'Вопросы к интервью
М. ГАНАПОЛЬСКИЙ: Продолжаем наш эфир, уважаемые радиослушатели, и сейчас у нас очень интересные гости, мы с Машей Майерс принимаем председателя Объединенной гражданской партии Белоруссии Анатолия Лебедько, здравствуйте, Анатолий.

А. ЛЕБЕДЬКО: Добрый день.

М. МАЙЕРС: Добрый день.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ: Чуть поближе к микрофону.

М. МАЙЕРС: Ближе двигайтесь, чтобы вас было лучше слышно.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ: Вместе с ним пришел руководитель научно-исследовательского центра Мизеса Ярослав Романчук, здравствуйте, Ярослав.

Я. РОМАНЧУК: Добрый день.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ: Здесь они книжки нам подарили, во-первых, сразу скажу, что Лебедько – это оппозиция, просто чтобы вы понимали, Романчук дал мне две книжки, «Беларусь на разломе», «В поисках экономического чуда», серьезные, экономического чуда – уроки для Белоруссии, будем так говорить, не по всему, серьезные такие работы. Давайте мы вот с чего начнем, это страшно интересно, что вы пришли, потому что, вы знаете, образ Белоруссии для основной массы российских граждан – это сатрап Лукашенко, который рулит, всех мочит, и оппозиция, которая то ли несчастна, то ли ее выпустили, то ли она сидит, то ли она за западные деньги, то ли не западные, в общем, но, с другой стороны, это я к Романчуку обращаюсь, устойчивая экономическая ситуация, никакой нищеты, все чисто, невероятный город Минск, пенсии стабильные, люди не нищенствуют и т.д.

М. МАЙЕРС: Дорогие хорошие.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ: Дорогие хорошие, и у нас даже в некоторые старые времена, когда Лукашенко, помните, он был, что ли, brand new, то, что называется, он пер со своими новациями, помните, был очень такой разговор, бесконечный, об объединении реальном…

А. ЛЕБЕДЬКО: Первые два года были, потом это все прошло.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ: То у нас были голосования, и народ говорил, что даже, у нас голосования были, вы знаете, не нужен Путин, нам нужен Лукашенко, потому что он еще, это Сталин сегодня. Давайте поговорим. У нас впереди выборы в белорусский парламент, у вас какая ситуация? Просто расскажите. Пожалуйста, Анатолий.

А. ЛЕБЕДЬКО: И для ваших радиослушателей мы говорим, что важно определиться в терминологии, потому что когда мы говорим слово выборы, парламент, у людей возникают определенные ассоциации, что там сидят, считают, если не 50 на 50 власти и оппозиции, то хотя бы 60 на 40. Ничего подобного в Белоруссии нет, нет парламента, есть отдел администрации Лукашенко, где сидит 110 назначенных людей, вот это стартовая площадка. Теперь какова ситуация, в каких условиях это происходит. Конечно, тяжелых, потому что страна тужится и пытается ответить на один вопрос, где вы были в ночь с 3-го на 4-е июля, это когда в Белоруссии произошел террористический акт. Власть использует этот теракт для того, чтобы почему-то странным образом всех представителей оппозиции пропустить через КГБ, через другие правоохранительные органы. Ясно, что это мешает работе, ясно, что сейчас есть сбои в подготовке к избирательной кампании, но самое главное, что мы сейчас зафиксируем, совершенно другие настроения людей.

М. МАЙЕРС: А как вы это фиксируете?

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ: И что за настроения?

А. ЛЕБЕДЬКО: Очень просто, я сейчас езжу по регионам, где идут наши кандидаты, у нас 110 избирательных округов, 110 кандидатов объединенных демократических сил, от коммунистов до националистов, ОГП – либеральная структура, где имеется 30 своих кандидатов с мест, от двери к двери, у нас это единственное, что мы можем использовать, потому что электронные массмедиа – это стопроцентная монополия Лукашенко. Там одно лицо, одни усы Александра Григорьевича 24 часа в сутки.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ: Зато красивые, не смейте.

Я. РОМАНЧУК: О вкусах не спорят.

М. МАЙЕРС: Интернет?

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ: О вкусах не спорят.

А. ЛЕБЕДЬКО: Интернет, это хороший вопрос, у нас принят закон о СМИ, который сейчас налагает лапу государства на Интернет-пространство. Это единственное, что осталось без монополий, где страна такая, какая она есть, в зеркале, а не такая, как она преподносится.

