'Вопросы к интервью
А. ВОРОБЬЕВ – На прямой линии с нами пресс-секретарь Сергея Багапша – Кристиан Бжания. Добрый день.

К. БЖАНИЯ — Добрый день.

А. ВОРОБЬЕВ – Нам бы хотелось, чтобы вы пояснили позицию Сергея Багапша. Что он сказал и какова мотивировочная часть этого заявления.

К. БЖАНИЯ — О том, что такого рода действия пиратского характера Грузия неоднократно предпринимала к различным судам иностранным, которые мы должны подчеркнуть, везли в Абхазию исключительно гуманитарный груз. Это, прежде всего, продовольствие и горюче-смазочные материалы. Ни на одном из ранее захваченных грузинскими силами судов не было обнаружено ничего запретного для перевозки. Иначе бы, я вас уверяю, грузинская сторона не преминула бы воспользоваться и раструбила бы на весь свет. Поэтому, коль скоро продолжают такие действия совершаться, президент принял решение и дал соответствующий приказ военно-морским силам открывать огонь на поражение при любой попытке захватить какой-либо из кораблей, направляющихся в порты Абхазии.

А. ВОРОБЬЕВ – Корабли уже приведены в состояние повышенной готовности?

К. БЖАНИЯ — Да, конечно. В тот же час, как только был получен ими приказ.

А. ВОРОБЬЕВ – Вы согласны с теми оценками, что этот приказ господина Багапша можно рассматривать как попытку обострения обстановки на Черном море?

К. БЖАНИЯ — Нет, совершенно не согласен с этим. Поскольку очевидно, что ситуация обостряется именно в результате действий грузинской стороны. Не будут они захватывать суда торговые – не будет соответственно и напряжения в отношениях между Грузией и Абхазией. Хотя они и так, безусловно, напряжены, но таких вспышек не будет. Но поскольку они систематически провоцируют на различные действия абхазскую сторону, то конечно, да, это вызывает определенную напряженность, усиливает ее.

Т. ФЕЛЬГЕНГАУЭР — Но вы не согласны с тем, что в условиях такой напряженности, постоянных провокаций подобные заявления лишь ухудшают ситуацию?

К. БЖАНИЯ — Нет, мы не согласны с этим, поскольку грузинская сторона должна четко понимать, до какой степени Абхазия будет или может себя сдерживать. Поскольку у нас нет дипломатических отношений с грузинской стороной, поэтому такого рода заявления должны отрезвить, во всяком случае, заставить задуматься о возможных последствиях грузинское руководство.

Т. ФЕЛЬГЕНГАУЭР — Но может быть, вы предвидите и другие последствия. Россия в свое время говорила, что в случае чего поможет Абхазии. Вы не думаете, что таким образом вы провоцируете и Россию на то, чтобы вмешаться в эту ситуацию. А это уже совершенно другой масштаб конфликта.

К. БЖАНИЯ — Между Абхазией и РФ существуют определенного рода соглашения официальные, в том числе и по совместной охране государственной границы, и в других сферах. Поэтому ровно столько, сколько Абхазия будет в силах располагать возможностями, она будет адекватно реагировать. Если вдруг и понадобится вмешательство российской стороны, то конечно существует большой договор о дружбе и сотрудничестве и взаимной помощи. Он оговаривает различные сферы взаимодействия. В том числе и в оборонной сфере.

А. ВОРОБЬЕВ – Вы обвиняете грузинскую сторону фактически в пиратстве. Но те же самые обвинения звучат и в ваш адрес. Во всяком случае, из Тбилиси появляются сообщения о том, что любое действие со стороны российских или абхазских властей против грузинских кораблей будет расцениваться как пиратство, поскольку нарушает все общепринятые международные нормы.

К. БЖАНИЯ — Я хочу обратиться к заявлению президента Абхазии. Абхазская сторона не утверждает, что она будет захватывать грузинские корабли. Она утверждает, что впредь они будут уничтожаться.

А. ВОРОБЬЕВ – Это правда.

К. БЖАНИЯ — Соответственно Грузия будет (неразборчиво), что и делает без конца, для нее важно, чтобы сложилось определенное устойчивое мировое сообщество. Что не проблема, собственно говоря, Грузии и Абхазии, а это большая нехорошая Россия пытается нам мешать с ними дружить. На самом деле очевидно совершенно иное.

