'Вопросы к интервью
28 апреля 2008
Z Разворот Все выпуски

Нужно ли восстанавливать учреждения для принудительного лечения алкоголиков в России


Время выхода в эфир: 28 апреля 2008, 16:35

К.ЛАРИНА: Ну что. Получается, что Россия переживает демографический кризис, и стремительно у нас уменьшается численность населения из-за повального алкоголизма. И если мы сейчас вновь вернем систему принудительного лечения от алкоголизма, то у нас вновь будут рождаться здоровые и счастливые дети и все мужики – алкоголики и пьяницы – вернутся домой, как шелковые. Правда же, Олег Зыков? Член Общественной палаты, нарколог, президент Фонда «Нет алкоголизму и наркомании».
О.ЗЫКОВ: Добрый день.
Л.ГУЛЬКО: Ксения цитировала, между прочим, экспертов ООН.
К.ЛАРИНА: Я не цитировала – я резюмировала.
Л.ГУЛЬКО: Интерфакс: авторы доклада «О демографической политике в России» представительства ООН в Москве предлагают восстановить учреждения закрытого типа для принудительного лечения алкоголиков.
О.ЗЫКОВ: Да, ЛТП – это классно, это супер. Для того, чтобы увеличить тюремное население и таким образом загнать эту проблему в тупик, да, ЛТП – это хорошая штука. Кстати, проблема увеличения тюремного населения и так сейчас более чем актуальная тема. За последний год эта проблема увеличилась на 200 тысяч.
К.ЛАРИНА: Сейчас по этому поводу пресс-конференцию давали.
О.ЗЫКОВ: Да. Ну давайте туда еще алкоголиков засадим – еще увеличим. При этом сидеть они там будут за наши бюджетные деньги, а будут выходить – и дальше пьянствовать. То есть это тупик абсолютный. Я не знаю, что имели в виду эксперты…
Л.ГУЛЬКО: Там они еще кое-что предлагают.
О.ЗЫКОВ: Ну, вот как-то мы любим в некоторых ситуациях ориентироваться на мнения экспертов…
К.ЛАРИНА: На то они и эксперты – они ж понимают ситуацию.
О.ЗЫКОВ: А что, у нас своих мало?
К.ЛАРИНА: Они увидели причинно-следственную связь, я так поняла.
О.ЗЫКОВ: Ксения, я вам заявляю, что я – эксперт.
К.ЛАРИНА: А я вам верю. Поэтому мы вас и позвали.
О.ЗЫКОВ: Местного разлива, что называется. Я все это прожил. Я прожил создание советской наркологии, я ходил в ЛТП, я знаю, что такое советская наркология сегодня. Я понимаю, что нужно делать сегодня, в отличие от многих экспертов иностранных, что делать сегодня, сейчас, здесь, в России. И я хорошо понимаю, что сегодняшняя наркология переживает кризис, безусловно. Фактически она сегодня представлена двумя стратегиями: постсоветская стратегия, связанная с идеей репрессий – то, что было в советский период – некое поражение в правах, трудовых, гражданских, учеты всякие диспансерные. И понятно, что в советский период это была часть правоохранительной системы. И понятно, что основная задача наркологии была – мобилизовать основные алкогольные ресурсы на подвиги советской промышленности.
К.ЛАРИНА: То есть лечить их никто не собирался?
О.ЗЫКОВ: Даже идеи такой не было. И это я тоже прожил. Я работал 5 лет в 17-й наркологической больнице, которая была создана на базе филиалов Завода имени Лихачева. И вот я молодой, думающий, как мне тогда казалось, доктор пришел в больницу помогать людям, спасать, психиатр… Мне тут же было объявлено, что моя задача – идти в приемный покой и отбирать токарей 6-го разряда. И делать это так, чтобы они на следующий день шли в токарный цех Завода имени Лихачева. И все, и больше ничего.
Л.ГУЛЬКО: Вылечить это заболевание невозможно, это все прекрасно знают. Так же, как и наркоманию.