М. МАЙЕРС: Т.е. все-таки не наложили лапы или уже?

А. ЛЕБЕДЬКО: Уже сделали, я скажу, что есть такой сайт ucpb.org, власть сказала – это принадлежит ОГП, мы предоставляем документы, что у нас нет никакой связи юридической, правовой, суд принимает решение и говорит – вы являетесь собственником. Это означает, что завтра появляется там публикация, нас привлекают уже к ответственности, или экономические штрафы, или закрытие. Сейчас раздадут все сайты каким-то партиям, центру Мизеса.

Я. РОМАНЧУК: Принудят к тому, чтобы платить штрафы.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ: Хорошо, давайте…

М. МАЙЕРС: Так они существуют все-таки, извините, ради бога, или нет? Эти ресурсы?

А. ЛЕБЕДЬКО: Информационные? Информационные существуют, вчера Лукашенко подписал указ о вступлении этого закона, но всех умиляет, многих в Европе, что закон вступает в силу после избирательной кампании.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ: Хорошо, теперь давайте разбираться по деталям, это очень интересно, еще спросим Анатолия Лебедько. Вы от двери к двери, такая пиринговая система немножко, говоря компьютерным языком, вы как предполагаете, во-первых, вы будете принимать участие в выборах или вас замочат всех там? Во-вторых, если уж пустят, то сколько, 0.001 и т.д.? Говорю без иронии, потому что прекрасно все понимаю.

А. ЛЕБЕДЬКО: Если бы были выборы, Лукашенко не получил бы большинство в палате представителей. Это говорю после хождения от двери к двери, от общения с избирателями. Но у нас выборов не будет.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ: Серьезное заявление.

А. ЛЕБЕДЬКО: Для того, чтобы проверить, так или нет, достаточно пустить оппонентов власти в избирательные комиссии.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ: Слушайте, Анатолий, у нас все не любят Путина, Путин занимает верхнюю строчку рейтинга, вы же знаете.

М. МАЙЕРС: Процентов 80.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ: Этот дуализм в сознании народа, потому что есть ваши завлекательные слова оппозиции, давайте изменим, давайте прекратим, а есть реальная крыша, которую надо отремонтировать.

М. МАЙЕРС: И стабильная пенсия.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ: Да, и т.д., как вы в этом контексте рассматриваете?

А. ЛЕБЕДЬКО: Я вернусь все-таки, шаг назад, президентская кампания, если, действительно, есть любовь, у тебя есть огромная поддержка, пустите по одному представителю оппозиции в избирательную комиссию, там 13 человек, 12 моих, один от оппозиции, это же не влияет на принятие решения. Но у нас на президентской кампании среди 120 тыс. членов избирательных комиссий только один представлял оппозиции. 119 999 представляли почему-то Лукашенко, а один только, Козулин, который сейчас сидит в тюрьме, и Миленкевич. Это есть ответ на вопрос, такова ли картинка, которую представляет белорусское телевидение и имеют ли корневую систему мифы, которые существуют в РФ.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ: Все же, Машенька, позволь еще, все же ответьте на вопрос, потому что я хочу к вашему товарищу перейти, к Романчуку, вы считаете, что хоть один человек ваш появится в парламенте или какой у вас там проходной балл?

А. ЛЕБЕДЬКО: 50 плюс 1 голос, если набираешь в первом туре, сразу проходишь. Т.е. должны прийти и голосовать, у нас мажоритарная система, 100%.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ: А, понятно.

А. ЛЕБЕДЬКО: 50% должны прийти, из тех, кто пришел, 50% плюс 1, если проголосовали, в первом туре ты депутат.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ: Хоть один человек, вы рассчитываете, что пройдет, реально?

А. ЛЕБЕДЬКО: Ситуация Лукашенко такова, что он уже готов согласиться на то, чтобы пропустить несколько человек из оппозиции в палату представителей. У него свои цели и задачи. Он хочет назначать. Единственное отличие, что раньше он назначал 110 из своего списка, а сейчас назначит 105 из своего списка, а 5 из единого списка от объединенных демократических сил.

М. МАЙЕРС: Эта видимость, что?

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ: Видите, сдвиги налицо.

М. МАЙЕРС: Видимость демократии.

