'Вопросы к интервью
Л. ГУЛЬКО: У нас на прямой телефонной линии директор по природоохранной политике Всемирного фонда дикой природы Евгений Шварц. Здравствуйте, Евгений.

Е. ШВАРЦ: Добрый день

А. САМСОНОВА: Здравствуйте. Евгений, ЦБК возобновляет выброс вод в Байкал.

Л. ГУЛЬКО: Подожди. Не выброс. Пока он возобновляет работу. Что касается выбросов, то они бывают залпами, а бывают нормальными.

Е. ШВАРЦ: Там дело не в том, что завод возобновляет работу, а в том, что разрешено вернуться к запрещенному еще девять лет тому назад разомкнутому циклу, что позволяет комбинату вернуться к выпуску беленой целлюлозы, что, безусловно, приведет к существенному возрастанию загрязнений. Речь не идет о том, что это новые технологии или безопасные и так далее. Не нужно было менять список режимов и запретов, для того чтобы выпускать по замкнутому циклу небеленую целлюлозу. Речь идет о том, что уже не первый раз используется г-ном Олегом Владимировичем Дерипаской (который по совместительству является руководителем комитета РСПП по природопользованию и экологии), для того чтобы, используя проблемы моногородов, лоббировать возвращение к (неразборчиво) режимам и запретам.

Сегодня мне уже оборвали телефон журналисты разных изданий, что якобы у нас в стране нет выпуска вискозной целлюлозы, что нужно в военных целях, и поэтому нужно обратно вернуться, разомкнуть цикл на Байкале. Можно ответить, что та целлюлоза, которую они лоббируют, еще несколько лет назад выпускалась на шести российских ЦБК, из-за отсутствия спроса они прекратили выпуск. Последний завод, в Братске, прекратил выпуск полтора года тому назад. При этом речь идет об объемах 300 тонн целлюлозы, т.е. речь идет – в масштабах Байкальского ЦБК – о неделе работы. Т.е. фактически используется игра на понятных руководителям страны аргументах, для того чтобы просто вернуться к более грязному и более выгодному для собственника 51% акций ЦБК режиму.

Л. ГУЛЬКО: Скажите, пожалуйста, Евгений, а экологический ущерб, он уже просчитан, да? Вы сказали «одна неделя работы ЦБК». Объем выбросов и экологического ущерба просчитан на эту неделю или на целый цикл?

Е. ШВАРЦ: Воздействие ЦБК просчитывается достаточно давно. Последний год гораздо хуже, потому что Институт токсикологии, который раньше принадлежал Минбумпрому, а сейчас, по-видимому, ЦБК, он находится в состоянии банкротства. Тем не менее, у нас на Байкале работают соответствующие структуры Института биологии пресных вод Иркутского университета и Институт лимнологии Российской академии наук. Более того, подробные данные по динамике состояния Байкала приводятся в государственном докладе о состоянии окружающей среды РФ, который есть на сайте Министерства природных ресурсов. Совсем недавно, неделю назад, появился доклад за 2008 год. Более того, на этом же сайте есть специальные доклады о состоянии Байкала. Я не хочу сказать, что все вопросы однозначно ясны, потому что, к сожалению, в последние годы… Во-первых, в последние годы негативное воздействие на Байкал было гораздо меньше. Если я правильно помню, с 2002 года мы перешли уже на замкнутый цикл. Собственно, сейчас возмущение экологических организаций и местного населения вызывает то, что вернулись к разомкнутому циклу. До этого последние 6-8 лет воздействие было гораздо меньше.

Л. ГУЛЬКО: Воздействие замкнутого цикла было приемлемым.

Е. ШВАРЦ: Да. Ради этого всё и делалось. Более того, представители «Базового элемента» и «Континенталь Менеджмента» в ноябре вели со мной переговоры о том, что давайте договоримся, публично подпишем какое-то соглашение, что мы разомкнем, для того чтобы потом замкнуть окончательно, чтобы решить все проблемы и так далее. Я сейчас подозреваю, что это была некая попытка предотвратить какую-то нашу реакцию, чтобы мы не отслеживали ситуацию. Но мы были готовы обсуждать. Мы хотели, чтобы были публичные аргументы и чтобы было понятно, какое имеет отношение к решению социальных проблема Байкальска, а какое – для компании и так далее. В принципе, мы не враги компании. Мы за то, чтобы не было негативного воздействия на Байкал и были режимы и технологии, которые приемлемы для этой уникальной территории. Давайте честно помнить, что Байкал – 20% мирового запаса питьевой воды.

Кроме того, у меня ощущение, почему этот вопрос именно сейчас встал, что «Континенталь Менеджмент» и «Базовый элемент» хотели, чтобы этот скандал был после того, как завершится IPO «Базового элемента» в Гонконге. Потому что уже сейчас, если вы посмотрите, на сайтах РИА «Новости» и «Блумберг» появились сообщения из крупных инвестиционных компаний, которые приняли решение не покупать акции на Гонконгской бирже. Скорее всего, будут проблемы с их размещением у тех, кто покупал большими пакетами для перепродажи уже первичным инвесторам, именно в связи с ситуацией на Байкале.

