'Вопросы к интервью
А. САМСОНОВА: Ну что ж, 16:06 в российской столице. Мы начинаем второй час программы дневной «Разворот». И начинаем его с интервью с Миклошем Харашти, представитель ОБСЕ по свободе слова. Господин Харашти, добрый день.

М. ХАРАШТИ: Добрый день.



А. ДУРНОВО: Напрашивается вопрос, как Вам кажется, какова в России ситуация со свободной слова?

А. САМСОНОВА: С места в карьер. Нет, давайте Вы расскажете, какими судьбами Вы в России?

М. ХАРАШТИ: Я очень охотно начинаю с того, что для ваших слушателей наиболее важно. Но, как вы знаете, я международный омбусмен для 56 стран. Я говорю, понимаю по-русски, говорить я немножко медленно могу. Иногда я буду с помощью английского выражаться, если позволите.

А. САМСОНОВА: Как Вам будет удобнее.

М. ХАРАШТИ: В 56 странах ОБСЕ задались такими вопросами, как плюрализм, работа СМИ, нападения на журналистов. Это проблемы общие для всех 56 стран, в том числе России, которые взяли на себя обязательства работать в этом направлении. По сути, эти обязательства связывают все требования демократии к СМИ. Мы не обращаем внимание на географическое положение страны, критикуем как западные, так и восточные страны, однако, мы не закрываем глаза на то. Что проблемы не одинаковы в разных странах.

Отвечая на ваш вопрос, очевидно, сегодня, говоря о России, о положении журналистов, очевидно, что приходит в голову мысль о том, что происходят серийные убийства российских журналистов. Более того, лишь одна вещь более ужасна, чем террор в отношении журналистов – нападения на них, убийства. И это когда такие преступления остаются безнаказанными. Так, в прошлый раз мы много занимались этой проблемой и вот что я предложил российскому правительству. Мне кажется, надо предпринять два шага, которые, к сожалению, пока предприняты не были.

Необходимо, чтобы центральная власть громко, публично признала, что мы столкнулись с кризисом в области прав человека. Это кризис прав человека особого рода, когда речь идёт о кризисе свободы выражения, когда журналисты не могут говорить о свободе слова, поскольку они должны опасаться за свою жизнь. И мне кажется, что огромным шагом вперёд станет публичное признание существования этой проблемы и что это освободит многих членов общества.

Я знаю, что выражение соболезнования стало первым шагом на пути решения проблемы, однако, признание степени, масштаба проблемы – вот должны шаг вперёд. И второй последующий шаг – это углублённая проработка и совершенствование деятельности правоохранительных органов. И процесс должен идти сверху вниз. Два года назад генеральный прокурор отчитывался перед президентом РФ, шла прямая трансляция по телевидению, он говорил, что замешано 10 человек, заговор уходит корнями за рубеж.

Два года спустя три человека были отпущены, в связи с ошибками в ходе следствия, а генеральный прокурор сохранил свой пост. И как журналистское сообщество может доверять правоохранительным органам, глава которых мог допустить такую жестокую ошибку или просто провалился и не признаёт этого. И поэтому важным шагом вперёд должна быть работа, которую должны делать совместно с журналистами. Необходимо признать, что существует проблема в области демократии. И что преступления, совершённые против журналистов – это необычные преступления.

А. ДУРНОВО: Мы продолжаем дневной «Разворот». У нас в гостях Миклош Харашти, представитель ОБСЕ по свободе слова.

А. САМСОНОВА: Мы бы хотели начать с того, чтобы спросить Вас о г-не Подрабинеке, он полчаса назад был у нас в прямом эфире. Он, к сожалению, не может придти к нам в студию живьём, мы бы тоже хотели его снять, как Вас, на видео-трансляцию, нет такой возможности, ему неким образом угрожают. Как Вы расцениваете эту ситуацию, действия молодёжной группы «Наши», которая пикетирует дом Подрабинека? Насколько это вписывается в правовой контекст?

М. ХАРАШТИ: Это как раз иллюстрирует тот случай, о котором говорили до рекламы. Правительство как раз в таких случаях должно защитить журналистов и активно публично вмешаться. Буквально три дня назад по этой теме я направил письмо вашему министру иностранных дел Сергею Лаврову. Я просил начать преследование против людей, которые угрожают журналисту. В то же время люди, которые обращаются к нему с угрозами, запрашивают в «Новой газете» его личные данные. Это недопустимо, поскольку «Новая газета» за последние два года потеряла убитыми четырёх своих сотруднидков-журналистов.

