Ситуация на Украине

А. ПОЗНЯКОВ: 15 часов 06 минут Ирина Меркулова, Андрей Позняков, «Дневной разворот». И к нам сейчас по телефону подключился Алексей Соломин наш корреспондент, который сейчас находится в Симферополе. Алексей, здравствуй, слышишь нас?

А. СОЛОМИН: Да, добрый день, здравствуйте.

И. МЕРКУЛОВА: Да, добрый день, Алексей.

А. ПОЗНЯКОВ: Из новостей мы слышали о том, что сейчас обстановка как будто бы нормализовалась и успокоилась в Симферополе. Поясни пожалуйста, до какой степени жизнь в городе выглядит и кажется нормальной?

А. СОЛОМИН: Вы знаете, некоторое время назад… Ну, я тут гуляю по улицам уже несколько часов, прогуливаюсь, смотрю что да как. Некоторое время назад встретил группу молодых мам с колясками, и такое заявление очень интересное. Одна их них поделилась с другой своим соображением. Сказала, что ну кажется эти войнушки закончились. Ну, собственно настроение у людей прекрасное потому, что здесь яркое солнце, очень теплая погода, в общем-то по поздне-весеннему я бы так даже сказал. Все нормально работает, все улицы ранее закрытые (неразборчиво) в центре и митинговой активности вот этой, они сегодня тоже открыты. Автомобили ездят спокойно мимо Верховной рады Крыма, и подъезжают к совету министров. Люди так же беспрепятственно передвигаются по всем улицам. Я заходил… Тут есть гимназия в центре, заходил внутрь и спрашивал есть ли какие-то ограничения. Там куча детворы, то есть школа работает нормально. А вот сотрудники школы мне сказали, что ничего, никаких ограничений, никаких либо сокращенных уроков, никаких либо других вещей в связи с происходящим нет, в школе обычный день. В общем-то, это вот определение обычный день, можно сказать и про весь город в принципе. Ну, я конечно за всю Одессу вам не скажу, вся Одесса очень велика. Но вот в центре Симферополя во всяком случае все выглядит по обыденному, за исключением некоторых моментов. Потому, что… Вот например я сейчас прямо мимо прохожу контрольно-пропускного пункта военной части украинской, здесь неподалеку от нее по-прежнему стоят два грузовика с вооруженными людьми, на них по-прежнему нет опознавательных знаков. То ест, это конечно из мирной картины Симферополя некоторым образом выбивается. Но вы наверное слышали из соцсетей быть может, что жители в общем-то привыкли, и к ним привыкли во всяком случае, что на данный момент они не представляют угрозы, и спокойно проходят мимо них. Никого сейчас это не смущает, как это например было в первые дни, да? Я рассказывал, когда выходил из аэропорта…

И. МЕРКУЛОВА: Да, когда в аэропорту появились эти люди.

А. СОЛОМИН: Да, что вот там некоторые девушки говорили, что вот давай не пойдем туда, там люди с оружием, я не знаю, опасны они или не опасны. В общем, они опасались этого здесь. Сейчас никаких опасений нет, и дети спокойно ходят мимо них, взрослые в общем тоже нисколько не смущаются. Никаких… Вот сейчас как бы очага напряженности не смотря на то, что они стоят напротив воинской части, которая судя по украинскому флагу на КПП не перешла на сторону народа Крыма…

И. МЕРКУЛОВА: Вот кстати по поводу воинской части. Там же наверняка есть военнослужащие украинские. Какие-то контакты с ними есть? Или они могут выйти например беспрепятственно или не могут выйти оттуда?

А. СОЛОМИН: Вы знаете, они появлялись периодически. Разговаривал командир этой части вот с моим коллегой Женей Бунтманом. И вчера слушатели наши могли послушать это короткое интервью о том, что он не собирается изменять присяге. Ну а вот то, что касается рангом поменьше военнослужащих украинских, они ни на какой контакт не идут, вообще не отвечают на вопросы. Но это и не положено по уставу потому, что на КПП нельзя вести какие либо разговоры. Но я должен обратить ваше внимание, что если вчера там военные в украинской форме стояли… Двоих мы видели вечером просто без всякого оружия, без всего, то сегодня я проезжал когда мимо КПП, там на улице дежурили как минимум двое людей–военнослужащих в украинской военной форме с автоматами Калашникова, и еще несколько… Ну, там один или два может быть были без оружия тоже. То есть, вот сегодня в этот момент я почувствовал, что все-таки какое-то напряжение есть. Потому, что в 100 метрах стоят вооруженные люди в российской военной форме, и здесь вот украинцы тоже были вооружены. Но сейчас вот я только что мимо КПП проходил, они уже ушли внутрь, и повторюсь, как-то вот это все снизошло на нет, все это напряжение.