А. ВОРОБЬЕВ – Господин Бжания, можете ли вы подтвердить сообщения о том, что военные корабли Черноморского флота России, которые базируются в абхазском порту Очамчира, переведены в состояние полной боевой готовности.

К. БЖАНИЯ — Нет, нет, нет. Потому что юрисдикция главы государства как главнокомандующего вооруженными силами распространяется только на абхазские силы.

А. ВОРОБЬЕВ – Благодарю вас за эти комментарии. На прямой линии связи с нами был Кристиан Бжания, пресс-секретарь Сергея Багапша.





Т. ФЕЛЬГЕНГАУЭР — Сейчас мы связались с Александром Налбандовым, зам. министра иностранных дел Грузии и теперь попытаемся прояснить позицию грузинской стороны в этом вопросе.

А. ВОРОБЬЕВ – Господин Налбандов, добрый день. Вы слышали сегодня заявление Сергея Багапша и возможно то, что сейчас сказал в нашем эфире Кристиан Бжания.

А. НАЛБАНДОВ — Нет, к сожалению, господина Бжания я не имел возможности послушать.

А. ВОРОБЬЕВ – В любом случае он прокомментировал позицию Сергея Багапша. Она, как я полагаю, вам известна. Он приказал сегодня уничтожать грузинские корабли, нарушающие морскую границу. Каков ответ Тбилиси?

А. НАЛБАНДОВ — Вчера Министерство иностранных дел Грузии уже сделало соответствующее заявление, в котором отражена наша политическая оценка намерений российской стороны и сухумского режима, а также отражены правовые аспекты этого вопроса.

А. ВОРОБЬЕВ – А вы предполагаете, что Россия спровоцирует какие-то инциденты на Черном море?

А. НАЛБАНДОВ — К сожалению, заявление господина Багапша уже не оставляет никаких сомнений относительно того, кто собирается действовать в этой ситуации по силовому сценарию.

Т. ФЕЛЬГЕНГАУЭР — То есть Грузия достаточно серьезно относится к заявлениям Сергея Багапша. Если вы видите за ними руку Москвы.

А. НАЛБАНДОВ — Разумеется. Как ответственное государство мы должны относиться серьезно к заявлениям, которые проистекают со стороны лидера никем не признанного государства, которое находится за рамками правового поля.

А. ВОРОБЬЕВ – На какие шаги вы уже пошли, что будете делать, какие сценарии развития событий здесь существуют?

А. НАЛБАНДОВ — В нашем заявлении абсолютно однозначно сказано, что мы собираемся использовать все политические правовые, и могу добавить дипломатические средства для того, чтобы противостоять этой угрозе. Я хочу, чтобы было совершенно ясно, мы находимся в своем праве, когда действуем так, как мы действуем, и задерживаем корабли, которые незаконно находятся в территориальных водах Грузии, занимаются незаконной деятельностью. Для слушателей «Эхо Москвы» хотел бы разъяснить одну очень простую вещь. Грузия существует в рамках ее международно-признанных границ. Это относится и к территориальным водам Грузии, которые прилегают к ее побережью в рамках международно-признанных границ опять-таки. Так что когда наша служба береговой охраны действует и задерживает соответствующие корабли, которые незаконно находятся в акватории Грузии, мы действуем в рамках, как нашего внутреннего законодательства, так и международного права. Если вам интересно, я могу перечислить конкретные параграфы и статьи международного морского права, которые регулируют эти вопросы.

А. ВОРОБЬЕВ – Давайте. Если можно тезисно.

