'Вопросы к интервью


И.ВОРОБЬЕВА: 16:35 в Москве, и говорим мы о новости, которая сегодня стала первой много где. Так называемый Кодекс москвича, а точнее концепция национальной политики и межэтнических отношений, которая недавно уже была принята московским правительством. И говорим мы об этом, в общем, по пунктам очень подробно с Михаилом Юрьевичем Соломенцевым, председателем Комитета межрегиональных связей и национальной политики города Москвы. Михаил Юрьевич, здравствуйте.

М.СОЛОМЕНЦЕВ: Добрый день.

Т.ДЗЯДКО: Мне хотелось бы начать, что такое Кодекс москвича? Это книжка?

Материалы по теме

Нужен ли такой документ, как Кодекс москвича?

нет, не нужен
76%
да, нужен
20%
затрудняюсь ответить
3%


М.СОЛОМЕНЦЕВ: Ну, планируется как книжка, как брошюра, скажем так.

Т.ДЗЯДКО: Которая будет раздаваться где, кому и как будет распространяться?

М.СОЛОМЕНЦЕВ: Ну, механизм распространения – тут можно еще подумать, как это сделать. Есть масса возможностей – это и метрополитен, и строительный комплекс, и ЖКХ, есть вокзалы, аэропорты. То есть любой человек, который приезжает в город на какое-то определенное время и собирается здесь жить, работать, он должен получать такую книжку, такую брошюру, ознакомиться с ней и она будет помогать ему в дальнейшей жизни.

Т.ДЗЯДКО: А каким образом будет отслеживаться, насколько он этому кодексу следует? И если он не следует, то что, собственно, с ним будет происходить?

М.СОЛОМЕНЦЕВ: Тут важно понять следующее: что кодекс – это свод правил поведения, свод каких-то рекомендаций, скажем так. Это рекомендательный документ.

Т.ДЗЯДКО: Рекомендательный?

М.СОЛОМЕНЦЕВ: Конечно. Это же не закон, это не уголовный кодекс. Мы не можем делать документ, который будет нарушать права человека и личности. Мы можем выпустить вот такой документ, ну, даже не документ, скажем, кодекс – вот, правильно вы сказали – который будет рекомендовать что-то, ну, что в городе нормально делать, а что, в общем, не совсем нормально. У нас есть свои правила общежития в Москве, есть свои традиции культурные.

И.ВОРОБЬЕВА: Скажите, где сейчас можно ознакомиться с правилами проживания в Москве? Потому что я, честно говоря, не очень понимаю, что можно делать в столице, а что нельзя.

М.СОЛОМЕНЦЕВ: А сейчас нигде этого нету. Поэтому и встал вопрос о кодексе.

И.ВОРОБЬЕВА: Хорошо. Вот, на ваш взгляд, что можно делать в Москве, что нельзя?

М.СОЛОМЕНЦЕВ: Давайте я начну с другого немножко ответ. Этот документ – пока это только инициатива, которой мы начали заниматься. Причем, во многом, инициатива самих национальных объединений московских, которые выступают двумя руками за то, чтобы их земляки, которые приезжают в город, вели себя нормальным образом, не нарушали московские традиции и, соответственно, за них не было бы стыдно им. Такие случаи часто бывают в городе. Но я думаю, это не только наша инициатива – это совместная инициатива нашего совета по делам национальностей, комитета. И более того, мы вместе с ними будем все это делать.

Они уже начали потихоньку вырабатывать свои предложения. Более того, мы выйдем, я думаю, с предложениями с вашей помощью, возможно, к московскому сообществу, чтобы москвичи сами давали предложения. У нас есть сайт, у нас есть неформальный портал Вместе.ру – пожалуйста. Мы будем собирать вообще мнение москвичей, кто проживает в этом городе относительно того, что должно войти в этот кодекс поведения. И тогда это уже будет нормальный документ, который будет учитывать мнение многих людей.

И.ВОРОБЬЕВА: Так что же вы не ответили на мой вопрос: что же по этой вашей концепции можно, а что нельзя делать?

