'Вопросы к интервью
Е. БУНТМАН – Наш гость Евгений Скрипелев – адвокат. Давайте начнем со вчерашнего судебного заседания. Большинство слушателей спрашивают: почему подозреваемые были в масках. Использование масок ранее никогда не применялось, вроде бы сами попросили. Может быть, скрывают следы. Что вы можете сказать?



Е. СКРИПЕЛЕВ — Сказать, что маски были. Эта маска была одета и снята добровольно человеком, которого я защищаю.

Е. БУНТМАН – А почему была надета маска? Будет закрытый процесс?

Е. СКРИПЕЛЕВ — Какой будет процесс, закрытый или открытый, сейчас говорить об этом рано.

И. МЕРКУЛОВА — Он чего-то боится, почему он решил скрыть лицо? И девушка тоже.

Е. СКРИПЕЛЕВ — О девушке не могу говорить, не знаю. Догадываюсь, о какой девушке вы говорите.

Е. БУНТМАН – О Евгении Хасис.

Е. СКРИПЕЛЕВ — Я так и думал. Что касается вопроса о том, что боится, по моим впечатлениям, не тот человек, который может бояться.

И. МЕРКУЛОВА — Тогда зачем, не очень понятно. Вы с ним не общались на эту тему?

Е. СКРИПЕЛЕВ — Нет.

Е. БУНТМАН – Давайте поговорим о том, что это за человек. Очень мало информации.

И. МЕРКУЛОВА — И она достаточно противоречивая.

Е. БУНТМАН – Из объективной информации известно, что вашего подзащитного зовут Никита Тихонов. Он, возможно, принадлежал к одной из националистических группировок. Последние два с половиной года находился в розыске. Пожалуй, это все. Вы можете что-нибудь добавить? Чем он занимается, был ли он в розыске.

Е. СКРИПЕЛЕВ — Я не могу знать, был ли он в розыске. У меня нет таких сведений. Что касается имени и фамилии, это правильно. Это действительно Тихонов Никита Александрович. Что касается его принадлежности к каким-то группировкам, мне об этом ничего неизвестно. И он об этом ничего не говорил.

И. МЕРКУЛОВА — А вы не спрашивали.

Е. СКРИПЕЛЕВ — Мы это обсуждали, я так скажу. О чем я спрашивал, я отклонюсь от прямого ответа.

Е. БУНТМАН – Я понимаю, что вы на этот вопрос вряд ли будете отвечать, но принадлежность или нет к какой-то националистической группировке, наверное, станет ключевым моментом судебного процесса.

Е. СКРИПЕЛЕВ — Не могу ничего определенного по этому поводу сказать. И я не знаю, принадлежит ли он вообще к какой-то группировке.

Е. БУНТМАН – Давайте поговорим про детали процессуальные в том числе. Как был произведен арест, были ли нарушения, об этом вы, наверное, можете говорить. Это непосредственно сейчас в вашей компетенции. Какие предъявлены, не предъявлены обвинения, как вашего подзащитного допрашивали, признал ли он свою вину?

Е. СКРИПЕЛЕВ — По порядку. Задержание происходило при мне. По моему впечатлению или оценкам, если говорить о законности, я считаю, закон соблюдался. Что касается его поведения, я так ваш вопрос понял, он давал показания. Показания признательные. В известной мере я должен сообщить, что я связан обязательствами, которые не всегда можно прописать, я конечно не мог знать диапазон или существо вопроса в деталях, на который мне придется сейчас вам отвечать, но исходя из того, что я представляю его интересы, я вам так отвечу. Он говорил о том, что он совершил убийство адвоката Маркелова и вашей коллеги журналистки. Он отрицает свою причастность к какой бы ни было националистической группировке, просто разные интерпретации есть, просто исходя из того, что мне сегодня пришлось слышать, у меня не очень была возможность доступа к СМИ, но из того, что до меня доходило, это он отрицает. Он имеет позицию свою собственную. Это я имел в виду вчера, я говорил значительно в коротком формате об этом. Это его поступок, его выбор. Так это выглядит сегодня. Так это выглядело на тот момент, когда эти показания фиксировались и были добыты. Отвечая дополнительно на ваш вопрос: законно я считаю.

И. МЕРКУЛОВА — То есть без давления, он сделал это добровольно.

Е. СКРИПЕЛЕВ — Я вам скажу так. Я никогда не участвовал или повезло или так судьба сложилась, там, где я работал, может быть, под моим присутствием давления не было. Если бы оно было, я бы сказал, я бы этому препятствовал.

И. МЕРКУЛОВА — А он дал показания при задержании?

Е. СКРИПЕЛЕВ — Да.

