'Вопросы к интервью
18 марта 2008
Z Разворот Все выпуски

Почему координатора движения «Оборона» хотят выселить из квартиры?


Время выхода в эфир: 18 марта 2008, 16:35

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ – У нас в гостях координатор движения «Оборона» Олег Козловский. Здравствуйте.
О. КОЗЛОВСКИЙ — Добрый день.
М. ГАНАПОЛЬСКИЙ – Расскажите вашу историю.
О. КОЗЛОВСКИЙ — Я слышал сейчас ваш анонс, он не совсем правильный был. Поэтому лучше, конечно, если я расскажу все с самого начала. Проблема заключается в той квартире, которую я снимаю, она находится в районе Хамовники. И в ней достаточно регулярно собираются активисты «Обороны». И также активисты других организаций разных, например, оргкомитет по маршу «За добровольную армию». Вчера меня пригласил к себе на беседу участковый, которого зовут Николаев Сергей Алексеевич.
М. МАЙЕРС — Вы диктофончик не взяли?
О. КОЗЛОВСКИЙ — Не имел до сих пор такой привычки, но, наверное, надо было бы, потому что это был очень интересный разговор. Он меня больше всего поразил своей откровенностью, то есть я ожидал, что будут проблемы какие-то, но обычно хотя бы внешне пытались сохранить некий налет нейтралитета, законности, какие-то искали обычно оправдания более-менее приличные для себя. Сейчас все было совершенно откровенно. Цинично и ясно. В общем, за это ему в какой-то степени спасибо, что не пытался юлить. Мне было сказано, что у вас там собирается организация, газета «Марш несогласных» где про эту организацию тоже говорится. Вот газета «Оборона», которую эта организация издает. И я понимаю, что это за организация, нам такие здесь не нужны. Я говорю: что значит не нужны. Какие вообще основания для таких заявлений. — Вы понимаете, здесь же недалеко Кремль находится. Кремль, в общем, довольно далеко. Но это Центральный округ. Видимо, этого уже достаточно. Здесь может проехать даже он. Здесь милиционер не решился назвать фамилию, просто указал на потрет Путина в углу. И говорит: мало ли что случится. Вот езжайте куда-нибудь в Бутово что ли, а еще лучше в Зеленоград. Много есть районов, где-нибудь подальше, но не здесь. Здесь вас быть не должно. И я сделаю все, чтобы вас здесь скоро не было. Я говорю: у нас есть вообще договор совершенно законный, официальный. Мы здесь до июля совершенно на легальных основаниях находимся. Ни одного пункта мы не нарушаем. Я, конечно, понимаю, — отвечает милиционер, — я в ваши гражданско-правовые отношения не вмешиваюсь. Но думаю, что договор вам придется расторгнуть. Это считайте форс-мажор. И одновременно происходило давление на хозяев квартиры. Им рассказывали, что у них экстремистская организация находится. Что там вообще чуть ли не теракты готовятся. Мне было сказано, что если не захотите добровольно уехать, то мы организуем сейчас актив вашего дома. Нам всем напишут заявления, что вы шумите, устраиваете пьянки, дебоши, всем мешаете жить. Я буду к вам каждый день ходить, устраивать проверки, вы будете все писать объяснительные. В общем, любыми методами вас отсюда выживу. И плюс участковый сказал, что направляет рапорт в ФСБ, в Главк МВД, во всякие другие подобные структуры, куда прилагает всяческую агитпродукцию, где говорится об «Обороне» с тем, чтобы они тоже участвовали в этом процессе. То есть ситуация такая абсолютно очевидная, никто не пытается никаких законных оснований предъявлять. Просто совершенно наглый, простой, циничный рэкет или шантаж скорее.