М.СОЛОМЕНЦЕВ: Ну, пока то, что, вот, можно сказать, например, я считаю, что не очень здорово каждый день ходить в какой-то национальной одежде. Не очень здорово, наверное, отправлять какие-то религиозные, национальные традиции в жилых районах. Я уже говорил в газете, например, есть сообщения о том, что в некоторых жилых районах московских жители другой национальности – я не буду говорить – резали барана в определенный праздник. Я считаю, это неприемлемо в городе.

Я считаю, что нельзя делать какие-то банальные вещи, которые должны быть понятны для всех. Не надо, в конце концов, плеваться в городе, не надо бросать мусор. Это не только для приезжих, это вообще общие правила поведения нормального, цивилизованного человека. Поскольку он живет в мегаполисе, в современном цивилизованном городе и это нормально. Об этом мы и будем говорить в кодексе.

И.ВОРОБЬЕВА: Скажите, а вам не кажется, что москвичи должны в первую очередь соблюдать этот кодекс, а не те, кто приезжает?

М.СОЛОМЕНЦЕВ: Обязательно, в том числе и для москвичей. Кодекс для всех. Мы же пишем, что это кодекс москвича, да? И это касается и москвичей в том числе. Надо понимать, что когда вы приходите в гости, естественно, с улицы, вы как правило снимаете обувь, вас приглашает хозяин квартиры надеть тапочки. Давайте пригласим москвичей самих и приезжих надеть тапочки московские, и войти в наше положение и жить, как живут жители этого мегаполиса, сложного очень города, где есть свои правила, традиции. здесь ничего такого особенного нету. Это нормальная жизнь.

Т.ДЗЯДКО: А, вот, к разговору о тапочках и национальной одежде можно чуть-чуть поподробнее? Вот, в частности, в интервью вы говорите, что не ходить по городу в национальной одежде. А что именно? Что подразумевается под национальной одеждой? Для кого-то то, что мы, порой, называем национальной одеждой, является абсолютно неотъемлемой частью их религиозного культа.

М.СОЛОМЕНЦЕВ: Религиозный культ и национальная принадлежность – это разные вещи.

Т.ДЗЯДКО: Хиджаб, например.

И.ВОРОБЬЕВА: Кипа.

М.СОЛОМЕНЦЕВ: Это религиозная принадлежность, которая, в общем, не имеет отношения к национальности, мы знаем. И я, отметьте, не говорю о каких-то религиозных вещах, тут я аккуратно.

Т.ДЗЯДКО: Не-не, я просто чтобы уточнить и понимать.

М.СОЛОМЕНЦЕВ: Да. Ну, вы знаете, есть у нас хорошая традиция в Москве проводить национальные праздники. Там все приходят в национальной одежде. Буквально 12 числа был Ысыах, якутский праздник. Замечательный праздник. Я там был, водил хороводы вместе с якутами, мы его справляли. Но я оговорюсь, не только с якутами, а там было огромное количество тех жителей Коломенского, которые живут рядом, и вообще москвичей. И там это воспринимается нормально, и это, как бы, ну, любой здравомыслящий человек не будет, наверное, ходить в каких-то неопрятных одеждах. Я не говорю, что это войдет в кодекс, я просто предполагаю, что это может войти в кодекс. Но послушаю мнение диаспор, послушаю мнение москвичей. Если с этим не согласятся, мы не будем это включать. Я еще раз говорю, это должен быть коллективный документ.

И.ВОРОБЬЕВА: Михаил Юрьевич, на самом деле, мы же все понимаем, что всех взбудоражило именно ваше интервью «Российской газете». И в ней – я просто сейчас процитирую – вам задавали вопрос. Видимо, в этой концепции национальной политики говорится о том, что Москва – это русский город.