А. ЛЕБЕДЬКО: Есть в Европе люди, которые готовы аплодировать Лукашенко и за это, что он назначит кого-то из оппозиции. Мы, конечно, категорически против этого, мы говорим только одно, включите по одному человеку наших людей в комиссии, чтобы они убедились, что за список Александра Лукашенко больше 50%, пусть они давятся слюной от зависти, не пускают.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ: Вопрос Ярославу Романчуку. Ярослав, давайте с вами, вы мне две толстые книжки подарили, поэтому с вами разговор об экономике. Насколько реален этот миф, что реально удалось Лукашенко, я так скажу честно и откровенно, в очень непростой ситуации, когда своего газа нет, своей нефти нет, шантаж со стороны Москвы, т.е. взаимный шантаж и т.д., о каких реальных успехах экономики можно говорить, какой-то стабильности? Что упорно не удается, если не удается?

Я. РОМАНЧУК: На самом деле, есть один фактор, который абсолютно уникален для Лукашенко, не удается ни одному другому руководителю страны в мире. Выкачать в сегодняшних условиях 50 млрд. долларов бесплатных денег из России не удается никому, ни Казахстану, ни Украине, никому. Александру Лукашенко это удается, по-прежнему дотации составляют порядка 5-7 млрд. долларов, это 10-12% ВВП страны. Поэтому миф о том, что есть шантаж со стороны России и Кремля, сегодня, например, не далее, как три дня назад, вице-премьер говорит о том, что необходимо пересмотреть договоренности с «Газпромом» по поставке газа и покупке «Белтрансгаза», получается, что «Газпром» заплатил очень хорошую цену за «Белтрансгаз». Мы получаем самую низкую стоимость газа из всех стран СНГ, при этом белорусское правительство желает, чтобы в следующем году цена газа была 140 долларов, а не 200, собственно, о чем говорит «Газпром». Т.е. в прошлом году дотации составляли за полгода 950 млн. долларов, в этом году они удвоились. Поэтому при всей такой риторике Россия удвоила финансовую помощь режиму Лукашенко в 2008 году.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ: За что?

Я. РОМАНЧУК: Это бессилие, это инерция, это лоббизм военных, это лоббизм МИДа, а также тех…

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ: Нашего?

Я. РОМАНЧУК: Конечно, безусловно.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ: А цель?

М. МАЙЕРС: А бессилие?

Я. РОМАНЧУК: Цель очень простая.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ: Бессилие в чем?

Я. РОМАНЧУК: Бессилие в том, что не удается реализовать тот сценарий поглощения Белоруссии, который был задуман в начале 90-х, бессилие в том, что ничего, собственно, конкретного с Лукашенко ни Путин, ни Медведев сделать не могут, они не могут сказать ему – давайте, ребята, выйдем из союзного договора, который не существует, давайте выйдем из таможенного союза, который не существует, давайте начинать с какого-то чистого листа, с честной и откровенной политики. Этого нет. Поэтому, исходя из этого, но есть конкретные лоббисты Александра Лукашенко в Москве. Они очень сильные, консолидированные, они сидят под крышей министерства обороны.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ: России?

Я. РОМАНЧУК: России, конечно же, это МИД, который лоббирует интересы Александра Лукашенко во всех международных структурах.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ: Для чего?

Я. РОМАНЧУК: Потому что единое славянское братство, потому что единый фронт против Америки, против Запада, это ностальгия по прошлому, на самом деле, и когда мы подыгрываем Чавесу, Судану, Зимбабве и разным другим странам и режимам, собственно, надо делать это с кем-то на пару.

М. МАЙЕРС: Подождите, но вы же говорили о поглощении, которого не произошло. За это Лукашенко стоит сказать большое спасибо? Несмотря на лоббистов, несмотря на цены на газ?

Я. РОМАНЧУК: С точки зрения национальных интересов Белоруссии, да, но, с точки зрения интересов России, я не понимаю, что если говорят, сценарий сорвался, очевидно.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ: А совсем недавно было сообщение, вы знаете, наши заявили, я уже не помню, кто, по-моему, кто-то из Минэкономики или что-то такое, или из министерства финансов, что ориентировочно, но точно назначен срок перехода вашей валюты уже в рубли, чтобы была единая валюта.