М. МАЙЕРС — Вы там не пьянствуете и не дебоширите? Вообще сложно себе представить, когда горячие молодые парни из движения «Оборона» собираются в квартире, чтобы говорить о современных российских реалиях.
М. ГАНАПОЛЬСКИЙ – А откуда ты знаешь, что они горячие?
М. МАЙЕРС — А может быть и девушки. Не повышаете голос там?
О. КОЗЛОВСКИЙ — Наши горячие молодые парни и девушки очень хорошо знают, что к нам всегда будет пристальное внимание, что стоит нам перейти дорогу в неположенном месте, никого не заметят, а нас задержат. У нас такие случаи бывали, когда ОМОН задерживал за переход дороги в неположенном месте. Поэтому естественно в тех помещениях, где мы собираемся, мы строго до каждой буквы выполняем все требования закона, чтобы не было малейшей возможности придраться.
М. ГАНАПОЛЬСКИЙ – Скажите, мне, пожалуйста, что думают хозяева вашей квартиры по этому поводу?
О. КОЗЛОВСКИЙ – Хозяева, я с ними достаточно подробно говорил до этого разговора, они были настроены на то, чтобы, по крайней мере, сейчас в рамках договора дальше действовать, по крайней мере, до конца его действия до июля. Но а дальше, дескать, посмотрим.
М. ГАНАПОЛЬСКИЙ – А каковы результаты давления на соседей?
О. КОЗЛОВСКИЙ — Пока не знаю. Но я думаю, что вполне реалистично, что они начнут что-то писать, потому что обычно у нас никто не хочет ссориться с участковыми, тем более всегда найдется в любом московском подъезде какой-нибудь житель, который с удовольствием напишет на кого-нибудь кляузу. Тем более если ему рассказать, что эти люди большую опасность представляют, негодяи, экстремисты, и вообще может быть у вас дом взлетит на воздух со дня на день.
М. ГАНАПОЛЬСКИЙ – Представим себе, что действительно все это будет организовано, потому что раз уж человек решил заняться этим делом, то это святое. Кроме того, возможно на него давят, чтобы он вас вытеснил оттуда. Вы уйдете или у вас есть варианты защиты?
О. КОЗЛОВСКИЙ — Мы по закону, по договору, который у нас действует, будем оставаться в этом помещении столько, сколько договор позволяет. Если нас попытаются незаконным образом выселить, значит, мы будем защищаться. И правовыми методами, и просто физически будем помещение это удерживать, потому что никак законно естественно, не обоснованы были милицейские требования.
М. ГАНАПОЛЬСКИЙ – А если хозяева квартиры в одностороннем порядке расторгнут договор, сославшись на болезнь бабушки, которая приезжает из города Нарофоминск.
О. КОЗЛОВСКИЙ — Значит, это будет в суде решаться. До тех пор пока суд не подтвердит, что действительно есть законные основания, мы будем в этом помещении оставаться. Потому что это наше право. Мы со своей стороны все обязанности выполняли, продолжаем выполнять. Оплату вносили всегда в срок. Поэтому никаких с нашей стороны отступлений быть не может.
М. ГАНАПОЛЬСКИЙ – Наверное, не все наши радиослушатели знают о вашем движении. Какие у вас цели, задачи?