И когда сейчас люди, угрожающие новому журналисту, требуют его личные данные, такие данные разглашаться не могут. Мне кажется, что представление их было бы подстрекательством к дальнейшему насилию.

А. САМСОНОВА: Получили ли Вы какой-то ответ от г-на Лаврова?

М. ХАРАШТИ: Да, буквально завтра я буду встречаться с заместителем министра иностранных дел, поскольку г-н Лавров сейчас в отъезде. Но вообще российские власти исправно отвечают на все мои письма. Надеюсь, что на это письмо я получу ответ и ответ будет положительным. Мне кажется, что это хороший случай показать, что власть на стороне журналистов и положить конец угрозам.

А. ДУРНОВО: А что обычно отвечает власть на Ваши письма?

М. ХАРАШТИ: Обычно представляют полезные статистически данные о начатых расследованиях, а так же печальные статистические данные о расследованиях, которые ни к чему не привели.

А. ДУРНОВО: Но всё-таки, как Вы считаете, в ситуации с Подрабинеком Ваше письмо может повлиять на ситуацию и помочь журналисту, оказавшемуся в такой ситуации?

М. ХАРАШТИ: Да, я был очень рад выслушать комментарии на эту тему помощника президента РФ, а также одного из членов кабинета, которые осуждали преследование «нашистами» одной дамы, журналистки. Мне кажется, необходимо применять систематические шаги и государство должно уделять этому вопросу приоритетное внимание, потому что сейчас, похоже, входит в моду то. Что я не могу описать иначе, как цензура, которая навязывается насилием. А что может быть хуже такого рода цензуры насилием в демократическом государстве!

А. САМСОНОВА: Вчера была ещё одна важная дата для российской журналистики. Это была годовщина убийства Анны Политковской. Мы, к сожалению, так и не знаем до сих пор, Вы говорили о возмездии, о наказании, но мы до сих пор не знаем убийц.

А. ДУРНОВО: Ни заказчиков, ни исполнителей.

А. САМСОНОВА: Мы не видим никого в тюрьме. Скажите, пожалуйста, остаётся ли у Вас надежда на то, что это дело будет расследовано? Будет ли ОБСЕ вмешиваться в эту ситуацию? И раз уж Вы говорите о том, что Вы иногда пишете письма г-ну Лаврову и обращаетесь к ним с запросами, обращались ли Вы с запросами на эту тему?

М. ХАРАШТИ: Конечно, я обращался много раз. Я боюсь, что это как раз тот случай, пример того, о чём мы говорили, расследование возглавлял генеральный прокурор России, расследование, которое провалилось. Да, буквально вчера я имел честь посетить редакцию «Новой газеты», мы почтили память Анны Политковской. Мы говорили очевидные вещи. В частности, очень печальные вещи. Но звучали и оптимистичные слова. Которые касались молодого поколения, потому что классики свободной журналистики считают, что именно новое поколение может изменить ситуацию к лучшему. Потому что она требует ясности, конкретных результатов.

А без помощи других журналистов расследование зачастую остаётся неэффективным, даже на Западе, где показатели по успешным расследованиям лучше, чем в России. Часто успех достигается именно за счёт помощи других журналистов.

А. САМСОНОВА: Спасибо. Я напомню нашим радиослушателям, что у нас в гостях Миклош Харашти, представитель ОБСЕ по свободе слова. Это программа дневной «Разворот». Мы продолжаем разговор. Вы сказали, что Вам, как представителю ОБСЕ, Вы занимаетесь свободой слова не только в России, но и в 56 странах. Я думаю, что части нашей аудитории было бы интересно узнать, а какие проблемы есть в других странах и есть ли они? Особенно не в Восточной Европе, а в Западной. Есть ли проблемы свободы слова в Великобритании, во Франции, Испании, Германии, Италии. Какие главные проблемы для каждой из этих стран, на которых мы часто ориентируемся?