М.СОЛОМЕНЦЕВ: В Москве проживает по последней переписи населения 84% русских. Мы имеем здесь русскую культуру, которая столетиями в этом городе была и он формировался за счет этой культуры. Что, мы открываем глаза на что-то новое? Это просто фиксируется факт исторический, который существует здесь как и в России, базис. Россия – это русский базис. У нас нет российского языка, у нас есть русский язык. И в нашем городе все говорят как на языке межнационального общения на русском языке, чтобы понимать друг друга. В противном случае никто понимать друг друга не будет. Это нормально. Это факт.

И.ВОРОБЬЕВА: Давайте, если уж мы заговорили о языке, если я ничего не путаю, вы говорили о том, что не только не ходить по городу в национальной одежде, но и разговаривать нужно по-русски.

М.СОЛОМЕНЦЕВ: Ну, желательно, конечно. А то в противном случае я уже сказал, вас не поймут. Но вообще, по-хорошему, надо вносить изменения, о которых мы говорили, в миграционное законодательство. Поскольку люди, которые приезжают сюда работать из других стран, где, к сожалению, уже в малой степени учат русский язык, они должны уметь общаться на русском языке, должны быть курсы. И они должны изучать этот язык, наш русский язык еще до того, как они приехали. И я считаю, что это нормальные условия, но это федеральное законодательство. Я считаю, что тут есть над чем поработать. Как жить в Москве и не говорить на главном языке российского и московского межнационального общения?

И.ВОРОБЬЕВА: Ну, то есть, вы имеете в виду, знать русский язык?

М.СОЛОМЕНЦЕВ: Знать и говорить, использовать его.

И.ВОРОБЬЕВА: Всегда?

М.СОЛОМЕНЦЕВ: Ну, не всегда, а в ситуациях, когда это требуется. Не, ну, послушайте, ну…

Т.ДЗЯДКО: Здесь я просто к этому вопросу. Здесь вопрос у нас на SMS, я напомню, что и видеотрансляция, кстати, у нас идет на сайте, www.echo.msk.ru, и вы можете видеть нашего гостя Михаила Соломенцева. И присылайте ваши вопросы, +7 985 970-45-45. Значит, смотрите. «А если в Казани примут кодекс, где посоветуют говорить по-татарски?» — задает вам вопрос слушатель, не подписавшийся к сожалению. Кстати, призываю наших слушателей подписывать свои сообщения. Не кажется ли вам, что таким образом мы создаем угрозу того, что города в, например, тех республиках, где население, в основном, не русское, будет тоже вводить свои кодексы и мы будем создавать такие центры, друг от друга отличающиеся слишком?

М.СОЛОМЕНЦЕВ: Нет, я не думаю такого. В любом городе России язык, на котором общаются разные совершенно национальности… Возьмите Дагестан – 57 национальностей. На каком языке они общаются? На русском. Что мы кривим душой? Русский язык – это единственный язык, который объединяет и сплачивает нашу страну в том числе. Поэтому в той же самой Казани, я думаю, там огромное количество и русских, и украинцев, я не знаю, и других там, и аварцев – кого угодно проживает. А на каком языке они будут общаться? На русском. Он все равно остается для любого города, а для Москвы особенно как для столицы российского государства, основным языком общения. Мы фактически ничего не придумываем – мы констатируем факт.

И.ВОРОБЬЕВА: Скажите, Михаил Юрьевич, вы не боитесь, что ваша, собственно, фраза в этой концепции, что Москва – русский город, некоторым образом даст отмашку вот этим нашим националистам, которые и ходят, собственно, под лозунгом «Россия для русских, Москва для москвичей»?

М.СОЛОМЕНЦЕВ: Нет, вы знаете, здесь ничего такого нету в плане опасений, поскольку у нас очень четкая позиция у Комитета. Вы знаете, мы приняли только что законопроект, Мосгордума его одобрила, который пойдет в Госдуму, в котором идет речь об ужесточении наказаний за преступления на национальной почве. Мы говорим о том, что единственная вещь, которая может развалить Россию, это преступления на национальной почве, ксенофобия и фашизм. Но любое государство базируется на каком-то базисе, на каком-то стержне. В нашей стране это в том числе и русский базис, который всегда был и является цементирующей силой всего государства, вокруг которого, во многом, формируются и другие культуры, и другая жизнь. И мы представляем единое целое. Но все равно стержень должен быть.