Я. РОМАНЧУК: Это уже 28-е сообщение о переходе на единый российский рубль.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ: Абсолютно точно.

Я. РОМАНЧУК: Безусловно, все то, что делает МЭРТ, делает Путин и Кремль, они это делают регулярно, но, как оказывается потом в декабре, после очередного наката Лукашенко на Путина, на кровавый «Газпром», окажется, что цена будет для Белоруссии 150 долларов при мировой цене 500, опять-таки, дотации для Белоруссии увеличатся. До тех пор, покуда трубы не пойдут в обход Белоруссии, покуда российское военное лобби не будет поставлено на место и не будет пиарить вокруг России эту угрозу, НАТО идет, танки идут, генетически модифицированные продукты питания идут…

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ: Идут.

Я. РОМАНЧУК: Идут, они просто идут.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ: Потому что они генетически модифицированы.

Я. РОМАНЧУК: Да, сами могут идти, собственно, все будет в таком состоянии.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ: Я напоминаю, Анатолий Лебедько, председатель ОГП Белоруссии, и только что говорил Ярослав Романчук, руководитель научно-исследовательского центра Мизеса.

Я. РОМАНЧУК: Мизеса, фамилия склоняется.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ: Послушайте, говорю я оппозиционеру Лебедько, в словах Ярослава Романчука, в его горькой иронии по поводу идущих генно-модифицированных продуктов, в этой, вы знаете, Путин достаточно крепкий дядя, когда ему надо, он отстаивает, если у него такая система взаимоотношений с Лукашенко, то, значит, она имеет некие свои причины, о которых мы можем гадать или знать, это дело другое. Значит, поки солнце зиде, оса очи выесть, чудесная поговорка, которая белорусам абсолютно понятна, украинская, как вам, т.е. состаритесь ли вы при всем этом, что будет бесконечно продолжаться, потому что мы состаримся, мы уже знаем, у нас же анекдот, знаете, что 2029 или 30-й год, один спрашивает другого – слушай, ты не помнишь, кто сейчас президент, ты или я? Такая история, дай им бог здоровья. Так вот, как вы выстраиваете какую-то свою жизнь оппозиционную, притом, что это все крепко и надолго? Или вы не считаете, что это крепко и надолго?

А. ЛЕБЕДЬКО: Несмотря на то, что в последнее время Лукашенко делает угрозы, что передаст власть своему младшему сыну, а у него…

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ: Серьезно? Я не знал.

А. ЛЕБЕДЬКО: Да, его последнее заявление.

М. МАЙЕРС: Сейчас мы вам все расскажем, Матвей Юрьевич.

А. ЛЕБЕДЬКО: Он сказал, что оппозиция очень боится, что я передам власть своему младшему сыну, а младший сын появился несколько месяцев назад, сразу в 4-летнем возрасте, поэтому это очень серьезная угроза, но, тем не менее, она постоянно присутствует, все-таки не так страшно, потому что в отличие от России, где, на самом деле, есть серьезная поддержка того, что делает власть сегодня, в Белоруссии эта дистанция, она увеличивается. И интрига будет в нашей стране к 2011 году, когда в повестке дня будут президентские выборы и будет стоять вопрос о власти. К сожалению, это не может произойти в сентябре 2008 года, потому что все-таки выборы в палату представителей, которые для многих воспринимаются как пятое колесо в телеге, не являются актуальным вопросом, вопросом о власти. И, скоре, не будет такой мотивации, как в 2006 году, когда четыре белорусских генерала говорили стране и людям – если вы выйдете на площадь, на улицу, то такая статья уголовного кодекса, а там, между прочим, смертная казнь, и 30 тыс. человек вышли. Если они вышли в 2006 году, я абсолютно уверен, что будет на порядок гораздо больше готовых выйти в 2011 году. Поэтому мы политические оптимисты, мы команда политических оптимистов, мы, кстати, возвращаясь к началу вашего разговора, мы не приехали для того, чтобы попросить в Москве книгу жалоб и предложений и пожаловаться на то, что есть. Да, у нас люди сидят в тюрьме сегодня, да, у нас за участие в президентской кампании, Козулин получил 5.5 лет тюрьмы. Да, недавно, когда мы вышли с портретами, меня просто в наглую избили и оставили на мостовой. У нас мочат не в сортирах, у нас мочат прямо в 200 м от резиденции Лукашенко.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ: Что, безусловно, доказывает большую открытость Александра Григорьевича, потому что на улице.