А. ПОЗНЯКОВ: Леш, скажи пожалуйста, вот школы как ты говоришь, работают. Как работают магазины, и вообще нет ли там каких-то проблем с едой? Насколько в этом плане жизнь нормальная в Симферополе?

А. СОЛОМИН: Магазины работают, кафе работают, сфера услуг здесь организована нормально. Я пока не встретил ни одного магазина, который был бы закрыт даже по техническим причинам. Ну, я повторюсь, физически конечно не мог все магазины обойти, но вот которые я видел – они были открытые и работали.

И. МЕРКУЛОВА: А цены в гривнах?

А. СОЛОМИН: Да, цены в гривнах. Я вот сейчас тоже стал свидетелем… Я же хожу здесь по Симферополю, слушаю разговоры. Там сижу в кафе, слушаю разговоры. Вот я тоже сейчас слышал такой занимательный разговор симферопольцев. Одна девушка спросила другую: что теперь будет вообще, что у нас будет рубль или гривна. Собеседница сказала: «Ну, рубль наверное будет». И вот первая девушка, она даже выразила возмущение некоторое, и сказала: «Да ну его, этот рубль». Видимо в свете сегодняшний событий, сегодняшнего обвала рубля…

И. МЕРКУЛОВА: А кстати в Симферополе цены как-то меняются, или ничего в этом смысле не происходит?

А. СОЛОМИН: Нет, я пока не ощутил, чтобы серьезно подняли цены. Не знаю, может быть на какие-то категории продуктов, которыми я не использую в силу того, что я живу в гостинице, да? А люди пользуются ежедневно спичками там какими-нибудь, да? Солью например. Я сейчас зайду – уточню специально этот момент. А в принципе по ценам я не ощутил серьезного поднятия. Хотя в последние дни, вот мы ехали когда из Севастополя например сюда, таксист обратил мое внимание, что взлетели цены на бензин. Что чуть ли не на 2 или 3 гривны поднялись цены на бензин, ну это по его словам. Но это не связано с сегодняшним открытием рынков, это было еще пару дней назад, так скажем. В остальном жизнь нормальная, есть митинг, проводится у совета министров, (неразборчиво) в поддержку (неразборчиво) Росси, за референдум. Вот не смотря на рабочий день там было достаточно много людей, но…

А. ПОЗНЯКОВ: Леш, а вот такой вопрос позволь уточнить достаточно кратко. Скажи, пожалуйста, появляется информация о том, что венные активно перемещались из Симферополя, и уходили якобы блокировать какие-то базы за пределами… Вне крупных городов в Крыму. Вообще, были заметны передвижения военных, или же они просто незаметны, как-то исчезли?

А. СОЛОМИН: Ну, я живу недалеко от центра, но все-таки практически у выезда их города. Я, к сожалению не видел, или к счастью я не видел передвижения воин на этом участке и в центре, вот где я находился последние несколько часов, я тоже не видел передвижение войск. То есть, ну здесь в принципе наверное они передвигаться не будут, если они из баз каких-то выезжают туда дальше по территории Крыма.

А. ПОЗНЯКОВ: Понятно, спасибо большое.

И. МЕРКУЛОВА: Спасибо большое, Алексей Соломин из Симферополя на прямой телефонной связью со студией «Эхо Москвы». А сейчас мы будем связываться с другим нашим корреспондентом Дарьей Пещиковой, она находится в Балаклаве.

А. ПОЗНЯКОВ: Приходит сообщение о том, что в Балаклаве чуть менее спокойно, чем в Симферополе, и там как будто бы… Ну, появляются сообщения о том, что там как будто бы блокировали военную часть. Вот уже с нами на связи. Здравствуй Дарья, слышишь нас?

Д. ПЕЩИКОВА: Да, слышу, добрый день, добрый день Ирина, Андрей.