М. ХАРАШТИ: Нет, мы не делаем разбивки по регионам, потому что с политической точки зрения это некорректно. Но чтобы ответить на Ваш вопрос, я кратко перечислю основные проблемы. На Западе часто возникает проблема, когда журналисты, которые занимаются расследованиями, стремятся защитить информацию о том, откуда они получают данные, в то время, как прокурор, судебные инстанции такой информацией интересуются.

Понятно, журналисты, которые проводят расследование, должны сохранять имя своих информаторов в тайне, иначе они не будут готовы делиться информацией, без такого рода журналистских расследований не возможна свобода общества, не возможно общество, свободное от коррупции.

А. САМСОНОВА: Это проблема номер раз – проблема журналистских расследований и сохранение в тайне их источников. Номер два?

М. ХАРАШТИ: В странах Центральной Европы, откуда я родом, я родом из Венгрии, у нас остался пережиток коммунизма, у нас есть законы, которые затрудняют выдачу секретной информации. Однако журналисты не могут хранить секреты, их задача в том, чтобы эти секреты раскрывать.

А. ДУРНОВО: Получается, что проблема в том, чтобы государство и силовые структуры защитить от журналистов.

А. САМСОНОВА: Наоборот.

А. ДУРНОВО: Тут как раз получается так.

А. САМСОНОВА: Минута до конца эфира.

М. ХАРАШТИ: Ну, мы не являемся рабами государства, официальные люди берут на себя обязательства хранить гостайну. Но нельзя наказывать журналистов, которые распространяют эту информацию, наказывайте тех, кто выдаёт гостайну.

А. ДУРНОВО: Огромное спасибо. Это был Миклош Харашти, представитель ОБСЕ по свободе слова.

Комментарии

6

Пожалуйста, авторизуйтесь или зарегистрируйтесь, чтобы оставить комментарий.

dmpiln 08 октября 2009 | 18:53

Гопота не очень любит убивать милиционеров.

А вот журналист видимо настолько творческая профессия, что как и поэты и сильные артисты долго жить не расположены - или сжигают себя или ищут риска.

Главные редакторы в них подогревают неосторожность.


08 октября 2009 | 20:07

Она видимо хорошо знает, что
за убийство милиционера не только сажают...
как правило человек убивший одного, не дай Бог двух, трёх "Евсюковых" на свободу не выходит. прощаясь с жизнью на зоне от остановки сердца, либо при попытке к бегству... и ни одна ООН или Амнистия Интерншнл никогда и ни разу эту ситуацию не рассматривала, какая либо статистика по этому поводу отсутствует... короче полное табу...


kvn503 08 октября 2009 | 19:07

О какой свободе слова вы говорите?
Шелкоперы роют ту информацию, за которую прилично платят. А кто у нас может хорощо заплатить? Либо имущие, либо спецслужбы из-за бугра. Какая же это свобода слова? Это обработка населения заинтересованных лиц в своих корыстных интересах.


08 октября 2009 | 19:25

Очередное БЛА - БЛА - БЛА!...


sashik_tix 08 октября 2009 | 20:07

Очередной падлозащитник с "запада" в Россию с натациями зарулил.


annakkonnda 09 октября 2009 | 12:51

Печальные мысли посещают после интервью с г-ном Харашти. Причем не о состоянии свободы слова в России, а о свободе слова в самой ОБСЕ, призванной поддерживать, пестовать и лелеять эту пресловутую свободу в других 53 странах мира. Давайте обратим внимание, что ОБСЕ совершенно подконтрольна администрации США и рассматривает свободу слова исключительно по понятиям свободы, сформулированным в интересах американского государства. Сам Харашти, бывший диссидент в свое время был поддержан американцами и получил в Штатах образование, является проводником идей демократической свободы слова по-американски, в интересах информационной политики этой могучей страны. Зачастую его требования расходятся с объективными реалиями сложившейся ситуации конкретно в данных условиях, в данной стране. Также сообщаю, что конференция, состоявшаяся по свободе слова в Варшаве в рамках ОБСЕ изначально имела не демократический формат. Выступающим было предложено по 3 мин., в то время, как председатель мог вещать сколько угодно, буквально навязывая демократические понятия свободы прессы по-американски...Бред. Идет навязывание воли элиты одной страны всему миру...Давайте, в конце концов, поднимем тему убийства иракских журналистов американскими военными, сколько из них прошли Абу Грейв, что молчим то, господа?!

Самое обсуждаемое

Популярное за неделю

Сегодня в эфире