О.ЗЫКОВ: Значит, ваше знание отличается от моего. Можно.
Л.ГУЛЬКО: Так говорят.
О.ЗЫКОВ: Я говорю – можно. Только если иметь в виду социо-духовный компонент болезни.
Л.ГУЛЬКО: Конечно. Поэтому если человек идет работать токарем, значит, у него не будет – знаете, как у Райкина, — сил на другие вещи.
О.ЗЫКОВ: Ну, это очень примитивный подход.
Л.ГУЛЬКО: Ну хотя бы подход.
О.ЗЫКОВ: Это не подход, это чушь собачья.
К.ЛАРИНА: Это будет отвлекать человека от дурных мыслей, конечно.
О.ЗЫКОВ: И второй способ решения алкогольных проблем, который мы уже в современной России наблюдаем, — это коммерческая наркология. Подлая, коммерческая, основанная на идее обирания — причем даже не столько больных, сколько их родственников. Понятно, что здесь тоже выздоровления нет и быть не может. Во всем цивилизованном мире – в этом смысле я отношу этих экспертов, я уж не знаю, из каких они стран, к этому цивилизованному миру – развивается мотивационная наркология. То есть обсуждается не столько факт наличия алкоголизма, сколько – а что человек хочет? Почему так случилось? Почему он стал использовать алкоголь…
К.ЛАРИНА: Это очень долгий путь. Нам некогда! Мы исчезаем с пространства планеты.
О.ЗЫКОВ: Ну не надо. Вот как только начинают спасать нацию, ее начинают тут же убивать.
К.ЛАРИНА: Раньше можно было напугать: будешь пит – загремишь в ЛТП. И все.
О.ЗЫКОВ: Во-первых, усилиями всего мира нам рассказали, что у нас рождаемость повышается. Вы заметили? Нет?
К.ЛАРИНА: У меня вот подруга родила двойню.
Л.ГУЛЬКО: Был доклад недавно министра здравоохранения, она же министр минздравсоцразвития – с одной стороны, рождаемость, с другой стороны, смертность падает.
О.ЗЫКОВ: Смертность падает, но медленно. Хотелось бы лучше. Суетиться не надо.
К.ЛАРИНА: Ведь пьют, как лошади.
О.ЗЫКОВ: И будут пить. Потому что алкоголь, наркотики, игра… я вот шел сейчас на «Эхо Москвы» — у вас там на первом этаже казино находится, между прочим…
Л.ГУЛЬКО: Здесь? У нас?
О.ЗЫКОВ: Ну вот, на первом этаже. В этом доме или в соседнем.
Л.ГУЛЬКО: Через дом, да. Но им осталось жить не долго, не волнуйтесь.
К.ЛАРИНА: У нас тут чего только нет – у нас тут еще и ячейка «Единой России». Много чего.
О.ЗЫКОВ: Понятно, интересно. Но эту тему мы не будем обсуждать сейчас. Давайте все-таки про алкоголизм с наркоманией. Так вот, все это формы адаптации человека к собственной трагедии. То есть происходит некая внутренняя личностная трагедия, и в зависимости от того, что модно сейчас в обществе, человек избирает очень часто одну из разрушительных форм адаптации, разрушительного поведения как способа адаптации, плохой адаптации, которая не адаптирует на самом деле, а дезадаптирует. Но тем не менее, мы должны понимать природу этого поведения человека. И если нет альтернативы никакой, если мы ему не предлагаем этой альтернативы, если мы не рассматриваем мотивы, почему он так поступает и какие мотивы могут повлиять на то, чтобы он поступал иначе, мы ему мы не поможем ничем.
К.ЛАРИНА: Вы говорите про профилактику.
О.ЗЫКОВ: Я говорю о проблеме вообще.
К.ЛАРИНА: А что делать с теми, которые уже алкоголики? Куда им деваться?