И. МЕРКУЛОВА: Добрый день.

А. ПОЗНЯКОВ: А скажи, пожалуйста, правдивы ли сообщения о том, что блокирована военная часть, и что в Балаклаве не так спокойно, как например вот рассказывают про Симферополь.

Д. ПЕЩИКОВА: Ну, на самом деле в городе спокойно. Спокойно и в Балаклаве, как в одной из частей города, да? И непосредственно у этого севастопольского отряда морской охраны пограничной службы, у их части все тоже спокойно. Людей здесь практически нет, но попасть на территорию конечно тоже не возможно. Здесь у входа у ворот дежурят люди, которые называют себя гвардией Крыма, или самообороны иначе. И так же иногда видно, проходят мимо, подъезжают, с ними как-то совещаются, общаются люди не в форме, совершенно по граждански одетые. Многие их них имеют нарукавные повязки такие русского блока. Напомню, что именно русский блок как партия здесь в Севастополе взял на себя охрану всех объектов по организации самообороны. То есть, это люди не военные, это видно сразу. Но тем не менее, они в камуфляже многие, у многих есть щиты, и многие стараются закрывать лица. Говорят, что все под контролем, все спокойно, но кто именно контролирует и командует теми, кто находится на территории части не ясно. И вот я наблюдала наверное час назад приблизительно, очень много людей покидало территорию части. Это служащие, как удалось выяснить из таких коротких разговоров с ними. Потому, что комментариев они особо не дают, и стараются с прессой не разговаривать. Говорят, что им была дана команда покинуть часть, их руководством непосредственным. И ждать какого-то звонка с прояснением ситуации. То есть, они тоже не очень понимают, под чьим контролем часть находится сейчас, и вот ждут только того, что их вызовут. Недовольство с этим связано с неопределенностью. А так многие покидают даже в каком-то радостном настроении.

А. ПОЗНЯКОВ: Даш, позволь уточнить, а военные вообще люди вот в этой военной форме российского образца, они там присутствуют каким-то образом на улице на виду перед военной частью?

А. СОЛОМИН: Нет, сейчас не присутствуют. То есть, какое-то время… Здесь действительно я вот несколько дней назад во всяком случае (неразборчиво) очень много людей в форме российского образца с оружием. Стояли военные машины, их было несколько десятков. Сейчас ни одной машины здесь нет, на улице и перед КПП, перед входом в часть. Но если подняться на возвышение, можно так осмотреть приблизительно, что на территории видно, что там стоит как минимум 3 военных грузовика. Номера не видны потому, что это далеко достаточно, а ближе подойти нельзя. И не понятно, то есть кому они принадлежат. Есть ли там вообще номера, или они закрыты полностью. Но вот на моих глазах, кстати тоже за это время, пока я здесь нахожусь у части, к ней подъезжала… К воротам КПП прямо подъезжала машина с российскими номерами военная. Не грузовик, просто небольшая машина. Её пропустили на территорию части. Как она выезжала – я не видела. То есть, возможно она до сих пор там находится.

И. МЕРКУЛОВА: А что в Балаклавской бухте происходит? Там стоял ракетный катер Черноморского флота России, и украинские суда не могли выйти в море. Вот что в этом смысле происходит?

Д. ПЕЩИКОВА: Именно с кораблями ситуация не очень понятная. Но, насколько мне известно, еще несколько суток назад по команде «боевая тревога» здесь которая находится, судна все покинули вот именно свое место нахождения, и здесь в бухте нет кораблей непосредственно. Но вот это было уже достаточно давно, и сейчас (неразборчиво). А как там непосредственно склады, там (неразборчиво) склад какой-то находится точно на территории части, потому, что об этом говорили представители пресс-службы, погранслужбы Украины соответственно. Что там с этим складом тоже не очень понятно, но люди выносят вещи именно личные. Видно, что там некоторые выходят с (неразборчиво), одежда, какие-то такие принадлежности основные. Вот в разговорах я еще слышала, что спрашивали у людей, готовы ли они дальше остаться здесь работать, служить. Потому, что есть и гражданские, которые здесь работают. И те, кто согласился остаться, они в общем-то вещи свои не забирают, они видимо придут дальше на работу, но люди, которые охраняют сейчас часть, сегодня здесь объявлен выходной день, и поэтому на работе никого нет.