Е. БУНТМАН – Вы сказали, что вы присутствовали при задержании. Каким образом это возможно? То есть задержание, насколько я понимаю, происходит достаточно неожиданно для подозреваемого. Вы давно защищаете интересы Никиты Тихонова или вы лично знакомы?

Е. СКРИПЕЛЕВ — Ваш вопрос, часть вашего вопроса относится к тому, что называется адвокатской тайной. Это параметры адвокатского соглашения, принятого поручения и вот эти детали, которые вас интересуют, я природу этого интереса понять могу, но отвечать на это в таком виде…, если вы измените вопрос, я просто не готов. В вашей постановке прямо я ответить не могу. Если вы перефразируете, я отвечу.

Е. БУНТМАН – А что вас смущает в моей постановке вопроса?

Е. СКРИПЕЛЕВ — Меня ничего не смущает. Я просто вам говорю, так, как вы ставите вопрос, это адвокатская тайна.

И. МЕРКУЛОВА — Может быть, ваш клиент предполагал, что что-то подобное с ним произойдет?

Е. СКРИПЕЛЕВ — Мне это неизвестно.

И. МЕРКУЛОВА — Потому что ФСБ говорит, что какое-то время группа была в разработке, и это было достаточно давно. Долго по времени.

Е. СКРИПЕЛЕВ — И что?

И. МЕРКУЛОВА — То есть он никакой слежки, ничего не замечал?

Е. СКРИПЕЛЕВ — Мне об этом неизвестно.

Е. БУНТМАН – Я постараюсь не задавать вопросы, на которые у вас нет ответа. Но, тем не менее, вы можете подробнее рассказать про вашего подзащитного. Чем он занимался, какая у него профессия, есть ли у него работа. Потому что одни говорят, что журналистом работал до 2006 года, до этого дела, по которому он был в розыске, как сообщают СМИ. Поподробнее как о человеке может быть. Пока мы ничего не знаем, и узнать можем только от вас.

Е. СКРИПЕЛЕВ — Если о своих впечатлениях говорить, непрофессиональных, на этот вопрос мне проще ответить, потому что это касается ощущений личностных. Довольно положительное впечатление человек производит. Человек хорошо образованный и очень приятный в общении. Он историк по образованию. И я считаю, что он осознанно выбирал этот предмет, я думаю, что он его любит и хорошо в этом разбирается.

И. МЕРКУЛОВА — Газета «КоммерсантЪ» сегодня написала, что у следователей сомнения по поводу вменяемости Тихонова. И будет проведена психиатрическая экспертиза. Вам известно что-то об этом?

Е. СКРИПЕЛЕВ — Мне сейчас это от вас стало известно. Я, исходя из своих впечатлений, я бы не видел необходимости такой экспертизы. Но я не то лицо, которое принимает решение о назначении экспертизы, о ее качестве и так далее. Просто бывают такие обстоятельства и, наверное, качество работы следствия предполагает в определенных случаях, я не могу в этом отношении комментировать намерения следствия, чем они вызваны. Но думаю, что это желание быть последовательными, иметь полную картину. То есть не потому что есть какие-то подозрения в этом, а просто для того чтобы иметь заключение. Я не считаю его, у меня из моих впечатлений, убеждений, нет сомнения в его нормальном психическом здоровье. Никаких сомнений в этом нет.

Е. БУНТМАН – Вы говорите, ваш подзащитный говорил, что его поступок это было абсолютно осознанное действие и действие, на которое он пошел сам, без причастности к каким-то группировкам. Имеется в виду личная неприязнь или идеологические разногласия…

Е. СКРИПЕЛЕВ — Нет, только не идеологические разногласия. Да, это личная неприязнь.

Е. БУНТМАН – Что имеется в виду под личной неприязнью?

Е. СКРИПЕЛЕВ — В такой постановке в этих обстоятельствах мне надо говорить от чужого имени. А это неправильно. Больше того, что я сказал, мне трудно говорить ответственно.

И. МЕРКУЛОВА — Может быть, я помогу вам. Пресса писала о том, что Тихонов в 2006 году проходил подозреваемым по делу об убийстве 19-летнего антифашиста Александра Рюхина. Адвокат Маркелов защищал ту сторону. И добился реальных тюремных сроков. Этот факт имел место в жизни вашего подзащитного?

Е. СКРИПЕЛЕВ — Я не знаю этого, мне это неизвестно. Я не могу из того, что вы говорите, не могу сказать, не знаю этого.

И. МЕРКУЛОВА — Илья спрашивает: личная неприязнь, они что, пересекались в жизни с Маркеловым?

Е. БУНТМАН – Или с Бабуровой. Эта личная неприязнь была к кому?

Е. СКРИПЕЛЕВ — Что касается Бабуровой мне проще ответить. Здесь у него есть очень сожаление оттого, что при совершении при этих обстоятельств, в которых он оказался и пошел на этот поступок, это человек, который просто оказался…

И. МЕРКУЛОВА — Случайно.