А. НАЛБАНДОВ — Да, конечно, пожалуйста. Прежде всего, что касается внутреннего законодательства. Существуют соответствующие указы президента Грузии, которые были приняты в 1996 и 2004, согласно которым территориальные воды и прибрежная зона автономной республики, участок российско-грузинской границы в пределах территории Абхазии и Грузии, Сухумский морской порт и порт-пункты закрыты для мореходства и для всех видов транспортного сообщения, кроме перевозки грузов гуманитарной помощи. Относительно этого 6 августа 2004 года была оповещена международная морская организация. Что касается международно-правовых аспектов, согласно статье 2-й конвенции ООН о морском праве 1982 года, суверенитет прибрежного государства, в данном случае Грузии распространяется на прилежащий морской пояс, территориальное море, находящееся за пределами его суши и внутренних вод. Этот суверенитет распространяется и на воздушное пространство и так далее. На территориальное море распространяется суверенитет прибрежного государства, единственное право, которым пользуются суда иностранных государств в территориальном море, это право мирного прохода. В случае если мирный проход не имеет места, то в соответствии со статьей 25 параграф 1-й указанной конвенции, прибрежное государство может принять необходимые меры в своем территориальном море, чтобы пресечь передвижение соответствующего судна. Суда, которые вышли за рамки права мирного прохода, подлежат юрисдикции прибрежного государства.

А. ВОРОБЬЕВ – Но Сергей Багапш утверждает, что суда, которые входили в территориальные воды Абхазии, как он говорит, имели на своем борту гуманитарные грузы. Значит ли это, что попросту владелец судна должен поставить в известность об этом заходе Тбилиси и получить разрешение и дальше следовать в порт Очамчира, например.

А. НАЛБАНДОВ — Вы абсолютно строго следуете формальной логике. Разумеется. Если будет выработана соответствующая процедура, в рамках которой суда, следующие в Абхазию, будут проходить соответствующие таможенные, миграционные и прочие процедуры в портах, допустим, Батуми или Поти, почему бы и нет.

А. ВОРОБЬЕВ – Спасибо большое за эти разъяснения.





Т. ФЕЛЬГЕНГАУЭР — У нас на связи Александр Коновалов, политолог, военный эксперт. Здравствуйте.

А. КОНОВАЛОВ — Здравствуйте.

Т. ФЕЛЬГЕНГАУЭР — Вы слышали, наверное, сегодня заявление президента Абхазии о том, что существует приказ ВМФ абхазским уничтожать грузинские корабли. Во-первых, насколько действительно реально то, что дело дойдет до уничтожения грузинских кораблей?

А. КОНОВАЛОВ — Я думаю, что это маловероятно. Вообще картина морского боя между ВМФ Грузии и Абхазии выглядит достаточно неубедительно. Поскольку у них не так много средств для того, чтобы заниматься морскими сражениями.

А. ВОРОБЬЕВ – У Абхазии вы имеете в виду или у Абхазии и Грузии?

А. КОНОВАЛОВ – У Абхазии, несколько в меньшей степени у Грузии. Но у нее тоже не впечатляющие военно-морские силы. И переданы были некоторые сторожевые катера Грецией, Турцией и Украиной. Но всего этого очень немного, и у Абхазии для военных целей переоборудован теплоход «Комсомолец Абхазии» и «Сухум», и тоже есть катера разного типа советского времени. Одна есть самоходная баржа для высадки десанта. Но она тоже оборудована артиллерийскими зенитными установками. В принципе, наверное, гражданское судно они потопить могут, а бой морской мне кажется это маловероятное развитие событий. Тем более что Грузия уже заявила, что российские корабли она трогать не будет.

Т. ФЕЛЬГЕНГАУЭР — Вроде как и Абхазия говорит, что российские военно-морские силы для решения этого вопроса не привлекаются и привлекаться не будут. Но действительно ли так оно пойдет или возможно Россия как-то вмешается?

А. КОНОВАЛОВ — Тут разные можно предположить сценарии. Во-первых, Россия заявила, что не будет привлекаться ее военно-морской флот, но руководители пограничных служб России заявляют, что они будут способствовать тому, чтобы корабли, входящие в территориальные воды Абхазии с грузами или пассажирами, чтобы кто-то обеспечивал их безопасность. Это возьмут на себя в значительной мере российские пограничники. Это не ВМФ, это пограничные части, но это российские военные.

А. ВОРОБЬЕВ – То есть вы все-таки не исключаете возможность задействования российских кораблей, к какой бы службе они ни принадлежали в этих конфликтах?

А. КОНОВАЛОВ — Пока они не были задействованы, хотя за последнее время Грузия задерживала уже 23 корабля различных, в том числе и российских. Отводила их в свои порты, штрафовала, арестовывала команды на какое-то время, выносили судебные приговоры.