Вот, вспомните, там был определенный идеологический стержень в Советском Союзе, да? Его вытащили – Союз распался. Во многом поэтому. Это было плохо, хорошо – это другой вопрос. В любом деле, в любом государстве какой-то есть стержень. У нас это стержень такой, исторически сложившийся. Опять же, ничего такого нету, надо просто уважать и культуры других народов, и взаимообогащаться, к чему мы, кстати, призываем в концепции, которую вы упомянули. Только интеграция, только создание единой эффективной команды, единой, подчеркиваю, эффективной команды к российской нации, мы сможем чего-то добиться на этом стержне. Поэтому если мы пойдем этой дорогой, я думаю, мы будем идти в правильном направлении. Мы всю жизнь были сильны тем, что мы, будучи разными по сути, мы представляем собой члены единой команды, российской нации. Вот что я хотел бы сказать.

Т.ДЗЯДКО: Смотрю, здесь сообщения, есть люди, которые поддерживают ваше предложение, инициативы, есть люди, которые выступают против. Вот, в частности, смотрите, Закир пишет: «Разве город Москва не может принять именно закон, а не какой-то кодекс? Есть же правительство Москвы».

М.СОЛОМЕНЦЕВ: Нет, нет. Вообще, я вам хочу сказать такую вещь. Национальная политика находится в сфере компетенции федеральных властей. Поэтому наш документ, если точно его называть, который был принят правительством города, называется «Реализация государственной политики в сфере межэтнических отношений». Это компетенция федеральных властей. И если, я думаю, мы будем обсуждать этот закон, возможно, может быть, принять… Вообще, необходим, я думаю, государству закон о национальной политике. Вообще я считаю, что, конечно, жаль, что в такой стране как РФ нет Министерства по делам национальностей. У нас 170 национальностей официально, 160 с лишним. Ну как?

Я думаю, что это необходимо и можно подумать о принятии каких-то законодательных актов, в том числе и концепции национальной политики на уровне Федерации. Ну, вот, наш документ говорит о московской специфики, но с учетом тех решений, отдельных решений, которые есть по межнациональным отношениям на уровне Федерации.

Т.ДЗЯДКО: Но просто смотрите. Если этот документ имеет рекомендательный характер, значит рискну предположить, что к рекомендациям обычно у нас не прислушиваются.

М.СОЛОМЕНЦЕВ: Вы имеете в виду кодекс?

Т.ДЗЯДКО: Да, да.

М.СОЛОМЕНЦЕВ: Ну, почему? У нас по-разному бывает. Вы знаете, люди, когда приезжают, они приезжают, в принципе, с положительным настроем. Если мы говорим о временных трудовых мигрантах, они приезжают зарабатывать деньги. Они заинтересованы, чтобы их жизнь в городе проходила бесконфликтно, чтобы они занимались своим основным делом. Поэтому если они прочитают этот кодекс и поймут, что вызовет негативную реакцию у сообщества московского, а что не вызовет, что будет являться нормальным, я думаю, это поможет им в их дальнейших действиях и поведении в городе. Это облегчит им жизнь. Вот о чем мы говорим.

И.ВОРОБЬЕВА: Я напомню нашим слушателям, что мы обсуждаем так называемый Кодекс москвича с Михаилом Соломенцевым, председателем Комитета межрегиональных связей и национальной политики города Москвы. Вот здесь Елена, наша слушательница спрашивает, точнее восклицает: «А Москва, между прочим, столица многонационального государства». Видимо, Елена имеет в виду первые строки нашей Конституции.