Е. СКРИПЕЛЕВ — Рядом и непроизвольно произошло, это неосознанный был совершенно поступок. Он сожалеет о том, что он об этом узнал позже, он не знал, она была смертельно ранена, насколько я помню. Он говорит о том, что не имел намерения причинять ей смерть и лишать ее жизни.

Е. БУНТМАН – По версии следствия Анастасия Бабурова пыталась убийцу Маркелова задержать и тот в нее выстрелил уже позже, через несколько шагов.

Е. СКРИПЕЛЕВ — Нет, из того… Как же вы меня…

Е. БУНТМАН – Нет, если вы не можете отвечать на вопросы, то можно не отвечать.

Е. СКРИПЕЛЕВ — Понимаете, это детали обстоятельств, которые являются предметом и исследования, и установления, такие уже тонкости, которые я бы не хотел именно в таких деталях сообщать. Мне известно, что он сообщил, от него это известно. Я ведь вам немало сказал. Это произошло случайно. Я скажу так: она не препятствовала, просто так сложились обстоятельства. То, о чем вы спрашиваете, так не было.

И. МЕРКУЛОВА — Я не могу не задать вам следующий вопрос. Тихонов действовал один?

Е. СКРИПЕЛЕВ — Один.

Е. БУНТМАН – Я понимаю, что только Тихонов ваш подзащитный, но как получилось, что двое задержаны. По версии следствия, то, что я говорю, это информация, которая оказалась в прессе от источников из Следственного комитета, от источников из других структур. Как получилось, что задержана и девушка Евгения Хасис. И кем она приходится Никите Тихонову?

Е. СКРИПЕЛЕВ — Не располагаю этими сведениями. Не знаю, ни кем она ему приходится, ни ее отношение ко всему происходящему мне неизвестно.

Е. БУНТМАН – Во всяком случае, она не его сестра, как писал «Московский комсомолец», по-моему. Или вы тоже не можете ответить?

Е. СКРИПЕЛЕВ — Я думаю, она не его сестра.

И. МЕРКУЛОВА — Я бы хотела вернуться во вчерашнее заседание в Басманном суде, которое решало вопрос об аресте задержанных. Почему заседание было закрытым? Как справедливо отмечает наш слушатель, закрывают обычно, если есть опасность разглашения гостайны или что-то такое.

Е. СКРИПЕЛЕВ — Вообще право закрывать заседания за судом. Оно закрывается судьей. И по желанию сторон. Там было так. О закрытии судебного заседания просила сторона, которая заявляла это ходатайство. То есть представители прокуратуры.

Е. БУНТМАН – Но ведь вы не возражали?

Е. СКРИПЕЛЕВ — Я не только не возражал, у меня была собственная мотивация для того, чтобы это заседание было закрытым. Понимаете, ведь человек не живет один в этом мире. Он имеет друзей, товарищей, каких-то близких ему людей. Но ведь никто не знает, чем закончится это обстоятельство его задержания, и к каким выводам придет следствие. Каким будет его результат. Более того, результаты этого следствия станут предметом судебного следствия уже потом, когда будет определена судьба человека. Но ведь природа, как мне представляется информационного пространства, сейчас чуть поменьше стали называть вас «четвертой властью», но это очень большой механизм и большая возможность воздействия на формирование мнения людей, менять настроения, в том числе в обществе по значимым вопросам. Отчасти в том числе на исход судьбы. Например, моего подзащитного. Вот так я рассуждаю. То есть то, о чем так много говорится, и я вижу, вы спрашиваете, принадлежность к группировкам и так далее, во-первых, я на этот вопрос уже ответил. Но поскольку эти вопросы нагнетаются, то создается впечатление, может создаться, что так это есть на самом деле. Для того чтобы это выяснить, нужно пройти еще длительный большой путь. И будет ли это установленной судом истиной, большой вопрос.

И. МЕРКУЛОВА — Арестован ваш подзащитный, арестована и девушка. Что дальше будет? Кстати, где он сейчас содержится?

Е. СКРИПЕЛЕВ – В Лефортово, в следственном изоляторе.

И. МЕРКУЛОВА — ФСБ.

Е. СКРИПЕЛЕВ — Это вы по-старому называете. Насколько мне помнится, это было несколько лет назад, это традиционно как-то, территориально. Насколько мне известно, изолятор, по-моему, передан из ведения, долго, не сразу это все делалось, было принято решение, вы помните, может быть, когда изоляторы из ведомства МВД передавались в Министерство юстиции. Это был последний изолятор, который был такого подчинения. Если говорить о его статусности и так далее.

И. МЕРКУЛОВА — Ну так и что дальше? Вы что сейчас будете делать?