А. ЛЕБЕДЬКО: Это означает, что у нас ситуация черно-белая, конечно же, с точки зрения перспективы, она у нас реальная, могу высказать сожаление россиянам, у вас этот процесс затянется.

М. МАЙЕРС: Скажите, пожалуйста, можно вопрос, правда, вы произнесли фамилию Козулина, правда ли, что он больше не является лидером партии, что от него отказались сами партийцы? Таким образом, это, знаете, как это в прессе представлялось как борьба с экстремизмом в партийных рядах.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ: Они чистят, чистят партийные ряды.

М. МАЙЕРС: Да, «Громадина» она называется?

А. ЛЕБЕДЬКО: «Громада».

М. МАЙЕРС: «Громада», извините.

А. ЛЕБЕДЬКО: Я признаю эту проблему, что у демократов сложнее всего – это вопрос договориться, что-то поделить, проблема внутривидовой борьбы, она есть и для Белоруссии. Но я хочу сказать, как важный факт, у нас 12 политических субъектов договорились и выдвинули единый список. Там представители 12 политических структур, от коммунистов, которые против Лукашенко, и до националистов, у нас общее послание, с которым мы идем. У нас общее выдвижение в избирательные кампании. То, что случилось в отношении Козулина, с моральной точки зрения, это абсолютно неприемлемо, потому что человек находится там, а мы все-таки здесь, в Москве или в Минске.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ: Вы о нем говорите, поэтому это очень важно, понимаете, надо, чтобы кто-то был все-таки на свободе и говорил чего-то. У меня вопрос к Ярославу Романчуку. Ярослав, мы знаем, об этом широко тут писали, что он очень мастерски, Александр Григорьевич, использует свое положение между Европой и Россией, вы помните его многочисленные заявления, что Россия как-то не сближается, поэтому сблизимся с Западом, вообще мы, кто нас это самое, и у нас тут стали писать, были такие крикливые заголовки – он меняет имидж и т.д. Поэтому у меня вопрос, состоящий из двух частей, первое, насколько, на ваш взгляд, близка или далека вероятность все-таки создания или укрепления этого союза России и Белоруссии, какую он может иметь структуру, т.е. на что пойдет Лукашенко или его сын, добавлю я уже, поскольку все понятно. И вторая история, насколько чувствует Лукашенко необходимость игр с Западом, причем я даже вам скажу честно и откровенно, я думаю, что его не раз посещала мысль вдруг стать великим демократом, всех повыпускать и почувствовать себя европейской страной со всеми последствиями этого дела.

М. МАЙЕРС: Но не решился, понимаете, какая штука.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ: Это мы не знаем.

М. МАЙЕРС: Знаем, пока не решился.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ: Там дотаций нет, здесь пока есть. Пожалуйста.

Я. РОМАНЧУК: Я думаю, что в существующем виде союз России и Белоруссии не жизнеспособен, это своеобразное такое мелкое СНГ, которое пиарится для того, чтобы люди, которые работают в этой структуре, им было удобно, комфортно, деньги можно было зарабатывать, и командировочные, как ни банально это звучит, но никто не знает, ни Белоруссия, ни Россия, собственно, что с этим делать. Лукашенко выгоднее сохранить эту структуру, потому что ее сохранение в таком виде дает ему возможность апеллировать к россиянам, к белорусам, о том, что нам необходимы единые цены на энергоресурсы. Его кроме как единых цен на энергоресурсы сегодня, внутренних российских, я думаю, мало что интересует. Плюс доступ на российский рынок, важнейший элемент.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ: Белорусских товаров?

Я. РОМАНЧУК: Белорусских товаров на российский рынок, т.е. отдельные антидемпинговые случаи есть, как, например, по сухому молоку, да, например, я очень люблю российские конфеты, я не могу ваших производителей купить конфеты в Белоруссии. Не могу, потому что их не пускают по разным надуманным, на мой взгляд, причинам. Т.е. у нас в Белоруссии внутри нет единого экономического пространства. Производитель из Бреста не может свободно продать свои товары в Могилеве или в Минске, там квоты, там как феодализм такой экономический. Поэтому говорить о том, что каким-то образом магическим российские товары свободно начнут продаваться в Белоруссии, нет никаких оснований. Равно как и эта жвачка, связанная с российским рублем в качестве единой валюты Лукашенко сказал – единая другая, не российский рубль, единая другая валюта и плюс два эмиссионных центра. Два эмиссионных центра — это для школьника старших классов понятно, к чему это приведет, что это будет инфляция не 20%, как в Белоруссии годовая или в России, а будет 120% или еще больше, в зависимости от того, как интенсивно нажимать на рычаг.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ: Теперь про Запад.