О. КОЗЛОВСКИЙ — Цели наши с одной стороны глобальные, с другой стороны не менее необходимы. Это, во-первых, установление в России такой политической системы, которая бы позволяла обычным гражданам влиять на происходящее в стране, на то, кого они избирают, на то, что делают эти люди, которая бы вводила обратную связь между государством и обществом. Сейчас этого нет. Я думаю, что никто не тешит себя иллюзиями, что мы можем как-то повлиять на какие-то решения в стране.
М. ГАНАПОЛЬСКИЙ – И что вы делаете для этого? То есть в чем борьба?
О. КОЗЛОВСКИЙ — Во-первых, это конечно, работа с людьми, с обществом. Потому всегда корень проблемы в этом кроется. В том, что у нас люди зачастую либо не знают свои права, либо боятся их защищать. Что у нас люди очень часто вообще воспринимают как нормальное то, что государство к ним относится как к грязи какой-то. В лучшем случае как к налогоплательщикам. И мы работаем через Интернет, проводим акции, выходим к людям через СМИ. Напрямую выходим, распространяем листовки, газеты, стикеры с молодыми людьми, со студентами, с теми, кто окончил, допустим, вузы. И так мы охватываем достаточно много людей по России. Наверное, десятки тысяч человек каждый год.
М. МАЙЕРС — А сколько вас всего?
О. КОЗЛОВСКИЙ — Нас по России около тысячи человек.
М. МАЙЕРС — А не складывается ли у вас ощущение, что та кампания, которая развернута, она направлена не против движения, не против этой тысячи, а против вас лично? Я имею в виду историю с армией. И с этой квартирой.
О. КОЗЛОВСКИЙ — История с армией недавно совсем закончилась. Буквально две недели назад я у вас же в эфире рассказывал, как она проходила. Меня в декабре на 2,5 месяца незаконно совершенно забрали в армию. И отпустили только через 2 дня после того, как прошли выборы, когда видимо, по их мнению, я уже особой опасности не представлял.
М. МАЙЕРС — Как видите, представляете. Особенно ваше логово.
О. КОЗЛОВСКИЙ — Я думаю, что здесь это касается все-таки не лично меня, то есть я может быть какой-то дополнительный раздражающий фактор, но здесь один в поле не воин. Я не думаю, что я очень сильно как Олег Козловский кого-то раздражаю, скорее всего, раздражает деятельность именно организации, людей разных, которые, когда меня не было, продолжали деятельность, когда я вернулся, деятельность тоже продолжают. И, наверное, таким образом, хотят усложнить им жизнь.
М. ГАНАПОЛЬСКИЙ – А кто ваши идеалы? Или вы сами по себе.
О. КОЗЛОВСКИЙ — Никого из действующих политиков я бы не мог назвать как наш идеал, кумир или лидер формальный или не формальный. Потому что у нас очень разные люди, с разными симпатиями, интересами. У нас люди разных взглядов. Есть либералы, есть левых взглядов, есть патриотических взглядов. Но я думаю, что по методам или может быть по отношению к своему делу, нам близок Махатма Ганди, с которым Путин никак не мог поговорить. Но если для Путина это скорее было как шутка, мы относимся к деятельности этого человека вполне серьезно. Фактически это любые люди, которые так настойчиво без применения насилия, руководствуясь своей совестью, боролись за свои идеалы.
М. ГАНАПОЛЬСКИЙ – Давайте сделаем голосование. Вот сидит у нас Олег Козловский, и  я хочу спросить: как вы считаете, нужно ли господину Козловскому сотоварищи с его газетами, пением революционных гимнов, правда тихо, чтобы никто не услышал и всем тем, чем они занимаются, нужно ли ему покинуть эту квартиру.