О.ЗЫКОВ: Мы с вами буквально в этой студии говорили об анонимных алкоголиках и так далее, здесь сидели мои друзья – анонимные алкоголики, удивительные, глубокие люди. Вы знаете, Ксения, ответы на эти вопросы. Может, не все радиослушатели…
Л.ГУЛЬКО: Просто у нас с Ксенией друг умер от этой болезни. Никакие анонимные алкоголики и никакая мотивация…
О.ЗЫКОВ: Это выбор вашего друга. У каждого из нас есть право умереть. Чего вы хотите – лишить человека права умереть? Не лишите никогда. Всегда будет такое право.
Л.ГУЛЬКО: А я говорю, что эта болезнь неизлечима. А вы говорите – нет.
О.ЗЫКОВ:Да, излечима. Потому что здесь, за этим столом сидели люди, которые говорили о своем социальном и духовном выздоровлении.
К.ЛАРИНА: Но они же могут сорваться в любой момент.
О.ЗЫКОВ: Точно так же, как каждый из нас. Сейчас я открою это окно, если оно открывается, и выброшусь с вашего 14-го этажа. Есть у меня такая возможность? Риск такой есть? Да. Мы все находимся в ситуации поиска и выбора каждую секунду. И у них, безусловно, есть дополнительный фактор, который требует от них ответственного поведения. Да, конечно. Любой диабетик может обожраться шоколадом и сдохнуть от диабетической комы, но он же не делает этого.
Л.ГУЛЬКО: Но его сдерживает смерть, а этих людей не сдерживает смерть
О.ЗЫКОВ: Вот. Вы сказали ключевую вещь – сдерживает. Но они должны осознать риск. Они должны осознать, что они смертельно больны. Они ровно это говорили в этом эфире – мы осознали, мы признали свое бессилие. И через это бессилие обрели гигантскую силу – внутреннюю, духовную и нравственную силу менять себя изнутри.
Л.ГУЛЬКО: А слабым остается умирать.
О.ЗЫКОВ: Знаете, в этом мире все очень жестко происходит. Это жесткий мир. И мы всегда находимся в ситуации выбора, каждый из нас.
К.ЛАРИНА: Когда мы говорим про кого-то, это мы говорим про кого-то, а спросите любую женщину, у которой такая проблема в доме, она готова душу продать за то, чтобы кто-нибудь решил ее эту проблему.
О.ЗЫКОВ: Душу продавать не надо. Слава богу, этот мир выздоравливающих людей…
К.ЛАРИНА: Когда он с топором бегает по квартире, раньше можно было вызвать милицию и его отправили бы в ЛТП на месяц… возвращается как шелковый, наколотый какими-то там уколами, но как шелковый возвращается. И боится этого привода.
О.ЗЫКОВ: Ксения, я все услышал. Не надо эмоций пустых.
К.ЛАРИНА: Дайте мне голосование запустить – хочу узнать мнение народа. Наш вопрос очень простой: считаете ли вы, что система принудительного лечения алкоголиков поможет решить проблему тотального алкоголизма в России? Если вы считаете, что возвращение принудительного лечения алкоголиков – это решение проблемы, тогда телефон 660 01 13. Если вы категорически против такой реанимации, то 660 01 14.
ГОЛОСОВАНИЕ
К.ЛАРИНА: Итак, еще раз: вы поддерживаете идею возвращение системы принудительного лечения алкоголиков – 660 01 13. Категорически против, как наш гость Олег Зыков, — 660 01 14. Ну а теперь вам слово.
О.ЗЫКОВ: Я не категорически против, как ни странно, Ксения. Просто каждый раз мы должны рассматривать конкретную ситуацию, исходя не из болезни, а из состояния человека, которое в том числе диктуется его болезнью. Вот ситуация ваша – он бегает с топором…
К.ЛАРИНА: Это не моя ситуация.
О.ЗЫКОВ: Не ваша, слава богу. Я очень рад за вашу семейную жизнь.
К.ЛАРИНА: Это модель, которую я предлагаю. И таких семей полно в России!