Я. РОМАНЧУК: А про Запад, позиция такая размытая, в отличие от России, где тоже есть как-то один центр, Запад у нас это что, это Америка, это ЕС, это куча деклараций, заявлений, вербальной поддержки оппозиции. На самом деле, за этим всем мало что стоит. Лукашенко хотел бы пойти, но хотел бы пойти малой кровью, выпустил всех, Козулина оставил. Он хотел бы вступить в СЕ, для этого использует российский МИД, я думаю, что в случае, если он пропустит пять человек в палату представителей, ему это удастся. Запад – это также «Райффайзен», это ABN Amro, это «Комерцбанк», это «Хайнекен», другие компании, которых, на самом деле, больше интересует стабильность, договороспособность власти, а не высокие слова материи, собственно, как и в России иностранные инвесторы являются достаточно стабильным, устойчивым электоратом Путина и Медведева. То же самое Лукашенко, он может использовать их в качестве своего политического лобби в Европе, использует. У нас был случай, когда тот же «Райффайзен» сначала выступал спонсором одной чисто экспертной конференции в Вене, потом белорусские власти надавили на него, и он отказался. Поэтому как он ищет, Лукашенко, среди российских олигархов тех людей, которые способны сегодня представить его позицию в Кремле, с Дерипаска разговаривает, с «Альфа» разговаривает «Груп», разговаривает, например, с «Лукойлом», с «Роснефтью» для того, чтобы каким-то образом заинтересовать их имущественно и по разным другим схемам нефтепереработки в Белоруссии, так он разговаривает и с бизнесом на Западе. Часто ему это удается.

М. МАЙЕРС: Сообщение, я просто единственный комментарий, очень много, у нас просто остается полторы минуты, приходит сообщений типа – я дважды был у вас, с кем ни общался, таксист, обслуживание санатория, многие другие, большинство за батьку, Михаил. Большинство в Белоруссии за Лукашенко, хватит врать, видимо, вы мечтаете об оранжевой революции, как на Украине и т.д. Что здесь правда, что неправда, все-таки мне хотелось бы понять, если вы разговариваете с народом, да, какова основная претензия людей к власти?

Я. РОМАНЧУК: Можно сказать одну основную претензию, которую предъявляют тоже и россияне, которые приезжают к нам? Почему у вас цены на 50% выше, чем в Москве даже, по многим позициям, т.е. хорошо, если вы дотируете сельское хозяйство, если вы дотируете машиностроение, если у вас дотируются жилищно-коммунальные услуги, почему так дорого все? Почему, я отвечу вам на вопрос, потому что у нас на примере того, чтобы сохранить позиции на российском рынке, белорусы дотируют российского производителя в размере 1.5 млрд. долларов в год.

А. ЛЕБЕДЬКО: Наверное, таксист был очень давно, потому что за последнее время Лукашенко отнял у 5.5 людей льготы и социальные гарантии, которые они имели. Сейчас как раз брожение происходит среди этой его электоральной группы. Такие же решения были приняты и по целому ряду других групп населения, а вообще приезжайте к нам, вместе пройдем от двери к двери, посмотрим все-таки, кто прав.

М. МАЙЕРС: Нет, уж лучше вы к нам.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ: Но это мы просто говорим такую фразу. На самом деле, отношение к Белоруссии у всех моих коллег более, чем теплое. Спасибо вам большое, что вы пришли, что вы рассказали, это было очень интересно. Я напоминаю, что у нас были председатель ОГП Белоруссии Анатолий Лебедько, и руководитель научно-исследовательского центра Мизеса Ярослав Романчук. Спасибо вам большое, ребята, мы после новостей продолжим нашу программу.

Я. РОМАНЧУК: Спасибо.


Загрузка комментариев...

Самое обсуждаемое

Популярное за неделю

Сегодня в эфире