А. ВОРОБЬЕВ – Я напомню, что не так давно, если не вчера был вынесен очередной приговор капитану судна турецкого, по-моему, 24 года лишения свободы.

А. КОНОВАЛОВ — Я думаю, что он столько, конечно, не отсидит. Это устрашение и усмирение тех, кто еще вынашивает планы. Но по сути дела, получается ситуация, очень похожая на тупик. Потому что Грузия считает это своими территориальными водами, и в соответствии с морским правом и международным правом она может их защищать, а Россия и Абхазия считают это абхазскими территориальными водами. И любое появление там и поблизости грузин это нарушение закона. И каждый будет действовать в соответствии со своей логикой, надеюсь, что далеко они все-таки не зайдут. Слава богу, инструментов у них для этого немного.

А. ВОРОБЬЕВ – Что касается позиции Москвы. Должна ли она сейчас вмешаться в эту ситуацию и возможно на политико-дипломатическом уровне попытаться решить проблему? Сгладить углы.

А. КОНОВАЛОВ — Безусловно, должна. В силу хотя бы двух причин, во-первых, очень важно, чтобы Абхазия получала грузы морем, потому что основные корабли, которые задерживаются, это танкеры с дизельным топливом, с бензином, со всем, что необходимо. Лучше чем морским путем это не доставишь. А во-вторых, преддверие морского боя в непосредственной близости от порта Сочи это очень плохой фон для подготовки к олимпийским играм.

А. ВОРОБЬЕВ – Да, действительно Россия заявляла не раз, давала понять, что Сочи как фактор здесь весьма важную роль играет. Тем не менее, как вы считаете, по какому сценарию сейчас будут развиваться события здесь?

А. КОНОВАЛОВ — Я думаю, что будут жесткие заявления, что возможно даже Абхазия попытается… Что она может сделать? — она может попытаться перехватить какое-нибудь торговое судно, которое идет с грузом в Грузию. И отконвоировать это судно либо в Сухум, либо еще куда-то. Но повторяю, средств немного и вообще серьезные большие игроки не заинтересованы в повышении напряженности в этом регионе.

А. ВОРОБЬЕВ – Мы задавали этот вопрос Кристиану Бжания, пресс-секретарю Сергея Багапша, теперь вам. Были сообщения о том, что военные корабли Черноморского флота России, которые базируются в абхазском порту Очамчира, переведены в состояние полной боевой готовности. Одиночное патрулирование с сегодняшнего дня остановилось, все корабли изменили маршруты и сопровождают друг друга. Что-то на этот счет известно вам или нет?

А. КОНОВАЛОВ — Я слышу от вас эту информацию, я ее еще не видел. Но это все достаточно естественно, потому что, как известно, в Грузии все-таки очень слабо предсказуемый лидер. И если ему вдруг что-то клюнет в голову, то придется сопровождать наши корабли, которые туда идут. Нам-то нужен абсолютно безболезненный, свободный и не перехватываемый доступ к берегам Абхазии. В силу и политических и экономических причин. И кстати, той же сочинской Олимпиады, нам очень много придется возить из Абхазии.

А. ВОРОБЬЕВ – А Сергей Багапш на фоне Михаила Саакашвили значительно более предсказуем?

А. КОНОВАЛОВ — Да, конечно.

А. ВОРОБЬЕВ – Он более удобен для Москвы…

А. КОНОВАЛОВ — Как раз с точки зрения удобства для Москвы, если вы помните, когда его избирали, Москва была против него. У Москвы был свой кандидат, руководитель ФСБ Абхазии, который пролетел. Потому что абхазы дали понять, что они, конечно, очень уважают Россию и очень ей благодарны, но своего президента будут выбирать сами. Я бы не сказал, что Багапш такой уж удобный политик, он совершенно не собирается вступать в Россию, он хочет создавать независимое абхазское государство, но он государственник. Он будет действовать, исходя из абхазских государственных интересов.

А. ВОРОБЬЕВ – Благодарю вас за эти комментарии. Александр Коновалов, политолог, военный эксперт был на прямой линии телефонной связи с нами.



Загрузка комментариев...

Самое обсуждаемое

Популярное за неделю

Сегодня в эфире