М. МАЙЕРС — Нехорошую.
М. ГАНАПОЛЬСКИЙ – Да, и переселиться куда-то подальше. Потому что бог его знает, что они там делают. Говорит он одно, а может быть делают они там совсем другое.
ГОЛОСОВАНИЕ
М. ГАНАПОЛЬСКИЙ – Я хотел бы, чтобы позвонили ровно те, кто считает, что претензии правильные. Потому что позвонить сказать: ой, мальчик, дорогой, давай во благо либерализма сиди в этой квартире. А придут гады и бросай в них гранаты, это все понятно. Те, кто считает, что Козловский и подобные им это такие люди, которые вообще, честно говоря…
О. КОЗЛОВСКИЙ — За 101-й километр.
М. ГАНАПОЛЬСКИЙ – Не я сказал, он сам сказал. Позвоните и можете напрямую сказать господину Козловскому, чем он плох. Потому что есть же у нас проценты, причем не маленькие, где люди считают, что он должен уйти вместе со своими друзьями. Алло.
СЛУШАТЕЛЬ – Добрый день. Михаил. Город Москва. Я думаю, что молодые люди должны из квартиры уйти в каком плане. Прекратить там собственную деятельность. Почему – все-таки жилой фонд он предназначен для житья, бытовой жизни, а какие либо съезды…
М. ГАНАПОЛЬСКИЙ – Я вас понял. Это не офис. Действительно квартира ведь не офис.
О. КОЗЛОВСКИЙ — Да, я сейчас объясню, почему мы имеем право. Движение «Оборона» не зарегистрированное, что, в общем, закону никак не противоречит. Закон этого не требует. Соответственно, не являясь юрлицом, она не может в принципе снимать ни офисы, ни квартиры, ни залы, ничего.
М. ГАНАПОЛЬСКИЙ – Все.
О. КОЗЛОВСКИЙ — Но право собираться конституционное у нас есть.
М. ГАНАПОЛЬСКИЙ – Следующий звонок.
СЛУШАТЕЛЬ – Здравствуйте. Семен. Ребята делают, как могут и я думаю, они нормальное хорошее дело. Что власти всех нас считают за быдло…
М. ГАНАПОЛЬСКИЙ – Я просил звонить ровно тех, кто считает, что они должны уйти. Кого власть за кого считает, это кем вы себя позволяете называть, тем вы и являетесь. Меня, например, власть за быдло не считает, потому что я ей этого не позволяю. И вы не позволяйте, наверное.
М. МАЙЕРС — Олег Козловский пока не позволяет выселять из квартиры за 101-й километр.
М. ГАНАПОЛЬСКИЙ – Его еще не пытались.
М. МАЙЕРС — Почему, уже.
М. ГАНАПОЛЬСКИЙ – Алло. Здравствуйте.
СЛУШАТЕЛЬ – Он вообще, где Козлов прописан?
М. ГАНАПОЛЬСКИЙ – Во-первых, начинать надо с фразы: добрый день.
СЛУШАТЕЛЬ – Добрый день.
М. ГАНАПОЛЬСКИЙ – Во-вторых, надо представиться.
СЛУШАТЕЛЬ – Москва. Константин.
М. ГАНАПОЛЬСКИЙ – В-третьих, он не Козлов, а Козловский.
СЛУШАТЕЛЬ – Где он прописан?
О. КОЗЛОВСКИЙ — Я прописан в квартире, где сейчас мои родители живут. В Москве.
СЛУШАТЕЛЬ – Вот и езжай к родителям и устраивай там митинги.
М. ГАНАПОЛЬСКИЙ – А почему?
СЛУШАТЕЛЬ – Ну на кой он нужен здесь?
М. ГАНАПОЛЬСКИЙ – Кому здесь?
М. МАЙЕРС — И где здесь?
СЛУШАТЕЛЬ – Ну в этом доме.
М. ГАНАПОЛЬСКИЙ – Ну а на кой ты нужен нам на этой радиостанции?
СЛУШАТЕЛЬ – Ха!
М. ГАНАПОЛЬСКИЙ – Слышала, да?
М. МАЙЕРС — Нечем крыть.
М. ГАНАПОЛЬСКИЙ – Да есть такие.
М. МАЙЕРС — Я таких обожаю совершенно.
М. ГАНАПОЛЬСКИЙ – Предстательную железу массировать надо, Константин, помогает. Следующий вопрос.
СЛУШАТЕЛЬ — Добрый день. Александр, Ивантеевка. Я считаю, что власть делает абсолютно правильно, даже если это незаконным путем. Потому что вся история России показывает, что из таких собраний может, и «Народная воля» и большевики собраться и сковырнуть власть. Поэтому вполне естественно пресекать в зародыше.
