первый план. И утверждается, что примерно к тому же времени, к середине века, ко 2-й половине века треть населения планеты может страдать от нехватки пресной воды. Треть – это 3 миллиарда от того будущего 9-миллиардного населения, которое прогнозируется.

Что касается России, это только южные районы, Южный Урал, Северный Кавказ. Но как мы видим сейчас, это, действительно, серьезный, как бы, звоночек или напоминание нам. Повышение уровня океана – не больше метра. Но, опять же, все зависит от того, где мы находимся. Глядя из Москвы, 1 метр, ну, просто ничего не означает. А в Бангладеше или в Петербурге это серьезно.

Н.АСАДОВА: Спасибо большое, Алексей. К сожалению, мы вынуждены вас прервать за нехваткой времени. Я напоминаю, что по телефону в прямом эфире был Алексей Кокорин, руководитель климатической программы Всемирного фонда дикой природы. Ну а я, Наргиз Асадова и Яков Широков встретимся с вами ровно через полчаса.



Загрузка комментариев...

Самое обсуждаемое

Популярное за неделю

Сегодня в эфире