О.ЗЫКОВ: Вот я про эти семьи. Идет речь о нарушениях административного или уголовного кодекса. В этом случае у нас должны быть механизмы профилактики внутрисемейного насилия. И этого человека надо привлекать, но не к принудительному лечению, а к ответственности за то, что он нарушает уголовный или административный кодекс. При этом в этом компоненте существует такая технология, как лечение вместо наказания – мотивация. Он привлекается за факт правонарушения, но ему говорят – или мы тебя посадим в тюрьму, или ты пойдешь лечиться, выбирай. Он выбирает мотив.
К.ЛАРИНА: Но сейчас-то вообще ничего нет, никаких нет возможностей, ресурсов никаких. Эти семьи брошены государством. Этими проблемами не занимаются.
О.ЗЫКОВ: Но вы сейчас говорите не о законодательстве, а о практике, которая отсутствует у нас. Никто не мешает сегодняшним судам использовать эту практику. Судьи тупые – они не понимают природы поведения человека. Поэтому по многих странах сегодня есть специализированные суды – т.н. Drug-Courts, где судят алкоголиков и наркоманов, и сам суд – это мотивационный процесс. Вторая ситуация – он опасен для себя и окружающих. Здесь тоже нет проблемы правовой. Есть 29-я статья Закона о психиатрии, которая очень ясно и точно трактует эту ситуацию: человек опасен для себя и окружающих – он подлежит недобровольной госпитализации, читай – принудительное лечение.
К.ЛАРИНА: То есть есть такая система?
О.ЗЫКОВ: Конечно. И никто ее не отменял. Она есть. И третья ситуация, главная для меня: когда он не совершает правонарушение, он не опасен для себя и окружающих, и я понимаю, что любые принудительные формы изменения духовности личности невозможны, в этом случае мы должны формировать субкультуру, из которой человек почерпнет знания – а как ему жить со своей болезнью, как ему менять себя. И это касается той же самой жены. Это к вопросу о том, что у нас есть группы для родственников. Тысячи людей сегодня в нашей стране ходят в эти группы и выздоравливают.
К.ЛАРИНА: Тогда давайте про жену. Жена – алкоголичка, которая беременеет, как кошка, и производит на свет больных детей.
О.ЗЫКОВ: Алкоголизм здесь при чем?
К.ЛАРИНА: Как это?
(говорят все вместе)
О.ЗЫКОВ: Детерминированности в алкоголизме нет совершенно. На 90% алкоголизм – это результат воспитания в семье той или иной. Предпосылки есть, конечно, генетические.
К.ЛАРИНА: Давайте радикализируем ситуацию просто до состояния комикса. Вот такая ситуация. Есть ли у нас возможность принудительной стерилизации таких женщин?
О.ЗЫКОВ: Слава богу, нет как будто бы. И я надеюсь, никогда не будет.
К.ЛАРИНА: А почему нет? Наркоманки, алкоголички – они не имеют права производить на свет больных детей. Это преступление. Куда их потом девать?
О.ЗЫКОВ: Вы знаете, каждый раз возникает тема реакции общества на какие-то трагические вещи. Я сейчас много занимаюсь вопросами сексуального насилия над детьми, педофилией – вот эти крики, введем смертную казнь…
К.ЛАРИНА: Расстрелять.
О.ЗЫКОВ: Но я прекрасно понимаю, что это ничего не изменит, насилия меньше не будет. Если мы не научимся выявлять этих педофилов, в суде фиксировать эти факты, создавать механизмы в том числе профилактики сексуального насилия, прежде всего, внутрисемейного, ничего это не изменит.
К.ЛАРИНА: Мы хотим простых быстрых решений.
О.ЗЫКОВ: Вот самое трагичное – это искать быстрые решения сложнейших социальных проблем. Их нету. Нету и не может быть. Более того – они как раз и приводят к гибели общества, когда с помощью простых вещей пытаются решить сложнейшие социальные процессы. И кроме всего прочего – насчет этой кошки, которая рожает: она ж не сразу такой стала. Это процесс.
К.ЛАРИНА: Но дети-то – вот они сидят, 6-7 человек в одной семье – никому не нужных, брошенных, больных.