М. ГАНАПОЛЬСКИЙ – Вы считаете так?
СЛУШАТЕЛЬ – Да.
М. ГАНАПОЛЬСКИЙ – Давайте поговорим. Мало ли что вы там придумаете.
О. КОЗЛОВСКИЙ — Очень хороший комментарий. Он отлично, по-моему, отражает позицию: пусть незаконно, но правильно. Вот в этом у нас и проблема. У нас для государства закон не писан. Закон он для отдельных личностей. И его против них можно использовать.
СЛУШАТЕЛЬ – Абсолютно правильно вы говорите. Потому что, в какой стране живем, мы живем в тоталитарном практически государстве. Поэтому что удивляться…
М. ГАНАПОЛЬСКИЙ – Подождите. Так вы как бы иронизируете. Шутки шутите так.
СЛУШАТЕЛЬ – Нет, я не шутки говорю.
М. ГАНАПОЛЬСКИЙ – Вы проголосовали за какой пункт?
СЛУШАТЕЛЬ – Что выселять надо.
М. ГАНАПОЛЬСКИЙ – Объясните, почему надо. Козловский вам говорит, что легальных реальных законных оснований нет. Ну?
М. МАЙЕРС — А вы говорите не по закону, а по понятиям.
СЛУШАТЕЛЬ – Почему по понятиям?
М. МАЙЕРС — Вы сказали: незаконно, но правильно.
СЛУШАТЕЛЬ – Потому что каждая власть должна себя защищать. Она для этого и создана.
М. МАЙЕРС — Для этого она создана?
О. КОЗЛОВСКИЙ — Я думал, власть должна нас защищать, граждан своих.
СЛУШАТЕЛЬ – Мы говорим про Россию. Давайте не будем на западный опыт…
М. МАЙЕРС — Любого человека надо защищать от человека.
М. ГАНАПОЛЬСКИЙ – Есть такие радиослушатели, которые играют в такую игру. То есть вообще если бы я жил в Америке, он говорит, то конечно, надо было бы его выгнать, этого участкового. Но поскольку мы живем в России, то тут – дальше он говорит, понятно. И объясняет, почему вас надо выгнать. То есть вообще он либерал, но в данном случае он объясняет, почему вас надо выгнать. Это очень сложно. Вы этого, Козловский, не поймете. Вы в гражданской «Обороне», вы работаете с народом, а тут особый народ у нас на экране.
О. КОЗЛОВСКИЙ — У нас весь народ особый.
М. МАЙЕРС — Ленина отправить в ссылку это святое. А вот куда надо было перед 14 декабря например, декабристов выселить. За какой километр.
М. ГАНАПОЛЬСКИЙ – Хорошо. Нам нужно заканчивать. Вы становитесь постепенно соведущим передач «Эхо Москвы». Потому что вас то куда-то возьмут, но откуда-то пытаются выгнать. В армию, вместо того чтобы выгнать, вас туда взяли. А в квартире, вместо того чтобы оставить, вас оттуда выгоняют. Что поделаешь.
М. МАЙЕРС — Голосование завершаем. Действия властей поддерживает 17,8%, 82,2% позицию властей не поддерживают.
М. ГАНАПОЛЬСКИЙ – Спасибо, что вы пришли. Как понимаете, никакого вывода из этой передачи мы делать не можем. И поддерживать вас или осуждать мы тоже не можем. Это гражданское общество, какое оно есть, такое и есть. И вот такое оно, понимаете.
М. МАЙЕРС — Вот такое оно гражданское.
О. КОЗЛОВСКИЙ — Спасибо.
М. ГАНАПОЛЬСКИЙ – Но эфир мы естественно мы вам дали для того, чтобы вы рассказали о нравах этой великой земли, которая таким странным образом встает с колен.

Материалы по теме

Как поступить властям с Олегом Козловским?

не выселять
71%
выселить за 101-й километр
26%
затрудняюсь ответить
3%


Загрузка комментариев...

Самое обсуждаемое

Популярное за неделю

Сегодня в эфире