М.СОЛОМЕНЦЕВ: Да, многонациональное. И Москва – многонациональная. У нас москвич, которого мы имеем, кто бы здесь приехал в 1-м поколении, во 2-м, не важно, в 3-м, кто здесь живет и считает Москву родным городом. Многонациональная – это нормально. Я уже об этом говорил, мы поддерживаем активно и национальные праздники, и где-то их даже софинансируем. Но нам важны те мероприятия, те праздники, то, что нас будет сводить вместе и то, что будет нас интегрировать в единую общность, а не то, что нас будет разъединять. Поэтому мы сконцентрированы на тех вещах, которые нас объединяют. И не важно, какой национальности человек. Я считаю, что 2 параметра, по которым вообще надо оценивать ценность того или иного индивидуума не только по Москве, вообще в России для выполнения государственных задач, это его порядочность и эффективность как члена команды. А команда единая – это не та команда, за которую мы болеем, может быть, на Олимпийских играх. Мы все вместе болеем за одну команду. А, вот, когда мы сами станем командой единой, вот тогда у нас будет все получаться. К этому и надо вести дело.

И.ВОРОБЬЕВА: Скажите, пожалуйста, Михаил Юрьевич. Вот, вы говорите о праздниках. Вот, например, есть у нас такой праздник, День народного единства 4 ноября. В этот праздник уже несколько лет подряд по Москве маршируют националисты. Вот, как насчет того, чтобы, может быть, националистам запретить маршировать по Москве и тогда у нас будет многонациональный нормальный город.

М.СОЛОМЕНЦЕВ: Ну, было бы просто. Самый простой выход бы был. Но это нереально. А, вот, мое глубокое убеждение – конечно, это крайне вредная акция, которую придумывают наши даже не националисты, а, скажем так, уже профашистские элементы. Мы предложили сделать другое. Мы предложили сделать Марш российского народа. Давайте объединимся, давайте объединим возможности всех наших диаспор, давайте объединим молодежные движения и сделаем Марш российского народа, куда входят все, как вы правильно заметили. Не важно, кто ты. Ты – член единого общества, россиянин, в Москве – москвич. Поэтому пройти вместе, всем показать, что, ну, не только у нас, вообще тут фашисты есть, которые преследуют сейчас и политические цели, а не идеологические. А есть и единая сообщность. Вообще, надо праздник раскручивать 4 ноября, поскольку он уже определен как государственный, праздник единства, то надо чаще говорить об этом единстве.

И.ВОРОБЬЕВА: Скажите, будет ли в этой концепции прописано для москвичей, если мы говорим, что москвичи тоже будут читать эту брошюру и будут с ней знакомиться…

М.СОЛОМЕНЦЕВ: Ну, это не концепция, это кодекс, скажем так.

И.ВОРОБЬЕВА: Окей, хорошо. Вот, москвичи должны следовать тоже этому кодексу, поскольку мы все живем в этом городе. Будет ли прописано для москвичей, чтобы они терпимее относились к людям других национальностей, которые приехали в наш город?

М.СОЛОМЕНЦЕВ: Я считаю, что это обязательно надо сделать. И, вот, ваше предложение, я считаю, что имеет полное право на то, чтобы быть включенным в эту концепцию. Вы знаете, это коллективное творчество, еще раз говорю. Если журналистское сообщество поможет нам, проведя опросы, скажем, в том же вашем, может быть, эфире о том, что москвичи думают по поводу пунктов, которые должны войти в эту концепцию.

Т.ДЗЯДКО: Так, давайте мы сейчас прямо проведем опрос, спросим наших слушателей, как им кажется, необходим подобный кодекс москвича или необходимости в нем нет. Идет так?

И.ВОРОБЬЕВА: Ну, такой вопрос общий, но, тем не менее.

М.СОЛОМЕНЦЕВ: Ну, есть общий. А я уже говорю про конкретику.

И.ВОРОБЬЕВА: Нет, конкретика – это предложения. А мы говорим о том, как наши слушатели считают, нужен ли этот кодекс или не нужен.

М.СОЛОМЕНЦЕВ: Пожалуйста. Нет, это ваше право проводить.

Т.ДЗЯДКО: Сейчас я запущу голосование. Как раз у нас 3 минуты осталось.

И.ВОРОБЬЕВА: Да. Скажите, и вы говорите, что это, все-таки, коллективное творчество, но я правильно поняла, что эту концепцию-то уже приняли?