О.ЗЫКОВ: Это другой вопрос – что делать с детьми, у которых фактически нет матери? И тогда возникает тема – я сейчас уже не про мать, а про детей – мы говорим о реформировании интернатной системы, о развитии альтернативных форм воспитания. Вот сейчас бешеные конфликты – и я тоже участвую в разговорах на эту тему: быть или не быть патронатному воспитанию: приемная семья, опекунская семья – это все сложнейшие технологии. И есть территории, где эти технологии развиваются, и дети устраиваются. Эти территории решают эти проблемы. Мучительно, но это единственный путь. Медленно, но это единственный путь. Не надо пытаться схватить шашку и отрубить фактически башку нам самим таким образом. Не надо.
К.ЛАРИНА: Ну а если это действительно угрожает жизни человека? Я возвращаюсь к этой ситуации семейной: когда раньше женщина могла вызвать наряд милиции, и его скрутили бы, повязали бы и увезли бы…
О.ЗЫКОВ: Никто не отменял ни милицию, ни вызов.
К.ЛАРИНА: Нет, сегодня никто не имеет права на такие…
О.ЗЫКОВ: Имеет. Если он хулиганит. Это опять-таки вопрос внутрисемейного насилия – у нас нет центров помощи женщинам и детям.
К.ЛАРИНА: А то мы все отменили, получается – ЛТП нету, вытрезвителей нету…
О.ЗЫКОВ: Соврал ведь сейчас. Я только что говорил о том, что есть территории, которые развивают эти программы – сегодня у нас есть Самарская область, Тюменская область, еще огромное количество территорий, и в Москве, кстати, появился такой центр кризисный – для женщин, которые подверглись насилию…
К.ЛАРИНА: А если мы не считаем это болезнью, допустим, алкоголизм – мы говорим «На Руси всегда пьют»…
Л.ГУЛЬКО: Распущенность, да.
К.ЛАРИНА: Ну пусть он там в свой запой уйдет, а потом я его сдам быстренько в ЛТП, он там месячишко поваляется, потом какое-то время будет еще спокойная жизнь у меня в семье.
О.ЗЫКОВ: Ну, во-первых, не будет, это понятно. Потому что женщина всегда будет находиться на бомбе, она будет всегда в ожидании. Причем ожидание, как вы знаете, более мучительная вещь, чем действие. И каждый раз, когда мы сталкиваемся с разговорами об ЛТП советского типа и разговорами о том, что это как-то решало проблемы… я-то проживал это все. Женщина имела крайне низкое качество жизни, крайне низкую возможность сформировать за эти годы свою жизнь так, чтобы ощутить какую-то радость от этой жизни. Мы всегда должны обсуждать вопрос качества жизни человека…
К.ЛАРИНА: Вы все правильно говорите. Но за эти десятилетия ничего не меняется. Очень тяжелая ситуация.
О.ЗЫКОВ: Неправда. Я только что говорил, что тысячи людей пришли в группы самопомощи, в группы анонимных алкоголиков, наркоманов. Это наши соотечественники. Другой вопрос – что агрессивность великая…
К.ЛАРИНА: Это соотечественники, способные адекватно оценить ситуацию.
О.ЗЫКОВ: Они разные. Нет, выздоровление от алкоголизма и наркомании сопряжено с духовным ростом. И другого не дано. И если у человека нет ресурса для духовного роста, это не вопрос интеллектуальности, не надо путать. Это вопрос некоего ресурса душевного. И я видел огромное количество людей с низким образовательным цензом, но с огромным ресурсом нравственным. Эти люди выздоравливают, и я их знаю.
К.ЛАРИНА: Нужно им понимать, для чего. Возвращаясь к мотивации.
О.ЗЫКОВ: Вот именно. Для себя.
К.ЛАРИНА: Для чего возвращаться к этой поганой жизни.
О.ЗЫКОВ: Для этого они должны поверить, что есть альтернатива и есть возможность жить счастливо, будучи алкоголиков.
К.ЛАРИНА: Где?