И. МЕРКУЛОВА: Несмотря на кажущуюся неразбериху, такое стойкое ощущение, что власть тем не менее поменялось.

Д. ПЕЩИКОВА: Ну да, есть такое ощущение определенное, и… Ну, все равно не объясняются, никаких комментариев эти люди, которые охраняют, вот не дают, говорят что они не уполномочены. Но немного поговорить удалось все же. Вот здесь есть некие таблички, которые объясняют что это за часть, какие-то пояснительные инструкции, часть их них написаны на украинском языке. И я спросила у вот этих вот товарищей, которые охраняют вход — что написано, не могли бы они перевести это на русский. Мне на это ответили, что они сами не владеют языком, и один из людей, который охраняет вход сказал, что он приехал их Москвы. Кстати, по-моему, он совершенно никакого отношения к Украине и к языку не имеют. Это было сказано напрямую, что вот он здесь находится… Приехал из Москвы.

И. МЕРКУЛОВА: А почему приехал?

Д. ПЕЩИКОВА: Но при этом он не военный.

А. ПОЗНЯКОВ: Не военный, подчеркнуто. Даша, поясни пожалуйста, это одна их крупнейших военных частей – это главная военная часть в Балаклаве? Вообще насколько (неразборчиво).

И. МЕРКУЛОВА: Там вообще живут основные объекты военные ВМФ Украины в Балаклаве, насколько я понимаю.

Д. ПЕЩИКОВА: Это именно пограничная часть. То есть, первые сообщения которые приходили по Балаклаве, когда говорили о том, что здесь вот как раз (неразборчиво) что их блокировал какой катер российский, это все происходило именно здесь. То есть, это морская охрана погранслужбы Украины. Здесь непосредственно контролируется, скажем так, вот кордон водный. Но есть еще (неразборчиво) в Севастополе, это соответственно штаб ВМС Украины. Я была там накануне очень поздно вечером, фактически ночью, и там (неразборчиво) присутствовали вооруженные люди в форме российского образца, но так же без опознавательных знаков. Они контролируют снаружи. Есть ли они внутри не ясно потому, что там достаточно высокие заборы, и (неразборчиво) не понятно, кто находился на территории. По периметру они стояли, и кроме того у КПП так же дежурили люди, которые были в… Ну не в форме, а в гражданской одежде, и тоже представляли (неразборчиво) самообороны. Говорили, что на территории все спокойно. Но опять же (неразборчиво) командования кто руководит, кто управляет ничего не объяснялось, и каких-то флагов, которые были бы подняты, и объясняли все-таки, есть ли там украинская символика и российские флаги, как это принято сейчас вот на многих госучреждениях их поднимать (неразборчиво) здесь совершенно нет никакой символики. Хотя вот эти люди, которые охраняют (неразборчиво) говорили, что возможно, сейчас этот вопрос решается, и будет поднят флаг Крыма, либо российский триколор.

И. МЕРКУЛОВА: Спасибо.

А. ПОЗНЯКОВ: Понятно, спасибо большое. Это Дарья Пещикова их Балаклавы на прямой связи была.

И. МЕРКУЛОВА: Ну, что?

А. ПОЗНЯКОВ: Ну, вот у нас пока… Нет у нас.

И. МЕРКУЛОВА: По-моему есть.

А. ПОЗНЯКОВ: А, есть. Сакен здравствуй, слышишь нас?

И. МЕРКУЛОВА: Алло, добрый день.

С. АЙМУРЗАЕВ: Да, слышу вас, да. Добрый день, здравствуйте.

А. ПОЗНЯКОВ: Сакен, вот мы сейчас пока вызванивали тебя, рассказывали радиослушателям о том, что из двух источников пропаганды, сторонников отделения Крыма, противников отделения Крыма противоречивая информация приходит. Одни говорят, что никого нет на мобилизационных пунктах, на призывных пунктах. Другие говорят, что там очереди. Как на самом деле обстоят дела?