У меня такое ощущение, что это всё является достаточно хорошо продуманной стратегией: сперва спокойно, успешно разместиться на Гонконгской бирже, после этого уже лоббировать ухудшение режима, спекулируя проблемой моногорода. Если вы меня хотели спросить про это, то, конечно, такого количества моногородов, как в России, нет нигде. Потому что у нас ненормальная урбанизация, у нас города возникали при заводах, а не заводы при городах.

Тем не менее, мне кажется, что и Пикалево, и особенно «АвтоВАЗ», т.е. Тольятти, показывают ситуацию, что нельзя пытаться сохранить неконкурентоспособные технологии, шантажируя руководство страны проблемой населения моногородов, что во многих случаях решение проблемы переезда людей, повышения социальной мобильности, трудоустройства в соседних городах на производствах может оказаться дешевле по своим и экономическим, и социальным характеристикам, чем сохранение существующей ситуации. И давайте честно скажем, что Байкальск – 17 тысяч людей, из них в настоящее время на ЦБК трудоустроены около 350, и что проблема эта решаема.

А. САМСОНОВА: Что конкретно вы людям ответите? Например, Галина Михайловна, сотрудница, она говорит: «Где работать? На что жить? Если ЦБК закроют, жизнь в городе остановится». «До слез обидно: целый город – псу под хвост. Так разве можно? Напишите об этом, защитите нас. Мы всю жизнь отдали заводу. Я больше 20 лет трудилась на комбинате газоэлектросварщиком», – это Нина Георгиевна говорит. «А что теперь? Куда дети пойдут работать, внуки?» Конкретно этим людям что мы можем ответить? Что для нас Байкал дороже?

Е. ШВАРЦ: Мы, наверное, можем сказать, что если нам дороже Байкал, мы должны принять меры, чтобы помочь этим людям. У нас известно достаточно большое количество точек экономического роста, где можно дать людям и жилье, и работу. Это один момент. Второй момент. Насколько мне известно, в том же Байкальске достаточно много делалось по диверсификации развития, по развитию туризма, по выпуску минеральных вод и так далее. Другое дело, что при запуске ЦБК по разомкнутому цикл попытки диверсификации отмирают сами собой. Потому что одно дело – это представлять Байкальск как город чистой воды и, соответственно, строить инфраструктуру для туризма, находить другие рабочие места, что явно становится неконкурентоспособным при возврате к открытому циклу.

Л. ГУЛЬКО: Евгений, иркутский губернатор Игорь Есиповский направил обращение к Владимиру Путину, в котором просит передать контрольный пакет акций Байкальского ЦБК государству. Он обязуется, если это будет сделано, «в обмен на федеральное финансирование программы снижения накопленного экологического ущерба? и перепрофилирования комбината». Вы как к этому относитесь?

Е. ШВАРЦ: Насколько я понимаю «Базовый элемент», это редкий случай, когда я должен с ними согласиться, что, вообще, хотелось бы видеть более активную позицию государства как собственника 49% акций, что, безусловно, это не должно быть проблемой только частной компании, которая уже получила всё это наследство с историей, но и государство должно было предпринять активные действия по решению этой проблемы. Если Есиповский считал, что распоряжение контрольным пакетом акций, или увеличение, что целесообразнее передать Иркутской области, то я думаю, что в этом есть серьезные основания. Я с большим уважением отношусь к тому, что делает в регионе власть.

Л. ГУЛЬКО: Последний вопрос. Если комбинат будет перепрофилирован, если работа будет идти по замкнутому циклу, если будет снижен экологический ущерб, в принципе, целлюлозно-бумажный комбинат будет иметь право на жизнь, да?

Е. ШВАРЦ: Конечно. Если речь идет о замкнутом цикле, то никаких оснований выступать, по крайней мере, я не знаю. Если существует замкнутый цикл без сброса в Байкал, то какие основания? Там, безусловно, может быть, нужно обновлять часть того, что идет в воздух, там есть проблемы…

Л. ГУЛЬКО: Новое оборудование ставить.

Е. ШВАРЦ: Да. Это связано с воздушными выбросами. Но такого негативного воздействия на Байкал уже не будет.

Л. ГУЛЬКО: Спасибо большое.

А. САМСОНОВА: Я напомню, это Евгений Шварц, директор по природоохранной политике Всемирного фонда дикой природы (WWF).

Комментарии

5

Пожалуйста, авторизуйтесь или зарегистрируйтесь, чтобы оставить комментарий.

vlad9210 26 января 2010 | 18:14

Я согласен с ведущими - Гаити объявить гуманитарное эмбарго, Байкал зсрть


26 января 2010 | 21:11

судороги пудинга
не даёт нашему премьеру покоя слава герострата... перед уходом- уж нагадить, так нагадить, не только России- всему человечеству


urit 26 января 2010 | 21:23

Травись рыбка, большая и маленькая....
Травись рыбка, большая и маленькая....

Спасибо Герру Путину от Байкальских рыбаков!
Добро пожаловать в наши места, да без охраны!


ivan40 26 января 2010 | 21:27

Очень нехорошо принемают теле.звонки ведущие,
свысока,дуратские вопросы,просто идиоты какието.
Без уважения Иван


27 января 2010 | 12:00

ПутИна ПУтина продолжается.

Самое обсуждаемое

Популярное за неделю

Сегодня в эфире