О.ЗЫКОВ: В нашей стране.
К.ЛАРИНА: В Швейцарии… в Альпах.
О.ЗЫКОВ: Да где хочешь.
Л.ГУЛЬКО: В Швейцарии алкоголик – такой же алкоголик.
О.ЗЫКОВ: Я возвращаю вас к нашему эфиру – к тем людям, которые сидели за этим столом. Я ничего не придумываю. Мне очень легко с вами разговаривать – у нас большой опыт общения…
Л.ГУЛЬКО: Давайте цифры.
К.ЛАРИНА: У нас закончилось голосование – поразительное совершенно. Ну пополам практически у нас разделилась наша аудитория.
О.ЗЫКОВ: У нас великолепные слушатели. Я вам благодарен, уважаемые друзья. Вы умные, вы все понимаете.
К.ЛАРИНА: А вы думали…
Л.ГУЛЬКО: 80 на 20?
О.ЗЫКОВ: Я думал еще хуже. Я тут в «К барьеру!» ходил к Володе Соловьеву. И уж как я там ни изгалялся, и соперник-то мне слабый там достался, ничего не понимающий в наркологии, но репрессивность мышления общества была и есть. Люди привыкли решать проблемы путем поиска виновного и наказания виновного. А здесь нет виновного. Здесь мы все – и виновные, и невиновные.
К.ЛАРИНА: А у нас есть какая-нибудь программа, в конце концов, государственная? Должен быть нацпроект по спасению русского народа от пьянства…
О.ЗЫКОВ: Должна быть программа у каждого из нас – программа нравственного роста русского народа.
Л.ГУЛЬКО: Давайте создадим фонд?
О.ЗЫКОВ: Ксень, ну что вы…
К.ЛАРИНА: Ну а что делать? Ну невозможно же смотреть… мы сидим в середине праздников – вот у нас Пасха прошла вчера, сейчас Первомай начнется, и это будет длиться и длиться и длиться…
Л.ГУЛЬКО: Да, я живу рядом с Поклонной горой – я все это вижу.
К.ЛАРИНА: Не буду рассказывать, что такое будет твориться в народе. Мы все равно приходим к этой проблеме, мы не можем ее обойти…
О.ЗЫКОВ: Это всегда трагедия конкретного человека. Еще раз – не надо спасать нацию.
Л.ГУЛЬКО: Спасайте каждый своего! Да?
О.ЗЫКОВ: Ради бога, пожалуйста. На самом деле, я говорю о спасении самого себя. Прежде всего, мы должны создать среду, в которой человек, у которого есть такие ресурсы, о которых мы только что говорили, мог бы эти ресурсы реализовать. Это процесс. Формирование среды – это процесс. Включение конкретного человека в эту среду – это процесс. Но мы должны об этом говорить. Мы должны говорить о том, что есть такой ресурс, что есть такие возможности, что есть такие люди, и они готовы делиться своим опытом. Они не в Америке живут – они живут здесь, среди нас. Но мы должны быть терпимы к ближнему своему. Что-то я прямо по церковно-славянски стал говорить…
К.ЛАРИНА: Вот мы неделю назад со Львом обсуждали ситуацию… где это было – в Новосибирске, эта жуткая авария, где пьяный за рулем въехал в остановку троллейбусную и убил человек семь. Ему дали 6 лет за это.
О.ЗЫКОВ: Ну, это вы сейчас про проблемы с правоохранительной системой.
К.ЛАРИНА: Про пьянство за рулем.
О.ЗЫКОВ: Да причем тут пьянство?
К.ЛАРИНА: Про абсолютно наплевательское отношение к окружающей жизни.
О.ЗЫКОВ: Это к вопросу о законах. Если вы возмущены, что он убил 6 человек, а ему мало дали, мы можем это обсудить, но при этом это вопрос не пьянства, а вопрос конкретного судебного процесса.
К.ЛАРИНА: Ужесточение наказаний за преступления, совершенные в пьяном виде, это не панацея.