С. АЙМУРЗАЕВ: Ну, во-первых, как таковых мобилизационных и призывных пунктов отдельных, сделанных непосредственно для того, чтобы люди добровольцы и военнослужащие, военнообязанные могли придти туда, таких особых нет. Сейчас все сборы, все происходит в военкоматах. В Киеве 9 военкоматов в общей сложности, вот мне удалось с утра посмотреть один. В самом центре города он расположен, в Пещерском районе, два центральных района он обслуживает. Там есть люди. Да, там нет очередей, там нет толпы перед входом, как мне сказали было вчера, когда был выходной день, и первый день мобилизации, первый день, когда можно было придти прямо с утра в военкомат зарегистрироваться. Сейчас там есть люди, это два добровольца, и я видел несколько человек, которые военнообязанные, которые военные в запасе, которые пришли сюда потому, что прекрасно понимают, что их в первую очередь позовут.

А. ПОЗНЯКОВ: Ну, то есть я правильно понимаю, что сейчас это не обязательно. Действительно не обязательно, то есть людям предлагают.

С. АЙМУРЗАЕВ: Да, совершенно верно. Сейчас это не обязательно, это касается лишь военных в запасе, это касается военнослужащих особых профессий. Те люди, которые закончили военные кафедры, например имеют квалификацию связиста, специалиста по идеологической работе, по штабной работе и так далее, так далее. Вот я видел людей, которые связисты по профессии, вот их зовут. Или приходят добровольцы, которые добровольцы, просто люди… Молодые люди, как правило это студенты, их очень много в больших городах отмечено. Они говорят… Они приходят, просто говорят о том, что хотели бы служить, если что случится с украинской армией. Им там выдают особую справку, и отправляют домой до отдельного распоряжения. Вот сейчас это в таком режиме происходит. Действительно есть проблемы потому, что не очень понятно, как это все происходит в восточных и южных областях. Вот например говорят, что в Одессе вообще никто не пришел, сказали журналисты одесские.

И. МЕРКУЛОВА: А Винница – это какая часть Украины?

С. АЙМУРЗАЕВ: Винница считается центральная Украина.

И. МЕРКУЛОВА: Вот тут у нас СМСка: «У друзей в Виннице забирают племянника. Он не хочет во всё это ввязываться, но забирают насильно». Может такое быть, интересно?

С. АЙМУРЗАЕВ: Вот насильно вряд ли. Потому, что насильно мне кажется было бы возможно, если бы действительно что-то было уже похоже на тотальную мобилизацию. Могут забрать на военные сборы, вот на это действительно сейчас могут забрать, если человек военнообязанный, или например недавно служил, то у него есть все шансы попасть на военные сборы, которые будут…

И. МЕРКУЛОВА: То есть, это такая принудительная вещь уже?

С. АЙМУРЗАЕВ: Это уже принудительная вещь, да. Там уже тебе могут прислать и повестку домой, и позвонить непосредственно в квартиру и предупредить о том, что надо явиться в военкомат. Это уже действительно не по доброй воле, но это обязательно для всех, кто в этих списках военкомата состоит.

А. ПОЗНЯКОВ: А вот любопытно, смотри, ты говоришь, что добровольцев отправляют домой… Как бы не понятно, насколько они опытны, могут ли они вообще держать оружие в руках. Их не отправляют на военные сборы?

С. АЙМУРЗАЕВ: Ну, вот прямо сразу не отправляют. Потому, что военный сборы изначально сейчас проводятся для тех, кто уже как я понимаю, имеет квалификацию, либо недавно служил, либо служил профессионально. А вот те кто с улицы, и очень хочет повоевать, тех отправляют до особого распоряжения, именно как раз до той самой тотальной и общей мобилизации…

А. ПОЗНЯКОВ: То есть, такая сдержанная мобилизация сейчас.

С. АЙМУРЗАЕВ: Конечно, это в общем и мобилизацией эксперты военные не называют. Потому, что да, армия переведена в боевую готовность, но это армия, которая служит все время. А все, что касается простых людей, то правильней было бы это назвать военными сборами, которые объявлены сейчас для всех находящихся на учете в военкомате. А добровольцы соответственно просто фиксируются для того, чтобы во время следующего уровня….

А. ПОЗНЯКОВ: Ну понятно, на всякий случай.

И. МЕРКУЛОВА: Спасибо.

С. АЙМУРЗАЕВ: Да, на всякий случай их можно было бы призвать.

И. МЕРКУЛОВА: Сакен Аймурзаев из Киева, мы к сожалению вынуждены расстаться на время, ну и новости прямо сейчас на «Эхо Москвы».