М.СОЛОМЕНЦЕВ: Мы должны разделить 2 вещи.

И.ВОРОБЬЕВА: Да, давайте.

М.СОЛОМЕНЦЕВ: Мы говорим о концепции реализации государственной политики, которая принята правительством Москвы. А кодекс москвича – это, вообще, другое, это то, о чем мы начинаем сейчас говорить. На базе всего того, что уже разработано до этого, мы предлагаем городскому сообществу создать вместе документ. Это не касается концепции.

Т.ДЗЯДКО: Вот, давайте мы спросим у слушателей, нужен подобный документ как Кодекс москвича или не нужен? «Да, нужен» отвечаете вы и набираете московский номер 660-06-64. Нет, не нужен – 660-06-65.

Итак, действительно, голосование началось, будем полторы минуты голосовать до конца эфира. Нужен ли документ, подобный Кодексу москвича, который мы обсуждаем здесь в студии? Да, нужен – 660-06-64. Нет, не нужен – 660-06-65. Много здесь вопросов еще было относительно опыта других городов. Когда вы приезжаете в Париж, вам не обязательно говорить по-французски. Когда вы приезжаете в Норвегию, с вас не требуют говорить на норвежском языке. Насколько вообще вы так или иначе консультировались с опытом других мегаполисов, других городов, куда приезжают люди из провинции и не только из нее?

М.СОЛОМЕНЦЕВ: Дело в том, что вы можете не говорить на языке, когда вы приезжаете как турист, да? Ну, просто будет ущерб. И тем более, мы говорим о ситуации, когда человек приезжает работать на какое-то определенное время. Без языка вы не обойдетесь. И, конечно же, я уже раз об этом говорил, здесь вопрос даже к миграционному законодательству, которое должно вообще людей заставлять учить его до прибытия в страну.

Т.ДЗЯДКО: Ну, то есть какой-то экзамен.

М.СОЛОМЕНЦЕВ: Ну, какой-то экзамен, какие-то курсы обязательные. Потому что вы будете неполноценным человеком, если долгое время будете находиться и не понимать основной язык общения. Никто никого документом этим принуждать не будет, это просто добрая рекомендация, без которой, я думаю, этим людям будет тяжело жить в Москве и все.

И.ВОРОБЬЕВА: Тут есть один вопрос, Алкид из Пензы: «Может, запретить вообще все эти праздники? Если нельзя резать барана, то почему можно жечь масленицу?» Ну, у нас же можно жечь масленицу на праздник. Вот, мы чучело сжигаем же? Есть такое.

М.СОЛОМЕНЦЕВ: Да. Но одно связано с другим. Вспомните, что уже прочитали здесь. Это, все-таки, русская традиция.

И.ВОРОБЬЕВА: Ну, все понятно. Столица многонационального государства, но, все-таки, русский город.

М.СОЛОМЕНЦЕВ: Да. Но русский, все-таки, базис здесь есть и это традиция, здесь ничего такого, оскорбляющего никаких других людей нету. А, понимаете, убийство животного – это, все-таки, не сожжение тряпичной масленицы, это серьезная вещь.

И.ВОРОБЬЕВА: Ну что же? У нас есть итоги голосования.

Т.ДЗЯДКО: Да, у нас время подходит к концу, есть итоги голосования. 39% наших слушателей поддерживают введение подобного кодекса. Соответственно, 61% выступают против. На этом наше время подошло к концу. Я благодарю нашего гостя, Михаил Соломенцев, председатель Комитета межрегиональных связей и национальной политики города Москвы был у нас в эфире. Спасибо вам.

М.СОЛОМЕНЦЕВ: Спасибо.

Т.ДЗЯДКО: Мы, Ирина Воробьева и Тихон Дзядко на этом с вами прощаемся. Счастливо.

И.ВОРОБЬЕВА: До свидания.




Загрузка комментариев...

Самое обсуждаемое

Популярное за неделю

Сегодня в эфире