О.ЗЫКОВ: Это не панацея, но тем не менее человек должен адекватно нести наказание за убийство других людей. В этой конкретной ситуации надо просто разбираться внимательно, чем я, кстати, занимаюсь, вы знаете, что в Общественной палате я вхожу в Комиссию по контролю за правоохранительным органами, и только этим и занимаюсь. Не надо обобщать. Каждая конкретная судьба и каждая конкретная трагедия требует внимательнейшего отношения в некоем контексте. Не может быт взгляда «вообще». Поэтому что касается…
К.ЛАРИНА: Нацпроектов по спасению русского народа…
О.ЗЫКОВ: Тем не менее, я абсолютно убежден, что сегодня мы должны говорить о формировании эффективной наркологической помощи. Мы должны говорить о построении мотивационной наркологии. В зависимости от желания человека, а точнее от нежелания меняться…
К.ЛАРИНА: Куда звонит человек со своими проблемами сегодня? Или его жена или он сам? У меня вот есть такие знакомые, несчастные люди, алкоголики, которые сами себя из запоев выводят – звонят в службу, которая частные объявление расклеивает…
О.ЗЫКОВ: Это, конечно, не наркология. Это туда, к подлости к этой. Нет. То, чем я занимаюсь – вы знаете, я возглавляю организацию огромную всероссийскую, которая называется Фонд «Нет алкоголизму и наркомании!», это все часть этого мира, этой субкультуры. Пожалуйста, я могу назвать наш телефон – там не берут денег, там дают информацию об этой субкультуре. 126 04 51.
К.ЛАРИНА: Что такое информация о субкультуре?
О.ЗЫКОВ: Это анонимные алкоголики, наркоманы, игроманы…
Л.ГУЛЬКО: Клуб по интересам.
О.ЗЫКОВ: …любые пороки могут решаться через общение с себе подобными. И это, на самом деле, субкультуральный процесс. И что самое важное – пожалуйста, можно прийти на очную консультацию, и консультантами работают не врачи и не психологи, а те самые выздоравливающие алкоголики и наркоманы, имеющие свои собственный опыт и способные поделиться этим опытом. И любой человек может прийти в этот мир. Другой вопрос – что эффективная наркология мотивационная должна строиться на трех принципах – это анонимность, это бесплатность и это доступность. У нас нет анонимной, доступной и бесплатной наркологии.
К.ЛАРИНА: А гарантии?
О.ЗЫКОВ: Гарантия – ты сам. Твой ресурс. Только ты. И это большая гарантия.
Л.ГУЛЬКО: Если хочешь.
О.ЗЫКОВ: Конечно.
Л.ГУЛЬКО: Не хочешь – сколько проживешь.
К.ЛАРИНА: Простите за то, что я излишне эмоциональна была. А по-другому нельзя – времени мало, надо успеть все сказать. Спасибо большое Олегу Зыкову. Напомним, что Олег, помимо того, что он член Общественной палаты и нарколог, он еще и возглавляет Фонд, как он правильно сказал, «Нет алкоголизму и наркомании!». Мы еще на эту тему будем не раз, к сожалению, собираться, но как я понимаю, возвращаясь к поводу сегодняшней встречи, вы все равно считаете, что принудительное лечение не может являться…
О.ЗЫКОВ: В советской версии конечно.
К.ЛАРИНА: Не спасет общество ни от пьянства, ни от демографических проблем.
О.ЗЫКОВ: И более того – я абсолютно уверен в том, что и эксперты тоже не имели в виду возрождение тюрем для алкоголиков. Уверен.
К.ЛАРИНА: Ну что ж, спасибо большое. И до встречи.
Л.ГУЛЬКО: Спасибо. Пока.
О.ЗЫКОВ: До свидания.

Материалы по теме

Поддерживаете ли Вы систему принудительного лечения алкоголиков?

да, поддерживаю
55%
нет, не поддерживаю
42%
затрудняюсь ответить
3%


Загрузка комментариев...

Самое обсуждаемое

Популярное за неделю

Сегодня в эфире