'Вопросы к интервью
21 августа 2007
Z Разворот Все выпуски

Запрос Дмитрия Рогозина в прокуратуру относительно книги Иссы Кодзоева «Обвал»


Время выхода в эфир: 21 августа 2007, 16:35

С. БУНТМАН: Дело в том, что очередное дело писателей, очередной иск подан, Дмитрий Олегович Рогозин усмотрел разжигание национальной розни, вражды в романе Иссы Кодзоева. Сейчас Исса Кодзоев у нас на телефонной линии. Алло, добрый день.

И. КОДЗОЕВ: Здравствуйте.

А. ВОРОБЬЕВ: Добрый день.

С. БУНТМАН: Здравствуйте. Видите, у вас есть замечательный читатель, Дмитрий Олегович Рогозин, он прочитал, и ему не понравилось, судя по всему, он считает, что это вредную книгу вы написали. Как вы могли бы, как вы относитесь к этому иску, посмотря просто авторским критическим взглядом на свою книгу, можно ли в ней найти то, что нашел Дмитрий Олегович?

И. КОДЗОЕВ: Я, собственно говоря, не знаю, в чем меня обвиняет господин Рогозин, я не знаю, что он там смотрел в моей книге. Я не знаком с текстом его обвинения.

А. ВОРОБЬЕВ: Давайте, господин Кодзоев, давайте я вам скажу, это Алексей Воробьев. Смотрите, текст книги, по мнению Рогозина, подпадает под действие статьи 282 уголовного кодекса РФ. На русском языке это значит вот что, возбуждение национальной, расовой или религиозной вражды, кавычки закрываю. Рогозин приложил к своему запросу отрывки из вашего романа. Мы можем судить об этом по сайту «Ингушетия.Ру». В основу лег монолог одного из персонажей вашей книги, некого Абрека.

И. КОДЗОЕВ: Ага.

А. ВОРОБЬЕВ: Мол, призывы к расстрелу русских.

С. БУНТМАН: Да, что-то он плохо говорит о русских или призывает их убивать. Вот так, персонаж. Скажите нам, пожалуйста, просто я понимаю, что это глупо спрашивать как у автора, так и у читателей спрашивать, глупо спрашивать, вкратце что, собственно…

А. ВОРОБЬЕВ: Содержание романа.

С. БУНТМАН: Фабула, в общем, романа, скажите, о чем роман?

И. КОДЗОЕВ: Я вам скажу. Действие в романе происходит после событий 23 февраля 44 года, когда ингушский народ был депортирован со своей родины. Здесь на нашей родине оставались, остались люди, это были иногда случайные люди, пастухи, которые в горах остались. Многие в тот день ушли в горы, чтобы отстоять свою честь и свое достоинство уже с оружием в руках. Эти люди под руководством Ахмеда Хучбарова создали небольшую народно-освободительную армию. Это было, действительно, с очень железной дисциплиной, со своим трибуналом, они карали любого кавказца, который нарушал закон семи запретов, так называемый древний ингушский закон семи запретов. Бесчинствовать им было строго запрещено, они отстаивали честь и достоинство своего народа. Они защищали исторические памятники, они защищали могилы своих предков. Они карали того, кто словом и делом наносил оскорбление, наносил ущерб достоинству нашего народа. Я не вижу в этом ничего такого плохого. Так должен поступать любой народ на нашем месте, любой, который считается настоящим народом.

С. БУНТМАН: Скажите, пожалуйста, в уста одного из ваших героев, то, что увидел Дмитрий Рогозин, плохо, после 23 февраля 44 года, человек, который, судя по всему, за это возненавидел кого, всех русских возненавидел или тех, кто это делал?

И. КОДЗОЕВ: Ничего там этого нет, понимаете? Поверьте мне, пожалуйста, если у вас есть эта книга, там есть, последние несколько страниц прочитайте. Ахмед Хучбаров дает урок одному из ингушей, который слишком часто упоминает, что мы мусульмане. Он говорит – не говори это, в нашем отряде есть осетины, есть грузины, христиане, есть русские, позавчера ты похоронил своего близкого друга, русского, ты плакал. Ты что, если он не пойдет в рай, ты пойдешь в рай, спрашивает его Хучбаров Ахмед. И тогда этот молодой абрек начал плакать и говорить – аллах не может так несправедливо поступить. Рогозин, видимо, с чьих-то слов каких-то верхушек нахватался и решил меня в чем-то обвинить. Вообще это недостойное большого политика дело, я просто, вы знаете, мне очень неприятно. Когда-то он, выступая по телевидению, произнес на нашем родном языке одну фразу, в которой он такой клич бросил, что мы люди одной крови с ним. Мне даже это стало приятно, значит, кто-то хочет быть близким нам. Теперь я от него отрекаюсь, знаете, почему? В моих жилах не течет коричневая фашистская кровь, в моих жилах нормальная человеческая кровь.

С. БУНТМАН: Таким образом, понимаете, можем дать еще сейчас мы с вами, вы когда говорите, повод еще для одного иска, для оскорбления.

И. КОДЗОЕВ: Что поделаешь, если честное слово в наше время карается, то я готов на все.

С. БУНТМАН: Скажите, пожалуйста, вы написали художественное произведение, вы написали роман. Ведь тут сложно судить, какой главный, если бы сказали, вы говорили сейчас об освободительной борьбе, вы говорили об отряде, о защите чести и своего народа, защите людей, о дружбе, которая не имеет национального характера, вы только что говорили, в конце.

И. КОДЗОЕВ: Да-да.

С. БУНТМАН: Такое есть слово, в чем главный пафос или посыл вашего романа? Когда вы его адресуете, будут читать ведь, наверное, читают многие люди по всей России, что бы вы хотели, чтобы вынесли из вашего романа люди?

И. КОДЗОЕВ: Я хочу, чтобы из моего романа, и, наверное, любой хочет, что любому насилию надо оказывать сопротивление. Если злу не сопротивляться, как нам советовал великий Толстой, то зло расплодится, зло захватит всю нашу планету. Нам дышать не позволят. Вы знаете, скоро нам воздух будут выделять по квоте.

С. БУНТМАН: Понятно. Спасибо вам большое. Я думаю, что мы будем следить за тем, что называется перспективой.

И. КОДЗОЕВ: Пожалуйста.

С. БУНТМАН: Этого иска.

И. КОДЗОЕВ: До свидания.

А. ВОРОБЬЕВ: Спасибо, господин Кодзоев.

С. БУНТМАН: Всего вам доброго, спасибо, Исса Кодзоев любезно согласился нам рассказать и пояснить какие-то вещи и мотивы своего романа.

Комментарии

0

Пожалуйста, авторизуйтесь или зарегистрируйтесь, чтобы оставить комментарий.

Самое обсуждаемое

Популярное за неделю

Сегодня в эфире