Е. СКРИПЕЛЕВ — Вы что имеете в виду?

Е. БУНТМАН – Процессуально.

Е. СКРИПЕЛЕВ — Воды попить собирался.

И. МЕРКУЛОВА — Пожалуйста.

Е. БУНТМАН – Но это не процессуальные конечно, действия.

Е. СКРИПЕЛЕВ — Процессуально что делать? Я буду добросовестно следовать своим профессиональным обязанностям. Раскрывать свои навыки, какие-то способы, средства, методы это непрофессионально. Я могу заниматься своим делом. И буду этим делом заниматься. Пока у меня есть на это полномочия, буду этим заниматься.

И. МЕРКУЛОВА — Наши слушатели многие, не все, конечно, сомневаются в том, что нашли настоящих убийц. Многие просто говорят, что очередного козла отпущения нашли. И то, что директор ФСБ докладывал вчера президенту, вас не смущает?

Е. СКРИПЕЛЕВ — По одной причине – я не знаю, что он докладывал. Слышал от ваших коллег. Не видел этого, так сложилось. А почему меня должно смущать то, что докладывает должностное лицо, неважен его ранг.

И. МЕРКУЛОВА — Вроде как до суда уже человека объявили…

Е. СКРИПЕЛЕВ — А вот это я считаю…

И. МЕРКУЛОВА — Многие, во всяком случае, расценивают это так.

Е. СКРИПЕЛЕВ — Если это так, как вы говорите, чтобы я тоже не был…, понимаете, я этого не видел, если это так, как вы говорите, это неправильно. Как он сказал?

И. МЕРКУЛОВА — Фамилий никаких названо не было. Просто сказали, что в рамках борьбы с радикальными группировками вышли на след одной группы, которая…

Е. СКРИПЕЛЕВ — А почему вы считаете, что речь идет о Тихонове?

И. МЕРКУЛОВА — Нет?

Е. СКРИПЕЛЕВ — Вы меня спрашиваете?

Е. БУНТМАН – Я процитирую: получена конкретная информация, которая является признательной со стороны лица, совершившего убийство. Это цитата из текста господина Бортникова.

И. МЕРКУЛОВА — Может еще кого задержали.

Е. СКРИПЕЛЕВ — Может это не к тому, чем я занимаюсь. Тогда и в отношении…, вы меня с господином Бортниковым, что лбами столкнуть хотите. Вам это отчасти удается, я вижу.

Е. БУНТМАН – И процитирую еще одну фразу: раскрыто также еще одно убийство, совершенное в сентябре на почве национальной вражды. Ни о чем подобном речь не шла?

Е. СКРИПЕЛЕВ — Мне это неизвестно. Я не могу, не знаю ни о каком убийстве. Ни о времени и так далее, вот в пределах того, чем я занимаюсь, мне это неизвестно.

Е. БУНТМАН – Сейчас и в отношении вашего клиента говорится только об убийстве Маркелова и Бабуровой. Правильно я понимаю? Никаких других обвинений не предъявлено и никаких подозрений нет?

Е. СКРИПЕЛЕВ — Знаете, об этом я говорить тоже должен в каком-то усеченном виде. Вы мне задали вопрос, я на него ответил. Как он относится, что он говорит, и какая его позиция. Это я сказал. Что касается формулы обвинения, это тайна следствия, и я связан соответствующей подпиской и в этом отношении это за скобками того, что я могу себе позволить.

И. МЕРКУЛОВА — А когда суд может начаться?

Е. СКРИПЕЛЕВ — Суд над кем?

И. МЕРКУЛОВА — Над вашим подзащитным.

Е. СКРИПЕЛЕВ — Вдруг его не будет.

И. МЕРКУЛОВА — Вы допускаете и этот вариант?

Е. СКРИПЕЛЕВ — Вы знаете, я допускаю все, что не противоречит законам физики.

И. МЕРКУЛОВА — А как это может быть? На каком основании не может быть суда?

Е. СКРИПЕЛЕВ — А вы знаете, есть иногда основания прекращения уголовного преследования, предусмотренные законом. Если теоретизируем в широком смысле, есть такое понятие – открывшиеся обстоятельства. Много чего в природе бывает.

И. МЕРКУЛОВА — Во всяком случае, пока обвинения предъявлены. И об этом уже говорил Следственный комитет и называл фамилии.

Е. СКРИПЕЛЕВ – Предъявлены, да.

Е. БУНТМАН – Спасибо. Будем следить за развитием событий. Я надеюсь, вы еще будете гостем нашего эфира, когда можно будет о чем-то подробнее говорить и о ходе процесса, если он будет.

Е. СКРИПЕЛЕВ — Спасибо, всего доброго.


Загрузка комментариев...

Самое обсуждаемое

Популярное за неделю

Сегодня в эфире